Людмила Рудой
Кот, который меня звал Ямато

Все персонажи вымышленные. Совпадения случайные.

Глава 1

Туман застилал порт плотной, молочной пеленой, вязкой и холодной. Он цеплялся за кожу, за металл кораблей, за крики чаек, делая их приглушенными и тоскливыми. Город просыпался, но здесь, у воды, время текло иначе – размеренно, отмеряемое гудками прибывающих судов, скрипом кранов и ворчанием погрузчиков. Воздух был густым коктейлем из запахов мазута, соленой воды и далеких стран.

Именно из такой дали, из самого сердца тумана, и появилось грузовое судно «Юки Мару». Медленно но уверенно оно пришвартовалось у причала. Работа закипела. На пристань стали выгружать контейнеры, забитые под завязку бытовой техникой из страны восходящего солнца.

И в самый разгар работы, когда крановщик уже готов был поднять очередную многотонную глыбу, из-под брезента внезапно метнулся рыжий комок шерсти. Он вскарабкался на ближайший штабель. Там же кот и уселся, поджав лапы, превратившись в изваяние. Его шерсть, цвета потускневшей меди, казалась, вобрала в себя все оттенки ржавчины на белоснежной шкурке. Но глаза… Глаза были цвета старого, теплого янтаря. И в них не было ни капли животного страха. Только спокойное, всевидящее безразличие, граничащее с легким презрением к окружающей суете.

– Смотри-ка, безбилетный пассажир! – крикнул один из грузчиков, указывая пальцем на кота.

Началась нелепая погоня. Два здоровых мужика принялись ловить одного гибкого рыжего демона. Но кот не убегал. Он уходил. Точными, выверенными движениями ускользал от протянутых рук. Он двигался так, будто заранее знал каждый шаг своих преследователей, будто эта суета была ему до глубины души надоевшим спектаклем.

Лишь когда его загнали в угол между двумя контейнерами, он впервые издал звук – не шипение, а короткое, низкое ворчание, полное глубочайшего недоумения и укора. И когда на него, наконец, набросили грубый мешок из-под картошки, его последний взгляд, устремленный на людей, говорил яснее любых слов: «Как вы смеете?».

– И куда этого контрабандиста девать? – озадаченно спросил старший грузчик, завязывая мешок, из которого доносилось недовольное ворчание.

– Да брось его, Василич, сам выживет! – махнул рукой напарник. – Вон он какой холеный, явно не уличный. Может, с корабля сбежал?

– Да как бросить то, – развел руками Васильич. – Хороший кот. Хозяин такому нужен.

Пока они спорили о дальнейшей судьбе нежданного гостя, мешок лежал неподвижно, но из него исходило такое мощное излучение обиженного достоинства, что в конце концов Василич сдался:

– Ладно, отвезем в приют. Пусть разбираются.

Осторожно, стараясь не причинить вреда, они переложили кота в коробку из-под офисной бумаги, проделав в крышке несколько дыр для воздуха. Рыжий пленник не оказал сопротивления – он принял перемену обстоятельств с тем же стоическим спокойствием.

Коробку с животным поставили в подсобку портового офиса – маленькую комнату с липким от времени линолеумом и запахом перегоревшего чайника. И здесь произошло странное. Кто-то из рабочих, сжалившись, приоткрыл крышку, чтобы проверить самочувствие нового знакомого.

Кот не воспользовался моментом свободы. Он вышел медленно, с невозмутимым видом, запрыгнул на подоконник, уселся, обернув хвост вокруг лап, и уставился в запотевшее стекло. Пушистик не собирался сбегать, он внимательно наблюдал за всем, что происходит. Его спина была прямой, поза – собранной, будто кот был не пленником, а послом в чужой стране, терпеливо ожидающим аудиенции.

– Глянь-ка, – усмехнулся Василич, заглядывая в комнату, – прямо как начальник порта на совещании.

Через пару часов, когда бумажная волокита закончилась, рабочие отвезли коробку с котом в приют. Всю дорогу из неё не доносилось ни звука – ни жалобного мяуканья, ни шороха. Только молчаливое, полное достоинства ожидание.

В переполненный бездомными животным приют нового постояльца забрали без энтузиазма.

– Может себе заберете? Куда мне его девать? Без осмотра ветеринара, его надо в отдельную клетку. Вдруг заразный. У нас мест нет, – работница приюта брезгливо осматривала кота на наличие блох и ушных клещей.

– Я на съемной живу, мне некуда, – развел руками рабочий.

– А у меня дома пять точно таких-же, – поддакнул Васильич. – Жена всех подбирает, обещает пристроить. В итоге остаются у нас жить. Еще одного нам не надо.

Так мужики и уехали, оставив кота в стенах приюта.

– Ладно уж, оставайся, – вздохнула женщина, когда машина скрылась за воротами. – Только не обессудь, места действительно нет.

Она отвела коту угол в дальнем конце коридора, где стояла пустая старая клетка для крупных собак. Внутрь поставила миску с водой и лоток.

– Сиди тут тихо, – строго сказала она, захлопывая дверцу.

Но кот и не собирался шуметь. Он обошел свою новую территорию, тщательно обнюхал решетку и, найдя самый чистый угол, уселся по-турецки. Его поза была настолько совершенной, а взгляд – настолько невозмутимым, что через полчаса работница приюта, проходя мимо, невольно замедлила шаг.

– И чего ты такой деловой? – пробормотала она.

Она хотела было предложить ему корм, но в этот момент из приемной донесся шум – привезли новых щенков, выброшенных на трассе. Про кота забыли.

А он сидел в своем углу, не сводя глаз с входной двери. Янтарные зрачки сузились в вертикальные полоски. Он ждал. Не спасения – нет. Он ждал того, кто должен был прийти. И дождался.

В помещение вошла девушка хрупкого телосложения в потертых джинсах, серой футболке и свободной куртке. У нее были короткие волосы цвета пшеницы. Передние пряди были аккуратно заправлены за уши, открывая лицо с правильными, почти хрупкими чертами и небольшим носом. Но больше всего поражали глаза – большие, глубокие, серые, как осеннее море за окном. В них читалась привычная усталость, но также и тихая, невысказанная доброта.

Она шла, слегка сгорбившись под тяжестью рюкзака, набитого учебниками.

– Яна, это ты? – донёсся из-за угла голос работницы. – Иди сразу к новым. У нас снова пополнение.

– Да, конечно, – откликнулась девушка и, сняв куртку, бросила её на стул у входа.

Она уже направилась к боксу, но вдруг замерла, будто споткнулась о невидимую преграду. Медленно, почти неосознанно, Яна повернула голову к дальнему углу коридора. Прямо на неё смотрели два узких янтарных прожектора.

Вокруг царила привычная суета: собаки скулили у решёток, кошки протягивали лапы через прутья, стараясь приманить к себе внимание. Но Яна не замечала этого. Она стояла, завороженная, не в силах оторвать взгляд от бело-рыжего пятнистого кота.

Он был единственным, кто не просил. Не требовал. Он просто наблюдал. И в этой молчаливой уверенности было больше силы, чем во всех остальных голосах, вместе взятых.

Яна медленно подошла к клетке, где сидел этот странный незнакомый питомец. Вся посторонняя суета – лай, крики работницы, скрип дверей – для нее теперь не существовали.

– Привет, пушистый! – поприветствовала она. – Ты здесь новенький. Я тебя здесь раньше не видела.

Кот никак не ответил. Он продолжал внимательно смотреть в её серые глаза.

– И какой же ты важный, – тихо прошептала она, невольно улыбаясь. – Прямо как японский император.

При этих словах уши кота дрогнули почти незаметно. Он сделал шаг вперёд и его нос с розовой полоской потянулся к решётке.

Яна с силой отвела взгляд, словно разрывая невидимую нить. «Взяла себя в руки», – мысленно отругала она себя, чувствуя, как щёки горят. Она развернулась и почти побежала к боксу с новыми щенками, подальше от этого странного кота и его гипнотических глаз.

Она с головой окунулась в работу: чистила клетки, наполняла миски, меняла воду. Ласкала встревоженных собак, чесала за ушами старых кошек, улыбалась и говорила с ними ласковым голосом. Но её движения были механическими, а мысли – далеко. Она ловила себя на том, что постоянно бросает взгляды в дальний угол коридора.

Тот кот не подавал голоса. Не мяукал, как другие. Он просто сидел, и от его молчаливого ожидания по коже бежали мурашки.

Дошла очередь и до его клетки. Яна открыла замок. Рука дрогнула, когда она потянула на себя железную дверцу. Скрип петлей прозвучал оглушительно громко в тишине, установившейся между ними.

Она ожидала, что кот рванется к выходу, воспользовавшись свободой. Но он лишь медленно поднялся, потянулся, выгнув спину дугой, и вышел из клетки с тем же невозмутимым достоинством, с каким занимал место в лимузине. Он не стал обнюхивать пол или исследовать новое пространство. Вместо этого он подошел к Яне и уселся у ее ног, устремив взгляд снизу вверх.

Яна замерла, не зная, что делать дальше. Она опустилась на колени, чтобы быть с ним на одном уровне. И тогда он сделал то, чего не делал до этого. Медленно, почти церемонно, он протянул лапу и коснулся ее руки. Не когтями – мягкой подушечкой. Прикосновение было удивительно теплым.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.