Дмитрий Шелег
Настоящий автюк

ПРОЛОГ

Хранитель Иосиф готовился к делу в Новосибирске со всем тщанием. Новость о том, что были уничтожены три звезды магов-убийц и пара ликвидаторов, заставила его быть серьезным как никогда. Организация уже более столетия не видела столь масштабных потерь. В последний раз они произошли по вине замаравшегося в политике руководителя, который решил поучаствовать в дворцовом перевороте. Урок был усвоен на отлично, и больше убийцы так не подставлялись.

«Все-таки это очень сильный и опасный мальчишка. Интересно, кто его учил? Вряд ли у самородка были бы такие успехи в столь молодом возрасте», – подумал мужчина, в очередной раз пересмотрев эпизод новостного репортажа, в котором огромные ящеры напали на школу в Новосибирске и получили отпор от ранее никому не известного отряда егерей.

Вновь перемотав ролик, Иосиф в замедленной съемке наблюдал за темной фигурой, которая на огромной скорости врезается в здоровенную тушу монстра и сносит ее назад.

«Какие у него невероятные показатели! Мало того, что так сильно разогнался, так еще и не покалечился после удара. От обычного человека на такой скорости осталось бы лишь неаппетитное мясо», – в очередной раз изумился хранитель и продолжил просмотр, не желая упустить ни одного нюанса игры в салочки, которую устроили монстры для молодого человека.

Затем было прибытие подмоги, передача сабли и бой с ящерами. Первый егерь и здесь показал себя выше всяких похвал: с легкостью наполнил оружие разломной энергией, ушел от многочисленных и стремительных атак, а также уничтожил самого большого и опасного монстра. В это время пятерки других едва справлялись с одним мелким.

Но, несмотря даже на такой расклад, остальные егеря все равно гораздо лучше использовали разломную энергию, чем многие бойцы из других отрядов. Они даже пытались применять какие-то слабые техники. В деле это им, конечно, помогло не особо, но несколько жизней все же спасло.

Сбор информации по отряду «Лига охотников» ничего не прояснил. Появился недавно, не пойми откуда, набрал множество вышедших на пенсию ветеранов седьмого и шестого классов. Звезд с неба не хватает, но слабые разломы зачищает неплохо. Работает под прикрытием центра подготовки.

Больше ничего существенного выяснить тогда не удалось. В том числе и о том, кто и как обучал еще недавно обычного простолюдина из какого-то заштатного городка. Ведь ни официальный учитель молодого человека, ни его товарищи по звезде и отряду не показывали настолько впечатляющих результатов. Хотя их огромный срок службы в корпусе все же немного объяснял столь неплохое использование разломной энергии.

Правда, теперь, когда выяснилось, что дед паренька тесно связан с родом Хладовых, все становится на свои места. Графиня, род которой был почти полностью вырезан, решила сделать ставку на ветвь бастарда и придумала, как усилить семейство.

– Нет, – пробормотал мужчина, подойдя к окну. – Что-то здесь точно не так! И с этим парнем, и с его отрядом, и с графиней: где она только добыла древние знания! Еще и объект доставили к руководителю живым. В этом деле все очень странно и не так очевидно, как кажется. Я это чувствую.

Немало вопросов вызывал и молодой новичок, к которому необходимо было присмотреться. Иосиф не понимал, отчего руководитель решил отправить его к нему в группу. Из-за чего такое участие?

Ну не потому же, что недавний сирота, принятый в организацию, неплохо соображал и уже отработал слежку, проникновение, маскировку и, конечно же, ликвидацию. А также сумел самостоятельно организовать несколько сложных убийств так, что их посчитали несчастными случаями.

И пусть ему не удалось избежать ошибок, но результат был гораздо лучше, чем кто-либо мог ожидать. Иосиф, если признаться честно, вообще не понимал, для чего нужно было давать столько возможностей отличиться какому-то неизвестному парнишке.

«Они его проверяли, что ли? Или… Или тут тоже не обошлось без руководителя?»

Мысль оказалась интересной и не лишенной логики. А ведь он и сейчас, можно сказать, похлопотал за Тараса, который несколько месяцев назад вдруг получил возможность стать воином, начал принимать эликсиры для наилучшего усвоения разломной энергии и показывал невероятные результаты.

«А ведь действительно! – мысленно воскликнул Иосиф, пораженный пришедшей в голову мыслью. – Почему я раньше об этом не думал! Неизвестный сирота, за которого хлопочет руководитель, и его впечатляющий воинский потенциал. И организм, который словно бы не желал расставаться ни с единой ценной каплей эликсира, позволяя тренироваться на нем три дня вместо одного, как у других! А ведь кто-то даже смеялся, говоря, что мальчишка целенаправленно запускает в себе циркуляцию. Тогда я тоже улыбался, понимая, что столь сложная техника доступна лишь посвященным высокого ранга. Но теперь, после моих подозрений…»

От мыслей Иосифа отвлекло появление старших пятерок, которые доложили о готовности людей к проверке.

– Зелья, эликсиры, оружие и яды, обмундирование и связь, – произнес хранитель, пристально глядя на подчиненных. – Не мне вам рассказывать, что в нашем деле важна каждая мелочь. Надеюсь, что вы проверили все наилучшим образом?

– Да, – ответили оба без страха, но с уважением глядя на командира.

– Проверим. – Хозяин кабинета кивнул и первым покинул комнату.

Своим ближайшим помощникам он, конечно, верил. Ходил с ними на дело не первый раз и знал, что все будет сделано наилучшим образом. А Бориса, егеря помладше, и вовсе выделил из звезды, из которой сам же в свое время и вышел. Однако ситуация была серьезной, поэтому он хотел посмотреть на все лично, выслушать бойцов и, возможно, найти то, что можно улучшить. В сложных делах бывало, что именно какая-нибудь вовремя приложенная мелочь могла решить исход операции.

Завершив проверку и велев увеличить количество патронов, улучшенных магией, в четыре раза, Иосиф отпустил рядовых, похвалил старших звезд за работу, отдал последние указания, после чего велел Борису проследовать в кабинет, где они с удобством расселись на привычных местах.

– Знаешь, почему мы отправляемся в Новосибирск? – спросил хранитель после небольшой паузы.

Моложавый крепкий мужчина кивнул, откинувшись на спинку стула.

– Догадываюсь. Опять будем разгребать авгиеву конюшню за другими.

– И? – уточнил Иосиф. – Что об этом думаешь?

– Думаю, что бессмертных нет. – Борис пожал плечами. – Так что справимся.

Хранитель хмыкнул и заставил молодого коллегу удивиться.

– А если убирать нельзя?

– Как же? А первая группа? Они же на ликвидацию отправились?!

– А потом ситуация изменилась, – невесело произнес старший.

Борис поморщился.

– Опять мы легких путей не ищем? Для чего это вообще понадобилось?

– По словам нашего выжившего, объект владеет техникой «шаг». Слышал о такой?

Борис тут же вскочил.

– В самом деле?! Это правда?!

Хранитель кивнул.

– Руководитель склонен этой информации доверять.

– В таком случае мы обязаны его взять и все выяснить! – с энтузиазмом произнес помощник и сел обратно. – «Шаг»! Даже не верится в такое!

– То-то же! – довольно улыбнулся Иосиф. – А то стал строить из себя не пойми кого!

– Устал просто, – принялся объяснять Борис. – Только завершили два дела подряд, планировали отдых, и нас снова отправляют в дорогу.

– Чрезвычайная ситуация, – отмахнулся хранитель. – Зато после получите по два месяца отпуска, хорошие путевки на острова и премии.

– Главное, чтобы мне не забыли потом «шаг» передать, – заметил молодой мужчина.

– Кстати, – словно бы о чем-то вспомнив, произнес хранитель. – А как тебе наш новый талантливый послушник? Успел уже познакомиться?

– Это Тарас, что ли? – на всякий случай уточнил Борис и, дождавшись кивка, произнес: – Вроде неплохой парень, но есть в нем что-то странное.

– Поясни? – заинтересовался Иосиф.

– Да даже не знаю. Вроде парень как парень: молодой, улыбчивый и старательный. Выпить не дурак. Да только словно что-то с ним не так. Он будто пытается быть молодым, а не является им. Мемов, приколов, сленга и прочих вещей не знает. Будто они прошли мимо него. А сам он чем занимался? Читал старые детективы и учился убивать, не оставляя улик? А может, как его там? Хах. Циркуляции и техники тренировал?

«Может быть, и так», – подумал Иосиф, вспомнив просьбу руководителя.

– А что про него скажешь как про человека? Доверять можно? Не крыса?

Борис тут же посерьезнел.

– В этом замечен не был. Слышал, что с кем-то крепко подрался, но потом накрыл поляну, поговорил и закрыл вопрос так, что теперь никто камень за пазухой не держит. Но, конечно, стопроцентной гарантии я дать не могу. Лично почти не общались. А почему спрашиваешь? Он с нами?

– Руководитель велел взять его на дело и присмотреться. Так что принимай к себе в звезду.

– Если брать как бойца, то он еще не годится. Слабоват, – принялся размышлять Борис. – Вроде и не плох, но даже еще половины базового обучения не прошел. А вот если как стороннего специалиста по всяким мелочам, типа слежки и вождения, то почему бы и нет. Будет не хуже других. Люди его хвалили.

– Но ты все же к нему присмотрись и не забудь взять эликсиры. Он начал путь. Останавливаться нельзя…

Дождавшись, когда хранитель с помощником закончат разговор, молодой человек убрал подслушивающее устройство и, не снимая скрывающих техник, поспешил покинуть коридор.

«У меня все получилось! Теперь можно без лишних подозрений попасть в Новосибирск и пообщаться с этим странным парнем. Кто знает, может, он и есть тот, кто мне нужен? – На лице появилась улыбка. – Хотя после потерь организации и использования “шага” я на девяносто девять процентов уверен, что двигаюсь в правильном направлении».

ГЛАВА 1

После ритуала принятия в род Хладовых прошло уже две недели. Первую почти все участники провели в постелях, за исключением меня и окрепнувшего барса, при взгляде на которого я теперь тоже ощущал некое тепло. Родным было откровенно плохо: ломота и другие неприятные ощущения в теле, постоянная слабость и сонливость. И это все при том, что за ними почти сразу стали присматривать несколько пожилых и опытных целителей.

Появившееся время я, помимо текущих дел, потратил на тренировки, проверил собственное тело на скорость, силу, выносливость и проходимость поселившихся во мне энергий. Теперь у меня легко получалось формировать все уже известные техники, а также множество заклинаний, подсмотренных в родном мире Морозовых. Не те замечательные снежинки, которые могли существенно понизить температуру на огромном пространстве или превратить в лед незадачливого противника, а более простые и волевые команды, позволяющие насадить врага на «ледяной кол», приморозить ему ноги или бросить «сферу холода», которая доходила до цели на существенном расстоянии и могла ее заморозить. Теперь у меня даже получалось вызывать «снегопад» и мгновенно накрываться огромной непробиваемой сферой льда.

В общем, я потратил время с пользой, отработал заклинания и был готов проверить свои силы на практике. Однако к началу второй недели на ноги встали Ульяна Романовна и дед Павел. Вот только если сбросившая еще несколько лет графиня занялась подготовкой документов для юридического включения всех бывших Ладовых в род, то дед Павел взял несколько помощников и решил отправиться в столицу. Выглядел он при этом откровенно плохо, однако обещал отлежаться еще несколько дней в поезде и вовремя принимать необходимые целебные зелья в пути.

С подобными доводами все согласились, однако перед отъездом у меня с самым старшим поколением семьи произошел приватный разговор. Дед Павел и Ульяна Романовна уже знали о том, чем закончился побег из разлома: о нападении противника, смерти генерала с отрядом неизвестных, но опытных убийц, а также о пленении остатков наемников фон Гюрста и дружинников рода Залесских, которых переловили мои егеря, расположенные вокруг разлома. Вот о судьбе последних и наших дальнейших действиях мы и решили поговорить.

– И зачем ты их связал? – тяжело вздохнув, спросил дед Павел. – Почему не убил или не отдал нашим новым друзьям из имперской безопасности и жандармерии?

– Может быть, потому, что мои егеря – не убийцы и не палачи? Они связали тех, кто не сопротивлялся и сам решил сдаться. Это ответ по первой части вопроса. А что касается силовиков – так я им не сильно-то и доверяю. Допустим, людей мы им передадим. Выслужиться позволим. И? Что дальше? Они расскажут, кто именно убил действующего начальника корпуса егерей и целого генерала?

Старик, не смутившись, кивнул.

– Возможно, ты и прав. Только смотри, чтобы после нам действительно не пришлось стать мясниками и не вырезать всех причастных для сохранения тайны.

– Я готов, – ответил я ровным тоном, но что-то заставило старших родственников поежиться и посмотреть на меня по-новому.

После небольшой паузы графиня произнесла:

– Верно мыслишь, Гордей. Пока нам необходимо держать произошедшее возле аномалии в тайне. Залесские – весьма сильный род со множеством союзников, у которых хватает своих тузов в рукаве и прикормленных чинуш. Против них так же легко, как против Змушко, не сработаешь. Те же союзные силовики могут переметнуться на другую сторону. Да и в случае необходимости можно будет усилить переговорные позиции с помощью ценных пленников.

– Это обычные дружинники. – Дед Павел поморщился. – Они, конечно, важны. Но куда с большей радостью я бы подержал в плену генерала.

– Мага ранга «ярый»? – переспросил я и приподнял бровь. – А ничего, что тот факт, что я и убил-то его с трудом? Да и как такого человека в плену держать?

Сленговые словечки всплыли в голове сами собой, заставив старика поморщиться.

– Да понимаю я. – Дед Павел вновь тяжело вздохнул. – И чего ты на меня набросился? Уже и помечтать нельзя? Тогда бы все было куда как проще. Да и вообще, я думал, что очнусь, а ты уже решил все вопросы с этим нападением.

– Я не глава рода, – сказал я и заметил, как странно дернула головой Ульяна Романовна. – Такие дела все же не в моей компетенции. Будет лучше, если вы, опытные в таких вопросах люди, сами решите, что нужно предпринять.

– Какой ты вдруг стал правильный, – едко заметил старик. – Сам на себя не похож. Обычно подобные проблемы сам решаешь и нам советы не чураешься раздавать, а тут что-то заскромничал.

Я понимал, что острый язык у деда Павла прорезался не сам собой, а из-за непрекращающейся боли и слабости, поэтому не обиделся, а вместо этого спросил:

– Дед, ты вообще как? Если плохо себя чувствуешь, то, может, и не нужно никуда ехать? В таком состоянии ты только больше дров наломаешь.

– И ничего не наломаю. – Старик нахмурился. – Отлежусь в поезде, возьму себя в руки и примусь за работу.

– Ну смотри, – ответил я.

Дед еще больше нахмурился.

– Да дело ведь не только в моем самочувствии, а в тех проблемах, которые мы вдруг получили. Я ведь действительно надеялся, что тебе удастся разгрести хоть часть из них. Ты же у меня парень способный. А еще эти убийцы в черном…

– Если бы бойцы фон Гюрста действовали сами по себе или тот же Залесский бы не погиб, а был просто ранен, то я бы сдал их куда надо – и все. Но в этом деле фигурирует смерть не последнего члена одного из боярских родов. А так как в политике я не силен, вот и решил дождаться вашего исцеления.

Я пожал плечами и мысленно закончил: «К тому же в свете последних событий мне куда как важнее вернуть собственные силы, чтобы быть готовым встретить новых убийц».

В том, что эти господа появятся, я почему-то не сомневался.

– Ты все правильно сделал, Гордей, – решила поддержать меня графиня, а дед произнес:

– Если хотите знать мое мнение, то куда ни посмотри – везде задница.

– Поясни, – попросила Ульяна Романовна.

– Да что тут пояснять? – Он поморщился. – Заявлять о нападении нельзя. Важную шишку убили. Не только члена влиятельного рода, но и кое-кого из вышестоящих чинов империи. Но и что-то внятно ответить, когда к нам придут с вопросами, мы тоже не можем. В деле участвовали дружинники Залесских, а раз так, то руководство в курсе операции и его результатов.

– Полагаешь, нападение – это не инициатива генерала, а спланированные действия рода?

– Да. – Дед Павел уверенно кивнул. – А если и нет, то мы в любом случае убили их человека. Могут объявить войну и напасть.

– Но ведь они пока не спешат этого делать, – заметила Ульяна Романовна. – Уже больше недели прошло, а от них ни слуху ни духу. Кстати, были ли новости о пропаже генерала?

– Нет. Пока Залесского никто не ищет, – сказал я уверенно, так как Полина отслеживала этот момент. – Как минимум официально. А что касается действий его рода, то все не так однозначно. Может, мы и не видим суслика, а он есть. И готовится вцепиться нам в глотку.

Дед Павел снова тяжело вздохнул.

– Гордей прав. Получается, что мне все же нужно остаться. А то уеду, а тут начнется веселье.

– Нет, – отрезала Ульяна Романовна. – Поезжай в столицу и делай то, что запланировал, ну и о Залесских не забудь покопать. Ну а мы с Гордеем тут и сами справимся. Ведь так?

Графиня выжидательно посмотрела на меня, и я кивнул.

Перед тем как закончить разговор, старик уточнил:

– Кстати, а куда ты дел трупы? Сбросил их в разлом?

– Простых наемников – да. А Залесского и убийц заморозил и оставил до лучших времен. Вдруг родственники потребуют их тела. Решил подстраховаться…

Уже на следующий день дед Павел уехал из Новосибирска, Полина Климович отправила своих людей искать в городе боевиков Залесских, лига охотников тренировалась и расширялась, а родные стали понемногу подниматься на ноги. Правда, колдовать им Ульяна Романовна пока что запретила, чтобы они вновь не оказались прикованными к постели.

Только я собирался отправиться в разлом, чтобы проверить на практике свои силы, как Ульяна Романовна объявила общий сбор. Ожидая худшего, направился в комнату для совещаний и от предложения графини едва не выпал в осадок. Она собиралась сейчас обучать всех членов написанию правильных писем.

– Нужно начинать заниматься вашим воспитанием. Вы теперь представители рода графов Хладовых и должны соответствовать этому высокому уровню, чтобы общество не смеялось у нас за спиной, – сухим тоном произнесла пожилая женщина.

«Странно, – пронеслось в голове. – Почему бы тогда не начать с изучения этикета? Какие вообще письма?»

– Ульяна Романовна, – тем временем как-то робко сказала мама Гордея, – а как быть с Кирой? Читать она, конечно, умеет. Писать тоже, но правильные письма…

– Тот навык, – перебила ее графиня, – который пригодится любой девушке из приличной семьи. Не переживай. Сложного в этом деле ничего нет. Меня саму начинали обучать подобным премудростям гораздо раньше.

Кира с серьезным выражением на милом личике произнесла:

– Я готова!

Взгляд Ульяны Романовны тем временем переместился на Барсика, который с удовольствием охотился на залетевшую муху. Ощутивший это котенок сначала дернулся, а затем замер.

– Людмила, – произнесла графиня, – тебе пора начать дрессировку своего питомца. Иначе, когда он еще немного подрастет, то его воспитание превратится в настоящую проблему. И вряд ли решаемую. А мне бы не хотелось, чтобы род лишался столь необычного члена.

– Дрессировку? – переспросила сестра. – Я и так этим занимаюсь. Успехи пусть и не большие, но все же есть.

– Вот как, – с приятным удивлением произнесла пожилая женщина. – В таком случае вели ему во время занятий сидеть или лежать рядом и никуда не отлучаться.

– Но-о… – протянула растерянная Людмила и в ответ услышала команду, в которой ощущалась сила.

– Действуй!

Старшая сестра на некоторое время задумалась, а затем решительно посмотрела на котенка, чему-то кивнула и произнесла:

– Барсик! Ко мне!

Замерший котенок тут же ожил, затем перевел взгляд с Людмилы на муху и обратно, после чего радостно продолжил охоту.

Графиня покачала головой.

– Не так, девочка моя. Попробуй ощутить его. И связь между вами. Представь ее натянутой гибкой нитью. Пройдись по ней мысленно и вели Барсику занять место рядом.

Я задумался и сказал:

– Хм, а разве это будет не магическое усилие? Вы ведь просили никому в этом деле не усердствовать, пока не восстановимся.

– Оно самое. – Женщина кивнула. – Только оно будет минимальным и особого вреда не принесет. Ведь между ними связь в любом случае есть постоянно.

Людмила задумалась и, собравшись с мыслями, принялась за дело.

В первые секунды показалось, что сестру непременно ждет успех. Вздрогнувший Барсик резко развернулся, нашел взглядом Людмилу и двинулся к ней, однако зажужжавшая словно бы еще громче муха отвлекла его и заставила в очередной раз сменить направление.

– Не переживай, – произнесла графиня с улыбкой. – Я уверена, что у тебя все получится. Нужно лишь усердие и желание. Так что занимайся с Барсиком и слушай нас.

Выждав некоторое время, Ульяна Романовна начала лекцию:

– В обществе бояр существует несколько разновидностей писем, каждое из которых имеет свои особенности, правила и предназначение. Воспитанным людям необходимо знать, как именно они пишутся, не путать их характерные элементы.

Обведя всех внимательным взглядом, женщина продолжила:

– Начнем обучение с официальных писем. Они используются для общения с другими боярскими родами или с представителями государственной власти и могут содержать важные военные, политические или экономические вопросы. К ним можно также добавить и административные письма, которые направляются в адрес государственных учреждений или к местным властям. Однако нужно понимать, что отнести их в группу официальных можно, а вот писать необходимо по своим правилам. Иначе конфуза не избежать. Отдельно нужно выделить личные письма, адресованные друзьям и родственникам, которые могут содержать разные сведения, например обсуждение семейных дел и других событий. В таких письмах принято быть более открытыми и искренними, но не забывать о приличиях и не допускать панибратства. Помните, кто вы есть и что не все можно и нужно доверить бумаге и чужим глазам. Особенно это касается различных конфликтов как внутри рода, так и за его пределами.

Кира, словно примерная ученица, тут же подняла руку и, заметив разрешающий кивок, спросила:

– А как насчет любовных писем? Они считаются личными? Или относятся к другой категории? Как Людмиле и Ольге общаться с ухажерами? Неужели и там к ним нужно обращаться по имени и отчеству?

Все присутствующие заулыбались, а Ульяна Романовна ответила:

– Любовные письма – это особая категория. Поэтому ликбез по ним я проведу для наших девушек чуть позже, а мы пока перейдем к пригласительным. Это могут быть приглашения на балы, ужины, свадьбы и другие торжества. Приглашение на деловой разговор в этот вид не включаем – они относятся к официальным письмам…

Эта морока продолжалась достаточно долго и была мне не по нраву. Даже возникала мысль покинуть это место и заняться более важными задачами. Останавливало меня только то, что я не хотел подрывать авторитет графини, а также понимал, что информация все же для меня нова и небезынтересна.

Чуть позже я выяснил, для чего подобное мероприятие понадобилось Ульяне Романовне. Она решила совместить приятное с полезным и не только обучить новое поколение Хладовых, но и написать официальные письма всем наиболее авторитетным егерям города, лидерам крупных отрядов, а также главе рода Залесских. С первыми графиня решила договориться о мирном сосуществовании, а с последним – попробовать избежать войны. У нас и так слишком много врагов.

К сожалению, главы Залесских в Новосибирске не было, поэтому послание передали одному из младших родственников почившего генерала. И пока мы ждали ответа, графиня решила проверить, увеличились ли силы членов рода после ритуала и насколько.

Сама Ульяна Романовна успела почти полностью восстановиться и находилась на уровне сильного мага ранга «ярый», который еще не остановился в росте магического таланта. Я был уверен, что стоит только графине потренироваться и научиться пользоваться усилившимися возможностями, – она станет гораздо опаснее.

Несколько слабее оказалась Ольга. Еще недавно девушка была гриднем, но теперь скакнула на ранг выше и тоже стала ярым, как, собственно говоря, и я. Все остальные родичи по итогам ритуала также стали гораздо сильнее. Это впечатлило всех, но и заставило задуматься.

Не обошли подобные мысли и меня. Я не понимал, что именно стало причиной столь впечатляющего результата. Ну не сам же ритуал?! Если бы все было настолько просто, то роды бы ежемесячно принимали в свои ряды новых членов. Возможно, во всем виноват я, потому что стал связующим звеном между Хладовыми и родственными Морозовыми из другого мира. Возможно, также повлиял и дорогостоящий ритуал с множеством редких ингредиентов и дорогих камней. А может, почти полностью высушенный нами разлом, который передал нам все свои силы и достаточно быстро разрушился. Или все вместе?

Вопросов было много. Даже очень. Ответов – гораздо меньше. В основном догадки. Но времени на размышления не было. Ульяне Романовне стали приходить письма от егерей, согласившихся на встречу.

ГЛАВА 2

В переговорах с лидерами отрядов егерей участвовал Михалыч как глава лиги, я – как его ученик и Хладов, ну и Ульяна Романовна с Ольгой – как представители рода покровителя. Бекишеву это дело откровенно не нравилось, как и сами встречи. Михалыч косо смотрел на молодящуюся графиню, но помнил, что в его руках ответственность за множество ветеранов, которые ему доверились.

Он не раз намекал мне, что таким вот заявлением на официальные переговоры Хладовы забирают себе все больше влияния в отряде. Теперь со всеми вопросами по лиге авторитетные лица будут обращаться к ним. Мне приходилось его успокаивать, напоминая, что он остается главой отряда, а я – его владельцем и членом рода Хладовых, и мы изначально знали, что все будет именно так. Лучше отдать десять процентов дохода и иметь лояльных покровителей, чем делиться половиной и постоянно переживать за свою жизнь и ожидать подставы. К тому же я указал на желание самого Михалыча наконец-то заниматься делом и развиваться, а не отбивать постоянные наезды и защищать родных от сбрендивших завистников. А все эти встречи как минимум для этого и необходимы. Нужно показать себя, посмотреть на других, завязать неформальные связи. Стать в городе своими. Предложить отрядам города план совместных действий, чтобы защититься от войн и рейдерских захватов, чтобы все действовали вместе и могли наконец выдохнуть и заняться делами.

Михалыч согласился, что если удастся выполнить хотя бы часть задуманного, то проблем у отряда станет гораздо меньше, и сказал, что он сам был бы рад, если бы егеря занимались своими прямыми обязанностями, а не рисковали в стычках не пойми с кем.

В основном командиры отрядов были вежливы и заявляли о готовности к сотрудничеству, хотя внутри многих из них бушевали совсем другие эмоции. Они также говорили о том, что инициатива мирного договора между отрядами в городе им понравилась, как и мысль о совместной защите от рейдерских захватов, однако соглашаться подписывать документы никто не спешил. Командиры и их заместители обещали обсудить все в своем кругу и дать ответ позже.

Я, признаюсь, был несколько удивлен такому уважительному отношению. Отказавшихся от разговора не было, все вели себя доброжелательно, хотя эмоции у многих изрядно шалили. Кому-то не нравилась непонятно откуда появившаяся графиня, взявшая под крыло весьма крупный отряд. Вторых раздражал безродный командир лиги, как-то неожиданно быстро ставший егерем пятого класса. Третьих, в особенности многих из знакомых однокурсников, злил знакомый им недавний выпускник по прозвищу Бешеный Пес – то есть я, который сидел на встрече руководства, словно так и должно было быть, в то время как некоторые из них удостоились лишь роли охраны патронов и были безмолвными зрителями.

Кстати, для переговоров Ульяна Романовна сняла на несколько суток один из самых представительных ресторанов города, который принадлежал баронскому роду Боренцовых. Поступок не только показывал уважение к командирам отряда, но и указывал на статус графини Хладовой, пошедшей на столь огромные траты для переговоров, которые она организует.

После встречи я проводил очередного командира отряда и его помощников, и дружелюбно улыбнулся парочке зло наблюдающих за мной егерей, взятых в охрану, те в ответ на это лишь сильнее сжали кулаки.

Ничего говорить или предпринимать они не стали, из чего я сделал вывод, что всех егерей командиры строго-настрого предупредили о запрете конфликтов и о необходимости держать себя в руках. А так как я хорошо знал своих, в основной массе туповатых, агрессивных и высокомерных, однокурсников, которых вытолкнули из семей в весьма опасный Новосибирск, то можно было определенно сказать – сейчас никто не желал конфликта с лигой охотников, ну или с графиней Хладовой.

Возможно, дело было в личности покровительницы отряда, пожилой, битой жизнью боярыней, или наши недруги опасались силы мага ранга «ярый», которая иногда исходила от нее, а может, все силы, желавшие нам зла, или заплатили огромные отступные, или скоропостижно скончались. В том числе весьма опасный и непредсказуемый Змушко, а также куда более влиятельный и могущественный генерал Залесский. Правда, новостей о нем никто не слышал, но подозрения у многих имелись…

Из интересного было то, что на одну из встреч в должности заместителя командира отряда прибыл Леон Левенши, которому я через Полину пообещал личное обучение. А также то, что на встречу как ни в чем не бывало прибыл и Григорий Кас. Мужчина встретился с Ульяной Романовной, словно старый знакомый, который не платил никому огромную виру, и вполне любезно с нами пообщался, при этом не забыв несколько раз выразительно посмотреть на меня, словно напоминая о заключенном уговоре. Пришлось едва заметно ему кивнуть. О его сыне я помнил.

К сожалению, в конце вечера не обошлось и без эксцессов. На встречу одновременно прибыли командиры двух весьма сильных отрядов. С одним из них было никак не меньше десяти автомобилей охраны, о чем меня своевременно предупредили выставленные наблюдатели.

Рассказав графине о новых гостях, я велел официантам доставить один стол и четыре стула, которые появились словно по мановению волшебной палочки. Первым к нам подошел барон Владимир Александрович Лисин – пожилой крепкий егерь с коротким ежиком седых волос и неприятным шрамом на правой щеке, он возглавлял один из сильнейших отрядов егерей – «Голодные опустошители». Вместе с ним прибыли и два его старших сына – крепкие мужчины лет тридцати со спокойными и оценивающими взглядами.

Дождавшись, когда барон с графиней обменяются любезностями и представятся друг другу, в зал вошел еще один человек с многочисленной охраной за спиной. Это был высокий, худощавый и моложавый мужчина лет сорока, истинный возраст которого выдавали лишь тонкие нити морщин на лице.

– Добрый день, господа и дамы, – произнес он и обратился к барону Лисину: – Владимир Александрович, вы не представите меня графине?

– Ваше сиятельство, позвольте представить вам лидера отряда «Пожиратели разломов» барона Илью Матвеевича Каменева, – произнес седой мужчина.

– Графиня Ульяна Романовна Хладова, – ответила женщина, протянув руку для поцелуя.

Каменев не ударил в грязь лицом, продемонстрировав манеры, после чего представил своих сопровождающих, и то же самое сделала графиня. При этом я заметил, что среди охраны неожиданного гостя уж слишком много моих однокурсников – аж целых девять человек. При этом среди них есть маркиз Вальд и граф Лукинский, которые, заметив мой интерес, вежливо кивнули.

Кивнув им в ответ, я увидел стоящего рядом с ними молодого парня, от которого едва не расходились темные круги ненависти, при этом он переводил свой взгляд с меня на Ольгу и обратно.

Тем временем Каменев, услышав, что меня назвали Гордеем Хладовым, нарочито удивленно приподнял брови.

– Мне казалось, что у молодого человека другая фамилия.

– Хотите сказать, что я вам вру? – с той же интонацией спросила Ульяна Романовна, заставив мужчину натянуто улыбнуться.

– Что вы, это всего лишь проявление любопытства и ничего более.

– Он Хладов! – припечатала Ульяна Романовна и добавила: – Раз я утолила ваше любопытство, то, может, и вы утолите мое? Насколько помню, мы должны были встретиться с вами завтра.

– В самом деле? Возможно, мой помощник что-то напутал, заставив меня поспешить к вам, – воскликнул Каменев. – Надеюсь, после этого признания вы меня не выгоните?

– Если его благородие не будет против, – начала графиня и посмотрела на барона, – то я бы предложила и вам место за нашим столом. Тайны в моих словах нет, и они относятся ко всем командирам отрядов егерей.

– Я не против, – ответил Лисин, с интересом посматривая на устроенный Каменевым спектакль.

– Тогда прошу к столу, – пригласила всех графиня. – И предлагаю обращаться без титулов, по-простому. Мы все же не на приеме.

Когда все заняли свои места, графиня произнесла:

– Еще раз благодарю вас, господа, что откликнулись на мое предложение и прибыли на разговор.

– Лига охотников, которую вы взяли под свое покровительство, – сказал барон Лисин, бросив взгляд на Бекишева, – весьма сильный отряд, который стал серьезным игроком в городе и ежемесячно набирает силы.

– Действительно, – произнес Каменев, – ваш отряд словно бы усиливается день ото дня. Еще недавно там было лишь четыре человека, а теперь почти две тысячи. Удивительно.

– Это заслуга Ивана Михайловича и его заместителей, – заметила графиня, посмотрев на Бекишева и, выдержав небольшую паузу, добавила: – Предлагаю перейти к делу, для которого я вас и пригласила – оно будет касаться безопасности отрядов, мирного сосуществования и возможного подписания союзного договора о взаимопомощи против общих врагов и рейдерских захватов.

– В свете последних месяцев эти проблемы кажутся мне весьма актуальными, – заметил Лисин. – Вот только хотелось бы узнать о них более подробно.

– Действительно, – согласился Каменев. – Не совсем понятны некоторые определения. Что, к примеру, значит взаимопомощь против общих врагов? Кто будет на них указывать? И по каким критериям мы будем понимать, что они общие? А если проблемы будут касаться одного или двух отрядов, а остальных нет? Как быть в этом случае?

– Вы все слишком усложняете, – заметила Ульяна Романовна. – Пока мы лишь обсуждаем намерения и заявляем о необходимости работать без опасений за свои жизни.

– А мне показалось, что род Хладовых планирует сделать своих врагов общими. Ведь если кто-то на вас нападет, то союзники обязаны будут оказать помощь. Зачем нам эти проблемы?

– Я не предлагаю вам сражаться с моими врагами, – холодным тоном произнесла Ульяна Романовна. – С ними, если они объявятся, я решу проблему сама. Мое предложение касается безопасной работы отрядов города. Чтобы один из них внезапно не атаковал соседа и не заставил остальных вновь забыть о работе и сосредоточиться на собственной безопасности. Слишком часто в последнее время происходили подобные вещи.

– Не знаю. – Каменев откинулся на спинку стула. – Слишком голословно это звучит. К примеру, за последние пятьдесят лет еще никто и подумать не мог о том, чтобы попытаться отобрать отряды у нашего рода.

– Насколько мне известно, два достаточно крупных отряда тоже долгое время не подвергались каким-либо нападениям, а затем в один прекрасный день у них неожиданно сменились хозяева. Господа Рогов и Плевцов не дадут соврать.

На лице Каменева мелькнула тень недовольства, и он произнес:

– Их командиры забыли о своем долге и проводили в увеселительных заведениях куда больше времени, чем в разломах.

Графиня парировала:

– Знавала я одного молодого человека, который владел ресторанным бизнесом. Обстоятельно вникал во все дела своего детища и постоянно работал. Только знаете что? Это ему не помогло. Стоило сторонним силам заинтересоваться проектом – и все. Конец.

– Это потому, что у него в штате были повара, а у нас – опытные и готовые ко всему егеря из боярских родов, которые знают, с какой стороны браться за шашку, и отлично владеют магией.

– На каждую рыбу найдется рыба покрупнее, – заметила графиня и добавила: – Но я ни к чему вас не призываю и на союзном договоре не настаиваю. Силой тоже никого тянуть не собираюсь. Каждый должен понимать, нужно ему это или нет.

– Ну, конечно же, никто никого не тянет. – Каменев прищурился. – Только вот командиры небольших отрядов думают иначе.

– Моя цель – прекратить столкновения, сохранить мир и отсрочить рейдерские захваты, которые мешают работе, – произнесла Ульяна Романовна. – А что касается других командиров, то я говорила им то же, что и вам. Ни больше, ни меньше.

Каменев рассмеялся:

– Ну конечно! Как я сразу не догадался! Ведь род Хладовых уже взял под контроль лигу охотников, теперь нужно придумать, как бы запретить другим повторить этот маневр. А то вдруг потеряется такая лакомая кормушка. Ведь так, Бекишев?

От Ульяны Романовны разошлось облако холода, а Иван Михайлович твердо встретил чужой взгляд и покачал головой.

– Совсем не так.

– Как же не так? – нарочито удивился Каменев. – Неужели ты забыл, как создавал отряд и мешал центру подготовки подгрести его под себя? С какими проблемами сталкивался? Теперь что? Засунешь гордость в одно место и позволишь себя обокрасть?

– Это не только мой отряд, – сухо ответил Бекишев. – И не я один его создавал. Даже идея изначально принадлежала не мне. Так что, ваше благородие, вы во многом ошибаетесь.

– И кто же создатель? – переспросил Каменев, посмотрев на меня. – Неужели знаменитый в определенных кругах Бешеный Пес?

На этих словах с интересом следящий за перепалкой Лисин обратил свое внимание на меня, но все так же продолжал молчать, а командир «Пожирателей разломов» добавил:

– Может, ты все еще развлекаешь людей на арене, сражаясь с монстрами?

– Я спасал друзей и помогал одному человеку, – ответил я спокойно. – Но, возможно, кто-то видел в этом и развлечение.

– А почему Бешеный Пес? Зачем ты взял себе прозвище недалекого и агрессивного холопа? – продолжил цепляться ко мне Каменев.

– Так назвали меня другие. – Я пожал плечами.

– И тебе не обидно? – уточнил мужчина.

– Нет, – сухо ответил я.

– Ну, так неинтересно, – произнес Каменев. – Может, ты пояснишь почему? А то ведь столько догадок в голове возникает. Лично я считаю, что это из-за твоего внезапного изменения фамилии. Был Ладов – стал Хладов. Нашел, чем купить графиню, и перестал быть ублюдком.

Лисин тут же напрягся, а Ульяна Романовна холодным тоном произнесла:

– Илья Матвеевич, мне кажется, что вы допустили излишне резкие заявления.

– Вам не кажется, – уголками губ улыбнулся Каменев. – Но дело не в том, что я сознательно пытаюсь оскорбить вашего мальчишку. Просто говорю так, как есть.

Ульяна Романовна окинула мужчину насмешливым взглядом.

– Вам нужно лучше собирать информацию. К правде ваши слова не имеют никакого отношения. Впрочем, считайте так, как вам угодно.

– А я так и считаю. – Каменев перестал улыбаться. – Что мальчишка преподнес своей дальней престарелой родственнице слишком удачный приз, из-за чего она потеряла связь с реальностью. Полагает, что вправе вести себя как хозяйка положения, приглашать на встречи уважаемых людей и разговаривать от имени большого количества егерей.

– Господа и дамы, – неожиданно для всех подал голос барон, – предлагаю вернуться к теме разговора и воздержаться от взаимных оскорблений. Сначала – дело.

– А мне казалось, что мы уже все обсудили, – ответил Каменев. – Графиня решила, что может позволить себе сделать нам сомнительное предложение. Ублюдок помог ей подмять под себя лигу охотников, а удача помогла успешно противостоять нескольким нападениям, уничтожить ослабленных клинков и разобраться с оставшимся без союзников Залесским. Теперь она решила, что следующая ступень – город. Я ничего не пропустил?

– Вы все перепутали, – с легкой улыбкой ответила Ульяна Романовна. – Ну и придумали немало. Меня интересует лишь возможность спокойной работы и ничего более.

– А меня интересует слишком много возомнивший о себе ублюдок и пригревшая его старуха. Что же тебе в поместье не сиделось? Почему решила на седую голову добить семью?

– Илья Матвеевич, – ледяным тоном произнесла графиня. – Вы переходите все границы. Где вас учили так общаться с женщиной?

– Не с женщиной, а с потерявшей понимание действительности старухой, решившей диктовать правила не тем людям, – отрезал мужчина. – Вы, графиня, очень сильно просчитались.

– Ульяна Романовна, – обратился я к Хладовой, – позвольте преподать барону Каменеву хороший урок?

– Не ты, бастард! – презрительно поморщившись, произнес мужчина. – Мне нужен тот, от имени кого мне пришло приглашение. И не стоит апеллировать к возрасту! Я в первую очередь обращаюсь к покровителю отряда лиги охотников.

– Надеюсь, вы не думаете, что я буду сражаться с вами на мечах? – уточнила вставшая с места Ульяна Романовна.

Каменев рассмеялся.

– Магии будет достаточно, но если боитесь…

– Ну что вы, – холодно улыбнулась графиня и, сняв перчатку, бросила ее в лицо наглеца. – Вы, носящий титул барона, невоспитанный молодой человек, который позволил себе резко отозваться о роде графов Хладовых. Я вызываю вас на дуэль.

Магический щит защитил мага от перчатки, и он довольно улыбнулся, а графиня обратилась к Лисину:

– Владимир Александрович, не окажете ли честь стать моим секундантом?

Седовласый мужчина встал.

– Благодарю за доверие. Согласен. Но перед этим хочу узнать: возможно ли примирение?

– Ни в коем случае! – произнес Каменев. – Моим секундантом будет маркиз Вальд. И откладывать я тоже не намерен. Как приглашенная сторона сразу заявляю, что дуэль будет проходить сейчас. Благо ее сиятельство оказалась разумна и назначила встречу рядом с магической ареной.

– Илья Матвеевич, – вдруг подал голос один из смутно знакомых мне однокурсников, тот самый, что смотрел на меня с особой злобой и стоял рядом с Лукинским, – позвольте мне разобраться с ублюдком Ладовым. Раз его зачем-то приняли в род, то теперь я могу без проблем убить его на дуэли. Слишком уж много проблем создавал этот ублюдок под прикрытием безопасников центра.

– Почему бы и нет, – презрительно посмотрел на меня Каменев. – Но только после нас. С удовольствием понаблюдаю, как ты его разделаешь.

– Не сомневайтесь.

Молодой мужчина подошел ко мне, и я вспомнил его фамилию – Шольц. Бросив взгляд на Ольгу, он хмыкнул и произнес:

– Ублюдок Ладов, я вызываю тебя на дуэль! Место и время ты знаешь! Проверим, как обстоят твои дела с магией.

– А кто говорил про магию? – сказал я. – Принимающая сторона здесь – я. Будем сражаться на клинках.

Шольц на несколько мгновений растерялся, а я добавил:

– Проверим, так ли ты хорош в бою на клинках, как в вылизывании задницы начальству.

ГЛАВА 3

– Что?! Да как ты смеешь! – Покраснев от гнева, оппонент едва сдержался, чтобы не бросить в меня заклинание. – Ты ответишь за свои слова!

– Смею, – произнес я и перешел на нарочито вежливое обращение: – Вы оскорбили меня и род Хладовых и получите то, что заслужили.

Шольц натянуто рассмеялся.

– Думаешь, ты хорош с клинком? Вовсе нет! Просто до этого тебе не попадалось серьезных противников!

Не желая тратить время на крикуна, я посмотрел на ближайшего ко мне сына Лисина и, вспомнив его имя-отчество, произнес:

– Иван Владимирович, не окажете ли честь стать моим секундантом?

Спокойный мужчина встал со своего места и ответил так же, как и отец:

– Благодарю за доверие. Согласен.

Затем он неожиданно улыбнулся и добавил:

– Давно не участвовал в столь занимательном мероприятии. Уверен, ваш бой будет интересен.

– Моим секундантом будет барон Гунт! – произнес Шольц, понимая, что все внимание перешло ко мне. К нему подошел весьма похожий на него молодой человек с высокомерным лицом и бросил на меня презрительный взгляд.

– Не знаю, зачем вам понадобилось пустить кровь этому потерявшему чувство реальности псу, но я с удовольствием поучаствую в данном деле.

– Все решили? – усмехнулся Каменев. – Тогда приглашаю всех отправиться на арену. Надеюсь, господа Хладовы еще помнят, что такое честь, и не сбегут под защиту своих егерей?

– Юноша, – улыбнулась графиня, – вместо того чтобы задавать глупые вопросы, вы бы лучше поберегли собственное достоинство. И так уже оскорбили и вызвали на дуэль пожилую женщину, которая пригласила вас на дружеский разговор. Это будут обсуждать во всем городе уже сегодня. Будьте уверены.

– Невелика плата за то, чтобы преподать самоуверенной даме урок. К тому же мне не интересно мнение старых кошелок, гораздо важнее авторитет в глазах егерей.

– Который вы сегодня обязательно загубите, – парировала Ульяна Романовна, но Каменев лишь фыркнул и с гордо поднятой головой отправился на выход.

Следом за ним двинулись и остальные его люди, а выбранные в секунданты Лисины подошли к нам.

– Значит, бой на клинках? – уточнил Алексей Владимирович с улыбкой. – До меня доходили слухи о ваших успехах в этом деле.

– Люблю, знаете ли, помахать железом, – ответил я.

– Тогда, может, после всего этого проведем пару учебных боев? – предложил заинтересовавшийся мужчина, и я ответил согласием.

– Раз об этом договорились, – посерьезнел Лисин, – то что насчет остальных условий боя? Сражаться будете до крови или до смерти?

Взяв некоторое время на обдумывание, я произнес:

– До смерти. У меня и так что-то слишком много личных врагов, которые позволяют себе распустить язык. Нужно сократить их количество и заставить задуматься остальных.

– Я вас понял, – кивнул Лисин и направился к секунданту Шольца, а я обратил внимание на завибрировавший телефон.

Подняв трубку и выслушав быстрый доклад наблюдателя, я заметил, что во время разговора пришло несколько сообщений с незнакомых номеров. Это Левенши и Кас предупреждали о поступившем им недавно предложении посетить бой между графиней Хладовой и бароном Каменевым.

«Ничего удивительного, – подумал я, отправляя сообщение Полине Климович, чтобы сбросила информацию о нашем новом враге. – Сразу было понятно, что барон появился здесь неслучайно, хотя, конечно, о происходящем и его масштабах никто из моих источников не пронюхал. Что, в общем-то, неудивительно. Всегда будут события, о которых мне ничего не будет известно. А Каменев, как видно, готовился. Предполагал, что если о дуэли узнает не тот человек, то Ульяну Романовну могут и предупредить».

Пока я слушал доклад и обдумывал ситуацию, графиня обсудила нюансы со старшим Лисиным, и он со своими людьми ушел, оставив нас одних.

– Бабушка! – едва сдерживая себя, произнесла Ольга. – Что же теперь будет?!

– Бой, – спокойно ответила Ульяна Романовна и посмотрела на меня. – Не думала, что мне придется участвовать в чем-то подобном на старости лет.

– Может, можно как-то отказаться? – уточнила наследница. – Давай я выйду вместо тебя.

– Девочка моя, – улыбнулась Ульяна Романовна, – не говори глупости. Ты же сама знаешь, что я куда опытнее и сильнее тебя. Справлюсь я с этим много возомнившим о себе слизняком.

Несмотря на уверенный тон, который несколько успокоил Ольгу, я чувствовал, что внутри графини остается смятение, небольшой грызущий ее червячок.

– Но он действующий егерь с красным камнем на кольце! А это четвертый класс! Сколько монстров он убил за свою жизнь?! Какой у него огромный боевой опыт! Ты должна это понимать…

Отметив, что Ольга лишь увеличивает неуверенность графини относительно своих сил, я кивнул поморщившемуся Бекишеву, и тот, подойдя к Ульяне Романовне, быстро произнес:

– Кто егерь? Каменев, что ли?! Да это молокосос, который уже пару лет почти и не ходит в разломы. Только под прикрытием нескольких сильных звезд, чтобы когда-то заработанный красный камень не стал оранжевым. Так что все это глупости. У ее светлости в последнее время было гораздо больше боевой практики. Она и комплексы изучила, и «щит воли» делать научилась, и стала гораздо сильнее и опытнее как маг. Да для нее этот Каменев с рангом «гридень» – всего лишь небольшое препятствие.

На глазах вернувшая себе уверенность графиня указала на выход и, подхватив Бекишева под руку, спросила:

– Он действительно гридень? Информация проверена?

У меня снова завибрировал телефон, и я поспешил открыть сброшенную ссылку, быстро пробежался по тексту.

– Все так, – произнес я, прочитав краткое досье на Каменева. – Сильный гридень, но не ярый.

– И думает, что раз вы ходите без кольца егеря, – подхватил обрадованный Бекишев, – то в разломах не бывали, и он задавит вас опытом.

А обрадовавшаяся Ольга тихо шепнула:

– Ну или думает, что ты до сих пор гридень.

Удостоверившись, что Ульяна Романовна вновь уверилась в своих силах и отвлеклась на Михалыча, я продолжил изучать досье на Каменева и услышал тихий голос Ольги.

– Гордей, это моя вина.

– В чем? – решил уточнить я.

– В том, что на тебя набросился Шольц. – Ольга потупила взгляд. – Это все из-за меня. Когда мы сюда ехали на бронепоезде, я познакомилась с их компанией в вагоне-ресторане. С Лукинским, Вальдом и другими ребятами. Шольц тогда пытался за мной ухаживать и говорил про тебя всякие гадости, то есть, ну, про Бешеного Пса, а я была такая глупышка, что всему этому верила. Прости меня…

– Да ладно, – отмахнулся я. – За что тебя прощать? Шольц оскорбил бы меня и просто так. Потому, что я ему никогда не нравился. Тем более он хотел сразиться со мной на магии, полагая, что я в ней слабак, раз недавно принят в род. Но возможно, благодаря твоему присутствию, он не мог здраво мыслить и подставился под бой на клинках, так что я еще должен быть тебе благодарен.

Когда мы вышли из ресторана, нас кольцом окружили две звезды егерей охраны, и мы пешком не спеша двинулись к огромному спортивному сооружению, о предназначении которого я еще недавно размышлял. А это, оказывается, арена.

Стоило нам только подойти ближе, как появилось несколько взволнованных работников комплекса, которые попросили следовать за ними, и я ощутил на себе множество любопытных взглядов большого количества егерей и простых горожан, заинтересовавшихся неожиданным столпотворением.

– Сюда едет много автомобилей, – шепнула мне идущая рядом Ольга.

– Вижу, – ответил я. – Каменев решил бросить Ульяне Романовне вызов и продемонстрировать окружающим свою силу. Поэтому стоило только графине принять предложение, как вестовые отправили подготовленное сообщение.

Девушка нахмурилась и зло спросила:

– Что это значит? Бабушка может умереть, а для них это развлечение?

– Для них это возможность увидеть, за кем сила, – задумчиво произнес я. – Кое в чем Каменев был прав. После разговора с Ульяной Романовной некоторые командиры посчитали, что на них оказывают давление, а может, просто скептически относились к союзу и к нашему отряду, который состоит преимущественно из безродных, вот и решили таким образом показать протест и проверить, кто есть кто.

– Значит, они обвели Каменева вокруг пальца? – уточнила Ольга. – Ведь он, получается, разгребает жар за другими.

– Не совсем. Думаю, он давно искал возможность заявить о себе. Его отряд силен, сам он тоже не слабак, а тут такая возможность. Еще и возможность хотя бы частично взять под контроль наш отряд и стать определенным авторитетом для многих других.

За разговорами мы дошли до внушительных размеров арены с песочным покрытием, толстыми бетонными стенами по периметру, над которыми возвышались зачарованные бронированные окна.

«Дополнительная защита», – подумал я, с интересом оглядываясь по сторонам, а в это время персонал подвел Ульяну Романовну с Бекишевым к лифту, и один из мужчин произнес:

– Ваше сиятельство, чем мы еще можем быть вам полезны?

– Принесите мне стакан холодного апельсинового сока, – произнесла графиня. – И подскажите, где места секундантов?

Мужчина подал знак помощнику и поспешил ответить:

– Они размещаются за спинами дуэлянтов в специально отведенных для этого помещениях с бронестеклами, которые расположены над выходом в арену.

Спустя некоторое время подошли младшие Лисины. Мой секундант предупредил, что его отец сейчас получит последние наставления от судьи и подойдет, а затем уточнил у меня:

– Гордей Романович, я могу узнать, где ваш клинок? С секундантом вашего противника я уже все обсудил, и он дал свое согласие на наши условия.

– Его скоро принесут, – успокоил я его и окинул взглядом все увеличивающуюся толпу на трибунах. – Вероятно, задержка связана с неожиданным наплывом большого количества гостей.

Лисины закивали.

– Это так. Мы точно не ожидали увидеть сегодня столько знакомых лиц.

Именно это время выбрал Шольц с группой своих подпевал, чтобы подойти ближе и произнести:

– Бешеный Пес стал Хладовым! Подумать только! До этого момента он сражался на клинках лишь с такими же безродными или с безмозглыми монстрами и почему-то посчитал себя непревзойденным мастером!

Окружавшие Шольца бывшие однокурсники тут же рассмеялись, а я, заметив, как нахмурилась Ульяна Романовна, понял, что они мешают ей настроиться на бой.

– Да, точно! – сказал кто-то. – Что это за жалкий род? Почему они берут к себе кого попало? – Компания вновь рассмеялась, а на назревающий конфликт стали обращать внимание и другие.

Услышавшая это Ольга разозлилась, и от нее разошлась волна холода, которая еще больше развеселила парней. Остановив дернувшуюся было наследницу, я сделал несколько шагов вперед и, улыбнувшись, направил на весельчаков тень «вуали страха» – всего лишь неполноценную версию техники, так как полагал, что им хватит и этого.

Оказался прав.

Миг – и девять парней, включая Шольца, рассредоточились и сформировали защитные заклинания.

Вокруг нас тут же установилась гробовая тишина, и я произнес:

– Господа бывшие однокурсники, по всей видимости, стали забывать, почему дали мне весьма говорящее прозвище и не мешали доучиться в центре подготовки. Мало того, они еще посмели оскорбить род Хладовых. Ну ничего. Я могу помочь каждому из присутствующих осознать его ошибку.

– Гордей Романович, – холодным тоном обратилась ко мне графиня, – считаете это необходимым?

– Да, – ответил я, ощущая, как внутри меня просыпается жажда убийства. – Я не намерен слушать оскорбления в адрес рода Хладовых.

Видимо, по нашей связи графиня что-то ощутила и, приподняв подбородок, добавила:

– В таком случае делайте что должно!

– Благодарю.

Повернувшись, я кивнул Ульяне Романовне и обратился к напряженным парням:

– Я вызываю на дуэль вас всех. По очереди. Сегодня. Алексей Владимирович, надеюсь, вы вновь окажете мне честь стать моим секундантом?

Лисины переглянулись, и тот, к кому я обращался, ответил:

– Если не возражаете, то пять человек я возьму на себя, а остальных – Арсений Владимирович.

– Если он согласен оказать мне честь.

Второй из братьев довольно кивнул, и я, прекратив действие техники, уточнил у недавно смеявшихся бояр:

– Такого вызова будет для вас достаточно? Или необходимо каждому бросить в лицо перчатку?

Публика на нашей части арены взорвалась громким гулом голосов, а пришедшие в себя бояре разозлились.

– Да что он себе позволяет?! Что за фокусы! Да мы его сейчас прикончим!

К ним подошли оба Лисиных.

– Господа, прошу вас, давайте отойдем в сторону и выясним детали предстоящих боев.

– Да пусть он меня сначала пройдет! – хорохорился бледный Шольц, но в его глазах я видел страх.

– Ты что, думаешь, что справишься хотя бы с одним из нас? – не могли успокоиться аристократы, которых я только что знатно опозорил перед собравшимися.

– Не думаю, а знаю! – твердо ответил я. – Знаю, что те, кто не принесет извинения графине Хладовой за оскорбление рода, сегодня же умрут.

– Ха-ха! Неудачник! Ты просчитался! Это ты нас вызвал, а значит, я выбираю бой на магии! Посмотрим, что ты можешь показать! Это тебе не клинок! Но ты сначала попробуй пройти барона Шольца! Он пояснит тебе разницу между Бешеным Псом и родовым боярином!

Услышав слова о бое на магии, другие парни тоже приободрились и позволили Лисиным отвести себя в сторонку.

– Считаешь, что это правильный выбор? – с сомнением в голосе уточнила графиня.

Я повернул голову в ее сторону.

– Конечно. Нет необходимости больше скрываться. Сегодня вы раскатаете Каменева в блин, и враги рода об этом прознают. Они поймут, что рано сбросили вас со счетов.

– А ты? – уточнила Ульяна Романовна. – Может, будет лучше, чтобы они о тебе не знали?

– Узнают в любом случае и будут считать, что раз вы преподнесли им неприятный подарок, то другие Хладовы будут тоже не столь просты. А раз так, то нужно добавить нашему роду немного мрачной репутации, чтобы все недовольные закрыли поганые рты, а враги стали бояться. Кроме того, всю свою силу я демонстрировать не буду – для этих слабаков столько и не нужно.

Вскоре появился старший Лисин, который довел до Ульяны Романовны правила дуэли и добавил, что Каменев желает бой до первой серьезной раны. Все же Ульяна Романовна просчиталась – барону не захотелось прослыть убийцей старушек.

В мыслях всплыло имя Родиона Раскольникова, но я не стал разбираться, что к чему, и обратил внимание на арену, куда на лифте спустилась готовая к схватке графиня. Дежурные маги тут же подали энергию в накопитель, который сформировал защиту, а судья с микрофоном еще раз предложил сторонам примириться.

Получив отрицательные ответы, он еще раз повторил правила поединка и объявил о начале боя.

Раздался звук гонга, и поднявший руку Каменев тут же атаковал. Однако, к изумлению зрителей, графиня и не думала парировать летящие в нее каменные копья. Вместо этого она чуть довернула корпус вправо и пошла вперед. Эта тактика могла показаться кому-то сомнительной, так как огромные камни проходили в нескольких сантиметрах от хрупкой женской фигуры, но я понимал, что она тоже ощущает опасность. К тому же расстояние между ними было приличным, и тяжелые копья летели слишком сильно, позволяя графине приблизиться к противнику и сохранить силы.

Не добившись успеха первыми атаками, Каменев сменил тактику, а спустя несколько секунд сформировал заклинание и ударил им в покрытие арены. В сторону пожилой женщины словно по дороге тут же устремились поднятые из песка каменные копья, однако та немного ускорилась и ушла и от этого удара.

На зрительских местах стали раздаваться смешки, а раздосадованный очередной неудачей барон двинулся вперед и повторил атаку. В этот раз удар пришелся более удачно. Силы было вложено куда как больше, и дорога из длинных каменных копий оказалась гораздо шире и сформировалась в опасной близости от Ульяны Романовны, но та взмахнула рукой, и сфера холода заставила камни потрескаться и осыпаться.

Такого издевательства барон выдержать не смог и вновь бросил в Ульяну Романовну несколько снарядов, которые та с легкостью отводила в сторону, а затем неожиданно для всех атаковала сама. В Каменева отправилось с десяток ярко светящихся синим «сосулек». Барон выставил каменный щит, но один из снарядов прошел выше и оставил небольшую рану на его правом плече.

– Ах ты! Сама напросилась! – зло рявкнул мужчина, и его рука легла на одно из все еще торчащих из песка каменных копий.

Внутри защитного поля раздался звук мощного взрыва. Десятки тысяч мелких острых осколков с невероятной скоростью разлетелись во все стороны, словно от разорвавшейся бомбы, и подняли огромное количество пыли, заслонившей обзор.

Ольга испуганно вскрикнула, во все глаза уставившись на происходящее на арене, а затем подобные взрывы повторились еще несколько раз.

– Все с ней хорошо! – поспешил я успокоить едва не зарыдавшую Ольгу, так как чувствовал, что на арене был сильный всплеск родовой магии, и с графиней и правда все хорошо.

«Ничего себе, – мелькнуло в голове. – Раньше, до ритуала, у меня не было такой чувствительности. Странно, что Ольга ничего подобного не ощущает. В чем же дело? В неправильном ритуале? Его необычном результате? Или в моей предыдущей жизни, в которой я имел большой опыт в манипуляции энергией? А может, бонус от крови Хладовых и силы Морозовых?»

Ответа на эти вопросы не было, и я продолжил пристально следить за дуэлью, а в это время опытная графиня нанесла удар, и разошедшаяся в сторону Каменева волна холода сформировала толстый слой льда и поглотила весь камень на арене.

В следующий миг Каменев вновь попробовал забросать приблизившуюся графиню заклинаниями, но та отклоняла их бросками каменных глыб, а затем резко сжала кулак, заставляя лед подняться и сомкнуться вокруг противника.

Барон каким-то чудом сумел его разбить и даже вырвался из плена, но выросшая под ногой ступенька изо льда отправила его вниз, и попытка захвата повторилась.

Каменев попробовал вновь вырваться, однако на этот раз удача была не на его стороне. Ну или, возможно, выбраться лежа оказалось куда как сложнее, чем стоя.

С каждой секундой количество льда вокруг Каменева увеличивалось, а внутри ледяной тюрьмы не прекращались яркие вспышки и попытки сбежать. Несколько раз после особо сильных ударов по льду расходились трещины, однако графиня с легкостью восстанавливала их целостность.

В тот момент, когда изнутри ледяной тюрьмы перестали доноситься признаки магии, секундант Каменева выбросил белый флаг, и судья скомандовал:

– Стоп, хватит!

Ульяна Романовна опустила руку, и ледяная тюрьма перестала наращивать толщину.

– Гхм, ваше сиятельство, – крайне уважительным тоном обратился судья к графине, – не могли бы вы организовать проход к вашему сопернику? Нам необходимо проверить его состояние.

Ульяна Романовна холодно кивнула, и в ледяной горе появился проход к окровавленному телу Каменева.

– Победу в дуэли одержала графиня Хладова, – безэмоциональным тоном произнес судья, а Ульяна Романовна уже направилась к лифту.

Поднявшись вверх, она приняла поздравление и посмотрела на меня.

– Кое в чем ты прав, Гордей. Они должны знать и бояться. – Затем, повысив голос так, чтобы нас слышали зрители, она добавила: – Теперь дело за тобой. Убей Шольца. Остальным наглецам можешь оставить жизнь, но только при условии, что они принесут мне официальные извинения.

– Будет сделано, ваше сиятельство, – ответил я и нашел взглядом стоящего неподалеку егеря, который наконец принес мою саблю.

ГЛАВА 4

Передав своим секундантам новые условия поединков, озвученные графиней Хладовой, я принялся наблюдать за тем, как оперативно возвращают арене ее привычный вид. Разбитые глыбы льда уносили, а затем превращали каменную крошку в мелкий песок.

Не прошло и десяти минут, как порядок был наведен, и ко мне прибыл сначала Лисин, который провел краткий инструктаж, а затем и секундант Шольца с судьей, те проверили, что у меня нет амулетов и усиливающих зелий. Саблю мою они тоже изучили, но как-то быстро и без огонька.

В конце проверки, перед тем как я вошел в лифт, судья произнес:

– Гордей Романович, считаю своим долгом напомнить вам, что дуэль происходит только на клинках. Магией в подобных поединках пользоваться запрещено. Артефакты арены настроены таким образом, чтобы своевременно распознавать жульничество, и пойманный на этом нарушитель покроет свое имя позором.

Гунт, секундант Шольца, неприятно рассмеялся.

– Если молодой человек и является магом, то весьма посредственным. За несколько месяцев обучения в центре подготовки никто так и не разглядел в нем этот талант. Только лишь…

– Секундант! – резко прервал его судья холодным тоном. – Не мешайте мне выполнять обязанности и вспомните о своих. Подобное поведение для лиц, отвечающих за столь ответственное поручение, недопустимо! За господина Хладова будет сегодня говорить его оружие, как, впрочем, и за барона Шольца.

Молодой человек застыл, лицо его покрылось красными пятнами, однако, к моему удивлению, он ответил сдержаннее, чем я ожидал. Возможно, вспомнил, что судья в подобном заведении априори не может быть слабаком.

– Я лишь посчитал своим долгом предупредить вас о том, что известно почти каждому из здесь присутствующих, и…

Однако судья вновь его перебил:

– Прошу вас впредь не допускать столь резких высказываний и помнить об этике! Этими словами вы можете не только повлиять на эмоциональное состояние дуэлянта, но и на исход поединка. Слишком много достойных магов могло бы остаться в живых, если бы не высказанные в горячке слова их помощников.

Пока судья ставил на место Гунта, я смотрел в сторону Ульяны Романовны, но та отрицательно покачала головой.

«Все ясно. Сегодня и так ожидается слишком много смертей. А весьма осторожная графиня уже успела остыть после горячки боя и, видимо, пожалела о сказанном», – подумал я. В этот момент лифт закрылся и отправился вниз.

Ожидание не затянулось, и вскоре следом за мной спустился Шольц с шашкой в руке. Парень успел переодеться: на нем были удобные штаны, плотная кофта со вставками из кожи монстров и берцы с железными носками. В то время как я просто снял пиджак с галстуком и закатал рукава рубашки. Был уверен, что справлюсь и так.

Судья, как и перед прежней дуэлью, предложил сторонам примирение, а когда мы отказались, объявил о начале боя и ударил в гонг. Мы тут же двинулись навстречу друг другу, и когда между нами оставалось около двадцати метров, бледный от напряжения Шольц вдруг рванул вперед на большой скорости, явно усилив свои движения с помощью духовной энергии.

Судя по тому, что следящие артефакты никак на это не среагировали, а барон ускорился еще сильнее, я сделал вывод, что тоже могу стать быстрее, но не слишком, чтобы не вызывать ненужных подозрений.

А в это время приблизившийся Шольц достаточно умело рубанул шашкой, целясь мне в шею.

Я отметил, как горят торжеством его глаза, как он рад своей неожиданной победе и тому, что все слишком переоценили Бешенного Пса, а затем сделал небольшой шаг назад, крутанулся на месте и вложил в саблю слабый поток энергии.

Опыт и клинок не подвели, и уже спустя миг голова Шольца, на лице которого отразилось удивление, отделилась от тела. И никакие вставки из кожи разломных монстров не помогли.

Услышав, как судья после небольшой заминки объявляет о моей победе, я проследил взглядом за кровью, заливающей песок арены, и под гул непонимающей толпы направился к лифту. Для них все действительно прошло быстро и неинтересно.

«Ну ничего, – пронеслось у меня в голове, когда я подошел к лифту. – Скоро начнется второй бой, и будет интереснее».

Приняв быстрые поздравления от близких, я вернул саблю принесшему ее егерю и дождался очередного появления судьи с взбешенным Гунтом, который едва сдерживался, чтобы не сказать мне что-то обидное.

Вновь краткий инструктаж, но теперь по поводу проведения магической дуэли, и вопрос, заставивший меня поверить в человечество:

– Гордей Романович, по словам вашего секунданта, вы вызвали на дуэль сразу девятерых противников и сочли необходимым заявить о возможности провести все сражения сегодня?

– Все так и есть, – согласился я.

– Несмотря на это, я заявляю, что после первой же дуэли вы имеете полное право на перенос второй на иной день. И в случае необходимости можете им воспользоваться.

Услышав слова мужчины, Гунт еще больше покраснел, но вновь сдержался.

«Посмотрим, сумеешь ли промолчать и после этого», – подумал я и произнес:

– Благодарю за предупреждение. В случае необходимости я обязательно им воспользуюсь, однако все же планирую сражаться со всеми противниками по очереди. И если позволите, в целях экономии времени после боя не буду подниматься вверх. Все, что необходимо, я уже знаю.

– Да как ты смеешь?! Думаешь, ты крутой, раз умеешь махать сталью?! Настоящий аристократ работает магией! А значит, тебе…

– Барон Гунт! – резко оборвал его судья. – Я вынужден вновь напомнить вам о правилах приличия! Еще один подобный поступок, и мне придется сменить секунданта!

– Вам не понадобится идти на этот шаг! – прошипел Гунт. – Ведь следующая дуэль будет для него последней!

Барон ушел, а раздраженный его выходкой судья посмотрел на меня и сказал:

– Если поле арены после дуэли будет в удовлетворительном состоянии и вы обязуетесь не препятствовать наведению порядка, то я не вижу особых проблем. К тому же это действительно сократит время подготовки к дуэлям, а у вас их еще девять.

На последнем слове в глазах судьи мелькнул интерес. Он явно был заинтригован большим количеством противников и хотел понять, справлюсь ли я с ними. Вдруг это просто бахвальство?

Затем я вновь спустился на лифте вниз, дождался появления смутно знакомого противника, ответил на вопрос о возможности примирения и после гонга не спеша двинулся к нему.

В это время мой противник быстро сокращал дистанцию, и с каждым его шагом появившиеся на ладонях язычки пламени разгорались все сильнее, поднимаясь вверх.

К тому моменту, как расстояние между нами сократилось, его руки и часть плеч уже пылали, а за спиной появилось подобие крыльев.

«Ничего себе! Такого я еще не видел, – заинтересовался я. – Далеко не слабака они против меня выпустили. Да и он молодец – решил не рисковать и сразу пошел в атаку. Но зачем спешит? Неужели заклинание не отработано и поглощает много сил? Наверное, поэтому хочет закончить все быстро. Побегаем? Чтобы он сдох? Нет, так неинтересно. Нужно посмотреть, на что это заклинание вообще способно».

Только я об этом подумал, как противник, за спиной которого уже пылали огромные огненные крылья, ударил по мне мощными расходящимися волнами огня.

«Еще один любитель ударить издали и помощнее», – вспомнил я бой графини с Каменевым и, чуть повернувшись, сформировал в руке крепкий ледяной щит, прикрывший меня от остатков жара.

«Разгон быка, удар цыпленка, – мысленно прокомментировал я его атаку. – Точно. Он только недавно освоил это заклинание и еще не понял, как правильно им пользоваться. Весь жар был в центре, а расходящийся огонь больше походил на бутафорский. Обожжет – и только».

Едва пламя немного спало, противник заметил, что я все еще на ногах. Его лицо исказилось от гнева, и он повторил атаку, сфокусировавшись только на мне. На этот раз заклинание не расходилось в стороны, было быстрее и, чего греха таить, жарче. Пришлось рвануть вперед, уходя из-под удара, и контратаковать градом сосулек.

Заметив удар, парень машинально поднял руки, сжигая снаряды и перекрывая себе обзор, а я, воспользовавшись этим, рванул в сторону и принялся бросать сосульки по его ногам, желая проверить защиту. Неожиданно для меня все шесть снарядов глубоко вошли в ноги парня, а одна прошла насквозь, вырвав приличный кусок мяса и заставив противника закричать от боли. Не отдавая себе отчета в происходящем, он приложил руки, все еще пылающие пламенем, к ранам, завыл еще сильнее и потерял сознание.

«С кем я вынужден сражаться? – пораженно подумал я, глядя, как песок вновь пропитывается кровью. – Как можно выйти на серьезный бой с неотработанной техникой, которую сам не понимаешь?! Он ведь не слабак! Вряд ли это заклинание знают многие!»

Не желая мараться об этого неудачника, я развернулся и двинулся к лифту, а судья поспешил объявить конец боя и вызвал целителей.

«Ну попробуйте, – мелькнуло у меня в голове. – Только мне даже отсюда видно, что это конец. Кровь уже не бьет толчками. Сердце остановилось. Хотя мозг еще не умер… Может, успеют?»

С этими мыслями я в нетронутой зоне сформировал удобное ледяное кресло, устроился и стал наблюдать, как персонал приводит арену в порядок. Были тут и маги, колдовавшие над песком, и обычные люди, собиравшие лопатой окровавленные участки.

Вскоре один из одаренных подошел ко мне, чтобы забрать последний мешающий предмет – мое кресло.

– Просто заберете? Может, мне от него избавиться? – предложил я, поднимаясь.

– Не стоит. – Маг покачал головой и едва заметно улыбнулся. – Сохраняйте силы, они вам сегодня понадобятся.

После того как арену покинули посторонние, на нее спустился следующий противник. Это был молодой высокий парень, который, как подсказывала память, отнюдь не блистал в центре. Магом он тоже оказался слабым: неуверенные огненные шары, стрелы и одно щитовое заклинание – вот и все. Его убила первая же брошенная мной ледяная глыба.

«Что?! Какого черта! Да с такими противниками даже сражаться стыдно!» – мысленно выругался я.

Затем последовали объявление конца боя, очередное ледяное кресло, уборка арены и появление нового дуэлянта.

В отличие от прочих, этого высокого худощавого мужчину лет двадцати пяти с длинными белыми волосами я шапочно знал. Он был непохож на других подпевал Шольца, он ощущался уверенным, опытным и сильным магом, готовым к бою в любой момент. Таким он был и в центре – к нему никто не цеплялся, да и он ни к кому не лез. Учился, тренировался и не влезал в дрязги.

«Интересно, что он делал в этой компании? Может, к Вальду прибился?» – подумал я, двигаясь навстречу противнику.

Пален, так звали мужчину, в отличие от предшественников, атаковать издали не стал. Он уверенно шел вперед, сокращая дистанцию, и ничего не предвещало беды. Это-то и показалось мне странным.

«Он слишком расслаблен! Идет ко мне спокойно, словно…»

В следующее мгновение чувство опасности заставило меня выпрыгнуть вверх, затем нырнуть вниз и несколько раз перекатиться. Звуки столкновения невидимых заклинаний со стеной арены и поднятый песок подтвердили, что интуиция меня не обманула. А затем техника «глаза волка» показала мне атаку: переставший играть граф ударил по-настоящему.

На этот раз его воздушные заклинания можно было разглядеть, хотя летели они куда быстрее и точнее. Желая проверить их мощь, я создал под собой ледяную тумбу и отпрыгнул в сторону – она тут же разлетелась на куски.

«Очень сильные и точные заклинания. Неужели он тоже ранга “ярый”? Или просто подготовленный гридень?»

Поняв, что такими атаками меня не взять, Пален выругался, сложил руки и с силой провел ими перед собой.

Чувство опасности, выброс духовной энергии – и я заметил, как от его светящихся рук расходится волна из сотен воздушных серпов, рвущихся во все стороны, даже вверх.

«Что, собрался меня на салат порезать?» – мелькнуло у меня в голове, а тело уже рвануло вверх по ледяному столбу. Оттолкнувшись, я атаковал графа десятками сосулек, чтобы отвлечь его.

Опору подо мной разнесли в щепки, снаряды остановил вспыхнувший щит, и я тут же еще метнул засиявшую от вложенной энергии сосульку. Первый щит она пробила, но второй отклонил ее в сторону, и графа ранило в руку, а не в живот, как я планировал.

Зарычав от злости, Пален ударил несколькими сгустками сжатого воздуха, заставляя меня уворачиваться и ставить ледяные щиты, которые с грохотом взрывались.

«Ах ты ж!» – зло подумал я и швырнул потрескавшиеся льдины в противника, одновременно ударив заклинанием «саморез» в живот.

Перегруженный щит не сработал, и заклинание легко прошило графа, отправив его в беспамятство.

Не желая добивать хорошего противника, я сделал вид, что поверил в его смерть, и направился к лифту, а судья объявил мою победу и вызвал целителей.

«Выживет», – подумал я, бросая взгляд на упавшее тело.

К сожалению, Пален был последним достойным соперником. Следующие трое дуэлянтов оказались откровенно слабы, и я не понимал, зачем они вообще вышли против меня. Я не показывал какого-то высокого класса, но победил куда более сильных магов. Неужели надеялись на удачу? Или не хотели извиняться перед Ульяной Романовной?

Не желая затягивать и так долгий процесс, я просто нашпиговал их тела сосульками, легко разбивая щиты. На этом дуэли неожиданно завершились: остальные подпевалы Шольца принесли графине извинения, и меня пригласили наверх.

– Молодец, что не добивал всех и проявил милосердие, – тихо шепнула мне Ульяна Романовна после поздравлений. – Я была на взводе, когда отправляла тебя вниз.

– Да? – Я сделал удивленное лицо. – Кому-то удалось выжить?

– Двоим. Второму и четвертому, – подтвердила графиня, и в этот момент я почувствовал на себе чужой взгляд.

Сейчас на меня смотрело слишком много людей. Одним было интересно взглянуть на необычного боярина, победившего в стольких дуэлях. Другие изучали ученика главы лиги охотников. Третьи с ненавистью наблюдали за Бешеным Псом, неожиданно ставшим боярином. Но лишь один взгляд был иным.

Он обещал мне смерть – без лишних слов. Как факт, который неизбежен. Как работу, которую нужно выполнить. Взгляд профессионального убийцы.

Резко подняв глаза к потолку, я увидел висящую на цепи лампу, раскачивающуюся из стороны в сторону. И был готов поклясться, что на ней только что был человек.

«Все ясно. Убийцы в черном снова в городе и хотят со мной поквитаться. Это логично. Но вот что странно – почему он решил себя проявить? И почему его взгляд показался мне таким знакомым?»

ГЛАВА 5

– Ну, что, скажешь, Борис? Как впечатления? – произнес хранитель, стараясь не смотреть в сторону объекта.

– Скажу, что это очень серьезный противник, – мрачно произнес мужчина и, взглянув в глаза Иосифу, веско повторил: – Очень серьезный. Гораздо опаснее, чем я мог себе представить. Скорость, ловкость, реакция на опасность, усиление тела, впечатляющая акробатика, движения хищника и пара слабых заклинаний ранга «адепт», которыми двадцатилетний мальчишка справился со столькими противниками. Более того, я уверен, что он сознательно скрывает свою силу, и боюсь представить, на что вообще способен!

Иосиф удовлетворенно кивнул.

– Вот и мне так показалось. Филигранное использование разломной энергии и сосульки с глыбами льда. Вот и все, что понадобилось ему для победы, в том числе и над двумя весьма сильными магами.

– Дай ему вместо сосулек ножи, замени льдины защитной техникой, и результат был бы тот же самый, – о чем-то размышляя, произнес Борис и бесшумно выругался. – Е-мое! Как такое возможно? Он настолько хорошо управляет энергией егерей, словно руководитель, а не какой-то случайный сопляк! А представь, что этот монстр может творить с помощью техники «шаг»? Да от нас и воспоминаний не останется.

– Хочешь сказать, что настолько сильные объекты нам раньше не попадались?! – Хранитель приподнял брови. – Напомнить, кого мы не так давно устранили?

– Да помню я, – отмахнулся мужчина. – Только вот те люди были магами и понятия не имели о наших возможностях, а тут такое ощущение, что он и сам вырос в одном из известных тебе монастырей.

– Ты как будто читаешь мои мысли, – усмехнулся Иосиф, и его спутник, нахмурившись, уточнил:

– А я могу узнать причину веселья своего командира?

Улыбка хранителя стала какой-то зловещей.

– Просто я подумал, что раз парень способен на многое, то нужно сделать так, чтобы его противниками стали те, к кому нельзя переместиться со спины, ну или те, у кого хватает сил окружить себя мощным щитом. Если лишить объект рояля в кустах (так, вроде, это называется в анимешных сериалах) и усилить его противников, то ему придется туго. Ну и мы еще поможем.

Борис некоторое время с недоверием разглядывал своего командира и вдруг спросил:

– Ты что, смотришь аниме?

– А что тут такого? – уточнил Иосиф. – Когда есть свободный вечерок и нечего делать, то почему бы и нет? Каждый расслабляется по-своему.

Борис отвел взгляд и неожиданно признался:

– Я исэкай люблю, только читать, а не смотреть. Ну, знаешь, все эти переносы крутых бойцов в наш мир, быстрый прогресс в магии, становление егерем и закрытие разломов.

Закончив говорить, мужчина с изумлением посмотрел в спину Хладова, а затем помотал головой.

– Да не. Бред какой-то.

Хранитель рассмеялся.

– Ты еще скажи, что наш Тарас исэкайнутый.

Мужчины вспомнили робкую улыбку их нового помощника, когда тот делал что-то не так, и рассмеялись. Затем Иосиф продолжил:

– Все. Немного расслабились, теперь давай к делу.

– Давай, – согласился Борис и добавил: – Твою идею с сильными магами я понял, вот только где мы их возьмем? Вряд ли руководитель позволит выдернуть двух ярых для нашего дела, у них и так все плотно расписано.

– А зачем они нам? – деланно удивился хранитель. – Обойдемся своими силами. Ведь сегодня два весьма сильных и перспективных мага проиграли нашему парню и остались в живых. Уверен, что скоро они захотят поквитаться.

– Эти неудачники? – переспросил Борис, поморщившись. – Ну не знаю… как по мне, так только граф показал что-то похожее на настоящий бой и был весьма близок к победе. Ну и еще хоть что-то представлял собой тот, что освоил «плащ феникса». Вот только он настоящий идиот. Вместо разрушительного и энергозатратного заклинания лучше бы использовал стандартные «огненные стрелы» и «щит» – и то пользы было бы гораздо больше. А так – потратил энергию впустую и проиграл как не знаю кто.

– С твоим мнением я полностью согласен, но главное, что у них есть силы и мотивация. Наше дело – их подготовить и отправить в бой.

Борис встрепенулся.

– Подожди, ты что, хочешь передать им наши эликсиры?

Хранитель улыбнулся.

– Сначала подготовить. А потом дать финальную дозу усилителя.

– Эликсир последнего вздоха? – все правильно понял Борис и задумался. – Хм. Это может сработать. Вот только ты уверен, что наш мальчишка выживет после встречи с двумя опоенными магами? Ведь когда у одаренного сжигается дар в последней битве, то он себя уже не контролирует и атакует во всю силу. Вряд ли в таком случае получится предотвратить смерть объекта.

– Для этого мне и понадобятся ваши звезды, – произнес мужчина. – Чтобы одни отвлекали, а вторые пытались вытащить остатки Хладова из боя. Уверен, позже мы сможем узнать все секреты и у обожженного обрубка…

Закончив обсуждение, хранитель деактивировал амулет сферы тишины, который истаял после секундного шипения, и привнес звуки многоголосого гула арены.

Прослушав разговор, Тарас выключил диктофон, который ранее достал из-под стула Бориса, и довольно улыбнулся.

Задумка удалась: хранитель оказался не настолько силен и чувствителен, как он полагал, и удалось найти подходящий инструмент, чтобы получить необходимую информацию.

«Хотя чему я удивляюсь, – подумал молодой человек. – В свое время этого не сумели распознать гораздо более сильные и умелые Иван с Феофаном. Что уж говорить про местных слабаков».

Тарас тяжело вздохнул.

Он вдруг вспомнил дела давно минувших дней. Как вместе с Марысей отправился выручать Ивана из беды, как они тщательно составляли план по добыче информации и пытались вытянуть из друзей подробности. Как жена принесла им огромную плетеную корзинку лично приготовленных ей пирожков, от которых никто в здравом уме отказаться не мог. Как потом они доставали в корзине второе дно и в тишине слушали запись разговора, чтобы наконец выявить наглеца, угрожавшего их близким.

– Моя Марыся… ну почему ты так яростно отказывалась от новой жизни? Почему так зло хаяла князя Морозова? Ну как я здесь без тебя? – проговорил молодой человек, и по его щеке прокатилась одинокая слеза. – А если этот парнишка – Хладов – не Феофан, что тогда? Неужели мне снова придется быть одному?

*****

Слова, которыми дед Павел описал по телефону наше с Ульяной Романовной феерическое выступление на арене, лучше не приводить в приличном обществе. И хотя его голос был ровным, я даже через сотни километров ощущал, насколько яркие эмоции бушуют внутри него.

Выдохнув и выдержав небольшую паузу, он продолжил:

– Значит, я сижу здесь, пытаюсь найти людей в нашу службу безопасности, выискиваю старые связи, чтобы раздобыть информацию по вероятным и не очень противникам, стараюсь вести себя тише воды ниже травы. Зачищаю все следы упоминаний о Хладовых и даже сам запускаю через журналистов инфоповоды, которые отвлекут имперскую и столичную общественность от новосибирских дел… А вы берете и вот так вот запросто попадаете на все главные новостные сводки страны!

Выдохнув, старик продолжил:

– Пожилая графиня без особых сложностей уничтожила командира отряда егерей с красным цветом камня и одновременно мага ранга «ярый». А малолетний сопляк устроил шоу с десятью дуэлями и победил в семи поединках подряд. И заставил еще тройку аристократов извиниться за оскорбление своего рода. Да вы кем там себя возомнили?! Юсуповыми? Пожарскими? Или, может, Романовыми?!!

– Павел, – холодно заметила графиня, когда пыл мужчины иссяк. – Поверь, я понимаю твое негодование и то, как это может выглядеть со стороны. И если бы мы поменялись местами, то, поверь, ты бы получил не менее грозную отповедь. Однако спешу тебя заверить, что если бы у нас была хотя бы небольшая возможность поступить иначе, то мы бы так и сделали. Да только нельзя было. Нас в очередной раз прижали к стене и заставили играть по своим правилам. Решалась судьба не только отряда, но и рода Хладовых. Ведь если бы мы проиграли, то потеряли бы много, если не все. Так что выбора особого не было. К тому же мы решили использовать ситуацию в своих целях и показали, что против нас идти не стоит. Теперь все знают, что мы в любом случае готовы за себя постоять, как в войне отрядов, так и при встрече лицом к лицу. Так что теперь в случае необходимости мы можем покинуть город, оставив за спиной крепкий тыл, и не переживать, что собственность твоего внука перейдет в чужие руки!

– Так в том-то и дело, черт возьми! – уже более спокойно произнес дед Павел. – Ты продемонстрировала силу лицом к лицу. Свою опасность! Поверь, все, кто делал тебе больно, бил в спину, когда род ослаб. Они просмотрят запись поединка не один раз и будут готовиться. Но это еще ладно. Понимаю, что порой даже при всем желании дуэль не предотвратить. Каменев приложил немало сил, чтобы она состоялась, да еще и при большом стечении народа, но Гордей!

Тут он снова стал переходить на повышенный тон.

– Куда он полез?! Зачем отправил на тот свет стольких людей! Сила голову вскружила? А может, деньги? Или власть? Захотел удаль показать? Забыл, что еще недавно был обычным мальчишкой?

– Все помню. Да только я уже не мальчишка, – холодно отрезал я, заставив старика на той стороне поперхнуться словами. – И даже не обычный егерь! Я владелец отряда в две тысячи бойцов, состоятельный человек, воин, маг и теперь еще боярин. Раньше об этом знали только члены семьи. Теперь частично и остальные. Теперь мало кто будет называть меня или бывших Ладовых ублюдками. А если кто-то и откроет рот, то будет смотреть, нахожусь ли я рядом.

– Мысли мальчишки, – едко прокомментировал мои слова старик. – Ну и поболтали бы некоторое время. И что? Зато враги бы продолжали тебя недооценивать, и в этом была бы их ошибка. А сейчас будут знать, что ты опасен!

– Я почти ничего не показал, – парировал я. – Лишь уровень сильного егеря в ранге «адепт», но об этом все заинтересованные и так знали из новостей, без глыб и сосулек, соответственно. Уверен, это не те способности, которые поразят действительно сильных магов.

– Зато их насторожит, что ты легко справился с гриднем, который пользуется «плащом феникса», а затем и слабым ярым с уклоном в быстрый воздушный бой.

– Первый был самонадеянным дураком, который вышел на дуэль с неотработанным заклинанием, а вот второй оказался действительно опасным. Но даже в бою с ним ничего впечатляющего я не продемонстрировал, – продолжал стоять на своем я. – Кроме того, не понимаю, почему ты так напряжен. Сам же согласился, что у Ульяны Романовны не было возможности отказаться. Значит, она в любом случае попала бы в заголовки. Недоброжелатели стали бы копать информацию и в любом случае вышли на меня. Я просто сократил этот промежуток. Согласен?

– Согласен, – после небольшой паузы ответил дед Павел. – Не продолжай. Я понял, куда ты ведешь. Только что об этом говорили.

На некоторое время комната наполнилась тишиной, а затем Ульяна Романовна спросила:

– Наши новости ты знаешь. Расскажи о своих.

– Неплохо. Могло бы быть. Если бы не вы. Теперь много дел придется начинать заново. Хорошо хоть, люди согласились на работу, и я уже нашел подходы к тем, кто готов делиться информацией. В общем, дело движется.

– Деньги нужны? – уточнила графиня. – Или еще что-то?

– Со всем пока справлюсь. Важного ничего нет. Если что-то нарою, то дам знать. Гордею известно как.

Еще немного помолчав, дед Павел добавил:

– Вы лучше поясните мне вот еще что, а то я совсем забыл уточнить: ваш план по безопасности в городе все-таки приняли? Или нет?

Ульяна Романовна победно улыбнулась и спросила:

– А ты как думаешь? После дуэли мы сразу же вернулись в ресторан и провели еще несколько встреч с егерями, которые приняли идею более благосклонно. Затем со мной еще связался один из возможных претендентов на роль командира в отряде, который раньше принадлежал Каменеву.

– И что? – поинтересовался старик.

– Я согласилась поддержать его кандидатуру в обмен на подписание мирного договора, который обязует всех участников сохранять в городе безопасность, порядок и предотвращать конфликты между отрядами.

– Ну хоть какие-то приятные новости, – признался дед Павел и, чертыхнувшись, добавил: – Ладно, у меня тут скоро назначена встреча, поэтому я побегу. Будьте там аккуратны! Больше не подставляйтесь!

Завершив разговор, Ульяна Романовна спросила:

– Чем планируешь заниматься сегодня?

– Вообще-то дел у меня поднакопилось, – признался я. – А помимо них есть еще и обязательство перед отрядом и моей звездой. Нужно их уже на четвертый класс вытаскивать, а затем и на третий. А то скоро нас некоторые ветераны догонят.

– В таком случае решай пока свои проблемы и подбивай расписание так, чтобы недели через две мы с тобой могли начать занятия по магии. Заодно в свободное время пытайся ощутить свою силу и ее границы. Это тебе мое задание.

Из кабинета Ульяны Романовны я вышел задумчивым и тут же встретил напряженного Александра.

– Пошли к Михалычу. Там что-то случилось.

«Блин! Вместо того чтобы наконец заняться делом, придется решать проблемы, возникшие из-за моего отсутствия», – подумал я и спросил:

– Что случилось?

– Да я сам не понял, но он уж слишком сильно на кого-то там ругался.

Вскоре мы уже были в кабинете главы лиги, и он, подняв на меня голову, произнес:

– Ты представляешь, эти самонадеянные идиоты, вместо того чтобы постепенно развиваться, как мы им говорим, пожелали сложить свои тупые головы в сложных разломах!

– Сколько их и в чем дело? – заинтересовался я, сев на свободный стул.

– Четыре звезды, – мрачно ответил Бекишев. – Целых двадцать егерей, которые вдруг посчитали, что развиваются слишком медленно, что шестой класс для них – это уже давно пройденный этап и что как опытные егеря, успевшие восстановить силы, они могут раньше времени переходить на разломы пятого класса. Для них это будет безопасно, и силы будут расти быстрее! А один индивид и вовсе заявил, что готов сражаться с монстрами в «четверках». Насмотрелись на элиту и на то, как быстро они прогрессируют, и надумали себе всякого! Заявляют, что топчутся на месте, что достойны большего и готовы это доказать!

– Ну, это, конечно, неприятно, – произнес я, не понимая, что так сильно расстроило Михалыча. – Терять людей, в которых вложено столько сил и средств, совсем не хочется. Да и люди они неплохие, просто запутавшиеся. Может быть, мы пойдем им навстречу? Может, кто-то из них действительно уже перерос «шестерки»? Если нет, то они это и сами поймут, а их подстрахуют и лично посмотрят, кто чего стоит.

Михалыч поднял на меня залитые кровью глаза и произнес:

– Поздно! Они уже отправились в разломы!

– Так чего же мы ждем?! – Я вскочил с места. – Живо за ними!

Кивнув, Михалыч бросился к окну, распахнул его и прыгнул с третьего этажа вниз, а затем рванул к въезжавшему на территорию внедорожнику.

Мы с Александром, не задумываясь, бросились следом, и пока Михалыч пытал водителя насчет топлива, я рявкнул егерям:

– Быстро из машины! Сабли и зелья оставить!

Понимая, что просто так выпрыгивать из окон и раздавать команды мы не станем, уставшие и потрепанные ветераны выскочили из салона и, пока автомобиль разворачивался, закинули внутрь оружие и все свои разгрузки.

– Зелья скомпонуете сами! – напоследок крикнул один из егерей, а автомобиль по команде Михалыча уже свернул в нужную сторону.

– Пока рули так, – сказал Бекишев, – а я выставлю координаты, и поедешь по навигатору.

Понимая, что мы очень спешим, водитель мчался, нарушая правила движения, и постоянно сигналя. Благо все видели герб отряда егерей на дверях и уступали дорогу, потому аварий удалось избежать.

Надев на себя разгрузки и подогнав их по фигуре, я заполнил все свободные слоты целебными зельями, затем выбрал себе саблю и проверил ее, подав немного духовной энергии и заставив чуть покраснеть.

– Иван Михайлович, – не выдержал водитель, когда мы выехали на пустынную дорогу, ведущую к аномалии. – Да куда же мы мчимся? Что произошло? Чего мне ждать?

– Едем мы спасать дураков, которые после разлома шестого класса решили проверить на прочность «четверку», ведь они стали уж очень сильными!

– Ничего себе! – выдохнул пожилой водитель и покачал головой. – Эти молокососы, конечно, меня удивляют. Неужели думали, что все так просто?

– А вот тут я тебя ошарашу, – зло усмехнулся Бекишев. – Это не молокососы так решили, а звезда Голого.

– Да вы что?! – изумился мужчина. – Да как так? Чего Радион туда поперся? Или слава его дружка покоя не дает?

– Видимо, не дает, – зло произнес Михалыч и сжал кулаки. – Надеюсь, они еще живы…

До разлома мы добрались относительно быстро и тут же рванули внутрь, не забыв накинуть на себя «щиты воли».

Пятно встретило нас степью, солнцем и волной ударившего в лицо жара, который заставил Михалыча вновь выругаться.

– Степь – это плохо, – сказал он. – Здесь слишком большая территория и много монстров. Блин! Даже разлом нормальный не смогли выбрать!

– Сомневаюсь, что они знали, куда идут, – ответил я и, осмотрев примятую траву, побежал по следу. – Давайте за мной.

Через несколько минут бега мы заметили две неширокие извилистые дорожки, оставленные местными обитателями, а спустя еще минуту и трупы тех, кто их сделал. Это были огромные змеи, с которыми, судя по ранениям и перепаханной земле, егеря неплохо повоевали.

– Опасные твари, – заметил Александр и его передернуло. – Да еще и заклинаниями бросаются.

Продолжив бег, мы еще несколько раз встречали трупы монстров – как больших, так и не очень, – а также заметили на траве несколько сгустков крови.

Вскоре вдали послышались звуки грохота, заставившие нас ускориться.

Появились мы вовремя.

Огромное количество различных змей – от возвышающихся на два метра над землей до куда более скромных сородичей – кружились вокруг тройки прикрывшихся «щитами воли» егерей, которые отбивались многочисленными воздушными атаками «таранов силы».

Остановив дернувшегося Михалыча, я положил руки на землю, закрыл глаза и представил, как от меня в сторону змей движется ледяная дорога, резко расширяется в том месте, по которому ползут монстры, и покрывается огромными острыми лезвиями.

ГЛАВА 6

Раздавшееся после атаки многоголосое яростное шипение стало для меня словно бы бальзамом на душу. Змеи, получившие многочисленные раны, тут же начали биться в агонии и извиваться, задевая телами лезвия и находившихся поблизости сородичей. Остальные же, испугавшись внезапной атаки, моментально рванули в стороны и беспокойно заозирались.

«Двоих здоровяков с ходу задел», – подумал я с удовлетворением и бросил несколько сосулек в монстров, бегущих в нашу сторону.

Александр с Михалычем тоже не сплоховали и, выдвинувшись вперед, добили еще по три более мелких монстра, пытавшихся сбежать.

К этому времени еще две крупные змеи, вокруг которых собирались остальные, нас заметили, громко зашипели и атаковали, указывая другим направление. Однако и я тоже не бездействовал. После того как опасность задеть своих была устранена, я сформировал перед собой около сотни сосулек и тут же отправил их в ближайшую группу змей сбоку от ветеранов.

– Влево! – скомандовал я, и мимо нас пронеслось несколько десятков всевозможных воздушных техник.

Размышлять о том, что бы произошло, попади мы под удар, времени не было. Передо мной уже сформировалась новая партия сосулек, которую я отправил во второе скопление монстров.

Затем мы вновь сместились, и атаке подверглась третья, ранее не замеченная мной группа: здоровенный змей оказался умнее сородичей и, не поднимая огромную голову, маскировался в траве.

Существенно снизив количество противников и ранив значительную часть из них, я вовремя заметил, что все мелкие змеи так или иначе стремятся попасть под защиту гигантов, поэтому начал бить одиночными заклинаниями и скомандовал:

– Здоровяков атаковать в последнюю очередь! Они притягивают к себе мелких! Если поспешим, то будем еще долго вылавливать остатки раненых в этой траве!

– Понял! – ответил Александр, и зеленоватое облако, брошенное с его рук, убило сразу несколько средних монстров.

– Нужно помочь нашим! – произнес Михалыч, напоминая о егерях, которые все еще подвергались атакам, и до боли закусил губу.

– Двинули! – тут же скомандовал я, и мы пошли вперед, не забывая постоянно атаковать и отбивать усиливающееся давление со стороны змей. Благо егеря показали, что удары большинства техник можно остановить брошенным в упор «тараном силы».

Я полагал, что до ветеранов мы дойдем скоро и без проблем, но неожиданно интуиция подала сигнал, и я заметил, как синхронно раскрылись пасти поднявшихся здоровяков.

– Осторожно! – услышал я крик егерей и уже начал формировать мощную ледяную стену, за которую без вопросов нырнули Александр с Михалычем.

По степи разнесся грохот, а в следующий миг в стену, которая не прекращала расширяться, ударили сразу три мощных заклинания, заставивших ее не только потрескаться, но и отъехать на несколько метров назад, вгрызаясь в мягкую почву.

– Это было опасно, – прокомментировал Михалыч.

А я уже положил руку на лед, заставил его разломаться окончательно и, вложив в удар всю свою злость, отправил часть стены в самую большую группу змей. Затем атаке подверглись стоящие чуть в стороне монстры.

Ледяной стены не осталось, да и третья группа расположилась прямо за нашими ветеранами, в которых с удвоенной силой полетели техники.

Отметив это, я решил, что нужно избавляться от самого умного гиганта, пока он не придумал ничего нового и смертельно опасного.

«Открывашка» появилась в руке достаточно быстро и, с легкостью пробив выставленный щит и бронированную кожу, вошла в голову твари.

– Вперед! – скомандовал я своим, и мы в мгновение ока оказались у израненных ветеранов, которых я тут же попытался прикрыть ледяными стенами.