Виолетта Гурина
В моем классе необычный ребенок

О книге

Пособие для учителей, которые сталкиваются со сложностями при общении с обучающимися. Двухсторонняя инклюзия

Все имена в книге вымышлены. Прототипы персонажей – реальные

Сложные дети никуда не деваются, а в школах все чаще вводится практика инклюзии детей с ОВЗ и другими отклонениями. В соответствии с действующим законодательством школы обязаны создать условия для обучения детей с особенностями, если готовы получить статус инклюзивной. Так, в п. 2 ст. 79 ФЗ №273 прописано, что «Общее образование обучающихся с ограниченными возможностями здоровья, инвалидов (детей-инвалидов) осуществляется в организациях, осуществляющих образовательную деятельность по адаптированным основным общеобразовательным программам, в соответствии с рекомендациями психолого-медико-педагогической комиссии. В таких организациях создаются специальные условия для получения образования указанными обучающимися». Однако, на практике чаще всего получается так, что преподаватель самостоятельно обнаруживает проблемного ребенка, и только после разговора с родителями узнает о диагнозе. Иногда родители отрицают явные проблемы ребенка, а его поведение указывает на определенные проблемы с коммуникацией и обучаемостью. Эта книга поможет учителю понять, что делать с таким ребенком, как его обучать и как помочь в общении со сверстниками. «В моем классе необычный ребенок» – это гайд по общению с особенными и сложными детьми. Это возможность включиться и не только отдавать, но и в дальнейшем получать ресурсы в виде обратной связи от сложных учеников.

Предыстория

Меня так не волновала эта тема, пока я не столкнулась с особенным ребенком вне школы. Недавно мы с сыном гуляли в парке развлечений. Был будний день, кроме нас и еще одного мальчика лет девяти с нами никого не было. Сразу хочу прояснить, на таких локациях обычно с ребенком до 5 лет должен быть сопровождающий. Однако, правила посещения площадки детьми с ОВЗ не установлены. Точнее, как я позже выяснила у администратора, такие правила в принципе не были предусмотрены.

На одной из локаций дети встретились, и у мальчика постарше возник интерес к моему сыну. Он стал вместе с ним играть, держаться за руки. Но скоро его действия перешли в агрессивные, он начал тянуть сына вниз, крепко держал за кисть руки, выкручивая руку. Я ничего не могла сделать, понимая, что придется в таком случае применять силу и «расцеплять» ладонь. Поэтому, когда сын уже сам попросил отпустить его, я несколько раз спокойно попросила не трогать ребенка. На что от мальчика не последовало никакой реакции. Он был полностью сконцентрирован на моем сыне, не смотрел мне в глаза при прямом обращении, что меня насторожило и испугало.

В конце концов я сильно закричала, мальчик резко бросил руки сына и свернулся в позу эмбриона, закрыл уши ладонями и начал что-то лепетать на совсем младенческом. Я поняла, что совершила большую ошибку. Это было РАС во всей красе. Держа сына в одной руке, я медленно подползла к мальчику, вытягиваясь вдоль пола, чтобы сравняться, протянула ему руку и монотонным ровным голосом начала говорить: «Все хорошо, я не причиню тебе вред. Ты в безопасности. Все хорошо. Извини, что накричала. Ты в безопасности. Понимаешь, ты старше. А мой сын младше. С ним нужно аккуратно обращаться. Я больше не буду кричать. Все хорошо. С маленькими надо быть аккуратнее. Спасибо тебе за понимание. Все хорошо. Ты в безопасности».

Через несколько минут после разговора он снова начал преследовать нас, но вплотную уже не подходил. В итоге мы ушли из центра.

Мне было очень стыдно, что я накричала на него, хотя и не знала, с кем имею дело. Но ведь на нем не написано, а сопровождающего рядом не было. Можно ли назвать это инклюзией? Со стопроцентной уверенностью скажу – нет! Мы привыкли верить в правило: если человека выкинуть посередине реки из лодки, то он научится плавать. Этот эффект называется ошибкой выжившего. Во внимании чаще всего остаются истории, в которых все закончилось хорошо, а негативные – нарочно забываются, им придают мало значения. Есть дети с ОВЗ, которые спокойно могут адаптироваться без помощи тьютора или любого другого сознательного взрослого. Но есть те дети, которым эту адаптацию необходимо проходить исключительно с наставником. А есть места, которые предполагают повышенную ответственность…

Я очень долго думала о случившемся и передо мной пронесся мой недолгий, но яркий опыт в педагогике. Одна из причин, почему я ушла из школы в частные занятия – отсутствие ресурса школ к обучению детей с особенностями. Я просто не могу не замечать слабослышащего ребенка, который бы хотел меня услышать, но не может. Я не могу упорно навязывать определенное положение рук на парте ребенку с СДВГ. Я не могу продолжить урок, если ребенок с аутоагрессией хочет снова «уйти».

Я пишу для тех, кто хочет и может помогать детям с подтвержденным ОВЗ или имеющим определенные сложности в коммуникации и обучении.

Что мы имеем на данный момент? Поскольку вопрос был вынесен на законодательном уровне, руководство школ вплотную подошло к этому вопросу, и вчерашние «надомники» стали массово посещать рядовые занятия вместе с обычными детьми. Однако между инклюзией и созданными для этого условиями в школах сегодня простирается огромная глубокая яма. Кроме того, родители детей с особенностями зачастую не хотят видеть и принимать отличие своего ребенка от других и отказываются проверить ребенка на предмет психических отклонений, тем самым подвергая ребенка полному неприятию как со стороны учеников, так и со стороны учителей. Нет диагноза – нет проблемы – именно так думает большинство родителей, однако, чем быстрее будет поставлен диагноз ребенку, тем быстрее вы и окружающие смогут понять, почему так, а не иначе, и что на самом деле скрывается за нежеланием ребенка отвечать или бесконтрольно жестикулировать руками.

В этой книге я бы хотела рассказать о правилах общения и обучения с некоторыми детьми с ОВЗ, а также нормиками с признаками девиантного поведения и особенностями темпераментов. Данный материал поможет:

– педагогам, ранее никогда не сталкивавшимся с особенными детьми, разобраться, как себя вести и как преподавать свой предмет без потери времени и смысла для остальных ребят;

– родителям особенных детей – принять особенности своего ребенка и помочь ему познать мир таким, какой он есть;

– родителям нормиков – понять, что все дети разные;

– детям, окружающим особенного ребенка – помочь ему.

Глава 1. ОВ

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.