Делайла Кора
Багряный Туман над Границей Миров

Глава 1

"Призрачный Вермонт"

Вероника бежала. Бежала из неоновых джунглей Нью-Йорка, от нервного гула сенсорных экранов, от толпы, что сдавливала грудь, не давая вдохнуть полной грудью свежий воздух. Она искала убежище в Вермонте, в сонной тишине провинции, в обещании умиротворения, которое, как наивно полагала Вероника, найдет средь холмистых лугов и багряно-золотых лесов.

Городок встретил её словно с почтовой открытки: белоснежные домики, кубиками сахара рассыпанные под сенью вековых кленов, колокольня, устремленная в небеса, словно безмолвная мольба о прощении, и крошечная площадь, где лавки местных ремесленников манили ароматом яблочного сидра и варенья из лесных ягод. Казалось, время здесь замедлило безумный бег, оставив все тревоги далеко за поворотом автострады.

Но идиллия, как это часто бывает, оказалась обманчивой. С первого дня в душе Вероники поселилась смутная тревога, не находящая себе объяснения. Воздух казался тяжелым, пропитанным ожиданием. Местные жители, приветливые на первый взгляд, избегали прямых взглядов, словно скрывая некий зловещий секрет за напускной любезностью. И, пожалуй, самым тревожным был туман. Багряный туман.

Он не был похож ни на один туман, виденный Вероникой ранее. Не лёгкий, играющий с лучами солнца, а клубящийся над дальними вершинами холмов, словно запекшаяся кровь, окрашивая небо в зловещие оттенки граната и бургунди. Он являлся с приходом сумерек и отступал лишь к полудню, оставляя после себя морозное оцепенение, гнетущее даже в самый солнечный день.

Местные, казалось, привыкли к нему. Они пожимали плечами и бормотали что-то о "сезонных особенностях", о "редком сочетании влажности и ветра", но Вероника чувствовала фальшь. В их голосах сквозили натянутость, а в глазах плескался неприкрытый страх. "Это не просто погодное явление", – твердила она себе. "Это – предупреждение".

В отчаянных поисках ответов, в надежде найти хотя бы какое-то рациональное объяснение этому странному феномену, Вероника набрела на старинную библиотеку городка. Она ютилась на тихой улочке, словно прячась от напора современного мира. Деревянная вывеска, выцветшая от времени, с трудом читалась: "Вермонтская Историческая Библиотека".

Библиотека встретила Веронику терпким запахом старой бумаги, пыли и чего-то необъяснимо древнего, почти мистического. Внутри царил полумрак, лишь тусклый свет проникал сквозь узкие окна, завешанные тяжелыми бархатными шторами. Высокие стеллажи, уставленные томами в кожаных переплётах, уходили ввысь, теряясь в полумраке потолка. Казалось, время остановилось в этом месте, законсервировав эпоху давно минувших дней.

Именно здесь она и познакомилась с Эйденом.

Он возник из тени, словно материализовался из самого воздуха, пугая Веронику до мурашек. Высокий, худощавый силуэт, облаченный в старомодный твидовый костюм, казался сотканным из самой тьмы библиотеки. У него была бледная, алебастровая кожа, иссиня-черные волосы, зачесанные назад, и глаза – глаза цвета грозового неба, полные тихой тоски и глубоко затаенной печали.

Он был библиотекарем. Единственным библиотекарем в этом заброшенном месте. Его имя было Эйден Блэквуд.

На первый взгляд, Эйден казался неприветливым, даже отталкивающим. Он говорил тихо, избегал зрительного контакта и, казалось, делал всё возможное, чтобы отгородиться от всякого вторжения внешнего мира. Но Вероника чувствовала в нём что-то большее. Нечто, что манило её, несмотря на его очевидную отстранённость.

Вероника стала посещать библиотеку каждый день, проводя долгие часы за изучением старых газетных вырезок, пожелтевших писем и пыльных томов по истории Вермонта. Она искала хоть малейшее упоминание о багряном тумане, о странных происшествиях, о необъяснимых явлениях.

Эйден поначалу относился к ней с подозрением, всячески избегая любой формы общения. Но Вероника была настойчива. Она задавала вопросы, проявляла искренний интерес к истории города, и постепенно, медленно, лёд отчуждения начал таять.

Однажды, Вероника спросила его напрямую о багряном тумане, Эйден замолчал на долгое время, глядя в окно, за которым медленно сгущался вечер.

– Туман… – медленно проговорил он, словно пробуждаясь от глубокого сна. – Здесь его называют Кровью Земли. Старинные поверья… гласят, что это душа Вермонта, истекающая кровью из-за грехов прошлого.

Он провёл пальцем по корешку древней книги, переплетенной в грубую кожу. "Многие считают это обычным атмосферным явлением, оптической иллюзией. Но есть и те… те, кто знает правду."

Он открыл книгу и показал Веронике иллюстрацию: изображение багряного тумана, окутывающего древний каменный круг, вокруг которого танцуют фигуры в темных плащах. Под изображением были начертаны слова на неизвестном языке.

– Что это? – прошептала Вероника, завороженно глядя на рисунок.

– Это карта , – ответил Эйден. – Карта мест силы. Мест, где багряный туман чувствует себя как дома.

В последующие дни Эйден показал Веронике и другие артефакты из запасников библиотеки: потертый кожаный дневник, исписанный странными символами, которые, по его словам, принадлежали древнему культу; амулет из кости, излучающий леденящий холод, который, как говорили, защищал от злых духов; и пожелтевшую карту Вермонта, на которой были отмечены красными кружками места, где чаще всего видели багряный туман.

Вероника узнала об древних, давно забытых ритуалах, совершавшихся на этих землях. О пропавших без вести людях, чьи исчезновения так и остались неразгаданными. О шепоте духов, слышимом в ночной чаще леса.

Она поняла, что Вермонт – это гораздо больше, чем просто тихий провинциальный городок. Он хранит в себе мрачные тайны, погребенные под слоями времени и забвения. И Вероника чувствовала, как её непреодолимо тянет к этим секретам, словно мотылька к обманчивому пламени.

Она знала, что изучение истории городка и багряного тумана опасно, но уже не могла остановиться. Складывалось впечатление, что Вероника стала героиней захватывающей книги или фильма, и только ей суждено раскрыть тайну, которую годами скрывали местные жители.

И Эйден, загадочный и мрачный библиотекарь, казался ключом к разгадке этой мрачной тайны. Она чувствовала, что он знает гораздо больше, чем готов рассказать, но постепенно, медленно, начал ей доверять. Сможет ли Вероника разгадать его тайны?