Ольга Морозова
Секрет госпожи Эллейны, или Хозяйка магической лавки

Часть 1. Глава 1.

– Именем короны, откройте!

Дверь сотрясалась от тяжелых ударов. Голос мужчины с той стороны звучал зло, даже взбешенно. Что он сделает с ней, если сможет открыть эту проклятую дверь? Эллейна не хотела проверять. Лишь надеялась, что заклинание, которое она наложила на несчастную створку, выдержит еще немного. А пока ей надо было закончить начатое.

До слез было жаль оставлять все то, что она успела накопить за время своего пребывания в этом мире, но проклятый инспектор не оставил ей выбора. Эллейна спешно собирала самые ценные артефакты, которые у нее только были, метаясь от одного стеллажа к другому. Необходимый минимум вещей у нее уже был: тревожный чемоданчик она собрала сразу же после того, как за инспектором закрылась дверь.

Адриан Моррис явился в ее лавку, которую унаследовала от дядюшки предыдущая хозяйка тела, несколько дней назад, сразу ткнул в лицо удостоверением из Магпотребнадзора и потребовал, чтобы она немедленно показала ему разрешение на производство. А откуда она его возьмет, если в Департаменте по магическим предметам прошлую Эллейну пинали из кабинета в кабинет, но так ничего и не выдали? Сама же она не успела разобраться не то что с документами, а со своей новой жизнью в целом.

– Если у вас нет разрешения, тогда я буду вынужден закрыть вашу лавку, а помещение конфисковать, – сказал инспектор.

Он бесцеремонно прошёл во внутренние помещения, невозмутимо подвинув с пути Эллейну, и теперь совал свой нос во все углы, отодвигая ящики и заглядывая в шкафы.

– Вы на каком основании сейчас тут обыск устраиваете? – возмутилась девушка, не выдержав такого произвола. Даже в ее мире на подобное требовался ордер!

– А вы хотите, чтобы дело привлекло внимание законников? – деланно удивился Адриан. – Я вам настоятельно не советую до этого доводить. Они столь терпеливо к правонарушениям относиться не станут.

– Угрожаете? – понимающе хмыкнула Эллейна и придвинула стул. Сев, она расслабленно откинулась на спинку. – Так давайте, продолжайте, – пожала плечами. – Посмотрим, кто именно внимание законников приведет. И не прилетит ли кому-то за превышение должностных полномочий.

Инспектор нахмурился, явно не понимая к чему она клонит. Подняв голову, он осмотрел потолок. Заметив в углу темно-синий кристалл памяти, понимающе усмехнулся.

– Умно, – прокомментировал он и отошел в сторону, замерев в центре комнаты, прямо напротив Эллейны. – В таком случае, на все ваша воля. Мы еще увидимся, госпожа Эллейна. И очень скоро. Просто так вы не отделаетесь, я вам это гарантирую.

Он ушел, хлопнув дверью, а Эллейна на дрожащих ногах поднялась на второй этаж, где находилась маленькая комнатушка, служившая ей спальней. Упав на кровать, она подтянула колени к груди и закрыла глаза. Ощущение скорых проблем, которые неизвестно как решать без знания законов мира и хоть каких-то связей, заставляло чувствовать себя беспомощной. Эллейна только-только начала привыкать к новой жизни, как судьба подкинула новое испытание. Будто мало ей того, что в своем мире она умерла по какой-то нелепой случайности и потом оказалась здесь совершенно одна.

Сдаваться Эллейна не собиралась, но, поддавшись минутной слабости, она заплакала, вспоминая прошлую жизнь.

***

– Элька, ну что ты как маленькая! Чего ты боишься?

– Сережа, мне не нравится эта идея.

Муж дразнился, но Эле было не до смеха. Озеро Смердячье, к которому он предлагал поехать, вызывало у нее неясное чувство тревоги. Эля не хотела туда и даже просто рядом находиться опасалась. Ей было некомфортно, словно кто-то смотрел на них из-за деревьев, и ждал, поедут они дальше или нет.

Сергей остановил машину на лесной дороге и повернулся к Эле.

– Эля, там нет ничего такого. Все эти истории – просто сказки местных. Ты же сама знаешь прекрасно. Мы за всю жизнь и не в таких местах бывали. И ничего страшного ведь не нашли? – продолжал уговаривать Сергей.

– Здесь все не так, – покачала головой Эля, продолжая стоять на своем. – Мне страшно в этом лесу, давай повернем обратно.

Она чувствовала, что сюда таким, как они, обычным людям, хода нет. Об этом говорили им местные жители. Об этом она читала в путеводном журнале и собиралась было проехать мимо, как в Сергее вдруг на сороковом году жизни проснулось желание пощекотать себе нервы, как в юности. Эля такого не испытывала, но и одного отпустить туда боялась. Вдруг с ним что-то случится там, как она будет без него? Двенадцать лет вместе прожили, привыкла она к нему и к тому, что он всегда рядом, всегда поддержит.

Подумав о том, что его может не стать, Эля испытала страх. Не став сдерживать порыв, она подошла к Сергею и обняла, прижавшись всем телом.

– Сереж, правда, давай не пойдем туда. Мне некомфортно от этого места, жутко. Ну зачем нам лезть туда? – Эля подняла голову, заглядывая в глаза мужа. – Я на карте еще несколько заброшенок нашла, давай туда съездим, посмотрим? Как раньше ездили? Или в автомобильный квест. На следующих выходных как раз заезд будет.

– Не, Эль, это мы всегда успеем, – покачал головой Сергей. – А до лесов Шатурских когда следующий раз доберемся?

– Лучше сюда не добираться вовсе, – проворчала Эля и поежилась. Показалось, словно за деревьями мелькнула тень.

– Так что? Поехали? – улыбнулся Сергей. Он взял Элю за руку и поднес ладонь к губам. – Малыш, не волнуйся, я же с тобой.

Эля посмотрела на него и тяжело вздохнула. Одного все равно не отпустит. А раз в голову себе втемяшил, что поехать туда надо, то вряд ли откажется от дурацкой затеи. Значит придется вместе…

– Ладно, – выдохнула она, словно перед прыжком в воду. – Только ненадолго. На полчаса. И если что-то пойдет не так, сразу разворачиваемся и едем обратно, договорились?

– Договорились, – обрадованно улыбнулся Сергей.

Дальше дорога была на удивление хорошая. Их маленький кроссовер уверенно пролезал даже через колеи, оставшиеся после квадроциклов. Не остановила и глубокая лужа: Сергей просто припарковал машину на обочине и выбрался наружу. Подойдя к другой стороне автомобиля, где сидела Эля, он открыл ей дверь, протягивая руку.

– Идем? – с улыбкой спросил он и Эля нехотя кивнула, вкладывая ладонь в его.

Пока все происходящее не было ничем из ряда вон выходящим. Им не раз приходилось так оставлять машину в нескольких сотнях метров от места назначения и идти пешком. Но в прошлые разы Эля не испытывала такого беспокойства, как сейчас.

Шагая вслед за мужем, она то и дело оглядывалась по сторонам, прислушивалась к каждому шороху. И никак не могла избавиться от ощущения чужого злого взгляда в спину. Он неприятно холодил лопатки, отчего мурашки пробегали по позвоночнику. В какой-то момент Эля не выдержала и резко обернулась. От увиденного она невольно вскрикнула: за ними шла большая коричневая собака. Внешне она была спокойной, лишь вопросительно посмотрела на Элю, которая замерла, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.

– Эль, ты чего там отстала?

– За нами собака идет, – прохрипела Эля.

Муж подошел к ней и приобнял за плечи.

– Здесь нет никого, Эля, – тихо сказал он.

Эля удивленно моргнула – и собака исчезла.

Глава 2.

Дверь содрогалась от ударов, но еще держалась: в этом немало помогала защита, выставленная прошлым хозяином. Эля то и дело смотрела на коридор, ожидая, что там вот-вот появится инспектор Адриан, а следом за ним законники, которые схватят ее и упекут в темницу. Там, под пытками – а Эля отчего-то была в них уверена, – она наверняка сознается еще и в том, что пришла из другого мира. И что настоящая Эллейна, скорее всего, мертва, как и ее собственное тело.

Собрав все, что можно было унести, Эля бросила взгляд на темно-синие кристаллы памяти. Оставлять их не хотелось: из воспоминаний прошлой хозяйки она знала, что это была разработка ее покойного дядюшки, которую он завещал племяннице. Он никому больше о ней рассказать не успел, потому что держал в строжайшем секрете. А потому оставить ее здесь на милость инспектора и его людей Эллейне совершенно не хотелось. Вздохнув, она вытащила из чулана тяжелую деревянную лестницу, и полезла наверх.

Эллейна достала первый кристалл и уже лезла за вторым, когда дом, словно живой, вздрогнул, охнул, с потолка посыпалась побелка. Эля чудом удержалась, молясь всем существующим в этом мире богам разом. Входная дверь в лавку с грохотом открылась, и в дом вошли люди. Девушка схватила последний кристалл, спрыгнула вниз и, подхватив с пола саквояж, бросилась бежать. Захлопнув за собой дверь, Эля приложила ладонь к створке, прося дом дать ей еще немного времени. Почувствовав ответное тепло, она благодарно кивнула и хотела выйти через заднюю дверь.

Голоса с той стороны заставили Эллейну передумать. Резко затормозив, она метнулась в одну из комнат. Заметив в саду высокие фигуры в форме, Эля прижалась к стене, боясь выдать свое присутствие. Почувствовав себя загнанным в угол зверем, она на мгновение прикрыла глаза. Тут же перед ней встали образы родителей.

“Никогда не сдавайся, Эля. Верь в себя и свои силы. У тебя все получится”.

Коротко выдохнув, Эля вскинула голову, уже зная, как выберется из западни. Память прошлой хозяйки услужливо подсказала где находится люк, ведущий в подвал. В нем дядюшка Эллейны сделал тайный ход как раз на такой случай. Эля быстро прошла на кухню, с трудом сдвинула в сторону тяжелый котел, под которым действительно обнаружилась деревянная дверца. Девушка потянула за кольцо, поднимая ее. Остановившись на мгновение, Эля взяла с полки свечу и, прикоснувшись пальцем к фитилю, зажгла ее. Убедившись, что теперь она сможет что-то увидеть в кромешной темноте подвала, она осторожно спустилась вниз, затем сняла саквояж и только потом закрыла крышку люка. Эля знала, что законники очень легко поймут куда она делась, но надеялась, что так она хоть немного выиграет время. У нее было не так много вариантов куда пойти потом, ведь в этом мире она всего от силы пару недель, но дядюшка настоящей Эллейны, видно, предполагал, что однажды случится что-то такое. Наверняка он приторговывал чем-то специфическим и не совсем разрешенным, раз после его кончины в лавку стали наведываться с проверкой. А у него и вовсе целый план был разработан на случай облавы. Не спроста это все, ой не спроста.

Из памяти предыдущей хозяйки тела Эля сумела выудить нужную ей информацию: как бежать и где скрываться. Надеялась лишь, что сама не забудет нужную последовательность и нигде не напортачит по незнанию. И сейчас, в подвале, когда под ее неуверенными движениями замок под каменным кольцом с шифром щелкнул, открывая дверь на свободу. Когда Эллейна прошла в тоннель, стена со скрежетом встала на место, отрезая ее от неудавшейся новой жизни в лавке артефактора. Возле самого выхода она притормозила, вспомнив еще кое-что. Память прошлой хозяйки тела подсказывала: где-то здесь должен быть тайник. Дядюшка бы успел перепрятать: старик слег с лихорадкой, застудившись по зиме, и за неделю сгорел. Хоронить его пришлось настоящей Эллейне, и девушка была вынуждена продать некоторые редкие артефакты, собранные хозяином дома. Может они привлекли внимание инспекторов Магнадзора?

Замерев возле небольшой ниши, Эля прикрыла глаза, восстанавливая картины из чужой памяти. Она медленно повернулась и опустилась на колени. Руки девушки сами собой потянулись вперед, коснувшись земли. Только после этого Эллейна открыла глаза, чтобы посмотреть, что же такое ищет.

В небольшом углублении Эля нашла резную деревянную шкатулку. Песок забился в тонкие узоры, и девушка на автомате попыталась пальцами выковырять лишнее, но почти сразу же отбросила эту идею – у нее будет на это время потом. А сейчас она как могла отряхнула находку и убрала в саквояж. Поискав не осталось ли чего-то еще, Эля поднялась и направилась к выходу из тоннеля, откуда так приятно дул свежий ветерок.

Наружу выходить она не торопилась: лишь выждав несколько томительных минут, Эля решилась выглянуть из лаза и почти сразу же нырнула обратно. На поляне возле кустов, за которыми она пряталась, сидела молодая парочка, девушка и мужчина, и о чем-то тихо перешептывались. Эллейна тяжело вздохнула, чем едва не выдала себя.

– Ты слышал это? – тихо спросила рыжеволосая девушка, замерев в объятиях мужчины.

Тот нехотя оторвался от ее обнаженного плечика и поднял голову, с недоумением посмотрев на лес, который их окружал.

– Слышал что?

– Будто кто-то вздохнул, – прошептала она и повела тем самым плечиком, а после и вовсе накинула шаль к большому неудовольствию мужчины.

– Так это я был, наверно, – пробормотал он, отодвигаясь от нее.

– Твой вздох я ни с чем не перепутаю, дорогой, – не согласилась она. – Пойдем лучше домой, а? Не по себе мне здесь. Словно смотрит кто-то. Не зря люди говорят, что лес нехороший тут.

– Сказки это все, – отмахнулся мужчина, но, тем не менее, спорить не стал и поднялся на ноги. – Но раз уж ты так хочешь, – он подал руку женщине, – тогда лучше пойдем.

Эля, глядя на них, невольно снова вспомнила мужа. На душе стало тоскливо. Ну что стоило Сереже сделать так же и уехать домой? Послушай он ее, она бы здесь не оказалась. Теперь же Эля никак не могла отделаться от мыслей: как он там, живой ли? Не упал ли с ней в то проклятое озеро?

Глава 3.

Дождавшись, пока пара уйдет, Эллейна выбралась наружу, отряхнула испачканное в пыли платье. Тяжело вздохнула: его теперь только стирка и спасет. Желательно в стиральной машинке, с чистящим средством – и чтобы непременно с приятным запахом! Эх, мечты. Покачав головой, Эля осторожно огляделась по сторонам. Идти в ту же сторону, куда ушли девушка с мужчиной она не рискнула, хотя, если верить памяти, именно туда ей и надо было. Дядюшка настоящей Эллейны оставил в наследство племяннице не только лавку со всеми ее проблемами, но и небольшой дом где-то в деревне. Туда-то и решила направиться Эля. Ей было необходимо где-то переждать неспокойное время и хоть как-то пообвыкнуться в новом для себя мире.

Поначалу она не верила. Думала с ума сошла или впала в кому. И хотя последний вариант даже сейчас Эля не могла отмести, все вокруг было до того реально, что ей ничего не оставалось, кроме как попытаться смириться с действительностью и научиться жить здесь. Потому что жить хотелось. Очень-очень сильно. Слишком ярким еще был тот ужас, что она испытала, когда казавшийся крепким берег озера вдруг ушел из-под ног, и Эля начала заваливаться спиной назад в воду. Сергей успел обернуться, протянуть ей руку – их пальцы соприкоснулись прежде, чем Эля почувствовала, как ее окружила вода.

Она помнила, как пыталась плыть, но почти сразу же ее словно кто-то схватил за ногу. Возможно, это были водоросли, которых было полно, но… Поговаривали, что у Смердячего озера нет дна, как у того, Бездонного озера под Солнечногорском. Обо всем этом тогда Эля успела лишь подумать, как над головой сомкнулась вода. Солнечный свет отдалялся слишком быстро, пока что-то или кто-то тянуло ее на глубину. Когда воздух в легких закончился, Эля инстинктивно открыла рот, чтобы вдохнуть. И перед глазами сгустилась темнота.

Очнулась Эля в каком-то доме. Она долго смотрела в потолок, пытаясь понять, где она и почему рядом никого нет. Когда силы закончились, девушка вновь заснула. Эля помнила чьи-то руки и незнакомый женский голос, который ворчал что-то про неразумных молодых барышень, которые чуть что бегут к проклятому озеру, у которого и так пропало слишком много людей. Эля была с ней совершенно согласна. Сама бы она ни за что к такому не сунулась, если бы не муж.

Сколько бы ни пыталась она открыть глаза тогда, когда слышала голос той, что ее лечила, ничего не удавалось. Словно женщина не хотела, чтобы она видела. И это изрядно пугало. А потом пришли воспоминания той, в чьем теле Эля оказалась.

Сперва она не поняла, что произошло. Это было словно какой-то сон, где незнакомый человек куда-то идет и кому-то что-то говорит: Эля видела все со стороны. Не сразу до нее дошло, что они с этой девушкой очень похожи.

Из воспоминания о разговоре с дядюшкой Эля узнала, что ее зовут Эллейна. А потом, когда память подкинула печальную сцену прощания с единственным родственником, за которой последовал разговор с адвокатом, который зачитал ей завещание, Эля поняла, что той досталась в наследство лавка магических артефактов. Еще подумала тогда: каких таких магических артефактов? Разве существует магия? Это ведь сказки все! Выдумки из красивых книжек, которых так много на просторах интернета.

Так Эля думала ровно до того момента, пока не смогла, наконец, встать с постели.

Вокруг не было ничего, к чему так привыкла Эля, совершив не одну поездку по родной стране и не только. Тут, поди, и про канализацию-то не слышали. Ощутив себя в мрачном средневековье, Эля взвыла. Осторожно, по стеночке, она начала исследовать окружающую ее обстановку. Как окну девушка не пошла, решив раньше времени не расстраиваться.

В комнате помимо одной полутораспальной кровати стояла тумбочка и небольшой шкаф. Столь скудная обстановка не добавляла оптимизма, и Эля решила проверить одну из дверей. В какой-то же должна же быть ванная? Или, если уж это средневековье, где-то должен быть тазик с водой. Ведь должен быть, правда? Эля очень на это надеялась.

Добравшись до заветной двери, она с замиранием сердца открыла ее. Внутри оказалось лучше, чем Эля ожидала. Ванна была – большая и явно медная. Никаких вентилей в них не было, и девушка решила, что трубопровода все же нет. Покрутив головой, в углу комнаты она нашла не совсем понятную конструкцию, которая при ближайшем рассмотрении оказалась обычной сидушкой с дыркой посередине. Вроде тех, что были в деревне. Подавив разочарованный вздох, Эля решила смириться. Придется работать с тем, что есть.

После первой комнаты Эля дошла до второй двери. Открыв ее, она вышла в коридор. Дом был пуст, она это почувствовала, коснувшись стены. Эля задумалась над странными ощущениями, что испытала в этот момент: здание словно здоровалось с ней, приглашая идти дальше. Чувствуя себя, словно во сне, она осторожно пошла вперед.

За очередной дверью оказалась небольшая кухня. Возле стены стояла большая печь, на которой были нарисованы какие-то знаки. Эля с недоумением посмотрела на них, а потом принялась искать дрова. Которых не было. Она обошла всю комнату по кругу, но не нашла ничего, что было бы похоже на поленья или хотя бы угли. Задумчиво замерев возле печи, Эля осторожно коснулась железной дверцы.

– Ну и как же тебя зажечь? – спросила она вслух, и тут же с пальцев сорвались розовые искры, которые впитали в себя знаки.

Испуганно ойкнув, Эля отскочила в сторону, поскользнулась на чем-то и начала заваливаться вниз. Не глядя ухватилась за первое же, что попалось под руку. И грохотом упала на пол. Рядом с гулким звоном покатилась сковородка, которую она случайно сняла.

Эля громко и от души высказала все, что думает по поводу сложившейся ситуации. Рядом кто-то уважительно присвистнул, и девушка замерла. Здесь был кто-то еще, кого она не заметила, когда зашла на кухню?

Глава 4.

– Что ж ты, хозяйка новая, такая растяпа-то? – проворчал голос, и Эля повернулась на звук.

С другой стороны печи на перевернутом ведре сидел маленький человечек. Возможно, в ее родном мире его назвали бы домовым. Но кем он был в этом – Эля не имела ни малейшего понятия.

– А ты кто таков будешь? – как можно более сурово спросила девушка, осторожно поднимаясь на ноги.

– Я Антипка, местный дух. За домом вот присматриваю.

– А почему я раньше тебя не видела? – подозрительно спросила Эля. – Я всю кухню вдоль и поперек облазила, пока искала чем печь затопить.

– Так не могла, – пожал он плечами.

– А потом головой ударилась, и галлюцинации начались, – понятливо кивнула Эля.

– Галю кто? – переспросил Антипка, нахмурив кустистые брови. – Ты по-нашенски выражайся, хозяйка, а то не поймем тебя.

– По-вашенски это как? – хмыкнула Эля.

– Понятно, без словечек заумных, – с готовностью пояснил Антипка. – Мы домовые простые, в инштитутах ваших не учились.

Эля вздохнула и нагнулась, чтобы поднять сковороду. Поднимаясь, увидела между дверцей и кирпичной кладкой печи языки огня. Она смогла ее зажечь? Но как? Неужели с помощью тех искр?

– Скажи, Антипка, – обратилась к домовому Эля, – а как эту печь разжечь?

Брови Антипки удивленно поползли вверх.

– А то ж не знаешь? Или совсем от воды озерной разум потеряла?

– Да похоже на то, – в тон ему ответила Эля. – Не помню ничего совершенно.

– Вот ведь бедовая, – вздохнул человечек, покачав головой. – И что же, совсем ничегошеньки не помнишь? Даже имя свое?

– Эллейна? – неуверенно спросила Эля, не желая выдавать себя.

Кто знает, как здесь к иномирянкам относятся?

– Ох, горюшко, – запричитал домовой. – Как тебе теперь вспомнить-то все? Как жить? Почитай все сызнова начинай.

– Так ты расскажи, что знаешь, а дальше я уж как-нибудь, – попросила Эля.

Она прекрасно понимала, что без информации в новом мире никак не справиться. А тут уж любой источник сгодится. Пусть и нечесаный домовой, который уж больно напоминает Нафаню из старого мультфильма. Эля старалась не думать о том, куда угодила и по какой причине. В душе теплилась надежда, что если она узнает больше о мире, то поймет, как вернуться обратно. Ей очень не хотелось верить, что она и вправду умерла там, на дне озера.

– Разговор подождет, – не согласился Антипка. – Сперва тебе б поесть чего-то, да не знаю, что у старого Джо здесь из съестного осталось. Что найти сможешь – все твое. Как сготовить на печи я подскажу.

Эля вздохнула. От упоминания о еде в животе тут же заурчало, напоминая о том, что не ела очень давно. В прошлой жизни, кажется.

Решив поискать в первую очередь в ящиках и на полках того стола, возле которого упала, Эля наткнулась взглядом на то, на чем умудрилась поскользнуться. Отдаленно это напоминало рыбий хвост, только большой. Девушка недоуменно посмотрела на это и, взяв со стола двухзубую вилку с длинной ручкой, осторожно потыкала.

– Что это такое? – с подозрением спросила она.

– Так хвост русалий, – пожал плечами Антипка. – Не успел хозяин его употребить в дело. Облил только гадостью своей, чтоб раньше времени не стухло. Если книгу с рецептами найти, можно ухи наваристой сделать.

Эля скривилась и отложила вилку. Пожалуй, трогать она это больше не станет. Разве что до помойки донесет. Есть же здесь такие? Оставалось лишь надеяться, что да. Покачав головой, она продолжила поиски.

Выдвинув несколько ящиков и заглянув в шкафы, Эля поняла, что на кухне стоит целая куча всего. Но в коробках, банках и колбах с неизвестным содержимым нет ничего съедобного. Приоткрыв крышку с одной из банок, Эля почувствовала отчетливый запах формалина. С подозрением посмотрев внутрь, она брезгливо вернула сосуд в шкаф и закрыла дверцу. Внутри было что-то похожее на…чьи-то глаза? Чем вообще занимался здесь дядюшка Эллейны?

Эля поежилась от пробежавших по телу мурашек и решила продолжить поиски. Через какое-то время она нашла то, что искала: в одном из ящиков нашлось несколько сморщенных клубней, похожих на картофель. Взяв нож, Эля отрезала кусочек и осторожно понюхала. Овощ проверку прошел, девушка положила находку на стол и продолжила поиски. В одном из последних шкафов она отыскала банку с патиссонами. В прошлой жизни она их терпеть не могла, сейчас же была готова съесть и это. Наконец, на дальней полке, за банками, похожими на консервные, Эля обнаружила засохший сухарь. В любой другой момент жизни она бы брезгливо положила его в мусорку, но сейчас… Размочить в рассоле от патиссонов, да с жаренной картошечкой… От картины, так явно вставшей перед глазами, у Эли потекли слюни. Сглотнув, она осторожно почистила несколько клубней картофеля, стараясь срезать кожицу как можно тоньше. Пришлось сдерживать себя, чтобы не приготовить сразу все. Решив отложить несколько штук про запас, Эля ограничилась тремя картофелинами. Порезав на кусочки, она положила на найденную до этого сковороду. Огляделась по сторонам, ища масло, и вздохнула: среди кучи банок и бутылок ей не попадалось ничего, похожего на это.

– Антипка, – позвала Эля домового, который успел куда-то исчезнуть. – А как сковороду поставить?

– На жарку-то? – послышался деловитый голос рядом.

Эля с непривычки подскочила, не ожидав, что он появится так быстро, и едва не выронила из рук драгоценную сковороду.

– А ты дверцу-то открой, – посоветовал Антипка. – Только прихваточку с полки возьми, а то ожоги потом лечить замучаешься.

Эля благодарно кивнула, найдя взглядом толстую варежку на подобие тех, что были у нее на кухне. Отодвинув дверцу, она увидела, что в печи есть несколько отсеков. Это немного напоминало противни в духовке, только огонь горел где-то в глубине печи, а не снизу, как ей показалось сначала.

– Дверцу обратно как прикрыть? – спросила Эля, повернувшись к домовому.

– Задвинь внутрь ручку у сковороды и закрывай, – важно ответил он.

– Так а как достать потом? Горячее же будет.

– Прихватка на что? Она хозяином бывшим зачарована, просто так жар не возьмет. Так что достанешь спокойно, не обожжешься.

Эля со вздохом покачала головой. Чудно у них тут все, непривычно. У нее все иначе было, да только что теперь сделаешь? Придется работать с тем, что есть. Или как-то подстраивать под себя. Главное разобраться что к чему. И выкинуть страшные запасы дядюшки Эллейны. Ей они теперь точно ни к чему, только жути наводят.

Глава 5.

Поев, Эля поняла, что готова к новым подвигам. Только понять бы с чего вообще начинать.

– Начни с осмотра вверенной территории, – подсказал Антипка, словно подслушав ее мысли.

Или она это вслух сказала?

– У тебя на лице все написано, Эллейна, – усмехнулся домовой. – Хозяин несколько комнат закрытыми держал. Ключи хранил в кабинете второго этажа. Советую сначала осмотреться там, а потом заглянуть за те двери.

– Что-то я не очень хочу проверять, что там хранится, – призналась Эля.

Она поежилась, вспомнив содержимое некоторых банок. Нет уж, есть места, куда соваться лучше не стоит. В этом она уже, так сказать, на своей шкуре убедилась. Больше не хочется, спасибо.

– Лучше начну с самого простого, – решила она.

– Это с чего же? – подозрительно уточнил домовой.

– С ревизии продуктов. Скажи мне, пожалуйста, дядюшка – как там его звали, кстати? – хранил что-то в погребе?

– Ларсон его звали, – хмыкнул Антипка. – А в погребе ничего, кроме вина, и не было отродясь. Ну может запасы артефактов каких-то или зелий. Может, ингредиенты какие-то, какие сюда не влезли.

– Ингредиенты? – задумчиво уточнила Эля.

– Вроде хвоста русалки, – пояснил домовой.

– Жуть какая, – поежилась она. – Понятно, погреб, значит, тоже в последнюю очередь проверю. А чулан есть? Или что-то, где Ларсон еду хранил? Ведь должны же у него запасы быть какие-то!

– А я не уверен, что он вообще что-то ел, – с сомнением пробормотал Антипка. – Прошлый хозяин был из тех людей, которые делом своим горели до той степени, что были готовы воздухом святым питаться, да лучами солнечными.

Эля вздохнула. Как-то перспективы грустные вырисовывались. Этак ей придется наружу выходить, рынок в городе искать. А пока так не хотелось внимание к себе привлекать. Зачем оно ей сейчас? Лавку странную, о которой в завещании говорилось, она открывать сейчас не готова. И уж точно торговать тем, что делал здесь дядюшка Эллейны, она не хотела. Воспоминания хозяйки тела молчали, а Эля никак не могла отделаться от мысли: что если он и ингредиенты всякие разные продавал? Тот же злосчастный хвост русалки или глаза в банке? Они же зачем-то нужны ему были. Ритуалы? Механизмы? Что тут вообще с технологиями, интересно?

Эля покосилась на Антипку, который что-то задумчиво рассматривал на потолке. Вряд ли домовой поймет, если она начнет задавать ему странные вопросы про машины, паровозы или какие-то заводы. Еще чего доброго заподозрит что-то. Говорить, что она из другого мира в планы Эли пока не входило.

И все же, что такого там увидел Антипка? Эля подняла голову и сдавленно охнула, чувствуя головокружение. Сверху на нее смотрели сразу восемь огромных паучьих глаз. Издав сдавленный писк, девушка пулей вылетела из кухни и громко захлопнула за собой дверь. Кажется, теперь это не ее дом, а дом паука.

Не так много вещей было в жизни Эли, которые она боялась до жути. Исходив вместе с мужем множество заброшек и других мест, которые в народе называли аномальными, она чего только не повидала. Но до истерики ее смог довести только маленький паучок, на беду свою упавший с ветки березы. Ох и хохотал тогда муж, пытаясь остановить Элю, чтобы снять несчастное создание, оглушенное ее визгом.

Сейчас же ей казалось, что она потеряла способность дышать, натурально задыхаясь от ужаса. Этот паук был больше нее раза в три!

– А ну-ка успокойся, – прогремело громом рядом.

В лицо ударил поток воды. Эля зашлась тяжелым кашлем, чувствуя как саднит горло. Она кричала? Поэтому не получалось дышать?

Напротив нее замер недовольный Антипка с ведром в руке.

– Ну что устроила-то?

– Т-т-там паук, – выдохнула Эля, боясь даже шевельнуться.

Ей казалось, что страшное членистоногое замерло с другой стороны двери и только и ждет, пока она отойдет в сторону, чтобы пройти в коридор.

– И что? Он дохлый. Этому чучелу лет больше, чем тебе раза в два.

– А выглядит, как настоящий, – прохрипела Эля, сползая по двери вниз.

Ноги не держали, ее потряхивало от пережитого ужаса.

– Вот ведь беда с тобой, – вздохнул Антипка и куда-то исчез.

Вернувшись, он молча протянул ей кружку с какой-то жидкостью. Эля не глядя сделала глоток и закашлялась: напиток, явно алкогольный, обжег горло. Зато дрожать она перестала.

– Ну что, полегчало?

– Немного, – выдохнула Эля и задала вопрос, который мучил ее сильнее всего. – Ты можешь убрать это чучело?

– Зачем? – удивился Антипка.

– Затем, что ноги моей на кухне не будет, пока оно там! – воскликнула Эля, чувствуя, как руки снова начинают дрожать.

– Ладно-ладно, только не ори опять, – испугался Антипка и выставил перед собой руки. – Я его в лавку повешу, на радость гостям.

– Чтоб всех клиентов потенциальных отпугнуть?

– Да там отпугивать некого, – хохотнул домовой. – Все, кто с Ларсоном работали, были не из пугливых. И не такого в жизни своей повидать успели.

Эля только головой покачала в ответ. Если эта гадость будет висеть где-то в лавке, она туда ни за что в жизни не зайдет. Так впору и призадуматься, что доставшуюся по наследству недвижимость лучше продать будет. Со всем, что здесь есть. Останавливала только мысль, что тогда ей негде будет жить. Не разобравшись в правилах нового мира не стоило так резко что-то менять. И так все с ног на голову встало.

– Пойду я, – прохрипела Эля, с кряхтением поднимаясь на ноги.

Сил не осталось совершенно, желания что-либо делать тоже. Все, что хотела Эля – это завалиться на кровать и проспать до следующего утра. Встреча с чучелом паука натурально выпила из нее все соки.

– А скажи мне, – обратилась она к Антипке, который продолжал стоять в коридоре и задумчиво посматривать на нее, – ты можешь вообще убрать все, что связано с работой моего дядюшки, куда-нибудь так, чтобы я этого не видела в принципе? Не хочу я больше ни спотыкаться о хвосты русалок, ни смотреть в чьи-то глаза, замоченные в формалине. Если у него здесь остались какие-то безобидные артефакты, для изготовления которых не нужны части тела живых существ, я готова заняться их продажей. Но от всего остального избавь меня, прошу.

– Прям просишь? – деловито уточнил Антипка, довольно потирая ладони.

Эля замерла, чувствуя подвох. Появилось ощущение, что она заключает какую-то сделку с домовым.

– Прям прошу, – кивнула она спустя несколько минут размышлений.

Самой разбирать это все ей абсолютно не хотелось. Так пускай этим Антипка занимается. Как поняла Эля, у него была сила магическая, да не простая.

– А взамен сделаешь, что скажу? – спросил домовой, смотря на нее черными глазами-бусинами.

Отчего-то только сейчас Эля заметила, что у него совершенно нет белков. На мгновение ей сделалось жутко.

– Смотря что скажешь, – не купилась она.

– Если вздумаешь уходить отсюда – возьми меня с собой.

Эля облегченно вздохнула. Всего лишь! Лишиться единственного источника информации в ее планы точно не входило. А потому она кивнула:

– Если расскажешь как перенести с места на место – обязательно возьму.

– Вот и ладушки, – довольно улыбнулся Антипка и громко хлопнул в ладоши. – Иди отдыхай, хозяйка. Я здесь все сделаю.

Глава 6.

Проснулась Эля от того, что солнце светило прямо в глаза. А ведь специально когда ложилась закрыла наглухо занавески! Так поди ж ты, один упрямый лучик все равно как-то пробился.

Вздохнув, Эля откинула одеяло, машинально отмечая, что надо бы найти таз, порошок – или что у них тут есть – и постирать белье. Заодно найти запасной комплект. Уж это-то должно было быть у лавочника.

Еще не помешало бы узнать, есть ли у нее деньги. В памяти тела не осталось такой информации, либо же она пока была не доступна Эле. Девушка вздохнула: было бы неплохо найти ее дневник. В самый первый раз, когда воспоминания настоящей Эллейны пришли к ней, Эля видела, как та что-то пишет в маленькую тетрадочку, а потом прячет в укромный уголок от чужих глаз. Это самое место ей предстояло отыскать. Одно Эля могла знать точно – находилось оно явно не на кухне.

Таз нашелся в ванной комнате: он был не очень большим и скорее всего предназначался для умывания, но Эля обрадованно отставила его ближе к двери. В маленькой тумбе возле стены она обнаружила небольшой обмылок. Не абы какие запасы, конечно, но все помалу начинали. Уж хоть что-то, и на том, как говорится, спасибо. Может в других комнатах удастся найти другие полезные в хозяйстве вещи.

Ощущая боевой настрой, Эля быстро привела себя в порядок и вышла из комнаты.

– Неужто проснулась, хозяйка? – услышала она голос Антипки, с опаской открывая дверь на кухню.

– А что такое? – удивилась она и с замиранием сердца посмотрела на потолок.

Чучела паука не было: домовой сдержал слово и убрал это страшилище. Куда именно он его дел еще предстояло узнать, но Эля хотела надеяться, что больше она эту штуку не увидит.

– Почти два оборота проспала, – ответил Антипка, появляясь из-за пустого стеллажа.

Эля помнила, что там стояли подозрительного вида банки, теперь же на полках остались только круги пыли.

– Оборота? – переспросила она, нахмурившись.

Что-то похожее она читала в одной из книг в своем мире. Или там было про другое?

– Солнечные обороты, когда ночь сменяет день, а после день сменяет ночь, – терпеливо объяснил домовой, качая головой. – Ты и это забыть умудрилась? Вот ведь непутевая…

– Нормальная я, – обиделась Эля. – Просто тяжело восстанавливаться, когда едва не умерла.

– Ладно, не серчай, – миролюбиво сказал Антипка. – Я тут тебе еще кое какие запасы раздобыл.

Он показал рукой на стол. Эля прошла вперед, с интересом заглянула в холщовый мешочек. Внутри была крупная соль. Рядом стоял другой мешок, уже побольше. Развязав завязки, она увидела, что там мука. Не такая белая и хорошо просеянная, как та, что была у нее: более серая, с мелкими вкраплениями зерен. Цельнозерновая – вспомнила Эля. И хорошо, это куда полезнее. Найти где воды набрать питьевой, и можно будет постные лепешки сделать. Помимо соли и муки домовой нашел где-то банку меда. Эля никогда не была сладкоежкой, но, вспоминая историю, была и этому рада: кто знает, может здесь ничего сладкого больше и нет. Или, по крайней мере, не по карману простым людям вроде нее.

Еще на краю стола стояли небольшие глиняные горшочки с крышками. Осторожно приоткрыв крышку, Эля принюхалась. От сосудов дядюшки Ларсона можно было ожидать чего угодно. Но из горшка пахло отнюдь не формалином, которого так боялась Эля, а самым обычным огуречным рассолом.

– А мясо дядюшка не заготавливал? – задумчиво спросила Эля, думая, что из всего этого можно приготовить.

По-хорошему выходило, что можно было снова пожарить картошки, к которой очень неплохо подойдут малосольные огурчики. А там и лепешки сделать неплохо бы.

– Что-то не припоминаю, – покачал головой Антипка. – Если только рыба вяленая, но она в подвале была. Там, где чучело паука теперь хранится.

– Я туда не пойду, – поспешно ответила Эля.

Вот она и узнала, куда домовой его дел. Не сказать, что ей сильно хотелось проверять, что же такого мог хранить в подвале дядюшка Ларсон, но ревизию провести не помешало бы. Впрочем, теперь это уже неважно.

– А зря, – не согласился с ней Антипка. – Я видел там бочки, в которых хозяину старому рыбу привозили.

– Только рыбу? – отчего-то с подозрением уточнила Эля.

Девушке живо вспомнился русалий хвост. Откуда-то же он его взял? Так почему бы и не из бочки. Поежившись от собственных мыслей, Эля умоляюще посмотрела на Антипку.

– Сходи туда, пожалуйста, забери рыбу. А я тебя лепешкой с медом угощу.

Домовой задумчиво посмотрел на Элю. По выражению его глаз девушка поняла, что он-то как раз был сладкоежкой, а значит она попала прямо в точку.

– Умеешь ты уговаривать, хозяйка, – вздохнул Антипка и буквально растворился в воздухе.

Эля хлопнула глазами от удивления. Интересно, так только домовые умеют или она тоже может? Такой навык кажется весьма полезным. Хотя если говорить о суперспособностях, Эля предпочла бы иметь что-то вроде шкатулки желаний. Захотела яблочко – вот оно, в коробочке, доставай да ешь. Захотела платье красивое купить – вот монетка, забирай. А тут это найди, то сыщи. И все в незнакомом доме.

Эля вздохнула. Как-то долго Антипка не возвращался: неужто заложил в подвале все так, что и не найти теперь нужного? Промаявшись от безделья еще несколько минут, девушка решила заняться готовкой. Живот неприятно тянуло от голода, а Эля все откладывала момент, когда надо будет зажигать печь. В прошлый раз она сделала это случайно, но следовало понять – как это произошло? Чисто для того, чтобы можно было повторить вновь. Кто знает, может в этом их новом мире обычных дровяных печей и вовсе в обиходе нет?

Эля осторожно подошла ближе к печке, осторожно положила ладони на узор, в который вчера впитались искры. Попыталась вспомнить ощущения, которые были тогда, но ничего не вышло. Как же она это сделала вообще? Нахмурившись, Эля закрыла глаза. Как там в книгах всегда писалось? Представить внутренний источник и черпать силу из него? Еще б понять, если он у нее вообще.

– И чего стоишь у нее, как статуя возле храма? – удивился вернувшийся Антипка.

– Не помню, как разжигать, – поморщилась Эля и вздохнула, убирая руки.

Она повернула голову, посмотрев на домового. Маленький человек держал в руках объемный сверток, из которого торчал копченый рыбий хвост.

– Спасибо, Антипка, – улыбнулась Эля. Она нагнулась, забирая у него рыбу, и положила ее на стол. – Расскажи, как разжечь печку?

– Руки на узор кладешь и представляешь, что внутри горит огонь, – пожал плечами Антипка. Мол, делов-то.

Эля вздохнула. Хорошо ему говорить.

Решив попробовать снова, она коснулась ладонями нарисованных лепестков необычного цветка, девушка представила, как внутри печи горит ровный огонь, на котором можно приготовить еду. Через несколько ударов сердца, гулко отдававших в виски – Эля очень волновалась, что ничего не получится – она услышала, что внутри зашумело. Заглянув в щель между кирпичной кладкой и чугунной дверцей заметила оранжевые всполохи пламени. Эля радостно захлопала в ладоши: она смогла это сделать!

Глава 7.

Лепешки удались на славу: хоть и делала их Эля из обычной воды и муки, а все равно вышли красивые, румяные. Положив на найденную в шкафу тарелки – себе и Антипке, – она аккуратно налила в пиалу мед. Возможно, стоило положить его сразу в тесто, но Эля решила пока не рисковать. Не совсем понятно было, какая здесь мука, как выставить температурный режим в печи, чтобы ничего не пригорело. Домовой и вовсе сказал, что жарить можно и без сковородки – просто выдвинув наружу один из железных проивней. Но Эля сделала как привыкла. Раньше они с мужем делали галеты вместе: это был хороший перекус в дороге, особенно, если планировали забраться куда-то далеко, где до любого жилья больше суток пути, а о магазинах можно было только мечтать. Вздохнув, Эля тяжело опустилась на стул. Интересно, как там Сережа?

Домовой аккуратно отламывал кусочек лепешки, макал ее в мед, а потом закидывал в рот, блаженно жмурясь при этом от удовольствия.

– Хороши, ох, хороши, – приговаривал он, а Эля улыбнулась кончиками губ. Муж так же говорил.

– Чего пригорюнилась, девица? – спросил Антипка.

– Да вспомнила кое-то, – уклончиво ответила она, не зная насколько может доверять магическому существу из другого мира. И может ли вообще?

Отчего-то только сейчас Эля задумалась о том, какие интересы преследует Антипка. Что-то, видимо, мелькнуло в ее взгляде, потому что домовой вдруг замер, подобрался весь и настороженно спросил:

– Что смотришь так?

– Интересно стало, – задумчиво проговорила она, склонив голову к плечу, – а с чем ты дядюшке моему помогал?

– Да много с чем, – пожал плечами Антипка, не понимая, к чему она клонит.

– И какой деятельностью он тут занимался – тоже знаешь?

– А как же не знать-то? – вопросом на вопрос ответил он. – Я ж, считай, самый первый помощник его был. Больше никто не решался с ним работать.

– Почему? – Эля не смогла сдержать любопытство.

– Старый Ларс больно неуживчив был. Мало кто мог перенести его скверный характер и вечные придирки.

– А ты, значит, ангельским терпением обладаешь? – хмыкнула Эля.

– Нет, – усмехнулся в ответ Антипка. – У меня есть свои методы борьбы с подобными людьми.

И так сказал он это, с таким значением посмотрел на Элю, что у той по спине пробежал холодок. Не так прост был домовой, выходит. Не таким уж и добрым, как она считала. А значит о доверии не зря подумала: интуиция снова не подвела.

– А расскажи, чем дядюшка занимался? Какие обереги делал, кому сбывал, с кем работал.

Антипка хмыкнул, по-иному посмотрел на Элю.

– Вот теперь я прежнюю Эллейну узнаю. Племяшка старого Ларса тоже всюду нос совала, за что едва не поплатилась собственной жизнью.

Эля вздрогнула. Что он имел в виду? Неужели прошлая хозяйка тела попала в беду из-за наследства дядюшки? И тогда ошибалась та странная женщина, которая лечил ее: не от любви Эллейна что-то сделать пыталась, а избавиться от нее хотели. И было еще кое-что. Что, если та женщина – и есть несостоявшаяся убийца, потому и не хотела, чтобы Эля видела ее лицо?

– Ты же и вовсе странная какая-то, – продолжил говорить Антипка. – Совсем на Эльку нашу не похожа, словно подменили. Ведешь себя странно, элементарных вещей не знаешь, ко мне вот иначе относишься. Не сказать, что я чем-то недоволен, – хмыкнул он. – Эллейна бы и в жизни ничем меня угощать не стала, а ты снизошла. Или просить о чем-то стала. Так скажи мне, – усмехнулся Антипка, – кто ты, откуда пришла и куда делась настоящая Эллейна?

Эля вздрогнула, опустила глаза. Она не знала, что сказать. Боялась, что существо, о котором в родном мире только сказки ходят – и не всегда положительные – не поймет ее. Или, что хуже, как-то сообщит властям. Эля ведь до сих пор не знала, где оказалась и какие нравы царят здесь.

От необходимости отвечать на вопрос Элю спас громкий стук в дверь. Она вздрогнула, испуганно посмотрев на Антипку.

– Интересно, кто это там пожаловал? – пробормотал домовой и исчез.

Эля шумно выдохнула, чувствуя, как дрожат руки. До чего же страшно было признаваться в том, что она – гостья из другого мира.

– Кажется у нас большие проблемы, – сообщил Антипка, бесшумно появившись в комнате. Эля подскочила, едва не опрокинув стул. – Точно как подменили, – покачал головой тот и вздохнул, качая головой.

– Что случилось? – тихо спросила Эля, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Она еще не успела обосноваться в новом месте, что само по себе было проблемой, а тут еще что-то?

– Как старый Ларс помер, его делами заинтересовался Магпотребнадзор. Раньше никто бы и тронуть его не рискнул, потому как услугами пользовались, в том числе, в Департаменте, а теперь, видать, решили к рукам прибрать все то, что он после себя оставил, – он замолчал, начав ходить взад-вперед по узкому проходу между столом и буфетом.

Эля смотрела за его метаниями со смешанными чувствами: может и хорошо, что не успела корни тут пустить и хоть как-то обжиться? Так ведь проще будет с места сниматься и бежать, случись какая-то беда. Отчего-то в том, что она грядет, Эля была уверена. Мир может и был другим, а истории, когда после смерти владельца на его добро начинают покушаться все, кому не лень, она слышала и у себя. Вряд ли здешние люди как-то отличаются от тех, с которыми Эля сталкивалась на протяжении своей жизни.

– Но ничего, – продолжил бормотать домовой, – я и на них управу найду, – он посмотрел на девушку и по-своему истолковал ее задумчивый взгляд. – Не бойся, Элька. Не пропадем!

Глава 8.

Слова Антипки как ни странно не успокоили, а скорее наоборот. Если уж домовой так переживает, которого, как уже успела понять Эля, мало что пронять может, значит дело и правда керосином пахнет. А значит, нужно подготовиться.

Вернувшись в комнату, где она провела первые дни своего появления в новом мире, Эля решила провести ревизию. Сперва она проверила содержимое тумбочки: внутри оказалась старая пожелтевшая газета, красный карандаш и стопка каких-то писем. Первым делом Эля проверила карандаш, который писал так же, как в ее мире. Это было хорошо. После этого она развернула газету и попыталась прочитать то, что в ней напечатано. Не сразу, но непонятные буквы-закорючки стали складываться в слоги, а затем и в слова. Эля, не сдержавшись, издала радостный вопль и допольно потерла ладони. Читать она может – одной проблемой меньше, значит.

В последнюю очередь она достала стопку писем, однако посмотреть Эля успела только одну. И это была долговая расписка на имя Ларсона Оксенфорта, владельца лавки артефактов на улице Мастерковой в городе Имерит. Дядюшка Эллейны был должен некоему Андерсону фон дер Мушеру круглую сумму, которую обязался выплатить в течение двух месяцев. В противном случае лавка отходила в единоличное пользование этого Андерсона. Внизу документа стояли подписи и была приписана дата. И ниже стояла какая-то печать. Заподозрив неладное, Эля вылетела из комнаты и стремглав помчалась на кухню, где оставался Антипка.

Домового нигде не было, и Эля выглянула в коридор.

– Антипка, где ты? – позвала его Эля.

– Чего тебе? – мрачно спросил тот, появляясь внезапно, словно черт из табакерки.

– Вопрос к тебе есть, – не обратила внимания Эля на его тон. – Какое сегодня число?

– Двадцать первое число месяца плодовника, год восемьсот девяносто первый после Великого разлома, – ответил Антипка, а потом спросил. – А тебе зачем?

– Я расписку нашла на имя дядюшки Ларсона. Смотри.

Эля протянула письмо домовому, но тот покачал головой.

– Скажи мне просто, что там написано. Я так не пойму.

Эля молча кивнула, а потом вздохнула:

– Там долговая расписка. Дядюшка занял крупную сумму у некого Андерсона фон дер Мушера. Здесь не написано для чего, только то, что если он не выплатит долг, то лавка со всем имуществом переходит к этому Андерсону. И ты знаешь, что это за печать?

Эля протянула письмо Антипке. Тот нахмурил кустистые брови, а потом охнул, схватившись за голову.

– Это же печать Магпотребнадзора! Как он мог заложить этим пройдохам все, что мы нажили непосильным трудом?!

– Ты на дату посмотри, – прервала его возмущение Эля. – Там написано, что вернуть всю сумму необходимо в течение двух месяцев. Подписано двадцатого липника. Это сколько уже прошло?

– Ровно два месяца и один день сверху, – простонал Антипка и заметался взад-вперед. – Мне старик не говорил ничего об этом. Я не знаю, выплатил ли он долг! Но если нет, тогда все сходится. И инспектор сейчас приходил именно за этим!

– То есть, совсем скоро нас отсюда выселят? – деловито уточнила Эля.

Ее мало волновали терзания домового, уже оплакивавшего все, что было накоплено за годы жизни в этом доме. А вот оказаться на улице без каких-либо вещей она не хотела совершенно.

– Думаю, нам следует собрать все самое необходимое, – сказала Эля, не дождавшись какого-то внятного ответа от Антипки. – И быть готовыми в любой момент покинуть это место.

– Но как же…, – беспомощно развел руками домовой, осматриваясь по сторонам. – Как же это все?

– Я не знаю, что имел в виду дядюшка, когда писал фразу “лавка со всем имуществом”. Ты привязан к ней? Я? Что, если мы оба в эту категорию входим? – спросила Эля, внутренне содрогаясь.

Она не знала в каких отношениях были Ларсон и Эллейна. Из того, что ей показала память девушки, можно было сделать вывод, что относились они друг к другу достаточно прохладно, без особой любви. Как же плохо, что больше ничего о ее прошлом не удалось узнать. Если бы она только смогла найти дневник…

– Думаю, мне следует собрать вещи, – сообщила она Антипке и развернулась, чтобы уйти, как ее сразу же остановил домовой.

– Эллейна, – окликнул он ее непривычным именем. – Ты же помнишь наш уговор?

Домовой говорил напряженно, будто ожидая отказа. Эля замерла, посмотрела на него настороженно, не зная, что на самом деле от него ждать. Антипка мог бы помочь ей освоиться в новых для нее условиях, но в то же время он задавал слишком много вопросов, ответить на которые она пока была не готова. И это очень сильно напрягало Элю.

– Условия изменились, Антипка, – ответила Эля, покачав головой. Домовой замер, ожидая продолжения. – И есть у меня определенные подозрения, что о чем-то подобном ты знал с самого начала. Иначе с чего бы потребовал от меня такое обещание взамен на просьбу убрать какое-то чучело? Какой-то неравноценный обмен, учитывая, что для тебя это заняло считанные минуты.

– К чему ты клонишь? – нахмурился Антипка.

– К тому, что мне нужны ответы на все мои вопросы, – прямо сказала Эля, смотря в черные глаза домового. В этот раз они ее не пугали: девушка чувствовала внутреннюю силу, которая взялась неизвестно откуда, но явно не собиралась ее покидать. Не ей ли обладала та самая Эллейна, с которой домовой опасался связываться? – Взамен на это я, если мне придется покинуть этот дом, возьму тебя с собой. Если объяснишь, как это сделать, конечно.

– Есть вещи, на которые я не смогу тебе ответить, – выдохнул домовой и замотал головой. – Старик Ларсон брал с меня магическое слово.

– Значит предупредишь об этом честно, без увиливаний, – отрезала Эля. – Так что? Идет?

Антипка сверлил ее взглядом, не торопясь отвечать, а потом все же проскрипел, не скрывая своего недовольства:

– Идет.

– Слово магическое дай, – ухватилась за его рассказ Эля, и домовой недовольно притопнул ногой.

– Снова Эллейну вижу. А уж обрадоваться успел, что сгинула.

– Что, прости? – переспросила Эля, поднимая брови. Это он серьезно сейчас? На его помощь она вынуждена рассчитывать? На того, кто прямо, глядя ей в глаза, говорит, что рад был, что Эллейна умерла? – Слово давай или на глаза мне больше не попадайся, – недовольно проговорила Эля, уперев руки в бока.

Она сверлила домового ответным взглядом и уже жалела, что вообще с ним разговаривать стала. Что ж она, сама бы во всем не разобралась? Да, потребовалось бы чуть больше времени, но сдюжила бы как-то. Не впервой в чем-то новом и непонятном разбираться.

Глава 9.

Магическую клятву домовой все-таки дал. Сделал он это с явной неохотой: сперва молчал и неодобрительно смотрел на Элю, но та была непреклонна. Ей нужна была информация!

– Скажи, мы можем как-то выяснить, выплатил ли дядюшка долг? – перво-наперво решила выяснить Эля.

От этого зависело время, которое у них есть в запасе. Девушка отчего-то сомневалась, что раз положив взгляд на лакомый кусочек в виде преуспевающей лавки артефактора, кто-то откажется прибрать его к рукам после смерти владельца. В том, что дядюшка Эллейны был не самым бедным человеком, можно было убедиться, просто посмотрев по сторонам. Все эти ингредиенты – как поняла Эля, здесь было весьма редкими – стоили хороших денег, и у нее даже возникла мысль попробовать продать их. Но, решив, что не хочет слишком уж этим заморачиваться, она отказалась от этой идеи. Тем более, если уж придется бежать, то лучше налегке.

– Можно навестить ростовщика, – задумчиво ответил Антипка, потирая окладистую бороду. Домовой снова сидел на высоком стуле и то и дело недовольно поглядывал на Элю. Девушка не обращала на его взгляды никакого внимания: ее разум был занят другой, более важной, проблемой. – Но вряд ли он станет разговаривать с тобой о таких вещах. Как-никак, это был договор, скрепленный печатью.

– И что? – не поняла Эля. – Их договоренность перестала быть тайной после смерти дядюшки и оглашения его завещания мне. В конце концов, все его долги теперь перешли ко мне! И я имею полное право выяснить, какие еще неприятности Ларсон мне оставил в наследство вместе со своей лавкой.

– А что в других письмах? – спросил Антипка.

Эля, не сдержавшись, хлопнула себя по лбу. Как она могла о них забыть?

Остальные бумаги не представляли никакого интереса – обычная переписка с клиентами, на которые Эля насмотрелась за годы своей работы в прошлой уже жизни. Много лет она работала в продажах офис-менеджером, обрабатывая приходящие по электронной почте заявки. И содержимое этих писем было схожим. Лишь последняя бумага привлекла внимание Эли. Девушка нахмурилась, пробегая глазами по ровным строчкам.

– Что там такое? – с подозрением спросил Антипка, видя по ее лицу, что она снова нашла что-то не очень хорошее.

– Уведомление о необходимости продлить разрешение на производство. Он истек за неделю до болезни дядюшки. Он, видимо, не успел дойти до Управления, чтобы продлить, – пробормотала Эля, и вскинула голову, поняв, что с ее губ сорвалось название, о котором она сама ничего не знала.

– Старик говорил, что Управление больше не занимается производством, – покачал головой Антипка, отвечая на невысказанный вопрос. Он задумчиво теребил в руках какой-то корешок, не смотря на Элю. – Теперь всеми этими делами, как я слышал, заведует Департамент по контролю за магическими предметами. А значит нужно подавать прошение туда.

– И пока не выдадут разрешение, мы не сможем открыть лавку? – понятливо спросила Эля.

– Да. Даже сбыть продукцию не получится, потому что производство артефактов в таком случае считается нелегальной, – кивнул домовой.

Эля невольно с уважением посмотрела на него. Девушка была готова поспорить, что в ее мире из него вышел бы первоклассный консультант в сфере, близкой к юридической. Мысленно похвалив себя за предусмотрительность, из-за которой она стребовала с Антипки магическую клятву, Эля со вздохом отложила последнее письмо на стол.

– Что будем делать? – спросила она домового. – Думаю, сперва надо выяснить про долги дядюшки. Потом подать заявление в этот Департамент по магическим предметам, или как его там. И на все-про-все у нас сколько дней? Пара-тройка?

Антипка прислушался к чему-то и медленно покачал головой.

– У нас есть чуть больше суток.

Немного подумав, Эля все же решилась на вылазку в город. Выходить за пределы казавшегося безопасным местом дома было страшно, но Эля рассудила, что остаться на улице будет хуже. Тем более, что сейчас, как она поняла из объяснения Антипки, на дворе стоял август. Времени пройдет всего ничего прежде, чем на землю опустится снег. Лучше это время года пережидать сытой и в теплом доме: Эля прекрасно помнила, как бывает по-другому.

В прошлой жизни у Эли не было никого, кроме старенькой бабушки. Она умерла, когда ей было шестнадцать, и девочку отдали в приют. Два года в этом месте закалили характер Эли, показав, что если сдаться, тебя точно задавят. Девушка же хотела для себя исключительно счастья и, может быть, немного любви и заботы. Но очень скоро оказалось, что на отношения с противоположным полом у нее совершенно нет времени. Оставшаяся в наследство квартира бабушки требовала серьезного ремонта, а даже не вкусная овсянка, которую постоянно давали в приюте, тоже стоит денег. Так Эле пришлось срочно искать работу и хоть немного утеплять на зиму квартиру, чтобы не спать ночью в старой, поеденной молью, шубе. Тогда ей много раз казалось, что ситуация безвыходная, что ей никак не осилить все то, что упорно подкидывает жизнь. Но каждый раз, оглядываясь назад, Эля понимала: если она справилась тогда, получится и сейчас. И новый мир не был исключением.

– Хорошо, – кивнула Эля, убирая в найденную сумку долговую расписку и уведомление. Закинув через плечо лямку, она посмотрела на Антипку, – мне нужно узнать что-то еще прежде, чем я выйду из дома?

– Не задерживайся там, – покачал головой домовой. – Чует мое сердце, ничем хорошим это не обернётся.

Эля поражалась Антипке. Она вышла на улицу, закрыв за собой дверь, и покачала головой. То он был готов оставаться в доме несмотря ни на что, то вслух размышлял о том, что им лучше будет сбежать. Домовой настолько не хотел оказаться во власти этого Андерсона? Эля хмыкнула и пошла вверх по улице.

Вся семья Эллейны проживала в небольшом городе недалеко от столицы. Эля была рада, что память девушки не исчезла окончательно, давая ей хоть какое-то понимание того, где она теперь живет и куда нужно идти. Оказалось, что лавка дядюшки Ларсона находилась почти в центре: это объясняло, почему было так много желающих прибрать ее к рукам.

Дом ростовщика Эля нашла очень быстро: прежняя Эллейна, видимо, часто здесь бывала. Эля чувствовала, что может отыскать дорогу даже с закрытыми глазами. Из-за этого напрашивались определенные выводы о благосостоянии не только дядюшки Ларсона, но и самой Эллейны, а теперь уже и Эли, занявшей ее место. Неужели помимо найденной долговой расписки есть еще что-то? Эля почувствовала, как от волнения сердце застучало быстрее, отдавая пульсацией в висках. Оплачивать чужие долги она не хотела совершенно.

Добравшись до нужного дома, Эля замерла возле двери с табличкой. Ростовщик Фернандо де Корхан, указанный в долговой расписке, по воспоминаниям Эллейны, жил здесь, но на табличке было совсем другое имя. Не успела Эля поднять руку, чтобы постучать, как дверь открылась. От неожиданности она вздрогнула и замерла, за что едва не поплатилась: вышедший из дома мужчина едва не сбил ее с ног.

– Пошла прочь, – прошипел он, отталкивая Элю с дороги.

Она отшатнулась, больно ударяясь плечом о каменную стену.

– Вот гад, – охнула Эля, потирая ушибленное место.

Желание о чем-то разговаривать с ростовщиком мгновенно пропало. Но выбора не было. Даже если сам ростовщик, который присутствовал при договоре между дядюшкой Ларсоном и неким Андерсоном фон дер Мушером, в этот момент отсутствовал. Новый владелец конторы уж точно должен был знать о делах предыдущего коллеги. По крайней мере Эля очень на это надеялась.

Глава 10.

Ростовщик оказался тучным мужчиной не самой приятной наружности. У Эли сразу возникли ассоциации определенного рода. Она осторожно прошла в услужливо открытую хозяином дома дверь и с подозрением проследила, как он ее закрывает. Девушка уже сомневалась, что пойти сюда одной было хорошей идеей. Но Антипка наотрез отказался покидать лавку, аргументируя тем, что в его отсутствие кто-то мог втихаря завладеть всем имуществом. И так убедительно он это говорил, с таким пылом и огнем в глазах, что Эля невольно поверила. Только потом, оказавшись наедине со страшным ростовщиком, она поняла: домовой лукавил. Но вот в чем была причина? Он знал о том, что прежний ростовщик куда-то делся? Или все было куда проще и банальнее, и хозяйственный дух попросту не мог покинуть места, к которому был привязан? Если это так, то почему нельзя было сказать правду? Не хотел показывать Эле свою слабость? Так она о ней и так рано или поздно бы узнала. А так получается, что ситуация, казалось бы, серьезная до крайности, а доверия между партнерами, которыми они, якобы, являлись.

Эля вздохнула. Вот бы узнать, были ли у Эллейны какие-то подруги. По тому, что девушку никто за несколько дней так и не проведал, можно было сделать выводов, что та осталась совершенно одна после смерти дяди. Эля попыталась выудить из памяти предыдущей хозяйки тела хоть какую-то информацию о ее семье и друзьях, но виски прострелила боль. Она поморщилась, коснувшись пальцами головы, пытаясь так унять неприятные ощущения. Однако получалось плохо.

– Вам нехорошо? – услышала она участливый голос ростовщика и испуганно вздрогнула.

Подняв взгляд на мужчину, Эля заметила, что он подошел ближе и стоял на расстоянии вытянутой руки.

– Вам лучше бы присесть, – заметил он, неодобрительно качая головой. – Пройдемте в мой кабинет.

Эля вздохнула и послушно поплелась следом за мужчиной, чувствуя усталость. Вместе они поднялись на второй этаж. Ростовщик снова открыл перед Элей дверь, пропуская вперед, а потом закрыл ее за собой. На мгновение девушка подумала, что он повернет висящий в замочной скважине ключ, но тот повернулся к ней и улыбнулся щербатой улыбкой. Указав Эле на стоящий напротив рабочего стола стул, он отошел к буфету и загремел посудой. Эля подозрительно смотрела на его широкую спину, обтянутую жилеткой, и думала. Как выбираться отсюда, если что-то пойдет не так? Этому человеку она не доверяла совершенно.

Ростовщик тем временем повернулся к ней и протянул ей стакан с прозрачной жидкостью. Верно истолковав ее взгляд, он тяжело вздохнул и произнес:

– Там обычная вода.

Когда Эля приняла из его рук стакан, тихо буркнув слова благодарности, он снова вздохнул и уселся в свое кресло. Сложив пальцы домиком, ростовщик с интересом посмотрел на нее. Эля неловко сделала глоток воды и опустила стакан, сжимая его в ладонях.

– Что привело столь юную лиру ко мне? – спросил он.

Эля вздохнула, достала из сумочки долговую расписку и протянула ее мужчине.

– Раньше в этом дом был другой ростовщик, Фернандо де Корхан. Он заверил этот документ, и я хотела бы узнать, успел ли дядюшка выплатить долг до своей кончины.

– Хорошо, давайте посмотрим, – кивнул ростовщик и неожиданно для Эли надел очки.

Девушка напряженно ждала, пока он дочитает, а потом проследила за тем, как мужчина поднялся и прошел к незамеченному Элей стеллажу. Выбрав несколько папок, ростовщик перенес их на стол и принялся просматривать.

Прошло изрядное количество времени прежде, чем он поднял голову от бумаг и посмотрел на Элю. Девушка замерла в нетерпении, понимая, что вот-вот решится их с Антипкой будущее. Но ничего сказать ростовщик не успел: дверь кабинета с грохотом открылась, явив разъяренную женщину в алом платье.

– Вы!… – выдохнула женщина, сверкая горящими от ярости глазами. – Вы испортили репутацию моей семьи! Знаете, что мой супруг за это с вами сделает?!

– Успокойтесь, лирана, – успокаивающе произнес ростовщик, вставая из-за стола.

– Я спокойна! – взвизгнула она. – А вы еще пожалеете о той писульке, что настрочили вчера!

– Лирана, мне очень жаль, что ваши расходы превышают доходы, но в данном случае, я вам не могу помочь совершенно. Дело вашего супруга признано банкротом, и наша организация отказывает ему в ссуде.

– Да как вы смеете?! – возмутилась она. – Да, в последнее время нам не везло, но это вы натравили на нас проверку!

– Я дела веду честно, – невозмутимо ответил ростовщик и пошел к женщине.

Из-за высокого роста и тучного телосложения мужчина казался скалой, что медленно приближается к тебе. Эля поняла, что гостья ощутила себя так же. Она затравленно и зло посмотрела на него и отступила на полшага.

– Лирана, если у вашего супруга есть ко мне какие-то вопросы, я его жду здесь, – вкрадчиво заметил ростовщик, продолжая теснить женщину к двери.

– Вы еще пожалеете о том, что сделали! Я вам это гарантирую! – взвизгнула она и вышла, громко хлопнув дверью.

Ростовщик тяжело вздохнул, покачав головой, и бросил извиняющийся взгляд на Элю:

– Прошу прощения за этот инцидент. Давайте вернемся к теме нашего разговора.

Эля молча кивнула, поражаясь наглости некоторых людей. Такие ей встречались и в ее прежней жизни, иногда на работу приходили, кричали на весь этаж требуя какой-то компенсации, при том, что во время подписания договора или болтали с кем-то, и слушали вполуха, когда менеджер про условия им рассказывал. А потом, если вдруг что-то шло не так у них, прибегали в офис и обвиняли всех подряд. Эля всегда недоумевала: вы ж расписались сами под всеми условиями, что теперь кричать? Впрочем, пользовательские соглашения на всевозможных сайтах она сама редко когда читала.

– Как я вижу из бумаг, – заговорил тем временем ростовщик, вырывая девушку из воспоминаний, – ваш достопочтенный дядюшка выплатил весь долг до конца за неделю до своей кончины, – Эля выдохнула и улыбнулась, не скрывая своего облегчения и радости. Ростовщик, коротко посмотрев на нее, покачал головой. – Постойте радоваться. За Ларсоном Оксенфортом значится еще три долга, и никаких расписок от банка о погашении я не вижу. Конечно, можно сделать запрос, но я бы предполагал худшее, лирана Эллейна, – с сожалением добавил он.

– У вас есть копии этих расписок? – дрогнувшим голосом спросила она. Вся радость испарилась мгновенно, сердце застучало быстрее, кровь ударила в виски, отдаваясь болью. Неужели ей все-таки придется уехать куда-то в неизвестность?

– Есть, – кивнул ростовщик. Он вынул из папки три пожелтевших от времени листа и протянул их Эле.

Она взяла их дрожащими пальцами. Строчки расплывались перед глазами, и Эля была вынуждена положить документы себе на колени. Из памяти Эллейны она выудила знание о местной валюте: в сумме долг был не таким уж и большим, но заем выдан аж год назад. Неужели дядюшка забыл об этом?

– Этим распискам год, – Эля посмотрела на ростовщика. – И срок их давно истек. Разве может быть такое, чтобы за долгом никто не приходил?

– Я не знаю, в каких отношениях был ваш дядюшка с моим предшественником, – развел руками тот. – Я же предпочитаю вести дела честно, без обмана. А значит, мы с вами сделаем запрос в банк, и, если долг подтвердится, вам надлежит его погасить. Либо имущество вашего дядюшки будет выставлено на аукцион, чтобы погасить стоимость залога и накопившиеся пени.

Эля поежилась. Она всегда старалась следить за исполнением обязательств, чтобы не было штрафов. Здесь же все так запущено… И почему именно ей приходится теперь это все расхлебывать?

Глава 11.

Выйдя от ростовщика, Эля подавила желание вернуться домой. Девушке очень хотелось спрятаться от проблем, в надежде что они как-то сами собой решатся. Но она прекрасно понимала, что ничего не изменится, если она просто будет сидеть. Поэтому она вздохнула и пошла к зданию Магпотребнадзора. По пути размышляла: дядюшка действительно мог быть в хороших отношениях с ростовщиком, и тот прощал ему если не долги, то истекшие сроки, отправляя в банк неверные данные. Но что, если было все совсем наоборот? Что, если он закрыл все расписки давным давно, а ростовщик присвоил деньги себе, не став отчитываться перед банком? Эля очень хотела поговорить с прошлым ростовщиком, но никто не знал, куда он уехал. В этом городе у него не было ни родни, ни друзей. И примерно после смерти ее дядюшки он обратился в банк с просьбой найти нового служащего вместо него, собрал все вещи, оставив папки с документами, и уехал в неизвестном направлении. Конечно, можно было бы поспрашивать стражников у ворот города, но Эля сомневалась, что ей стоит искать ростовщика. Чем он ей сейчас поможет? Да ничем. У нее время идет, каждый час важен. Поиски лишь потратят его впустую.

Здание Магпотребнадзора находилось на другом конце города. Идти пришлось долго, под конец Эля даже немного заплутала: Эллейна не знала этих улиц, пришлось спрашивать у прохожих. Они отчего-то смотрели на Элю с сочувствием, кто-то даже злорадствовал.

– Вот вас, магов, за одно место взяли, а? Отчитываться перед кем-то приходится. Так и надо вам! – проскрипел седой дед Эле вслед, и девушка только вздохнула.

Наконец, нужное здание оказалось прямо перед ней. Оно словно выросло из-за домов, всем своим видом давая понять каждому пришедшему: вам здесь не рады. Серый камень, темные окна, подозрительно знакомая табличка на синем фоне – все это вызывало у Эли определенного рода воспоминания. Не самые приятные, мягко говоря. Вздохнув, она поднялась по ступенькам и потянула на себя дверь. Оказавшись внутри, Эля поднялась по ступенькам и уперлась в широкий холл. Вокруг никого не было, на стенах отсутствовали указатели, и девушка озадаченно замерла.

– Ну, что встала? – в спину уперлось что-то острое и пропало.

Эля ойкнула, оборачиваясь, и увидела перед собой скрюченную старушку с вытянутым узловатым пальцем, которым она ее, видимо, и ткнула.

– Не знаю, куда идти дальше, – нехотя призналась Эля.

Она искренне надеялась, что это такая же посетительница, а не работница организации.

– Так а что пришла, раз не знаешь? – проворчала старуха, развернулась и ушла в один из коридоров, оставив Элю в полнейшем недоумение.

Что это было?

Побродив немного взад-вперед, Эля решила пойти наугад. Но в одном из коридоров ее ждало разочарование: на дверях кабинетов, которых было огромное количество, отсутствовали какие либо опознавательные знаки. Вздохнув, Эля вернулась в холл и проверила второй коридор, который оказался точно таким же. Звук ее шагов гулко отдавался от высоких стен и потолков, и девушка надеялась, что кто-то из служащих не выдержит и решит проверить, кто там ходит. Примерно так и получилось. Когда Эля вернулась в холл, ближайшая дверь открылась, и она увидела мужчину лет сорока в синей с красным форме.

– Вам чем-нибудь помочь? – спросил он.

Эля обрадованно кивнула. Наконец-то хоть кто-то!

– Да. Мне нужно продлить лицензию на производство и продажу магических изделий.

Мужчина нахмурился и кивнул Эле на выход.

– Вам нужен талон, его выдают в первом окне. Обойдите здание с торца и зайдите в синюю с красным дверь. Затем поднимаетесь на второй этаж, пройдете прямо по коридору и повернете налево. Там будет три окошка, вам нужно первое справа. Если сами не сообразите, спросите кого-то еще. В это время обычно многолюдно.

Эля невольно обвела взглядом холл. Многолюдно?

– Сюда мало кто доходит, – пожал плечами он, заметив ее взгляд. – Обычно все вопросы решаются или вызовом инспектора, или в отделе работы с населением. А это как раз в первом окне и дальше. Ну, вас направят и все объяснят.

Эля испытывала стойкое чувство дежавю. Где-то она это все уже видела.

– Хорошо, спасибо вам за помощь, – кивнула Эля.

Кажется, просто не будет.

– Доброго вам дня, – попрощался мужчина и вернулся в кабинет.

Эля услышала, как щелкнул замок, и вздохнула. Что-то подсказывало девушке, что здесь она застряла надолго. Как бы закончить с этим до темноты?… Выйдя на улицу, Эля задумчиво посмотрела на алеющее небо. Возвращаться в сумерках не хотелось, но она все же решила пройти к нужному окошку и взять талон.

Она обошла здание и замерла. Со стороны двора было три двери: две синие с красным, одна черная. Эля нахмурилась. Происходящее напоминало какой-то дурацкий квест. Желание развернуться и уйти домой только усилилось, но, переборов его, она подошла к одной из дверей и дернула ручку. Оказалось закрыто. Тогда Эля попробовала другую. Та открылась, но лестница вела не наверх, а вниз.

– Ерунда какая-то, – пробормотала девушка, вспоминая маршрут, который ей описывал тот мужчина.

– И чего встала здесь? – услышала она недовольный голос сзади, показавшийся знакомым.

Обернувшись, Эля увидела старушку, которая совершенно невежливо ткнула ее пальцем в холле. Хорошо хоть тут не стала, а то б полетела вниз от неожиданности.

– Мне первое окно нужно, – сказала Эля ей. – Сказали, что нужна синяя с красным дверь.

– В подвале окон нет, – хмыкнула та. – И тебе вон та дверь нужна. Но они уже закрылись. Сегодня до обеда работают. Приходи завтра.

– А завтра до какого часа работают? – нахмурилась Эля.

– С восьми утра и до пяти. Приходить лучше пораньше, – посоветовала женщина. – Тут очередь еще до открытия собирается.

– А сейчас никого, – тихо пробормотала Эля.

– Потому что работают до обеда, – пожала плечами та. – Ты иди домой, девочка, охране надо калитку закрыть. Да и тебе по темноте лучше не ходить. Это инспектора всякие могут по ночам шариться где угодно, с ними никто связываться лишний раз не хочет.

– Хорошо, – устало кивнула Эля и вымученно улыбнулась. – Спасибо вам.

– Да было бы за что, – отмахнулась она от нее и, отодвинув с дороги, спустилась в подвал.

Эля тяжело вздохнула и побрела домой. Придется идти сюда еще раз.

Вернуться засветло она, очевидно, не успела. Идти по совершенно темным улицам, лишенным малейшего источника света, было неуютно и даже немного страшно. Эля то и дело оглядывалась по сторонам, ожидая, что в любой момент на нее кто-то может напасть. Пугаясь каждого шороха, она добралась до одной из центральных площадей, которая была освещена газовыми фонарями. Только оказавшись в круге света Эля смогла немного выдохнуть. Удивительно, но прежняя Эллейна прекрасно ориентировалась в ночном городе, словно не раз по нему ходила в такое время. Эля недоумевала: неужели та была настолько беспечной? Впрочем, ей это теперь только на руку. Если бы не память той девушки, она бы уже давно заблудилась.

– Не хорошо молодой девушке в такое время одной ходить, – услышала Эля совсем рядом чей-то голос и приглушенно вскрикнула.

Испуганно обернувшись, она увидела перед собой незнакомого мужчину в знакомой же сине-красной форме. Он шел за ней?

– Позвольте вас сопроводить? – предложил тем временем он.

Эля вскинула голову, чтобы посмотреть на него, и вздрогнула, узнав в нем своего мужа. Присмотревшись, она поняла, что это не Сережа, а просто очень-очень похожий на него мужчина – словно брат-близнец. Эля ощутила горечь: она бы хотела, чтобы Сережка был рядом с ней сейчас. Ей не хватало его.

– У вас такой взгляд, будто призрака увидели, – усмехнулся он, вырывая Элю из мыслей.

Она моргнула и отвела взгляд. Смотреть на него было выше ее сил.

– Так что? – нетерпеливо повторил он. Эля же все никак не могла прийти в себя от его поразительного сходства с мужем, оставшемся в другом мире. Интересно, как он там? Эля надеялась, что с ним все хорошо. – Право слово, неужто мне придется уговаривать вас?

Эля уловила в голосе незнакомца насмешку и вскинулась, сердито сверкая глазами:

– Благодарю покорно, я в состоянии найти дорогу сама.

– В этом я как раз-таки нисколько не сомневаюсь, – ухмыльнулся он. – Как и местные разбойники с радостью найдут вас. Я же предлагаю вам свое общество, чтобы избежать столь волнительной встречи. Соглашайтесь.

Мужчина весело сверкнул глазами. Эля повела плечом и хмыкнула:

– А заодно и удовлетворите свое эго, представ славным рыцарем, что помог прекрасной даме в беде?

– Не скрою, подобная мысль была, – кивнул он.

Эля с подозрением на него посмотрела. Уж не пьян ли он, что так веселится, разговаривая с ней?

– И что вы хотите взамен за помощь? – спросила она.

– А что прекрасная дама может предложить? – вопросом на вопрос ответил он.

Эля задумалась. В доме не было ничего, что можно было предложить гостю. Чай? Кофе? Постные лепешки с медом? Девушка вообще сомневалась, что стоило кого-то пускать на свою территорию. Ей вполне хватало домового Антипки, который тоже представлялся темной лошадкой и преследовал явно какие-то свои цели.

– Прекрасная дама может предложить свое общество во время этого путешествия, – улыбнулась Эля, опустив ресницы.

Мужчина расхохотался и кивнул:

– Принимается. Показывайте в какой стороне ваш дом.

Он подставил локоть, предлагая Эле опереться о него, но она покачала головой.

– Под руку с незнакомцами я не хожу, – непреклонно заметила.

– Хорошо, – с улыбкой кивнул тот. – Можете звать меня Адриан. Адриан Моррис.

– Эллейна, – улыбнулась в ответ Эля, подавив желание назвать свое имя. Впрочем, они ведь звучат очень похоже, правда? – Можно просто Эля.

– Вот и познакомились, – кивнул Адриан и подхватил ее руку, укладывая себе на локоть. – Идемте.

Глава 12.

Всю дорогу они разговаривали, и Эля чувствовала себя так, словно они знают друг друга всю жизнь. Это сбивало ее с толку, а еще от этого приятно щемило в груди: с Сережей было так же, когда они только-только познакомились. Но все изменилось, когда она показала на свой дом.

– Ты живешь в лавке Ларсона? – удивленно спросил он.

В свете от фонаря, который оказался совсем рядом с дверью, его лицо отчего-то стало похоже на маску. Мужчина явно был не в восторге от того, что узнал.

– Да, а что? – осторожно спросила Эля.

Девушка настороженно смотрела на него, не понимая, чем вызвана такая реакция. Неужели дядюшка успел кому-то насолить? Впрочем, если вспомнить все, что она успела увидеть в самой лавке, да еще эти долговые расписки… Что она вообще, в сущности, знала о прошлом владельце лавки? Память Эллейны подсказывала, что и ей мало что было известно о собственном дядюшке.

– Что же, думаю, мне пора, – не стал отвечать на вопрос Адриан и едва заметно поклонился девушке. – Доброй ночи, Эллейна.

Эля невольно вздрогнула: все это время он называл ее просто Эля. В чем же все-таки дело? Ей очень не хотелось заканчивать казавшийся прекрасным вечер вот так. Заметив, что мужчина поворачивается, чтобы уйти, она ухватила его за предплечье, останавливая.

– Я сделала что-то не так? – спросила она, попытавшись заглянуть ему в глаза.

– Все в порядке, – ответил он, пожав плечами, и едко добавил. – Не думал, что у старика нашлась наследница.

– Мой дядюшка вас чем-то обидел? – тихо вопросила Эля, отчаянно пытаясь понять, что же такое произошло.

Маг в ответ расхохотался и качнул головой.

– Нет, Эллейна. Ларсон Оксенфорт нарушил закон.

Сказав это, он сбросил ее ладонь со своей руки и ушел, даже не оглянувшись. Эля тяжело вздохнула и постучалась в дверь.

– Кого там принесло? – услышала она грозный голос, в котором с трудом узнала домового.

– Это я, Эллейна. Открывай, Антипка.

Створка приоткрылась, и она увидела маленького человечка, с подозрением смотрящего на нее снизу вверх.

– Явилась? – спросил недовольно. – А чего так долго ходила?

– Бюрократия, – проскрипела Эля, ладонью толкая дверь и входя внутрь. Вот еще, на пороге ее держать вздумал.

– Бюро что? – не понял домовой.

Эля не стала отвечать. Она прошла лавку насквозь, подумав, что завтра после штурма Магпотребнадзора надо бы проверить, что здесь вообще осталось. Хотя кое что стоит посмотреть прямо сейчас. Эля замерла в коридоре, резко развернулась и вернулась в лавку. Задумчиво посмотрев по сторонам, она нашла взглядом прилавок и зашла за него. Кассы здесь не было, зато Эля обнаружила толстую тетрадь, в которой нашлись записи о купле-продаже и еще одна расписка. Девушка взяла ее, уже не ожидая от такой находки ничего хорошего. Интуиция ее не подвела.

В бумаге было сказано, что Ларсон Оксенфорт согласен выплачивать некому архимагу Доронту крупную сумму денег в обмен на помощь в подписании патента в Магпотребнадзоре. Внизу документа Эля различила небольшую приписку: Доронт должен был сам собрать все необходимые документы и предоставить их лавочнику, чтобы тот поставил свою подпись, как единственный владелец патента на кристаллы памяти. Таким образом, только он мог изготавливать и продавать свое изобретение.

– Антипка, – крикнула Эля, – а что за кристаллы памяти у дядюшки были? Для чего они?

– Тише ты, не кричи так, – шикнул домовой, появляясь совсем рядом.

Эля вздрогнула от неожиданности и недовольно посмотрела на него.

– Это изобретение Ларсона. Он всю жизнь над этими кристаллами возился, потом трясся, как дракон над сокровищем каким-то. В сущности вещь полезная, не спорю, но все равно перебарщивал он с этим…

– Ты мне расскажи, что они делают, – нетерпеливо потребовала Эля.

– Записывают они то, что видят.

– То, что видят? – переспросила девушка. – Разве могут неживые кристаллы видеть?

– Эти могут, – важно хмыкнул Антипка, словно это именно он приложил максимум усилий к их созданию. – Ларсон их в хранилище использовал, чтобы ворье не пробралось. Все ж думают, что их не видит никто. Пару раз после его смерти пригождались даже.

– Интересно, – пробормотала Эля и закрыла тетрадь.

Получается, эти кристаллы памяти – не что иное, как аналог камер видеонаблюдения из ее мира. Надо бы перевесить их в другое место, в главное помещение лавки, например. А хранилище все же следует проверить. Мало ли что там. После слов Адриана Эля никак не могла выкинуть из головы мысль о том, что дядюшка Эллейны нарушил закон. И это, похоже, привело к тому, что его лавкой теперь интересуются представители Магпотребнадзора. А что, если им нужны те самые кристаллы? И какие-то другие изобретения Ларсона, на которые он так и не смог оформить патент?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.