Виктория Этцель
Карма-драма. Мистическое испытание
Книга 1

© Verlag Friedrich Oetinger, Hamburg 2024

© А. А. Демьянов, перевод на русский язык, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2026

* * *

Виктория Этцель родилась в 1995 году. С ранних лет её окружали книги. Читать каждый день новые захватывающие истории было её заветной мечтой, которая со временем стала профессией. Получив образование по специальности «Философия и германистика», она стала библиотекарем. «Карма-Драма. Мистическое испытание» – её третий роман. Она надеется, что с его помощью дети во всём мире полюбят читать книги, как когда-то полюбила она, благодаря писательницам и писателям своего детства.

* * *

ЛУКАСУ.

МОЕМУ ДЕМОНИЧЕСКОМУ

СТАРШЕМУ БРАТУ;)

Глава 1
Сначала был хаос

31 октября

13351

Дрожащий зеленоватый туман понемногу рассеялся, и передо мной предстал он: супербосс, демон наивысшего уровня А+, готовый привести в исполнение свой коварный план.

Я немного удивилась, ведь он совсем не походил на верховного повелителя зла: ни рогов, ни красного плаща, ни трезубца, которым бы он размахивал направо и налево.

Верховный демон оказался высоким мужчиной в простом, но строгом тёмно-сером костюме и шикарных, начищенных до блеска кожаных туфлях. Издалека его можно было принять за одного из коллег моего отца, такого же агента по продаже недвижимости, но чем ближе он подходил, тем меньше был похож на обычного человека. У него были белоснежные, коротко подстриженные волосы, узкое лицо с острыми чертами, а главное – пронзительный, леденящий душу взгляд кристально-голубых глаз, которые смотрели на меня в упор.

– Итак, я жду объяснений, что означает весь этот…

Он сделал паузу, обводя рукой развешанные повсюду нелепые украшения к Хэллоуину, столики и палатки для игр, лотерейные стойки, киоски с картошкой фри, школьников и учителей, застывших в испуганных позах, словно манекены в карнавальных костюмах, и свору неподвижных собак, которые ещё секунду назад бегали среди людей, радостно виляя хвостами.

– …Весь этот хаос, – подытожил демон.

У него был глубокий, завораживающий голос, но я вздрогнула, и по спине побежали мурашки. Он всё ещё не спускал с меня своего пронзительного взгляда, хотя вопрос явно был адресован кому-то другому, и прямо сейчас этот кто-то отчаянно пытался уменьшиться до крошечных размеров и спрятаться за бутылку с кетчупом. К несчастью, его чёрная кожа в жёлто-бирюзовую крапинку слишком выделялась на фоне оранжевой скатерти стола, и верховный демон уже наверняка это заметил.

– Вылезай! – приказал он. – Настало время твоего экзамена, а потом… – тут он торжественно поднял руки, и в его голосе послышался мягкий рык, – потом мы вместе откроем новую эру!

У меня перехватило дыхание.

Глава 2
О том, как весь мир сговорился против меня

1 октября

100

Как же так произошло, что я, Ливия Хейс, в свои 12 лет оказалась лицом к лицу с верховным демоном уровня А+? Это очень долгая история, и началась она одним дождливым осенним днём, а именно 1 октября. В любой другой день я могла бы легко избежать подстерегавшей меня беды и не скатилась бы кубарем в кучу неприятностей. Чем больше я об этом думаю, тем больше убеждаюсь, что во всём была виновата плохая погода.

В тот день рано утром я стояла в подъезде нашего многоквартирного дома, где жила с мамой, и смотрела на бушующий снаружи ливень сквозь рифлёное стекло входной двери. Низкие чёрные тучи заволокли всё небо, и от этого кругом стало темно, как ночью. Дождь с такой силой барабанил по мощёной дорожке, ведущей от подъезда на улицу, что мне хотелось забраться обратно в постель.

Часы в моём смартфоне показывали, что у меня в запасе оставались ещё целых три минуты. Я вплотную подошла ко входной двери, почти коснувшись кончиком носа холодного стекла.

Нужно принять закон, запрещающий занятия в дождь. Тащиться в школу с утра в понедельник, да ещё и в такую страшную непогоду? Ни один здравомыслящий человек на это не согласится. Но, к сожалению, не идти я не могла. На то были весьма веские причины, и моя мама сегодня с утра ещё раз напомнила мне об этом.

Мою маму зовут Ким Хейс. Она небольшого роста, но при этом очень решительная и твёрдая как скала. Утром, невзирая на мои протесты, она безжалостно стащила с меня тёплое одеяло и заставила встать с постели.

– Ты так долго ждала этот день. Ты ведь не хочешь опоздать в последний момент, правда? – спросила она меня ласково и строго, как умеют спрашивать только родители.

Недовольно бурча себе под нос, я согласилась. А как иначе? Ведь уже несколько недель я только и думала о том, что совсем скоро мне выпадет шанс, который я ни за что не упущу.

Ещё две минуты. Я крепко сжала ручку маленького зонтика и застегнула молнию непромокаемого плаща, хотя плащ – это, конечно, слишком громко сказано. За последнее время я как-то уж очень резко выросла, и все мои плащи заметно укоротились, превратившись в куртки. Я стала самой высокой в классе, что не могло не радовать, ведь это давало мне значительное преимущество в моих любимых спортивных играх. Ну и кроме того, мой рост – это, пожалуй, единственное, что я унаследовала от отца. Во всём остальном я вообще на него не похожа. Тёмные глаза и прямые тёмные волосы у меня от мамы.

Оставалась минута. Ну, теперь пора: я потянула дверь на себя, и меня тотчас обдало холодным влажным ветром. Сжав губы, я вгляделась в темноту.

На дорожке, ведущей от дома на улицу, стояли большие лужи, полные воды и жёлтой размокшей листвы. Блёклый свет уличных фонарей едва пробивался через плотную завесу дождя, но зато были отчётливо видны мощные, яркие фары школьного автобуса, подъезжающего к моему дому. Я быстро надвинула капюшон, выскочила за дверь и стремглав понеслась к остановке.

Обычно я добираюсь до школы на велосипеде, и небольшой дождь меня бы не напугал, но в тот день, учитывая ужасный ливень, я решила, что будет лучше поехать на автобусе, хотя, по правде говоря, я просто ненавижу царящую там постоянную давку. Народу набивается столько, что невозможно протянуть руку, чтобы ухватиться за поручень. Да это и не нужно. Все так плотно прижаты друг к другу, что падать просто некуда. Зато на каждом повороте ты то и дело тыкаешься носом в потную подмышку какого-то десятиклассника или тебе в живот больно впечатывается громадный рюкзак маленького третьеклашки.

Но прежде чем попасть в переполненный автобус, мне ещё предстояло как-то преодолеть огромную кучу мокрых листьев. Я прыгнула с разбега, но на мокрой дороге, да ещё в резиновых сапогах на гладкой подошве… Словом, это была плохая идея. Поскользнувшись, я чуть было не пропахала носом землю на глазах у всего автобуса. Левая нога резко ушла назад, правая вытянулась вперёд – я едва не села на шпагат, – как вдруг – хрясь! – мои любимые джинсы с треском разорвались по шву. В ужасе я нащупала дырку не где-нибудь, а прямо на попе! Конечно, водитель не стал дожидаться, пока я приду в себя, и мне оставалось только проводить взглядом задние фонари отъезжающего автобуса.

Так я и стояла: мокрая и в рваных джинсах. Любой, кто поумнее, уже давно махнул бы на всё рукой. В конце концов, нельзя всё время выигрывать в битве с понедельником. Но сегодня не просто понедельник. Сегодня я должна быть в школе вовремя, потому что ровно в 8:30 моя классная руководительница Амалия Гастингс будет раздавать логины и пароли для регистрации на сайте олимпиады, впервые проходящей в нашей школе. Число участников ограничено, и тот, кто не успеет зарегистрироваться, останется ни с чем.

Олимпиада под интригующим названием «Битва гениев» будет проводиться в дополнение к обычным урокам и продлится весь октябрь. Среди параллельных классов соревнования пройдут почти по всем школьным предметам. В каждом раунде смогут участвовать от пяти до десяти учеников. Победитель автоматически получит высокую полугодовую оценку за каждый отдельный предмет, а по завершении олимпиады будет организован грандиозный праздник Хэллоуина с раздачей призов.

Перспектива исправить сразу несколько оценок за полугодие казалась очень заманчивой. За исключением физкультуры, мои школьные дела шли из рук вон плохо. Я еле-еле перешла в седьмой класс, едва не оставшись на второй год. Скорее всего, мой мозг был настолько занят тем, чтобы вырастить меня под два метра, что позабыл обо всём на свете, в том числе и об учёбе, но учителя и родители почему-то не сочли эту теорию убедительной.

В любом случае, чтобы воспользоваться шансом на олимпиаде, мне в первую очередь нужно успеть в школу вовремя. Сайт регистрации доступен только на территории школы, так что даже если друзья пришлют мне логин и пароль – это не сработает.

О том, чтобы попросить маму подвезти меня до школы, не могло быть и речи. По понедельникам она уходила на работу очень рано, и её уже давно не было дома. Ждать следующего автобуса целых полчаса тоже не имело смысла. Мне оставалось только одно.

Я побежала назад к дому и схватила свой велосипед. Сиденье было влажным от дождя, но к тому времени мой укороченный плащ и джинсы уже промокли насквозь, так что это не имело никакого значения. Я с силой надавила на педали и понеслась в школу по хорошо знакомому пути. Однако непогода вновь перечеркнула мои планы. Из-за сильного ливня подземный тоннель, ведущий в центр города, оказался затоплен. Я резко затормозила, скользя по мокрой дороге, и увидела несчастных водителей, которые пытались свернуть на соседнюю улицу, отчаянно сигналя друг другу. Проехать было невозможно. Теперь попасть в школу можно было только в объезд через квартал Эмбергейт[1].

Он был расположен на возвышенности и известен своими роскошными виллами и шикарными машинами, припаркованными у каждой двери. Помню, мой папа с гордостью рассказывал, как ему удалось продать кому-то дорогущий дом в этом районе. Сама я крайне редко туда заезжала. Жители этого элитного места всегда держались особняком. У них даже была своя закрытая частная школа.

Я свернула на главную улицу, которая проходила через весь Эмбергейт, и по спине вдруг пробежали мурашки. Но не от холода и дождя. Что-то было не так. Большие, серые и мрачные дома, похожие друг на друга, стояли в окружении таких же тёмных и молчаливых садов. Ни в одном окне не горел свет. Всё будто вымерло: на дороге не было ни прохожих, ни велосипедистов, ни машин. Мне хотелось как можно скорее выбраться из этого места, и я на полной скорости понеслась по безлюдным улицам.

И зря! Мне следовало прислушаться к своему внутреннему голосу, который предупреждал, что здесь что-то нечисто. Как только я поравнялась с домом номер 66 по Викид-лейн[2], меня занесло, и уже во второй раз за день я едва не поцеловала своё отражение на мокром асфальте.

346

В последний момент я резко вывернула руль, соскочила с велосипеда и относительно безболезненно приземлилась на свою пятую точку. И разумеется, прямо в лужу! Дождевая вода просочилась сквозь дыру в джинсах и намочила моё нижнее бельё. Просто отвратительно.

– А-а-а-аййй! – Громко взвизгнув, я вскочила на ноги. Потом сделала глубокий вдох и постаралась успокоиться: в конце концов, мой велосипед остался цел. Но стоило мне поднять его с земли, как я тут же больно ударилась ногой о педаль.

– Да что же это такое?! – закричала я, не на шутку разозлившись. – Сначала этот гадкий ливень и всякая скользкая дрянь на дороге, – я с силой пнула кучу мокрых листьев, – потом вредный водитель автобуса, который оставил меня мокнуть под дождём, а теперь ещё и это!

Ругаясь и проклиная всё вокруг, я потирала ушибленную ногу.

– А ведь я всего лишь хочу попасть в школу, чтобы записаться на эту дурацкую «Битву гениев»!

Я так разоралась, что мои вопли наверняка слышала вся округа. Ну и пусть местные зазнайки считают меня сумасшедшей, мне уже всё равно.

Я раздражённо смахнула с лица мокрую прядь волос и уже собралась ехать, как вдруг услышала кваканье, прервавшее мой монолог. Медленно, как во сне, я обернулась и прямо перед поросшими тёмным мхом коваными воротами дома 66 увидела его: это был лягушонок размером с кулак, чёрный-пречёрный, с яркими бирюзовыми и оранжево-жёлтыми крапинками по всему телу и такими же жёлтыми светящимися глазами. Не моргая, мы уставились друг на друга.

– Нет, нет и ещё раз нет. Только тебя мне не хватало, – сказала я ему, стараясь сохранять спокойствие. – Учитывая, как мне сегодня везёт, ты наверняка окажешься ядовитым или, чего доброго, ещё прыгнешь мне на лицо и цапнешь за нос. Поэтому сейчас я просто уеду, договорились?

В ответ лягушонок надул горло и издал громкое кваканье, подозрительно напоминавшее смех. В замешательстве я покачала головой, потом закинула ногу на сиденье велосипеда и поехала дальше. С этого момента и начались все мои неприятности.

Глава 3
По местам, приготовились, начали!

Каким-то чудом я добралась до школы целой и невредимой, не попав ни в одну передрягу, и даже успела вовремя. Мокрый от дождя школьный двор уже опустел, но звонок пока не прозвенел.

Я торопливо поставила велосипед на стоянку, с трудом пристегнула его на замок онемевшими от холода пальцами и, не теряя времени, юркнула в тёплое здание школы. Несколько возмущённых второклашек бросились прочь, когда я, не хуже мокрой собаки, тряхнула своими длинными волосами, обдав их мелкими брызгами. Какая-то девочка негромко хихикнула в ладошку, невольно напомнив мне о дырке в джинсах. С невозмутимым видом я стянула с себя мокрый плащ и повязала его на бедра. Уж лучше ходить с мокрой попой, чем с голой. Я вбежала в класс за мгновение до звонка и плюхнулась на свободное место рядом с моей лучшей подругой Корой.

– Эй, вот и ты. Я уже начала волноваться. Думала, ты забыла, какой сегодня день! – приветствовала она меня.

– Ну что ты. Разве я могла забыть о твоём особом дне, – ответила я, улыбнувшись.

Во всей школе Кора была, пожалуй, единственной, для кого 1 октября значило гораздо больше, чем просто начало олимпиады. Она была буквально помешана на Хэллоуине и целый год с нетерпением ждала этого дня. Более того – она считала весь октябрь одним большим личным праздником и видела знак судьбы в том, что родилась именно 13 числа этого месяца. Её комната была украшена к Хэллоуину ещё со вчерашнего дня, и, чтобы отпраздновать начало месяца, она выкрасила прядь своих светло-каштановых волос в ядовито-зелёный цвет. На прошлой неделе прядь была синей. В чёрной одежде, сетчатых колготках и с подведёнными чёрным карандашом глазами она имела весьма устрашающий вид. Но мы дружили с детского сада, и я прекрасно знала, что на самом деле Кора не опаснее котёнка.

– Боюсь, эта «Битва гениев» испортит мне весь праздник, – призналась Кора. – Ты сама в последнее время только и думаешь, как бы попасть на олимпиаду, а всё остальное тебе неинтересно.

– Ещё как интересно, особенно когда у тебя такой классный новый образ, – сказала я, потрогав её зелёную прядь. – Выглядит здорово!

– Ха-ха-ха! А мне кажется, что её шевелюра вот-вот завянет и отпадёт! – раздалось сзади.

Обернувшись, мы увидели нашего друга Джастина, который перегнулся через парту и потрепал волосы Коры.

– Ха-ха, как смешно, – передразнила его Кора. – Ты вообще ничего в этом не понимаешь.

– Я не понимаю? Да я тут самый стильный!

Я с сомнением окинула взглядом его футболку с названием очередной неизвестной никому рок-группы и старые очки, в которых он ходил аж с первого класса. Сколько раз мы с Корой предлагали подыскать ему новые, но он и слышать ничего не хотел.

– Самый стильный среди ботанов! – хихикнула Кора.

– А что ты имеешь против ботанов? Придёт день, и мы захватим власть над всем миром, – буркнул Джастин.

– Над всем миром? Что-то больно скромно, – сказала я, не скрывая иронии.

– Ты бы тоже могла принять в этом участие, если бы не плевала весь день в потолок, а хотя бы чуточку училась, – засмеялся Джастин. Он не имел в виду ничего плохого, но я досадливо закусила губу.

Джастин считал, что я способна на большее, хотя, глядя на мои оценки, в это было сложно поверить. Сколько бы он ни помогал мне с учёбой – мне ещё никогда не удавалось выбиться в отличницы. Кора бросила на меня беспокойный взгляд. Она прекрасно знала, насколько болезненной была для меня эта тема, особенно с тех пор, как…

– Неправда! Ливия занималась, – сказала она в мою защиту. – Ведь твой план всё ещё в силе? Ты же по-прежнему хочешь утереть всем нос на «Битве гениев»?

– Конечно, всё в силе, – ответил за меня Джастин. Он сразу стал серьёзным, нахмурился и, скрестив руки на груди, сказал: – Я знаю, что ты усиленно готовишься. Поверь, у тебя всё получится, и тогда нам больше не придётся волноваться.

Я с благодарностью посмотрела на Джастина. Его слова вселяли уверенность, хотя, по правде говоря, я ещё толком и не начинала ничего учить.

А между тем на кону стояло очень многое. Мне было крайне важно улучшить свои полугодовые оценки, и желательно сразу по нескольким предметам. Раньше я особо не обращала внимания на учёбу, и мои родители старались на меня не давить, но в последнее время всё резко изменилось. Точнее, с тех самых пор, как полгода назад мой отец переехал жить к своей новой подруге.

Вообще, Антония очень милая, но я чувствую себя совсем чужой в том мире, куда она постепенно, шаг за шагом, уводит отца. Антония живёт в том самом квартале Эмбергейт, и это она подкинула папе абсолютно нелепую идею перевести меня в их элитную школу, чтобы повысить успеваемость. Они думают, что сменить школу – это просто, но ведь тогда мне придётся расстаться с моими друзьями. Конечно, учёба очень важна, но кардинально менять всю свою жизнь ради пары оценок в дневнике я не хочу.

– А нам и так не о чем волноваться, – твёрдо сказала Кора. – Не верю, что твой отец всерьёз хочет перевести тебя в эту распрекрасную частную школу. Он просто пугает. В конце концов, надо ещё спросить твою маму.

– Боюсь, она будет не против, – вздохнула я.

– Что?

– Ей кажется, что я разленилась и совсем забросила учёбу, а школа в Эмбергейте считается очень хорошей.

– Неважно, хорошая она или нет. Твой отец не может вот так запросто отнять тебя у нас, – буркнул Джастин. – И вообще, разве это не школа-пансион?

Я совсем поникла. Переход в новую школу – это и так очень болезненно, а если мне ещё и придётся там жить… Нет уж, увольте, это не для меня!

Мне страшно захотелось залезть в карман за жвачкой. Когда я нервничаю, мне нужна мята. И чем ярче вкус – тем лучше. Но, боюсь, я только наживу себе лишних неприятностей, если фрау Гастингс заметит, что я жую на уроке.

– В общем, мы должны сделать всё возможное, чтобы ты выиграла, – подытожила Кора.

Именно таков был наш план: воспользоваться олимпиадой, чтобы улучшить мои оценки сразу по нескольким предметам. Тогда у папы и Антонии не будет причин переводить меня в другую школу, и они оставят свою глупую затею.

– Но для того чтобы выиграть, тебе сперва нужно зарегистрироваться, – напомнила Кора.

– Странно, – проговорил Джастин, – регистрация должна вот-вот начаться, а фрау Гастингс до сих пор нет.

Словно подслушивая за дверью в ожидании, когда её позовут, фрау Гастингс в ту же секунду стремительно вошла в класс, скинула с плеча сумку и принялась складывать свой мокрый зонт с расцветкой в шотландскую клетку. Казалось, на неё не действовала всеобщая хандра, царящая в школе по понедельникам, потому что она пребывала в прекрасном настроении.

– С добрым утром! – почти пропела она бодрым голосом и, не отвлекаясь на наши вялые приветствия, вынула из сумки пухлую стопку бумаг. – Прошу извинить за опоздание, сегодня у копировального аппарата просто толпа народу, – сообщила она с довольным видом и, обведя класс взглядом, осведомилась: – Ну как, волнуетесь?

Она ещё спрашивает! При виде стопки листов с логинами и паролями у меня всё внутри сжалось, даже стало немного подташнивать. Я выпрямилась и незаметно скосила глаза: часы в смартфоне показывали 8:22. Через восемь минут заработает сайт регистрации, а дальше главное – не зевать. От волнения у меня вспотели ладони.

В мучительном ожидании я наблюдала, как одноклассники разбирали листки с регистрационными данными, передавая пачку с парты на парту. Мне казалось, что всё происходит слишком медленно. Когда очередь дошла до нас, Кора в нетерпении вырвала стопку бумаг из рук нашего одноклассника Лео, да так, что листки едва не разлетелись по полу.

– Эй, полегче! – гаркнул он, но в ответ она только показала ему язык. Каждый из нас взял свой листок, на котором золотой вязью было написано «Битва гениев», а чуть ниже находились логин, пароль и QR-код для перехода на страницу регистрации.

– Смотри-ка, у них даже есть своё приложение, – заметил Джастин, внимательно прочитав инструкцию под QR-кодом.

– И собственный сайт, куда можно загружать видео с соревнований, – добавила Кора.

Я не разделяла их радости. Если я вдруг опозорюсь на соревнованиях – об этом сразу же узнает вся школа. Я ещё раз пробежала глазами инструкцию, опасаясь новых сюрпризов.

– Можно будет делать ставки на исход состязания, – сообщила я сдавленным голосом.

– И получать за это «умные монеты», – задумчиво добавил Джастин. – Наверное, это что-то вроде цифровых денег. Интересно, что с ними делать?

– Вероятно, что-нибудь выиграть, – предположила Кора. – Как в лотерее.

– А как же… – начала я, но меня перебила фрау Гастингс.

– А теперь приготовьте свои смартфоны, – скомандовала она громким голосом.

Класс наполнился шорохами, все полезли в карманы и рюкзаки. Повисшее в воздухе напряжение было почти осязаемым.

Дрожащими от волнения руками я разблокировала смартфон и отсканировала QR-код. На экране появилась ярко-голубая страница с надписью: «Битва гениев».

8:29

– Напоминаю, что вы можете записаться максимум на три состязания, – продолжала фрау Гастингс, но её уже никто не слушал – каждый был занят тем, что вводил свои логин и пароль.

8:30

Двадцать семь указательных пальцев одновременно нажали на кнопку регистрации. Я напряжённо смотрела на значок загрузки. Зайдя на сайт, я быстро выбрала три случайных школьных предмета и тут же на одном дыхании отправила заполненный формуляр.

– Да, это было непросто, – вздохнула Кора. – Что ты выбрала?

– Без понятия, – ответила я, пожав плечами.

– Это как?

– Даже внимания не обратила, – призналась я. – Мне нужно подтянуть почти все предметы, кроме физкультуры, так что разницы нет. Я хотела сделать всё быстро и ни о чём больше не думала.

– Но как же так, Ливия? А ты не боишься, что сделала только хуже?

Я попыталась ей возразить, но тут разом загудели все двадцать семь смартфонов: регистрация закончилась, все места были распределены. Я молча открыла электронную почту, чтобы узнать, удалось ли мне попасть на олимпиаду, и, взглянув на цифры, едва смогла удержаться от радости. Да! Я сделала это! Я буду участвовать сразу в трёх состязаниях. Я прокрутила письмо вниз, чтобы посмотреть, какие мне достались предметы. Это были литература, математика и химия. Если по литературе я успевала относительно неплохо, то в химии и математике была полным нулём.

И как теперь понять, повезло мне или нет?

Глава 4
Беда не приходит одна

– Мне никогда этого не понять! Даже за тысячу лет! – сердито крикнула я и швырнула учебник по математике в другой конец комнаты. С глухим звуком он ударился о шкаф и упал на ковёр. Весь какой-то растрёпанный и поломанный, он лежал с таким несчастным видом, будто просил, чтобы его пожалели. Ладно: прости меня, учебничек, ну не даётся мне математика! И не смотри на меня так!

– Но ты даже не стараешься!

Нет-нет, это не учебник, который вдруг обрёл сверхъестественные способности и заговорил человеческим голосом. Это сказала Кора, которая сидела на полу возле моей кровати и смотрела на меня с упрёком в глазах.

– Соберись, не так уж это всё сложно. Смотри, здесь можно применить теорему Фалеса, а потом…

– Брось, Кора, – я тяжело вздохнула. – Ты же знаешь, что это дурацкое состязание по математике уже на следующей неделе!

Я театрально упала на кровать и уткнулась лицом в подушку. Настроение у меня и впрямь было хуже некуда. И виной тому была не только предстоящая олимпиада по математике: в последние дни буквально всё, за что бы я ни бралась, шло наперекосяк.

2027

Еда в каждой открытой мной упаковке почему-то была испорчена. Я стала осторожнее, но вчера за завтраком из пакета с молоком прямиком в мою тарелку с кукурузными хлопьями вывалились какие-то мерзкие кислые комки. Шины моего велосипеда внезапно сдулись (да-да, сразу обе!). В них оказалось столько проколов, словно я проехала по куче гвоздей. Мой смартфон перестал заряжаться. Сегодня утром он жалобно пискнул и, похоже, попрощался со мной навсегда. Моя одежда перестала на меня налезать. Надевая плащ, я оторвала рукав целиком! Видимо я не только вымахала, как жираф, но и стала неимоверно сильной, как Халк. На самом деле, я была бы не против, если бы при этом не ломала всё вокруг.

Но самым удивительным было то, что всякий раз, когда у меня что-то шло наперекосяк, я слышала странный звук, будто кто-то хихикал и квакал одновременно. А вчера, осматривая свой сломанный велосипед, я совершенно точно заметила кого-то боковым зрением, но этот кто-то быстро прыгнул в кусты. Я внимательно огляделась, но вокруг, насколько хватало глаз, не было ни души, кроме какого-то типа в ярко-жёлтом худи на автобусной остановке. Ну, и как после всего этого безобразия я могла собраться с мыслями и сконцентрироваться на учёбе?

– Эй! Я с тобой говорю! – Кора ткнула меня в ногу карандашом.

Недовольно бурча, я села на кровати и запустила в Кору подушкой.

– Ну, что ещё?

– Я говорю, что нельзя себя так настраивать. Куда подевалась твоя мотивация? Вспомни, как ты была рада, что сможешь принять участие сразу в трёх соревнованиях.

– Да, но я не думала, что мне придётся готовиться и зубрить в три раза больше, – тихо призналась я.

Кора закатила глаза.

– Ты в своём духе! Надо же было смотреть, какие предметы выбираешь.

Мне оставалось только промолчать, поджав губы. Кора была права, хоть мне и трудно было себе в этом признаться. По математике и химии у меня была слабая троечка, и ответить правильно хотя бы на один вопрос я могла только чудом. Мне действительно следовало приложить все усилия, чтобы не упустить свой шанс. Только так можно было убедить папу и Антонию, что я способна улучшить свои оценки, не переходя в другую школу. Жалобы и слёзы всё равно ни к чему бы меня не привели.

– Ладно-ладно. – Я тяжело вздохнула. – Давай ещё раз о теореме этого, как его там…

Воодушевившись, я сунула в рот жвачку со вкусом корицы и мяты и принялась энергично жевать. Чувствуя, как рот наполняется специфическим вкусом, я слезла с кровати и уселась рядом с Корой. Взяла тетрадь, ручку, и вдруг – хлоп!!! Стоило мне начать писать, как кончик ручки взорвался, забрызгав меня, Кору и всю комнату тёмно-синими чернилами.

2144

– Что это такое!? – взвизгнула Кора. – Ливия, ты что делаешь?

Всё лицо Коры покрывали синие крапинки. На её чёрной футболке пятен почти не было видно, а вот мой голубой свитер приобрёл замечательный узор в виде синих клякс.

– Я… – пробормотала я, запинаясь, – я не знаю.

Несколько мгновений мы молча смотрели друг на друга, а потом громко рассмеялись.

–Ты похожа на Субастика[3]! – заливалась Кора. От смеха она даже начала икать.

– Ты тоже!

Понемногу мы успокоились. Я задумчиво вертела в руках сломанную ручку.

– Кстати, на олимпиаде такое не пройдёт. Тебя снимут с соревнований, – заметила Кора.

– Да я тут ни при чём. Посмотри: кончик ручки буквально разорвался. Я бы никогда не смогла надавить на него с такой силой, – ответила я, помахав ручкой у Коры перед носом.

– Как же это произошло?

Тут я краем глаза заметила какое-то движение у раскрытого окна и резко обернулась, но успела различить лишь маленькую тень, которая быстро прыгнула с подоконника прямо на улицу. Я подбежала к окну и стала всматриваться в опускающиеся сумерки, но никого не увидела. Да и кто там мог быть, ведь мы жили на пятом этаже.

– Что ты там делаешь? – удивлённо спросила Кора и широко зевнула. – Мы будем заниматься или нет?

– Да… – задумчиво протянула я.

Здесь определённо кто-то был. Но кто?

В задумчивости я вернулась к Коре и села на пол рядом с ней. Она уже вытерла самые большие кляксы с лица носовым платком и молча протянула второй платок мне. Я потёрла кожу, но, как назло, чернила уже засохли.

– Пожалуй, математики на сегодня достаточно. Займёмся литературой, или тебе неохота? – Я вопросительно посмотрела на Кору. По литературе у меня всегда была четвёрка с минусом, но, если повезёт, можно было бы попробовать дотянуть до пятёрки.

– Я даже не представляю, что там можно учить, – уклончиво ответила Кора. Она сосредоточенно теребила пальцами шов на своих джинсах, стараясь не смотреть мне в глаза.

– Да уж. Литература – это такое дело… – буркнула я. – Как, по-твоему, будут выглядеть состязания?

– Вероятно, вопросы по прочитанным произведениям.

– М-да, зубрёжка тут явно не поможет, – задумчиво произнесла я. – За оставшееся время я успею прочесть пару немецких классиков из школьной программы. Можешь одолжить мне книги?

– Конечно, – ответила Кора. – Только читать будем по очереди.

– По очереди? – переспросила я, ничего не понимая.

– Ты что, забыла? Ведь я тоже участвую в соревнованиях по литературе! – Кора нервно заправила зелёную прядь за ухо. Она по-прежнему избегала моего взгляда.

Я и впрямь об этом забыла и, чувствуя себя виноватой, продолжала вертеть в руках сломанную ручку, не замечая, что мои пальцы уже посинели от чернил.

– Послушай, мне надоела моя вечная четвёрка с плюсом. Для меня это единственный шанс заработать пятёрку. Весной у нас будет практика, и я бы очень хотела проходить её в редакции газеты, понимаешь? – продолжала Кора.

– Ты никогда об этом не говорила, – ответила я, рассматривая свои измазанные чернилами руки.

– Я боюсь, что меня не возьмут. – Кора покраснела от смущения и запнулась. – Я… я слышала, что слишком многие стремятся туда попасть. Чем лучше мои оценки по литературе, тем больше шансов, что меня примут на практику, – выпалила она на одном дыхании. – Пойми, это как раз то, чем я хотела бы заниматься. Я давно мечтаю писать статьи и беседовать с интересными людьми. Только представь, однажды я смогу работать в известном музыкальном журнале.

– Звучит просто потрясающе. – Я с восхищением посмотрела на Кору.

– Так ты не дуешься?

– С чего бы?

– Потому что я должна победить, но и ты тоже…

Упс! Об этом я как-то не подумала. Я продолжала жевать давно потерявшую вкус жвачку и размышлять: да, мне нужна победа по литературе, но и Коре она также необходима. Оставался лишь один выход.

– Я никогда не буду просить тебя, чтобы ты мне поддалась и проиграла, – пообещала я. – Ведь мы лучшие подруги. Главное, чтобы у нас обеих всё получилось, правда?

– Ты серьёзно? – Кора недоверчиво посмотрела на меня.

– Абсолютно. – Я утвердительно кивнула головой.

– Отлично. Тогда будем играть честно, и пусть победит сильнейший! – улыбнулась Кора, и мы громко ударили по рукам.

– Я тебя сделаю! – рассмеялась я.

– Это мы ещё посмотрим, – ответила Кора. – Завтра я принесу тебе…

Её смартфон загудел: пришло какое-то сообщение. Кора взглянула на экран, нахмурилась и резко встала.

– Уже уходишь? – поинтересовалась я, наблюдая за тем, как торопливо она засовывает забрызганные чернилами тетрадки в рюкзак.

– Да. Это мой папа. Они с мамой меня заждались.

Звучало вполне правдоподобно, но всё равно Кора как-то уж слишком суетилась.

– У тебя всё в порядке? – крикнула я ей вдогонку.

Кора уже собиралась выходить, но остановилась у двери.

– Всё хорошо, просто пора ужинать. Мои братья наверняка уже извелись от голода. Да и я устала заниматься. А ты разве нет?

– Да, я тоже, – пробормотала я, захлопнув тетрадь.

Далеко мы за сегодня не продвинулись. Если и дальше будем готовиться со скоростью улитки, я однозначно опозорюсь на олимпиаде, и об исправлении оценок придётся забыть.

– Всё будет хорошо, – попыталась утешить меня Кора, заметив кислое выражение моего лица. – Завтра мы с тобой пробежимся по литературным произведениям.

Она быстро открыла дверь и едва не налетела на мою маму, которая как раз собиралась войти.

Глава 5
Чёрная аура

– Ой! – вскрикнула мама. – Кора, ты уже уходишь? А я как раз собиралась спросить вас: может, закажем пиццу после того, как вы закончите заниматься? Для подпитки мозга, – подмигнула она.

– Спасибо, Ким, но не сегодня, – быстро ответила Кора. – Мой папа приготовил лазанью.

– Тогда понятно. С лазаньей не поспоришь, – улыбнулась мама.

– Ну да. До завтра, Ливия! – Кора помахала мне рукой и в следующую секунду исчезла за дверью.

В недоумении я посмотрела ей вслед и, глубоко вздохнув, откинулась на кровать: и какая муха её укусила?

– Ну, а у тебя как дела, воробушек? – спросила мама. – И что здесь вообще произошло? – Её взгляд скользнул по забрызганному чернилами ковру, испачканному свитеру и наконец остановился на моём чумазом лице.

– Ничего, – буркнула я и бросила сломанную ручку в корзину для мусора.

– Похоже, ты сегодня не в духе. Может, вкусная пеперони с двойным сыром поднимет тебе настроение? – Улыбаясь, мама помахала мне красочным меню нашей любимой пиццерии. Я была голодна как волк, но всё ещё колебалась. Учитывая, как мне «везло» последние несколько дней, я, чего доброго, ещё обожгу язык, или поперхнусь кетчупом, или у меня вдруг возникнет острая непереносимость лактозы.

– Давай соглашайся, – подбадривала меня мама. – У меня есть одна небольшая просьба, и если я взамен не угощу тебя пиццей, то буду чувствовать себя виноватой.

Ах вот, значит, в чём дело.

– Какая просьба? – настороженно поинтересовалась я.

Пытаясь прийти в себя после развода с отцом, мама почти каждую неделю принималась за какой-нибудь новый проект: пыталась заняться то выпечкой, то рукоделием, то вдруг решала, что ей непременно нужно научиться играть на новом музыкальном инструменте. В последнее время она то и дело порывалась устроить ремонт в стиле «скорей бери кувалду, будем обновлять гостиную». Неудивительно, что я с опаской относилась к её навязчивым идеям. Вероятно, это было написано у меня на лице, потому что мама рассмеялась и замотала головой.

– Нет-нет, воробушек, в этот раз никакого экстрима. Я просто хотела тебя попросить заглянуть к нашей тёте Перле. У неё есть поваренная книга, которая мне очень нужна. Думала, ты сможешь забежать к ней и забрать.

О нет, ещё и тётя Перла! Только этого мне не хватало!

– Не смотри на меня так, – укоризненно сказала мама. – Ты, кстати, у неё уже сто лет не была.

– Знаю-знаю, – виновато признала я. Вообще, тётя Перла – не совсем наша родственница. Она была давней и очень близкой подругой моей бабушки, а когда бабушка умерла, практически заменила нам её.

–Да, конечно, схожу. Но почему ты не хочешь пойти вместе?– спросила я, хотя, кажется, уже знала ответ. Дело в том, что тётя Перла была немного странной. Она искренне верила во всякую мистическую и магическую чепуху. Сколько я её помню, она всегда носила жемчужные браслеты и ожерелья. Именно поэтому все вокруг стали называть её Перла[4], что означает «жемчужина». Сама тётя Перла утверждала, что жемчуг очищает и оберегает её дух. Каждому, кто заходит к ней в гости, она предлагает погадать на жемчужинах и предсказать будущее. Моей маме все эти суеверия были не по душе: вероятно, поэтому она и не хотела идти.

– Понимаешь, тётя Перла просила, чтобы ты пришла одна, – ответила мама.

– Вот как? – Я с удивлением посмотрела на неё. – А почему?

– Она говорит, что видела тебя во сне, – вздохнула мама. – Я собиралась к ней зайти и позвонила заранее, чтобы об этом предупредить, а заодно попросить не устраивать гадания на жемчуге, но она сказала, что мне лучше остаться дома, а вот тебе нужно обязательно к ней заглянуть. Она говорит, что для тебя это очень важно.

– Что это значит?

– Не знаю, воробушек. Ты же помнишь, какая она суеверная: увидела тебя во сне и теперь, наверное, хочет убедиться, что с тобой всё в порядке.

Подгоняемая мыслями о горячей и сочной пицце, я поставила рекорд, добежав до тёти Перлы за считанные минуты. Она жила на одной из соседних улиц, в многоквартирном доме, похожем на наш. Однако в глаза сразу бросалось одно разительное отличие: перед её домом было прибрано. На мощёной дорожке, ведущей к подъезду, не было этой скользкой каши из мокрых листьев, чему я несказанно обрадовалась. Казалось, что полоса моих неприятностей закончилась.

Когда я подошла к подъезду, у меня над головой зажглась лампа. На улице уже совсем стемнело, и пронизывающий осенний ветер задувал мне под куртку. Она перестала застёгиваться, потому что вчера я нечаянно сломала молнию и уже в который раз за последнее время испортила хорошую вещь.

Я поёжилась от холода, поплотнее запахнула куртку и нажала на кнопку звонка. Толкнув тяжёлую входную дверь, я зашла в холодный подъезд и, быстро взлетев по лестнице на второй этаж, увидела тётю Перлу, которая ждала меня на пороге. На ней было длинное лиловое платье до пят и пушистые домашние тапочки. Длинные седые волосы были забраны наверх и схвачены заколкой, а жемчужное ожерелье будто бы стало ещё длиннее. Тётя Перла внимательно смотрела на меня поверх очков.

– Привет, – сказала я и протянула было руки, чтобы её обнять, но она опустила глаза и отшатнулась.

От удивления я застыла на месте.

– Так я и знала! – промолвила тётя своим глухим хриплым голосом. – Ладно, нечего стоять снаружи! Давай заходи, чтобы я смогла поближе рассмотреть твои раны.

– Раны? – озадаченно переспросила я, но она уже скрылась в дверях, сделав мне знак следовать за ней. Для пожилой женщины она двигалась на удивление быстро. Я зашла в тёплую, натопленную квартиру, где повсюду витал сладковатый аромат тётиных духов.

– Тётя Перла? – окликнула я её, остановившись в пустой прихожей.

– Проходи в рабочий кабинет! – крикнула она в ответ.

Я повесила куртку на вешалку, сняла обувь и, беззвучно ступая по очень мягкому толстому ковру насыщенно-красного цвета, направилась в единственную комнату без двери.

Тётя приказала снять дверь сразу же, как заехала в квартиру, и закрыла дверной проём занавесом из нанизанных на длинные нити жемчужин. Всякий раз, когда кто-то заходил внутрь, они тихо постукивали друг о друга. Осторожно раздвинув занавес, я зашла в комнату.

Она была совсем не похожа на обычный рабочий кабинет со скучной офисной мебелью, принтером и вечным запахом пыли. Не было ни книжных полок, ни стеллажей, доверху забитых всякими папками, ни гудящего компьютера, ни разрывающегося от звонков телефона на письменном столе, да и самого письменного стола, к слову сказать, тоже не было.

Рабочий кабинет тёти Перлы скорее походил на таинственный и уютный шатёр гадалки. Окна и тёмно-красные стены были завешаны тяжёлыми коврами. Вдоль стен стояли книжные полки и шкафы из тёмного дерева. За их стеклянными дверцами хранились разноцветные каменные амулеты, обереги и прочие красочные безделушки. Посередине располагался массивный низкий стол, вокруг которого были разложены пёстрые подушки. Сама тётя сидела в углу на темно-зелёном бархатном диване и лихорадочно мешала колоду карт для гадания.

– А вот и ты! – возбуждённо воскликнула она. – Проходи, малышка, присаживайся.

Я собралась сесть на диван рядом с ней, чтобы наконец услышать, какие такие раны она у меня обнаружила, но тётя снова меня одёрнула:

– Не сюда! Туда! – И кивнула на подушки около стола.

– Да в чём дело, тётя Перла? Я всего лишь пришла забрать поваренную книгу!

В недоумении я наблюдала, как тётя Перла, закончив раскладывать карты, встала и направилась к одному из шкафов.

– Книга подождёт! – отрезала она. – Сперва нужно заняться твоей аурой!

– Моей аурой?

Это ещё зачем? Я нервно заёрзала на подушке. Неужели тётя намекает на неприятности, которые преследуют меня последнее время? Нет, этого не может быть.

– Да, малышка, твоей аурой! – Тётя Перла сокрушённо цокнула языком. – Она у тебя чёрная как смоль. Чернее я ещё не видала.

У меня пересохло во рту. Чёрная аура? У меня? И что это значит? Мне стало нехорошо. Не сиди я на подушке, у меня наверняка подкосились бы ноги.

– Не паникуй. Здесь они тебя точно не достанут. – Заметив моё побледневшее лицо, тётя мягко попыталась меня успокоить.

– Кто меня не достанет? – чуть слышно пролепетала я.

– Не кто, а что, – пробурчала тётя Перла себе под нос. Наконец, она нашла, что искала, и с торжествующим видом посмотрела на меня своими светло-голубыми глазами.

– Вот, держи. – Тётя протянула мне такие же жемчужные бусы, как у неё, и я беспрекословно надела их на шею. Ну уж теперь с аурой всё должно быть в порядке. Однако тётя Перла продолжала подозрительно смотреть на меня, задумчиво покусывая нижнюю губу.

– Тебя окутывает тьма, – наконец мрачно произнесла она.

– Тётя Перла! – с упрёком воскликнула я. – Не пугай меня так!

– А что прикажешь мне делать? – рассердилась тётя. – Ведь это сущая правда. Несчастье просто липнет к тебе. Ты должна как можно скорее от него избавиться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Ambergate – дословно «янтарные врата» (англ.).– Здесь и далее прим. пер.

Вернуться

2

Wicked-lane – дословно «злокозненная улица» (англ.).

Вернуться

3

Субастик – волшебный персонаж из книг немецкого писателя Пауля Маара. Это необычное существо, похожее на маленького человечка с ярко-рыжими волосами, пятачком и синими веснушками.– Прим. ред.

Вернуться

4

Die Perle – жемчужина (нем.).

Вернуться