Дана. Искусство падать

Глава 1: Ритм, который зовет

Меня зовут Дана. И сегодня, глядя на свое отражение в огромном, почти потолочном окне моей гостиной, я – рыжая. Не та природная, огненная рыжина, а та, что родилась из тюбика с названием «Венецианская осень». Зеленые глаза смотрят на меня с легким вызовом – они будто стали ярче от этого безумного цвета волос. Я провожу пальцами по шелковистой массе, чувствую легкое покалывание кожи головы – напоминание о вчерашних шести часах в кресле у мастера. Это был не каприз, а необходимость. Брюнетка прошлого месяца, та, что плакала над пролитым каберне и разбитым сердцем инвестора Артема, должна была кануть в Лету. Теперь здесь я. Новая. С обожженными кончиками нервов, готовыми к новым тактильным ощущениям.

Моя квартира на сороковом этаже – мой личный остров. Я заработала на него сама. Мой блог о digital-арте, консультации для галерей, умение продавать красоту, которую не все еще видят – этого хватило. Здесь все идеально: дизайнерский минимализм, диван, на котором можно утонуть, винный шкаф и эта панорама ночного города, которая каждый вечер зажигает для меня миллионы огней. Я самодостаточна. Я могу купить себе тишину, шум, поездку в Венецию завтра утром или этот дикий, пахнущий кожей и опасностью аромат, что сейчас бьет в нос. Но я не покупаю любовь. Я ее нахожу. Или она находит меня. А чаще – мы сталкиваемся лбами где-то посередине.

Именно поэтому в этот пятничный вечер я стою не на балконе с бокалом, а перед зеркалом в гардеробной, выбирая, во что одеться для похода в «Вертиго». «Вертиго» – не модный клуб. Это полуподвал с кирпичными стенами, липким от сотен ладоней баром и сценой, где по четвергам и пятницам идет живое, дышащее потом и страстью бурлекс-шоу. Это мой маленький секрет. Здесь я не Дана-профессионал. Здесь я просто зритель, поглощенная магией тела, рассказами без слов, ироничной эротикой перьев и взглядов.

Черное платье. Простое, до колена, но с разрезом, который обнажает ногу при каждом шаге. И высокие каблуки – мое оружие и моя слабость. Я наношу помаду оттенка «Черная смородина», ловлю свой зеленый взгляд в зеркале. «Поехали», – шепчу я новой, рыжей Дане.

Воздух в «Вертиго» густой, как сироп. Смесь духов, табачного дыма с другой улицы, старого дерева и ожидания. Я протискиваюсь к своему привычному столику у колонны, с которого видно и сцену, и кулисы. Шоу уже началось. Под томный саксофон девушка в костюме из страусиных перьев ведет диалог с цилиндром. Она смешна, трогательна и невероятно сексуальна. Я пью виски с колой, позволяя волне аплодисментов и музыки омывать меня.

А потом мое внимание затягивает не сцена, а пространство между сценой и первым рядом. Там стоит Он. В темных джинсах и простой черной футболке, с планшетом в руке. Его взгляд скользит по танцовщице не как у зрителя, а как у хирурга, архитектора, бога. Он замечает малейший сбой ритма, едва уловимую фальшь в улыбке. Он не красив в классическом понимании. У него резкие черты, напряженный рот, а волосы будто всегда взъерошены его же собственными мыслями. Это хореограф. Марк. Я знаю его имя от официантки. Он создает эти шоу. Он лепит из этих прекрасных тел историю.

И вдруг его взгляд, острый и сфокусированный, отрывается от сцены и находит меня. В полумгле, за столиком у колонны. Не скользит, а именно находит. Останавливается. На секунду время в «Вертиго» замирает. Звуки приглушаются. Он не улыбается. Он изучает. Его взгляд задает вопрос: «Что ты здесь забыла, женщина с лицом амбассадора дорогого бренда и глазами, полными такого неподдельного любопытства?»

Я не отвожу глаз. Привыкла держать удар. Потягиваю виски, позволяя уголку гбы дрогнуть в полуулыбке. Вызов принят. Он смотрит еще мгновение, затем кивает, едва заметно, как будто ставя какую-то галочку в своем внутреннем блокноте, и возвращается к работе, крича что-то звукорежиссеру.

Мое сердце, предательски, стучит чаще. Это не любовь с первого взгляда. Это интерес хищника. Или охотника. Я не могу определить, кто в этой ситуации кто. И это… возбуждает.

После шоу я обычно уходила сразу. Сегодня задержалась, допивая уже теплый коктейль. Я знала, чувствовала кожей. Он подойдет.

Так и случилось. Я уже взяла сумочку, когда между столиков возникла его тень.

– Выжигаете глазами моих танцовщиц, – сказал он. Голос низкий, чуть хрипловатый, без предисловий. – Это дорого обходится. Придется доплачивать за эмоциональный ущерб.

– Я щедро аплодировала, – парировала я. – Думаю, это покрывает все издержки.

– Аплодисменты – валюта нестойкая, – он прислонился к колонне, перекрывая мне путь к выходу, но не агрессивно. Скорее, создавая интимный кокон из нашего разговора. – Сегодня есть, завтра нет. А вот внимание… настоящее внимание – это как луч софита. Оно или греет, или слепит.

– Я вас ослепила? – спросила я, играя с ободком бокала.

– Вы меня заинтересовали, – поправил он честно. – Вы смотрите не на тела. Вы смотрите на то, что между ними. На напряжение. На недосказанность. Редкое качество для зрителя.

– Может, я просто критик?

– Нет, – он покачал головой. – Критики смотрят, чтобы найти ошибку. Вы смотрите, чтобы найти… правду. Даже в этой мишуре.

Он назвал свое творчество мишурой. Это обезоружило.

– Меня зовут Марк.

– Дана.

Он взял мою руку, но не для рукопожатия. Его пальцы скользнули по моим костяшкам, легкое, почти невесомое прикосновение, заставившее меня вздрогнуть.

– Дана… Ты танцуешь?

Вопрос был не о хобби. Он был о сути.

– Только в моменты полного счастья или полного отчаяния, – призналась я.

– Самые честные танцы, – он усмехнулся, и его лицо преобразилось, стало моложе, озорнее. – Хочешь увидеть, как рождается ложь? Из которой потом делают правду?

– Это предложение звучит либо поэтично, либо опасно.

– Все самое интересное находится именно на этой грани, – он выпрямился. – Завтра. Вечерняя репетиция. Закрытая. Приходи. Посмотришь на изнанку красоты.

Он не спросил «хочешь?». Он сказал «приходи». И, бросив на прощание тот же оценивающий, вопрошающий взгляд, растворился в толпе у барной стойки.

Я вышла на прохладный ночной воздух. Сердце все еще колотилось. В голове звучал его голос: «Изнанка красоты». Я поймала такси и, глядя на мелькающие огни, уже знала, что приду. Потому что я – Дана. И моя новая, рыжая ипостась требовала новой истории. А этот мужчина, этот хореограф с глазами, видевшими тела насквозь, пах именно что Историей. Со всеми ее будущими слезами, восторгами, нежностью и неизбежной болью.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.