Елена Третьякова
Прости за любовь

Аннотация

– Можешь не изображать из себя святую простоту. Я всё видела, как ты вчера с «мужиками», – подчёркиваю последнее слово, – в неформальной обстановке связи налаживал. Ты меня за дуру. держишь!? – Срываюсь на крик.

– Лад, ты чего? – актер хренов, ещё и глаза в удивлении округляет.

– Я – ничего! Я просто не дура! И не хочу, чтобы ты из меня дуру делал, Влад! Ту блондинку вы все налаживали? Скопом? В неформальной обстановке, так сказать!

– Лада, успокойся. И объяснись.

На меня его приказы действуют как ушат холодной воды на горячие камни. Я шиплю от боли и гнева.

– Я всю ночь переживала! – даже не пытаюсь сдержать крик. – Я думала, что с тобой что-то случилось! Я уже собралась больницы с моргами обзванивать! А ты с бабами сношался! А теперь домой пришёл?! Потаскался там где-то и как ни в чём не бывало заявился?!

Пролог

Лада

К пяти утра моё беспокойство достигло такой степени, что я уже была готова обзванивать морги. Останавливало только то, что Никита, которого я разбудила час назад, уверял, что с Владом точно ничего не случилось.

– Да мы с ним в такие переделки попадали, – убеждает меня Никита, – и ничего. Выбирались.

– Но сейчас же не переделки. Он на корпоратив пошёл! А ты почему не с ним?

– Ну так я… не презентабельный. А там же нужные люди, важные связи.

«Не презентабельный»… царапнуло по сердцу. Да, Никита со своим диагнозом не вписывался в понятие успешных людей, но зато он добрый, порядочный, умный и очень светлый человек.

– Да скоро явится Влад, точно тебе говорю. Может, перебрал. На такси прикатится или кто-нибудь подвезёт. Не переживай, Лад.

На некоторое время слова Никиты меня успокоили, но потом меня снова начала охватывать паника.

Телефон, который я не выпускаю из рук, пиликает. В мессенджер падает сообщение с неизвестного номера. Обычно я удаляю спам не глядя, а тут взгляд зацепился за большие буквы сообщения.

«А ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧЕМ ЗАНЯТ СЕЙЧАС ТВОЙ МУЖЧИНА?» и смеющиеся смайлики.

Я нажимаю на видео, которое прикреплено в сообщении.

На экране видно край стола, уставленный бутылками и стаканами. Спина в черном пиджаке периодически перекрывает видимость. Картинка размытая, мутная. В кадр попадает кальян, кто-то курит, выпуская дым в сторону камеры. То и дело ярко вспыхивают лучи, прорезая темноту ночного клуба. Слышна музыка. Пару секунд картинка не меняется, потом мужчина, который закрывает обзор встаёт, и уходит из-за стола.

И теперь перед моими глазами разворачивается действие, от которого сердце в прямом смысле замирает и никак не может биться в такт.

На диване, расслабленно развалившись, сидит Влад. Его лицо, довольное, улыбающееся, снято теперь крупным планом. Сверху, оседлав его бедра, вытанцовывает девица. Она, эротично выгибаясь, снимает с себя топ и закидывает вещь в сторону. Влад обнимает её и одобрительно кивает. Потом он встаёт вместе с девицей, прижимая её к себе, и выходит из-за стола под улюлюканье мужских голосов.

Следующий кадр уже в другом месте. Тише и светлее, нет толпы вокруг, музыка ариглушенная. Наверное, в приватной комнате. Снято сбоку и как будто из-за шторы.

Полностью голая девица, громко стонет, недвусмысленно изгибаясь на лежащем Владе. После особенно громкого её стона останавливаю видео. Пытаюсь вдохнуть, но ком стоит в груди, разрастаясь, давит на горло. Чувствую, как кружится голова. Хватаю воздух открытым ртом, как рыба, выброшенная на берег.

Сильный спазм сжимает желудок. Я несусь в туалет. Меня тошнит.

Противный желчный вкус во рту смываю водой, умываюсь. Ладонью пытаюсь растереть грудь, где кажется остановилось сердце и теперь болит так, что не могу толком вдохнуть.

Как он мог? Вот так… пошло, походя, с первой попавшейся под руку девицей в клубе…

Как… он… мог?..

Глава 1

Лада

На кафельном полу больницы, куда скорая привезла нас с Владом, сидеть, наверное, холодно, но я этого не чувствую. Мой холод идёт изнутри. От страха… Обжигающий, парализующий любые другие чувства и эмоции, страх сковывает меня. Я могу только дышать, с трудом проталкивая воздух сквозь ком в горле.

– Лада, встань. Простынешь. – Голос Андрея доносится как будто сквозь толщу воды. Суть сказанного от меня ускользает.

Я цепляюсь за слова, но не понимаю.

Андрей, откуда-то взявшийся здесь, присаживается рядом на корточки, теребит меня за руку. Я вижу все его движения, но не чувствую прикосновений, тепла от его пальцев тоже не ощущаю.

Я окоченела…

В голове набатом стучит одно: «Только живи! Только живи! Только живи!».

– Ну всё, хватит. – Андрей поднимается на ноги и силой дёргает меня наверх.

Моё тело не сопротивляется.

– Прям там конец света! – зло кидает он и тут же извиняется: – Прости-прости, я не то имел ввиду. Я хотел сказать, что о себе тоже надо подумать.

Что он имел ввиду, проходит мимо моего сознания.

Я просто послушно сажусь на холодный металлический стул, на один из тех, что рядком стоят вдоль стен в больницах. О том, что он холодный, я знаю скорее по опыту, но не ощущаю сейчас ничего.

– Ладка, ну что ты расклеилась? Всё хорошо будет, – продолжает бубнить над ухом Андрей. – Я тебе точно говорю.

А я ему не верю.

Владу бы поверила, а Андрею – нет.

Владу я всегда верила, и он ни разу меня не обманул.

До сегодняшнего дня…

Точнее до сегодняшней ночи…

Если бы от боли можно было бы спрятаться, то я бы забилась в самый темный угол.

Если бы от страха можно было бы скрыться, я бы зарылась под землю.

Но страх за Влада и боль от его поступка они внутри, и от них не спрятаться. Некуда просто.

То, что двери реанимации открываются, я не вижу, а чувствую. Я как радар настроена на окружающую действительность, при этом Андрей с его заботой и участием воспринимается как досадная помеха.

Хирург медленно подходит ко мне. У него уставшее, ничего не выражающее лицо и красные от напряжения глаза.

Я пытаюсь вдохнуть воздух, он становится поперек горла, я закашливаюсь и давлюсь непролитыми слезами.

Тяжёлая рука хлопает меня по спине.

– Всё нормально. Всё нормально, – голос врача пробивается сквозь шум и гул до моего сознания. – Воды? Успокоительного?

Я мотаю головой. Сказать что-то членораздельное увы не могу. Смотрю ему в глаза, пытаясь там найти ответ: обманывает или нет?

– А всё-таки пройдёмте на укольчик. Лишним не будет, – врач берёт меня за руку.

У него тёплая рука. И я это чувствую, как чувствую, что огромная ледяная глыба страха начинает понемногу оттаивать в груди вместе со словами врача.

– Позвоночник цел, спинной мозг не задет. Сотрясение головного мозга есть, конечно. При таком-то ударе и не мудрено, но будем наблюдать. Нога правая – перелом, без смещения. Всё постарались сделать красиво. Ходить будет. И бегать. Отплясывать ещё будет. Ага. Ещё ушиб рёбер, синяки повсеместно. Внутренние органы целы, кровотечений нет. В общем и целом жить будет, – врач всё говорит, говорит, говорит. Мимо мелькают коридор, пост с медсёстрами, двери. – В рубашке он у вас родился. Ну, и машина хорошая оказалась. Так что будет теперь праздновать второй день рождения.

– Он и первое не празднует, – зачем-то сообщаю хирургу эту ненужную ему информацию.

Влад не любит свой день рождения.

– А второе пусть празднует. Нечего бога гневить, надо уметь быть благодарным.

И вот я уже сижу на стуле перед процедурной медсестрой. Она ловко обламывает ампулу, набирает в шприц лекарство и делает мне укол.

– Только за руль не садитесь. Это успокоительное. Если нужно снотворное, то могу дать. Дома выпьете.

Я согласно киваю. Не представляю, как я сейчас смогу уснуть. Меня начинает немного подташнивать.

– А сейчас поезжайте домой. Отоспитесь. Завтра уже в палату переведем пациента, придёте навестить.

– А сегодня?.. Сейчас нельзя к нему? Просто посмотреть, – я хватаю врача за руку. Голос у меня сиплый и тихий, пытаюсь повторить громче. – Хоть одним глазком… Убедиться, что… – сил договорить не остаётся, я громко всхлипываю.

– А вот истерики не надо, – так же безэмоционально продолжает разговаривать со мной врач.

Тут влезает Андрей.

– Лада, такие порядки. Завтра придём.

Он тянет меня к себе за руку, но я крепко держусь за ладонь хирурга. Она у него тёплая, крепкая и жёсткая.

– На минуточку, – смилостивился хирург. – Только убедиться.

Глава 2.

Лада

Влад лежит на кровати, накрытый простыней по грудь.

Его только перевезли в палату, медсестры суетятся, устанавливают капельницу, какие-то аппараты. Крупный мужчина заносит что-то похожее на деревяшку и, отставляя её, помогает медсестре придвинуть к кровати монитор.

Всю суету я воспринимаю фоном, отвлекающим фактором. Главное – лицо Влада. Бледное. И мерно вздымающаяся грудь.

Он дышит, спит, жив.

– А теперь домой. Давайте-давайте. Не мешайте нам работать, – хирург выводит меня с порога палаты, дальше он меня не пустил. – Завтра приходите. Завтра.

Я пытаюсь его благодарить, сбивчиво, путаясь в словах. Он устало кивает головой, подталкивает на выход из отделения.

Уже в холле больницы я никак не могу вспомнить, где моя шуба? А сумка? Мобильник?

– Лада! – окликает меня Андрей от двери. – Все твои вещи в машине остались. Я её только успел закрыть.

Он подходит ближе, берёт меня за руку и долго смотрит в лицо. Мне неудобно от его взгляда и хочется отвернуться. Но Андрей искренне помогает, мне не хочется его обижать ещё сильнее.

– Подвезешь?

– Конечно. О чём разговор? До машины придётся пробежаться. На улице мороз.

Значит, пробегусь…

В салоне тепло, Андрей заблаговременно об этом позаботился.

– У тебя новая машина? – спрашиваю только, чтобы не молчать.

– Да. Поменял.

Киваю. Андрей всегда любил дорогие и качественные вещи, окружать себя сдержанной роскошью. Он умел показать свое благосостояние с достоинством. Интересно, а ту машину, что мы вместе выбирали, он не стал забирать? Или не интересно… Просто не к месту вспомнилось.

Повисает молчание. Тяжёлое, натянутое, давящее.

Андрей выруливает с парковки.

Я не знаю, что ещё спросить.

Как дела?

Что на работе?

Как с личным?

Обычные вежливые вопросы, которые в нашем с Андреем случае неуместны.

Поэтому я молчу, смотрю на мелькающие за окном дома невидящим взглядом.

От укола седативного я непробиваемо спокойна. Мысли заторможено крутятся в голове. Завтра накроет откат, но сейчас мне хорошо. После пережитого это как глоток чистого воздуха. Можно не бояться, можно выдохнуть.

– Это ещё хорошо, что сам влетел, – продолжает свой монолог Андрей. А я, оказывается, выпала из действительности и не услышала начала. – Никого не задел, хоть без жертв обошлось. А если бы он тебя протаранил, Лад? Или на встречку выскочил? Так хоть в отбойник… Что у вас произошло? Он сам или?..

Я молчу. Андрей продолжает свое бубубу.

Влад бы ни за что добровольно не стал врезаться ни в меня, ни в отбойник. Он слишком любит жизнь.

– Просто он не справился с управлением. Дорога… сам же видел, – мне приходится высказаться, иначе, Андрей сейчас придумает своё объяснение, и его потом не сдвинешь с этой точки зрения.

– И ведь трезвый! – Качает головой, перестраиваясь в правый ряд на повороте.

– С чего ты взял?

– Так врач сказал.

– Ааа.

Трезвый. Значит, он трезвый был, когда…

Когда…

Кадры видео мелькают перед глазами…

Боль острой иглой истязает сердце. Становится трудно дышать. Я пытаюсь вдохнуть глубже.

– Лад, ты же знаешь, я всегда тебе помогу. Можешь на меня рассчитывать. – Андрей ждёт от меня реакции. Я послушно киваю. Лишь бы он побыстрее замолчал. – Мы же не посторонние люди.

Странно, но Андрей воспринимается именно как посторонний. Несмотря на все, что было между нами. Он – чужой, а Влад – родной.

Был…

До места аварии добираемся через минут двадцать, Андрей так и продолжает развлекать меня разговором. А мне хочется закричать на него и попросить заткнуться, но я молчу, уговаривая себя, что это истерика, это надо просто пережить.

Моя машина так и стоит припаркованная на обочине. Машину Влада с места аварии уже эвакуировали, осколки и мелкие детали смели к обочине. Следы шин на асфальте начали затираться другими. Если не знать, что рано утром здесь произошла страшная авария, то и внимания не обратишь, мимо проедешь.

– Спасибо, Андрей, – я выхожу из машины, забрав ключи из его ладони.

– Ну ты же не сядешь сама за руль, – не спрашивает, скорее приказывает Андрей. Он всегда плохо разделял личную жизнь и работу, командовал везде одинаково. – Лада!

Я открываю машину, достаю шубу и надеваю. Потом беру сумку, проверяю телефон, ключи от квартиры. Всё делаю на автомате.

– Лада, я тебя отвезу.

– Нет. Я на такси.

Не могу я быть рядом с Андреем. Тяжело. Я чувствую себя предательницей, хотя всё не так на самом деле. И между нами с Андреем всё давно закончилось и расстались мы ровно, но всё равно мне хочется, чтобы мы больше никогда не пересекались. В нашем большом городе это вполне возможно.

– Машину тут оставишь? – он осматривает довольно пустынную дорогу.

– Потом заберу.

– Я всё-таки тебя отвезу, – не принимая во внимание мои слова, настаивает Андрей.

Я уже сделала заказ такси по телефону и прячу руки в карманы.

– Нет, Андрей, я доеду сама.

Выходит резковато.

Андрей отступает на пару шагов и молчит. Дожидается вместе со мной такси и только после этого уезжает.

Смотря в лобовое стекло такси я только сейчас задумываюсь, а как он вообще оказался так быстро рядом с местом аварии?

Глава 3

Лада

Такси останавливается напротив дома, я расплачиваюсь и выхожу.

Влад закрыл ворота, но на сигнализацию не успел поставить. Спешил…

Я захожу в дом, который последние полгода считала своим, и как будто вижу его другими глазами. Всё так, как и должно быть, всё на своих привычных местах, но одновременно не так. Или я не та…

Не раздеваясь, прохожу на кухню. Мне надо поесть, хотя совсем не хочется. Через силу запихиваю в себя кусочек сыра, запиваю таблетки водой и иду спать.

Мне просто необходимо поспать.

Просыпаюсь как от толчка. Сердце бешено колотится, горло сдавило так, будто меня душили. Я уснула прямо в одежде. Только шубу хватило сил скинуть на пол и разуться. Сердце болит и голову ломит от пролитых слёз.

За окном светло. Я никак не могу понять, уже завтра или ещё сегодня. И какое сегодня?

Воспоминания потоком обрушиваются на меня, причем в обратном порядке, как будто отматываю фильм назад: бледное лицо Влада в палате интенсивной терапии, скорая с мигалками, авария, Влад в дверях дома.

И именно в последнее окунаюсь с головой, вспоминая всё до мельчайших деталей.

– Привет, – вот он нервно дёргает уголком рта и морщится.

Влад, лохматый и весь какой-то неопрятный, переступает порог дома, закрывает за собой дверь.

Вчера на корпоратив он уходил пижоном. В костюме и рубашке, в пальто красивого серого оттенка, при котором его серо-голубые глаза кажутся тёмными и графитовыми. А вернулся расхристанным, дёрганным и помятым.

Я молчу. Уснуть после полученного сообщения я так и не смогла, досмотреть видео до конца – тоже. Тупо просидела в кресле в гостиной, без мыслей и даже без слёз.

– Лад, я вчера…

– Я видела, что ты вчера, – обрываю.

– Да? Где? – Он стягивает пальто и кидает его на банкетку. Трёт переносицу пальцами. – Голова болит, – Влад издает тихий стон. – Понять не могу, чего меня так развезло. И не пил же… – Он тянется ко мне за поцелуем.

Обычно Влад целует меня легонько в губы, уходя и приходя домой. Даже если мы виделись полчаса назад в офисе, но ехали домой по отдельности. Как-то так сложилось с первых дней.

Вот и сейчас Влад действует не задумываясь.

Я отскакиваю от него, раскрываю рот, чтобы высказаться, и натыкаюсь на непонимающим взгляд серо-голубых глаз. И вот это его непонимание сметает моё… даже не спокойствие, а отупение.

– Можешь не изображать из себя святую простоту. Я всё видела, как ты вчера с «мужиками», – подчёркиваю последнее слово, – в неформальной обстановке связи налаживал. Ты меня за дуру держишь!? – Срываюсь на крик.

– Лад, ты чего? – актер хренов, ещё и глаза в удивлении округляет.

– Я – ничего! Я просто не дура! И не хочу, чтобы ты из меня дуру делал, Влад!

– Лад…

Влад не переносит, когда на него кричат. И я это знаю. И он сам рассказывал, и видела в ситуациях по работе. Но сейчас мне всё равно и на его травмы и комплексы, и на его предупреждающий жест рукой.

– Ту блондинку вы все налаживали? Скопом? В неформальной обстановке, так сказать!

– Лада. – Влад прищуривается и смотрит на меня тяжёлым взглядом.

Да и плевать!

– Лада, успокойся. И объяснись.

На меня его приказы действуют как ушат холодной воды на горячие камни. Я шиплю от боли и гнева.

– Я всю ночь переживала! – даже не пытаюсь сдержать крик. – Я думала, что с тобой что-то случилось! Я уже собралась больницы с моргами обзванивать! А ты с бабами сношался! А теперь домой пришёл?! Потаскался там где-то и как ни в чём не бывало заявился?!

– Лада, остановись.

– Нет, Влад. Нет! Не надо сейчас ничего сочинять. Имей хотя бы смелость признать, что ты кобель обыкновенный!

Влад стоит напротив, сжимая и разжимая пальцы в кулаки. Дышит тяжело. Играет желваками.

Моя гордость, моё окровавленное сердце, измученная душа требуют отмщения. Мне хочется кинуться на Влада и расцарапать ему лицо, его глаза красивые, губы, которые умеют так целовать, что я себя забываю. Мне кажется, что если сейчас дать себе волю и врезать Владу пощечину и не одну, то это принесет мне облегчение, перестанет давить в груди, перестанет так бешено биться сердце.

Но я не кидаюсь разъяренной кошкой на Влада.

Не станет мне легче, и спокойнее не будет. Пара пощёчин не залечит моих ран, не убережёт от предательства, не заставит сердце не болеть и душу не успокоит.

Влад все так же стоит напротив, только руки засунул в карманы. Молчит. И на этом спасибо, что не пытается меня унизить ещё и своим враньём.

Я хватаю с вешалки шубу и сумочку и обхожу замершего Влада. Отпираю дверь и выхожу.

– Лада! Подожди! – летит требовательное мне в спину.

Не слушаю. Иду к машине. Куда поеду, не знаю. К родителям или к себе, но точно подальше отсюда, подальше от него и себя самой.

– Лада, стой! – Влад выходит на крыльцо, когда я уже завела мотор.

Ворота медленно открываются. Но выезд мне перекрывает его машина, которая осталось почему-то за забором. Наплевав на аккуратность, выезжаю задом, слегка поцарапав его бэху.

Влад кричит мне, машет руками, потом скрывается в доме.

Я уже спокойнее разворачиваюсь и выезжаю на основную дорогу, ведущую из коттеджного поселка.

Слёзы катятся градом, я смахиваю их с лица. Уговариваю себя успокоиться.

Дорога скользкая, ночью приморозило и по радио предупреждают о сложной ситуации на трассе. «День жестянщика», – так мой папа называет подобную погоду.

Сбрасываю скорость. И вообще думаю припарковаться на обочине и прореветься. Запал прошёл, а вместе с ним и все силы.

В зеркале заднего вида замечаю машину Влада. Он маякует мне фарами. Но теперь я не собираюсь останавливаться.

Дорога в этом месте узкая, но Влад вылезает на встречную полосу, обгоняя меня и прижимая к обочине. Я скидываю скорость, планируя после поворота уйти на боковую улицу, тогда как Влад помчится себе дальше.

Но неожиданно его машину заносит вправо, разворачивает боком и на всей скорости впечатывает в бетонную плиту, что стоят по краю дороги.

Всё происходит молниеносно. Я только и успеваю, что затормозить, как в замедленной съемке, слыша визг наших тормозов.

Выскакиваю из машины. Подбегаю к водительскому месту и пытаюсь открыть дверь. Спустя долгое-долгое мгновенье какой-то мужчина принимается мне помогать. Он кричит кому-то, чтобы вызывали скорую и спасателей. Отгоняет меня от машины. Я рвусь обратно к Владу.

Все последующие воспоминания сваливаются для меня в мешанину чувств, криков, мигалок, боли, страха…

Глава 4

Лада

Очнувшись от воспоминаний, бреду на кухню. Стакан воды цежу минут десять. Тошнит. Про еду и думать не могу. Я из тех, кто на стрессе не может есть и худеет. Только вот выпить таблетку надо. И не на голодный желудок. Лезу за таблетницей и …с остервенением швыряю всё содержимое в раковину, смываю водой.

Зачем теперь пить противозачаточные? Это с Владом мы планировали заняться вопросом детей после свадьбы… Свадьбы, дату которой даже не назначили, просто обговорили и задвинули тему на потом.

«Потом» уже не наступит.

Умываюсь ледяной водой. И даже от этого не прихожу в себя толком. Звоню в больницу, узнаю, что Влад ещё в палате интенсивной терапии. Что навещать его нельзя сегодня. Но состояние стабильное.

– Пришёл в себя, сейчас спит. Звоните завтра, – спокойно и без эмоций выдает медсестра и отключается.

Пропущенные от Андрея игнорирую. Маме пишу сообщение, что сегодня вечером обязательно перезвоню. Никите отвечаю, что Влад пришёл в себя, и завтра поедем в больницу вдвоём. Даже не помню, когда я ему звонила и сообщила об аварии. Всё как в тумане просто.

Вещи собираю бездумно. Просто швыряю в чемодан платья, юбки, обувь приходиться вытащить из коробок и свалить в одну большую сумку. Косметику собираю в пакет.

Вызываю такси.

Осматриваю дом. В душе тоска, боль и невыплаканные слезы. Их много. Хватит надолго…

Ключи оставляю на столике.

Выхожу за дверь, захлопываю замок. Ставлю дом на сигнализацию.

Последний раз.

Больше я сюда не вернусь…

Если я что-то и забыла, то Влад потом сам выкинет.

На такси доезжаю до своей машины. Спасибо водителю, галантному пожилому мужчине, что помогает мне перетаскивать все коробки в багажник. Сажусь за руль и, погруженная в мысли, еду к себе, стараюсь не спешить. Видела, чем это заканчивается.

До моей квартиры ехать минут тридцать. И путь совершенно не замечаю, гоняя мысли по кругу и при этом ничего толком не осознавая. Время по-прежнему то замедляется, то ускоряется, становясь для меня каким-то мутным киселем. Из него не выбраться, но и погрузиться в точку не выходит.

Последний, кого я хотела бы сейчас видеть, это Андрей. Но именно он стоит возле своей машины прямо напротив моего подъезда. Как будто знал, что сюда вернусь.

– Ты не берешь трубку. Я переживаю, – он подходит ко мне и ждёт, когда я выйду из машины.

Забота Андрея так навязчива, что мне хочется закрыть водительскую дверь и дать по газам. Но уехать от Андрея не выйдет, не тот он человек, чтоб с пути добровольно сойти.

– Спасибо за заботу, но я не слышала твоих звонков, – вру.

– Наверное, на беззвучный режим поставила. – Андрей сам находит объяснение, удобное ему.

Я обхожу его и вытаскиваю чемодан и одну сумку из багажника.

– Как ты догадался, что я здесь?

Андрей спокойно смотрит на мои потуги с сумками, помощи не предлагает. Мне приходится пыхтеть самой.

– Приехал к тому дому, там никого нет. Я решил здесь проверить. Видимо, обогнал тебя где-то.

– Ясно.

Прохожу к подъезду. Андрей идёт за мной, придерживает дверь, вызывает лифт.

– А у тебя тут пыльно, – замечает он, заходя в квартиру, хотя я и не предлагала.

– Я тут давно не живу, – приходится ответить.

– Да? – И покачав головой, продолжает: – И что ты в нём нашла? Молчишь?

А я действительно молчу.

– Наобещал с три короба, а ты и поверила. И вот результат. Лад, – он ловит мой взгляд, улыбнувшись, приближается и касается моих волос, убирает прядь за ухо, пока я заторможено отдаляюсь. – А помнишь, как нам хорошо вместе было? Как свадебное платье ездила выбирать, помнишь? Сейчас была бы замужем за мной и бед бы не знала.

– Андрей, – перебиваю.

Помню, что он страшно не любит, когда ему не дают договорить, когда перечат, но других вариантов у меня нет. Выслушивать его монолог нет сил.

– Мне ещё в больницу сегодня надо успеть, – придумываю находу. – Я благодарна, очень благодарна за твою заботу. Но опека – это излишнее, как и отсылки к прошлому.

– Неужели так плохо со мной было, что ты меня бросила, и к тому же сейчас гонишь?

– Нет, не плохо. Но что было, то прошло.

Андрей досадливо морщится, поджимает губы и не прощаясь переступает через сумки в коридоре. Выходит, громко хлопнув дверью.

Я, вздрогнув от резкого шума, иду закрывать замки.

А потом плюхаюсь на сумку с вещами и, не сдерживая себя, реву.

С Андреем мы познакомились на работе. Меня перевели в ВИП-офис, повысив до начальника кредитного отдела, а Андрей уже тогда был управляющим нашего отделения. Мне он сразу понравился ещё на собеседовании. Симпатичный мужчина, вежливый, корректный, толковый. Задавал нужные вопросы, видно, что понимал ответы. Не выпячивал своей важности, держал дистанцию.

– Думаю, что мы сработаемся, Лада Максимовна, – Андрей тогда улыбнулся так обаятельно, что я подумала что-то из серии «Ах, какой мужчина».

В банке про Андрея ходили разные слухи.

Его недолюбливали за требовательность и въедливость, за занудность. Тем не менее офис работал как часы.

Мужчины завидовали Андрею, его карьере, хватке, даже внешности, но молча. Лишь в курилке позволяли себе вольности. На работе это никак не сказывалось, Андрей был жёстким руководителем.

Незамужняя женская половина коллектива его наоборот обожала и мечтала на себе женить. Замужние дамы его просто боготворили.

А я? А я оказалась той, на кого Андрей обратил внимание. И как же мне все завидовали. Особенно, когда мы объявили о свадьбе.

Глава 5

Лада

(Из воспоминаний)

– Ну, Ладка, ты и везунчик, – тыкаясь носом в букет на моем столе, заявляет Юля.

Мы с ней не то чтобы подруги, но хорошие коллеги, подстраховываем друг друга, на обед ходим вместе, иногда можем пройтись после работы и поболтать.

Мы с Юлей вместе начинали в другом банке, потом она ушла в ВИП-офис, меня позвала, когда прошлый начальник кредитного отдела ушёл на повышение в головной офис. Именно Юля первая обратила внимание на то, что управляющий «глаз на меня положил». Я тогда отмахнулась от Юлиных слов, мне было не до того. Новое место, новый коллектив, должность, требующая большей ответственности, чем предыдущая.

Но Андрей, действительно, стал оказывать мне знаки внимания, чем сразу же настроил против меня большую часть коллектива.

– Давай-давай, поторапливайся. Обед через три минуты! – Юля пританцовывает на месте, постукивая каблуками и опять ныряет носом в пионы. – Вот уйдешь от нас, и с кем я буду в кафешку бегать? И чай с кем пить?

Юля сразу же поняла плюсы дружбы со мной: отдельный кабинет и преференции от управляющего позволяли ей вести себя чуточку надменнее по отношению к другим в коллективе. Возможно, Юля раньше на что-то рассчитывала в отношении Андрея, но мне не пакостила, интриги за спиной не плела. Могла заскочить ко мне кофе попить в рабочее время или через меня отпроситься пораньше домой. Меня устраивало такое положение вещей: так я узнавала все последние новости большого и разношерстного коллектива.

– Почему это я уйду? – Засовываю телефон в сумку и беру с вешалки плащ и зонтик.

Весна в этом году ранняя, тёплая, но не в меру дождливая.

– Ну так а кто? Андрей упёрся в потолок, выше ему не прыгнуть. Так что будет он здесь до пенсии куковать. А тебя пристроят куда-нибудь после свадьбы.

Останавливаюсь в дверях, уставившись на Юлю.

– Почему меня должны куда-то пристроить? Я не понимаю.

– Так Андрей тебе не сказал?

«Андрей» – Юля всегда в разговоре со мной так фамильярно называла его по имени, что поначалу я задумывалась, а не было ли между ними чего-то личного до моего прихода в банк? Но Андрей никогда не давал повода так думать, Юля тоже на людях не переходила рамки вежливости.

– Что он мне не сказал?

– Ну тогда сама спроси. Я не хочу быть гонцом, принесшим дурную весть. И вообще – обед. – Она постучала пальцем по часам на запястье.

– Ну уж нет. Выкладывай давай.

– Что выкладывать? По внутреннему уставу нашего банка супруги не могут работать в одном филиале и уж тем более в подчинении друг у друга. Так что придется тебе, подруга, менять работу. – Юля обходит меня и открывает дверь кабинета. – Потопали на обед. Я голодная. Потом все спросишь у своего благоверного. Может, он вообще по-другому все планирует. Тебе сюрприз будет.

Я выхожу следом за Юлей и запираю дверь.

– По-другому – это как?

Юля меня огорошила новостями. Я не предполагала, что после свадьбы придется менять работу. Меня эта должность более чем устраивает.

– Ну как-как? Лад, ты чего как маленькая? Заделает Андрей тебе бебика, и отчалишь ты в декрет.

Я качаю головой, но Юле не возражаю. Пусть думает, что хочет. Тем более и так половина коллектива считает, что я Андрея пузом прижала, и всё выискивают у меня лишние сантиметры на талии. Не рассказывать же всем и каждому, что в этом вопросе мы с Андреем единодушно решили повременить и пожить для себя.

Дальше разговор плавно перетекает на погоду, новое Юлино платье. Обед заканчивается, возвращаемся на работу, день идёт своим чередом.

– Я тебя сегодня пораньше похищаю, – Андрей появляется в моём кабинете за час до конца рабочего дня.

– Но я ещё кое-что не доделала.

– Завтра. Всё завтра. – Андрей по-хозяйски придвигает стулья к столу, зашторивает окна. – Мы едем в ресторан, посмотрим там банкетный зал и что с навесом. Надо решить вопросы по меню.

Я откладываю бумаги и выключаю ноутбук. Предсвадебные хлопоты начинают меня немного нервировать. Но, наверное, это нормально. Всё-таки первый раз замуж собираюсь. И то, всё так быстро вышло, стремительно, что я не успела оглянуться, как назначена дата свадьбы.

До ресторана добираемся каждый на своей машине. Андрей никогда не ездит со мной, если я за рулём. А мне потом неудобно без машины, приходится или его просить отвезти меня на работу или вызывать такси.

Ресторан находится за городом. Большая территория, много зелени. Всё очень красиво. Нас встречает приятная женщина, предлагает экскурсию.

– Андрей, зачем такой большой? Мы же договаривались на семейный формат.

– Лад, я подумал, что свадьба – это хороший способ позвать нужных людей, завести новые связи. Позитивный инфоповод для укрепления имиджа.

Я задумалась. В глубине души я хотела тихую и спокойную свадьбу, чтоб никто не орал «Горько», чтобы никаких дурацких конкурсов от тамады и, не дай боже, сборов в цветные ползунки на мальчика и девочку. Именно такие воспоминания остались у меня от свадеб подружек. Андрей, конечно же, имел ввиду совсем не это. Все будет стильно, элегантно, на высшем уровне. Но… мотивы широкой свадьбы… Нужные люди, важные связи…

– И сколько необходимо гостей пригласить, чтобы инфоповод был достаточно позитивный? – Не знаю, удалось ли мне скрыть недовольство в голосе, но женщина-администратор отошла от нас на пару шагов, давая нам возможность поговорить наедине.

– Я составил список, пришлю тебе.

– Я ещё не согласилась, Андрей.

– Я не настаиваю. Просто предлагаю. Посмотрим зал, меню. Во дворе можно поставить шатер. – Он повернулся к администратору, она тут же подошла ближе. – Красиво будет. Ты в легком платье как принцесса. С фатой. Лад, ты же присматривает фату?

Я кивнула. Похоже, что Андрей куда более детально распланировал нашу свадьбу, чем я. И даже ищет в этом свои выгоды.

«Наши общие выгоды», – поправила себя мысленно.

– Я вам сейчас всё покажу. – Женщина-администратор ведёт нас вглубь территории, расписывая плюсы выездной церемонии, обещает контакты проверенных организаторов.

Весь вечер дома, а потом и утро я думала над предложением Андрея устроить свадьбу с размахом. Никак не могла прийти к какому-то решению.

Глава 6

Лада

За час до конца рабочего дня в моём кабинете букет пионов сменился новой композицией с розами. Секретарша Андрея, Ирма Генриховна, строго за этим следит и меняет цветы каждые три дня. Обычно с утра, но сегодня весь день суетной, начиная с утренней планёрки. А теперь ещё и внеплановая летучка

– Ууу, – Юля пришла в кабинет со мной вместе после летучки. – Работа-работа, уйди на Федота. – Она села за стол и отпихнула от себя подальше блокнот. – ВИП-клиентов им, видите ли, мало. А то, что эти ВИПы приносят больший процент по сделкам, они не считают?

– Считают, Юль, считают, но обороты всё равно надо наращивать.

Основное направление деятельности нашего отеления было обслуживание ВИП-клиентов. Индивидуальные продукты, персонифицированные пакеты услуг, личный менеджер, особое, лояльное отношение и высокий уровень обслуживания гарантировали нам, сотрудникам, высокие зарплаты и бонусы.

– Ты же понимаешь, что на старых випах далеко не уедешь, не расширишься. Нужна новая кровь.

– Понимаю. Это я так, постонать. У меня Таська в декрет уходит через три месяца. Куда её любимчиков перекидывать? Никто не хочет менеджера менять, тем более, когда к своему привыкли. А Тася вообще вывозила самых капризных. Она ко многим подход умеет найти.

– Новеньких на замену ищешь?

– Кинула клич по отделениям. С улицы же кого попало не возьмёшь. Но пока что-то тухло. Специфика у нас, сама понимаешь.

– Тогда надо выпить кофе и сбегать по домам. Утром с новыми силами приступим за работу.

Пользовалась привилегиями невесты управляющего я не часто, но сейчас после мозгового штурма и стресса, вызванного нововведениями, спущенными сверху, мне просто необходим был хороший кофе, который превосходно варит Ирма Генриховна.

– Всё-таки счастливая ты, Ладка, – подперев щёку кулаком, заявила Юля после того, как секретарь Андрея вышла из кабинета.– Такого мужика оторвала. И кофе тебе в кабинет, и букет, и вон какое колечко на пальчике. – Она пододвинула к себе кружку и отпила напиток. Довольно кивнула.

– Угу, – согласилась.

А что ещё Юле сказать? Что я его не отрывала? Не хомутала?

– А ещё нос воротила, как пришла.

– Я воротила?

– Ты-ты. Такая вся недоступная, неподкупная. Его, знаешь, сколько баб открутить пытались? А повезло тебе.

Мне не нравится ни тон Юли, ни сам разговор.

– Всё-то ты знаешь, – пытаюсь её осадить.

– Всё-всё. И про стоимость колечка, и про планы на отпуск.

Про отпуск я и сама не знаю. Андрей сказал, что будет сюрприз. Хотя он и про необходимость мне менять работу до сих пор не удосужился поставить меня в известность.

– И откуда дровишки?

– Генриховна донесла, – Юля заявляет это таким тоном, как будто секретарь Андрея у неё за подружку. Нет, отношения у Юли всегда со всеми дружеские, она умеет налаживать связи, но такое панибратство всё-таки меня коробит. – Она билеты заказала и отель уже оплатила.

Стало неприятно. Как будто кто-то грязными руками копается в моём белье. Я знаю и про слухи, и про пересуды за моей спиной. В женском коллективе это неотъемлемая вещь, хоть и неприятная. Я обычно делаю вид, что меня это не касается. Но делать вид и действительно так чувствовать – это разные вещи. Мне несмотря на самоуговоры всё равно неприятно.

– Вот знаешь, так молчи. Это мне сюрприз.

– Сюрприз? Пф, – Юля фыркает, чем напоминает мне недовольную лошадь. Хотя вроде симпатичная девушка, но сейчас она мне неприятна. – Сюрприз – это когда что-то спонтанное, неожиданное, а не заранее продуманное и купленное. А вообще вы не похожи на страстных любовников. – И когда это Юля заделаться психологом успела? – Скорее, хорошие друзья. Нет между вами искры, молнии.

Последние её слова попадают в цель. Я и сама над этим задумывалась. Но всё равно спорю:

– А нужно, чтоб были молнии? Битая посуда? Скандалы и бурное примирение? Мы друг друга понимаем, уважаем и любим. И вообще, Юль…

– Этого мне не понять… – Юля перебивает, активно жестикулирует, размахивая руками. – Без искры это не любовь, это физкультура!

Не успеваю ничего ответить, дверь в кабинет резко распахивается.

– Прошу прощения. – Мужчина в дверях произносит это таким уверенным тоном, что сразу понятно: он никакого прощения не просит. Но улыбается так широко и обаятельно, что я отвечаю ему:

– Ничего страшного. Вам помочь?

– Да. Вопрос жизни и смерти. – Он смотрит мне в глаза. И я чувствую, как меня затягивает воронка неожиданных эмоций. Сердце пропускает удар и через мгновение начинает тяжело бухать. – И помочь можете только вы.

Глава 7

Лада

– Ох, – слышу, как Юля вскакивает со стула и принимается с придыханием ворковать: – поможем-поможем. Как не помочь такому мужчине!

Мужчина моргает, я выпадаю из плена его серо-голубых глаз. Прихожу в себя. Сердце колотится и в горле неожиданно пересохло. Пытаюсь зацепиться взглядом за предметы в кабинете, перевожу взгляд на Юлю. Она быстро сориентировалась: расправила плечи, одернула юбку, натянула блузку так, чтоб углубить вырез декольте.

Мужчина пробегает по ней быстрым взглядом, дёргает уголком губ и опять смотрит на меня в упор. Я снова попадаю в капкан его глаз.

– Сама судьба меня привела, – он слегка улыбается, наклоняет голову набок и смотрит на меня не отрываясь.

Наверное, это уже неприлично, так друг друга рассматривать, но я не могу отвести взгляда.

Первым наши гляделки прерывает он. Проходит к столу, протягивает мне руку.

– Влад.

Я вкладываю пальцы в его руку, но вместо пожатия, он неожиданно перехватывает мою ладонь и гладит нежную кожу на тыльной стороне запястья.

Сглатываю.

– Лада.

– Какое у вас красивое имя, – красивые губы растягиваются в улыбке, а я вдруг понимаю, что пялюсь на рот постороннего мужчины.

– Очень красивое, – влезает Юля. – Недаром же в честь Лады назвали машину. Хи-хи.

Влад никак не реагирует на Юлин комментарий, продолжает изучать меня взглядом. Горящим таким и очень волнующим. В нём ни грамма такта, чистое и неприкрытое восхищение.

Мои пальцы Влад так и не выпустил. Рука у него тёплая, по-мужски крупная, на ладони кожа грубее. Подушечка пальца, которым Влад продолжает ласкать мое запястье, шершавая. Мне почему-то тут же кажется, что Влад не белоручка и многое умеет делать руками. Хотя дорогой костюм и шикарная бледно-голубая рубашка прямо указывают на то, что он наш новый ВИП-клиент.

– Вот вы где.

В кабинет входит Андрей. Я вздрагиваю, Влад прищуривается и очарование момента с треском разбивается о реальность. Чуть помедлив, Влад выпускает мою ладонь и здоровается с Андреем.

– Владислав Александрович – наш новый клиент. – Представляет Андрей. – Владелец фирмы «Дис-Моторс». – Лада Максимовна – начальник кредитного отдела. Если кто и сможет подобрать вам лучшие условия кредита, так только она. Юлия, вам пора на рабочее место, – выдворяет Юлю из кабинета и закрывает дверь.

Сажусь на место, пытаясь отыскать остатки самообладания и спокойствия. Появление этого мужчины выбило меня из колеи. Так на мужчин я никогда ещё не реагировала. Влад быстро осматривает букет на моём столе, замирает взглядом на кольце на левой руке. Андрей в это время разливается соловьём, предлагая Владу программы кредитования, расписывая плюсы личного менеджера, и прочее, и прочее.

Слушаю в пол-уха. Непосредственно к моей работе это относится косвенно, пока не перешли напрямую к кредитам, а вот разобраться в себе хотелось бы.

Проработав в отделении больше двух лет, я каких клиентов только не повидала. И властных бизнесменов, и эпатажных звёзд, молчаливо-подавляющих депутатов и просто шикарных, умных мужиков, которые умеют делать деньги. У всех у них была или аура власти, или флёр денег, или самцовость, которая лезла из всех щелей.

Но такого как Влад не встречала.

Он так органично уверен в себе, так естественен в своей мужественности, и, чёрт меня побери, так обаятелен, что стоило ему только войти в кабинет, а у меня сердце зашлось в тахикардии.

Я кинула быстрый взгляд на лицо Влада и тут же отвела глаза, потому что он, слушая Андрея, кивая и что-то отвечая, смотрел на меня не отрываясь.

Это было уже неприлично, переходило все рамки вежливости, но Влада явно не заботило.

А меня это тоже не заботило… меня волновало его внимание.

Захотелось тоже поправить блузку, коснуться волос, облизать губы. Вот с губами было труднее всего, они буквально горели от взгляда Влада.

Я поёрзала на стуле, наткнулась на удивленный взгляд Андрея. Он сбился с мысли и замолчал.

Влад тут же заполнил паузу.

– Я заранее изучил все ваши предложения. Меня устраивает. Но всё-таки я бы хотел детальнее переговорить с Ладой Максимовной.

– Да, как вам удобно. Мы подготовили для вас несколько вариантов: стандартный договор и индивидуальный. Можем обсудить.

– Оставьте оба варианта. Я просмотрю, – Влад, разговаривая с Андреем, то и дело переводил взгляд на меня. И в итоге вообще разворачивается ко мне лицом, игнорируя Андрея. – Завтра дам ответ.

Тут совершенно некстати, или наоборот, я никак не могу определится, в кабинет заглядывает Ирма Генриховна.

– Андрей Геннадьевич, вас к телефону.

Андрей понятливо кивает секретарше и прощается с Владом.

Как только дверь за Андреем закрывается, Влад встаёт и протягивает мне руку.

– Лада Максимовна, я приглашаю вас в ресторан.

И где же моё желание отказаться?

Глава 8

Лада

– Вынуждена вам отказать, Владислав Александрович. – Имя-отчество сложные, но до чего же весомо звучит.

Едва ли не по крупицам собрав остатки самообладания, я отвечаю так, как требует ситуация.

– Деловой обед? – не сдаётся.

– Конечно. Личным он ни в каком случае быть не может. Я собираюсь замуж.– Влад задумчиво кивает на мои слова, видимо, давая знать, что услышал. Но по лицу его сразу понятно, что особым препятствием мой жених для него на является. – Но и деловые обеды вам надо проводить не со мной, а с нашим управляющим. Я не наделена достаточной властью, чтобы вы были во мне заинтересованы.

– О, вы просто ещё не знаете ничего о своей власти надо мной, – улыбаясь, отвечает мужчина. – Я так понимаю, рабочий день у вас закончился и вас можно проводить до машины? – вроде и спрашивает, но таким тоном, что понимаю: отказ мой он всё равно не услышит.

В подтверждение моих мыслей, пока я выключаю ноутбук, Влад берёт мой плащ и ждёт в дверях. Мы вместе выходим из офиса под удивлённые взгляды девочек в зале. Даже охранник и тот округлил глаза. Хотя ничего же такого: просто выходим с клиентом из кабинета, идём на выход.

– Вы сами за рулём? – спрашивает на парковке.

– Да, Владислав Александрович. – Подчеркиваю, как могу, дистанцию. Красивое всё-таки имя Владислав. Влад. Красивое. Редкое.

– Лада Максимовна, предлагаю перейти на ты. – Он задумчиво перебирает брелок от авто в руке. – Потому что клиентом этого банка я не буду. Так что соблюдать деловой тон нет смысла.

– Почему? У нас лучшие условия для…

– Не сомневаюсь. Я изучил ваши условия. Но я не работаю с людьми, с которыми у меня отношения.

– Но у нас нет отношений.

– Пока нет…

Я открываю рот и закрываю. Решительно, я не понимаю этого мужчину.

Он прощается и отходит к своей огромной машине. Баварец тёмно-синего цвета. Бегемот, а не авто.

Ну что тут скажешь? Видимо, хозяин машины такой же – ничем его не проймёшь.

Вот только все выходные он не выходит из моей головы. А на утро понедельника, приехав на работу, почему-то жду, что «клиент» всё же передумает.

Но в кабинет входит Андрей. Без стука и как раз в тот момент, когда я с тоской смотрю на очередной новый букет из белых лилий.

Красивые цветы, но я терпеть их не могу. И из-за запаха, и из-за восковой и не живой, как по мне кладбищенской, красоты.

– Лада! Ты не отвечаешь на звонки! – Он подходит ближе и встает напротив.

Никогда на работе Андрей не проявляет своих эмоций, не показывает, что мы вместе, даже когда остаёмся наедине.

«Он просто сдержанный человек. И не хочет ставить меня в неловкое положение», – убеждаю сама себя.

– Я была у родителей, потом отдыхала. Я же написала тебе.

– Я прочитал твоё сообщение. Но ты ничего не рассказала про разговор с Владиславом Кузнецовым. Он перспективный клиент.

– Да. Но он отказался с нами сотрудничать.

– Почему?

– Он не пояснил. Думаю, он тебе сам всё сообщит.

– Ему не понравились наши условия? – продолжает допрос Андрей, не слыша меня.

– Андрей, я не знаю. Он не сказал.

– А о чём же вы тогда говорили на парковке?

Сама все выходные промучилась, пытаясь понять, что это за намёки были.

– Андрей, я не понимаю, в чём ты меня сейчас пытаешься обвинить? Что я не удержала клиента? Или, не дай бог, отвадила нового ВИПа от нашего отделения?

– Лада, ты сейчас говоришь ерунду.

– Извини.

– Я понял. Нервы. – Андрей кивает и задумчиво потирает подбородок. – А давай совместим приятное с полезным. Я хочу поменять машину. Этот Кузнецов спец в своём деле.

– Ты узнавал про него?

– Конечно, навёл справки. – С улыбкой произносит Андрей. И мне так не нравится его тон. Про меня он тоже справки наводил? Я тоже для него показалась перспективной? – Начинал он с автосервиса, поднялся до салона автомобилей премиум-класса. Сейчас будет расширяться. Нам надо бы его заполучить к себе в банк.

– То есть ты сейчас поедешь выбирать машину только потому, что банку нужен новый клиент?

– А почему нет, Лад? Что такого? Мне – машина из проверенного салона, банку – клиент, перспективный. А ты просто для интереса прокатишься.

– Какого «интереса»?

– Лад, что ты сегодня мне перечишь всё время?? Поехали со мной, выберем машину. Я потом тебя на ней возить буду.

И я соглашаюсь и сама себя уговариваю, что не из-за Влада я туда еду, не ради того, чтоб окунуться в его заинтересованный взгляд, не ради того, чтоб опять почувствовать обжигающий жар от его присутствия.

Хотя кому я вру?

Именно за этим я и еду.

Дура!

Глава 9

Лада

Пока добираемся до салона каждый на своей машине, я не могу успокоиться. Нервничаю просто как девчонка какая-то. И тысячу раз загадываю, чтобы этого шикарного Владислава Александровича не было на рабочем месте. А потом тысячу один раз передумываю.

Но в салоне я не могу отключить в себе профессионала и оцениваю новое помещение, хорошее месторасположение. Красивые машины стоят на подиумах, выгодно подсвеченные лампами. Нас встречает молодой симпатичный мужчина, улыбается профессионально.

– Проведите нас к Владиславу Александровичу, – заявляет Андрей с ходу.

Сотрудник, не переставая улыбаться, отвечает:

– Может, я вам смогу помочь?

– Нет, нам нужен Владислав Александрович.

Тон Андрея мне не нравится, от него веет снобизмом и напыщенностью.

– Вам назначено? – не уступает молодой человек.

– Нам надо, – отрезает Андрей.

Мне неловко, я пытаюсь сгладить впечатление об Андрее улыбкой. Сотрудник улыбается мне в ответ чуть искреннее, чем профессиональный оскал.

– Я могу сообщить Владиславу Александровичу о вашем визите. Как вас представить?

– Ромашов Андрей Геннадьевич и Лада Максимовна.

И я тут же сделала себе зарубку: Ромашов, не Ромашовы, или хотя бы мою фамилию мог бы назвать.

Молодой человек уходит, Андрей тянет меня походить между машинами.

– Вот мне нравится. – Он показывает на большой чёрный джип со сплошной тонировкой стёкол. Катафалк, как по мне.

– А мне вот. – Указываю на красный мерседес с поднимающимися вверх дверями.

– Ты специально? – Андрей вроде улыбается, но глаза серьёзные и недовольно прищурены. Смотрит на меня, как будто пытается в голову залезть.

– Нет. Просто красная и маленькая мне нравится больше, чем большая и чёрная.

– Красная привлекает много внимания, я же тебе говорил.

Говорил, да. И убедил купить темно-синюю машину, когда я новую себе брала.

– Вот эта привлекает. – С восторгом смотрю на ярко-желтую Ауди, выставленную посередине салона.

– А вы, Лада Максимовна, знаете толк в автомобилях. – Влад подошёл неслышно и со спины, пока я была занята рассматриванием яркого авто. – В природе чем ярче цвет окраски, тем ядовитее её представитель. Это как сигнал: не лезь, убью, – чуть наклоняясь ко мне, произносит Влад.

– Занятно. – Влезает Андрей. – Нам ядовитых не надо.

Появление Влада напомнинает мне порыв свежего воздуха после полнейшего штиля. Он весь сияет и одним лишь своим горящим взглядом вгоняет меня в краску. Я отхожу на шаг, пропуская Андрея встать передо мной, а сама прячусь… ну точно, школьница.

Андрей здоровается и сообщает о своем желании сменить машину. Говорит прямо, что этот салон ему кто-то советовал из знакомых. Пытается наладить контакт. Но Владислав Александрович, кажется, толком его и не слушает.

– Это будет совместная машина? – Спрашивает зачем-то.

А я об этом даже не думала.

– «Совместная»? Нет, мы предпочитаем на разных, – оборачивается ко мне Андрей, будто только вспомнив, – а Вы, Владислав Александрович, сразу догадались, что мы вместе? Вы очень проницательны!

– На умственные способности не жалуюсь, – Влад дёргает уголком губ в подобии улыбки.

Андрею не нравится быть на вторых ролях. А сейчас он явно не лидирует, начинает нервничать, хотя профессионально держит себя в руках. Поправляет полу пиджака, выпячивает вперёд подбородок.

– Вам очень повезло с Ладой, – произносит вдруг Влад, заставляя меня глотать воздух, как рыба.

Андрей едва поворачивает голову в мою сторону, но сразу кивает.

– Очень повезло. Любимая женщина – это как дорогой автомобиль. Премиум-класс. Требует много заботы, толстого кошелька и внимания. – Кажется, шутит.

Но ни Влад, ни я не смеёмся.

– Так какие марки Вам нравятся? – Влад включает профи.

– Ну… что-то солидное, сами понимаете.

Мы проходим весь салон, даже выходим на улицу, разглядывая выставленные красивые отполированные автомобили. В некоторые даже садимся, вот только у Андрея не получается вывести Влада на разговор о сотрудничестве. И к моменту, когда наконец выбирается та самая машина – белый Вольво, который полностью подходит надёжному мужчине, этот самый мужчина лишь только кажется довольным.

– Ну что за мужик, – шепчет мне, оглядываясь и ожидая, когда Влад вернётся в кабинет с договором купли-продажи.

– Андрей, ну я же говорила. Он не хочет сотрудничать.

– Я к нему и так, и эдак… ничего, и на него найдётся зацепка. Придёт ещё.

– А может, просто оставить человека в покое?

– В покое? Лада. – Произносит назидательно. – Где твоя хватка? Его нельзя вот так отпускать.

– Почему?

– Потому что зачем кому-то другому делать выручку, если её можем сделать мы? И тогда полетим на Мальдивы в отпуск в декабре. Хочешь? На неделю. Больше, сама понимаешь, не выбраться.

Молча отпиваю кофе, который нам приготовил секретарь. Андрей же копается в телефоне и вдруг довольно окликает меня.

– Лада!

– Да? – Произношу, повернувшись от окна. Вид хороший: на проспект. Машины едут, жизнь кипит.

– Ты не поверишь, но сам Глеб Михалыч будет на нашей свадьбе!

– Ганевский? – Уточняю я, не понимая, зачем на нашем торжестве быть шишке из министерства финансов.

– Да-да, представляешь! Я договорился о встрече с его секретарём. А там уже дело за малым. Говорят, Ганевский любит праздники. Так что нам надо будет постараться и удивить его!

– Его? – Повторяю, поставив чашечку кофе на столик рядом. – Почему мы в наш с тобой день…

Андрей считывает тон.

– Ты чем-то недовольна? Мы же всё обсудили, Лада. Ты же согласилась.

– Кажется, я просто промолчала… – шепчу, отворачиваясь обратно к окну.

– Нервы. – Заявляет с понимающей интонацией. – Это нормально.

Нет, дело не в них и это не нормально.

– О! Отлично! – С энтузиазмом произносит мой жених, для которого, наверное, я тоже являюсь просто удачным поводом, удачной вещью, которую можно выставить на обозрение и взять с собой, когда могу пригодиться. – Через полчаса у Михалыча окошко! А я, как раз, на новой машине. Так! Где этого Влада носит…

Именно в этот момент я, словно чувствуя, оборачиваюсь и сразу попадаю в капкан серо-голубых глаз Влада. Он подходит ближе, я замираю и боюсь вдохнуть глубже, чтобы не выдать своего волнения. Отхожу к стулу и присаживаюсь, боясь не устоять на ногах.

– Поздравляю с покупкой! – Произносит мужчина, передавая уже готовый пакет документов прямо в руки Андрея.

– Спасибо-спасибо! – Тот подкрепляет рукопожатием и широкой улыбкой. – Вы очень вовремя! А знаете что… по поводу нашего предложения!

– Я же сказал, сотрудничества не выйдет…

– Да-да. Понимаю. Я и сам сейчас очень занят, важная встреча, – Андрей перебивает и смотрит на дорогие наручные часы, – надо ехать. Но уверен, что Лада Максимовна сможет ещё раз Вас убедить в том, что наш банк – это исключительно правильное решение!

А я глазами хлопаю, не понимая, как он мог всё вот так вывернуть. Влад же хмыкает и понимающе смотрит на меня. Внимательно и неотрывно.

И улыбается сейчас так… словно мне одной. Притягательно и завораживающе.

– Тогда я вас не задерживаю. Всего доброго. – Влад отпускает Андрея прощальным кивком головы.

Ну что за мужчина…

Глава 10

Лада

– И всё-таки я приглашаю вас на обед, Лада Максимовна, – Влад протягивает мне руку.

Андрей быстро покинул кабинет, на прощанье просемафорив глазами и бровями мне что-то непонятное. Наверное, решил, что наедине я быстрее уговорю Влада стать клиентом банка. Эта мысль неприятно осела в сознании.

– Это будет деловой обед, – всё-таки собираю мозги в кучку. И напоминаю ещё раз. – Я… я скоро выхожу замуж.

– Да. Я помню. – И руку свою не убирает. Мне приходится вложить свою ладонь в его и встать, подтверждая свое согласие пообедать.

Необычное всё-таки ощущение, когда мужчина ненавязчиво ухаживает: подаёт руку, открывает перед тобой дверь.

– Я ничего не имею против автоледи, – на парковке Влад тянет меня в сторону своего бегемота, – но предлагаю прокатиться на моей машине. Тебя я потом довезу хоть обратно сюда, хоть на работу, хоть куда скажешь.

Вот так в одностороннем порядке он перешёл на ты, и мне не оставалось ничего другого, как тоже откинуть деловой тон.

– Хорошо. Потом мне надо будет вернуться за машиной.

Влад открывает передо мной переднюю пассажирскую дверь. Это очень непривычно. В последние годы я даже на дачу вожу родителей сама, поэтому давненько не каталась на пассажирском сидении.

– Ресторан на моё усмотрение?

Я согласно киваю. На деловых ужинах мне не часто, но доводилось бывать вместе с Андреем. Надо побольше улыбаться и все разговоры сводить к выгодному сотрудничеству с нашим банком. Но как вести диалог с Владом, если он сразу дал понять, что сотрудничества не выйдет? Тогда зачем обед?

Я украдкой кошусь на Влада за рулём. Уверенный, спокойный, без суеты и лишних движений он ведёт автомобиль расслабленно, но чётко, без понтов.

Мысль о том, что он мог пригласить меня в ресторан как понравившуюся женщину, а не представителя банка я пытаюсь откинуть сразу. В среде деловых людей так не делается. И я продолжаю ломать голову всю дорогу. Потому что другого объяснения кроме симпатии не нахожу.

В ресторане нас встречает хостес, проводит за столик, помогает с выбором блюд. Она так же как и я мгновенно попадает под обаяние Влада и старается всячески угодить. И я её прекрасно понимаю, таких харизматичных мужчин встречаешь не часто. Но надо отдать должное Владу, он не пытается продавливать окружающих, не клеит девушку, не поддерживает её заигрывания.

Пока ждём заказ, разговор крутится о всякой ерунде, погоде-природе. А после того, как официант приносит еду, я решаюсь задать вопрос. Потому что чувствую себя неловко.

– Так всё-таки какая цель нашего обеда, если не сотрудничество?

Влад усмехается и отвечает:

– Просто обед. Просто пообщаемся, чтобы узнать друг друга получше.

Ясности его слова не вносят в моё положение. Но я решаю, что нервничать тоже не имеет особого смысла, а значит, буду просто следить за ситуацией. И не давать волю эмоциям.

Вот последнее крайне сложно сделать, потому что я сама себя не узнаю. Но с момента как Влад ворвался в мой кабинет, я чувствую себя не рассудительным специалистом, юристом и взрослой женщиной, а растерянной девочкой-подростком, которой вдруг очень понравился мальчик-старшеклассник, и она не знает, что с этим делать и как привлечь его внимание.

– И давно вы вместе с Андреем Геннадьевичем?

– Почти два года, – округляю в большую сторону, для солидности.

– М-м-м.

Обычная реакция знакомых, когда они узнают, что я собираюсь замуж за начальника. Ещё и на лице отражается что-то типа «карьеру делает» или «ну ясно всё, чем заслужила». Но Влад просто тянет своё «ммм», и как будто ничего не имеет в виду.

– Всегда почему-то думал, что все высокие должности, кроме главбуха, в банке занимают мужики.

– С чего эта такая дискриминация по половому признаку?

– Да чёрт его знает. Но начальника юридического отдела крупного банка я бы предположил в виде матёрого мужика, чтоб в пару к крутому безопаснику. И начальника кредитного отдела к ним в компанию. Ну знаешь, такие три акулы зубастые. Крутые, прошаренные, чтоб деньжищами ворочали с лёгкостью, конкурентов списывали в утиль.

Я рассмеялась от его рассуждений.

– А безопасник у нас, конечно, мужик, но крутым его не назовешь. Павел Антонович очень интеллигентный мужчина, в очках и без акульих повадок. В юротделе вообще Галина Анатольевна всем заправляет.

– Система дала сбой, – улыбается Влад и принимается за стейк.

– А в твоей фирме много акул на должностях сидит?

– В моей-то? Никитос на акулу не тянет. Зато на нём вообще всё держится. На нём и на Валентине Алексеевне. Это мой главбух. Ты не ревнуй, она почтенная дама пятидесяти с хвостиком лет.

– Я не ревную, – тут же зачем-то уверяю.

– А жаль, – Влад смотрит на меня в упор, и я чувствую, как краснею от его пристального внимания.

– А начальником безопасности, если его можно так назвать, у меня Никитоса батя. Бывший МЧСник.

– Акула?

– Не-е. Свой мужик, с обостренным чувством справедливости и тяжёлой рукой. Он мне, бывало, отвешивал леща в профилактических целях.

– Ты варенье воровал или девок портил? – допускаю в голосе немного ехидства.

– Ох, чего только в молодости не бывало, – в тон мне отвечает. – Тем более, когда у Никитоса в деревне бабка живёт, а у неё в доме сеновал… – смеётся Влад. – Хотя у бабки рука не тяжёлая, зато лозина длинная.

– Никитос – твой родственник?

– Почти. Брат, но не по крови, по обстоятельствам.

Мне становится ужасно интересно. А Влад раздумывает пару мгновений, но потом отвечает.

– Мы в одном дворе росли. Но Никитос младше на пару лет, к тому же у него ДЦП. Не сильное, он так-то бодренький, – быстро добавляет Влад. – И голова у него соображает, и ходит сам. Его мамка, тётьВера, и батя поднимали как могли, занимались. Он и в школу обычную ходил. Просто мы как-то не сильно пересекались. Я со своими ровесниками дружбу водил, а Никитос – ото всех получал. А тут я как-то вышел во двор, а дети его на дерево загнали и стоят внизу обзываются. А он слезть не может. Одна нога до сих пор плохо слушается, а тогда ещё и рука плетью висела, пока операцию не сделали. И как он на дерево залез, вообще непонятно. Как слезть – не ясно. А дети, шакалы, ещё и немощным его обзывают. Ну я и пошел справедливости искать. Кому подзатыльника прописал, кому пинка. Батю Никитоса позвал, он его снял с дерева. А вечером к мамке домой делегация пожаловала. Мамашки побитых детей жаловаться на меня, бандита, пришли. Отчим ремень достал. Тут батя Никитоса пришёл. Они с отчимом перетёрли, а мы в итоге с Никитосом подружились. Да так крепко, что жил я по большей части у него, у бабки его летом в деревне пропадал, дневал и ночевал, короче. Вот и воспитывал меня батя Никитоса как своего сына.

Мне очень любопытно и хочется спросить про маму, но кажется, что Владу эта тема будет неприятна.

– Никите повезло иметь такого брата.

– Не-е, это мне повезло. Хоть посмотрел, что такое семья нормальная. – Влад произносит эту фразу спокойно, как само собой разумеющееся. Но от этого не менее страшнее её смысл. Но лезть с вопросами не решаюсь.

Глава 11

Влад

У Лады необычное имя. Я такого и не слышал. И совершенно необычные глаза: светло-карие, как у кошки, которые в темном помещении стали казаться темнее и как будто зеленее. Ну реально кошачьи глаза.

И вообще с момента, как я вошёл в кабинет и увидел Ладу за столом, меня не покидает ощущение узнавания. Как будто нашелся человек, которого давно искал.

Ну и постоянно сравниваю с кошкой, да. Из той породы, что гуляет сама по себе. Из тех величественных красавиц, кому поклонялись в Египте. Ласковой и милой кошечкой Ладу не назовешь. Взрослая, глубокая, гордая.

И так некстати она замуж собралась. Ещё и за отполированного Андрея. Управляющий мне не зашёл сходу. Вот не люблю я таких: прилизанных и идеальных, холеных и отмороженных. Они же как сейфы хранят все свои чувства под семью замками. И нафига Ладе такой?

– А у меня только сестра младшая. Ну, не особо младшая, мы погодки. Но я всегда хотела брата, – с сожалением произносит Лада. – Старшего. Брат – это круто.

И почему-то в этот момент мне представляется, как органично она будет смотреться в доме, полном детей. Как гордая кошка станет отличной мамой котятам. И сможет быть настоящей фурией, защитит котят, если их кто-то обидит. Не чета моей матери, которая сына на штаны променяла.

– Ну не знаю… Как по мне, одному лучше всего, все плюшки тебе перепадают, всё мамино внимание. – Я не любитель делится сокровенным, куда проще навешать девушке лапшу на уши. Это я умею, практикую. Но перед Ладой хочется быть откровенным. Мне её ещё у жениха отбивать. – Мы пока с матерью вдвоём жили, так хорошо было.

Тем более Лада умеет слушать. Вскидывает на меня глаза и внимательно ловит каждое слово. Без подобострастия и заискивания, просто с участием.

– Отец умер. Какую-то операцию ему делали. То ли плохо сделали, то ли не свезло. Я мелкий был, почти его не помню. Вот мы с мамой и жили. А когда я в школу пошёл, мама с отчимом сошлась. Он так-то нормальный. Относительно. Не пил, особо не бил. Но я его бесил. Сплавить меня было некому, родня далеко. И вот он меня терпел. Мать его обожала, всё только ему. Самое вкусное – Пашеньке, куртка новая – Пашеньке, вся забота – всё-всё Пашеньке. А я в одной куртке три года ходил, ботинки вообще бати Никитоса носил. Я потом мыслью дошёл, что он специально купил ботинки поменьше, чтоб мне отдать. Не хотел меня подачками оскорблять. Я как школу закончил, от матери съехал, так вообще не в курсе, как они с отчимом живут. А вот у Никитоса и батя, и тётьВера мировые.

Я поздновато опомнился, что звучит моя история очень уж сопливо. Сейчас Лада как начнёт меня жалеть. А я это конкретно так не люблю.

– В целом нормально всё вышло. Я в семью Никитоса влился.

– И как ты стал владельцем фирмы «Дис-Моторс»? – Умная девочка Лада переводит тему. Жалость если и промелькнула в её глазах, то быстро, я не заметил. Никаких соплей по этому поводу она разводить не стала.

Я морщусь.

– Вот когда ты так произносишь, сразу становится понятно, что название отстой. Но это Никитос придумал. Сократил от имени Владислав.

– Хорошее название. Ёмкое. И запоминается.

– И когда мы регистрировались, ничего похожего не было. Фирма – это прям громко сказано. Я, Никитос, батя его, Валентина Васильевна с девочкой-кадровичкой, семеро водителей. Вот и вся фирма. Мы занимаемся продажей элитных автомобилей. Пригоняем под заказ из-за рубежа хорошие тачки. Помогаем старые хорошие тачки пристроить. Начинали с того, что я сам гонял за машинами. Сейчас ребят нанимаем.

– А я ещё подумала, как ты машину уверенно ведёшь.

– Это ещё батя Никитоса меня учил. Он вообще всему, что мог, научил. Плавать, в нос давать, девочек не обижать, жить по принципам. А водить – как-то легко получалось, мне нравилось. В машинах ковыряться тоже нравилось. Когда работал на сервисе, один мужик предложил прокатиться за машиной заграницу в качестве напарника его водителю. Мне понравилось, сам поездил, потом Никитос придумал, как заказчиков искать. Покрутились мы то там, то тут. И вот доросли до бизнеса.

И мне прям как мальчишке хочется попонтоваться, покрасоваться перед понравившейся девчонкой.

– А у тебя машина не очень. По надёжности слабенькая. Краш-тесты вообще не прошла. Кто её тебе купил?

– Сама купила.

– Сразу видно, что в машинах ты нифига не смыслишь. Выбирала-то как?

– По цене. Ну и так: красивенькая.

– А чего тогда не красная? Мадамская.

– Андрей сказал, что слишком много внимания красной машине.

– Лучше бы он сказал, какая машина надёжнее при столкновении.

Лада поджимает губы. Не нравится ей, что я прилизанного её критикую. А как не критиковать, когда она на табуретке рассекает, а он сам себе практически броненепробиваемый танк купил?

Чувствую, что процесс охмурения Лады пошёл не по плану. Хотя и плана-то не было. Просто после встречи с ней было чувство, что влетел я на всем ходу в стену бетонную, и меня размазало. И добило её сообщением о скорой свадьбе.

А я ведь влюбился с первого взгляда. Посмотрел в её глаза кошачьи и втрескался. Насмерть. Навылет.

Решил отойти на пару дней в сторону, отдышаться, обдумать ситуацию. А что тут думать, когда к ней тянет? Собрался сегодня к концу рабочего дня подъехать к банку, разведать обстановку, ну и действовать по обстоятельствам. Потому что просто ждать и смотреть, как она утекает в руки хлыщу, не собираюсь.

А тут Лада сама со своим прилизанным пришла. И совсем у них отношения не те, которые жалко рушить. Дрянные у них отношения, точно говорю. Или сам себя этим уговариваю. И оправдываю себя, потому что собираюсь влезть в чужую жизнь и разрушить то, что «почти два года» строилось.

Взрыв хохота за соседним столиком нарушает тишину между нами. Там шумно празднуют день рождения компания немолодых, но ещё не старых женщин. Много подарков и цветов, веселье бьёт ключом.

Лада рассеянно рассматривает компанию. О чём она думает?

Чувствую, что она от меня отдаляется. Сейчас вскинется, потянется как кошка и уйдет по своим делам, не прощаясь.

– А я терпеть не могу свой день рождения, – брякаю первое пришедшее на ум.

С Ладой все мои пикаперские навыки дали сбой. И я теряюсь.

– Почему? – она смотрит на заинтересованно и с улыбкой.

Вот бы узнать, что у неё в голове?

– Потому что угораздило родиться двадцать девятого февраля. И как бы день рождения есть, а его нет.

– Так это же интересно. Не как у всех. И можно потом на пенсии скостить себе года, – шутит Лада.

– До пенсии я ещё не дожил. Но если доживу, то хотел бы с тобой.

Лада выпрямляется и замирает, разглядывая меня в упор. Да так, что моё сердце бьёт набат. Готовится вылететь или нафиг остановиться.

– Влад, послушай… – произносит она наконец.

Я пробую ей улыбнуться, на что она вдруг смущается и отводит взгляд, дотрагиваясь пальцами до бокала с соком.

– Правда, я… – запивает неловкость, медленно поднимая очень выразительный взгляд на меня.

– Я помню, что ты планируешь замуж, Лада.

– И? – Ведёт плечами, словно пытаясь сбросить что-то.

Смотрю, как ставит бокал на место, тихонько проводит пальчиком по ободку.

– Я мужик честный и прямой. Потому сразу скажу, ладно?

Приподнимает бровь.

– Я тебя украду у твоего жениха. Не пара он тебе.

Она явно хочет что-то сказать, но лишь приоткрывает губы. Задерживает дыхание и дёргается, когда моя ладонь накрывает её руку, замершую на бокале.

– Не пугайся этого, хорошо?

Лада смотрит на наши руки, на то, как я провожу безымянным пальцем по её пальчикам и вдруг прикрывает глаза.

Какая же она… потрясающая!

Глава 12

Лада

Утром на работу еду в растрепанных чувствах. Не выспавшаяся, измотанная и нервная. Мир вокруг кажется размытым, будто я смотрю сквозь мутное стекло. В голове – каша из тысячи мыслей, в груди – тяжесть, словно что-то навалилось на меня и не дает дышать. То ли это груз сомнений, то ли вес принятого решения.

«А что, если я ошибаюсь?»

«А что, если я зря вот так?..»

«А может, стоит подождать? Присмотреться?»

Мысли бегут по одному и тому же маршруту, как кони на манеже.

Влад… всего один взгляд, одна встреча – и моя жизнь перевернулась. Но разве так бывает? Разве можно доверять этому безумию?

На выходных ездила к родителям. Честно: надеялась, что получу какой-то знак, посыл, чтобы не было так мучительно признавать очевидное. Я совершенно некрасиво поступаю с Андреем, разрывая помолвку. Он этого не заслужил. Я поступаю необдуманно и сумасбродно, кидаясь в пучину страсти. Но утешаю себя тем, что хотя бы честна перед всеми.

Только семейная встреча не принесла мне ни покоя, ни понимания.

Мамин голос звучит в голове: «Не руби сгоряча, дочка. Сердце – ненадёжный советчик». А папа… папа просто молча обнял меня за плечи, и в этом молчании была такая уверенность, что я чуть не расплакалась.

Но ни мама со своим советом, ни папа с его молчаливой поддержкой ничем мне помочь не смогли.

Да и чем тут поможешь? Решение мне принимать самой. Мне же и ответственность за него нести.

Зато я застала Катю на кухне у родителей. Мы давненько не виделись с сестрой. Все занятые, все в своих заботах.

Она сидела на стуле, поджав ноги, и с аппетитом уплетала мамин вишневый пирог. По бабушкиному рецепту. И я, и Катя знаем этот рецепт, но ни у одной не получается так вкусно, как у мамы.

– О, Ладка, почтила нас своим присутствием?! – Катя фыркает, но в её глазах светится тёплое любопытство.

В детстве из-за небольшой разницы в возрасте мы часто ругались, делили кукол, бантики и мамину любовь. Но с возрастом отношения выровнялись, и я даже поняла всю прелесть сестринской любви. Но о старшем брате мечтать не перестала. Сестра – это про чувства, а брат – опора и поддержка, почти как папа, только можно секретами поделиться.

Я плюхнулась рядом, отломила кусок пирога и задумчиво прожевала. Отвечать сестре не хотелось.

– Ты выглядишь так, будто тебя переехал грузовик, – Катя наклонилась ближе. – Рассказывай.

– Не о чем рассказывать.

– Враньё! – Сестра ткнула меня в бок. Она всегда так делает. – У тебя же всё на лице написано.

– Просто… Я, кажется, совершаю что-то безумное.

Катя притихла, потом обняла меня за плечи – так же, как в детстве, когда что-то горестное случалось и мне нужна была поддержка.

– Ну и что? Иногда безумное – это единственное правильное.

Я прижалась к ней, и на мгновение стало легче.

И вот теперь я еду на работу, чтобы поговорить с Андреем начистоту.

Кабинет Андрея встречает меня холодным полумраком – жалюзи опущены, хотя утро уже вступило в свои права.

Андрей кивает, откладывая документы, над которыми работал, и встает, когда я вхожу.

– Ты выглядишь ужасно, – произносит так, как будто это комплимент.

Как будто даже не удивляюсь, я себя в зеркале видела.

– Андрей, нам нужно поговорить.

Он всё-таки подходит ко мне ближе и останавливается напротив. Прищуривается.

– Говори.

Я делаю глубокий вдох и как в воду с головой ныряю.

– Свадьбы не будет.

Тишина.

Андрей не дрогнул. Только бровь чуть приподнимает удивлённо.

– Объяснись.

– Андрей… Мы… Мы хорошие партнёры. Но это не любовь.

– Любовь – это химия, Лада, – принимается пояснять Андрей таким тоном, как с детьми несмышлеными разговаривают, рассказывая очевидные вещи, что трава зелёная, а небо голубое. – Гормоны. Они проходят. А то, что у нас есть – уважение, общие цели, рациональный расчёт – это и есть настоящая основа брака.

Слова Андрея обволакивают. Он умеет убеждать.

А вдруг он прав? Ведь мы столько времени были вместе. Сложились хорошие доверительные отношения.

Вдруг этот огонь внутри – просто иллюзия? Вдруг через месяц я очнусь и пойму, что разрушила всё зря?

Но…

Но вспоминаю, как Влад прикоснулся к моим пальцам в ресторане, как смотрел так, что сердце билось, будто рвется наружу.

Оно того стоит, чтобы рискнуть.

– Лад, это как с крыльями Икара. От слишком сильного жара они расплавятся, и ты упадешь вниз. Это будет больно, Лад. Оно того стоит? Чтобы потерять все, что имеешь, ради человека, с которым всего-то поужинала?

Слова Андрея меня отрезвляют.

– Ты следил?

– Я присматривал. Чтобы тебе никто не навредил. И потом…

Я не слушаю его, снимаю с пальца кольцо, кладу его на стол.

– Мне жаль. Извини за доставленные неудобства.

Андрей бросает взгляд на кольцо. Возращается к столу. Теперь между нами преграда. Хотя она и раньше была, просто я её не замечала.

– Ты ошибаешься. – Самоуверенно заявляет Андрей. – Но я подожду. Ты поймёшь, что наш союз идеален.

– Прости, – повторяю.

А что мне ещё сказать…

Я уже повернулась к выходу, когда он добавляет:

– Заявление об уходе тоже положишь на стол?

– Разумеется.

В своём кабинете достаю лист бумаги. Рука дрожит, но буквы выходят чёткими. Потом соображаю, что можно распечатать заявление.

«Прошу уволить меня по собственному желанию…»

Юля врывается в кабинет, когда принтер выдает мне ещё теплый лист.

– Ладка, ты чего? Чего удумала?

– Увольняюсь.

– Все уже в курсе.

– Откуда? – не то, чтобы меня сильно интересовало, но…

– Генриховна новость разнесла. Рада она, как еврейская свекровь на похоронах невестки, – Юля усаживается на стул. – А я уже надеялась, что хоть кто-то нашего Андрея до ЗАГСа доведет.

– Юль, раз я всё равно ухожу, скажи мне, только честно, вы с Андреем любовники?

Она даже не смутилась от моего вопроса, смотрит прямо и без виляния отвечает:

– Были. До твоего прихода в банк.

– И разошлись…?

– Потому что ты заявилась. Я же сама тебя позвала сюда. Сама себе яму вырыла.

Так я и думала. Просто не хотела замечать.

– Извини.

День извинений сегодня какой-то.

– Да было бы за что, – Юля машет рукой. – Мне – должность, тебе – жених… бывший. Так что я в выигрыше.

– Да. В выигрыше.

Катя звонит как раз в этот момент. Как чувствует, что мне нужна поддержка.

– Ну что, героиня, ты всё-таки решилась?

– Да.

– Тогда держу кулаки! – заявляет Катя уверенно, может, чересчур, но и за это ей спасибо. – И не бойся. Если что, я всегда на твоей стороне.

Да, иногда нужно прыгнуть в пропасть – просто чтобы понять, что там тебя ждёт: счастье или нет.

Глава 13

Лада

«Выходи через двадцать минут». – Сообщение от Влада прилетает поздно вечером.

Я как раз металась по квартире и никак не могла решить для себя, где искать работу и что со всем происходящим в моей жизни делать. Финансовой подушки безопасности по моим расчетам должно было бы хватить на три месяца. Но эти мысли меня занимают в самую последнюю очередь.

Неприятным открытием было то, что Андрей за мной все время следил, что его секретарь меня буквально ненавидела без повода, что у Юли был реальный повод меня не любить.

А ещё я ждала от Влада звонка или какого-то шага, чтобы убедиться, что я не зря перевернула всю свою жизнь с ног на голову.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.