Григорий Острый
Стройки и путешествия по России

С чего все начиналось

О своей профессиональной карьере и будущей жизни задумывался в университете, все чаще на старших курсах. Однако повестка в военкомат, полученная еще до диплома и срочная служба отодвинули этот вопрос. Потом было возвращение на гражданку. И немного затянувшийся отдых, который я сам определил для себя после пройденных испытаний в армии. Хотел отдыхать что-то около месяца, но вышло три.

Спохватился и начал шерстить газеты с объявлениями работы. В 2009 году я только входил в мир профессий и трудовых отношений. Про сайты поиска работы может и слышал, но за отсутствием какого-либо резюме, не использовал. По образованию я инженер в машиностроительной области, с небольшим уклоном в программирование. Потому в таких направлениях и стал искать работу. Но все хотели опытного сотрудника… Опытного и дешевого инженегра, как иногда в шутку сами себя называют простые инженеры-исполнители. Несколько недель так и прошли – в вычитывании газет, звонков, отказов. Решил расширить зону поисков, как никак еще и в компьютерах смыслю – себе комп не раз собирал, знакомым с этим помогал, простые сайты типа визиток клепал. Но и тут встретил то же самое. Пока не наткнулся на вакансию системного администратора полка патрульно-постовой службы МВД России. Чем это не про меня – подумал я? Ведь одним из основных требований было – прохождение службы в вооруженных силах Российской Федерации. У меня еще и характеристика типовая положительная с армии как раз для этого имелась.

Позвонил по этому объявлению, пригласили на собеседование, пришел с документами. Переговорили и дали направления на сдачу физических нормативов и на медицинский осмотр. Нормативы сдал. Стал проходить медкомиссию, вначале все было нормально, кровь в порядке, зрение от компов в пределах нормы и тут… искривление позвоночника. Отправили на рентген. И тут: сколиоз 1 степени – это искривление позвоночника на 10 градусов. Пришел отказ, сисадмином в ППС МВД РФ не взяли, обидно было. «Как так? Армию прошел, там его не обнаружили, первую группу годности назначили, там нагрузка была, а тут, да в полиции, но не оперативником же, а компами заниматься, и не берут!» – такие мысли крутились в голове и не давали покоя.

Жить как-то надо, надо работать и зарабатывать, потому взял себя в руки и продолжил поиски. Тут однокурсники как раз подсказали: «А иды ты в ключевое машиностроительное предприятие города. Да зарплаты там не высокие, но ты как выпускник с красным дипломом можешь выбрать в какой конструкторский отдел пойти. Пойди в первое бюро, там компы самые нормальные и работа поинтереснее чем в других отделах и цехах». Так я и сделал. Пришел с документами, показал свой «красный диплом» и сказал: «Хочу в первый отдел». Кадровик дала бланки для заполнения, изучила мои документы и отметила: «Все верно. Предприятие сотрудничает с вашей кафедрой, и выпускники с отличием могут выбирать, где работать». Приняла анкеты, копии документов, выдала корешок с номером и сказала звонить по такому-то номеру и узнавать, как продвигается мое устройство. Счастливый, я вернулся домой. Счастье продлилось не долго, в конце недели по указанному номеру ответили, что мое дело пока без изменений. И на следующей неделе то же самое. На третьей неделе, после такого же ответа, не выдержал и пошел на предприятие в отдел кадров. Оказалось, что все штатные места были укомплектованы и меня бы позвали, если бы только кто-то уволился или перевелся. На мой вопрос: «Чего же Вы это сразу не сказали, тогда бы я может согласился на любой другой отдел?» – ответа не было. Столкнувшись с таким отношением, ни с чем побрел домой.

Тогда отец предложил мне пойти на его прежнее место работы, он бы смог порекомендовать меня. Вначале я немного смущался: «Как это, получается я не сам устроился на работу, а по связям». Но согласился, деваться особо не куда было. Отец созвонился с директором и в назначенное время я пришел устраиваться. Переговорил с директором компании, тот был дружелюбно настроен, интересовался делами и здоровьем отца, прошли в конструкторский отдел, где меня представили будущему начальнику отдела и коллегам. Отправили в отдел кадров для утряски формальностей. Так в октябре 2009 года я стал инженером-конструктором невысокой категории с окладом что-то около 8000 рублей, при средней зарплате по городу в 13500 руб. Для инженера без опыта это было не много, хватило бы на хлеб с водой и однушку, хотя скорее даже только на комнату в коммуналке. Зато совесть и мысль о работе по блату и связям перестала терзать меня.

Коллектив оказался разношерстным: молодой начальник, еще только учащийся на вечерке; девушка-конструктор лет на десять старше меня и два пред пенсионера. Самый старший, звали его Зайцев начал: «Отца твоего знаю, уважаю, расскажи-ка о себе?» Я и рассказал, не забыв упомянуть и об отбраковке меня в МВД. Зайцев лишь бровью повел и сказал в шутку: «Ничего страшного, мы тебе шпалу к спине привяжем, будешь прямым, как и она». С Автокадом я был знаком с учебы в универе, а изготовление строительных металлоконструкций близко к машиностроению, даже немного попроще будет. В строительстве нет таких точных допусков к размерам деталей, плюс-минус миллиметр не страшно, да нет и требований к шероховатости поверхностей деталей, к соосности, к параллельности и т.д.

Инженеры-проектировщики разрабатывают рабочую документацию разделов КМ и т.д., КМ – конструкции металлические, в которых на листах лишь линиями отмечают колонны и балки, выносками и уточнениями, как эти конструкции сопрягаются. По таким чертежам безусловно не изготовишь металлоконструкции, потому часто при заводах существуют ПКО – проектно-конструкторские отделы. Инженер ПКО смотрит на линии, смотрит на узлы и по ним разрабатывает уже точные чертежи металлоконструкций для изготовления на заводе. Чертежи эти КМД – конструкции металлические деталировочные.

Такие чертежи я и стал разрабатывать. То, что выше описал это утрировано. Кроме точного чертежа конструкции с точными размерами, привязки деталей, надо еще определить точную массу отправочной марки. Также рассчитать длину сварных швов, там, где это не указано в КМ, а в КМ указано довольно мало. Благо большинство соединений типовое, немного приходилось считать через специальные формулы. Как объяснили коллеги: «Условно один квадратный сантиметр сварки держит тонну металла, а для крепления связей бери минимум две ширины детали для приварки ее внахлест». Мне понравилась такая работа, кроме деталировочных чертежей металлоконструкций, делали и деталировочные чертежи трубопроводов, чертежи на нестандартное оборудование. Я чувствовал, что делаю полезное приносящее пользу дело, по моим чертежам изготавливали конструкции, которые потом становились частью предприятий, заводов.

Можно сказать, я приложил руку к строительству объектов: для «Магнитогорского Металлургического Комбината» Комплекс холодной прокатки Листопрокатного цеха №11; «Южноуральского ГПК» Реконструкция Аккермановского рудника, Печная линия по переработке отходов горного и металлургического производства ТЭЦ; лестницы в рамках реконструкции «Гайского ГОКа».

Отец же говорил: «КМД конечно полезное дело, но лучше смотри за тем, что делает Зайцев, у него более ответственное и уникальное дело». Я так и сделал. Зайцев разрабатывал документацию другого вида – ППР и ППРк. Это расшифровывалось как проект производства работ и проект производства работ краном. Ответственное дело, необходимо предусмотреть как конструкции будут монтироваться на месте. Зная, характеристика крана, и зная вес отдельных элементов необходимо предусмотреть, где разгрузить конструкции, где поставить кран. И не просто так а, чтобы он до всего дотянулся и его вылета стрелы хватило, чтобы смонтировать все, и чтобы никого не задело и сам кран не перевернулся. Но несмотря на это, не зашло, хотя проекты эти себе на память сохранил. Среди всевозможных металлоконструкций, резервуаров различной емкости, вплоть до 10 000 кубических метров, трубопроводов и задвижек, мне больше всего запомнился ППР на монтаж купола храма Иоганна Кронштадтского в Гае. Наверное, из-за своего нестандартного для промышленного строительства направления. Если не смотреть на такого рода нестандартность, то заслуживали внимание сложные ППР, где монтаж ведется сразу несколькими кранами и другой техникой.

Мне нравилась такая работа, плохо только, что зарплата была невысокая. Один раз мы разработали чертежи КМД, но компания все-таки не выиграла тендер на их монтаж. Тогда чертежи продали победителям, а конструкторы получили хороший бонус, мне выдали 18к рублей! После восьми тысяч, эти восемнадцать были для меня огромными деньжищами! Однако, далее было падение… Если помните, в 2008 году случился мировой экономический кризис, до России он докатился с задержкой. Через 3 месяца после моего трудоустройства из-за отсутствия заказов ввели четырехдневную рабочую неделю на месяц, что сказалось на зарплате. Еще через месяц нас отправили на 2 недели в неоплачиваемый отпуск. Меня такое дело не устроило, и я за эти две недели нашел работу постабильнее.