Лира Алая
Влюбиться до Нового Года, или призрачная ведьма в драконью семью

Глава 1

Я даже не успела ничего сказать, как в меня плеснули водой. Спасибо, что чистой.

Прекрасно. Просто сногсшибательно! Невыносимо приятно в такую погоду, когда все засыпано снегом, оказаться мокрой почти насквозь.

– Послушайте… – начала я.

Зря открыла рот, надо было молчать. Тогда бы сейчас не пришлось выплевывать соль, которую в меня бросили.

– Ничего не работает! – в панике заорал мужик. – Ты же сказал, что святая вода и соль изгонят призрака?!

– Дело в том, что я не совсем призрак, – вежливо начала я, поправляя мокрые волосы, щедро покрытые солью.

К сожалению, меня уже никто не слушал: два амбала удалялись от моего дома на такой скорости, что им бы позавидовали драконы.

– Но вы полупрозрачная, – сказала малышка, высунувшись из-за приоткрытой двери.

– У всех свои недостатки, – заметила я. – И полупрозрачность – не худший из них.

– Ну да. Вы бы могли выглядеть также уродливо, как те двое, еще и вонять. А так приятно пахнете и красивая, только немного… прозрачная, – легко согласилась девочка. – Вот бы и у меня были такие длинные-предлинные черные волосы!

– Ты тоже красивая, – сказала я, разглядывая малышку: кукольные черты лица, золотые локоны и голубые глаза.

Как принцесса. Еще и очень милая одежда – платье с рюшами торчало из-под детского плащика с капюшоном. Удивительно, как осталось чистым, ведь его хозяйке пришлось удирать по лесу от двух преследователей.

Вот так и планируй провести очередной насыщенно-скучный день, посвятив всю себя чтению и ничегонеделанию – обязательно что-то случится.

Мой фамильяр – белоснежная полярная сова Сонг – буквально час назад сообщила, что в лесу происходит что-то странное. Роскошная карета, управляемая местными, двигалась по старой дороге, пролегавшей через середину леса.

Тут странным было все: и дорогая карета (откуда ей взяться?!), и местные, которые раньше только повозками управляли, и выбор дороги. Хотя с последним, ладно, все было понятно: лес магический, значит, неплохо заметал следы. Поэтому если нужно было убежать от мага или, допустим, кого-то похитить, то лучше рискнуть и проехать через середину леса, чтобы все следы стереть. Обычно ехать в середине зимы мало кто решался: дикие звери, не очень добрые магические деревья, которых можно было разбудить по неосторожности, сугробы и, конечно же, очень злой мстительный призрак в проклятом особняке. Я, то есть.

Впрочем, подвели ребят не проклятия и злая я, а коварный снег: карета встряла. И пока двое незадачливых похитителей пытались найти корягу или что-то еще в качестве рычага, чтобы вытащить колесо из ямы, скрытой под снегом, из кареты выскользнула фигурка ребенка и побежала прямо в лес.

За происходящим я могла наблюдать благодаря Сонг, которая всегда «делилась» своим зрением со мной. И пусть сова не могла говорить, в отличие от других фамильяров, зато я очень хорошо чувствовала ее желания.

Помочь этой малышке.

И нельзя сказать, что наши желания не совпадали. Несмотря на года, некоторое разочарование в людях… Нет, ну сколько можно поливать водой и посыпать солью? Или окуривать ладаном? Причем делать это в самое неподходящее время. Полили бы в жару водичкой – я бы не обиделась. А так только зимой. Я так вернее от простуды умру, чем изгонюсь.

В общем, несмотря на все «но», я всегда помогала хорошим людям, которые находились на этой земле.

В этот раз ничего не изменилось: Сонг благополучно помогла малышке сбежать от похитителей… прямиком в мой дом. Девочка влетела в любезно приоткрытую дверь и, полностью проигнорировав полупрозрачную меня, бросилась прятаться в шкаф.

– Там будут искать в первую очередь, – заметила я, после чего пошла встречать похитителей.

Ну а дальше все стандартно: вода, соль, крики о помощи. Хотя кричать надо было мне!

А теперь на моем пороге стояла малышка лет шести от силы и делала мне комплименты.

– Ну а теперь давай познакомимся. Конечно, если ты не хочешь составить компанию этим двум.

Я кивнула в ту сторону, куда сбежали мужчины.

– Не хочу, – ответила малышка. – Я Мири, мне одиннадцать.

Ага, почему сразу не двести одиннадцать? Я долго просидела тут в глуши, а из общения – только местные священники и храбрецы, пытающиеся меня изгнать, но как выглядит ребенок такого возраста представляла очень хорошо. Мири была явно младше.

– Тогда что ты хочешь? – спросила я. – Домой?

– Хочу имя ваше узнать. Я назвалась, а вы – нет. И сколько вам лет? Разве при знакомстве не нужно все это говорить? – И еще большими голубыми глазами похлопала.

Сколько мне лет – умолчу, нечего пугать ребенка. Меня саму эти цифры немного напрягали.

– Алиша, – ответила я. – А про возраст не скажу, просто считай меня очень взрослой ведьмой. И пойдем в дом, здесь достаточно прохладно.

– Зато красиво, – сказала Мири. – И чисто. А как так – снег валит, но дорожка к дому остается чистой? Магии ведь нет.

О, девочка – маг.

– Особые амулеты. Ведьминские, – сказала я, надеясь избавить себя от лишних вопросов.

Маги и ведьмы – разное. И если первые были повсюду, их любили и даже почитали, то к ведьмам относились настороженно: слишком мало знали. А еще ведьмы нередко фигурировали как злодейки во всяких сказках, которые эта малышка наверняка читала.

Но вместо того, чтобы испугаться и насторожиться, эта малявка… пришла в восторг:

– О, здорово! Никогда не видела такой магии!

– В дом, – скомандовала я, подталкивая девочку в спину.

– Это домик, – возразила Мири, оглядывая коридор.

Домик? Двухэтажный особняк с подвалом, где находилось сжатое пространство с библиотекой, лабораторией и кучей других комнат, нужных любой ведьме и любому магу? Домик?

– А как выглядит дом? – поинтересовалась я, стараясь не показывать сарказма.

– Ну, большой, пятиэтажный, просторный. И не такой уютный, как ваш. А куда дальше? – спросила Мири, когда мы стали перед развилкой с тремя коридорами.

– Прямо, – ответила я.

Что ж, у этого ребенка определенно свое понятие уюта. Люди, которые заходили в полумрак длинных коридоров, освещенных лишь редкими свечами, плавающими вдоль стен, обычно вздрагивали от любого шороха, нервно озирались, а уж когда я выходила, чтобы их встретить, то неприлично громко орали. Обзывали «монстром» и «мстительным духом», даже кричали что-то вроде «Спасите-помогите».

Честно, я до сих пор не понимала такую реакцию. Это вы вторглись в мой! В дом одинокой, красивой, возможно, в незначительной степени беззащитной леди. Так почему крики ужаса вырываются из их рта, а не моего?! В общем, никакой логики. Зато альтернативное восприятие: лабиринтом из коридоров, которые я специально когда-то сделала, чтобы меня меньше доставали, пришлись Мири по душе.

Когда мы вошли в гостиную, я кивнула на диван возле небольшого дубового столика:

– Присаживайся.

Мири без капли стеснения подошла к дивану, сбросила плащ на пол, плюхнулась на диван, носком одного ботинка поддела второй и сбросила на пол полусапожек. То же повторила со вторым.

Что ж… спасибо, что обувь зачарованная, без налипшего снега, который моментально бы превратился в мокрое грязное пятно на моем ворсистом белом ковре. Но все равно нынешняя композиция меня не очень устраивала.

Я посмотрела на Мири, потом на ее разбросанную на ковре обувь, потом снова на Мири. Та пыталась сделать вид, что все в порядке, но получалось не очень. В конце концов, малышка спрыгнула с дивана, собрала обувь и поставила ее около дивана. А вот с плащом растерялась: он был тяжелым, влажным и никак не желала складываться.

– Дай-ка мне, – попросила я.

Мири протянула плащ, и я подхватила его магией, высушивая и отправляя в шкаф.

– Ого! Бытовая магия! А призраки и такое умеют?

– Я не призрак, – повторилась я.

– Тогда кто? Недопризрак?

Эта малышка явно умеет делать идеальные антикомплименты. Даже жаль, что мне не с кем ее познакомить, чтобы она полностью реализовала свой талант.

– Технически, полупризрак-полуведьма, – ответила я.

Фактически – проклятая ведьма, застрявшая между призрачной и реальной жизнью. Впрочем, застряла ненадолго – совсем скоро все решится, причем не уверена, что так, как мне бы хотелось. Проклятие справедливости, карма, кара и иже с ним. Классика жанра.

– То есть, вы варите змей и крыс для заклинаний, запекаете в печи младенцев, а Сонг питается мясом ваших жертв? – поинтересовалась Мири.

– У меня нет печи, – улыбнулась я, рассчитывая, что ребенок остальное додумает сам.

Но, увы.

– О, если вы призрак. Это значит, что вам не нужно есть?

– Могу есть, могу не есть, – честно ответила я. – О, наверное, ты голодная. Чай с закусками будешь?

– Буду! – обрадовалась девочка.

Я сделала шаг и замялась: оставить в гостиной малышку одну? Тут безопасно: никаких магических ловушек, артефактов и хоть чего-то, что может навредить. Но если она выйдет…

«Сонг», – мысленно позвала я.

Белая сова впорхнула внутрь буквально за несколько секунд.

– Совушка! – радостно воскликнула Мири. – Красавица, умница, белая пернатая лапочка!

– Ху-ху, – Сонг обрадовалась нашей гостье ничуть не меньше.

И я спокойна. Идиллия. Что ж, а теперь самое время блеснуть своими кулинарными талантами. Путь к сердцу многих людей лежит через желудок. Сердечко мне не нужно было, а вот доверие – очень даже. В конце концов, Мири определенно аристократка, а если ее пытались похитить…

То как бы вся вина не пала на меня, ни в чем не повинную ведьму, которая мирно отшельничает. Убить не убьют, но домик могут спалить. Жалко. Когда я окончательно стану призраком, то предпочту скитаться здесь в уюте, а не по лесу.

Мири на еду набросилась так, словно голодала не несколько часов, а не меньше года. Ну, она худенькая, так что пусть отъедается.

– Вкушно!

– Прожуй, а потом говори, – попросила я.

– Што это?

Я проигнорировала вопрос. Мою же просьбу не заметили? Мири принялась старательно пережевывать, после чего спросила:

– Что это такое вкусное?

– Сваренные змеи и крысы для зелья, – мстительно соврала я.

Мири замерла:

– Врете!

– Думаешь? – ухмыльнулась я.

Мири с ужасом резко отодвинула тарелку.

– Правда?

– Нет, я соврала. Обычная курица, – честно ответила я. – Сонг может подтвердить, это она ответственна за еду в этом доме.

– Ху-ху!

Когда Мири доела, я поняла – пора. Но спрашивать в лоб, кто она, откуда и как отправить ее обратно, не стоило. Иначе закроется или, что хуже, соврет. И я отправлю ребенка не в безопасное место, а абы куда. Поэтому…

– Мне кое-что интересно.

– Что? – тут же спросила Мири.

– Ты сказала, что хочешь черные волосы, как у меня, потому что это сделает тебя похожей на принцессу из сказки. Но в сказках все принцессы или светловолосые или рыжие, – сказала я уверенно.

В конце концов, огромную библиотеку в подвале я изучила вдоль и поперек. Сказок, преданий и легенд там было больше, чем достаточно.

– Так это все добрые принцессы светловолосые! – воскликнула малышка. – А какая дура захочет стать доброй принцессой?

Я моргнула.

– А почему нет?

– Потому что добрые принцессы постоянно страдают. Они хорошие, ласковые, а люди этого не ценят. И за себя постоять не могут. Другое дело злые! Они такие классные, к ним даже лишний раз с плохими мыслями не подойдешь. Зато они могут подойти и как вдарить! – Мири выбросила сжатый кулачок вперед, имитируя удар.

– Ты хочешь кого-то ударить? – спросила я, наклонив голову.

Эта милая малышка могла ударить только в сердечко своей милотой. Ну, до тех пор, пока молчала.

– Да! Похитителей. И, наверное, некоторых родственников.

– Так это из-за родственников ты оказалась в проклятом лесу?

– А лес проклят? – тут же удивилась Мири.

– Нет, – ответила я.

– А дом?

– Нет.

– А что тогда проклято? – изумилась девочка.

Как бы… я.

Я улыбнулась:

– А давай друг друга по очереди будем спрашивать?

– О. Давайте, госпожа Алиша, спрашивайте, – сказала Мири, не слишком довольная таким поворотом.

– Как ты оказалась в лесу и почему те люди гнались за тобой?

Девочка нахмурилась, обиженно поджала губы и потянулась к Сонг. Умная птица сразу же позволила себя обнять.

Глава 2

– Потому что дураки, – выдала Мири прямо в перья Сонг, но я все прекрасно услышала. – Пытались меня похитить.

– А почему пытались?

– Хм, потому что я им была нужна?

– А почему нужна? – продолжала настаивать я.

– Не слишком ли много вопросов? Мы же договаривались по очереди? – Малышка насупилась.

– Да, конечно, спрашивай, – вздохнула я.

Упрямое дите. Если она такая в родителей, то мне лучше с ними не встречаться.

– А вы почему тут живете одна? – спросила Мири, поглаживая невозмутимую сову.

Сонг всегда любила гостей, в особенности – детей. Раньше у нас часто бывали детишки.

– Я не одна – со мной Сонг.

– А почему вы тут живете с Сонг?

– Тут мой дом, – ответила я. – А теперь моя очередь. Где находится тот огромный дом, в котором ты живешь? И родители?

– В Сельвине, столице нашего королевства, – сказала Мири.

– Столице страны Вестонии?

– Да.

Я ругнулась. Про себя, конечно. Это даже не соседнее королевство! И как мне отправить девчонку домой, если я свободно передвигаюсь только в пределах двадцати шагов от дома?!

– Алиша? Что-то не так? Вы нахмурились. Это плохо? Вам не нравится Сельвин или Вестония?

– Ты сейчас находишься на окраинах Грансии, причем не с самой близкой стороны к твоему дому. – Я едва удержалась от того, чтобы не схватиться за голову.

Далеко! Даже в сопровождении, которая могла ограниченно использовать магию, ни о каком безопасном возвращении не шло и речи.

– Ого, – удивилась Мири и нахмурилась. – Это далеко.

– Именно. Как можно связаться с твоими родителями?

– Зачем? – спросила Мири, словно и впрямь не понимала.

– Затем, что тебя надо вернуть им. Или… опекунам? Родственникам? – осторожно продолжала уточнять я.

– А-а! Тогда папе. Я с папой живу. Но с ним совсем не нужно связываться, – последнее девочка подчеркнула особо.

Я посмотрела на малышку повнимательнее: да, она была красиво одета, воспитана (как могут быть воспитаны дети ее возраста), да и раз в столицах так хорошо разбирается то образование ей дали хорошее. И все же это не гарантировало, что ее папа хорошо с ней обращался.

– Почему? – очень осторожно спросила я, надеясь на честный ответ и боясь его услышать.

Но получила нечто неожиданное:

– Так он сам меня найдет.

– Это магический лес, тут часто…

– … перепутаны потоки! Знаю. Но папе это не помешает. Потому что мой папа – дракон, – радостно завершила малышка. – А ты почему стала такой прозрачной?

Потому что на минуту я действительно захотела исчезнуть из этого мира. Дракон? Папочка этой малышки – дракон?! Во-первых, безумцы из деревни, которые пытались похитить малышку… покойтесь с миром. Жить вам осталось недолго, а смерть навряд ли будет легкой. Во-вторых, пожалуйста, спасите меня кто-нибудь!

Даже в свои лучшие времена я бы не рискнула связываться с драконом, уж очень они… специфические товарищи. А сейчас – подавно. Какое беспокойство о проклятии? Меня распылят по просторам Грансии быстрее, чем я смогу дать внятное объяснение.

– Алиша? Почему ты прозрачная? Все хорошо? – спросила девочка, сжимая Сонг чуть сильнее, чем требовалось, из-за чего сова недовольно угукнула. – Прости-прости, Сонг.

– Со мной все в порядке. Время от времени я бываю немного прозрачной, – улыбнулась я.

Когда нервничаю, пугаюсь, злюсь или испытываю другие неприятные эмоции. Или когда проклятие решает, что я забыла об ограниченном времени.

– О, вот как.

– А вы с папой из какого клана? – осторожно спросила я.

Если дракон огненный, то будет совсем нехорошо.

– Молнии! Вжух! – Мири сделала движение рукой наотмашь – и мой шкаф в углу, переживший не одно десятилетие – превратился в щепки под действием маленькой золотистой молнии. – Ой.

– Ой?

– Хихи? – Мири растянула губы в неестественной улыбке, глядя то на меня, то на остатки шкафа. – Я починю?

– А там есть, что чинить? – спросила я, кивая в сторону щепок.

– Куплю такой же новый?

– Этот шкаф сделан из дерева, которое исчезло пару десятков лет назад, – ответила я.

Сонг заухала, причем ругательно так, вдохновленно, переходя на писк. Нет, это не обращение к Мири, а ко мне. Да-да, я поняла, прекращаю стращать ребенка.

Я провела рукой по воздуху, произнося про себя заклинание: щепки поднялись в воздух и начали медленно собираться вместе. Через пару минут шкаф стоял как новенький.

– Ого! А я так не умею.

– Я тоже так не умею, как ты. Все мы разные.

Сравнивать таланты взрослой ведьмы из магического леса и маленькой драконицы из клана молний. Но это неплохо, что клан молний. В мире драконов, где практически нет иерархии между кланами, они все же стоят на полступени выше по силе, а потому чаще решают споры и обладают более уравновешенным характером, чем представители других кланов. Есть шанс, что меня не пришибут.

Так, стойте, клан молний? Там же даже маленький ребенок силен. Да и Мири только что это продемонстрировала, угробив довольно прочный шкаф с антимагическими свойствами. Так почему она не смогла отбиться от пары грабителей?

Все эти мысли с милой улыбочкой я озвучила Мири, добавив:

– А теперь рассказывай, почему тебя похитили. И почему ты не отбивалась, если могла.

– Это нечестно! – внезапно заявила Мири. – Нечестно, что вы такая умная.

– Спасибо за комплимент.

– Это не комплимент. Лучше б вы были страшной и воняли, – обиженно сказала девочка, поглаживая сову по крылышку.

– Нет уж, предпочту быть умной. Рассказывай.

В общем, ситуация оказалась простой и сложной одновременно: мама Мири умерла, а папа не ладил с родственниками. На самом деле, проблема была в родственниках, которые хотели больше сил и влияния в обществе. А если есть внучка, которая может все это принести на блюдечки, ради которой ее могущественный папа сделает все и даже больше, то почему бы не воспользоваться? Вот только драконы совсем не те, кем можно управлять, и Роуланд этот порочный круг разорвал еще до того, как он успел образоваться. Разумеется, родственники жены на этом не остановились.

– Пока папы не было дома, они приезжали и говорили мне всякие гадости. О том, что я бесполезная, глупая, что папа меня не любит, я обуза, – Мири чуть нервно вздохнула, на Сонг. – А потом папа понял, что они делали, страшно разозлился.

Я не торопила малышку – рассказ ей давался с трудом. И хоть я не хотела знать все эти подробности, но прервать рассказ не могла.

– И что сделал твой папа? – осторожно спросила я.

– Объяснил мне, что меня любит. И рассказал, почему бабушка с дедушкой такое говорили. У них, оказывается, были проблемы с умом и логикой, вот и несли всякие глупости. Потом папа обратился в суд. Наш добрый король сказал, что нельзя расстраивать маленьких драконов – и запретил дедушке с бабушкой общаться со мной, если рядом нет папы, – сказала Мири. – А при папе они вели себя идеально.

И все это привело к тому, что Мири похитили. Цепочка похитителей была длинной и неоднозначной. Пользоваться своими силами Мири не могла, потому что ей что-то подсыпали в еду, из-за чего она была полусонной и не могла пользоваться магией. Нынешние ребята, которые везли ее в магический лес, проштрафились: забыли покормить. Сознание Мири полностью прояснилось, и девочка сообразила, что происходит.

– Я думала ударить их молнией так, чтобы они бегали как зайчики по лужайке – подпрыгивая. Я умею, один раз так делала. Но сил совсем не было, магия спала. А потом я сову увидела, почувствовала, что надо идти за ней. И оказалась у вас.

Что ж, понятно. Почти все понятно. Как драгоценного ребенка умыкнули из-под носа, скорее всего, заботливого и любящего отца, оставалось определенной загадкой, ответов на которую у Мири не было.

– Если бы я была чуть сильнее! Чуть внимательнее! Тогда бы ничего такого не случилось, – расстроенно сказала малышка.

Я вздохнула и подошла к ней поближе, чтобы потрепать по светлым волосам. Мягкие.

– Ты уже сильная. А похитить могут каждого.

– Вас похищали? – Мири вскинула голову и посмотрела мне прямо в глаза.

Я неловко убрала руку с ее волос и ответила:

– Нет. Но я не была такой сильной в твоем возрасте.

Немного соврала, но все же…

– Ладно.

Я посмотрела в окно: темно-претемно. Ребенку, наверное, пора спать. И, словно по команде, Мири широко зевнула.

– Спать? – спросила я. – У меня есть чудесная комната в розовых оттенках и с…

– Фу! – воскликнула Мири, но тут же исправилась: – Очень не люблю розовый.

Ну, можно было бы и догадаться, вкусы у девочки слегка… специфические.

– Тогда как насчет старой комнаты с огромной кроватью, где в воздухе плавают свечи, а подоконники украшены рунами и магическими пентаграммами?

Все абсолютно нерабочее, чистая бутафория, чтобы пугать случайно забредших путников.

– Да! – воскликнула Мири. – А вы… не почитаете мне что-то перед сном?

– Что-то про злых принцесс? – спросила я, на что получила несколько невероятно быстрых кивков и горящие восторгом глаза.

Прекрасно. С детьми, которые обожают злых героинь, я еще не встречалась. И при этом ведут себя как самые милые принцессы. Ну и как тут отказать?

Поэтому ничего удивительного, что сидя подле полусонной девочки, я закончила читать третью по счету сказку.

– Еще? – спросила Мири, когда я захлопнула книгу.

– Думаю, достаточно. К тому же… злые принцессы – совсем не те, на кого стоило бы равняться, – честно сказала я. – Да, они не беззащитны, но разве ты не заметила, сколько людей говорили про них нехорошее? И далекое от истины.

– Это же просто слова. Принцессы же знают, что это не про них, правда?

– Не всегда, – улыбнулась я. – Если тебе все постоянно будут говорить, что ты нехорошая, то какой бы ты умной и независимой не была, начнешь сомневаться. А в спорной ситуации тебе никто не поверит.

– Ну и что? Если я буду сильной, то все будет в порядке.

– Ты можешь быть самой сильной среди других магов, но ты никогда не сможешь быть сильнее всех сразу. К тому же, если ты слишком могущественна, то можешь недооценить противника, позволить ему обмануть тебя. Или же не распознать дурные намерения, уверенная в себе.

– Зачем вы мне это говорите? К тому же, это все неправда. В реальной жизни добрые побеждают реже, чем злые.

Я чуть улыбнулась и честно ответила:

– Не всегда.

В реальности побеждают те, кто лучше притворяется добрым.

– Вам откуда знать? Говорите, словно в вашей жизни было что-то такое.

– Было, – не стала юлить я. – Я знаю, о чем говорю. Поэтому, Мири, подумай, действительно ли жизнь злой принцессы так хороша, как ты представляешь. Ведь будь ты действительно злой, то тебе могут не поверить ни твой папа, ни твои друзья, ни твои близкие.

– Вы специально так говорите, чтобы я верила в глупые сказки. Не верю.

– Вот назовут тебя злым мстительным призраком, если будешь пытаться стать злодейкой, тогда и поверишь.

– А вас так называли?

– Называли. Поэтому я знаю, о чем говорю. А теперь спи.

Пусть эта малышка уже сейчас поймет, что путь, который ей так нравится, не самый лучший. Имея репутацию доброй и хорошей драконицы, она добьется большего, а ее путь, скорее всего, будет менее тернист. К тому же, у нее есть папа и весь драконий клан, которые не дадут в обиду.

***

Утро наступило на удивление быстро. Ну еще бы, если целую ночь я не отдыхала, а проводила за укреплением дома всяческими возможными символами на тот случае, если разгневанный дракон после того, как заберет дочь, решит тут все забросать молниями. Ну и, конечно же, сделать для ребенка отличный завтрак. И девочку порадовать, и дракона задобрить. Если он спросит у Мири, как с ней обращались, то та точно сможет ответить, что хорошо.

Мири встала буквально через час после рассвета и казалась очень вялой. Недосып? Умылась, села за стол и набросилась на еду. Что ж, у драконов и впрямь хороший аппетит.

– Вы все сами приготовили? – спросила Мири, когда закончила есть.

– Да, – честно ответила я.

– Несправедливо! – обиженно сказала Мири.

– Ты о чем?

– Если бы люди знали, какая вы добрая, то ни за что бы не стали говорить те гадости о злом мстительном призраке! Почему вы не выйдите и не расскажете, какая вы хорошая?

– Потому что я привязана к дому. Я не могу далеко отойти от него.

– Потому что вы прокляты?

– Да, – ответила я.

– А как проклятие снять?

Глава 3

– Познать истинную любовь.

– Это как? Нерушимую, вечную, искреннюю, глубокую? Как в сказке? Или как в магическом трактате «Самые сильные эмоции существ ныне живущих»?

Ого. Разве шестилетние детишки могут читать такую литературу?

– Примерно так.

– А почему ты ее до сих пор не познала? – спросила девочка.

– Я заперта в доме, из которого не могу выйти. И в который никто не приходит, потому что считают, что он проклят, – ответила я. – К тому же, знаешь в чем преимущество добрых принцесс перед злыми? Добрых всегда спасают, а злые, если не спасутся сами, то, увы…

– Зато тебя никто не обижает.

Если не считать время от времени появляющихся священников и других самаритян, желающих избавить эти земли от проклятого места, то, пожалуй, нет. Впрочем, считать ли обливание водой, посыпание солью и прочую вакханалию попытками меня обидеть? Подозреваю, что я обижаю этих людей куда больше просто потому, что никак не реагирую на их отчаянные попытки. Один послушник как-то даже разрыдался, когда ничего не сработало. Пока я думала, сказать ли ему пару утешающих слов, он сбежал.

– Да. Но не всегда это самое главное в жизни. Все добрые принцессы после страданий обрели свое счастье.

– Мне нужно счастье без всяких страданий, – сказала Мири. – Я – дракон, а что хочет дракон, то он получает. А твое проклятье. Тебе просто нужно, что сюда кто-то пришел?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.