Максим Орлов
«Русские Трансформеры» (18+) Прибытие в Зажопинск

Пролог. Падение с небес

Небо над Зажопинском в ту ночь было особенно зловещим. Тяжёлые тучи, подсвеченные снизу редкими огнями полузаброшенных цехов, напоминали расплавленный свинец. В воздухе висел привычный запах: смесь угольного дыма, прокисших щей из столовой № 3 и едва уловимой гари от вечно дымящей котельной на окраине.

Именно в этот момент, разрывая тучи с грохотом, от которого задребезжали стёкла в пятиэтажках, в атмосферу ворвался огненный шар.

– Чё это?! – высунулся из ларька с сигаретами дядя Гена, местный сторож порядка и хранитель всех городских слухов.

Шар, оставляя за собой дымный след, стремительно снижался. Пролетев над пустырём, где местные пацаны гоняли ржавый мяч, он с оглушительным бум приземлился прямо в лужу у пивного ларька «У тёти Вали».

Из облака пара и пыли медленно вырисовывались очертания… чего‑то огромного.

– Ёлки‑палки, – пробормотал дядя Гена, доставая из кармана бинокль с треснутым стеклом. – Это ж… машина? Или танк?

Первая металлическая пластина сдвинулась с протяжным скрежетом, за ней последовала вторая, третья – и вот уже перед ошарашенным сторожем возвышалась фигура, напоминающая человека, но явно не человека.

– Я… Стальной, – произнёс гигант, и его голос, усиленный динамиками, разнёсся по всему району. – Лидер автоботов. Мы прибыли с миром.

– С миром, говоришь? – дядя Гена почесал затылок. – Ну, мир у нас тут… своеобразный. Ты бы лучше спрятался, а то щас народ сбежится – или ломать начнут, или на металлолом потащат.

Стальной огляделся. Взгляд его оптических сенсоров скользнул по покосившимся ларькам, по вывеске «Продукты» с перегоревшей буквой «у», по стайке голубей, невозмутимо клюющих крошки у мусорного бака.

– Это… и есть Земля? – спросил он скорее себя, чем дядю Гену.

– Земля‑то Земля, – вздохнул сторож. – Только не та, что по телевизору показывают. Это Зажопинск. И если ты тут надолго – привыкай.

В этот момент из лужи, пузырясь и шипя, выбрался ещё один робот. Пониже ростом, с явными следами коррозии на корпусе и фарой вместо одного глаза.

– Ржавик, – представился он, отряхиваясь. – Десептикон. И я тут главный.

Где‑то на окраине завыла собака. Где‑то хлопнула дверь подъезда. А над Зажопинском, несмотря на всю абсурдность происходящего, медленно вставало хмурое утро.

Пришельцы прибыли. И теперь им предстояло узнать, что даже трансформерам не под силу изменить этот город – разве что слегка приспособиться к его неумолимой логике.

Часть 1. «Железяки в Зажопинске»

Акт 1. Прибытие

Глава 1. Гром среди… луж

Гроза накрыла Зажопинск внезапно – как незваный гость на поминках. Небо раскололось надвое, молнии прошивали тучи, будто пытались заштопать их наспех, а дождь лил так, что даже бродячие собаки попрятались под ларьки.

Именно в этот момент из чернильной выси, разрывая облака с рёвом раненого бизона, вывалился огненный шар.

– Ё‑моё! – выдохнула Люба, вытирая запотевшее стекло ларька. – Это чё, метеорит? Или опять завод «Красный пролетарий» чего-то недовзрывал?

Шар рухнул где‑то за пустырём. Грохот был такой, что в пятиэтажках задребезжали стёкла, а из подвала выполз дядя Гена – местный хранитель порядка и знаток всех городских баек.

– Опять эти… эксперименты, – пробурчал он, натягивая прохудившийся плащ. – То ракеты, то химреагенты. Сейчас ещё радиация пойдёт…

Но когда они с Любой добрались до места падения, перед ними предстала картина, от которой даже у видавшего виды дяди Гены челюсть отвисла.

Из воронки, дымясь и шипя, поднималась металлическая фигура. Первая пластина сдвинулась с протяжным скрежетом, вторая – и вот уже перед ними стоял… человек? Нет. Робот. Огромный, с глазами-прожектора Newton, и голосом, от которого задрожали пустые бутылки у мусорки.

– Я – Стальной, – произнёс он, и динамики добавили его словам басовитый гул. – Лидер автоботов. Мы прибыли с миром.

Люба прищурилась:

– С миром, говоришь? Ну, мир у нас тут… специфический. Ты бы лучше спрятался, а то щас народ сбежится – или ломать начнут, или на металлолом потащат.

Стальной огляделся. Взгляд его оптических сенсоров скользнул по покосившимся ларькам, по вывеске «Продукты» с перегоревшей буквой «у», по стайке голубей, невозмутимо клюющих крошки у мусорного бака.

– Это… и есть Земля? – спросил он скорее себя, чем Любу.

– Земля‑то Земля, – вздохнула продавщица. – Только не та, что по телевизору показывают. Это Зажопинск. И если ты тут надолго – привыкай.

В этот момент из лужи, пузырясь и шипя, выбрался ещё один робот. Пониже ростом, с явными следами коррозии на корпусе и фарой вместо одного глаза.

– Ржавик, – представился он, отряхиваясь. – Десептикон. И я тут главный.

Люба скрестила руки:

– Ну вот. Только одного робота не хватало, а тут уже двое. Сейчас ещё и дядя Ваня прибежит – он у нас ко всем железякам неравнодушен.

Глава 2. Первый контакт по‑зажопински

Дядя Ваня появился через пять минут – в промасленной телогрейке, с молотком в руке и взглядом, полным праведного гнева.

– Это кто тут опять технику ломает?! – рявкнул он, размахивая инструментом. – А ну, признавайтесь, пока я вам…

Он замер, увидев двух роботов.

– Ох ты ж ёлки‑палки, – пробормотал механик, опуская молоток. – Так это… наши? Советские разработки?

Стальной попытался склонить голову в приветствии:

– Мы – пришельцы из далёкой галактики…

– Да знаю я ваши «галактики», – отмахнулся дядя Ваня. – Опять секретные испытания? Ну, раз приехали – помогайте. У меня там «Москвич» третий день не заводится, а вы, гляжу, железяки крепкие.

Ржавик издал металлический смешок:

– Люди… Вы даже не понимаете, с кем имеете дело. Мы – повелители галактики!

– Повелители, ага, – фыркнула Люба. – А ну‑ка, помоги‑ка мне ящик с пивом в ларёк затащить. А то у меня спина ноет.

Ржавик замер, явно не ожидая такого поворота. Стальной тоже выглядел озадаченным.

– Это… не входит в наши планы, – попытался возразить он.

– А у нас тут все планы такие, – вздохнула Люба, доставая сигарету. – Либо помогаешь, либо тебя местные пацаны на запчасти разберут. Выбор за вами, железяки.

Дядя Ваня уже деловито осматривал корпус Стального:

– Так, давай‑ка, повернись. Ага, вижу… подшипник люфтит. Сейчас я тебе изолентой подмотаю – и как новенький будешь.

– Изолентой?! – возмутился Стальной. – Я – высокотехнологичный механизм!

– А я – советский механик, – отрезал дядя Ваня. – У нас тут всё изолентой держится. И страна, между прочим, держалась.

Глава 3. Первые уроки выживания

К вечеру роботы уже сидели у ларька Любы – в прямом смысле: Стальной примостился на скамейке (та затрещала, но выдержала), а Ржавик привалился к стене, время от времени издавая скрипучие вздохи.

Люба разливала чай из огромного термоса:

– Ну, рассказывайте, откуда вы и чего хотите. Только без пафоса, а то у меня от ваших «мы – повелители» уже уши вянут.

Стальной, стараясь говорить как можно дипломатичнее:

– Мы искали планету, где можно построить справедливое общество. Идеал – роботизированный коммунизм, где каждый механизм трудится на благо всех.

– Коммунизм, говоришь? – Люба хмыкнула. – У нас тут уже был один такой. Кончилось тем, что в магазинах только уксус и презервативы. Так что давай без идеалов – лучше скажи, чем зарабатывать будешь.

Ржавик, до этого молча полировавший фару куском ветоши, вдруг заявил:

– Я намерен захватить власть. Этот город – моя территория.

– Захватить, значит, – протянула Люба. – Ну, для начала тебе надо договориться с «Железными кулаками». Это наша ОПГ. Если они тебя не пристрелят, то, может, и возьмёшь под крыло. Но учти: взнос – 30 % от всего, что нахапаешь.

– Взнос?! – взвился Ржавик. – Я – десептикон! Я не плачу дань!

– А здесь все платят, – спокойно ответила Люба. – Даже мэр платит. Даже милиция платит. А ты – просто железяка с пробитым карданом. Так что либо договариваешься, либо…

Она не договорила – вдалеке раздался рёв мотора, и к ларьку подрулил потрёпанный «Мерседес» 1980‑х. Из него вывалились трое в спортивных костюмах и золотых цепях.

– Это ещё кто? – напрягся Стальной.

– Это? – Люба затянулась сигаретой. – Это твои первые избиратели, Ржавик. Поздравляю с началом карьеры.

Глава 4. Знакомство с местными

Глава ОПГ «Железные кулаки» по кличке Бульдог окинул роботов тяжёлым взглядом:

– Это чё за железяки? Новые конкуренты?

Люба выступила вперёд:

– Не конкуренты. Это… э… инспекторы. Из области. Проверяют, как у нас тут с порядком.

Бульдог нахмурился:

– Инспекторы, значит. А почему без погон? И почему один ржавый, а второй… как «Волга»?

Ржавик, решив сыграть на опережение, шагнул вперёд:

– Я – Ржавик. И я предлагаю сделку. Я помогаю вам держать город под контролем, а вы…

– А мы тебе в ответ пулю в лоб, – перебил Бульдог. – У нас тут свои порядки. Никаких пришельцев.

Стальной, видя, что ситуация накаляется, вмешался:

– Господа, давайте не будем прибегать к насилию. Мы можем сотрудничать. Например, я могу помочь с ремонтом дорог…

– Дороги? – Бульдог расхохотался. – Да у нас тут асфальт ещё при Брежневе положили. И ничего – держится. А ты, «Волга», лучше скажи: умеешь «крышу» держать?

– «Крышу»? – переспросил Стальной.

– Ну да. Чтобы никто чужой не лез, чтобы бизнес спокойно работал. А ты за это получаешь долю.

– Это… несправедливо, – пробормотал Стальной.

– Справедливость – это когда у тебя ствол и бригада, – назидательно произнёс Бульдог. – А у тебя только ржавый напарник и благие намерения. Так что либо вливайся, либо проваливай.

Ржавик, уловив шанс, прошипел:

– Я согласен. Но моя доля – 50 %.

– 50?! – Бульдог прищурился. – Ты чё, железяка, охренел? Максимум 20. И то, если докажешь, что чего‑то стоишь.

– Докажу, – холодно ответил Ржавик.

Люба, наблюдая за переговорами, тихо сказала Стальному:

– Ну что, «лидер автоботов», видишь, как у нас тут дела делаются? Без бла‑бла про справедливость – только жёсткий расчёт. Если хочешь выжить в Зажопинске, придётся играть по местным правилам.

Стальной медленно повернул голову – его оптические сенсоры мерцали в сумраке, словно раздумывали, не перезагрузиться ли от всего этого абсурда.

– Но… это же откровенный грабёж! – прошептал он. – Они требуют долю за то, что сами ничего не производят!

Люба затянулась сигаретой, выпустила дым колечком:

– А кто сказал, что должно быть по‑другому? В Зажопинске правила простые: либо ты ешь, либо тебя едят. И пока ты тут рассуждаешь про «роботизированный коммунизм», Ржавик уже почти договорился.

Стальной посмотрел на своего оппонента: Ржавик, прихрамывая (кардан всё‑таки давал о себе знать), уже о чём‑то жарко спорил с Бульдогом, размахивая рукой‑манипулятором.

– Он… он же просто использует их! – возмутился Стальной.

– А ты думал, он будет строить светлое будущее? – хмыкнула Люба. – Ржавик – он как старый ЗИЛ: снаружи ржавый, внутри злобный, но если надо – поедет. И поедет туда, где теплее и сытнее.

Стальной помолчал, потом тихо произнёс:

– Я не могу… не могу принять это. Мы должны найти другой путь.

– Другой путь? – Люба прищурилась. – Ну, давай. Предложи что‑нибудь. Только учти: пока ты будешь думать, Ржавик уже захватит полгорода, а Бульдог – вторую половину. И тогда тебе останется только чинить ларьки да таскать ящики с пивом.

В этот момент Ржавик торжествующе обернулся к Стальному:

– Ну что, «товарищ по галактике», видишь, как надо? Я уже почти договорился о первой операции. Завтра идём «на дело» – будем «крышевать» рынок.

– «Крышевать»? – Стальной с трудом выговорил это слово. – Это… это же насилие!

– Насилие – это когда тебя разбирают на запчасти, – отрезал Ржавик. – А это – бизнес. И если ты не хочешь остаться без энергии, советую присоединиться.

Люба, наблюдая за их перепалкой, тихо пробормотала:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.