Диана Барышева
Сквозь тьму к свету: исповедь женщины

Я никогда не думала, что стану героиней собственной истории выживания. Девять лет я жила в тени страха и боли, но каждый день моего пути к свободе, к себе самой, стал шагом к свету. Эта книга – моя исповедь, мой путь от абьюза к любви, от страха к силе, от выживания к жизни.

Диана Барышева

Глава 1. Однушка на окраине Москвы

Я родилась и выросла в маленькой «однушке» на окраине Москвы. Наш дом стоял в спальном районе, сером и шумном, где каждый подъезд пах одинаково: чужими ужинами, дешевым табаком и кошками. В нашей квартире всё было плотно, тесно, как будто стены сдвигались ближе к нам каждый день.

В одной комнате мы уживались большой семьей: мама, отчим, я, сводная сестра, тетя с мужем и тремя детьми, а бабушка и дед буквально жили на кухне. Иногда казалось, что воздуха в квартире не хватает, что даже вдохи мы делим между собой. Но, несмотря на тесноту, я помню, что было и тепло – особенное тепло большой семьи. Вечером телевизор работал громко, бабушка ругалась на шум, а мы с сестрами и братом смеялись и бегали так, что соседи ежедневно выстукивали по батарее гневные ритмы.

У меня было много ярких детских воспоминаний. Отчим – добрый, настоящий, с которым я впервые почувствовала себя защищённой. Человек, который научил меня всему и оставил в моем сердце светлую память на всю жизнь. Дед – с охотничьим биноклем, показывал мне воронье гнездо на дереве и мы часто его разглядывали. По телевизору шли клипы на MTV, а на стене у меня висели постеры из журнала «Cool». Я фанатела от «Зачарованных», и мне казалось: если сильно верить, можно тоже обладать магией и однажды превратиться из маленькой девочки в сильную женщину, которая спасает мир.

Но вместе с радостью приходили и другие воспоминания. В нашей однушке часто звучали не только смех и песни, но и крики. Ссоры между взрослыми разрывали воздух так же громко, как смех минуту назад. Я помню, как замирала, слушая, не упадёт ли снова что-то на пол, не хлопнет ли дверь. В такие моменты я впервые почувствовала, что любовь и боль могут жить рядом, что за нежностью может последовать холодная тень.

Тогда я ещё не знала, что это только начало. Что эти детские уроки – крики, молчание после скандала, фразы из серии «нормально, у всех так» – станут почвой, на которой потом вырастет моя собственная история. История, где свет и тьма будут переплетаться так крепко, что я долго не смогу их различить.

Глава 2. Подростковые годы

В подростковом возрасте моя жизнь стала напоминать качели. С одной стороны, я всё ещё оставалась той самой девочкой из «однушки» на окраине Москвы – с постерами любимых групп и мечтой о свободе. С другой – мир уже начинал раздвигать для меня свои границы.

У меня была подруга Катя. Мы были неразлучны – две девчонки, которые знали друг о друге всё. Наши мамы не дружили, но одновременно устраивали нам строгий контроль. Мы то смеялись над этим, то злились, но по-настоящему не могли представить жизнь без дружбы. Мы вместе придумывали планы на будущее, обсуждали все что было нам интересно, делились самыми сокровенными секретами. В те годы я верила: такая дружба – навсегда.

После девятого класса я ушла в колледж, а Катя – в другую школу. Мы постепенно потеряли связь. Тогда я впервые ощутила вкус независимости – и вместе с ним вкус одиночества.

После Кати в мою жизнь пришли новые люди и компании. Старшие ребята казались свободными, смелыми, «крутыми». Они курили, смеялись слишком громко, иногда пили. Рядом с ними я чувствовала себя особенной – будто взрослой. Впервые взяв в руки сигарету, я увидела в их глазах уважение. Это уважение было иллюзией, но тогда оно согревало лучше любого настоящего тепла.

Мы собирались во дворе, делились историями, слушали музыку, играли в карты. Мне нравилось быть частью чего-то большего, даже если это было всего лишь шумное подростковое братство. Там я впервые ощутила вкус свободы. Он был горьким, с дымком, с привкусом дешёвого алкоголя, но внутри он звучал как: «Ты не одна. Ты принадлежишь».

Я не знала, что именно в этих дворовых вечерах, под звуки портативных колонок, начиналась моя дорога к той встрече, которая перевернёт мою жизнь. Судьбоносное лето было уже близко.

Глава 3. Судьбоносное лето

То лето казалось бесконечным. Воздух был густым от запаха травы и дыма костров, дни тянулись лениво и сладко, а вечера превращались в настоящие праздники свободы. Мы с одногруппницей Соней проводили каникулы на ее даче. Деревянный домик, небольшой огород, бабушка с пирожками по утрам и наваристым супом вечером, смех и прогулки до глубокой ночи – тогда мне казалось, что это самое счастливое время в моей жизни.

В самую первую ночь у костра я впервые увидела его. Серёжа. Он сидел чуть поодаль, с сигаретой в руке, и смеялся громко, заразительно, так, что все вокруг будто притягивались к этому смеху. У него были уверенные движения и взгляд, который сразу выделял его среди остальных. Он казался старше, мудрее, опытнее. И при этом – свободным.

Он сразу обратил внимание на меня, а мое сердце пропустило удар. Его глаза задержались чуть дольше, чем нужно. Он быстро оказался рядом, сказал какую-то шутку, и я рассмеялась громче, чем обычно, сама того не замечая. В тот момент мне показалось, что весь мир исчез, остались только огонь костра, летние звёзды и он.

Соня познакомила нас ближе. Мы начали общаться – легко, непринуждённо. Он спрашивал про мою жизнь, смеялся над моими историями, а главное – слушал. Я не была к этому привычна. В моём мире взрослые кричали, друзья приходили и уходили, а он будто создавал для меня новый остров, на котором можно быть собой.

С каждым днём он всё больше занимал мои мысли. Его внимание было как солнечный свет – яркое, обжигающее, лишающее сна. Я ловила каждое сообщение, каждый взгляд, каждую случайную улыбку. Мне казалось, что это и есть та самая магия, о которой я мечтала в детстве, когда смотрела «Зачарованных». Только теперь это была не фантазия, а реальность.