Мил Рэй
После развода. Вернуть бывшую жену

Пролог

Виктория

Я набираю номер мужа и нетерпеливое постукиваю ногтем по экрану. На часах полночь, а в трубке – долгие гудки, и, наконец, его голос тихий и раздражённый:

– Да, Вик. Что-то срочное?

– Захар, ты где? – я почти шипела.

– На переговорах, – коротко и сухо, как отрезал.

– В час ночи?

Пауза. Затем выдох, будто он заставляет себя сохранять спокойствие.

– Встреча затянулась. Обсуждали детали сделки. Завтра ты все увидишь на работе, убедишься сама, – не скрывая раздражения, говорит муж.

Я сжимаю зубы, чувствуя, как меня накрывает волной злости. Хотелось спросить, не обсуждал ли он эту «сделку» в каком-нибудь гостиничном номере, но я промолчала.

Сейчас, крутя руль, ловя каждую неровность дороги, я понимаю, что терпение моё на исходе.

Это уже не первая такая ночь. И у меня есть чувство… Нет, не просто чувство. Уверенность, что Захар мне врёт.

Я паркуюсь у офиса, глушу мотор.

Вдох-выдох. Нужно взять себя в руки. На работе свои заботы, нельзя приходить в офис с пылающим взглядом обиженной жены.

Только безумно хочется ревновать мужа и в голову лезут всякие мысли…

Выхожу из машины, поправляю сумку на плече и глубже вдыхаю утренний воздух. Он пахнет влажным снегом, кофе и чем-то сладко-карамельным. Похоже, неподалёку работает передвижная кофейня, и меня просто тянет туда.

Хочу выпить кофе и взбодриться немного.

– Виктория Сергеевна? Ох, какая встреча! – говорит позади меня незнакомый женский голос.

Я вздрагиваю от неожиданности.

Оборачиваюсь, и вижу перед собой девушку. Высокая, стройная, в светлом пальто, с длинными русыми локонами, которые идеальными волнами ложатся на плечи. Губы подкрашены, тон идеально ровный, взгляд настороженный и сверлящий, будто она хочет во мне дыру прожечь.

Я невольно напрягаюсь.

– Да?

Она улыбается – чуть смущённо, чуть неуверенно, но что-то в этой улыбке кажется… наигранным.

– Простите, что вот так… неожиданно. Я просто узнала вас.

Я внимательно её рассматриваю, но лицо незнакомое.

– Вы кто?

– Оля, – отвечает она, опуская глаза. – Я работала в вашем филиале. Недавно уволилась. Вы меня не помните?

Я нахмуриваюсь. У нас несколько филиалов, но я знаю практически всех ключевых сотрудников.

– В каком именно?

– В Нижнем Новгороде, – отвечает она быстро.

Нижегородский филиал один из основных. Там работают люди, с которыми я контактирую постоянно.

– Правда? – в моём голосе появляется скепсис. – Странно, что я вас не помню.

Она пожимает плечами.

– Ну, я была там недолго… Не примелькалась, – смеется.

Где-то внутри шевелится тревога.

– И чем вы занимались?

– Документооборот, отчётность. Секретарь Анатолия Ивановича, – говорит она, глядя куда-то в сторону.

Анатолий – директор филиала, назначенный моим мужем и близкий друг Захара.

Мелькает мысль: в бухгалтерии точно не было никакой Оли. А вот в офисе…

Она тем временем слегка наклоняет голову и спрашивает с явной небрежностью:

– А как ваш муж?

Я замираю. Всё внутри сжимается в тугой узел.

– Простите? – не понимаю, к чему вопросы про Захара.

– Захар Владимирович ваш муж, это все знают, – уточняет она, внимательно глядя на меня. – Как он? Он часто бывал в нашем филиале.

Я прищуриваюсь.

Теперь мне ясно, что этот разговор – не случайность.

– Такой мудрый и талантливый руководитель, несмотря на молодой еще возраст, – продолжает она, словно смакуя каждое слово. – Он такой… интересный мужчина.

Меня обдаёт жаром.

– Все хорошо. Только Захар уже не так молод, – фыркаю. – Оля, мне нужно в офис. Вы еще что-то хотели сказать или передать Захару, м?

– Ничего передавать не нужно, – пожимает она плечами. – Просто приятно встретить жену бывшего начальника.

Она делает шаг назад, давая понять, что разговор окончен.

Я смотрю ей вслед, а внутри всё кипит.

«Просто приятно встретить жену бывшего». «Начальника» – она добавила как-то неохотно.

– Никакая она не бывшая сотрудница, – проносится в голове.

В офисе меня ожидал сюрприз, который выместил встречу с Олей в два счета....

Глава 1

Виктория

В офисе Захара пахнет кофе. Светлые панели на стенах в приемной, кожаный диван напротив рабочего стола секретаря.

Я знаю это место до мельчайших деталей, бываю здесь каждый рабочий день, в выходные сижу за отчетами.

Но сейчас что-то не так.

Чувствую это ещё в приёмной.

Люда, секретарь мужа, поднимает голову, когда я вхожу, и сразу отводит взгляд. Это делает ее лицо виноватым.

– Доброе утро, Люда.

– Доброе утро, Виктория Сергеевна! – приветливо кивает она. – А вы ведь в отпуске. А сегодня пришла без звонка, неожиданно!

– Отчеты никто не подпишет за меня, Люд. Захар у себя? – спрашиваю, сжимая в пальцах телефон.

Судя по пропущенным звонкам, он сам меня искал. Но, едва я набрала его номер, сбросил и не перезвонил.

– Ой… он был утром, – Люда теряется, покусывая губу. – Но недавно уехал, срочно.

– Куда?

– Эм… не знаю. Он не сказал. Вышел минут двадцать назад и сразу уехал.

Я хмыкаю.

– А вещи он оставил? Телефон, например? Может, просто отошел ненадолго?

Интересно. В делах Захар человек педантичный, резких движений не любит…

У мужа напряженный график. В последнее время настолько напряженный, что и меня это напрягает…

Люда мотает головой.

– Нет, ушел с кейсом. Больше ничего не сказал, – прикусывает губу.

– Я подожду его в кабинете. Если будут звонить – соединяй, хорошо? – улыбаюсь я.

Секретарь кивает и снова утыкается в монитор.

Я иду по коридору, толкаю дверь и захожу в просторный кабинет мужа.

Все привычно – темная мебель, минимализм, легкий запах его парфюма в воздухе.

Присаживаюсь в кожаное кресло, кидаю взгляд на стол. На нем только закрытый ноутбук и стопка папок. Чистота. Захар не любит беспорядка.

На минуту проваливаюсь в прошлое и думаю, сколько же лет мы работаем с мужем вместе? Больше десяти лет. Это немало.

Как говорит моя подруга, мы с ним вместе и на работе и дома, поэтому нам вдвойне сложнее не надоесть друг другу.

Я пытаюсь собраться с мыслями после встречи с Ольгой, которая толком и не представилась.

Набираю кадровика Дарью Станиславовну и спрашиваю у нее про график отпусков на будущий год. И не удерживаюсь, чтобы не узнать о сегодняшней гостье.

– Дарья Станиславовна, скажите мне, была ли у нас в нижегородском филиале некая Ольга?

– Ой, Виктория Сергеевна… Мне бы фамилию, – отзывается тут же.

– Фамилию не знаю. Говорит, что недавно уволилась, – скомкано говорю то, что выдала мне Оля.

На том конце провода тишина. Дарья мнется, не зная, что ответить.

– Так, недавно… Мне нужно списки поднять, приказы. Смотреть в программе бессмысленно, – недовольно роняет.

– Посмотрите, пожалуйста. Мне очень нужна эта информация. Вы отчеты прислали?

– Д-да, – неуверенно охает.

На этой фразе Дарья просит дать ей время на поиски Ольги, а я отключаюсь.

Дел сегодня не так много, и отчеты – это привычная рутина для конца квартала.

Открываю ноутбук мужа и рассматриваю картинку, которая автоматически высвечивается на экране.

– Введите пароль, – произношу вслух и, наклонив голову, изучаю очевидную и понятную надпись.

Раньше у Захара не было пароля на ноутбуке.

Мы с мужем вместе пользуемся им, я отправляю отчеты и спокойно распоряжаюсь тем, что находится в его кабинете.

Неприятный холодок пробегает по рукам.

Я машинально потираю запястье и вдруг замечаю, что ящик его стола приоткрыт.

Дергаю за ручку, выдвигаю его…

И застываю.

Там, среди бумаг и папок, лежит крошечный комок нежно-голубой ткани.

Я не сразу понимаю, на что смотрю. Беру двумя пальцами, вытягиваю…

Женские трусы.

Кружевные, тонкие, так сильно пахнущие цветочным парфюмом, что этот запах в нос врезается.

Я резко выдыхаю.

В голове сразу тысяча мыслей.

Чья-то шутка? Но это его кабинет. Стола мужа никто не смеет касаться, кроме меня.

Может, у Люды спросить?

Я коротко смеюсь.

Вот же глупость!

Люда не заходит в его кабинет без дела.

Да и какая секретарь станет хранить свои трусы в ящике стола начальника.

У меня горит лицо. Захар… Нет, не может быть. Но ведь тонкое кружево лежит передо мной сейчас!

Захар всегда был мужчиной, на которого невозможно не обернуться.

Высокий, статный, с широкими плечами и узкими бедрами, он выглядит так, будто только что сошел с обложки дорогого мужского журнала. В нем сочетаются сила и аристократическая выдержка.

Строгие костюмы сидят идеально, подчеркивая его фигуру – мощные руки, рельефную грудь, пресс, который я не раз царапала ногтями в минуты близости.

Четко очерченная линия скул, сильный подбородок, всегда гладко выбритый или с легкой щетиной, которую он специально оставляет, зная, как она сводит меня с ума. Губы – правильной формы, твердые, горячие, властные. Когда он целует, мне всегда хочется большего.

Но самое завораживающее – это его глаза. Глубокие, темно-карие, с пронзительным, оценивающим взглядом.

Захар умеет смотреть так, что под этим взглядом хочется либо покориться, либо бросить вызов.

А еще он умеет делать это почти лениво, с той самой фирменной ухмылкой, от которой у меня когда-то подкашивались колени.

Я всегда знала, что он соблазнителен.

Всегда замечала, как на него смотрят женщины. Но сейчас…

Сейчас эти трусы в его ящике словно кричат мне: "Ты не единственная, кто хочет его".

И, может быть, не единственная, у кого он их снимает.

И тут телефон снова звонит.

На экране написано «Любимый».

Сжимаю зубы, принимаю вызов.

– Вика, ты где? Добралась на работу? Я заехал от Макара сразу в офис, не успел тебе позвонить, – голос у него ровный, спокойный, где-то там, на фоне, слышится уличный шум.

Я смотрю на чужие женские трусы, которые брезгливо бросила на стол.

– Добралась. А ты где был ночью? – спрашиваю тихо.

– Я же сказал, занят, – отвечает спокойно. – Что-то случилось?

Медленно провожу пальцем по экрану ноутбука.

– Почему на ноутбуке пароль? Мне нужно отправить кое-что в налоговую, – произношу ровно.

На другом конце тишина.

– Ты уехал в спешке, я решила заглянуть в кабинет, Захар… – добавляю.

Теперь он молчит дольше.

– И?

Я усмехаюсь.

– И у тебя на макбуке пароль, а в столе лежат женские трусы, Захар.

Тишина. Долгая. Напряженная.

– Что на это скажешь? – уточняю у мужа....

Глава 2

Виктория

– Скажу, что это чья-то хреновая шутка, Вика! – Захар говорит жестко, резко, без единой эмоции в голосе, кроме раздражения. – Я, по-твоему, настолько тупой, чтобы хранить чужие трусы в своем кабинете?!

Я сжимаю пальцы на телефоне, ощущая, как сердце отбивает резкий рваный ритм.

В голове до сих пор звенит эта картина: темный лаконичный ящик стола, стопки бумаг, папки… и среди всего этого нежно-голубое кружево.

Глубоко вдыхаю, прикусываю внутреннюю сторону щеки.

– Значит, шутка? – мой голос звучит ровно, но внутри меня все горит. – Странная какая-то шутка, Захар.

– Да, мать твою, шутка! – рычит он в трубку. – Или ты правда всерьез подумала, что я притащил бабу, трахнул ее прямо на столе в кабинете перед твоим приходом в офис, а потом решил оставить ее белье в ящике?!

Я не отвечаю.

Слишком хорошо знаю этого мужчину.

Захар не тот, кто оправдывается.

Он не станет юлить, не станет плести интриги. Если бы он изменил…

Я резко отгоняю эту мысль.

– У тебя появился пароль на ноутбуке, Захар, – говорю тихо. – Раньше его не было.

– Я уволю охрану к чертовой матери, – он раздраженно выдыхает, говоря о трусах, а потом добавляет и про ноутбук. – У нас работают десятки человек. Меня заебало, что кто-то лезет в мои документы, пусть даже случайно.

Мы оба молчим.

Воздух между нами тяжелый, электрический.

Я слышу в трубке его дыхание – глухое, прерывистое.

Захар бесится. И это не просто раздражение. Это настоящая ярость.

– Ах, вот как? – усмехаюсь, поднимая брови. – То есть, раньше, когда я пользовалась твоим ноутбуком, это не раздражало?

На том конце связи тишина.

Потом резкое:

– Нет. Пароль не от тебя, Вика. Довольна или будешь дальше разгонять эту тему?

– Я встретила у офиса твою бывшую сотрудницу, – бросаю я, внимательно слушая его реакцию.

– Какую еще сотрудницу? – Захар фыркает. – У меня их сотни.

– Ольгу.

– Какая нахрен Ольга? – он уже не просто злится. В голосе сквозит усталость. – Вик, у меня вчера был тяжелый вечер. Я что, должен помнить всех, кто когда-то у нас работал?

– Ну, возможно, ты вспомнишь хотя бы тех, с кем спал?

Тишина.

Но не та, что бывает, когда человеку нечего сказать. А та, что звенит перед самым взрывом.

– Если ты так обо мне думаешь, Вика, – его голос становится ледяным, – это твои проблемы.

Я закрываю глаза, сжимая переносицу.

– Захар… Как ты можешь?!

– Могу! Без этой херни, ладно? – он жестко перебивает. – У нас сегодня гости. Или ты настолько погрязла в своих подозрениях, что тебе плевать?

Я застываю.

Гости – это Георгий Иванов, деловой партнер Захара, и его жена Мария, мы дружим семьями уже очень давно. Они приедут с детьми, так уж заведено у нас.

Мы настолько долго никуда не выезжали и погрязли с мужем в делах, что даже наши сыновья Матвей и Денис всю неделю ждали этот вечер.

Я сама составляла меню, выбирала вино, бегала по магазинам, пока мальчишки обсуждали, какой фильм будут смотреть со своими друзьями.

Сейчас выдыхаю, словно выпуская пар.

Я слишком увлеклась этими… поисками истины. Захар прав, хоть и ведет себя ужасно в последние дни…

– Вик?

– Я помню, – тихо говорю.

– Тогда до вечера, – бросает он. – Я скоро буду.

И сбрасывает вызов.

****

По дороге домой мысли не дают мне покоя.

Я веду машину на автомате, не включая музыку, не отвлекаясь ни на что.

Картинки вспыхивают перед глазами: эти чёртовы трусы, напряжённый голос Захара, его бешенство.

Кого он злился больше? На меня? Или на того, кто это подбросил?

Я не могу в это поверить.

Я знаю, какой Захар. Это не человек, который связывается с кем попало. У него жесткий характер, высокий уровень самоконтроля, принципиальность, доведенная до абсолюта.

Но… В последнее время что-то идет не так. Он стал дерганый, нервный. Мы отдаляемся с мужем.

Глубоко вздыхаю и смотрю на дорогу.

Телефон начинает вибрировать на сиденье рядом.

Это звонок, которого я уже не ожидала сегодня, но судьбе было суждено подкинуть мне еще разрывных новостей.

Мне звонит наша кадровик, которую я озадачила сбором данных о некой Ольге. Дарья Станиславовна откашливается, и первой начинает разговор.

– Виктория Сергеевна, вы заняты? – голос у нее напряженный.

Отвечаю, что готова ее слушать.

– Я нашла информацию про Ольгу. Она действительно работала в нашем нижегородском. Ольга Валерьевна Короткова, – зачем-то она называет ее дату рождения.

Я крепче сжимаю руль. Итак поняла, что Ольга гораздо моложе меня, но чтобы настолько…

– Она работала у нас, но… не уволилась. Не совсем уволилась, точнее, – подтверждает Дарья.

Я не понимаю.

– В смысле? Как можно «не совсем уволиться»?

– Я не знаю подробностей. В приказах такое не написано. Но вспоминаю, что ее уволили, – Дарья юлит, словно избегая темы и вздыхает. – Ситуация была как я помню… сложная.

Я чувствую, как внутри все холодеет.

– Что за ситуация? Дарья, можно без этой излишней интриги?

– Ольга поссорилась с кем-то из руководства и ее выжили, как неугодную. Причину я не помню, и не знала ее, – делает паузу. – В итоге она подписала все, получила расчет, а дальше подала заявление в прокуратуру.

Резко давлю на тормоз, машина останавливается прямо перед светофором.

– Что?!

– Она заявила, что ее не имели права уволить, и она беременна, – Дарья говорит тихо, как будто боится, что нас кто-то подслушает. – После этого разразился конфликт. Захар Владимирович вмешался, вопрос… замяли.

– Замяли, уволив беременную? – повторяю я, медленно осознавая сказанное.

– Ну, что я могу сказать… – кадровик мнется. – Видимо, замяли не до конца, раз она снова появилась в компании.

Я медленно кладу руку на колено, пытаясь унять дрожь в пальцах.

– А почему Ольга так скрывала тему беременности? Обычно об этом заявляют сразу, – размышляю, рассматривая маникюр на подрагивающих пальцах.

Дарья не отвечает сразу.

– Виктория Сергеевна, я не знаю всех дел, которые творятся на местах… – она осторожна, словно боится меня ранить. – Мне, например, по опыту, ее поведение тоже кажется странным. Но, может, ваш муж в курсе больше, чем я?

– Может быть. Ладно, эту тему можно обсудить с юристами. Ведь на ее заявление кто-то реагировал, давал ответы на запрос прокуратуры, – мое дыхание замедляется, я думаю, размышляю и мне не нравятся мои мысли.

– Угу, угу, – поддакивает мне Дарья.

Мы прощаемся, когда кто-то из сотрудников приходит к ней в кабинет. Да и говорит нам уже не о чем, тема Ольги такая мутная, что я не хочу в ее нее вникать, хоть любопытство и разыгралось во мне…

Светофор переключается на зеленый, но я не трогаюсь с места.

Машины сзади начинают сигналить, а у меня в голове только одно:

Если все было так серьезно и Захар даже ездил в филиал, чтобы урегулировать конфликт, то тогда какого черта муж сказал, что не знает кто такая Ольга?

Глава 3

Виктория

В гостиной мягкий свет настольных ламп, на столе – бутылка выдержанного красного, бокалы, свечи в стеклянных подсвечниках.

Я старалась создать уютную атмосферу для этого вечера, для гостей, для семьи.

Смотрю на Захара, на его уверенные движения, на спокойствие, которым он, кажется, окутан.

Не могу понять: это притворство или ему действительно всё равно?

Но сейчас он расслаблен, как будто у нас не было того разговора, не было чужого женского белья в его кабинете, не было звонка от Дарьи с этой странной историей про Ольгу…

– Вика, ты с нами? – спрашивает меня Георгий, поймав мой блуждающий взгляд.

– Да, задумалась, – улыбаюсь партнёру моего мужа. – Лика, Кирилл, может, добавки? – спрашиваю, поворачиваясь к детям Георгия и Марии.

– Нет, тётя Вика, спасибо, – отвечает Лика, поправляя светлую прядь за ухо.

Кирилл зевает и тянется, лениво глядя на взрослых.

– А можно мы уже пойдём фильмы смотреть? Ну скучно же! Ну! – развязно бросает, пытаясь качаться на стуле.

Мои мальчишки тоже переглядываются.

Наши разговоры детям неинтересно слушать.

Я улыбаюсь.

– Конечно, – говорит Захар, как хозяин дома.

Матвей и Денис, мои сыновья, тут же вскакивают.

– Мы же говорили, что они долго не выдержат! – улыбается Маша, с любовью глядя на наших сорванцов.

– Тактика «засидеться за столом и терпеть взрослых» провалена, – шутит Георгий.

Дети убегают в гостиную, бросая на ходу радостные возгласы, и через минуту раздаётся звук включённого телевизора.

Я перевожу взгляд на мужа, на его руки, уверенно держащие бокал с вином, на лёгкую улыбку.

Захар кажется полностью погружённым в разговор с гостями, не замечает моего изучающего взгляда.

Георгий и Захар, как всегда, с головой уходят в обсуждение работы.

– Я на днях смотрел отчёты, – говорит Георгий, откидываясь на спинку стула, – и мне кажется, нам стоит пересмотреть стратегию с филиалом в Казани. Показатели не радуют.

– Да, я тоже думал об этом, – Захар кивком благодарит меня, когда я кладу ему на тарелку немного салата, – Последние несколько месяцев там просели цифры. Возможно, проблема в менеджменте. Надо разбираться.

За столом уютно. Тепло.

Вино разлито по бокалам, тарелки ещё полупустые, но вечер уже набирает атмосферу.

Муж спокоен, а я как иголках…

Я смотрю на него.

Этот мужчина всегда знает, что делать. Всегда держит всё под контролем.

– У тебя и так адский график, – бросает Георгий. – Может, кого-то отправишь?

– Нет, я поеду сам. Так быстрее, – Захар берёт нож, делает аккуратный надрез на стейке и добавляет спокойно: – Мне нужно видеть ситуацию изнутри.

Георгий ухмыляется.

И ни слова о происшествии в филиале, где работала Ольга…

– Вот за это я тебя и ценю, друг. Ты никогда не доверяешь чужому мнению, пока сам не убедишься.

– Самый верный подход, – пожимает плечами мой муж.

– А как наш нижегородский филиал? – не спрашиваю, а просто риторически бросаю.

– О, это моя головная боль, – шутит мой муж.

– Да ладно. Показатели отличные. Скоро главный офис будет там, а не в вашем стеклянном улье, – смеется Георгий.

Тема плавно сама собой снова уходит далеко.

Я замолкаю.

Машинально кручу вилку в пальцах, глядя пространно на мужа и на Машу, которая смотрит на меня.

Захар сосредоточен, собран, в нём нет ни капли усталости, хотя сегодня явно был сложный день. Он говорит уверенно, спокойно, в его голосе сквозит сила и решительность.

Я ведь всегда любила это в нём.

Всегда восхищалась.

Но почему сейчас это кажется таким… далёким?

Мария мягко кладёт ладонь на руку Георгия.

– Мужчины, – усмехается она, – Можно хотя бы за ужином не о работе? Уже, кажется, не только дети хотят уйти смотреть фильмы.

Георгий посмеивается, делает глоток вина, но это Захар первый переключает тему.

– Ты права, – он переводит взгляд на меня. – Давайте лучше о семье.

Мария тут же оживляется:

– Кстати, какие у вас планы? У вас же скоро годовщина, а вы молчите!

Захар накрывает мою руку своей.

Тепло.

Сильные пальцы чуть сжимают мою ладонь, и я невольно вздрагиваю.

– Всё замечательно, Маш, – отвечает он. – Мы скоро уезжаем в Альпы. Только вдвоём. Я хотел сделать сюрприз, но раз уж так…

Я моргаю. Муж ничего не говорил. У Захара жесткий график, и в нем, кажется, не осталось места для «нас двоих». А тут Альпы…

Захар продолжает, не замечая моего замешательства:

– Я подумал, что это будет хорошая идея. Мы так давно не проводили время вдвоём, без работы, без суеты… Просто Вика и я. Идеально.

Его низкий голос звучит бархатно, мой муж смотрит на меня, прямо в глаза. Так, как раньше.

Он слегка сжимает мою руку, и мне приходится сделать усилие, чтобы сохранить спокойное выражение лица.

Георгий понимающе кивает.

– Отличный план. Вам давно пора выбраться куда-то, – говорит формально и… без той душевной теплоты, которую вложил в слова Захар.

– Ой, Жора, ты вечно все делаешь скучным и лишенным романтики, – легко толкает мужа в локоть.

Маша сегодня немного не такая, как обычно. И я только сейчас это поняла.

Она смотрит на меня с лёгкой улыбкой, но в её глазах что-то странное.

Я не знаю, что сказать.

Захар продолжает рассказ, как он забронировал красивый домик в горах, там, где вершины упираются прямо в небо. Все так естественно, так уверенно, будто на самом деле ничего не омрачает наш брак.

Будто у нас действительно всё… идеально.

И что хуже всего – я хочу ему поверить.

Я чувствую его руку на своей, лёгкое касание большого пальца к моему запястью.

Это такой простой жест, но от него сбивается дыхание.

Он смотрит на меня с теплотой, с чем-то глубоким в глазах, и я не понимаю, это реальность или красивая иллюзия.

Любит он меня?

Или это просто… привычка?

Я не успеваю разобраться в себе.

Потому что Мария смотрит на меня слишком пристально.

Будто знает что-то, чего не знаю я.

Холодок вдоль позвоночника, странное напряжение, сдавленное чувство, которое я не могу пока понять.

***

Когда мужчины уходят в кабинет, мы остаёмся на кухне вдвоём.

Я машинально убираю посуду, хотя в доме есть домработница, но мне нужно чем-то занять руки.

Маша облокачивается на столешницу, наблюдая за мной, а потом тихо спрашивает протяжно и серьезно:

– Вик, у тебя всё хорошо?

Я застываю с тарелкой на долю секунды.

Потом выпрямляюсь, натягиваю улыбку и пожимаю плечами.

– Да. С чего ты взяла, что что-то не так?

– Ты очень напряжённая. Весь вечер ты как натянутая струна.

– Просто устала, – отмахиваюсь, хотя внутри всё сжимается. – Кстати, могу сказать тоже самое о тебе.

Я говорю прямо о ее взгляде, а Маша снова смотрит на меня так, что сердце сжимается.

Мы с ней очень хорошо дружим, но рассказывать о проделках Захара и том, что гложет…

Почти собираюсь рассказать ей обо всём – о тех дурацких трусах, о разговоре с Захаром, о звонке Дарьи…

Но что-то внутри останавливает меня.

– Дела в институте идут не очень хорошо. Скандал с одним мажором, папенькин сынок, а я на него наехала, – жалуется подруга.

Мария колеблется.

Я это вижу.

– Маша, ты не из-за этого мажорика смотришь на меня весь вечер. Говори уже, что со мной не так, – смеюсь, у меня нет причины бояться ее или не доверять.

Маша же – загадка, и будто взвешивает, стоит ли говорить мне что-то…

А потом делает глубокий вдох и говорит:

– Не с тобой… Мои глаза, черт, я себя не контролирую, Викусь. Смотрю, – молчит, улыбается грустно, а потом добавляет. – Потому что мне есть что тебе рассказать. Божечки, я не хотела. Но я не могу молчать!

Я чувствую, как напрягается каждая клеточка моего тела.

– Так… – тяну, убирая кухонное полотенце подальше.

Маша кусает губу, потом выглядывает из-за моего плеча в длинные коридор, чтобы понять, что Захар и ее муж далеко и нас не подслушают.

– Помнишь моего секретаря, Алёну? – говорит заговорщически тихо, так что дрожь пробирает на секунду.

– Конечно, которая вечно косячит и студентам не нравится, – киваю, хотя внутри уже всё скручивается в тугой узел.

– Да, она, дочка нашего ректора, – медленно говорит она, подкатывая глаза.

– И?

– Вика, моя Алена… Она познакомилась с твоим Захаром и… в общем вот, – Маша достает телефон и показывает мне голое фото моего мужа….

Глава 4

Вика

“Ищу любовницу. Без моралей, для горячего секса. Член стоит, материально обеспечен”.

Я моргнула несколько раз, словно пытаясь стряхнуть с глаз пелену, но буквы никуда не исчезают.

Я не поверила глазам, сердце пропустила удар и болезненно ёкнуло под грудью.

Под оригинальным статусом на сайте знакомств висит фото моего мужа в трусах, которые я недавно ему подарила.

На фотографии я узнала все: наш дом, знакомый белый диван в кабинете мужа. Он на нём полулёжа, в тех самых белых боксерах, которые я сама купила.

Под снимком – сотни лайков от женщин. И самое главное – этот гребаный статус альфа-самца!

– Вик? – Мария наклоняется ко мне, заглядывает в телефон.

Но я не могу пока ответить, жадно смотрю и молчу, как бывает от шока.

Мой муж, точнее его красивое мускулистое тело сразу вызвали ощутимые вибрации внизу живота. Он действительно красив, так считаю я и… многие другие.

Резко втягиваю воздух, так что легкие наполняются. Мысли лопаются в голове, как воздушные шарики.

– Офигеть… – шепчу, просматривая его профиль.

Человек, с которым я прожила двадцать лет. Отец моих детей. Мои любимый и желанный…

Я провожу языком по пересохшим губам.

Это ошибка. Должна быть ошибка.

Но чем дольше я смотрю на экран, тем отчетливее понимаю: ошибки нет.

Я рассматриваю профиль мужа, его анкету.

Все совпадает.

Рост, телосложение, даже в проклятом статусе характер Захара описан очень точно. Откровенные намёки и железобетонная самоуверенность.

Только Захара Вавилова зовут Алекс, возраст тоже неверно указан.

Здесь, на сайте знакомств, он горячий фантазер, не смущается и не помнит, конечно, что женат.

Я молчу. Просто смотрю на фотографию.

– Красивые боксеры, – бормочет Маша, будто пытаясь разрядить обстановку. – Ему идут. Дорогие, наверное.

Я усмехаюсь, но в этой усмешке нет ни капли веселья.

– Нет, Маш. Дешевые, как и их хозяин. Я подарила их Захару вместе с носками, он просил не заморачиваться на 23 февраля. Вот, оказывается, как мой подарок пригодился, – фыркаю, настолько гадко мне становится от осознания.

Отпиваю из бокала игристое вино, пытаясь приглушить ярость, но алкоголь только сильнее разжигает во мне злость.

На странице не видно последнюю активность, видимо мой муж не хочет палиться перед подружками по переписке. Хотя, Захар во всем аккуратен.

– Он давно здесь сидит, – продолжаю я. – Посмотри, сколько лайков под фото.

Мария неуверенно тянется к телефону, пролистывает анкету.

– Может, это фейк? Кто-то взял его фото и создал анкету? Но… Нет. У него ВИП-статус, а это платно, – вдруг огорошивает меня подруга.

Я вскидываю брови, на минуту отвлекаясь от Алекса.

– О! Откуда такие познания, Маша?

Та улыбается, чуть не краснеет. И это доктор наук, филологических, между прочим…

– Алена мне сразу сказала, что познакомилась с богатым мужиком. Поймала крупную рыбу… у нее такой своеобразный жаргон, – смеется подруга. – Я кое-что уточнила у нее, когда узнала, что Алекса это Захар.

– Давно они общаются? Посмотреть бы переписки, – киваю на экран, хотя вопрос больше риторический.

Мария тихо чертыхается.

– Я могу надавить на Алену. Постараюсь… Вот же мудак! Вик, прости меня! Я не хотела говорить! Прости. Это разрушит ваш брак, – она виновато сутулится, покручивая в руках бокал.

– Маша, успокойся. Наш брак уже разрушил этот гигант в нижнем белье, а я… просто дура! Ну, Вавилов, держись! Ты еще пожалеешь. Я тебе устрою горячие деньки. В этих трусах ты и останешься после нашего развода, – говорю сжимая кулаки, полная решимости отомстить предателю.

Я щурюсь, сдерживая нахлынувшие эмоции.

– Я устрою ему! Но, черт, я не готова! Куда его бить, кроме… раздела имущества?

Мария бросает на меня настороженный взгляд.

– Вик, месть – это хорошо, я тебя всецело понимаю, но…

– Что? – раздражённо бросаю я.

– Ты уверена, что это именно он? Может, кто-то его подставил?

Я закатываю глаза.

– Мария Павловна! У тебя возникли бы сомнения, если ты своими глазами видишь профиль с таким откровенным фото?

Она мнётся.

– Ну, нет… Но…

– Вот и я не сомневаюсь.

Мария тихо вздыхает.

– Ладно. Тогда что ты собираешься делать?

– Узнать всё, что можно, потом подать в суд, доказать… У нас был, кстати, брачный договор, – говорю я жёстко, хотя текст я уже позабыла. – И сделать так, чтобы он пожалел.

Мария поджимает губы.

– Давай тогда подумаем. У нас два варианта. Первый – поговорить с Аленой. Я думаю она… плотно общается с ним на сайте, – сглатывает ком.

– Второй?

– Ты сама регистрируешься на сайте.

Я хмыкаю. Такое себе предложение.

– Ты хочешь, чтобы я заигрывала с собственным мужем?

– Нет. Я хочу, чтобы ты поняла, что ему нужно. Что он ищет. Потому что пока слова и поступки Захара не сходятся. Ты сама видела, каким он был за ужином. Он тебя любит, детей обожает, а тут… Не верю, Вика!

Я стискиваю зубы.

– Мне не нужно понимать, что ему приспичило искать на сайте! Мне вообще все равно! Я знаю, что он предал меня.

Мария замолкает, наблюдая, как я крепче сжимаю бокал в руке.

Внутри меня бурлит гнев. Такой сильный, что голову дурманит и сносит все рамки приличия к черту!

Я хочу выместить его на чём-то, разбить эту гребаную посуду, закричать, но вместо этого я срываюсь на другом.

– Я нашла женские трусы у него в кабинете, – на выдохе произношу.

Маша застывает, с шумом опустив на стол свой пустой бокал.

– Что?..

– В ящике его стола. Голубые кружевные трусы. Сегодня.

Мария хлопает глазами.

– Божечки, Вика. Так это он… Я в шоке, – машет руками театрально.

Я мрачно киваю. Да, видя нашу семейную пару за ужином никто бы никогда не решил, что все на самом деле так обстоит.

– Теперь ты понимаешь, что это не ошибка? – я сверлю ее взглядом, словно бы это она надоумила Вавилова.

Маша молчит, действительно тут много не скажешь.

И вдруг в дверь спокойно входят Захар и Георгий.

Маша мгновенно прячет свой телефон, на котором только что показывала мне моего шаловливого муженька. Я делаю глоток из бокала. Вижу, как мои пальцы непослушно подрагивают на стекле от нервозности.

Захар подходит ко мне. Его рука обхватывает мою талию.

– Машуль, дети улеглись на диване и почти спят. Может, они останутся у Захара и Вики с ночевкой? – предлагает жене Георгий.

– Да, Жора, мы в гостиницу поедем, – скомкано выдает Маша, и быстро хватает мужа за руку.

Они переговариваются, направляясь к гостиной, где наши детишки уже и правда лежат покатом.

Захар не выпускает меня. От него легко веет виски, этот аромат смешивается с его духами. Легкий свежий аромат и крепкий алкоголь так идут.

– Я соскучился, – шепчет он мне на ухо, не обращая внимания на гостей.

Я чувствую его дыхание на своей коже. Чувствую тепло его ладони на талии, а потом ниже.

Сердце, предательски сжимается в груди.

Его голос нежный. Ласковый.

– Про дом в горах ты не соврал? – я сиплю, не узнавая свой голос.

– Да. Только ты и я. Никаких детей, никакой работы. Я хочу тебя, Вика. Ты не представляешь, как сильно, – говорит Захар.

Я понимаю удивление Маши. Вид у него, как у любящего мужа. Как у человека, который не ведёт тайную жизнь за спиной у жены.

Но я не позволю чувствам обмануть себя.

Я медленно отстраняюсь. Мои глаза встречаются с темным взглядом.

– Я тоже, только сегодня болит голова, – лгу я.

– Хорошо, сладкая, – томно шепчет мне муж.

Захар улыбается.

Но я-то знаю правду.

И теперь, когда я её знаю, я не позволю ему и дальше играть со мной.

Я внутри уже строю план. План, как уничтожить человека, который так легко предал меня.

Глава 5

Виктория

Я подъезжаю к институту Маши и глушу двигатель.

Она уже ждёт меня у входа в здание, кутается в лёгкий плащ, явно нервничает.

В груди неприятно саднит – злость и обида смешиваются, жгут изнутри, словно я вдохнула ледяной воздух.

Как только я узнала о переписке Захара с другими женщинами, внутри всё перевернулось.

Одно дело – догадки, подозрения, неприятные мелочи, на которые можно закрыть глаза. Другое – видеть всё своими глазами: его профиль, его фотографии, и думать, что за грязные, откровенные слова пишет мой муж.

В общем, долго ждать я не стала…

Пора расставить все точки над "i".

Как только Мария сказала, что ее секретарша Алена вышла с больничного, я сразу же поехала к ней на работу. Чтобы лично узнать, что же ищет мой муж.

– Захар с утра сказал, что у него какое-то предчувствие. Будто что-то должно произойти, представляешь? – бормочу я, глядя на массивное старое здание университета, где трудится моя подруга Маша.

– Я прошу не руби с плеча, Вик, – тихо говорит она, следуя вместе со мной.

Я киваю.

– Я только за этим сюда и пришла. Если бы так не защищала Захара, – мотнула головой и недовольно цокнула. – Ты круче его адвоката, а он и не знает, как ты топишь за него!

– Я «топлю», как ты выражаешься, за вашу семью! Что-то здесь не так, Вик. А ты… торопишься с разводом, – читает нотации и произносит с открытым укором.

Мы поднимаемся по лестнице, заходим в её кабинет.

И я вижу ту, к которой клеится мой муж.

Нервы моментально натягиваются, как канаты.

За столом сидит молодая девушка лет двадцати пяти.

Невысокая, стройная, с длинными светлыми волосами и чересчур самоуверенным выражением лица.

Нахальная ухмылка, оценивающий взгляд – она точно не знает, кто я, но мина в стиле «мне все должны» выводит меня из себя.

– Алена, – представляет её Мария.

Я опускаюсь на стул напротив.

– Виктория, – коротко отвечаю.

Алена чуть наклоняет голову набок, рассматривает меня, словно оценивает.

– Значит, вы жена Захара.

Как же меня передёргивает от её тона – лёгкого, чуть насмешливого, бесстыдного.

– Пока ещё да, – сжимаю зубы. – Но это ненадолго. А что, он на тебе женится обещал?

Алена ухмыляется, складывает руки на груди.

– Нет. Такого не было. Хотя… я бы не отказалась. Ваш муж очень красивый мужчина и очень раскованный. Думаю, в сексе он вулкан, пожар…

Я вцепляюсь пальцами в подлокотники кресла, но сохраняю ровное выражение лица.

Мне хочется схватить первый попавшийся предмет и швырнуть его об стену.

Запустить в нее вазой с тюльпанами, которая стоит на рабочем столе Алены.

Маша оглядывает строго свою подчиненную, но, как видно, особо на нее она не влияет.

– Алена, беседа неприятная и деликатная. Расскажи, что он тебе писал и давайте без хамства, девочки. Алена он ведь тебе ничего не обещал, а Вика – законная жена. Представь, каково это.

Алена лениво облокачивается на спинку кресла, поправляет волосы.

– Да уж! Я бы вот так спокойно не смогла, убила бы стерву. Ну, будь я на вашем месте, Виктория. Так… Захар сам мне написал. Первый. Очень уверенный в себе мужчина. Таких я люблю.

– Он часто бывает на сайте?

Алена пожимает плечами.

– Не особо. Я давно там сижу, знаю всех активных пользователей. Захар из тех, кто заходит редко, но если уж появляется…

Она многозначительно закатывает глаза, а у меня всё внутри переворачивается.

– О чём он писал? – вклинивается Маша, вносят хоть какую-то паузу в томные придыхания Алены.

Та усмехается.

– Ох, Виктория… Вы ведь знаете, чего хотят мужчины на таких сайтах.

Она подаётся вперёд, понижает голос, будто смакуя каждый момент.

– Ему нравится контролировать, он быстро возбуждается, я слышу по голосу, как его член напрягается от моих слов, – говорит она, проводя пальцем по краю стола. – Он делает все, чтобы женщина слушалась, ждала его онлайн, замирала в ожидании. Он подробно рассказывал, как бы меня наказывал, если бы я была непослушной. И я почти влюбилась в него!

Я сжимаю челюсти. Машу словно током бьет от слов Алены.

– Он присылал тебе…?

– Фото? – Алена улыбается. – Ну, кое-что было. Я, конечно, тоже не отставала.

Меня бросает в жар, потом в холод.

– Он писал мне, что скучает по ощущению, когда женская кожа дрожит под его руками, – продолжает Алена. – Что я должна делать, и смотреть, как я выполняю команды.

Господи, как противно.

По моему лицу все видно. С детства мама говорила, что у меня все на лбу написано, и вот теперь я не могу скрыть свою реакцию.

Алена ее считывает.

– Вы извините меня, Виктория. Вы красивая женщина, статная, статусная, классная. Я бы хотела на вас быть похожей. Но… Вы вообще знаете, что цепляет вашего мужа?

Я сглатываю ком.

Мы с Вавиловым давно в браке и…

Я поправляю прядь, выбившуюся из пучка.

– Он назначал тебе встречу? – спрашиваю спокойно.

Алена кивает, её глаза вспыхивают азартом.

– Да. Девятнадцатого числа. В ресторане в восемь вечера.

Время и дата меня убивают, задевая за самое живое.

Девятнадцатого мой день рождения.

В груди что-то сжимается, превращается в ледяной ком.

– Ты уверена?

Алена пожимает плечами.

– Конечно. Он сказал, что хочет отпраздновать что-то особенное. Я думала, речь обо мне. Ресторан «Парадиз».

Воздух свистом выходит из моих лёгких.

Меня будто ударили в живот, выбили почву из-под ног.

Как он мог назначить свидание с другой женщиной в мой день рождения и в ресторане, где будут наши гости?

****

Я резко встаю, Алена невольно вздрагивает и поднимает на меня большие серые зеленые глаза. Она не на шутку испугалась, встретившись взглядом со мной.

– Ладно, хватит, – жёстко перебивает Алену Мария, кидая на меня быстрый взгляд. – Мы уже достаточно выслушали. Возвращайся к работе. И не смей ничего говорить Захару!

Алена смотрит на неё удивлённо, но спорить не решается. Лишь медленно поднимается, поправляя узкую юбку.

– Как скажете, Мария Павловна. Мне проблемы тоже ни к чему, – её голос звучит уже с другой интонацией, и она заметно пасует.

Я чувствую, как по спине пробегает дрожь. Она выходит из кабинета, дверь за Аленой закрывается, и я, наконец, позволяю себе выдохнуть.

Маша внимательно изучает моё лицо, а потом поднимается и открывает шкафчик в углу кабинета.

– Выпей, – она ставит передо мной рюмку коньяка.

Я смотрю на неё, потом на янтарную жидкость.

Внутри всё кипит – злость, обида, унижение. Я сжимаю рюмку пальцами, но пить не тороплюсь.

Кручу перед собой янтарный тягучий напиток и поднимаю глаза на подругу.

– Ты узнала что-то у Георгия? – мой голос звучит хрипло.

Мария садится напротив, скрестив руки на груди.

– Узнала. Твой Захар чист. Никаких махинаций, никаких тайн. Всё кристально. Мой муж и не стал, сама понимаешь. Жора может быть и бесшабашный с виду, но…

Я чувствую, как что-то внутри обрывается.

– Маш, дело ведь не в Жоре, а в Вавилове. Значит, он просто предатель. Обычный, ничем не примечательный изменник, – я усмехаюсь, но самой от этих слов только хуже.

Мария откидывается на спинку кресла.

– Вика… Может, ты всё-таки остынешь и поговоришь с ним?

Я резко ставлю рюмку на стол.

– О чём?! О том, что он назначил свидание другой женщине в мой день рождения?! Это уже не просто профиль на сайте, трусы и прочее…

Мария вздыхает. Я смотрю на неё в упор.

– А знаешь, что ещё интересно? За столом я задала вопрос Захару про нижегородский филиал, он как-то вяло отшутился, сказал, что там все хорошо.

Она молчит, давая мне продолжить. Я кратко рассказываю об увольнении Ольги Коротковой, и о том, что мой муж от меня скрывает этот факт.

– Маш, он просто уже границ не видит! Как можно врать, если я работаю с ним? Я ведь все равно узнаю! Я встретила её возле офиса несколько дней назад. Она посмотрела на меня так…

Мария с сомнением качает головой.

– Это уже паранойя, Вика. А то, что сказала Алена об их свидании, тоже не аргумент!

– Женские трусы появились в кабинете Захара в тот же день, когда она ушла, – перебиваю я её.

Мария потирает виски.

– Это факты, – жёстко парирую я.

Мария поджимает губы.

– Может, тебе стоит просто поговорить с мужем?

Я чувствую, как внутри снова закипает злость.

– Зачем? Чтобы он продолжил врать?

Мария не отвечает.

Я встаю.

– Ладно, я поеду. Сегодня у мальчишек важное событие. Спасибо, что помогла.

– Мне кажется, я еще хуже сделала, – сокрушается Маша.

Я ухожу. Подруга не виновата. Виноват только мой муж, который захотел новизны и азарта, поставив на карту нашу семейную жизнь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.