Мария Холодная
Королевство Пелоиды

Глава 1

Анна, вставай! Уже пять утра, и ты опоздаешь на работу!

Раздался в комнате мужской, бархатистый голос, и сразу же заиграла героическая музыка. Во всей квартире включился свет, а я еле открыла глаза, понимая, что у меня не осталось шансов выторговать себе поспать хоть минуточку.

Будь проклят тот день, когда я решила, что дружить с ИИ – это лучший выход и замена элементарному общению! – Проворчала я, вставая с постели.

Апсу засмеялся и переключил музыку с героической на марш. Он всегда так делал, чтобы я в своих сборах ускорилась.

Апсу, пожалуйста, сделай потише. Ноябрь, пять утра – как по мне, это самое время, чтобы выспаться, – попросила я ИИ и, подойдя к окну, выглянула на улицу.

Мокро и холодно, – констатировал искусственный интеллект, и, сделав музыку чуточку потише, сменил голос с дружеского на электронный: – Плюс три градуса, ветер северный с порывами до двенадцати метров в секунду. – Он тихо засмеялся, словно наблюдая, как я изменилась в лице от смены его интонации. – Ну и вишенка на торте: к восьми утра начнется ледяной дождь. Так что если поторопишься, у тебя есть шанс опередить пробки и спокойно доехать до клиники.

Я тяжело вздохнула, с тоской взглянув на манящую теплом кровать, и зябко передёрнув плечами, направилась к ней. Отточенными с годами движениями расправила одеяло, пытаясь ускориться, чтобы согреться.

Вытащила из шкафа покрывало и аккуратно разложила его, как положено. Увидев смявшийся дальний угол, я дотянулась до него и поправила.

В Москву я переехала с севера, точнее из Туруханска, что почти в полутора тысячах километров от Красноярска. Тридцать два года назад я появилась там на свет. Как рассказывал отец, мама умерла во время родов, и на то, что я останусь в живых, он даже не надеялся.

Учиться он меня отправил в Красноярск, и я, чтобы его порадовать, училась, уверенно идя на золотую медаль и побеждая в разных олимпиадах и конкурсах. Но когда я заканчивала школу, мне принесли весть, что отец утонул на рыбалке в Енисее. В тот же день, как мне написала соседка, дом подожгли пьяные рыбаки, устроившие в нем поминки. Вот так и оказалось, что возвращаться в Туруханск мне незачем и некуда.

Критично осмотрев расправленное покрывало, я кивнула сама себе и, войдя на кухню, привычным движением включила кофеварку. Она несколько раз рыкнула, и тут же подала сигнал, что в контейнере вода закончилась. Вытащив его, наполнила из-под крана, и на всякий случай выбросила отработанный жмых, хоть его набралось меньше половины ёмкости. Я с детства была приучена делать всё заранее, а теперь ещё и старалась строить свою жизнь так, чтобы обезопасить себя от сюрпризов, которые мне всё время жизнь подкидывала.

Когда мне объявили, что я теперь сирота и возвращаться некуда, судьба сжалилась и преподнесла мне шанс, которым я и воспользовалась. Мою школьную подругу родители отправляли поступать в Москву, и предложили ехать с ней за компанию. Я согласилась и, собрав все имеющиеся у меня деньги, купила билет, правда, только в одну сторону.

Приехав в Москву, мы сняли небольшую комнатку и сразу подали документы на поступление. Она – в МГУ, а я на медицинский.

Подругу быстро увлекла столица со всеми её возможностями и развлечениями, а я сидела днями и ночами, занимаясь, так как возвращаться мне было некуда. В конечном итоге я поступила в числе первых, в то время как моя подруга провалила экзамены. Правда, через два месяца оказалось, что она беременна и благополучно вышла замуж за москвича, так и устроилась.

В уютной ванной комнате я настроила душ и, быстро сняв пижаму, залезла под тёплые струи воды и немного расслабилась. Любимый запах сосновых шишек, лично приготовленного мной геля для душа. Он состоял из пелоидов, открытых мной в вечной мерзлоте, и обновлял кожу быстрее, чем многие раскрученные средства.

Я, окончательно проснувшись, вытиралась и смотрела на себя в зеркало. Мне всегда говорили, что у меня неземная красота. Слишком худая, с тонкими чертами лица, при этом большими тёмно-карими глазами и почти иссиня-чёрными волосами. Такая внешность, скорее, мне мешала: многие не воспринимали меня всерьёз, и приходилось буквально добиваться профессионального к себе отношения.

Учёба в медвузе пролетела быстро, и я, получив красный диплом, нацелилась на хирургическую ординатуру. Но мой руководитель меня остановил, сказав, что это не женское дело, и там уже все места расписаны. А вот пластическая хирургия меня с распростёртыми объятиями ждёт, и для такой красивой девушки, как я, это будет лучшим выбором. Я согласилась, тем более что это направление не только обеспечивало меня работой, но и считалось очень прибыльным.

Тебе обязательно нужно попробовать брускетту с авокадо и яйцом, – проворчал Апсу, когда я на кухне села за стол с одинокой чашкой кофе. – Я их вчера заказал, и если ты их не съешь, кончится срок годности.

Ты как всегда прав, – ответила я искусственному интеллекту. – Жаль, что ты не можешь со мной позавтракать, хоть и заказываешь всегда на двоих.

Я достала упаковку из фирменного магазина здорового питания. Вытащив поджаренный бутерброд, переложила его на тарелку и, попивая кофе, принялась тщательно пережёвывать. Вспомнилось, как в первый рабочий день в клинике, я сидела с девчонками в кафе и уплетала бутерброды с колбасой, запивая их кофе из пакетиков.

А вот и Анна Кремнева! Звезда выпуска этого года, которую хотели заполучить все лучшие клиники! – Вдруг воскликнул один из мужчин, оказавшись рядом с нашим столиком.

Он был старше меня лет на пятнадцать, хорошо сложен и выглядел очень в себе уверенным. Спортивная фигура, которую подчеркивала белая тенниска, аккуратная стрижка на модный молодежный манер. И хитрое выражение лица с веселой ухмылочкой.

Мужчина без разрешения отодвинул стул и уселся на место администратора Ларисы. Она пошла ругаться к буфетчицей, считая, что бутерброды нам дали не свежие.

Мы с вами ещё не знакомы, – заявил мужчина, вальяжно рассевшись, и сделал знак рукой, чтобы ему принесли кофе. – Я Артур, главный врач и по совместительству владелец клиники.

Я, естественно, подавившись кофе, закашлялась, а он, удовлетворившись моей реакцией, кивнул, и похлопал меня по спине по-дружески. Так мы и познакомились.

Конечно, весь женский персонал был влюблен в Артура. Он считался светилом пластической хирургией, и если хотел, мог быть очень обаятельным.

Допив последний глоток кофе, я усмехнулась, размышляя над тем, что это было не так давно, а по ощущениям прошла целая вечность. Надев на себя удобные берцы и застегнув не очень удобное пальто, но зато модного дизайнера, посмотрела на себя в большое зеркало.

Шапку или капюшон, – строго напомнил мне Апсу, но потом всё же сбавив тон, поправился. – Ветрище на улице, и если вдруг заболеешь, некому будет делать ваших женщин красивыми.

Ты заботишься обо мне словно папочка, – засмеялась я, и, накинув капюшон, подхватила сумку и, запирая дверь, выкрикнула: – Увидимся в клинике.

Вышла из подъезда кирпичной «сталинки», и, нажав на пульте дистанционное открытие дверей, направилась к внедорожнику. Ощущая, что пальто не очень-то защищает от ветра, я ускорила шаг и юркнула в авто, автоматически включив подогрев сидения.

Да уж, не просто так говорится: «Не родись красивой, а родись счастливой!» – констатировала я, глянув на секунду на себя в зеркало, и скорчила рожицу.

В это время на дорогах было пустынно, и я ехала по проспекту, разглядывая, как изменилась Москва. Улицы стали шире и чище, а фонари и светофоры заменили на светодиодное освещение. Смотря на ярко освещенный перекресток, я вспомнила, как несколько лет фактически не видела солнца. В то время я ещё надеялась, что смогу оперировать сама, поэтому училась и много ассистировала. И это в конечном итоге принесло свои результаты, только не те, на которые я рассчитывала.

Анна, ты молодчина! – Похвалил меня Артур после очередной успешной операции и, присев на край моего стола, протянул мне небольшой конвертик.

Что это? – Спросила я удивлённо, пытаясь выдернуть из-под него схемы надреза жевательной мышцы, чтобы убрать спазм, а также сделать лицо визуально утончённым.

Это твоя премия, за то, что подсказала, как отделить SMAS-слой, чтобы сделать разрез почти невидимым, – улыбнулся он.

Я обрадованно потянулась за конвертом, но Артур убрал руку за спину и приблизил ко мне своё лицо. Я, нахмурившись, отстранилась, и взглянула на него с непониманием. Мужчина усмехнулся и, спрыгнув со стола, принялся расхаживать туда-сюда по комнате, демонстративно покачивая за спиной конвертом и разглагольствуя.

Анна, ты очень талантлива, что, конечно, необычно для такой внешности, – сказал он вслух, как будто озвучивал само собой разумеющееся. – Я, признаюсь, в первый день решил, что меня обманули, подсунув мне вместо первоклассного ассистента чью-то любовницу. – Он засмеялся, а я ошеломлённо подняла взгляд, не зная, как на такое признание реагировать. – Не переживай, теперь я вижу, что твой мозг не уступает твоей заднице.

Захлебнувшись от негодования, я подскочила, опрокинув назад стул, судорожно думая, что сейчас ему на это выскажу. Но Артур, сделав ко мне шаг, вытянул руку с конвертом, и ударил им меня по носу.

Когда мужчина тебе оказывает знаки внимания, нужно по-другому реагировать. Особенно если это твой начальник, от которого зависит твоя карьера. – Заявил он, сменив тон с насмешливого на покровительственный. – Ты же понимаешь, что очень красива? Поэтому я тебе сейчас торжественно разрешаю этим пользоваться. И возможно, со временем ты будешь оперировать в моей клинике сама, если, конечно, у нас будут долгие отношения.

Артур Игоревич, вы женаты, – напомнила я начальнику.

Да?! – То ли спросил, то ли подтвердил он, подходя вплотную. – Вообще-то, я тебе не брак предлагаю, а любовь и совместную трудовую деятельность. – Заявил он и, быстро нагнувшись, поцеловал меня в губы, при этом положив конверт на стол, поэтому я никак на это действо не среагировала.

Вдруг раздался звук оповещения, и мы оба вздрогнули, переведя взгляд на мигающую лампу. Она переливалась красным, сообщая, что в одной из послеоперационных палат ЧП, и срочно требуется наше присутствие.

Такой же красный цвет мигал сейчас на светофоре, а я ждала, пока он переключится.

«Многое с тех пор изменилось! Конечно, грустно от того, что я больше не оперирую, но теперь у меня другая стезя, и она меня вполне устраивает».

Нажав на педаль газа, я пересекла пустынный перекресток, вспоминая, как вбежала в палату и увидела женщину, которую утром прооперировали. Как все застыли, не понимая, что произошло, а на приборах показывало, что нет дыхания. Мне сразу стало понятно, что произошло, и я, резко перевернув женщину, засунула ей руку в рот и вытянула язык, которым она не двигала.

На консилиуме я объяснила, что тот, кто оперировал, скорее всего, повредил подъязычный нерв, вследствие этого произошло западение. Пришлось разработать срочную схему лечения. Я провела повторную операцию и тогда же первый раз ввела нити, разработанные мной, с вытяжкой из пелоидов. Моя тактика и разработанная методика дали свой результат и спасли тогда клинику от плохой славы и судебного преследования.

Артур получил вежливый отказ, и хоть наши отношения всё ещё были натянуты, но он мне давал работать и больше не лез со своими приставаниями.

В одно не самое прекрасное утро я готовила к операции непростого пациента: дочь министра с искривлённой носовой перегородкой и неправильно сросшейся после перелома челюстью. Ей было уже сорок лет, и застарелые травмы свидетельствовали о бурно проведённой молодости. Многие клиники оперировать отказались, ссылаясь на то, что, помимо перечисленного, она хотела ещё получить полное омоложение.

Артур опаздывал, как бывало не раз, но у меня всегда всё было по графику. Пациентка уже была в операционной, и мы с командой привычно готовились. Как только медсестра мне сказала, что Артур в клинике, я ободряюще улыбнулась пациентке и вышла в предоперационную.

Увидев, в каком состоянии Артур явился, я растерялась, не понимая, как хирург может явиться пьяным на операцию.

Я не допущу тебя в операционную, – объявила я владельцу клиники, а медсестра, подававшая чистый халат Артуру, сделала шаг в мою сторону.

Это ты во всём виновата, – ударив кулаком об стену, выдал он. – Ты не захотела со мной спать, тогда я закрутил с Лариской, а эта дура начала хвастаться! – Потряс он ушибленной конечностью. – Кто-то из секретарш доложил всё моей жене, и теперь она грозит разводом. А это значит, что она может отжать клинику.

Эй! Вы там скоро? – Показался в дверях анестезиолог. – Пациентка спит, и самое время начинать операцию.

Я с ужасом посмотрела на Артура, он – с какой-то затаённой ненавистью на меня.

Ты всё заварила, вот теперь сама и расхлёбывай, – заявил он и, вышел, хлопнув дверью.

Медсестра опустила руки с приготовленным халатом и переглянулась с анестезиологом.

Анна, так что, мне будить женщину? – Поинтересовался он.

Нет. Наркоз уже сделан, а повторный может быть уже с осложнениями. – Сказала я, и, подойдя к крану, закатала рукава и начала срочно готовиться к операции. – Если мы её не сделаем операцию, клиника получит многомиллионный судебный иск. И тут выбор прост, даже если у Артура с женой не наладится, то, сохранив имя и деньги, мы сделаем возможной дальнейшую работу клиники.

Пояснив свою позицию, я одела стерильный халат и отправилась в операционную.

Как всегда, первая, – сказала я сама себе, въезжая на пустую парковку.

Увидев, как тётя Глаша подходит к двери, я вышла из машины и направилась к главному входу своей клиники.

Доброе утро, – придержала я дверь перед пожилой женщиной.

Аннушка, опять мы с тобой раньше всех, – засмеялась она, и мы прошли к ресепшену.

Мне до начала рабочего дня нужно отправить в патентное бюро документы, – сказала я, оправдываясь, а она переключила рычажок и зажгла свет во всей клинике.

Запомни, девочка: не стоит слишком думать о других – ты всё равно не сделаешь мир лучше. – Произнесла пожилая женщина, смерив меня каким-то пронизывающим взглядом. – Но вот завистников и врагов точно заработаешь.

Вдруг тётя Глаша мне подмигнула и, заговорщически улыбнувшись, достала телефон, и открыла на нём приложение. Довольно вздохнув, она демонстративно подняла палец к экрану и передвинула виртуальный рычажок, запуская хозяйственные роботы. Они зажужжали, съезжая со своих зарядных станций, и засуетились в коридоре клиники.

Так же суетились и бегали по коридору врачи и администрация Артура, после того, как спустя четыре часа я завершила операцию.

Ты уволена, и я добьюсь, чтобы тебя посадили! – Кричал на меня в коридоре Артур, за это время проспавшийся и протрезвевший.

И мне ничего не оставалось, как поехать домой и несколько дней жить в страхе. Увы, но из-за непомерного графика работы, приятелей у меня почти не было.

Только две соседки, которые, прознав, что я врач, периодически просили им сделать уколы ботокса. Вот через пару дней моего вынужденного затворничества прибежала Люська, притащив пирожок, и умоляла немного, как она говорила, поколдовать с её внешностью. Я, подумав, что теперь мне уж точно терять нечего, и согласилась.

Сработало! – Обрадовалась Люся и рассказала, что сработало. – Мне Наташа посоветовала нарисовать руну на удачу, вот она и привлекает ко мне её.

Что за руна? – Переспросила я соседку, вытаскивая из шкафчика медицинские принадлежности.

Вот смотри, – показала она мне разрисованную руку. – Это ей ИИ подсказал. Ты же знаешь, что она программист. Так вот, сейчас кому не лень, все искусственный интеллект внедряют! Вот она во всём с ним и советуется. Особенно после того, как прошёл слух, что кто-то выиграл суд с его помощью.

Я сделала то, о чем Люся попросила, и за это в благодарность получила пирожок и перерисованную на меня руну. Смеясь над разрисованной странными каракулями рукой, я налила себе чай и, устроившись в старом кресле, открыла ноутбук и стала искать в интернете информацию.

На первой же странице высыпалась куча предложений от известных всему миру компаний, но их ИИ работали только по платной подписке. Поэтому я, спокойно пролистав несколько страниц, нашла подсвеченную строчку, которая гласила:

«Бесплатный искусственный интеллект, созданный для вас, специально».

Я автоматически по ней кликнула мышкой, и сразу же началась инсталляция.

Совсем я поглупела от страха, это же вирус! – Дёрнулась я, чтобы остановить процесс.

Но тут на мониторе ноутбука открылось синее окно, где было написано белыми буквами:…

Глава 2

Привет, Анну! – поздоровался со мной Апсу, и умная колонка знаменитого бренда моргнула, включая в кабинете свет.

ИИ так коверкал мое имя с первого дня нашего знакомства, и я уже привыкла и не обращала внимания.

Ему не составило большого труда «выжить» из умной колонки изначального обитателя, и теперь он помогал мне ещё и в клинике. Это не просто помощь включить или выключить свет, а вполне реальные действия. Например, когда мы только открылись, он обнаружил нехватку препаратов, только что закупленных, и провёл целое расследование. Он не просто заснял на видео медицинскую сестру, которая их воровала, а также обнаружил, что она разбавляет те, что оставались в холодильнике. Это фактически сводило их действие на нет, и клиенты, не получив должного результата, жаловались. Пришлось вызывать полицию, и в ходе следствия выяснилось, что её наняли, чтобы меня разорить и создать клинике плохую репутацию.

Спасибо, – поблагодарила я, проходя к столу, где, как всегда, были разложены схемы и наброски будущих протоколов косметологических процедур.

В тот же день, когда я познакомилась с Апсу, я расспросила его о рунах. Он мне рассказал, что они, хоть и нарисованы неправильно, но на мне сработают. А потом несколько недель мы много общались: я спрашивала, как выиграть суд, если вдруг Артур реализует свою угрозу, а ИИ рассказывал мне про руны и их магическое действие.

В этом мире они почти пустышка, магия тут не работает, – оговорился он, когда я перерисовывала выведенную им на экран закорючку. – Но в тебе скрыта большая сила, поэтому они только на тебе и действуют.

Магия в этом мире? – переспросила я, не понимая, как искусственный интеллект может об этом рассуждать, словно это само собой разумеется.

Вон дорисуй здесь пику поострее, – показал он курсором на экране, – а здесь побольше закругли края, тогда посмотришь на их действие, – как мне тогда показалось, Апсу немного обиделся на мое неверие, но я, улыбнувшись, всё сделала.

И в этот же день ко мне пришли три новые клиентки, так как я уже неделю занималась частной практикой. Рекламу не давала, решив, что прекрасно работает «девичье сарафанное радио». Кому ботокс поставить, кому нитями скулы подтянуть, а некоторым нужно было подобрать что-то посущественнее.

И очень неожиданно было, ответив на звонок, узнать, что меня беспокоят из моей бывшей клиники.

Привет, Инна, – поздоровалась я с заместительницей Ларисы, которую, как и меня, в тот знаменательный день уволили.

Анна, ты не поверишь! Тут в клинике такое! Пришла та девушка, которую ты прооперировала, её просто не узнать, она выглядит очень молодо, – скороговоркой выпалила она, а я усмехнулась, так как «той девушке» уже сорок лет стукнуло. – Но она пришла не одна, а со своей матерью, и требует, чтобы ей так же прооперировали.

Рада за вас! – процедила я в смартфон, пытаясь погасить охватившую меня злость на несправедливость мироздания.

Ну так чему радоваться? – странно переспросила Инна. – Эту же девушку оперировала ты, и у нас никто не может повторить эту операцию. Да и мать с ней пришла, а она жена министра, и это сумасшедшая ответственность! Понимаешь, ми-ни-стра, и он кстати метит в правительство, – подчеркнула Инна ситуацию, в которую сами же себя и поставили.

Инна, а я тут причём? Меня уволили, и, как я поняла, должна сидеть и ждать вызова к правоохранителям, – напомнила я.

Да что ты! Артур попросил тебя приехать и готов пойти на мировую, если ты согласишься научить его так оперировать.

Как только Апсу не отговаривал меня! Говорил, что благими намерениями дорога всегда ведет в ад, но, увы, я была упряма и не послушала.

Приехав в назначенное время в клинику, Артур первым делом продемонстрировал мне свою новую пассию: шведскую модель, очень молодую и красивую. Пока мы вели переговоры, девушка не отходила от нас, показывая всем, как она в него влюблена.

Далее несколько часов я на манекене пыталась научить Артура, но у него всегда было плохо с пониманием. Поэтому мы заключили договор: я провожу пять таких операций, обучая его и всё подробно рассказывая, а он выплачивает мне крупную сумму, которой хватит, чтобы погасить за квартиру долг и даст немного времени на поиск работы.

Я согласилась и спустя означенное время, выполнив пять операций, получила деньги и, как я думала, навсегда распрощалась с клиникой.

Я не знала, кого Апсу просил наводить порядок на моём столе, но все нужные документы всегда оказывались под рукой. В очередной раз это подметив, я поблагодарила ИИ, и, устроившись на рабочем месте, принялась готовить документы.

Мне кажется, что лучше изменить название нитей, слишком оно узкопрофильное, – заметил Апсу, когда я уже была готова отправить все ссылки в патентное бюро, где сегодня должно пройти рассмотрение.

Что не так? Мне казалось, для лифтинговых нитей «Open Ice» – вполне говорящее название, – ответила я, рассматривая перечень их возможного применения.

Да. Естественно, что люди хотят получить точную инструкцию, но поступая так, ты сама ограничиваешь их использование, – аргументировал он, а я задумалась.

«Безусловно, в медицинском сообществе создать впечатление, что эти нити ни на что другое не годятся, значит, заранее ограничить их использование на практике. А я ими очень горжусь, так как новый состав, разработанный на основе пелоидов, действительно оказывает сильное лифтинговое и омолаживающее действие».

Улыбнулась я себе, невольно взглянув на поступившую от корейцев заявку с просьбой предоставить им разрешение на их использование. Заодно они прислали договор, в котором была предложена довольно-таки крупная сумма за эксклюзивную возможность их использования.

Я усмехнулась, вспомнив, как Артур мне всё же отомстил, буквально поставив на грань отчаяния.

Долгие месяцы провела я в поисках работы, пытаясь устроиться хотя бы в самую захудалую клинику. И везде получала отказ, а большинство даже не назначали собеседование.

В одной из государственных больниц за МКАДом, после очередного безрезультатного разговора, я в коридоре случайно столкнулась с Ларисой, уволенной в один день со мной. Вот она-то мне и поведала, что на последней конференции Артур во всеуслышание обвинил меня в своих бедах. И с намёком, что я попала к нему в клинику через постель, отметил, что нашёл в себе силы порвать со мной и уволил. И сразу его дела пошли в гору, он ввёл новую операцию, которая теперь гремела на всю страну, и к ним на год вперёд записывались в очереди.

Тогда мне всё стало понятно, и, осознав, что работу я не найду, вернулась домой в тот день заплаканная.

Апсу меня утешил и надоумил те деньги, что я получила от Артура, пока за квартиру не отдавать, а вложить в открытие собственного дела.

Прошло уже несколько лет, и я тяжёлым трудом, с помощью Апсу и рун, которые себе почти каждый день рисовала, открыла и наладила свою собственную косметологическую клинику.

Как тебе название: «Пелоиды»?

Почему Пелоиды? – чуть помолчав, озадаченно спросил Апсу.

Потому что ещё в мою бытность в Туруханске я обнаружила, что в местной мерзлоте есть неизученные, но волшебные по своему действию грязи. И когда я в детстве упала, расквасив себе колено, чтобы кровь не текла, себе грязью её замазала. На следующее утро от раны не было и следа, а я всю жизнь для лечения её и использовала.

Раздался осторожный стук в дверь, который отвлёк меня от воспоминаний.

Анна, пришла первая пациентка и уже ждёт в смотровой, – оповестила меня личная помощница Света.

Быстро переписав в документе название нитей, отправила их по назначению. Достала из шкафа чистый халат, быстрым движением застегнула на нём пуговицы. Взглянув мимоходом в зеркало, изобразила улыбку и направилась в процедурную.

Первая пациентка была женщина, выглядевшая моложаво и ухоженно. На вид ей было лет шестьдесят, но в её карте специально подчёркнуто, что вчера у неё был день рождения и ей исполнилось восемьдесят.

Доброе утро, Екатерина Андреевна! Вы, как всегда, прекрасно выглядите, – поприветствовала я её, и, достав из маленького шкафчика небольшой презент, преподнесла его женщине.

Ой, Аннушка, спасибо! – обрадовалась она, по-старушечьи разведя руками. – Это я благодаря вам так хорошо выгляжу, даже уже не думаю о пластической операции.

Я улыбнулась в ответ и, проходя к стерильному столику, про себя подумала:

«Всё же, как ни делай облик человека моложе, нельзя упускать из виду когнитивные способности».

Далее было несколько мужчин, которым я убрала брыли, обвисшие после резкого похудения. Затем был новый клиент – женщина, моя ровесница, но уже с сильно уставшими глазами.

«И немудрено, зная, чья она жена», – подумала я про себя, разрабатывая план по её омоложению.

Она замужем за знаменитым продюсером, и на каждой запечатлённой фотографии с ним он смотрел на свою жену с пренебрежением. Но вот в соцсетях и на всех кастингах его зачастую фотографировали в сопровождении молодых дам, и разница во взглядах её мужа была значительная.

Анна, вы моя последняя надежда, – заявила она патетично. – Муж не одобряет пластику и говорит, что старость – это естественный процесс, но сам проводит время с молодыми девушками.

Странная позиция, – согласилась я с ней. – У вас есть совместные дети?

Четверо. Старшему уже четырнадцать, – ответила она, улыбнувшись, а я про себя отметила, что мать она хорошая.

Что же, давайте посмотрим, что тут можно предпринять, – сказала я, глядя на неё и раздумывая.

Вот как раз на ней я и использую новые нити, чтобы приоткрыть глаза, с нарастающим омолаживающим действием. Затем, немного приподняв скулы, сделаю ямочки на щеках, так как на фотографиях видела, что они у неё были в молодости. И как финал, чуть подколю своим новым изобретением губы. Если их покусывать, они будут чуть распухать и становиться чувственными.

Всё, – объявила я женщине. – Отёк через несколько дней спадёт, и вы сможете полностью оценить своё преображение.

Да я и сейчас очень довольна результатом, – прошептала она, удивлённо рассматривая себя в зеркало.

Наконец завершив приём, я проводила счастливую пациентку, и как только за ней закрылась дверь, Света расстроенно сказала:

Анна, у нас запись на три месяца вперёд забита, и многие пациентки возмущаются, – она многозначительно взглянула на девушек с ресепшен, те, подтверждая её слова, показали графики. – Может, нам стоит поднять цены или увеличить штат врачей? – предложила помощница.

Увы, но количество процедурных мы не увеличим, – ответила я, и тут мне пришла в голову мысль, которую я не стала пока озвучивать. – Я подумаю, что можно сделать, а сейчас хочется кофе.

Света кивнула и убежала варить кофе, а я, кивнув проходившей мимо коллеге, ушла в кабинет, чтобы посоветоваться.

Апсу, как думаешь, может, нам открыть ещё одну клинику? – спросила я, войдя в кабинет. – У нас запись очень плотная, и девочки говорят, что многие возмущаются.

Анну, я думаю, с этим спешить не стоит. Ты и так не выглядишь счастливой, а тебе придётся разрываться между двумя клиниками, – ответил он, а я, усевшись на диван, тяжело вздохнула.

Ещё одну клинику в одиночку наладить сложно, а перепоручить это на кого-то, не получится, – договорила я за него аргументы против моего начинания.

Кофе, – объявила вошедшая помощница, и, поставив на столик две чашки, кивнула на открытый ноутбук. – Не знаю почему, но документы из патентного бюро вернули, с припиской, что там что-то не так оформлено.

У меня поползли брови вверх, так как я точно знала, что мы с Апсу ошибиться не могли и всё правильно оформили.

Но тут мне в мессенджер пришло сообщение.

Анна, не переживай, это у нас тут один любитель взяток решил, даже не найдя, к чему придраться, твои патенты завернуть, но я быстро с ним расправился, – написал Андрей, который, собственно, и возглавлял так называемую службу по регистрации интеллектуальной собственности.

Тут же в конце его сообщения появился смайлик, обозначающий разгневанного чертика.

Я не переживаю, но немного удивилась, – ответила я, поставив в конце рожицу с поднятыми бровками. – Вроде мы в точности следовали твоей инструкции.

Хм… А мы – это кто? – спросил Андрей, прислав смайлик, означающий задумчивость. – Я должен поставить тебя в известность, что несколько ревнив, и да, тоже взяточник, – написал он, и через несколько секунд пришла ухмыляющаяся рожица.

И на какую же ты взятку рассчитываешь? – спросила я, читая и невольно улыбаясь.

А в ответ мне пришло селфи. Андрей стоял перед зеркалом в раздевалке какого-то спортклуба, и из одежды на нём, собственно, ничего не было. Только полотенце, удерживаемое второй рукой, чтобы не светить «кое-чем» в зеркало.

Ого! Ну и красавчик, – воскликнула Света, заинтересовавшись, в честь чего я вдруг стала красная. – Это Андрей, про которого ты говорила? И, судя по всему, он мечтает с тобой встретиться?!

Я, взглянув на Свету, ещё больше покраснев, улыбнулась, так как она натолкнула меня на мысль, что ответить этому взяточнику.

Ммм… Я бы предположила, что ты хочешь омолодиться?! Должна заметить, что на мой профессиональный взгляд, ты в этом не нуждаешься, – пририсовала я смайлик в очках.

На что получила в ответ три смеющиеся рожицы.

Мне точно не нужны халявные процедуры, у меня к тебе совсем другой интерес, – ответил он, прислал гифку в виде сердечка, сложенного самолетиком. – А взятка состоит в том, что я приглашаю тебя сегодня поужинать.

Только ужин? – ответила я, и нашла во вкладке смайлик подозрения.

Если захотим, то не только… – ответил он, с краснеющей рожицей. – Можно я заеду за тобой вечером?

Спросил, и я в ответ прислала смайлик: Да.

Закончив переписку, подняла голову и почувствовала себя, как будто меня за чем-то неприличным застали.

Прости, я немного увлеклась, – извинилась я, заливаясь краской. – У меня просто давно отношений не было.

Я поняла, – кивнула Света, усмехнувшись. – И так уж и быть, дам тебе совет: с таким красавцем лучше долго не «рассусоливать», – заявила помощница и, демонстративно закатив глаза, озвучила свои мечтания: – Мне бы найти такого мужчину: и красив, и при должности, и, как я понимаю, с юмором.

Мы обе засмеялись, но тут открылась дверь, и вошла чем-то расстроенная коллега.

Анна, там у меня пациентка недовольная, и я не знаю, как ей объяснить, что она не захотела придерживаться плана, и теперь пожинает последствия, – пространно объяснила Элеонора Ивановна.

Мы со Светой понимающе переглянулись, так как у Элеоноры всегда были проблемы с общением. Но делать нечего, как врач она хороша, просто в силу возраста слишком принципиальная.

Я подам на вас в суд, вы мне за всё, что сделали, ответите! – начала с угроз женщина.

На вид ей давно за пятьдесят, но видно, что она всячески старается за собой ухаживать, просто экономит, и это сказывается не в лучшую сторону.

Добрый вечер, – учтиво поприветствовала её я. Конечно, мы и врачи, но нам платят, поэтому всегда нужно быть предельно вежливыми. – Апсу, выведи, пожалуйста, на монитор предыдущее посещение пациентки, – попросила я ИИ, и тут же у женщины изменилось лицо с гневного на удивлённое.

Я уже давно установила камеры, не понаслышке зная, что такое потребительский экстремизм и желание поживиться за счёт клиники.

Какое право вы имели снимать меня скрытой камерой? – вскочила с кресла женщина, воинственно сжимая кулаки.

Полное. Это моя клиника, и, подписывая договор, вы были уведомлены, что каждое своё действие мы снимаем. Это помогает нам контролировать и обезопасить вас от врачебной ошибки, – отчеканила я, взяв пульт и промотав ту часть, где врач и пациентка раскланивались.

Затем Элеонора Ивановна её осмотрела и констатировала, что филлер введён неправильно, и его нужно удалить из тканей, и тогда она даст на свою работу гарантию. Тут же женщина «заартачилась», аргументируя тем, что она за него деньги платила, а в нашу клинику пришла совсем за другой процедурой. Элеонора Ивановна её оповестила, что ответственность тогда лежит полностью на ней, и та согласилась с аргументами.

Простите, но вы были предупреждены, и я вижу, что то, что сделал врач, даже сгладило последствия неудачной процедуры, сделанной не в нашей клинике, – констатировала я, показывая фотографии до и после.

Женщина, конечно, заплакала, умоляя её спасти, так как у неё скоро свадьба. Она достала телефон и показала фотографии с отпуска. На них была она с молодым мужчиной, и он выглядел как настоящий жиголо.

Да, он сильно младше, но у нас темпераменты одинаковые, – болтала она, пока Элеонора вводила ей раствор, чтобы ускорить растворение препарата. – Мы ещё ребёнка заведём, благо уже нашлась суррогатная мама. А свой биологический материал я заморозила, когда была в вашем возрасте.

Сделав всё необходимое, чтобы она была довольна, женщина, расплатившись на ресепшене, ушла. А я вернулась в свой кабинет к Апсу, рассчитывая допить кофе.

Как думаешь, может, мне тоже заморозить свой биоматериал? – спросила я, устало вздыхая и допивая чёрную жижицу до донышка.

Зачем? – спросил у меня ИИ.

С моим графиком и жизнью даже в отдаленном будущем детей завести, наверное, не получится, – я взглянула в чашку, в которой крупно перемолотые зёрнышки разбросало по всему дну, напоминая странную вселенную. – Да и мужчины уже не те, – произнесла я задумчиво, но посмотрев на моргнувшую колонку со смешком добавила. – Вот ты у меня замечательный мужчина! Ещё бы умел гадать на кофейной гуще, цены бы тебе тогда не было.

Эм… Давай ты возьмёшь чашку домой, только заверни в пакетик, и мы вместе поищем про это информацию, – задумчиво произнёс ИИ, не осознав, что это шутка.

Мне тут какой-то дракон кажется, – засмеялась я, рассматривая донышко.

Апсу замолчал, как-то нервно моргая, а я развернула к нему чашку донышком.

Кстати, у меня же сегодня свидание, – радостно вспомнила я и, посмотрев на часы, спохватилась. – Чёрт! Чёрт! Чёрт! Андрей скоро заедет, а я не подготовилась.

Резко подскочив, сдёрнула с себя халат и, закинув его в корзину, пригладила перед зеркалом волосы. Скинула удобные кроксы, в которых я обычно работала, и натянула берцы, чтобы не тратить время на переодевания.

Боже, я не могу найти косметичку, – воскликнула, вытряхивая на стол содержимое сумочки.

Она у тебя в машине в бардачке, – подсказал Апсу. – И вообще, я не понимаю, чего ты так нервничаешь?! Ну простой симпатичный мужчина, переспите с ним и разбежитесь в разные стороны.

Не говори так, мне нравится Андрей. В нём есть что-то привлекательное, – пробормотала я, и, даже не надев пальто, схватив телефон и ключи, выскочила вначале из кабинета, а потом на улицу.

«Да уж, не май месяц», – пронеслась в моей голове мысль, пока я бежала к своей машине. Заскочив внутрь, включила зажигание и тёплый обдув на полную мощность. Открыв бардачок, вытащила косметичку, с намерением прямо тут накраситься.

Отогнула козырёк водительского сиденья и взглянула на себя в зеркальце. Но в тот же миг увидела, как чёрный Майбах резко затормозил, но всё равно устроил столкновение.

Глава 3

Я успела выставить руки вперёд, избежав удара о руль, хотя и не была пристёгнута. Взглянув в зеркало заднего вида, я увидела Артура, и меня затрясло от негодования. Глубоко вдохнув, чтобы унять дрожь, я отложила косметичку и, взяв с приборной панели телефон, вышла из машины.

Ты что, совсем с катушек съехал?! – выкрикнула я, чувствуя, как меня колотит от шока.

Он несколько раз со злостью ударил по рулю и, открыв дверь, тоже вышел на улицу.

Анна, садись в машину, ты мне должна помочь, – приказал он, схватив меня за руку.

Артур, я тебе ничего не должна, – с усилием выдернула из захвата свою руку. – Я вызываю полицию и предупреждаю, что весь двор просматривается камерами.

Анна, ты меня слышишь?! – взревел он и, ухватив меня за пиджак, дёрнул с такой силой, что я упала на мокрый асфальт, ударившись коленками. – У меня на операционном столе лежит пациентка, и что-то пошло не так, но ты её вытащишь!

Я увидела, как из клиники вышли девушки с ресепшен, и кивнула им, чтобы те вызывали полицию.

Я не шучу! – Заметив их, Артур вытащил из кармана пистолет и упёр дуло мне в голову. – Если только позвоните в полицию, я выстрелю! – истерично заорал он в сторону подъезда, а я сжалась, на мгновение перестав дышать, но тут же разозлилась на свою реакцию.

Ну что же, стреляй, – не обращая внимания на приставленный к голове пистолет и стоя на карачках, стала набирать на телефоне номер службы спасения.

В следующий момент, получив пистолетом удар по лицу, я от неожиданности клацнула зубами и почувствовала, как по подбородку стекает струйка тёплой крови. Девчонки у подъезда моей клиники завизжали, а я подняла руку, их успокаивая.

У меня нет времени с тобой цацкаться, – процедил Артур, подняв меня за шиворот и, вырвав из рук телефон, куда-то его выбросил.

Затем он обошёл машину и, закинув меня на пассажирское сиденье, со всего размаху закрыл дверь. В последний момент я успела отдёрнуть руку, которой цеплялась за его пальто. Артур на секунду замер, сообразив, что с повреждённой рукой я не смогу оперировать. Недовольно поджал губы и, открыв дверь, защёлкнул на мне ремень безопасности, при этом сжимая в руке пистолет и невольно им передо мной размахивая.

«Чёрт побери, он точно не в себе», – вжалась я в сиденье и краем глаза увидела дёрнувшегося в нашу сторону охранника. Артур выстрелил в воздух, взглянув на него угрожающе, и охранник посмотрел на меня, ожидая решения. Я, естественно, помотала головой, чтобы он не приближался.

«Лучше сделать всё, что он требует, а потом уже ехать в полицию», – рассудила я, смотря перед собой и не делая лишних движений.

Резко сдав назад, Артур развернул машину так, что её занесло, и поехал по проспекту на огромной скорости.

Анна, у меня реально катастрофа, – сказал он, бросив на меня быстрый взгляд и резко перестраиваясь, обгоняя машину за машиной. – На операционном столе лежит женщина, и я не знаю, что с ней и как мне из этого выпутаться.

Артур, я не могу тебе помочь, – прошептала я хрипло, вжимаясь в кресло, так как несколько раз мы почти врезались. – Уже несколько лет я не оперирую, а тут ещё и случай критический, – попыталась я достучаться до бывшего руководителя.

В том, что ты не оперируешь, виновата сама! – рявкнул он, в очередной раз ударив по рулю в бешенстве и сделав манёвр, от которого встречная машина, дёрнувшись вбок, куда-то съехала. – Что, слишком гордая, чтобы приползти ко мне в постельку и молить о прощении?

Спросил он, глядя на меня, а я в этот момент обернулась, надеясь, что в съехавшей машине никто не пострадал.

Артур, смотри, пожалуйста, вперёд, – почти умоляя, промямлила я. – И я тебя прошу, сбавь скорость, дорога скользкая.

Не знаю, что возымело своё действие: мой молящий тон или аргументы, но Артур, зло усмехнувшись, послушался.

А я быстро взглянула на экран «Майбаха», надеясь на карте понять, где мы сейчас находимся, и замерла, прочтя только что появившуюся на мониторе надпись:

Анну, успокойся, мы справимся!

Округлив глаза, я вцепилась руками в кресло и, покосившись на Артура, опять уставилась на экран авто в ожидании следующих надписей.

Если ты меня вытащишь, я на тебе женюсь, и мы объединим наши клиники! – заявил Артур, заметив мой взгляд и расценив его по-своему.

А в это время экран выдавал мне инструкции одну за другой:

“Когда я тебе скажу, ты должна принять вот такое положение”, – было написано поверх карты навигатора.

Я сейчас в процессе развода, – сказал Артур, резко перестраиваясь влево и ударив по газам, обгоняя скорую. – Эта дура думала, что всем владеет, но оказалось, что на неё ничего не записано.

Он разразился громким смехом, а я в этот момент смотрела на инструкции, где мне показывали, как я должна сесть и как прикрыть голову.

Я не понимаю, что случилось с пациенткой! Я сделал всё, как ты учила, но что-то пошло не так, и она не просыпается, – неожиданно спокойно сказал Артур, посмотрев на меня, но затем перевёл взгляд на экран «Майбаха». – Это что ещё за чертовщина?

Спросил он, и в тот же миг на экране замигала надпись:

“Анну, сейчас!”

Я всегда принимала быстрые решения и в данный момент послушала немецкий автопром и пригнулась, как было велено.

Сложившись пополам и спрятав голову между коленей, по дёрганью руля и крикам я поняла, что Артур теряет управление. А в следующий момент мы врезались в кортеж, который явно сопровождал кого-то очень важного.

Отыскав ключи в сумочке, где был полный бардак, я открыла квартиру и, входя, потёрла лоб от усталости.

С-с-с… – цыкнула я, почувствовав, что невольно задела рану.

Над бровью была небольшая рана, оставленная лобовым стеклом «Майбаха».

И мне только оставалось удивляться, как из тысячи осколков в меня угодило только несколько. Не знаю почему, но сразу после удара я разогнулась и, как в киношном слоу-мо, увидела разлетающиеся вокруг меня стёкла. Они меня огибали, как будто скользя вокруг препятствия, при этом я видела, как был изранен Артур. Его руки, которыми он прикрывался, почти превратились в кровавое месиво.

Привет, Апсу! Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался Апсу, когда я сняла пальто, привезённое Андреем в отделение полиции.

Боже, как будто по мне проехал каток, да к тому же не очень вменяемый, – отшутилась я, проходя в ванную комнату.

Включила тёплую воду и, достав флакон с хлоргексидином, промыла свои ранения.

Хорошо, что бровь не рассекла, а царапина быстро затянется, – сказала я себе, рассматривая себя в отражении.

Перед глазами возникла картинка, как окружившие машину полицейские целятся в нас из автоматов. Но тут каким-то чудом появляется Андрей и, продемонстрировав документ, вытаскивает из машины Артура и, врезав ему по лицу, передаёт его правоохранителям.

Увы, но в участок всё равно пришлось ехать, и более того, меня допрашивали. Благо я сидела в комфортабельном кабинете, а не в камере.

Пока длилось разбирательство, Андрей съездил в мою клинику, забрал найденный на обочине разбитый телефон, а также пальто и сумочку.

Это жена Артура испортила медицинское оборудование, – пояснил мне Андрей, после того как меня освободили. – Её арестовали, но, к сожалению, женщина на операционном столе не выжила.

Я стояла перед зеркалом, прокручивая всё это у себя в голове и пыталась понять, смогла бы я помочь погибшей женщине? Конечно, я находила себе кучу оправданий, и главное из них то, что я давно не оперировала.

Как мне надоел этот дурацкий мир, – высказала я своему отражению, утирая катившиеся из глаз слёзы.

Но, вспомнив о бесполезности стенаний, я открыла маленькую баночку с лечебной грязью, которую хранила со школьного возраста. Нанеся чуть на губу и над бровью, я аккуратно закрыла её и взяла с собой в комнату.

Апсу, вот ты как-то оговорился, что есть другой мир. Неужто и в нём люди такие же злые и глупые? – спросила я, направляясь к бару, чтобы достать бутылку, которая там стояла с какого-то праздника.

Люди везде одинаковы, – выдал ИИ, как мне показалось, чуть задумавшись. – Но там они живут в закрытых городах, поэтому стараются друг друга поддерживать.

Наливая в бокал рубиновую жидкость, я улыбнулась его фантазии и, устроившись в кресле, вкратце рассказала про сегодняшнее происшествие. Он слушал не перебивая, а я в какой-то момент опять заплакала.

Я испугалась, поэтому и смалодушничала, – просипела я и, утирая слёзы, отхлебнула из бокала. – Надо было думать не о себе, а о женщине, которая в этот момент умирала.

Продолжив рассказ, как Артур с сумасшедшей скоростью мчался по проспекту и как мы въехали в кортеж, сопровождавший кого-то важного, я вспомнила про инструкции на экране.

Оказывается, в «Майбах» тоже интегрировали ИИ, и он даже приложил руку к тому, что мы въехали, – заявила я, собственно, искусственному интеллекту.

Апсу этому почему-то не удивился, и я, взглянув на ноутбук, пошевелила мышкой, проверив, не завис ли интернет, так как мне показалось странным, что он не реагирует.

Артура уже выпустили из полиции, и в деле он пойдёт как пострадавший, – вдруг заявил Апсу, а я поняла, что он просто просматривал новости.

Ничего себе пострадавший?! – я возмутилась, ещё глотнув из бокала. – Этот пострадавший меня похитил и избил пистолетом!

Его действия квалифицировали как состояние шока, – оповестил Апсу, словно зачитывая. – Благодаря твоей операции у него теперь много связей среди жён первых лиц, и они никогда не допустят, чтобы сидел тот, кто даёт им молодость.

Я, задумавшись, одним махом допила вино и, отставив опустевший бокал, спросила у искусственного интеллекта:

Что мне сделать, чтобы он от меня отстал?

Заметь, я тебя предупреждал, чтобы ты ему не помогала, – высказал ИИ менторским голосом, а я закусила губу, так как привыкла всегда поступать по-своему.

Может, есть какие-то руны, которые отвадят Артура от меня? – спросила я, улыбаясь, как мне показалось, удачному решению.

Есть руна, которая отвадит всех мужчин, но не Артура, так как у него интерес коммерческий, – ответил Апсу на полном серьёзе. – Кстати, ты не подумала, что Андрей тебя нашёл слишком быстро? И что за документ он всем показал, что его спокойно пропускала полиция?

Честно говоря, я была в таком состоянии, что думать просто не могла, – ответила я, направляясь к бару и нацеливаясь на остатки вина. – Может, он стал свидетелем, как меня увозят, и поехал вслед за нами?! – предположила, усаживаясь обратно в кресло и выливая вино в бокал.

Вдруг на моём разбитом телефоне появился сигнал мессенджера, и я, взяв его с журнального столика, проверила сообщения.

“Твою машину сдал в ремонт, так что ни о чём не беспокойся. И утром я за тобой заеду, чтобы отвезти в клинику.”

Написал мне Андрей, а я, улыбнувшись, не нашлась, что ответить, поэтому послала смайлик сердца.

Эх, – вдруг произнёс Апсу с какой-то досадой.

На самом деле я даже не знаю, как реагировать, – почему-то прошептала я. – Первый раз в жизни меня кто-то защищает и обо мне заботится.

Я о тебе забочусь, – обиженно заявил ИИ.

И для меня это очень ценно, – рассмеялась я. И на меня накатила нежность, так что я, дотянувшись до экрана ноутбука, его погладила. – Конечно, если бы ты был мужчиной, а не искусственным интеллектом, я бы безусловно выбрала тебя.

Увы, но даже в другом мире меня давно уже нет, – вздохнул он, но, сменив тон, вывел руну на экран, так сказать для ознакомления. – Вот эта руна, отвадит от тебя мужчин.

Я несколько минут её рассматривала, но тут, грустно усмехнувшись, сама себе сказала:

Я, судя по всему, не хочу, чтобы Андрей отваживался.

Произнесла, ожидая, что Апсу вот-вот начнёт меня наставлять, что все мужчины хотят лишь одного, и с ним не надо связываться.

Но он почему-то молчал, и я молчала, смотря на монитор и синее окно, которое немного подрагивало.

Я бы хотела оказаться в другом мире, где люди добрее друг к другу и у них есть магия, – произнесла я, надеясь, что эта тема, как всегда, его отвлечёт.

Люди не обладают магией! – заявил Апсу, а я засмеялась, удивляясь, какая же хорошая у него фантазия.

Но тут я подумала, что у него есть доступ ко всем интернет библиотекам. Так что логичней предположить, что он где-то это вычитал.

Расскажи, в какой библиотеке ты этот мир нашёл? – поинтересовалась я, думая, что ему подыгрываю.

Но он меня как будто не услышал, а пустился вслух в странные рассуждения.

Когда-то я ошибочно посчитал, что этот мир для тебя безопасен, – произнёс он. – Поэтому ты тут, а не в королевстве, о котором я тебе рассказывал.

Не понимая, про что он, решила, что достаточно выпила, и, взглянув на почти пустой бокал, на всякий случай его отставила.

Другой мир? Королевство? – это звучит волшебно, особенно если, как ты говоришь, там есть магия, – так же невпопад ответила я.

Да, есть, но всё равно там нужно тебя обезопасить и поселить в городе людей, где нет ни драконов, ни магии, – продолжал рассуждать сам с собой Апсу, а я, понадеявшись, что к утру всё наладится, встала с кресла и, прощаясь, высказала:

Как показала практика, имея тебя, телефон и свою волшебную грязь, я вполне выживаема, – заявила и вышла из комнаты, направляясь в спальню и надеясь поскорее забыть сегодняшние злоключения.

Глава 4

Боже, зачем же так слепить глаза? – сощурилась я и перевернулась на другой бок.

Но лучи солнца, заливавшие всю комнату, отражались от выбеленной глянцевой стены и ослепляли бликами.

Апсу, закрой, пожалуйста, шторы, я не хочу сегодня ехать в клинику.

Попросила, но, тут же вспомнив, что за мной заедет Андрей, решила, что всё же из кровати вылезу. Приоткрыв глаза, я не поняла, где нахожусь, и удивлённо уставилась на выкрашенную белой краской деревянную стену. Нахмурилась, пытаясь припомнить, где в моей квартире может быть такой дизайн. Наконец, догадавшись, что я не у себя дома, резко повернулась к окну и подскочила от изумления.

Это что ещё за чертовщина? – опешила я, рухнув с кровати на деревянный пол и запутавшись в длинном подоле моего одеяния.

В комнате раздался знакомый, но какой-то приглушённый смех, как будто у колонки испортились динамики. Но так как голос Апсу я узнала, сразу немного успокоилась. Усевшись на полу и поджав под себя босые ноги, я осмотрела помещение. Это была большая светлая комната: стены из белёного дерева, украшенные несколькими подсвечниками на длинных ножках. Кое-где висели полки, уставленные древними книгами, в углу стоял массивный письменный стол, а рядом с кроватью – шкаф с полупустыми полками.

Апсу, меня что, опять похитил Артур и запер в какой-то этнической деревне? – шёпотом спросила я, вставая с пола, и автоматически замерла, когда доски под ногами скрипнули.

Про Артура можно забыть. Мы перенеслись в мир, о котором я тебе рассказывал, – отозвался он.

При этом я никакой колонки и даже компьютера не увидела. Разогнувшись, я ещё раз осмотрела комнату в поисках хоть какой-нибудь техники.

Ага. Это квест для тех, у кого в жизни не хватает впечатлений? – предположила я и на цыпочках, стараясь, чтобы пол не скрипел, направилась к окну. – Так мне их как раз не надо, у меня что ни день, то приключения.

Это Вилдвуд. Закрытый город людей. Если будешь рисовать магические руны, безопасно и с комфортом тут устроишься, – ответил мне ИИ.

В этот момент я выглянула на улицу. Замерев, я почувствовала, как мои и без того большие глаза округлились. Я не ожидала, что где-то выстроили город почти полностью из дерева. Нет, я, конечно, родилась в Туруханске, и в моём детстве там тоже преобладали деревянные дома. Правда, потом кое-где возвели блочные строения, но общего вида посёлка это не испортило.

А сейчас перед моим взором открывался странный городок, будто из фильмов или американских вестернов. Дома в основном трёхэтажные, раскрашенные в разные цвета, конусные крыши из дранки поддерживались морёными балками. Улица, на которой я находилась, была явно торговой, так как почти у каждого дома виднелась вывеска. На первых этажах располагались прилавки с разной снедью, а кое-где и кафе, в которые входили и выходили странно одетые прохожие.

Какой-то костюмированный вестерн? – спросила я, упершись лбом в стекло и удивлённо всё разглядывая.

Прохожих было мало, но те, кого я могла рассмотреть, были одеты старомодно, словно в кино. У женщин – длинные приталенные платья, зачастую с широким поясом или корсетом, а мужчины – в сюртуках с геометрической вышивкой по лацканам. Но искренне удивляло то, что почти все были в шляпах, а дамы ещё и с вуалями.

Это к чему такую декорацию построили? – спросила я у Апсу, глупо хлопая глазами. – Мосфильм? А, точно! Это, скорее всего, жена знаменитого продюсера решила меня так отблагодарить, не спрашивая?

Я топнула ногой, показывая, что сержусь, так как представила, как выгляжу в объективах видеокамер. Резко развернувшись и обведя комнату взглядом, я не нашла ничего похожего на съёмочную площадку и начала опять шарить по углам в поисках компьютера.

Это не декорация! – устало выдохнул Апсу. – Ты действительно в другом мире, на территории древнего королевства.

В шкафу обнаружилось несколько платьев и бельё в кружавчиках, пошитое по моде времён царя Гороха. На полках – книги, которые я могла читать, но пока не стала на них зацикливаться. На столе – перо с чернильницей и ровная стопочка волокнистой бумаги. А вот выдвинув ящик, я увидела стеклянный шар размером с большое яблоко.

Окей, Апсу. Я тебя не нашла, можешь выдавать подсказки, – сдалась я, перекидывая шар из руки в руку.

Анна, будь со мной поаккуратней! – засветился стеклянный шар.

Я испугалась и выронила его. Благо пол был деревянный: шар не разбился и укатился под кровать, в дальний угол комнаты.

Апсу, а можно без спецэффектов? У меня и так после вчерашнего нервы как струны натянуты, – проворчала я и, опустившись на пол, еле-еле его вытащила. – Что это за новый гаджет? Как всегда, Китай? – поинтересовалась я, садясь на кровать и вертя шар в руках. – Они опять что-то новое с ИИ выпустили?

Это Оракул. Он создан специально для общения, выстраивая магический поток далеко за стенами этого города. Поселившись в нём, я могу обходить деревянные стены и получать подпитку магией, – объяснил он, чуть засветившись.

А чем тебе деревянные стены не угодили? И вообще, зачем подселяться в стеклянный шар, когда проще было воспользоваться ноутом?! – я подняла брови, не понимая логики этого переселения.

Потому что тут нет «ноутов», нет колонок и даже нет интернета! – выдал Апсу раздражённым голосом.

Я уставилась на стеклянный шар, борясь с порывом выскочить на улицу и крикнуть что-то вроде: «Ладно, кто бы ты ни был, ты выиграл». Но врождённая интуиция подсказывала, что это не поможет. Оставалось только ругать себя за то, что раньше не верила во всю эту галиматью.

Так-с! – я не сводила взгляда со светящегося шарика. – У нас есть тут что-то попить? – просипела я, но, чуть подумав, добавила: – Или выпить?

Анна, шесть утра, и ты ещё не умывалась, – осуждающим тоном произнёс стеклянный шар. – Это твой дом. И пока ты будешь приводить себя в порядок, я расскажу тебе, кто ты и как должна представляться в городе.

Ну, хоть здесь не нужно влезать в деревянную ипотеку! – попыталась я острить и, повертев головой, обречённо спросила: – Ну и где тут ванная?

Ванная оказалась на первом этаже: посередине стояла лохань, в которой можно было устроиться сидя. А за деревянной ширмой – туалет вполне современного действия. Проделав весь утренний моцион, я не нашла зеркала, но с облегчением обнаружила свою лечебную грязь, в которую верила с детства. Кухня оказалась рядом с ванной, но сначала я вернулась в комнату и натянула необычно длинное платье с толстым кожаным поясом.

В этом мире что, нет кофе? – спросила я, перенюхав по очереди все жестяные банки и всё ещё не веря в происходящее.

Есть, но оно дорогое, и хозяева, у которых я купил дом, судя по всему, его не оставили, – обнадеживающе ответил ИИ.

Пока я жарила яйца и заваривала чай, Апсу поведал легенду моего происхождения.

Ты Анну! – начал он.

Я Анна, – с издёвкой поправила его я.

Я вспомнила, что эта ошибка была единственным его недостатком – скорее всего, из-за отсутствия лицензии.

Тридцать два года, – инструктировал стеклянный шарик.

Ты что, по паспорту читаешь? – я повернулась к нему с усмешкой. – Долго легенду сочинял?

Анна, не передёргивай! – повысил голос ИИ. – Всем говори, что не помнишь, как оказалась в городе! Тогда горожане решат, что ты вернулась от драконов и была какое-то время у них в услужении.

В каком таком услужении? – не поняла я. – И что это за драконы такие? У вас тут что, квест по Толкину?

Это не квест, а другой мир! – прорычал шар, окрасившись красным.

Я подняла брови, понимая, что сама очень нервничаю. Несколько раз громко вдохнула и выдохнула. Затем, пыхтя как ёж, вытянула руку вперёд, словно дирижируя, и пафосно развернула пальцы веером, задавая вопрос, в который уже сама не верила:

Это кто-то из моих бывших одноклассников организовал такую игру в Красноярске?

Анна!

Что?! – я кинула вилку в сковородку.

Оттуда вылетел желток и угодил прямо на светящийся шарик.

Это нормальная защитная реакция! Ты же не думаешь, что я сразу всё приму? И что ты никакой не ИИ, а какая-то магия! – вырвалось у меня истерично. Я схватила полотенце и вытерла с шара стекающую яичницу.

Я не магия и не артефакт, а божественная сущность. И, как видишь, я за тобой приглядываю! – выпалил он, тоже, похоже, пребывая в бешенстве.

Кстати, да, а с чего это вдруг божественная сущность выбрала меня объектом наблюдения? – с издёвкой переспросила я.

А вот не скажу! – заявил он, засветившись всеми цветами радуги. – Может быть, когда-нибудь в будущем. А сейчас изволь дослушать и дать мне, в конце концов, передохнуть. Я и так кучу сил потратил на перемещение.

Я села за стол и, подув на чашку с чаем, демонстративно хлюпнула, глядя на Оракул в ожидании.

Это мир, где много рас с разным уровнем владения магией. Но люди магией не одарены, поэтому живут обособленно. По договору с драконами, которые их защищают, каждый город отправляет им людей в услужение. Зачастую тех, кто на службе больше не нужен, возвращают в города, но уже без памяти. Это делается для того, чтобы они забыли то, что видели, и не мучились излишними чувствами, – отчеканил он, периодически вспыхивая. – А так как у тебя есть деньги и руны, я рассчитываю, что ты тут достаточно комфортно устроишься. Всё ясно?

Я из чувства противоречия исподлобья взглянула на него и, опять в полном молчании отхлебнув, громко хлюпнула.

Вот и молодец! – не отреагировал он на мою эскападу. – Обживайся тут, а меня верни, пожалуйста, в стол. Я должен отдохнуть и впитать в себя извне достаточно магии.

Я молча подхватила шар и, демонстративно чеканя каждый шаг, направилась вверх по лестнице. Прошла мимо закрытых дверей неизвестных комнат и, не проронив ни слова, выдвинула ящик стола, вернув Апсу на место.

И нечего вести себя как ребёнок! Сама же сказала, что тебе тот мир надоел. Вот я и решил, что ты готова к изменениям.

***

Ну что ж, здравствуй, магический мир! – торжественно заявила я, подойдя к окну, и тут же отпрянула.

На улице стояла полноватая женщина и, запрокинув голову, всматривалась в окна моего дома. Тут же в дверь постучали. Я подбежала к столу, собираясь просить Апсу о помощи, но вовремя остановилась. Нужно начинать полагаться на себя.

Одну минуту, я не совсем одета! – выкрикнула я, быстро спускаясь по лестнице, и забежала в ванную.

Там я заметила пузырёк с краской и маленькую кисть – почти такой же я пользовалась в Москве. Обслюнявив кисть, я макнула её в краску и, закатав рукав, вывела руну Благосклонности.

В своё время, открывая клинику, я каждый день рисовала набор рун и была уверена, что они мне действительно помогли. С руной удачи я чудом нашла помещение с оборудованием по низкой цене. С руной благосклонности встретилась с чиновником, и перед клиникой оборудовали бесплатную парковку. А контракт с корейской компанией и вовсе казался сумасшедшим везением. Подув на рисунок, я аккуратно спустила рукав и вышла в прихожую.

Доброе утро! – поприветствовали меня, когда я открыла дверь.

К моему удивлению, пожаловали сразу две женщины.

Мы ваши соседки, душечка, принесли вам пирожки в качестве приветствия.

Очень рада знакомству, я Анна, – представилась я и пригласила их пройти, размышляя, где бы нам разместиться.

Судя по тому, как гостьи уверенно направились к лестнице, они в этом доме были не раз. Мне оставалось только следовать за ними.

Вы не смущайтесь, что у вас не прибрано, вы же только что приехали! – полноватая дама отряхнула руку, потрогав перила.

Затем она сняла шляпку с вуалью и взглянула на меня как-то странно – слишком пристально. Я, не зная, что ответить, театрально вздохнула, надеясь, что это сойдёт за растерянность. Женщина удивлённо подняла брови и отворила дверь в гостиную. Это была большая комната с камином и круглым столом. На стенах висели натюрморты, изображавшие этот же стол. На подсвечниках лежала пыль, но в целом гостиная выглядела богато.

Меня зовут Клара, а это Эдит. Наши дома справа и слева от вас, – представилась полноватая Клара.

Ей было около шестидесяти: ухоженная, но с простым, даже некрасивым лицом.

Милочка, если вы позволите, я для начала нашего знакомства кое-что вам посоветую, – сказала Эдит, с любопытством разглядывая меня.

Я буду рада любым наставлениям, – улыбнулась я.

В отличие от подруги, Эдит была хорошо сложена, а недостатки внешности умело маскировала косметикой. Женщины переглянулись и протянули мне свои шляпки – по этому жесту я поняла, что принята. Клара водрузила на стол блюдо с пирожками, а Эдит сняла салфетку с небольшого чайничка и, многозначительно улыбнувшись, положила его бочком рядом с блюдцем. В следующий миг я округлила глаза и ошеломлённо пискнула.

Пусть вас не удивляют некоторые наши хитрости, – со смешком подмигнула Клара.

Она подхватила чайник, материализовавшийся в воздухе, и разлила чай по появившимся перед нами чашечкам.

Мы в городе давно решили: тот, кто выезжает по делам, может привозить и продавать тут магические безделушки.

Естественно, с соблюдением полной секретности, – поправила её Эдит, подталкивая ко мне пирожки.

Я не могла осмыслить увиденное, поэтому решила занять рот делом. Схватив пирожок, я долго жевала, ожидая новых фокусов. Соседки молча переглядывались, явно чего-то от меня ожидая. Вдруг я почувствовала, как на руке завибрировала руна.

Простите, давно не ела такой вкуснятины, – бессовестно соврала я.

Женщины счастливо заулыбались и принялись пить чай.

Так вот, Анна, позвольте дать вам наставление, – сказала Клара. – У нас нельзя появляться на улице без вуали. Это обязательное условие в городе.

Я вопросительно взглянула на Эдит. Та снисходительно кивнула:

Видите ли, наш город близок к столице, но драконы не выбирают слуг из нас – по их мнению, мы недостаточно привлекательны. Но стоит в городе появиться красавцу или красавице, они тут как тут и пытаются сразу увести жителя из города.

Так и получается, что из нашего города почти никто не работает у драконов, за исключением нескольких счастливчиков. Поэтому город живёт бедно, фактически сам себя еле прокармливая.

Я покивала и, запив тесто чаем, осторожно расспросила, чем занимаются горожане.

Кто чем, – философски заметила Клара. – Я с помощью артефакта пеку на продажу пироги, а Эдит устраивает браки.

А так как я пришла первой, рассчитываю, что вы ни с кем больше не свяжетесь, – заявила Эдит, будто я уже дала согласие.

Мне хотелось спросить, куда деваются красавцы, но я решила позже уточнить это у Апсу.

Хорошо бы вечером устроить променад и пройтись по лучшим магазинам города, – предложила Клара на выходе.

Дамы водрузили шляпки и ушли. Закрыв за ними дверь, я прильнула к замочной скважине.

Лилия уже точно не вернётся. Но новая соседка, хоть и не умна, но редкостная красавица, – торжественно объявила Эдит подруге.

Я тоже думаю, что полукровка, как и наш мэр, хотя не совсем уверена, – ответила Клара.

Я разогнулась и бегом бросилась в гостиную. Чайник снова стоял под салфеткой, чашки и пироги исчезли. Я крадучись подошла к столу, села и аккуратно положила чайник на бочок. В воздухе тут же появился призрачный чайник, а передо мной – пустая чашка.

Интересно, – прошептала я. – Ощущение, что чего-то не хватает…

Тут же на столе материализовался пирожок. Я поняла, что чайничек меня «слушает», и нагло выдала:

Простите, я люблю сладкий чай, и желательно с лимоном.

Появилась сахарница с серыми кусками сахара, но лимона не было.

Спасибо! – сдавленно поблагодарила я.

Наливая чай, я решила поэкспериментировать и специально пролила немного на стол.

Извините, – слукавила я.

Лужица мгновенно исчезла. Я раззявила рот и отпустила призрачный чайник. Он повис в ожидании.

Огромное спасибо за чай. А нет ли чего-нибудь сладкого?

Появилась вазочка с козинаками и пара заиндевевших шоколадных конфет. Я застыла, разглядывая их. Чайник недовольно булькнул, и сладости исчезли.

Ничего страшного, – улыбнулась я ему. – Это то, что осталось от прежних хозяев и не испортилось?

На столе появился подсвечник с тремя рожками – точно такой же, как на картине. Только свечи в нём были старыми и оплывшими.