Татьяна ТЕС
Снежные сказки реального мира

ВВЕДЕНИЕ

У каждого своё любимое время года. Я люблю зиму – хотя родилась в солнечных и тёплых краях.

Для меня зима – это неповторимый мир: пушистый снег, задорная пурга, весёлая метель, катание на санках и та самая потерянная варежка в сугробе. Помню, как боялась признаться маме, что обморозила пальчики… Теперь морозы мне не страшны.

Зима – особенное время для творчества. В эти дни легко пишутся истории, оживают герои, а в воздухе словно разлито нечто таинственное. Кажется, сама земля наполняется мерцающими чудесами.

Как тут не создать «Снежные сказки»? Они немного волшебные, с лёгкой толикой фантазии, но прежде всего – добрые. И, конечно, они мои. А разве можно не поделиться ими с вами?

Оглядывайтесь почаще вокруг, всматривайтесь в этот мир. Сохраняйте в душе детское чувство удивления – и жизнь станет чуть легче и радостнее.

Здесь вы найдёте: искренние новогодние воспоминания, от которых на душе становится теплее; загадочные исторические эпизоды, окутанные снежной дымкой времени; сказки для взрослых – тех, кто не разучился видеть волшебство в повседневности; истории о маленьких и больших чудесах, которые случаются, когда мы меньше всего их ждём; размышления о том, как реальность и фантазия сплетаются в причудливый узор нашей жизни.

Каждый рассказ – как снежинка: неповторим, хрупок и по‑своему прекрасен. Одни унесут вас в детство, где ёлочные игрушки звенели особенно чисто, а подарки под ёлкой казались настоящим сокровищем. Другие покажут, как волшебство прячется в самых обычных днях – стоит лишь присмотреться. Третьи заставят задуматься: а что, если чудеса – это не выдумка, а иная грань реальности?

В этих страницах нет строгих границ между правдой и вымыслом. Ведь что такое сказка, если не отражение наших надежд, страхов, желаний и веры в невозможное? А что такое реальность, если не холст, на котором мы сами рисуем узоры своей судьбы?

«Снежные сказки реального мира» – для тех, кто: верит, что под Новый год могут происходить самые невероятные вещи; помнит, как пахнет свежевыпавший снег и мандарины на праздничном столе; умеет находить чудеса в мелочах; не боится мечтать, даже если давно вышел из детского возраста.

Открывайте книгу тогда, когда вам захочется: согреться в холодный вечер; вспомнить что‑то давно забытое и дорогое; поверить, что волшебство – не только в книгах, но и в вашей жизни.

А были ли эти истории на самом деле? Решать вам. Ведь в мире, где падает снег, а часы отсчитывают последние минуты уходящего года, грань между реальностью и сказкой становится особенно тонкой…

Я посылаю вам волшебную метель из загадочных снежинок. Каждая из них неповторима, каждая имеет свой единственный узор – как и каждый из моих рассказов.

Признаюсь, и я порой не замечаю волшебства, спрятанного в будничных днях. Но если всмотреться повнимательнее – о чудо! – возможно, именно в этот миг, когда вы держите в руках мою книгу, рядом уже стоит волшебник… Прислушайтесь к тихому звону хрустальных снежинок, почувствуйте прохладу сказочного мира – и поверьте: ваши мечты обретут крылья.

С любовью и верой в чудеса,

Ваша Татьяна Тес

Чудеса- чудесные. Огни города, тихий голос и одно „как знать…“: новогоднее приключение

Встречать Новый год мы с подругой договорились вместе – как всегда, без пафоса и лишних ожиданий. Дети у обеих уже давно выросли, перешагнули тот волшебный возраст, когда под подушкой ищут подарки от Деда Мороза, а в полночь прислушиваются к шорохам в надежде уловить звук его удаляющихся шагов.

Мы же планировали совсем иное волшебство – тихое, домашнее. Представляли, как будем сидеть у ёлки – пусть маленькой, искусственной, но всё же праздничной, окутанной мерцанием гирлянд. Вокруг расставим тарелки с салатами, откроем шампанское, и в этом простом уюте найдём своё особое очарование. Никаких чудес мы не ждали – да и зачем? В нашей жизни давно установился размеренный порядок, где чудеса если и случаются, то прячутся в мелочах.

До боя курантов оставалось три часа – идеальное время, чтобы не спеша отправиться к подруге на такси. Предвкушала, как через полчаса мы с Машей устроимся у стола, проведём старый год добрым вином, а потом, обмениваясь шутками и прибаутками, будем готовиться встречать новый.

«Старый провожаем – вином, новый встречаем – шампанским», – мысленно повторила я любимую присказку, собирая сумку. Шампанское, оливье, хорошее настроение – вот и всё, что нужно для праздника.

За чашкой чая мы обычно рассказываем друг другу истории из прошедшего года – подводим итоги, смешивая правду с вымыслом. Это стало нашей традицией: чуть приукрасить, добавить загадочности, чтобы повествование заиграло новыми красками, стало похоже на волшебную сказку. Но в этот раз в моей жизни не случилось ничего особенно примечательного – всё шло ровно, буднично, без сюрпризов.

«Придумаю что‑нибудь по дороге», – решила я, уже представляя, как Маша будет то ли верить, то ли сомневаться в моих словах. А какая разница? Проверять она всё равно не станет. Эта мысль успокоила, и я с лёгким сердцем продолжила сборы – впереди ждала предновогодняя дорога, обещавшая хоть немного волшебства.

Когда такси становится порталом в новогоднюю сказку

И вот я уже в пушистой, по‑зимнему торжественной шубе, с объёмной сумкой в руках – там моё шампанское, моё оливье и, кажется, чуть‑чуть новогоднего волшебства про запас. Нажимаю кнопку в приложении, вызываю такси – и почти тут же на экране вспыхивает сообщение:

«Такси ожидает».

Быстро‑то как! Словно по взмаху волшебной палочки. «Карета подана!» – мысленно восклицаю я и, подхватив подол вечернего платья, торопливо спускаюсь вниз.

Выхожу на морозный воздух – а там, припорошённая первым снежком, стоит белоснежная «Волга». Ох, давненько я не видела таких машин – они будто из другого времени, из детства, когда Новый год пах мандарина gefährlich и ёлкой, а улицы переливались разноцветными гирляндами. Сейчас, в предновогодних сумерках, она выглядит особенно торжественно – не просто такси, а настоящая королевская карета, только что без хрустальных колёс.

Приоткрываю тяжёлую заднюю дверь, аккуратно впихиваю сумку, затем приподнимаю подол длинного платья и осторожно ныряю внутрь. В салоне – тепло, пахнет чуть ванилью и свежим текстилем.

– Куда ехать? – раздаётся приглушённый, удивительно плавный голос водителя.

– В Новый год, в Новый год! – не сдерживаю смешка и называю адрес подруги.

– В Новый год, говоришь? Ладно, подброшу! – отвечает он с тёплой, почти отеческой интонацией, и машина плавно трогается с места.

Я погружаюсь в телефон – экран то и дело вспыхивает: приходят СМС‑поздравления, в мессенджере сыплются сообщения от друзей.

– А чего так медленно? Так мы до курантов не доедем! – невольно бурчу себе под нос.

– Всему своё время. Не торопись – всё успеешь, – отзывается водитель, и в его голосе звучит что‑то до боли знакомое – будто Дед Мороз на утреннике, который терпеливо объясняет детям, почему подарки ещё не раздают.

И только тут я наконец‑то внимательно разглядываю его в зеркальце заднего вида.

Белые, словно из сказки, борода и усы. Волосы – до плеч, снежно‑белые, будто присыпанные инеем. Тёмные глаза под пшеничными бровями, яркие губы. По лицу пробегают причудливые блики – то ли от мелькающих уличных фонарей, то ли от новогодних гирлянд, что уже горят на витринах магазинов.

– Ой, вы прямо как Дедушка Мороз! – вырывается у меня. – Здорово! Вот это сервис! Молодцы в вашем таксопарке – создаёте людям праздничное настроение. Прямо удивили! – восхищённо продолжаю я.

– Так я и есть Дед Мороз, – пробасил он, и в этом голосе – ни тени шутки, ни намёка на иронию.

– Отлично, здорово, загадочно! Меня в Новый год везёт настоящий Дед Мороз! – шучу я, но внутри что‑то ёкает. Рассматриваю его: борода выглядит совершенно натуральной, волосы и усы – тоже. А пиджак – современный, модный, с красным платочком в петлице.

«Супер! Теперь у меня есть своя новогодняя сказка», – думаю я, и на душе становится теплее, будто я уже выпила бокал шампанского.

Шоколадка и намёк на королевство: странная поездка перед курантами

Между тем Дед Мороз ведёт машину удивительно медленно – или это лишь кажется мне в предпраздничном нетерпении? За окном проплывают украшенные гирляндами витрины, огни сливаются в мерцающие реки, а я всё поглядываю на часы.

– А вечером домой – на ёлку, бенгальские огни там всякие, салатики! – пытаюсь завязать разговор, вглядываясь в его отражение в зеркальце.

– Нет, ёлку дома не ставлю, – отвечает он размеренно. – Их и так у меня много. Салют не люблю – у меня свои настоящие огоньки. А вот друзей‑волшебников соберу – завтра на рыбалку поедем!

– За царь‑рыбой! – подхватываю я, невольно заражаясь его загадочной интонацией.

– Угадала, молодец! Вот тебе приз! – И он протягивает мне большую шоколадку, завёрнутую в блестящую фольгу, которая по‑новогоднему переливается в свете уличных фонарей.

Странное чувство охватывает меня. Забавный, конечно, дяденька… но что‑то в его словах и взгляде заставляет насторожиться. «А вдруг „куку“? Сейчас как завезёт не туда – прямо к своим рыбакам!» – мелькает тревожная мысль. Шутки шутками, но внутри поселяется лёгкая дрожь – то ли от морозного воздуха, то ли от необъяснимого волнения.

– Салюты, фейерверки, шум, гам… А радость‑то не в этом, – продолжает он, и голос его звучит как‑то особенно, будто рассказывает сказку. – Радость – в тишине. Вот тогда сказки оживают…

Его слова повисают в воздухе, наполняя салон машины особым, почти магическим настроением. «Да, явно с этим водителем что‑то не так», – думаю я, и в груди нарастает беспокойство. Решаю подстраховаться: достаю телефон, набираю Машу.

– Алло, Маша! Я уже подъезжаю, встречай – на белой „Волге“ подкачу, почти как королева!

– А почему почти? – неожиданно вклинивается в разговор водитель, и в его голосе слышится лёгкая усмешка.

– Ну так… какая же я королева? Просто шучу! – смущаюсь я.

– Не шути. Ты самая настоящая королева! – произносит он так уверенно, что на мгновение мне кажется: он видит во мне что‑то, чего я сама в себе не замечаю.

– Что‑то не чувствую я за собой королевства. Да и пажей нет, и свиты! – пытаюсь отшутиться, но в голосе звучит некоторая растерянность.

— Как знать, как знать… – отзывается он, и в этих словах – целый мир недосказанностей.

Наконец машина плавно останавливается у подъезда. Маша уже ждёт нас, пританцовывая от нетерпения.

Мой Дед Мороз первым выходит из машины, с почти царственной грацией открывает мне дверь и помогает выбраться.

И тут Маша – маленькая, миниатюрная, но всегда полная энергии – вскидывает руки, как ребёнок, и заливается звонким смехом:

– Танька, так тебя самый настоящий Дед Мороз привёз!

Водитель улыбается, слегка склоняет голову в вежливом поклоне. Помогает мне с сумками, а потом задерживает взгляд – долгий, загадочный, будто хочет что‑то сказать без слов.

– До встречи, королева! – произносит он наконец.

– Да‑да, и вас с Новым годом! – отвечаю я, и голос звучит уже легко, почти беззаботно. По‑детски машу ладошкой. – Пока‑пока!

Он молча садится в машину, и белая «Волга» медленно растворяется в вечерних огнях, оставляя после себя лишь лёгкое ощущение чуда – или просто новогоднего волшебства, которое всегда где‑то рядом.

Ёлка, которая сама нас выбрала

Уф! Наконец‑то путешествие к праздничному столу завершилось – можно передохнуть, поделиться с подругой удивительной историей про Деда Мороза‑таксиста и от души посмеяться над этим новогодним чудом.

Старый год мы провожали по‑домашнему: тёплое вино, лёгкие закуски, приглушённый свет и наши с Машей воспоминания – то смешные, то чуть грустные, но неизменно согревающие душу. За окном медленно сгущались декабрьские сумерки, а в квартире царило то особенное предновогоднее умиротворение, когда время будто замедляет свой бег.

Когда до боя курантов остался всего час, мы решили пройтись вокруг дома – проветриться перед главным моментом. Выходим – и вдруг видим картину, от которой невольно вырывается смешок.

На заснеженном газоне, словно два весёлых снеговика, стоят два парня. Лица раскраснелись от холода, глаза горят озорным огнём, а между ними – огромная, пышная ёлка, будто сбежавшая из сказочного леса. Мы переглядываемся и фыркаем: «Ну вот, у ребят Новый год явно наступил раньше времени!»

А они, заметив нас, радостно выкрикивают:– Ёлочку забирайте! Эта – вам! Мы уж тут замёрзли вас ждать!

– Да зачем нам ёлка? – отмахиваемся мы. – Дети наши давно выросли, обойдёмся без неё!

– Берите, ваша! – настаивают парни и, не дожидаясь ответа, резко толкают ствол в нашу сторону.

В тот же миг они отпускают ветки и, хохоча, пускаются наутёк. Ёлка, величественная и непокорная, с мягким шелестом падает на нас, осыпая лица прохладными иголочками. Мы едва успеваем подхватить её, не давая рухнуть на асфальт.

Стоим, ошарашенные, с этой лесной гостьей в руках, и смотрим друг на друга в немой растерянности.

– И что теперь с ней делать? – спрашиваю я, всё ещё не веря в происходящее.

– Так всё странно… Ладно, возьмём домой. Ёлка‑то, гляди, красавица! – решительно заявляет Маша, и в её глазах уже загораются огоньки предвкушения.

И вот мы, словно две сказочные героини, тащим эту лесное чудо наверх. Втаскиваем, устанавливаем – и тут же обнаруживаем в шкафу старую коробку с мишурой. Разворачиваем, встряхиваем – и вот уже ёлка переливается серебряными нитями, искрится, словно покрытая инеем.

Теперь она стоит посреди комнаты – живая, настоящая, наполняя пространство хвойным ароматом и каким‑то необъяснимым теплом. Кажется, будто сама зима заглянула к нам в гости, принеся с собой волшебство, которого мы даже не ждали.

Когда водитель говорит как принц из сказки

Новый год мы встретили тихо, по‑домашнему – под торжественный бой курантов и пьянящий аромат свежей ёлки. В комнате царило уютное сияние гирлянд, а стол ломился от яств: искрящееся шампанское в тонких бокалах, аппетитные салатики, нежная селёдка под шубой, сочное жаркое, курица в виноградном соусе и, конечно, мороженое – сладкое завершение праздничного пиршества.

Новогодний ужин вышел настолько обильным и душевным, что вскоре нас мягко окутала тёплая дремота. Мы не искали чудес – они сами нашли нас в самых простых вещах. И всё же одно маленькое волшебство случилось: та самая ёлка, которая буквально свалилась к нам с небес (или, вернее, из рук двух весёлых незнакомцев), теперь гордо стояла в углу, рассыпая по комнате хвойный аромат и искорки праздничного настроения.

Первого января, ближе к вечеру, я начала собираться домой. Праздник подошёл к концу – пора было возвращаться к повседневности, сохраняя в сердце тепло прошедших дней.

Снова открываю приложение, заказываю такси. И вновь – словно по мановению волшебной палочки – машина приезжает мгновенно. Сердце едва уловимо ёкнуло: «Опять что‑то необычное?»

Выхожу на улицу в сопровождении подруги. Оглядываюсь – машины нигде не видно.

– Вы где стоите? Не вижу вас! – недоумённо говорю в телефон.

– А я вас вижу! – раздаётся в ответ спокойный, чуть насмешливый голос водителя.

– Так, где вы?! – теряюсь я, оглядываясь по сторонам.

В этот момент из полумрака появляется силуэт. У подъезда, почти сливаясь с вечерними тенями, стоит чёрный «Мерседес» – гладкий, блестящий, будто вышедший из рождественской сказки. Дверь плавно открывается, и я вижу…

Из машины выходит статный молодой человек – словно сошёл со страниц глянцевого журнала. Белая рубашка, идеально выглаженная, костюм по последней моде, ботинки на тонкой подошве, блестящие, как зеркало. Аккуратная стрижка, гладко выбритое лицо – и взгляд, от которого на мгновение перехватывает дыхание. В нём было что‑то неземное, будто он явился из другого мира, где всё безупречно и гармонично.

– Прошу вас, – произносит он мягким, обволакивающим голосом и протягивает руку, помогая мне сесть в машину. Его ладонь тёплая, уверенная, а жест – до странного знакомый, будто я уже испытывала это ощущение раньше, в далёком сне.

– Я не заказывала ВИП! – невольно вырывается у меня, и я чувствую, как щёки заливает лёгкий румянец.

– А зачем вам заказывать? Для вас всё уже давно заказано! – отвечает он с лёгкой улыбкой, от которой в груди что‑то трепещет.

– Ну ладно… Поехали! – сдаюсь я, ещё не веря, что это происходит на самом деле.

Маша, стоящая рядом, восторженно машет рукой и показывает жест «лайк», словно подтверждая: «Всё супер, класс, здорово!»

Мы трогаемся с места. Внутри машины – другой мир: мягкий свет приборной панели, запах новой кожи, едва уловимый аромат сандала. Автомобиль движется плавно, будто скользит по невидимой реке, а из динамиков льётся нежная мелодия – не навязчивая, а такая, что хочется закрыть глаза и раствориться в ней.

Я невольно выпрямляю спину, меняю осанку, взгляд становится другим – более осознанным, а руки сами находят изящное положение на коленях. В этот момент я чувствую себя не просто пассажиркой – будто я действительно героиня какого‑то волшебного сюжета.

– Эх… – вырывается у меня тихий вздох, полный чистого, незамутнённого удовольствия.

– Музыка не мешает? Есть какие‑то предпочтения? – спрашивает мой «паж‑водитель», и в его голосе звучит искренний интерес, как будто ему действительно важно, чтобы мне было комфортно.

– Всё отлично, спасибо! – отвечаю я, и в этот момент понимаю, что говорю правду. Всё действительно идеально.

– Не возражаете, если поедем через центр? Там сейчас особенно красиво – огни, гирлянды, праздничное настроение…

– Не возражаю, – киваю я, уже представляя, как за окном проплывут сверкающие улицы.

– Если нужно остановиться – говорите. Я здесь, чтобы сделать вашу поездку особенной.

– Хорошо, – шепчу я, чувствуя, как внутри растёт странное, тёплое чувство.

– Кондиционер не заморозил? Всё в порядке? – уточняет он, и в его взгляде читается неподдельная забота.

– Да, всё отлично! – искренне отвечаю я. – Такой вежливости я ещё не встречала. И такого обращения – тоже. Но мне… понравилось.

Мы подъезжаем к дому. Церемония продолжается: мне подают руку, помогают выбраться из машины, бережно берут сумки (Маша, конечно, нагрузила меня салатиками и курочкой, как будто я отправляюсь в дальний путь). Водитель поправляет шубку, аккуратно отряхивает снег с подола, словно каждое движение – часть какого‑то таинственного ритуала.

– Всё, хватит, спасибо! Очень приятно… Ставлю вам пять баллов за поездку! С Новым годом! – говорю я, чувствуя лёгкую грусть от того, что этот момент заканчивается.

– И вас с Новым годом… моя… – начинает он, и его голос звучит так тихо, что я едва различаю слова.

– Что, вы что‑то сказали? – переспрашиваю я, наклоняясь ближе.

– Ко…ро…ле…ва… – доносится до меня, словно эхо, растворяясь в морозном воздухе.

Мне показалось, что он произнёс «моя королева». Я хочу переспросить, но водитель уже закрывает дверь, а машина плавно трогается с места и мгновенно исчезает за поворотом, оставив после себя лишь лёгкое мерцание огней.

Послышалось?..

А может, он всё‑таки сказал: «Моя королева»?

Ведь Новый год – время чудес. И иногда эти чудеса случаются…

Ваша Татьяна Тес

Икающее чудо. Новогодняя история с нежданным финалом

За несколько часов до боя курантов, когда за окном уже сгущаются синие зимние сумерки, а малыши, вопреки всем родительским увещеваниям, упорно отказываются отправляться в постель, в домах начинается таинство – праздник волшебства.

Сейчас модно приглашать аниматоров: Дед Мороз в блестящем кафтане торжественно входит в дом, раздаёт подарки и слушает дрожащие от волнения детские стишки. Верит ли ребёнок в эту сказку? Порой трудно понять: одни сияют от счастья, другие вдруг заливаются слезами, и родителям приходится успокаивать испуганное чадо, бросая на «волшебника» укоризненные взгляды.

– Перестарался ты, Дедушка! Переусердствовал…

В моей истории переусердствовали… другие волшебники.

Дело было так.

Папа долго и вдохновенно рассказывал нам о сказочном дедушке, который приносит подарки. Мне тогда стукнуло семь, сестре – всего два. Я‑то уже давно подозревала, что сказки – это просто сказки, но подарки хотелось получить, да и сестрёнку порадовать было важно. Потому я решила подыграть родителям – сыграть в эту новогоднюю игру до конца.

Отец с таинственным видом подошёл к окну, распахнул форточку и объявил:– Так надо! Северный волшебник не может войти через дверь. Он прилетает на своей колеснице из края снегов и попадает в дом к хорошим детям через печную трубу. А поскольку у нас печки нет… мы откроем форточку!

Ёлка у нас была самая настоящая – пышная, с колючими лапами, стоявшая в ведре с песком. Она пахла лесом, а её ветви мерцали огоньками. Кстати, в те времена гирлянды с фонариками были редкостью, и отец смастерил её сам – кропотливо, с любовью, соединяя крохотные лампочки проволокой.

И вот – кульминация.

В комнате воцарилась таинственная тишина – лишь трепетное дыхание двух маленьких ожидающих сердец нарушало предновогоднюю завесу. Свет погасили, словно стёрли грань между реальностью и сказкой. Форточка зияла тёмным проёмом в зимнюю ночь, дверь была плотно прикрыта, будто удерживала за порогом что‑то неведомое. Родители тихо вышли в коридор, оставив нас с сестрой наедине с дрожащим ожиданием чуда.

Мы начали звать Деда Мороза – сперва робко, потом всё громче, вкладывая в голоса всю детскую веру и нетерпение:– Де‑е‑ед Моро‑о‑оз! Приди‑и!

Кричим. Кричим. Кричим…

И вдруг – БА‑БАХ!

Словно невидимый великан хлопнул в ладоши где‑то над крышей. Свет во всей квартире погас в одно мгновение, погрузив мир в чернильную тьму. В комнате раздался пронзительный, почти звериный свист, а дверь резко распахнулась от яростного порыва ледяного ветра.

Морозный воздух хлынул в квартиру, будто сама зима ворвалась внутрь, окутывая нас колючим, пронизывающим холодом. Тьма была настолько плотной, что, казалось, её можно потрогать – она обволакивала, давила, превращала знакомые очертания мебели в зловещие силуэты.

Сестра тут же залилась отчаянным плачем – её крик эхом отражался от стен, усиливая ощущение хаоса. Мама бросилась к ней, шепча успокаивающие слова, а отец ринулся в комнату – и тут же споткнулся о мебель. Послышались его не самые праздничные восклицания, приглушённые шумом ветра.

Между тем ледяной вихрь продолжал гулять по квартире, шелестя занавесками, заставляя дрожать оконные стёкла. Где‑то под ногами хрустнула упавшая ёлка – её ветви скрипели, будто чьи‑то тяжёлые, размеренные шаги…

Тик‑так. Тик‑так.

Будто кто‑то неспешно расхаживал по комнате, проверяя, достойны ли мы чуда. Ну, вы понимаете, чьи это могли быть шаги? Да‑да – будто сам Дед Мороз, невидимый в темноте, медленно обходил наше жилище, оценивая наши поступки за год.

Наконец отец закрыл форточку, отрезав поток ледяного воздуха. В темноте он на ощупь пробрался к щитку и щёлкнул тумблером. Вспыхнул свет – резкий, ослепительный после долгой тьмы. Оказалось, выбило пробки.

Когда мир снова обрёл привычные очертания, в наступившей тишине раздалось два робких, но отчётливых звука:– ИК! ИК!

Я и сестра отчаянно икали – то ли от страха, то ли от ледяного сквозняка, то ли от внезапного осознания, что граница между сказкой и реальностью куда тоньше, чем нам казалось.

Мама, отчаянно пытаясь спасти хрупкую атмосферу волшебства, произнесла наигранно‑весёлым, чуть звенящим голосом – словно пыталась разогнать тьму одними интонациями:

– А что там у нас под ёлочкой?!

– Давайте посмотрим, что вам принёс Дед Мороз! – прогремел папа, стараясь подражать могучему голосу сказочного волшебника. Но в его попытке слышалась не столько магия, сколько отчаянная решимость вернуть нам веру в чудо.

В ответ – лишь прерывистое, неудержимое:

– Ик! Ик! Ик!

Наши икания звучали как странный ритуальный ритм, будто сами невидимые духи праздника насмехались над нашей попыткой удержать волшебство. Каждое «ик» отдавалось в тишине, словно капля, падающая в бездонный колодец.

С тех пор мы больше не рассказывали стишки Деду Морозу. Стоило лишь мысленно вернуться к той ночи – и горло снова сжималось, а губы непроизвольно повторяли тот самый звук: «Ик!» Будто сама память хранила в себе эхо той странной полуночи.

А иногда, когда за окном кружатся первые снежинки и воздух наполняется предновогодней дрожью, я замираю и задаюсь вопросом: а если бы тот дедушка на самом деле существовал? Если бы за всеми этими странными звуками, за порывом ледяного ветра, за внезапной тьмой скрывалась не родительская оплошность, а настоящее волшебство?

Что тогда?

Может, где‑то в глубине зимнего леса, среди заснеженных елей и мерцающих звёзд, до сих пор бродит тот самый Дед Мороз – не из картона и ваты, а из древней магии и северного сияния. И ждёт, когда кто‑то вновь позовёт его по‑настоящему. Не из вежливости, не ради подарка, а с той самой детской верой, которая способна пробиться сквозь любую тьму и растопить любой лёд.

Подумала и услышала: "Ик!"

Квест в такси. Предновогодние загадки и шоколадка: маленькая история о большом тепле

Вечер окутал Москву мягким сумеречным покрывалом, когда я открыла приложение и вызвала такси. Через несколько минут у обочины замерла жёлтая «Шкода» – на крыше мерцал светящийся гребень «Яндекс», по бокам поблёскивали шашечки. Всё как обычно. Ничего волшебного.

Я устроилась на заднем сиденье – впереди ездить не люблю. Коротко подтвердила адрес, и машина плавно тронулась в путь.

В моей московской жизни такси – постоянный спутник, и за годы поездок выработалась привычка: никаких разговоров с водителями. Пустая болтовня утомляет, а таксисты, словно по негласному закону, неизменно стремятся нарушить это молчаливое соглашение.

– Ну что ж, поехали. И прошу – никаких разговоров, – твёрдо предупредила я, уткнувшись в экран телефона.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.