Элеонора Шах
Подводное королевство

Глава 1

Глава 1

По высокому каменистому берегу Биргинского залива проходила дорога, которая спускалась к расположенному на побережье городу Конкайден – мощной крепости короля Виллема. Эта дорога была основным путем для множества торговцев, путешественников и местных жителей.

Ранним утром, когда солнце только-только начало пронизывать своими лучами лесной массив, из городских ворот выехал вооруженный отряд и помчался во весь опор, оставляя за собой лишь столб непроглядной пыли. По приказу лорда Брейдена, отряд преследовал короля с королевой, которые днем раньше выехали в сопровождении свиты и охраны в южный замок.

…Более двадцати лет назад молодой король Виллем постоянно воевал со своим могущественным соседом – королем Риганом. Сражения между ними шли тяжелые – король Риган был непревзойденным воином, смелым и храбрым, но он был уже немолодым. И когда в одном из сражений два короля сошлись в поединке – честная победа досталась тому, кто был моложе. А вместе с победой Виллему досталась и жена Ригана – молодая королева Иона со своим малолетним сыном Брейденом.

Иона была очень красивой миниатюрной женщиной со светлыми волнистыми волосами и большими карими глазами. И молодой король-воин, въехавший со своими рыцарями в замок поверженного противника, увидел ее, спускающуюся по лестнице, и влюбился мгновенно, как мальчишка. Конечно, как победитель, Виллем мог силой заставить королеву выйти за него замуж, но ему было важно, чтобы она тоже полюбила его. Поэтому он долго ухаживал за Ионой в надежде, что она ответит на его чувства, когда поймет, как сильно он ее любит.

Король Виллем сам был достаточно красивым – высокого роста, с телом хорошо тренированного воина. Вьющиеся темные волосы спускались ему на шею, где свободно вились колечками, а его на удивление яркие голубые глаза смотрели с теплотой и пониманием. К тому же, он был очень справедливым и добрым человеком – и сердце королевы дрогнуло… Вскоре в королевстве Конкайден играли пышную свадьбу…

Время шло, любовь королевы к мужу росла с каждым днем, но осчастливить Виллема наследником она так и не смогла. А маленький Брейден затаил страшную ненависть к тому, кто убил его отца, пусть даже и в честном бою. И как Виллем ни старался завоевать его любовь или хотя бы понимание, ему это так и не удалось. Когда Брейдену было тринадцать лет, королева Иона слегла от неизвестной болезни и вскоре тихо умерла. Так король Виллем остался один на один со своим горем и с пасынком, до чьего сердца так и не смог достучаться. Когда подошло время, Брейден был посвящен в рыцари…

После смерти королевы Ионы прошло семь лет, и Виллем женился во второй раз. Молодая девушка из знатного рода Невлинов, Эйлис, сумела развеять многолетнюю печаль уже поседевшего короля. Но и она долго не могла подарить мужу желанного наследника.

За это время король Виллем поставил Брейдена во главе королевской армии – еще одна попытка растопить лед в сердце пасынка. Но она оказалась роковой – получив почти неограниченную власть над королевскими войсками, Брейден понял, что настал сладостный момент отмщения. Виллем должен умереть, а его трон – перейти к единственному его наследнику, сыну Ригана.

И можно представить ярость, охватившую Брейдена, когда он узнал неожиданную новость: хотя все уже потеряли надежду, молодая королева сообщила мужу, что скоро он станет отцом.

Этого Брейден никак не ожидал. В последние несколько лет он тщательно планировал свержение короля Виллема, все ближе и ближе подбираясь к трону в ожидании благоприятного момента. И сейчас, когда понял, что желанный трон может от него ускользнуть, он, не раздумывая, начал действовать…

Ребенок родился в срок. Это был здоровый и прелестный мальчик. Прямой наследник! Счастливый отец назвал сына Кианом.

Спустя несколько месяцев, когда младенец окреп, король решил отправиться в свой южный замок, где было намного теплее и благоприятнее для маленького принца. Виллем собирался пожить там с Эйлис и Кианом некоторое время, а затем, оставив их, вернуться в главный замок, где его ожидало множество неотложных дел.

В назначенное утро король, королева и младенец-наследник выехали из ворот замка Конкайден в сопровождении свиты. Большую часть отправившихся с королевской семьей составляли придворные. Путь до королевского замка на юге должен был занять не более трех дней. Поэтому было решено ночевать под открытым небом в шатрах и палатках недалеко от побережья. В королевстве уже много лет царил мир, и поэтому путешествие обещало быть безопасным…

…Брейден в то самое утро тоже был сильно занят: он тщательно планировал, когда нанести смертельный удар. Расчет был на то, что после того, как король покинет замок Конкайден, им уже негде будет укрыться. Вот тогда и надо напасть на ничего не ожидающих путешественников! Он приказал своим воинам дождаться, когда король со своей семьей и сопровождающая его свита остановятся на ночлег и крепко заснут, а затем перебить всех. Но немного подумав, Брейден изменил свое решение и велел вернуть королеву в замок.

Никогда Виллем не думал, что доживет до того дня, когда его подданные, а тем более пасынок, которого он любил и считал своим сыном, повернут мечи против него. Став, наконец, отцом уже в немолодом возрасте, король настолько ослеп от счастья, что не заметил, как за его спиной плетутся интриги, грозящие ему потерей трона, а вместе с ним и головы.

Этой ночью ценой жизни преданных ему рыцарей, королю Виллему и его семье удалось избежать смерти. Но она все еще неслась вслед за крытой повозкой, которая мчалась прочь от страшного места – там, в палатках и шатрах, лежало множество ни в чем не повинных людей, безжалостно умерщвленных по приказу Брейдена… Позади уже был слышен топот копыт, и, казалось, преследователи вот-вот настигнут беглецов. Королю Виллему стало ясно, что спастись им вряд ли удастся, – скорее всего Брейден уже перебил, запугал или подкупил многих преданных королю людей. И теперь с ними остался только кучер, который был готов отдать за них жизнь. Понимая, что их вот-вот настигнут, Виллем принял решение спасти хотя бы ребенка.

Отстранившись от всего, Эйлис в полном молчании любовалась розовым личиком сына – младенец всю дорогу безмятежно спал.

– Любовь моя, – обратился Виллем к жене хриплым голосом. – Мы должны спасти нашего сына, иначе он погибнет от рук Брейдена.

Королева перевела взгляд на мужа, ее глаза, в которых плескалось отчаяние, наполнились слезами. Она сильнее прижала ребенка к груди, и, казалось, в эту секунду время для нее остановилось. Нет, она не боялась умереть – она боялась за жизнь своего сына. Не может быть, чтобы судьба сыграла такую злую шутку – позволила ребенку появиться на свет, чтобы сразу же отнять его у любящих родителей!

– Это единственный шанс спасти нашего мальчика, – как можно убедительней добавил Виллем, пытаясь вывести Эйлис из оцепенения. – Мы должны его спрятать… Лукас позаботится о нашем сыне. Мы вернемся за ним, как только сможем.

– Ты хочешь оставить Киана со слугой в этом страшном лесу?! – наконец заговорила королева охрипшим голосом.

– У нас нет другого выхода, моя родная. Наш кучер всегда был нам предан, и я уверен – малыш с ним не пропадет… Нам нельзя медлить…

Не дождавшись ответа, Виллем приказал остановить повозку. Когда пожилой мужчина спустился с сидения, король уже стоял на земле.

– Лукас, ради спасения нашего сына мы вынуждены оставить его с тобой…

Кучер молча смотрел на короля, затем перевел взгляд на несчастную королеву. Он не совсем понимал, о чем сейчас говорит его господин.

– Ты служил нам верой и правдой все эти годы. Поэтому мы доверяем тебе самое дорогое, что у нас есть – наследника. Ты должен укрыть его в безопасном месте, до тех пор пока я за вами не вернусь… Если же не вернусь, то позаботься о нем, как о своем родном сыне. Недалеко отсюда на озерах стоит замок барона Орли, ты был там со мной не раз – это единственное место, где можно спрятать Киана.

С этими словами Виллем снял с пояса увесистый мешочек с золотом и отдал кучеру.

– Но мой король! – возразил было Лукас, которого сильно потрясла просьба его величества.

– Сделай, как я тебе говорю, мы на тебя надеемся…

Эйлис смотрела на растерянного мужчину умоляющим взглядом. Лукас колебался, но потом понял, что другого способа спасти наследника нет, и произнес:

– Хорошо, ваше величество, я позабочусь о маленьком принце…

Младенец проснулся и теперь смотрел на мать своими большими голубыми глазами. Казалось, он пытался запомнить ее лицо, которое ему, возможно, больше не суждено будет увидеть. Несчастная женщина, с залитым слезами лицом, поцеловала сына, осторожно вынула из крохотных пальчиков каштановую прядь своих волос, которую младенец стискивал, словно понимая, что расстается с матерью, и нехотя передала его в руки мужа.

Сердце Виллема разрывалось. Со всей любовью смотрел он на это крохотное создание, закутанное в пеленки. Он накрыл своей большой рукой головку сына и поцеловал его в лоб. Мысленно отец попрощался со своим мальчиком, затем передал «кокон» из пеленок Лукасу, снял с шеи медальон, украшенный ярко-зеленым изумрудом и надел его на малыша.

– Ступайте, – сдавленным голосом произнес несчастный король, затем вскочил в повозку и хлестнул лошадей кнутом.

Лошади рванули с места, и повозка понеслась прочь. Королю стоило неимоверных усилий не оборачиваться – боль расставания была невыносима.

Старый слуга, крепко прижимая к груди драгоценный сверток, поднял руку, как бы благословляя несчастных и желая им скорее добраться до безопасного места. Какое-то время он смотрел в ту сторону, где скрылась повозка и клубилась пыль от ее колес. Затем, тяжело вздохнув, он взглянул в безмятежные глаза ребенка и, не теряя больше ни секунды, поспешил скрыться от приближающихся преследователей.

Оставив сына с кучером, Виллему вскоре пришлось оставить и Эйлис. Он знал, что Брейден не посмеет убить королеву, иначе не видать ему трона.

Эйлис всеми силами пыталась убедить мужа не оставлять ее – она разделит судьбу мужа, какой бы та ни была, с радостью, ведь она так любит его! Но Виллем настоял на своем, говоря ласковым голосом, что если что-то случится с ним, у Киана останется хотя бы мать. Они оба плакали, держа друг друга в объятиях, понимая, что, скорее всего, видятся в последний раз.

В этот момент, король думал лишь о спасении сына-наследника и любимой жены, а королева – о том, что в один день она теряет двух самих любимых людей на свете. Наконец, отстранив от себя заплаканную жену, Виллем отвязал коня и умчался верхом, скрывшись за поворотом.

Вскоре появились первые всадники… Они окружили повозку, в которой, безучастно сложив руки на коленях, сидела королева. Один из них спешился, подошел к ближе и, поклонившись Эйлис, протянул ей руку:

– Миледи, я прошу вас вернуться с нами в Конкайден.

Не обращая внимание на протянутую руку, королева молча спустилась на землю. Ее усадили на коня впереди одного из рыцарей, и небольшой отряд помчался обратно в замок.

Глава 2

Глава 2

…Все ниже и ниже Лукас спускался по склону берега, где была возможность укрыться от преследователей. Он скользил по камням, свободной рукой цепляясь за ветки кустарников, пока не оказался у самой воды. Здесь они не были видны с дороги. Старый слуга опустился на землю за огромным валуном, аккуратно положил рядом младенца и, затаив дыхание, стал ждать, пока воины Брейдена проедут мимо. Наконец послышался топот копыт – отряд неумолимо приближался. Все громче раздавались голоса и выкрики воинов, скачущих на большой скорости.

Лукас прикрыл уши ребенка ладонями, чтобы шум не напугал младенца, и прижался к камню, словно желая с ним слиться. Он отчаянно молился о спасении, понимая, что Виллему с Эйлис, скорее всего, не удастся уйти от погони, и теперь вся ответственность за ребенка лежит на нем.

Топот копыт и крики вскоре стихли, но Лукас еще некоторое время продолжал прижиматься к камню, благодаря небеса за то, что опасность миновала. Затем он оставил Киана и стал карабкаться наверх. Убедившись, что на дороге никого нет, старик решил спуститься за младенцем. Но ноги его не удержали, и, изо всех сил цепляясь за траву и ветки, он сперва заскользил, а затем покатился кубарем вниз вместе с камнями.

В этот момент из-за поворота показались два спешившихся всадника – лошадь одного из них хромала. Подозрительный шум привлек их внимание, и один из них, вскочив на лошадь, помчался на звук.

Лукас к этому моменту уже с трудом поднялся на ноги и что было сил побежал вдоль берега. Падая и поднимаясь, он уводил всадника подальше от младенца. Воин, однако, не решился пустить коня вниз по склону, опасаясь, что животное сломает себе ноги. А беглец тем временем уходил все дальше вдоль крутого берега. Однако намокшие сапоги и больные ноги не дали ему уйти далеко…

Внезапно Лукас почувствовал удар в спину, а за ним острую боль – стрела, пущенная из арбалета, пронзила его почти насквозь, едва не задев сердце. Он упал навзничь, не в силах пошевелиться. Бедный старик лежал в воде, и от судорожных вздохов боль волнами расходилась по всему его телу.

Всадник спешился и спустился вниз – несчастный, которого он только что подстрелил, лежал уже без признаков жизни. Воин срезал с его пояса мешочек с деньгами и вернулся ко второму всаднику, ожидавшему его на дороге. И через несколько мгновений топот их лошадей пропал вдалеке.

…Спустя время младенец, оставленный на произвол судьбы, проснулся и начал плакать. Некому было его покормить и сменить мокрые пеленки. Крик несчастного малыша приглушался сердитым плеском волн и шелестом прибрежных кустов. Но все же его отчаянные призывы о помощи были, наконец, услышаны.

Холодные брызги, от удара волны попавшие на лицо Киана, на мгновение заставили младенца замолчать, и его надрывный плач прервался. Где-то неподалеку послышался всплеск, и из воды показалась красивая молодая женщина с длинными распущенными волосами цвета ржи. Ее волосы, шею и руки украшали ракушки, кораллы и бусины. Это была русалка по имени Найда. Она приплыла сюда из далеких вод, чтобы пополнить запасы трав.

Русалка долго не решалась приблизиться к берегу, так как там, почти касаясь воды, лежал человек – Лукас из последних сил все же вернулся к месту, где оставил младенца, и теперь снова лежал без признаков жизни, одной рукой прижимая к себе ребенка. Найда была в смятении: по их законам русалкам нельзя было общаться с людьми. Но ее сердце разрывалось от детского плача, не позволяя проплыть мимо.

Она еще раз огляделась по сторонам – вокруг больше никого не было. Мужчина продолжал лежать неподвижно, и тогда русалка решилась подплыть ближе. Со всей предосторожностью Найда попыталась высвободить ребенка из-под руки мужчины, но тот неожиданно очнулся. Старый слуга не мог умереть до тех пор, пока не сдержит данного своему королю слова – пока не найдет кого-то, кто после его кончины позаботится о мальчике.

Лукас схватил женщину за руку и в полубессознательном состоянии произнес:

– Это сын короля Виллема – Киан. Спаси его… – хриплым сдавленным голосом умолял умирающий, не понимая, с кем говорит. – Придет день, и он вернет себе трон отца… У мальчика есть особое родимое пятно в виде капли… – сказал несчастный, удерживая русалку из последних сил.

Он не договорил, его пальцы разжались… Бедняга закрыл глаза и умер. Найда пристально смотрела на замершее лицо старика, потом высвободила свою руку и, взяв сверток с младенцем, поплыла прочь…

***

…В том месте, где Биргинский залив граничит с Кертским морем, находился небольшой безлюдный скалистый островок. На нем росли вековые деревья с мощными стволами и пышными раскидистыми кронами. Одно дерево склонялось к воде, почти касаясь ее своими ветвями. Его корни уходили глубоко в воду.

Именно здесь, между могучими корнями, находился вход в дом Найды. Всю свою жизнь русалка готовила различные снадобья: для лечения, для ворожбы, для магических ритуалов. И небольшие комнатки в ее доме были заполнены разными предметами, которые она для этого использовала.

Туда и приплыла русалка со спасенным младенцем на руках. Найда понимала, что единственная возможность для малыша выжить – это стать таким, как она, и жить в подводном мире. И для этого ей придется обратиться за помощью к старому могущественному магу, Орлакку, чего бы ей это ни стоило. Он был самым великим магом подводного мира – коварным и жестоким. Но Найда была готова на все, только бы спасти человеческое дитя. Ее большое сердце переполняла любовь, но некому было ее отдать, не о ком было заботиться. И вот теперь сама судьба послала ей живую душу, которая нуждалась в этой заботе и любви. Не колеблясь, она поплыла к магу, и Орлакк помог ей, но цена этой помощи была велика: ее красота и молодость. Однако это не печалило Найду, ведь теперь у нее был сын, о котором она всегда мечтала…

***

В тот же день, когда королеву Эйлис доставили в замок, на городской площади лорд Брейден со скорбным лицом объявил, что король и наследный принц трагически погибли от рук разбойников, и теперь он, Брейден, как преемник короля Виллема, берет его вдову под свое покровительство и защиту.

В действительности, Эйлис заперли в дальней башне замка, чтобы она никому не смогла рассказать правду о случившемся. Однако несчастная женщина была только рада этому, потому что не могла смотреть в ненавистное лицо человека, убившего ее мужа.

Вместе с тем, опасаясь, что королева наложит на себя руки, Брейден сделал небольшую уступку: ей было позволено выбрать себе несколько фрейлин из любых благородных семей. И она этим воспользовалась. Вскоре в замок прибыло несколько девушек для свиты Эйлис. Они и не знали, что их ожидает участь заложниц. Брейден под страхом смерти приказал им не спускать глаз с королевы ни на минуту. Кроме того, он приставил к дверям ее покоев стражников, а еще несколько его охранников должны были следить за каждым шагом королевы и ее фрейлин. Ведь узнай народ правду об убийстве любимого ими короля – и план мести, так тщательно и долго вынашиваемый Брейденом, рухнет в самом его начале.

С того дня, как ее вернули в замок, королева Эйлис не могла спать. А если и засыпала, то сразу же просыпалась от собственных криков: ее мучили кошмарные сны. Муж и сын виделись ей то убитыми, то истерзанными, и лишь изредка она видела счастливый сон, в котором ее мальчик улыбался и тянулся к ней ручками. Во сне бедная женщина тоже протягивала руки к своему ребенку, но, проснувшись, хватала лишь пустоту. В такие моменты Эйлис тихо рыдала, вновь и вновь прокручивая в памяти тот горестный день, когда Виллем попрощался с ней возле повозки. Она не могла забыть, как на обратном пути в замок ее охватил сильный холод, и грудь пронзила острая боль. В тот момент гордая женщина не подала виду, но ясно поняла, что преследователи настигли ее мужа и беспощадно расправились со своим королем.

Как только прошел официальный траур, лорд Брейден женился на королеве Эйлис, которая была сломлена несчастьем и безучастно смотрела на происходящее, словно со стороны.

Так убийца взошел на славный трон королевства Конкайден.

Еще много лет в тайне от всех Брейден искал Киана – настоящего наследника трона, но в конце концов, уверившись, что того уже нет в живых, отдал приказ прекратить поиски. И с того дня на протяжении многих лет новый король жестко правил королевством, постоянно воюя с соседями. За время его правления многое изменилось. Люди боялись своего короля больше дьявола – Брейден был злым, беспощадным и жадным. Много семей пострадало от его злодеяний, и, казалось, этому не будет конца.

А Эйлис все последующие годы, находясь под неусыпным присмотром фрейлин и стражи, все никак не могла перестать думать о своем сыне. Все эти годы она держала траур по погибшему мужу, хранила ему верность и молилась, глубоко в душе надеясь, что ее сына все же спасли. Ведь тело ее мальчика так и не было найдено. И кроме того, у нее ни разу больше не щемило сердце так сильно, как в момент гибели Виллема. Надежда, что Киан остался в живых, придавала несчастной женщине сил, помогала не сломиться окончательно или не сойти с ума. A глубоко в душе теплилось чувство, что когда-нибудь она вновь увидит своего сына.

Глава 3

Глава 3

Шли годы… Вскормленный молоком дельфинов младенец все больше и больше подрастал и набирался сил. Теперь Киан был настоящим русалом и жил вместе с приемной матерью Найдой в их подводном доме у берега маленького острова.

Природа щедро наделила мальчика – он явно был рожден для великих дел. Его приятная внешность прекрасно сочеталась с умом, смелостью и решительностью. Теперь он имел хвост, от кончика которого до пояса был покрыт плотной серебристой чешуей со своеобразными отличительными узорами, как и у всех жителей подводного королевства. Все они отличались друг от друга узорами, цветом и формой плавников.

У русалок чешуя покрывала и грудь, а хвосты, в отличие от русалов, имели более изящную форму, как и шелковистые плавники. Уши у них были красивой формы, но без мочек, а верхняя часть туловища была несколько бледноватой. И только Киан на всеобщее удивление имел цвет кожи схожий с темно-кремовым жемчугом. Между ребрами у русалов и русалок находились едва заметные жабры, однако при всех этих отличиях, если они выглядывали из воды по плечи, их можно было принять за людей.

В подводном королевстве был свой язык, на котором его жители общались между собой и со своими лучшими друзьями – дельфинами. Но при этом все знали и язык людей. И так было всегда.

В этом прекрасном мире существовало немало древних легенд, и в одной из них говорилось про русалку по имени Бренна, которая и была основательницей всего подводного королевства. В этой легенде говорилось еще, что русалки и русалы когда-то были людьми, но как они попали в подводный мир, уже мало кто помнил. Однако Бренна с течением веков стала почитаться в их мире как богиня-защитница.

Легенды рассказывали еще и о яростных сражениях между людьми и русалами, которые происходили много веков назад. С тех самых пор жители подводного мира, немало пострадавшие в этих сражениях, избегали встреч с людьми.

Но это не касалось Киана, он был всего лишь беззащитным младенцем, который никак не смог бы причинить вред. Именно эта мысль и заставила Найду много лет назад нарушить закон подводного мира, запрещавший им связываться с людьми. И она просто растила сына, как обычного русала, и обучала всему, что сама знала и умела.

В детстве мальчик часто цеплялся за шею матери и сопровождал ее в поисках различных растений и предметов, которые были ей необходимы для магических дел. А спустя время он уже делал это самостоятельно.

Вот и в этот раз по поручению матери юноша отправился на поиск нужных для лечебных снадобий ингредиентов. Недалеко от пещеры, где покоились поросшие подводной растительностью остатки затонувшего пиратского судна, он собирал все, что находил на морском дне. Наконец, наполнив сплетенную из морских водорослей сетку ракушками, редкими кораллами и многим другим, Киан повернул обратно домой. Он всплыл на поверхность неподалеку от острова и услышал звонкий смех. Не раз русал видел, как кто-то приплывал к матери за помощью, но никогда не обращал на приплывших особого внимания. На сей раз раздававшийся хрустальный смех чем-то его приворожил.

Юноша укрылся за прибрежными камнями и стал наблюдать, как три русалки, держась за дельфинов, подплывали к острову. Все три были юны и красивы, но одна из них произвела на него особенное впечатление. Она настолько поразила юношу своей красотой, что он, затаив дыхание, был не в силах оторвать от нее глаз.

Длинные черные, как воронье перо, волосы девушки переливались и сверкали на солнце. В них были вплетены красивые цветы и бусинки, а на голове у нее была корона. Белоснежные руки красавицы-русалки были украшены яркими браслетами, а грудь – многочисленными бусами. Пышные волосы двух других русалок были схвачены блестящими обручами и также украшены цветами и бусинами. Было ясно, что русалки прибыли из королевского замка, о котором так много рассказывала Найда.

…Однажды, когда Киан был еще совсем ребенком, он вместе с матерью впервые попал в подводный город, который находился на дне среди скал. Он тогда был необычайно потрясен огромными статуями всех морских властителей этого королевства, начиная с незапамятных времен, которые были высечены придворными мастерами в отвесных скалах. Эти величавые фигуры гордо стояли, устремив свои суровые взгляды кто на королевский замок, кто вдаль между скалами, словно выглядывая врагов. Казалось, и те, и другие оберегали покой жителей города.

Скалы вокруг королевского замка были усеяны большими и маленькими пещерами, в которых жили местные жители. Плотно примыкавшие друг к другу многочисленные входы в эти жилища были украшены арками, разнообразными узорами из ракушек и разноцветных кораллов. И пока родители занимались своими делами, маленькие русалы и русалки носились вдоль скал, играя в догонялки или прятки. Но больше всего малыши любили играть на главной площади города, возле статуи красивой русалки, которая находилась там уже много веков. Это была статуя той самой Бренны.

Рядом с площадью, возвышаясь над всем, стоял великолепный замок. Его остроконечные башни с ажурными окнами соединялись с основным зданием бесконечными витыми лестницами и просторными коридорами. В одной из башен находились покои короля Годлака и его дочери Ланики, в других размещались комнаты для придворных и гостей, а на нижних этажах расположились стража замка и прислуга. Окна и вход в замок охраняла бдительные воины короля. Огромные скаты плавали взад и вперед, помогая свежему течению проникнуть в это скрытое скалами место.

На всех выступах замка и на скалах расположились светящиеся медузы. Они были похожи на гирлянды огоньков. Крышу башен покрывали морские раковины, отчего весь замок переливался и сиял, отражая мерцание, которое исходило от всевозможных обитателей морских глубин. Над городом плавали стаи разноцветных рыб, а трогательные группки сияющих морских ангелов вместе с разнообразными красавицами-медузами придавали городу праздничный вид. Именно они – медузы – и освещали город больше всех остальных своим сиянием. В тот день Найда рассказала сыну, что в праздники, флюоресцируя, медузы меняли свой цвет от оранжевого до ярко-голубого.

По всему городу и вдоль скал, где находились пещеры жителей королевства, плавали стражники на оранжево-красных морских конях. Они зорко следили за тем, чтобы никто не мог вторгнуться в королевство внезапно – ни сбоку, ни сверху, ниоткуда…

В памяти Киана возникла четкая картина, так поразившая его тогда: из королевского замка в сопровождении отряда выплыл могучий воин с величавым и властным выражением лица. Он плыл на безумно красивом морском коне внушительного размера. Широкие плечи и грудь воина были частично покрыты сверкающим защитным панцирем. А его мускулистые руки с браслетами на запястьях – узорами до самых плеч. На гордо поднятой голове всадника сияла золотая корона. Его длинные седые волосы плавно развевались от морского течения. У висков они были заплетены в косички. Такой же косичкой заканчивалась и внушительная борода. На сделанном из золотых пластин поясе этого удивительного воина висел горн из большой раковины. Остальные всадники имели горны меньшего размера. С помощью этих раковин русалы могли подавать друг другу сигналы на огромное расстояние.

– Это король Годлак, – пояснила Найда и поклонилась его величеству, когда тот поравнялся с ними.

В тот день король отправлялся на охоту. Обычно, когда он выплывал из замка, чтобы осмотреть в очередной раз свои владения или просто развеяться на приятной прогулке, Годлак восседал на огромной серебристой морской черепахе. В этом случае он мог расслабиться и наслаждаться прогулкой.

У маленького Киана перехватило дыхание, и он, следуя матери, почтительно поклонился морскому властителю, которого увидел впервые. Королевский отряд плыл двумя стройными колоннами. У каждого из воинов было копье с наконечником из кости акулы и арбалет, а у короля Годлака – трезубец. В тот день маленький Киан страстно пожелал иметь такого отца – мужественного, гордого, храброго. Конечно, маленький русал не раз спрашивал у матери об отце. Но Найда всегда ухитрялась уйти от ответа, обнимала мальчика и, целуя, говорила с улыбкой, что он только ее сын и ничей больше. В конце концов Киан перестал об этом спрашивать.

Когда король и его воины скрылись из виду, маленький русал спросил мать:

– А мы можем попасть в замок? Ты мне столько про него рассказывала, что мне очень хочется увидеть все своими глазами.

– Можем, но не сегодня. Его величество время от времени обращается ко мне за помощью, и когда это произойдет в следующий раз, я обязательно возьму тебя с собой…

…Очнувшись от своих воспоминаний, Киан еще раз бросил взгляд на юных русалок и вдруг понял – девушка с короной на голове была поразительно похожа на короля Годлака.

После того, как юные русалки, наконец, покинули дом Найды, юноша, помогая складывать магические предметы в шкатулку, как бы невзначай спросил у матери:

– Кто они, мама?

– Дочь короля и ее подруги-фрейлины.

– А та, что с черными волосами?

– Это и есть принцесса Ланика.

– И зачем она приплывала?

– Узнать о своем будущем.

– И какое же оно у нее?

Юноше ужасно захотелось узнать – а вдруг Найда, разглядывая будущее принцессы, увидела в нем и его, Киана. Внезапная мысль пришла ему в голову: вдруг он сможет познакомиться с принцессой, вдруг их судьбы когда-нибудь соединятся?

Его почти умоляющий взгляд заставил Найду вздохнуть:

– Это тайна, сын мой, но со временем ты все узнаешь…

Киан задумался на минуту, а потом спросил:

– Мама, почему ты мне никогда не рассказываешь, что ждет меня?

– Я не вижу ни своего будущего, ни будущего своих родных, – солгала русалка.

– Жаль…

И юноша погрузился в свои мысли.

– Ты принес то, о чем я тебя просила? – прервала его размышления Найда.

– Да, – Киан передал матери сетку, наполненную различными предметами.

Русалка разложила все на столе и придирчиво осмотрела.

– Хороший улов… – похвалила она его.

Глава 4

Глава 4

Со дня визита морской принцессы Киан потерял покой и сон. Юноша впервые в жизни влюбился. Он видел любимую каждую ночь в своих снах, но в них они оба почему-то были людьми и бегали босиком по душистым зеленым лугам. Во сне юноша ощущал новое, доселе неизвестное ему: твердую землю и мягкую траву под ногами. Он слышал запах цветов и трав, слышал раздающееся вокруг пение птиц.

Киан все чаще стал пропадать из дома – в такие дни он подплывал как можно ближе к замку и ждал появления Ланики. Несколько раз ему удалось увидеть принцессу в сопровождении подруг и стражников. Но несмотря на непреодолимое желание заговорить с ней, он ни разу к ней так и не приблизился. Киан помнил, как Найда сказала ему, что король Годлак никогда не выдаст свою дочь за простого русала – по древним традициям принцесса может выйти замуж только за ровню. И влюбленному юноше оставалось лишь наблюдать за любимой девушкой издалека.

Вскоре, к его радости, Годлак прислал за Найдой гонца – пришло время заглянуть в будущее. Когда Киан узнал о том, что у него будет возможность попасть в королевский замок и, возможно, увидеть Ланику вблизи, он всю ночь не мог сомкнуть глаз, потерял аппетит. Бедный юноша метался по дому в ожидании предстоящей встречи. До этого такой собранный и спокойный, теперь он был сильно взволнован, отчего у него все валилось из рук, и на слова матери он почти не реагировал. Киан просто не слышал ее, так как все время думал о том, понравится ли он принцессе и станет ли она вообще с ним разговаривать? А если и заговорит, то что он скажет в ответ? А может, ему вообще не доведется с ней увидиться?!

Юношу терзали сомнения – ему казалось, что он недостаточно хорош, чтобы принцесса Ланика обратила на него свое внимание. Он постоянно крутился у зеркала, представляя, каким увидит его возлюбленная, пока Найде это не надоело, и она на него не прикрикнула.

Наконец настал назначенный день, и Киан с матерью отправились в замок. Путь туда показался ему долгим, как вечность, так велико было нетерпение и так сильно было его желание поскорее увидеть принцессу Ланику. Юноша не замечал ничего вокруг – все его мысли были только о дочери короля…

…И вот, наконец, уже показались скалы, окружающие подводный город, но Киану все еще не верилось, что вот-вот сбудется его заветная мечта, и он попадет на прием к королю Годлаку. Чем ближе они подплывали, тем величественней казались статуи, высеченные в скалах вокруг города, и башни замка. Но теперь они уже не казались Киану такими громадными.

Юноша с восхищением смотрел на многочисленную стражу, мечтая оказаться на их месте. С самого детства он чувствовал, что никогда не станет магом, как его мать. Какая-то неведомая сила заставляла его думать, что ему предназначена другая, более интересная судьба. Он ощущал невидимые нити, связывающие его с королевским замком, но не понимал и не осознавал – почему и что это все значит. Видимо, не случайно он обратил внимание на принцессу Ланику.

Киан словно очнулся от сна в тот день, когда случайно увидел прекрасную девушку с золотой короной на голове. До того момента он жил довольно просто, помогая матери, но где-то в глубине души мечтал о другом: о жизни, наполненной страстями, событиями, сражениями…

…Еще издалека, завидев замок, юноша ощутил странное чувство, словно это был его дом. А позже, уже оказавшись внутри, был поражен тем, как легко и свободно он там себя чувствует, хотя никогда прежде не был в замке короля Годлака.

Его поразили и коридоры, по которым они плыли с Найдой, и залы, которые им пришлось миновать, прежде чем они остановились перед узорными дверями тронного зала. Киан взволнованно подумал: вот сейчас откроются двери, и он увидет самого короля! Конечно, увидеть самого Годлака – да еще так близко – мог не каждый простой русал, но в данный момент юноша страстно желал, чтобы за теми дверями оказалась и принцесса Ланика.

Стражник проводил гостей в огромный зал со стенами из пурпурных кораллов, что поражало всех, кто попадал туда впервые. В зале по обе стороны находились колонны: три с одной стороны, три с другой. Они были вытесаны из камня и мастерски украшены жемчугом и раковинами. Кроме того, на стенах были изображения морских обитателей, тоже из камня. У стены напротив входа находилось небольшое возвышение, на котором стоял королевский трон с высокой спинкой из огромной ракушки. На нем величественно восседал король Годлак, а рядом с ним на кресле со спинкой в виде цветка сидела его прелестная дочь, принцесса Ланика.

Сердце юноши бешено заколотилось, да так, что вода пошла волнами вокруг него.

– Добрый день, Ваше Величество! – Найда поклонилась королю, а затем принцессе.

Киан сделал то же самое.

– Приветствую тебя, Найда, – король Годлак тепло улыбнулся. – Давно же мы с тобой не виделись… Сколько лет прошло с тех пор, как ты была последний раз в замке? Лет пятнадцать?

– Да, Ваше Величество, время бежит…

– А кто этот юноша рядом с тобой?

– Это мой сын, Киан. Он давно мечтал увидеть ваш великолепный замок, о котором я ему так много рассказывала.

– Что ж, сегодня ему представится такая возможность. Ты же знаешь, Найда, я всегда рад тебе и твоим близким, – произнес Годлак, разглядывая юношу.

Цвет кожи Киана был немного странным, не таким, как у всех жителей подводного мира, но король не стал задавать никаких вопросов.

– Спасибо, Ваше Величество, – ответила русалка и еще раз поклонилась.

– Кто твой отец? – спросил Годлак, желая выяснить происхождение Киана.

– Я его никогда не знал, – ответил юноша. – У меня есть только мать.

Король бросил взгляд на Найду, но ничего ей не сказал, решив при случае спросить об этом наедине.

– Заботься о ней, мы ее очень ценим, – сказал Годлак молодому русалу.

– Не сомневайтесь в этом, Ваше Величество! – воскликнул Киан. – Мать – это все, что у меня есть!

Все это время принцесса Ланика не сводила глаз с молодого гостя приятной наружности. Хорошо, что Годлак был занят разговором и не заметил заинтересованного взгляда дочери, иначе он придумал бы любую причину, чтобы поскорее выпроводить молодого русала из замка.

Киан был предупрежден о том, что ни в коем случае нельзя пристально разглядывать принцессу Ланику, поэтому все это время он смотрел только на короля или просто стоял, склонив голову, что стоило ему неимоверных усилий. В то же самое время девушка терялась в догадках: неужели она так неинтересна этому юноше со сверкающими голубыми глазами и темными волосами, что он ни разу не взглянул на нее, не считая приветствия?

Наконец король Годлак поднялся с трона и в сопровождении дочери, нескольких приближенных вельмож, Найды и Киана отправился в совмещенную с тронным залом комнату. Это было любимое место короля, где он уединялся для размышлений или дружеских разговоров с канцлером или с кем-то из гостей. Годлак часто покидал шумный тронный зал ради того, чтобы отдохнуть в тишине этой комнаты, сыграть одну-две партии в свою любимую настольную игру или для важного разговора.

Вот и теперь на круглом столе, выложенном кусочками перламутровой раковины и украшенном блестящим узором из сверкающих камней, в хаотичном порядке стояли фигурки – любимая игра короля Годлака не была закончена. Несмотря на то, что это были предметы игры, здесь они смотрелись, как дорогое украшение, настолько искусно они были вырезаны и со вкусом украшены самыми разнообразными сияющими камнями. Вокруг стола стояло несколько удобных кресел, а вдоль стен, в нишах в виде раковин, находились небольшие диванчики.

Слуги по приказу короля убрали со стола фигурки, отодвинули кресла, и все собравшиеся окружили стол, на котором предсказательница должна была раскинуть предметы из своей шкатулки, в которой годами хранила все необходимое для пророчеств.

Пока Найда поясняла значени тех или иных фигур, выложенных из маленьких морских звездочек и ракушек, Киан, находясь чуть позади всех, тайком любовался принцессой. Юноша в своих мыслях улетел так далеко, что прослушал все, о чем говорила мать. Он не раз видел, как она делала кому-то предсказания, но никогда особо не вникал в это, и вот сейчас вместо того, чтобы учиться, он думал о том, как прекрасна принцесса Ланика.

Девушка в свою очередь, будто случайно, расположилась настолько близко к Киану, что движение воды развевало ее длинные волосы, и они время от времени касались его руки, отчего сердце бедного влюбленного замирало. Все это время юноша ждал, что принцесса повернется к нему и их взгляды встретятся, но она не оборачивалась.

Неожиданно Ланика качнула головой, и с ее длинных шелковистых волос слетел цветок. Краем глаза принцесса заметила, как Киан поймал его и теперь держал в своей руке, словно сокровище.

Все это время девушке очень хотелось посмотреть на молодого гостя, который был так хорош собой, но она не могла себе этого позволить. Наконец, все-таки не выдержав, она повернула голову – и их глаза встретились.

В этот момент внезапно время для них словно остановилось… Юноша и девушка смотрели друг другу в глаза, и казалось, что вокруг них больше никого не было, будто теперь весь мир принадлежал только им двоим…

– Ну, вот и все, Ваше Величество, – произнесла Найда, закончив предсказывать. – Теперь вы знаете, о чем говорят морские звезды. Надеюсь, когда придет время, мои пророчества помогут вам принять правильное решение…

– Спасибо тебе, Найда, ты как всегда вовремя…

– Киан! – Русалка повернулась к сыну.

От неожиданности юноша вздрогнул и тут же словно очнулся от сна.

– Да, мама.

– У тебя сейчас будет возможность увидеть великолепный замок короля Годлака…

– Как я и обещал, мой канцлер проведет тебя по дворцовым залам, – сказал король.

– Благодарю, Ваше Величество, – Киан учтиво поклонился.

– Эрлин, – король обратился к стоящему рядом русалу с приятным лицом и посеребренными висками, – покажи нашему гостю замок.

Королевский канцлер был крепкого телосложения, с широкими плечами и добродушными карими глазами. У него была аккуратно подстриженная светлая бородка, а длинные волосы схвачены у шеи кожаным шнурком.

После дочери Эрлин был для короля Годлака самым близким существом. Они были примерно одного возраста. Еще будучи ребенком сирота Эрлин по счастливому стечению обстоятельств попал в королевский замок. Смышленый и подвижный мальчик понравился родителям маленького Годлака, и те взяли его под свою опеку. Поначалу ребенка определили на кухню, как самого младшего помощника повара. И так как маленький Годлак частенько наведывался туда за сладостями, там они с Эрлином и познакомились. Затем в обязанности приемыша входило снимать всяких моллюсков с постели маленького принца, прибираться в его покоях, а также выполнять мелкие поручения. Мальчики частенько плавали по дворцовым коридорам с тупыми мечами в руках, изображая противников. Но на деле они были друзьями не разлей вода и обычно сражались вместе против двух младших братьев Годлака.

С детства Эрлин отличался сообразительностью и природной смекалкой. С годами он начал интересоваться жизнью королевского двора и государственными делами. За время своей службы Эрлин успел побывать в разных должностях, он даже закончил военную академию и хорошо знал военное дело. Благодаря разным должностям, неподдельной заинтересованности и преданности королевской семье со временем он уже был в курсе всех событий как в замке, так и вне его. Он лучше других знал все о традициях, истории и законах морского королевства. Спустя время проницательный Годлак, умеющий по достоинству ценить хороших и преданных русалов, увидел в своем друге тонкого политика, с которым он стал все чаще и чаще советоваться по тому или иному случаю. И, как правило, их мнения совпадали.

Став королем, Годлак уже советовался с Эрлином и по более сложным вопросам. И вновь убеждался, что советы его преданного друга были дельными, а иногда и единственно верными. Умный и знающий политик, Эрлин вскоре заменил и королевский совет, и многих вероломных придворных, постоянно пытавшихся направить взор короля в нужную им сторону.

Но столь близкая дружба и следование советам «выскочки», как называли между собой безродного русала многие, были явно не по душе знатным придворным королевства, оставшимся не у дел. Они неоднократно пытались опорочить его в глазах короля, однако Годлак, прекрасно понимавший цену лживых доносов своих завистливых подданных, еще больше возвеличил друга.

То ли в знак привязанности, а может, просто, чтобы досадить остальным, король назначил Эрлина своим канцлером и подарил ему небольшой замок в южной части Кертского моря, на который претендовало несколько знатных русалов. Однако Эрлин вежливо отказался от такого щедрого подарка и, не желая покидать своего короля, остался на службе у Годлака. У преданного русала не было другой семьи, кроме друга детства, Годлака, и его юной дочери Ланики. Верное сердце Эрлина полностью принадлежало королевской семье. Он готов был отдать за них свою жизнь.

Выросши в стенах королевского замка, канцлер никогда не покидал его, разве что только по поручению короля. Поэтому он мог даже с закрытыми глазами проплыть от главного входа до самых потайных комнат. И поэтому именно ему Годлак сейчас и поручил показать молодому гостю замок.

– Я с удовольствием это сделаю, – поклонился Эрлин, а затем повернулся к Киану: – Прошу за мной…

– Я буду ждать тебя в Жемчужной комнате, – бросила Найда вслед сыну.

Эрлин показал Киану залы, которым было уже несколько столетий. Замок оказался еще великолепнее, чем о нем рассказывала мать юноши. Одна комната была блистательней другой. Соединенные общим коридором, они, к тому же, сообщались между собой боковыми общими дверями. Каждый зал имел свое название в соответствии с цветом и материалом, которым он был отделан. Коралловые залы отличались друг от друга цветом и так и назывались: Розовый коралловый зал, Пурпурный или Белый. Кроме этого, был Янтарный зал, Перламутровый, Жемчужный и так далее.

Руками придворных мастеров были созданы величественые статуи Бренны, а также различные изображения морских обитателей. На каменных стенах под самым потолком были высечены сцены из древних легенд подводного мира. Каждый зал имел стройные красивые колонны, поддерживающие своды потолка. Коридоры были украшены изображениями королевских семей, правивших подводным миром многие столетия.

Канцлер так же показал портрет королевы Йолы, жены Годлака, которая трагически погибла, когда принцесса Ланика была еще совсем ребенком. Взглянув на изображение, Киан понял, от кого принцесса унаследовала красоту. У матери принцессы были те же черные волосы, те же зеленые сияющие глаза.

Проплывая с канцлером по коридорам, юноша обратил внимание на стражников, охраняющих каждую дверь в замке.

– Эрлин, а как становятся воинами короля? – поинтересовался Киан.

– Это почетная привилегия. Тот, кому она будет дарована, должен закончить военную академию. Должен уметь вести бой, знать этикет, историю королевской семьи и еще многое другое, – вежливо ответил канцлер.

– А я мог бы стать одним из стражников?

– Сожалею, но воином короля может стать только тот, кто принадлежит к знатному роду, или тот, кто это чем-то заслужил, например совершив подвиг…

Сам же Эрлин смог попасть в военную академию в качестве редкого исключения.

Больше Киан не задавал вопросов, но мысль о службе в замке все же не покинула его. С этой мыслью он и поплыл в Жемчужную комнату, где его ждала Найда. Вскоре они покинули замок.

Всю дорогу до дома, юноша думал о том, как совершить подвиг. Ведь только так он смог бы стать воином короля – и тогда он на много чаще смог бы видеть принцессу, чьи большие ясные глаза глубоко запали ему в душу.

Дома юноша спрятал цветок с волос Ланики в шкатулку и время от времени вынимал его, перебирал нежные лепестки, вспоминая любимое лицо. Он берег его, словно в нем заключалась частичка его возлюбленной.

Найда видела, как страдает ее сын, однако она продолжала хранить тайну его происхождения, говоря себе: «Всему свое время, он еще слишком юн…»

Глава 5

Глава 5

Прошел месяц с того дня, как Киан побывал в замке короля Годлака. Как обычно он собирал матери нужные ей растения и травы или выполнял какие-либо другие ее поручения, а в свободное время плавал недалеко от замка в надежде увидеть Ланику. Однако ему это так и не удалось.

Как-то Найда вновь отправила сына собрать нужные ей морские растения и травы, которые росли только на старой древесине. Как раз в часе плавания от их дома на дне лежал затонувший пиратский корабль, за долгие годы весь покрывшийся растительностью и доверху набитый сокровищами. Киан бывал там не раз.

Рядом с этим кораблем находился скалистый остров со множеством пещер и гротов с входами под водой и выходами на поверхность суши. В одном из этих гротов, где своды потолка усеивало бесконечное множество светлячков, когда-то давно жила семья: отец, мать и их маленькая дочь Йола, которая, повзрослев, превратилась в красавицу-русалку.

Однажды молодой Годлак в очередной раз отправился осматривать свои владения и, случайно встретив Йолу, без памяти влюбился в нее. Родители Йолы были вне себя от счастья, когда король попросил руки их дочери. Но молодая русалка еще не была готова выйти замуж и не спешила дать согласие. Однако через некоторое время, узнав Годлака поближе, она не смогла устоять перед его обаянием и веселым нравом и, наконец, сказала «да». Была сыграна пышная свадьба… Молодые супруги прожили несколько счастливых лет, прежде чем у них родилась дочка.

В подводном мире дети русалов рождались в больших прекрасных перламутровых раковинах, которые после рождения сохранялись ими на всю жизнь… Вот и в ночь рождения Ланики Годлак и Йола с нетерпением ожидали, когда откроется раковина. Наконец створки стали постепенно открываться, и счастливые родители заглянули внутрь. Там, свернувшись калачиком на мягкой нежно-розовой поверхности, спала самая красивая на свете девочка. Ребенок родился в ночь полнолуния, когда свет луны был необычайно яркий, и поэтому малышку назвали Ланика, что означало «лунный свет».

Девочка росла здоровой и шаловливой. Отец в ней души не чаял и на все ее проказы только улыбался, а иногда и сам в них участвовал. Королева Йола была не всегда довольна тем, что муж так баловал дочку, но она настолько сильно любила их обоих, что не могла сердиться на них долго. Счастью любящих родителей, казалось, не было конца. Ничто не предвещало беды.

Но однажды королева как обычно, получив разрешение своего мужа, отправилась в сопровождении отряда воинов в дом родителей, которых она периодически навещала. Приблизившись к знакомым скалам, Йола подала знак своей охране, и молодой воин, поднеся к губам горн из раковины, громко возвестил об их приближении. Но никто не выплыл из грота им навстречу, как это было всегда: ни отец с его добродушным лицом, ни мать с радостной улыбкой.

Королева забеспокоилась и, не дожидаясь, пока стражники проверят, в чем дело, ринулась в узкий проход в скале. Этот опрометчивый поступок стоил ей и нескольким стражникам жизни…

Они не знали, что за нависшими скалами недалеко от грота, где жили родители Йолы, уже несколько дней стоял на якоре пиратский корабль. Разбойники надеялись найти на этом отдаленном острове подходящее место, где можно было бы спрятать награбленные сокровища. Капитан корабля разослал людей по всему острову, и они действительно нашли подходящую пещеру. Но она имела два входа – один с суши, другой с моря. Чтобы до сокровищ никто не добрался, пираты решили завалить один из них, морской, взорвав его с помощью пороха, а со стороны суши спрятать вход так, чтобы никто не смог его найти.

Пока из корабля выгружали сокровища, несколько пиратов отправились обратно в пещеру. К проходу, ведущему в море, они подплыли на небольшой лодке, которую принесли на плечах с собой. Пока один укладывал мешочки с порохом в выемках на отвесной стене над проходом, второй сидел на веслах. Пираты громко смеялись, обсуждая последний удачный бой, и радовались тому, что их капитан был щедрым, когда раздавал своим людям их долю добычи.

Голоса пиратов разносились громким эхом по всем уголкам грота. Эти звуки услышали и родители Йолы в своем доме под водой. Встревоженные, они выплыли на поверхность, чтобы узнать, в чем дело. Спрятавшись за уступом, они в ужасе смотрели, как люди собираются разрушить дом, в котором они прожили всю свою жизнь. Отец Йолы, Аклас, желая спасти свой дом, кинулся к пиратской лодке и утащил под воду сидевшего на веслах. Завязалась отчаянная борьба. Акласу было легче сражаться – он дышал под водой. Но его противник был моложе, и пирату удалось одолеть русала. Мать Йолы кинулась на помощь мужу, но второй пират одним метким ударом кинжала сразил ее. Так погибли родители королевы Йолы.

Еле спасшиеся пираты вернулись к своим и рассказали о случившемся. Взяв с собой больше людей, капитан отправился в пещеру сам, чтобы завершить начатое. К моменту, когда взрывчатка была установлена, а пираты укрылись на безопасном расстоянии, Йола уже вплывала через проход в грот.

В полутьме королева подняла голову из воды и увидела, как на берегу вдалеке собралось большое количество людей. Они все смотрели в ее сторону, словно чего-то ожидая. Йола осторожно посмотрела по сторонам в поисках родителей, но их нигде не было видно.

Внезапно раздался ужасный грохот, пещера задрожала, с потолка посыпались камни. С громким всплеском падая в воду, они сыпались по всей пещере. Но так как взрывчатки было заложено немного, выход завалило не полностью.

В страхе королева метнулась обратно, но ее хвост был придавлен упавшим камнем. Бедная Йола звала на помощь и всеми силами вырывалась из западни. Следовавшие за ней стражники тоже попали под завал. Кого-то сразило на месте, а те, кто уцелел, разгребали камни, освобождали заваленных русалов и пробивались к королеве Йоле. Оставшиеся снаружи стражники пытались проникнуть в проход, но камни все продолжали осыпаться. И только когда обвал прекратился, русалы расчистили вход в грот и один за другим кинулись спасать свою госпожу.

В это время пираты проверяли, насколько хорошо завален подводный выход, пристально вглядываясь в воду. Неожиданно один из них заметил какое-то движение почти у самой поверхности воды. Двое мужчин осторожно вошли в воду и у самой стены пещеры под водой увидели оказавшуюся в ловушке русалку. Они вернулись за сетью, набросили ее на несчастную Йолу, сдвинули камень с ее хвоста и потащили бедняжку на берег.

Стража, наконец, протиснулась через полузаваленный проход и застала пиратов в тот момент, когда те тащили королеву из воды, а она всеми силами цеплялась за камни. Морские воины храбро бросились на спасение своей королевы. Они утаскивали пиратов одного за другим под воду и там отчаянная схватка продолжалась. Некоторые разбойники освободившись от цепких рук русалов, по пояс стоя в воде, наотмашь размахивали саблями.

Но у русалов было преимущество – вода была их стихией, и пираты все-таки один за другим изчезали в воде. Воины отбивали королеву и метались между людьми, отчего вода вокруг бурлила и пенилась. Несколько русалов бросилось назад к выходу в море. Они обогнули остров и атаковали пиратский корабль в надежде, что из страха быть потопленными пираты отпустят их королеву.

После взрыва пещера все еще была опасным местом – не хватало лишь малейшего толчка, чтобы все обвалилось. И случилось худшее: один из пиратов с полными ужаса глазами выбрался на сушу. Он в панике стал искать хоть какое-то оружие и, наконец, нашел брошенный кем-то пистолет. «Слава тебе, господи, порох не отсырел», – мелькнуло в голове злодея. Пират схватил пистолет и, не думая о последствиях, начал палить в воду. От громких выстрелов пещера содрогнулась, и всех – стражу, пиратов и королеву Йолу – полностью завалило камнями. В ужасе от происшедшего и горя местью, русалы потопили пиратский корабль со всеми его сокровищами…

…Метр за метром Киан проплывал вдоль деревянного корпуса затонувшего корабля и тщательно отбирал нужные растения, отделяя ядовитые от неядовитых. Он так увлекся своим делом, что не заметил, как с другой стороны корабля кто-то подплыл.

Это была принцесса Ланика. Король Годлак строго-настрого запрещал дочери уплывать так далеко и тем более без стражи, но упрямая принцесса все равно делала по-своему. Этим она пошла в свою мать – та тоже беззаветно любила морские глубины и могла отдать все за возможность поплавать там, куда ее тянуло.

В сопровождении дельфинов принцесса частенько наведывалась к заваленному гроту или к затонувшему кораблю, чтобы побыть наедине со своим горем. Здесь она вспоминала свое счастливое детство, лучистые глаза матери, в которых светилась любовь к ней, и ее нежную улыбку, и горевала оттого, что судьба так несправедливо распорядилась, разлучив их навсегда…

Собирая растения с поверхности старых досок, Киан обогнул корабль и выплыл с другой стороны, где на камне в полном одиночестве сидела Ланика и, опустив голову, тихо плакала. От такой неожиданной встречи юный русал остолбенел. Он и подумать не мог, что принцесса может оказаться так далеко от замка да еще совсем одна. Молодой русал подал дельфинам знак, чтобы они не выдавали его. Он хотел дать девушке время побыть наедине со своим горем. Юноша решил подняться повыше и уже оттуда наблюдать за прелестной русалкой, от которой был не в силах оторвать глаза.

Спустя некоторое время принцесса, наконец, успокоилась. Она огляделась вокруг и вдруг заметила что-то сверкающее рядом с днищем корабля. Любопытство охватило Ланику, и она, поднявшись с камня, поплыла к небольшой пробоине в днище, из которой, устилая морское дно, потихоньку высыпались золотые монеты и сверкающие драгоценности.

Подплыв, девушка потянулась к блестящей куче и подняла великолепный браслет из драгоценных камней, которые завораживающе переливались в ее руках. Немного подумав, Ланика подняла с песка увесистый камень и начала бить им по старым доскам. Еще несколько ударов – и появилась довольно большая дыра, из которой на землю посыпалось содержимое корабля.

«Ну и сильная же она!» – изумился Киан, наблюдая за всем происходящим.

Куча драгоценностей росла на глазах. Позабыв обо всем на свете, девушка пропускала сквозь пальцы длинные нити жемчуга, разглядывала искусно сделанные браслеты и ожерелья, примеряла тиары и короны, любуясь на себя в медное блюдо, которое валялось неподалеку. Лицо принцессы, еще недавно омраченное горем, теперь сияло от восторга при виде изумительных украшений.

Вдруг корпус дрогнул, а от корабля разошлись волны. Принцесса от неожиданности отпрянула, но не успела она преодолеть и двух метров, как из пробоины показалось огромное щупальце. В секунду оно обвило Ланику вокруг талии и потянуло внутрь.

Огромный осьминог, видимо, недавно обосновавшийся в темных глубинах корабля, проснулся от ударов камня и теперь тащил нарушительницу спокойствия к себе в логово. Девушка закричала и стала цепляться за полупрогнившие доски. Дельфины заметались в панике, но они были бессильны против чудовища, наполовину скрытого от них в темной глубине корабля.

Не теряя ни секунды, Киан кинулся принцессе на помощь. Он выхватил из-за пояса кинжал и начал колоть им щупальце, державшее девушку, одновременно уворачиваясь от остальных. Несколько ударов – и вода окрасилась в синий цвет. На мгновение юноше удалось отбить принцессу, и они даже отплыли на некоторое расстояние, но уже следующее щупальце снова настигло русалку, поймав ее за хвост.

Не желая упускать свою добычу, осьминог снова тащил ее внутрь корабля. Киан со всей силой удерживал русалку за руки, но монстр все же был сильнее. Юноша отчаянно боролся за жизнь любимой, оглядываясь вокруг в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь ему одолеть чудовище. И вдруг на его счастье неподалеку он заметил меч, наполовину торчавший из песка. Киан отпустил принцессу, схватил меч и кинулся прямо в пробоину, где завязалась ожесточенная борьба.

Наконец щупальцы, сжимающие хвост русалки, ослабли, из пробоины снова полились чернила, но уже так много, что было сложно что-либо разглядеть. Принцесса высвободила хвост и отплыла подальше от места схватки. Обеими руками она вцепилась в якорь, лежавший неподалеку. Несмотря на страх Ланика не могла уплыть, не узнав, что станет с храбрым русалом, который бросился ей на помощь. А тяжелый якорь мог спасти от очередной попытки осьминога схватить ее. Испуганной девушке минуты казались вечностью, а неизвестность – кромешной тьмой.

И вот, наконец, из пробоины появился Киан. Радостная Ланика бросилась к своему спасителю и обняла его так сильно, что едва не задушила в своих объятиях. Юноша поморщился – полученные раны саднили, но он был неимоверно счастлив, ведь все это время он только и мечтал о том, чтобы заключить любимую в свои объятия. А мечты, как мы знаем, имеют свойство сбываться…

В тот день Киану и Ланике сильно повезло – осьминог оказался не самым большим из всех, что жили в морских глубинах. Видимо, этих двоих хранила сама Бренна, защитившая их от неминуемой гибели.

После тяжелой битвы с морским чудовищем Киан проводил Ланику до города и, убедившись, что принцесса благополучно вернулась в замок, поплыл назад к месту сражения. Ему не терпелось рассказать Найде о своей победе, а чтобы рассказ был более убедителен, он решил показать матери трофей. И молодой русал, не колеблясь, отсек одно из огромных щупалец чудовища.

Вернувшись домой, он рассказал матери о произошедшем и показал трофей. Правда, Киан не стал упоминать о принцессе. Но мудрая Найда не укорила сына за это, ведь она знала о его любви к дочери короля и о причинах его долгих исчезновений – недаром она была прорицательницей. Она знала, что Киана ожидает нелегкая судьба, но это в будущем, а пока у нее не было причин для волнения.

Найда так гордилась своим храбрым сыном, что когда к ней в очередной раз приплыли молодые русалки-фрейлины, она не удержалась и показала им щупальце-трофей. Девушки так отчаянно просили рассказать о случившемся, что мать Киана не смогла устоять перед ними.

Так по королевству поплыли слухи о храбром русале, сразившем чудовищного осьминога.

Глава 6

Глава 6

У могучих подводных скал, покрытых густой пестрой растительностью, водилось множество разнообразных морских обитателей. Именно сюда приплывали русалы и дельфины, так как это место было одним из самых лучших для облавной охоты и отлова рыбы. Зрелище это было поистине захватывающим: около пятидесяти русалов после сигнала горна образовывали полукруг, в то время как дельфины гнали на них стада рыб. Как только огромная стая оказывалась в западне, русалы накидывали на добычу сеть. Небольшие наполненные сетки опускались на дно до тех пор, пока охота не будет окончена. Такая охота имела огромное значение для жителей подводного царства, так как в мирное время позволяла воинам упражняться в ловкости, слаженности и меткости. Наиболее удачные охотники получали щедрые дары от самого короля Годлака.

На этот раз группа воинов снова выплыла из замка на охоту. Впереди всех с выставленными копьями двигались два всадника с отличительными знаками на защитных панцирях. Вслед за ними плыл сам король. На голове у него вместо короны был надет сияющий шлем, а его великолепный конь, как и хозяин, был облачен в доспехи. В руке Годлак держал трезубец на длинном шесте, а на поясе у него, как всегда, висел горн. Еще два воина плыли слева и справа от него на некотором расстоянии. В обязанность этих четырех русалов входила защита короля в случае непредвиденного нападения.

Остальные четыре десятка всадников в панцирях и шлемах двумя стройными колоннами плыли позади. У половины из них в руках были копья и тяжелые арбалеты со стрелами с оперением из акульих жабер, а на поясе висели мечи. Для крупной добычи оружие всегда было тяжелее, чем для ведения боя.

Все двигались в полном молчании, поглядывая по сторонам. Морские кони тяжело дышали, выпуская сильные струи воды с пузырями. У подводных скал, помимо огромного количества мелкой рыбы, обитали и более крупные. Дельфины, сопровождающие охотников, шныряли по лабиринтам подводных пещер в поисках достойной добычи.

Вдруг из туннеля в скалах впереди них выплыла белая акула, которую так долго высматривали воины. Потревоженная дельфинами, она ринулась на всадников, чуть не опрокинув одного из них. Размеры животного поражали: она была не меньше пяти метров в длину с двумя рядами острых, как наточенный кинжал, зубов. Дельфины, громко крича, начали отгонять и бить оказавшееся так близко от воинов чудовище. Акула, не ожидавшая такого отпора, понеслась прочь. Но загонщики не давали ей спуску, они преследовали ее, метаясь среди скал, пока не загнали хищницу обратно в туннель.

Акулы никогда не останавливаются, даже спят они в движении, и сейчас, продолжая двигаться, она выплыла как раз с той стороны туннеля, где ее уже поджидали охотники.

– Оставьте ее мне! – приказал Годлак.

И находящиеся впереди всадники тут же отплыли в стороны, дав возможность королю первым нанести удар.

Как только показалась огромная пасть акулы, король чуть приблизился и метнул в нее свой трезубец. Бросок, казавшийся на первый взгляд удачным и вызвавший всеобщее ликование, однако, не убил животное, а всего лишь ранил его – трезубец попал акуле в бок около хвоста. Она заметалась – от одного из ударов о скалу трезубец обломился, и акула скрылась в лабиринте скал. Ранение нисколько не замедлило скорость, с какой она двигалась, и только струйка крови, тянувшаяся за акулой, указывала направление, в котором раненое животное исчезло.

– Догоним, ваше величество? – один из воинов посмотрел на короля. – Она раненая далеко не уплывет – найдем по следу.

– Оставлять раненое животное не к лицу охотнику. И что может быть лучше на ужин, чем свежее мясо белой акулы! Того, кому улыбнется удача, я достойно награжу, – сказал Годлак, видя, как горят глаза его воинов.

На век короля пришлось достаточно добрых трофеев, а вот русалам нужна тренировка, и он отдал приказ поймать акулу. Повинуясь приказу, воины оставили коней и бросился врассыпную догонять раненое животное.

С королем Годлаком осталось несколько воинов. Они поднялись выше над утесами и уже оттуда наблюдали, как охотники, выманив хищницу, по очереди атаковали ее, пока, наконец, она не остановилась.

После удачной охоты довольный и гордый отряд вернулся в замок. Король тоже был удовлетворен сегодняшним днем, несмотря на то, что ему не удалось смертельно поразить животное. Воин, который нанес последний, роковой для акулы, удар, всю обратную дорогу сиял от гордости ярче, чем его защитный панцирь, предвкушая заслуженную награду и реакцию обитателей замка.

***

После случившегося у затонувшего корабля, Ланика больше не заплывала так далеко без охраны. Она попросила Киана никому не рассказывать о том, что произошло, и молодой русал обещал молчать. Нападение монстра так испугало принцессу, что теперь большую часть времени она находилась в замке.

И все это время Ланика мысленно возвращалась к своему спасителю. Еще никто никогда так отчаянно не кидался в бой ради нее! Правда, надо сказать, что в подобную ситуацию Ланика еще не попадала – никогда до этого ее жизнь не была в такой опасности. Принцесса чувствовала, что не случайно этот юноша появился в их замке, что теперь она на всю жизнь крепко связана с ним.

Девушка вспоминала, как время словно остановилось, когда ее глаза впервые встретились с глазами Киана в день его визита в замок. И если после той встречи она только мечтала увидеть юношу еще раз, то после того, как молодой русал, не раздумывая, бросился ее спасать, Ланика ощутила непреодолимую потребность видеть своего героя каждый день, знать, что он всегда рядом. Но как этого добиться?

В тот день, когда король Годлак с воинами отправился на облавную охоту, в ее неугомонную голову пришла великолепная идея…

…После обильной и шумной трапезы по случаю удачной охоты Годлак удалился в свои покои, расположенные в одной из башен. Там он снял корону, изрядно надоевшую ему за время трапезы: камни, украшающие ее, к концу дня становились настолько тяжелыми, что невозможно было дольше терпеть.

Король устало вздохнул и улегся в постель, где матрасом служила густая мягкая и пушистая морская трава. Такие постели были во всех домах подводного королевства. Но королевская была намного шире и имела изголовье, похожее на спинку трона с резным обрамлением и узорами из ракушек.

Вообще, покои короля Годлака были уменьшенной копией тронного зала: высокие потолки, поддерживаемые стройными колоннами, и стены, покрытые узорами из ракушек и кораллов. Здесь было тихо, и никто не смел беспокоить короля, когда он удалялся в спальню, желая совсем уединиться. Здесь Годлак отдыхал душой и телом от тягот и бремени королевских забот. И только канцлер и любимая дочь могли его здесь потревожить.

…Годлак лежал на мягком ложе, и его мысли снова и снова возвращались к событиям этого дня. Несмотря на удачную охоту королю все же не давало покоя то, что он не смог убить акулу с первого удара. Бывалый воин, он вспоминал, как когда-то мог в одиночку сразить любое морское чудовище. И хотя до сих пор король был все еще достаточно силен – годы брали свое. Он понимал, что скоро и этих сил у него не станет, и на смену ему должен будет прийти другой – воин и защитник королевства.

Еще какое-то время король размышлял о будущем, но вскоре обильный ужин и усталость сделали свое дело – его начало клонить ко сну, и Годлак незаметно уснул. Но не прошло и часа, как вдруг раздался осторожный, но настойчивый стук в дверь, разбудивший его.

Это Ланика после томительнoго ожидания, когда, наконец, закончится ужин, собралась с духом и направилась в покои отца.

– Папа! – раздался голос принцессы, уже вплывшей в комнату.

– Да, моя милая! – Годлак поднялся с кровати и машинально надел корону. Конечно, при дочери он мог этого и не делать – но привычка за долгие годы…

– Присаживайся.

– Я хотела с тобой поговорить… Пока тебя не было, я кое-что узнала, – девушка присела на край постели отца, а он тем временем расположился в широком кресле у стола.

– Слушаю тебя, дочка!

– Ты помнишь того юношу, который был со старой Найдой?

– Да, а что?

– Ходят слухи, что он сразил огромного осьминога.

– Да?! – удивился Годлак. – А почему я об этом ничего не знаю?

– Ну, мне рассказали подружки, они были у Найды и видели щупальце, – выпалила Ланика.

– Интересно, – задумчиво проговорил король.

– Как ты думаешь, это правда, что ее сын… – девушка замолкла и сделала вид, что пытается вспомнить имя юноши. – Ах, да, Киан… Думаешь, это правда, что он в одиночку смог сразить огромного осьминога?

– Не знаю, но это интересно…

– Может, позовем его рассказать, как все было? Думаю, если это правда, неплохо будет записать его подвиг в Книгу истории королевства.

– Ты права, – одобрил Годлак.

– И к тому же, тебе наверняка не помешает в замке такой сильный воин! – сладким голосом чуть ли не пропела Ланика.

– Ну, про это еще рано говорить, моя милая. Сначала надо выяснить, правда ли это. Прикажи от моего имени пригласить юношу в замок.

– Хорошо, папа, – от радости Ланика была готова взвиться к потолку, но здравый смысл удержал ее от этого. – Спокойной ночи, папочка, – произнесла она, словно ничего особенного не произошло, поцеловала отца и тут же выпорхнула за дверь.

Годлак, подозрительно прищурив глаза, еще некоторое время смотрел вслед дочери, пытаясь понять, что на этот раз придумала его проказница-дочь. Уж слишком сейчас она была паинькой.

Между тем Ланика, не медля ни минуты, приказала от имени короля Годлака пригласить на другой день Киана в замок и вернулась к себе в комнату. Завтра будет важный день, и поэтому ей надо было все обдумать. Дежурная фрейлина забрала в коридор всех светящихся медуз, и в комнате воцарился полный мрак. Но сон упорно не шел к Ланике, из головы не выходила предстоящая встреча с Кианом, которую она так ловко устроила.

Глава 7

Глава 7

Когда утром из замка прибыл гонец, Найда отпустила сына со спокойным сердцем.

Киан взял спрятанное щупальце монстра – трофей, о котором говорили по всему королевству – и отправился в замок вместе с гонцом.

– Король Годлак готов принять тебя, – объявил придворный распорядитель, как только увидел юношу.

Киан вплыл в огромный зал и, тщательно скрывая волнение, остановился перед королем, сидящем на троне. К этому моменту там уже собралось множество гостей, желающих услышать историю о том, как юному русалу удалось победить чудовище.

– Приветствую вас, ваше величество! – юноша поклонился королю, а затем и принцессе.

Ланика волновалась не меньше него, ведь она так ждала этой встречи. Когда Киан появился в дверях, девушка была готова вскочить с места и кинуться ему на шею, но понимала, что лучше этого не делать.

Собравшиеся с нетерпением ожидали начала рассказа, особенно старый сморщенный русал – придворный летописец, скурпулезно записывающий все легенды королевства.

– Ходят слухи, что ты один сразил огромного осьминога! – король с интересом смотрел на молодого русала.

– Да, мой король, это совершенная правда, – громко и гордо ответил юноша.

– И как же тебе это удалось? Насколько я знаю, ты не из воинов?

– Нет, ваше величество, поэтому и мне как следует досталось. Раны и ссадины до сих пор еще не зажили.

– Ну, значит, ты или очень смелый, или очень отчаянный.

– Вам судить, ваше величество, – с этими словами Киан вывалил из мешка доказательство его подвига.

Все ахнули, не в силах оторвать глаз о того, что осталось от монстра – щупальце в объеме было не меньше груди юноши.

– Я же говорила, папа! Мы должны записать эту историю! – восхищенно воскликнула принцесса.

– Да, дочка, непременно… – произнес Годлак, не отрывая удивленного взгляда от молодого русала. – Ну-ка, сынок, расскажи нам, как это все произошло, да не скрывай подробности, нам очень интересно услышать об этой битве.

И тогда Киан поведал историю своего сражения, умолчав, конечно, о принцессе Ланике. А придворный летописец записал все слово в слово, не упустив ни единого момента. Когда юноша закончил свой рассказ, видавшие виды воины королевства одобрительно кивали головами, а остальные слушатели возбужденно обменивались впечатлениями.

– Ваше величество, – вдруг заговорил Эрлин. – Помнится мне, этот молодой русал спрашивал, может ли он стать одним из ваших воинов…

– Отчего же нет?! – добродушно ответил король Годлак. – Возраст как раз подходящий, да и за такую победу мы непременно должны достойно наградить героя.

– Благодарю вас, ваше величество. Это большая честь для меня, – Киан был готов взвиться к потолку от счастья, ведь теперь он сможет чаще видеть Ланику.

– Конечно, ему еще придется освоить навыки военного дела и все остальное, – добавил Годлак, – но я буду рад, если такой храбрый русал станет одним из моих воинов. Дайте ему день на сборы, пусть сообщит матери, а потом устройте его, как полагается.

– Будет сделано, ваше величество, – ответил Велэй, начальник королевских воинов.

…Вот так случай у затонувшего корабля изменил жизнь Киана…

Вернувшись домой, молодой русал взахлеб рассказывал матери о том, как прошла встреча, как он поразил всех своим подвигом и как даже опытные воины по достоинству оценили его храбрость.

От счастья Киан метался по дому из стороны в сторону с мечом в руке, представляя себя одним из тех, кто сопровождает короля Годлака в очередном походе, самозабвенно обрисовывая свои будущие сражения, турниры, победы. В конце концов у Найды закружилась голова, и она решила сесть, пока ее сын не остынет и не перестанет носиться.

Наконец юный русал выплеснул всю свою энергию и угомонился. Тогда мать смогла дать ему несколько дельных советов, относительно предстоящей службы и вообще жизни в замке.

Киан провел последнюю ночь дома, а наутро снова отправился в замок, где его встретил Вэлэй. В тот же день юношу отправили в Королевскую военную академию, где он должен был постигать все знания и навыки воина. Только после окончания академии можно было поступить на службу королю.

Русалов, принятых за совершенный ими подвиг, там было немного. Большинство же учащихся были из знатных и богатых семей, попавшие в Королевскую академию по протекции или за большую плату.

В любом месте, где собирается много молодежи, всегда находится один, кто постоянно плетет интриги, желая закрепиться в роли лидера. Так было и в Королевской академии.

Сын Орлакка благодаря отцу попал в академию, не отличаясь какими-либо заслугами. Но за его спиной стоял могущественный маг, и Юрвин быстро приобрел славу среди таких же, как и он сам. Он ловко скрывал свою настоящую сущность за маской недалекого и застенчивого русала, хотя на самом деле был довольно хитрым и коварным. Вокруг сына великого волшебника постоянно вились льстецы и подхалимы, а он умело их использовал. Юрвин никогда не действовал в открытую, все его подлые замыслы осуществлялись руками его приспешников.

Впервые встретив в длинном коридоре академии незнакомого юношу со странным цветом кожи (это был Киан), сын Орлакка не замедлил показать перед другими молодыми русалами, столпившимися вокруг них, свое превосходство.

– А это что за протухшая медуза к нам пожаловала? – с язвительной насмешкой произнес Юрвин, самодовольно оглядывая группу русалов в поисках поддержки.

Некоторые кадеты засмеялись, другие с интересом наблюдали, чем все закончится, но были и такие, кто уже слышал о подвиге молодого русала и не решались над ним смеяться.

Киан ничего не ответил заносчивому русалу, спокойно проплыл мимо него и направился в зал для лекций, где скоро должны были начаться занятия.

Юрвин даже позеленел от унижения, заметив усмешки на лице некоторых русалов, которые старательно их прятали. Трясясь от злости, он решил отплатить Киану во что бы то ни стало при первом же удобном случае.

С этого дня сын Орлакка цеплялся к новенькому по каждому поводу. А видя, как Киан преуспевает в учебе и сколько он уже успел собрать наград, Юрвин и вовсе начал сходить с ума от зависти, всячески высмеивая, издеваясь и строя козни. Но ему все всегда сходило с рук. Потому что при появлении старших изворотливый негодяй вел себя примерно и покорно, прячась за маской двуличия, а Велэй, принимающий непосредственное участие в делах академии, всегда оправдывал сына Орлакка.

Можно было представить, как Киану приходилось там нелегко. Но зависть была ничем по сравнению с ненавистью к молодому русалу, которая захлестнула Юрвина после одного случая…

Время от времени молодые кадеты должны были вместе с наставниками проводить занятия по охране замка вне академии. Для этого они отправлялись в город.

На одном из таких занятий небольшой отряд молодых кадетов, среди которых находились и Юрвин с Кианом, плыли вдоль замка, внимательно слушая пояснения старшего стражника, отвечающего за охрану города. Киан, как всегда, был сосредоточен и не пропускал ни одного слова. А Юрвин вертел головой по сторонам, совершенно не интересуясь рассказом опытного воина.

Так случилось, что именно в этот момент принцесса Ланика возвращалась в замок с прогулки вместе со своими фрейлинами. Проплывая мимо девушек, Юрвин изо всех сил старался произвести на принцессу впечатление – он гордо выпрямил спину и задрал голову. Но вдруг он заметил, что внимание дочери короля привлекла не его персона – Ланика, не отрывая глаз, смотрела на Киана. Жгучая ненависть поднялась из темных уголоков души сына Орлакка.

После этого случая Юрвин практически не давал Киану прохода и всячески старался ему навредить. Но это только заставляло Киана еще больше стараться доказать свое право находиться в Королевской академии. Гордый юноша своими успехами и храбростью вновь и вновь подтверждал, что его победа над осьминогом не была случайностью и что он полностью заслуживает звания воина королевской гвардии.

К счастью, у Киана были не только завистники – канцлер Эрлин постоянно поддерживал юношу, понимая, как тот нуждается в наставнике и друге. Ни разу старый и мудрый русал не отказал Киану в совете или беседе, если это было тому необходимо.

Так, в ускоренном режиме – за два года вместо трех лет – молодой русал обучился всем навыкам. Юноша преуспел в тактике ведения боя, в умении владеть мечом и копьем и уже не хуже остальных воинов умел обращаться с оружием. Спустя еще полгода подающий большие надежды Киан из стражника стал воином и теперь состоял на службе у самого короля Годлака, сопровождая его в различных походах.

Незаметно миновали еще три года… За это время Киан возмужал. Он уже не был похож на восторженного юнца, который хвалился своей победой – теперь он был более сдержан и благоразумен.

Принцесса Ланика тоже повзрослела и превратилась в восхитительную красавицу. Она и раньше была красива, но теперь в ней все больше проявлялась женственность. Если несколько лет назад она была эдаким сорванцом, то теперь она стала более спокойной и грациозной. Все это время они с Кианом тайно встречались, и с каждым днем их чувства друг к другу становились все сильней.

Время от времени молодой русал передавал любимой подарки, письма и различные украшения. Ему удавалось это делать при помощи фрейлин принцессы. Особенно ему помогала в этом подруга детства Ланики – Виония. Она принадлежала к королевскому роду, хотя и не была близкой родственницей.

Мать девушки была фрейлиной королевы Йолы, и Виония с самого детства росла вместе с принцессой. Девочки были неразлучны, у них не было секретов друг от друга. Они частенько выручали друг друга, спасая от справедливого наказания после очередной проказы. Вот и теперь, зная о чувствах Ланики и Киана, преданная подруга безотказно помогала влюбенным во всем.

Любовь к юноше изменила принцессу, наполнив ее жизнь смыслом. После гибели матери в душе девушки царила холодная пустота, а с появлением Киана ее душа начала отогреваться. Ей уже не хотелось больше покидать замок, а тем более совершать безрассудные поступки. Даже придворные заметили, что принцесса стала более уравновешенной, покладистой и, кажется, более счастливой. Годлак тоже видел эти перемены и был очень этому рад. «Наконец-то дочь повзрослела!» – думал он. И однажды вечером после небольших размышлений король принял решение: «Теперь можно подыскивать и жениха!»

Глава 8

Глава 8

В середине весны весь подводный мир праздновал Клион – день, посвященный морским ангелам, маленьким светящимся существам, которые когда-то, несколько столетий назад, спасли подводное королевство Риханна, предка короля Годлака.

Так уж случилось, что однажды эти беззащитные подводные обитатели собрались на морском дне недалеко от замка короля Риханна, чтобы вывести свое потомство. И произошло это именно в то время, когда в полной темноте к королевству приближалось вражеское войско.

Мириады светящихся личинок морских ангелов взмыли вверх и ярко осветили все пространство вокруг города. Стража вовремя заметила врага, подала сигнал тревоги, и атака была отбита. А враг, потерпев поражение, отступил, а потом и вовсе покинул пределы королевства, преследуемый отважными воинами короля Риханна.

С тех пор морские ангелы по королевскому приказу были пожизненно взяты под особую охрану. День, когда была одержана великая победа, объявили всеобщим праздником – Клион. На всех равнинах за скалами, окружавшими замок, были разбиты огромные прекрасные сады, где с тех пор предпочитали селиться морские ангелы. И каждый год в этот день они огромной тучей взмывали ввысь, надолго освещая все вокруг.

Утром в день Клиона со стен королевского замка раздавался громкий сигнал. Это герольды во все стороны возвещали о начале праздника. По древней традиции в этот день все отдыхали, веселились и пировали. В королевском замке проходил праздничный ужин с балом-маскарадом, а в украшенном цветами городе проводились турниры и соревнования. Жители королевства с великой радостью участвовали в развлечениях, пели, танцевали и водили хороводы.

Вот и на этот раз было объявлено о турнире и предстоящих развлечениях. К полудню простые жители – кто где – разместились вокруг замка, ожидая появления короля Годлака и принцессы Ланики. Все балконы замка уже были заполнены придворными и их семьями. Как только на королевской террасе появились Годлак и Ланика, жители города приветствовали их радостными криками и пожеланиями долгих лет жизни. Король подал знак, и началось представление, которого все ждали целый год.

Под бой барабанов прямо напротив замка выстроились две группы воинов, открывавшие турнир. Захватывающее сражение разделило зрителей на два лагеря. Зрители старались перекричать друг друга, поддерживая своих фаворитов. Кое-где дело дошло до драки, но стража, присматривающая за порядком на турнирах, быстро утихомирила задир.

Как только закончились групповые сражения, начались поединки – два всадника понеслись друг другу навстречу, пытаясь коснуться копьем мишени. Задача эта была не из легких, так как несмотря на то, что мишень была закреплена, колебания воды периодически сносили ее то в одну, то в другую сторону. Победители получали ценный приз и возможность во время ужина сидеть за королевским столом.

Участники турнира могли также испробовать свою ловкость и сноровку в отлове рыбы, но без помощи дельфинов. Для этого слуги выпускали заранее пойманные стаи рыб. Побеждал тот, чья сеть оказывалась самой наполненной. А самым сложным было выловить из большой стаи одну-единственную красную рыбку, за которую полагался самый дорогой приз – покои в замке на целую неделю. Многие участники состязаний мечтали хоть отчасти почувствовать себя важной персоной, а целая неделя в окружении слуг вполне давала такое ощущение.

Орлакк обещал своему единственному сыну победу в главном состязании. И Юрвин уже предвкушал все удовольствия недельного общения с принцессой Ланикой. Но этого было мало – ему очень хотелось еще и унизить Киана в глазах короля и его дочери. Поэтому Юрвин придумал вероломный план: его приспешники должны были всячески мешать храброму русалу победить.

Во время этих соревнований Ланика очень волновалась за любимого. Киан достойно прошел многие состязания, несмотря на происки недругов, и получил немало наград, хотя и не стал главным победителем. Конечно, он был огорчен тем, что не выиграл главный приз, но его утешала мысль, что и без этого они с Ланикой все равно будут видеться, хоть и тайно.

И для принцессы главный приз тоже не имел никакого значения – она заметила, как Киану пытались помешать завоевать победу, и поэтому девушку переполняла гордость за своего избранника – ведь несмотря ни на что он все-таки стал вторым после Юрвина. А Найда, в это время находившаяся среди знакомых горожан, с радостной улыбкой поворачивалась то к одним, то к другим, говоря: «Это мой сын!»

После окончания турнирных состязаний начался фейерверк – многочисленные светящиеся обитатели подводного мира, меняя цвет, взмывали ввысь, и перед изумленными глазами горожан возникали захватывающие дух фигуры и узоры волшебной красоты. Это было восхитительное зрелище! А вечером, по традиции, в замке были накрыты столы для приглашенных гостей. Пока они с аппетитом поглощали великолепную еду, одновременно умудряясь обсуждать самые интересные моменты турнира, музыканты играли на разных инструментах, а танцоры и акробаты развлекали своими ловкими движениями и трюками.

После трапезы начался бал-маскарад, который продолжался до глубокой ночи, когда, наконец, вверх взмыли тучи личинок морских ангелов, осветив все королевство. Только в подводном мире можно было увидеть такое – это запоминалось на всю жизнь!

***

Вскоре после праздника Клион должен был наступить еще один, не менее важный – День рождения принцессы Ланики. Ей исполнялось восемнадцать лет. В замке к этому дню готовились со всей тщательностью.

В один из дней, предшествующих дню рождения, Годлак призвал к себе канцлера.

– Как идут приготовления? – спросил король у вплывшего в зал Эрлина.

– Хорошо, ваше величество, почти все готово, – ответил тот, держа в руке большой свиток.

– Все должно быть на высоте, – произнес Годлак, – как-никак важный день для нашего королевства – День рождения моей дочери…

– Не волнуйтесь, ваше величество, все пройдет великолепно… Жаль только королевы с нами не будет, чтобы увидеть, как выросла ее девочка… – вздохнул Эрлин.

– Я об этом тоже думал, мой дорогой друг, – с грустью произнес Годлак. Он ненадолго погрузился в свои мысли, затем, вернувшись к разговору, продолжил: – Ну, хорошо, показывай, что ты там приготовил.

Канцлер подплыл к трону и развернул свиток, на котором был набросан план зала, где должен был проходить прием: расположение столов, сидячие места, местонахождение стражи, в общем, все необходимое. Король одобрительно кивнул:

– Другого я от тебя и не ожидал, Эрлин, спасибо. Я никогда не сомневался в тебе.

– Благодарю за теплые слова, ваше величество.

– Ну, а теперь позови-ка Ланику, мне надо с ней кое о чем поговорить.

– Сию минуту, – поклонился Эрлин и направился к выходу.

– Да, и того юношу… как его… Юрвина… пригласи тоже, – крикнул ему вслед Годлак.

Вскоре появилась принцесса.

– Здравствуй, папа, ты меня звал? – Ланика ласково улыбнулась, пересекая тронный зал.

– Радость моя, – Годлак поднялся с трона и, с обожанием глядя на дочь, обнял ее. – Как же ты повзрослела!

Девушка смущенно улыбнулась.

– Мне только что доложили, – продолжил Годлак, – что приготовления к твоему дню рождения вскоре будут закончены, и я вот о чем хотел с тобой поговорить. Ты моя единственная и горячо любимая дочь, и твое счастье и благополучие для меня превыше всего. Но как ты знаешь, в день твоего восемнадцатилетия мы должны будем объявить имя того, кому будет оказана высокая честь – получить в жены принцессу Ланику, а вскоре после этого, по нашим законам, ты должна будешь выйти замуж. Я уже подыскал тебе достойного жениха…

…И действительно последние несколько месяцев по всему королевству и за его пределами старательно искали жениха для принцессы. День рождения принцессы очень удачно шел следом за Клионом, на турнирах которого русалы могли показать свою храбрость и доблесть.

Годлак ничего не говорил об этом дочери, желая преподнести ей сюрприз. Но как только окончился праздник, на королевском совете жарко обсуждались все претенденты на руку и сердце принцессы: их происхождение, имущество и способность управлять королевством после смерти Годлака. Учитывалось также, чем будущий зять сможет помочь королевству. Наконец, после долгих споров имя достойного претендента было выбрано, и король его одобрил…

…При слове «замуж», Ланика застыла, не в силах произнести ни слова. Конечно, она знала о традициях подводного мира, но до сих пор не задумывалась над этим. Девушке казалось, что ее счастью ничто не может помешать. Она была уверена, что отец ради нее поменяет этот несправедливый закон, который казался ей совсем устаревшим, и позволит выйти замуж за любимого. А пока ей и так было хорошо с Кианом, и замужество казалось чем-то далеким и нереальным.

– И кто он? – наконец произнесла Ланика, выйдя из оцепенения.

– Ты ведь знаешь Юрвина – сына Орлакка?

– Конечно, знаю, но он же еще мальчишка!

– Какой же он мальчишка? Он старше тебя на три года.

– Папа, он глуп, как селедка, к тому же некрасивый! Не нужен мне такой жених!

– Ты не права, моя милая. Юрвин – победитель турнира, ведь это он завоевал главный приз и целую неделю был нашим гостем.

Услышав эти слова, Ланика презрительно фыркнула, вздернув плечи.

– При этом он благородных кровей, – продолжал Годлак, – отец его известный маг и к тому же сказочно богат. Юрвин, как и Орлакк, со временем сможет управлять водными стихиями. Ты ведь знаешь, без помощи такого влиятельного мага еще много наших полегло бы от рук людей и остальных врагов королевства…

– Папа! Я никогда не выйду замуж за сына этого старикашки!.. – В принцессе проснулся прежний ураган эмоций, в последние несколько лет поутихший, но теперь способный снести все на своем пути. – Ты ведь сказал, что мое счастье для тебя превыше всего?!..

– Да, так всегда было и будет, поэтому я и намерен выдать тебя замуж за Юрвина. Со временем ты сама мне спасибо скажешь.

– Как ты так можешь, папа? Моя мать не была знатного рода. Ты женился по любви, почему же ты отказываешь в этом мне? Из-за традиций? Разве ты не вправе менять законы королевства?

– Ты не понимаешь, Ланика! Ты – дочь короля, наследница. Я не могу оставить королевство на кого попало! И тебе придется выйти замуж за того, кто сможет достойно управлять им.

– Нет, отец, этому никогда не бывать! – воскликнула девушка, резко сорвалась с места и стремительно поплыла к выходу, боясь в порыве гнева наговорить что-то лишнее, и, самое главное, выдать свой секрет – любовь к Киану.

Вылетев из зала, несчастная Ланика так ослепла от горя, что сбила своего названного жениха Юрвина, который явился по приказу короля. После того, как расстроенная принцесса скрылась из виду, надменный русал поправил свои волосы, выпрямил грудь и вплыл в тронный зал.

Годлак сидел на своем троне, глубоко задумавшись о том, что, в последнее время такая кроткая и послушная, сейчас Ланика снова напомнила ему, какой бунтаркой она была когда-то. Он, конечно, понимал, что новость о предстоящем замужестве шокировало дочь. Точно так же поначалу воспротивилась внезапному замужеству и мать Ланики, но потом сменила гнев на милость…

Из задумчивости короля вывело осторожное покашливание. Он поднял голову и увидел Юрвина, который с заискивающей улыбкой смотрел на него. Поморщившись, Годлак махнул ему рукой, показывая, что тот может удалиться.

«Нет, этому никогда не бывать!» Эти слова дочери никак не выходили из головы. Годлак, думая об их разговоре, сперва рассердился, но потом еще глубже задумался, и понял: как и любая молодая девушка, Ланика хотела выйти замуж по любви…

Он вспомнил свою жену Йолу, историю их знакомства, как они были счастливы, встречаясь тайком в Пещере Влюбленных, которую сами так и прозвали. И эти воспоминания привели короля к мысли – а правильно ли он поступает, пытаясь выдать дочь замуж вопреки ее желанию? Ведь он отлично знает свободолюбивый и независимый характер своей дочери… Может, Юрвин действительно не ее судьба? Или просто Ланика характером полностью пошла в свою покойную мать? Но ведь по многовековой традиции родители всегда выбирали для своих детей подходящую пару, исходя из многих соображений, но обычно не включая в них любовь. И счастливы были те, у чьих родителей интересы совпадали с чувствами их детей. Однако сейчас все дело было в том, что от брака принцессы с сыном Орлакка зависело очень многое – маг не раз спасал королевство вместе с его жителями…

Вся жизнь Годлака прошла в борьбе за трон, на который претендовал его младший брат Экул. Имея такого могучего и беспокойного соседа, королю приходилось прилагать немало усилий для того, чтобы сохранить независимость своего королевства. Не проходило и десяти лет, чтобы неугомонный братец не вторгался на территорию владений Годлака, неся разрушение и смерть.

Имея свой замок в Северном море, Экул всю жизнь тем и занимался, что строил интриги против своего родного брата – короля. Долго Годлак воевал с ним, дорого платя за каждое выигранное сражение, но это не могло продолжаться бесконечно. Старый маг давно предлагал свои услуги, но они были не безвозмездными, и в конце концов король Годлак заключил с ним договор, по которому Орлакк брал королевство под свою защиту за определенную плату – золото. Затонувших кораблей во владениях Годлака было неимоверное количество, но со временем королевская казна начала пустеть – люди строили суда все прочнее и лучше, которые редко тонули.

Вдобавок ко всему в каждом из затонувших кораблей поселилось по морскому чудовищу. Никто не мог понять, почему в последние годы эти существа облюбовали себе все затонувшие суда. Акулы и осьминоги гигантских размеров, словно неусыпные стражи, охраняющие несметные сокровища, никого не подпускали к своим новым жилищам – полусгнившим кораблям.

У Годлака больше не было к ним доступа, разве что по счастливой случайности. Кроме того, несмотря на магическую защиту Орлакка, время от времени разбойничьи шайки или браконьеры в поисках добычи плавали по водам королевства. Поэтому королю постоянно приходилось держать всех воинов в боевой готовности, а на это тоже нужно золото. И только союз принцессы и Юрвина мог надолго обеспечить мир и покой королевства.

Глава 9

Глава 9

После первого шока в связи с новостью о замужестве Ланика впала в ярость, потом ярость сменилась рыданиями. Потом принцесса успокоилась и перешла к размышлениям.

Несколько дней она провела в своей комнате, не находя себе места. Ей сейчас так нужен был Киан! Но король отправил юношу с каким-то поручением к Туманной Лагуне. В полном смятении и отчаянии принцесса ждала возвращения любимого.

Томясь в ожидании, несчастная девушка думала о том, какой удар она нанесет любимому, сообщив, что отец собирается выдать ее замуж за другого. Да еще за того, кого она всегда просто не замечала, а теперь так сильно возненавидела! «Лучше бы отец отправил этого Юрвина куда-нибудь далеко-далеко, да так, чтобы он совсем не возвратился!» – думала Ланика, негодуя.

Время шло час за часом, уже близился вечер, и каждая минута казалась ей бесконечностью. С напряжением девушка вслушивалась в звуки, раздававшиеся за дверью, но в основном это был смех или разговоры проплывавших по коридору жителей замка.

– Киан еще не вернулся? – кинулась она к своей верной подруге, Вионии, которая с самого утра металась по всему замку, пытаясь первой перехватить молодого русала, как только он вернется, и сейчас, запыхавшись, вплыла в комнату.

– Сожалею, ваше высочество, пока нет, – ответила та, тяжело дыша. – Вам не стоит так тревожиться, я уверена, что он скоро появится. Не впервые Киан отлучается из замка по делам короля.

Зная о разговоре принцессы с отцом, Виония глубоко сочувствовала влюбенным, поэтому сейчас она всячески старалась облегчить страдания Ланики.

– А вдруг с ним что-то случилось! Вдруг отец о нас узнал?! – воскликнула Ланика.

Принцессе только сейчас пришла в голову мысль, что им с Кианом так долго удавалось встречаться без каких-либо происшествий.

– Киан молод и отважен, что с ним может случиться? Поверьте моему слову – он скоро вернется, и все будет хорошо, – успокаивала Виония девушку, расчесывая ее длинные волосы резным гребнем.

Закончив с волосами и удостоверившись, что принцессе больше ничего не надо, Виония покинула комнату, но вскоре снова тихонько постучала в дверь.

– Он вернулся?! – дрожащим голосом спросила Ланика, глядя на подругу заплаканными глазами, когда та заглянула в комнату.

– Да, ваше высочество, он ожидает вас в Пещере Влюбленных… – радостным голосом сообщила Виония.

Не теряя не минуты, Ланика и фрейлина выплыли из комнаты и со всей предосторожностью торопливо поплыли по коридорам замка. За одним из поворотов им навстречу выплыл Велэй.

– Добрый вечер, ваше высочество, как вы себя чувствуете? – участливо спросил он принцессу.

– Добрый вечер, Велэй, превосходно, – изобразила девушка искреннюю улыбку, стараясь скрыть волнение.

– Прекрасно, – обрадовался начальник стражи, – значит, скоро в королевстве будет праздник – свадьба нашей любимой принцессы с сыном великого мага!

Он сказал что-то еще, но принцесса уже этого не слышала – упоминание о свадьбе ввергло ее в такой ужас, что желание покинуть замок как можно скорей стало просто нестерпимым.

Когда Велэй поклонился и поплыл своей дорогой, Ланика и Виония сломя голову кинулась вон из замка. Спустя полчаса под покровом темноты они уже подплывали к месту встречи.

…Пещера Влюбленных была особенной – она густо обросла пышной растительностью и кoраллами, совершенно укрывшими ее от любопытных глаз. И находящимся в ней влюбленным казалось, что время здесь останавливается. Когда-то эта пещера была самым любимым местом встреч и короля Годлака с его возлюбленной Йолой, после того, как девушка, наконец, согласилась выйти за него замуж.

Ланика подплыла к входу и остановилась. В середине пещеры она увидела Киана, но не решилась подплыть ближе. Казалось, будто за эти дни между ними появилась прозрачная стена, которая позволяла им видеть друг друга, но не давала соединиться. Девушка застыла, пристально вглядываясь в лицо любимого, словно пыталась навечно запомнить его, но потом все же бросилась ему на шею и судорожно зарыдала.

Молодой русал, теряясь в догадках, что могло произойти за время его отсутствия, обнял девушку и нежно гладил ее распущенные волосы, пока она, наконец, не успокоилась. Со слезами на глазах и всхлипываниями несчастная Ланика почему-то начала говорить о Велэе, которого она только что встретила, и только потом рассказала о намерении отца выдать ее замуж.

– Ведь это несправедливо! – воскликнула она, закончив свой рассказ.

Эта новость поразила Киана, как молния. Боль, злость, отчаяние отражались на его лице попеременно. Мысли, словно лавина, накрывали его, мешая думать, и казалось, что сейчас его голова расколется на части. Переборов через минуту потрясение, молодой русал, как мог, начал успокаивать любимую, обещая найти выход, хотя он еще и сам не представлял, что делать дальше.

***

Прошло несколько дней со встречи Киана и Ланики. За это время принцесса многое успела обдумать. Бесконечное множество мыслей, сменяя друг друга, вертелись у нее в голове.

То, что произошло за последнее время, сильно изменило Ланику. Некогда так любимый принцессой замок уже перестал быть ее домом – теперь она чувствовала себя здесь, как в тюрьме. И ее душа рвалась на свободу! Туда, где они с Кианом, наконец, будут вместе. Туда, где они будут счастливы. Туда, где, ни один королевский стражник их не найдет. Ланика понимала, что ей не жить без Киана. Она была готова отправиться куда угодно, лишь бы быть рядом с любимым.

Все это время ее терзала ужасная мысль: может, отец на самом деле ее совсем не любит? Ведь не может же любящий отец так с ней поступить?! У Ланики промелькнула мысль снова броситься в тронный зал и, припав смиренно к ногам отца, слезно умолять, чтобы он позволил ей быть вместе с любимым. Но в глубине души девушка понимала, что это не поможет. Отец никогда не даст своего согласия!

И тогда Ланика решила, что им с Кианом надо бежать. Оставалось только сообщить любимому о том, что она готова пойти на все ради него: покинуть замок, отца, отказаться от прежней жизни. Наполняясь силой и решительностью принцесса стала обдумывать их будущий побег. Самый удобный момент для такого рискованного шага – праздник, когда в замке будет столько гостей и шума, что она наверняка сможет незаметно улизнуть.

Приняв это важное решение, Ланика написала Киану письмо, где рассказала о своем плане, и отправила Вионию передать послание. А затем принцесса позволила своим фрейлинам привести ее в порядок и отправилась к отцу.

Она нашла его в тронном зале, ведущим беседу с придворными. При виде дочери Годлак от неожиданности резко замолчал. Он растерялся, так как не знал, чего ждать от Ланики на этот раз. Вдруг она снова кинется на него с обвинениями или, того хуже, начнет рыдать. А король Годлак, как и большинство мужчин, не выносил женских слез.

Но к его удивлению Ланика с виноватым лицом подплыла ближе, поцеловала отца в щеку и так искренне попросила прощения за свое поведение, обещая покориться его воле, что сердце Годлака растаяло, и он великодушно простил непокорную дочь.

С этого дня в замке все пошло своим чередом. Беспокойные мысли короля были развеяны: Ланика извинилась за свои слова и дальше вела себя примерно. Слуги тщательно готовились к празднику, король Годлак решал дела королевства, периодически советуясь со своим канцлером, словом, все зажили прежней жизнью.

Все, кроме принцессы Ланики и Киана, которые уже с нетерпением ожидали приближающегося праздника – ведь после этого их жизнь должна измениться к лучшему…

Глава 10

Глава 10

Горнисты трубили с башен замка, возвещая о празднике – наконец-то наступил День рождения принцессы. Благодаря стараниям слуг под руководством Эрлина королевский замок сиял. Морские ангелы, медузы и другие мерцающие обитатели подводного мира освещали все вокруг замка.

Бесконечной вереницей прибывали кареты – одна краше другой. С разных сторон водных просторов они доставляли на праздник знатных гостей. Тетушки, дядюшки, кузены и кузины и другие русалы и русалки, обвешанные украшениями, делились последними новостями. Они приветствовали друг друга, продвигаясь к тронному залу в сопровождении своей свиты. 57

Весь зал был украшен морскими червями, которые распускались словно ветки диковинных растений; орхидеями и гирляндами из всевозможных морских цветов, которые завораживали своим великолепием. Тут и там разного вида коралловые рыбки сооружали причудливые формы, похожие на статуи. Вдоль стен и под потолком плавало огромное количество медуз. В день праздников они обычно переливались разными цветами радуги. И всю эту красоту дополняла живая музыка, исходящая от лир и арф множества музыкантов.

В ожидании начала праздника гости с завистью обсуждали будущего жениха принцессы. Выбор короля Годлака, павший на сына мага, не всем пришелся по душе. «Ловок юнец! Отхватил лакомый кусочек, не иначе, как Орлакк подсуетился»…

Праздник обещал быть незабываемым, и даже Ланика вела себя на удивление покорно. Они с отцом торжественно встречали гостей в тронном зале, сидя на великолепных узорных тронах.

Сегодня все были на этом празднике. Одни, чтобы поздравить именинницу и короля, другие – полюбоваться красотой принцессы, третьи – похлопотать о продвижении по службе.

Видя, с каким восхищением смотрят гости на его красавицу-дочь, король Годлак ощущал переполнявшую его гордость. Он сиял добродушием и был очень гостеприимен в ожидании самых главных гостей…

Орлакк с сыном прибыли в замок одними из последних. Старый маг, как всегда, своим черным облачением и злобным лицом вводил окружающих в жуткое состояние. Некоторые гости даже предпочитали держаться от него подальше.

Орлакк обменялся с королем приветствием и поздравил принцессу с днем рождения. Ланика послала Юрвину самую неподдельную улыбку, но он, как будто смутившись, только опустил взгляд. Затем двери распахнулись, и в зал вплыли четверо русалов. Трое из них несли широкие подносы, а один – большое зеркало в ажурной раме. На подносах лежали золотые украшения, жемчуга, хрустальная шкатулка, украшенная золотом, и прочие дары.

– Какие великолепные украшения! – заметил Годлак, пока его дочь разглядывала подарки.

Орлакк взял с подноса сверкающее ожерелье и торжественно преподнес его Ланике.

– Это ожерелье принадлежало нашей семье на протяжение многих столетий. Его носила мать Юрвина. И так как ты станешь женой моего сына, ожерелье теперь принадлежит тебе. И это еще не все, главный подарок ожидает снаружи! – самодовольно сказал Орлакк и подвел принцессу к окну.

Там, во дворе, нетерпеливо перебирая плавниками и встряхивая головой, стоял резвый морской жеребец темно-синего цвета. Конюх, ожидая приказаний, держал его за поводья с золотыми бляшками. Конь был действительно хорош.

– Его звать Лукко, – произнес Орлакк.

– В каких же водах вырастили такого красавца? – спросила восхищенная Ланика.

– Путь этого коня был долог, он родился в Янтарном море и в числе прочих был прислан мне в качестве уплаты, – ответил маг и тут же добавил: – На нем, принцесса, никто не сможет вас догнать. Лукко самый быстрый из коней, которые есть в королевстве.

– Благодарю вас, Орлакк, вы, как всегда, преподносите мне чудеснейшие подарки. Чуть позже я хотела бы на нем прокатиться, а сейчас прикажите отвести этого великолепного жеребца в конюшню, – с вежливой улыбкой сказала принцесса.

После церемонии приветствия все гости, наконец, переместились в голубой коралловый зал для трапез, который был не менее восхитителен, чем прежний: высокие потолки поддерживались резными колоннами, украшенными красивыми цветами; скульптуры – работы мастеров по камню; одни только обрамления окон были произведениями искусства, достойными высшей награды. А между окнами висели картины или королевские гербы, как, впрочем, и в остальных залах.

У широкой стены между двух высоких колонн на некотором возвышении стоял королевский стол. Кресла короля Годлака и принцессы Ланики были необычайно красивой формы. Королевское было сделано из сиренево-белых кораллов и богато украшено ракушками, а кресло принцессы, со спинкой пониже королевского, – из розовых кораллов, украшенное жемчугом и перламутром. Кресла гостей были менее дорогими, но не менее искусно сделаны.

Ланика сидела по правую руку Годлака. Слева от короля, в качестве почетного гостя был усажен Орлакк. Юрвин же сидел справа от принцессы. Все остальные гости, в зависимости от своего положения, были усажены за два длинных стола по обеим сторонам от королевского. Эрлин, Найда и Велэй расположились среди гостей тоже в соответствии со своим положением. Не присутствовал в этот день только брат короля Годлака – Экул, который всегда был его заклятым врагом.

Принцесса Ланика в этот вечер была невероятно красива. Ее одеяние было украшено мерцающими камнями, на руках надеты золотые браслеты с изумрудами и узорами. Когда-то давно в дни празднеств эти браслеты носила королева Йола. После трагической гибели любимой жены Годлак берег их, чтобы подарить дочери в день ее совершеннолетия. И утром этого дня он появился в комнате дочери. Немного прослезившись от чувств, Годлак бережно надел на руки Ланики браслеты, принадлежавшие ее матери. Но это был не единственный дорогой сердцу девушки подарок. На груди Ланики чуть ниже ожерелья, подаренного Орлакком, висел небольший кулон – подарок Найды. Он не был таким красивым, как ожерелье, но для девушки был очень дорог, ведь его подарила ей мать Киана. Волосы именинницы были красиво собраны на затылке и закреплены заколками, из-под которых ниспадали отдельные пряди. Виония, как всегда, постаралась на славу.

Гости с восхищением любовались Ланикой, особенно русалы, которые вздыхали, мечтая оказаться на месте Юрвина. А предмет их зависти со своими рыжими кучерявыми волосами и самодовольным выражением лица смотрелся очень нелепо рядом с прекрасной принцессой.

Столы ломились от разнообразных блюд. Подводный мир был богат вкусной едой: рыба разных видов, морская капуста, морские огурцы, молюски, морские ягоды. Это все лежало в широких золотых и серебряных чашах, покрытых замысловатыми узорами. Всевозможные моллюски, улитки и устрицы считались деликатесом.

Время от времени, улучив момент, эта живность норовила уползти со стола. Но шустрые слуги-крабы ловко сновали между блюдами и отлавливали беглецов. А самым главным деликатесом считалось мясо огромных хищников. Воины короля незадолго до праздника очень удачно поохотились.

Наконец Годлак поднялся во весь рост и, держа в руке кубок из раковины, торжественно объявил, что жених принцессы Ланики выбран. Девушке стоило неимоверных усилий изобразить на своем лице счастливую улыбку, но в душе она радовалась тому, что Киан всего этого не видит. А Годлак просто любовался дочерью в компании своего будущего зятя, радуясь и воздавая хвалу Бренне, что между молодыми все так гладко складывается…

Орлакк тоже был доволен как никогда, а его сын улыбался во весь рот, важно выпятив грудь, и снисходительно кивал многочисленным гостям.

После обильной трапезы и множества тостов за принцессу и ее жениха, а также за здравие короля, Годлак объявил о начале представлений. В центр зала тут же выплыла группа русалок, разодетых в пестрые костюмы. Они исполнили старинный танец под чудесную музыку, которую играли королевские музыканты. От тоненьких гибких фигурок с развевающимися длинными волосами и красочными костюмами невозможно было отвести взгляд. Все гости были в полном восторге и выражали это достаточно бурно.

Но вот музыка закончилась, раздались громкие аплодисменты, и танцовщиц сменили актеры, которые разыграли одну из легенд королевства. Им хлопали с большим восторгом, ведь все знали, что герои и этой легенды, и других – самые настоящие жители их королевства, совершившие в свое время какой-то подвиг.

Вслед за актерами выплыла группа русалов, которые держали в руках небольшие раковины разных размеров и форм. Это были именно те раковины, которые обычно использовали для подзывания дельфинов или морских коней. Благодаря мастерам-музыкантам эти маленькие вещицы могли также воспроизводить невероятно красивую музыку, от которой пела душа.

И под конец застолья был показан танец с мечами в исполнении воинов короля Годлака. Это был своеобразный подарок начальника королевской стражи Велэя.

После них появились барабанщики. Они устроили такое зажигательное шоу на рифленных раковинах, что гостям уже не терпелось пуститься в пляс и кто-то уже начал подпрыгивать за столом. Даже сам старый Орлакк заерзал на стуле, хотя танцор он был никудышный.

***

Принцесса с нетерпением ждала подходящего момента, чтобы сбежать – Виония уже давно сообщила ей, что Киан ждет в Пещере Влюбленных. И как только наступил подходящий момент, Ланика объявила отцу, что желает показать своему жениху замок.

Удивление мелькнуло в глазах Годлака – он никак не ожидал, что дочь будет уж настолько покладистой. Но девушка развеяла все сомнения отца очаровательной улыбкой и быстро поднялась со своего места.

Под пристальными взглядами гостей Юрвин в сопровождении принцессы покинул зал, и они поплыли по коридорам замка, удаляясь все дальше и дальше.

…Спустя некоторое время после того, как Ланика и Юрвин удалились, праздничная трапеза и представления была окончены. Вельможа объявил о начале бала. Заиграла музыка, нарядные пары не спеша стали выплывать в центр зала и закружились в пестром хороводе.

Орлакк озирался по сторонам в поисках сына, но в этот момент к нему подплыла миловидная русалка, и маг тут же позабыл о своем отпрыске. Это король послал девушку развлечь своего гостя. Ведь скоро они породнятся, и Годлаку не подобает оставлять родственника скучать на празднике.

Дело в том, что старый маг из-за его мрачного вида и пугающей репутации частенько оказывался на балах в одиночестве. Поэтому Орлакка приятно удивило появление столь очаровательной русалки. Чарующими словами и комплиментами девушка увлекла старого мага в центр зала. Орлакк не блистал талантами в танцах, но русалка была так обаятельна и любезна, что он не устоял и вместе со всеми закружился, выделывая нелепые па. Сперва он танцевал с пригласившей его русалкой, потом его увлекла другая девушка, потом третья, пока, наконец, он не оказался в самом центре круга, где все плясали под веселую музыку…

***

Между тем Ланика уводила «жениха» все дальше и дальше в глубь замка. Стараясь не задерживаться, девушка вкратце рассказывала о тех, кто изображен на портретах, а Юрвин восхищенно смотрел на ослепительную роскошь вокруг него с открытым ртом. При этом он вертел головой в разные стороны и не сдерживал неподобающие будущему королю ахи и охи, что еще больше обесценивало его в глазах Ланики.

Наконец, после череды коридоров и небольших залов и поворотов они остановилась у какой-то невзрачной двери.

– Хочешь, я покажу тебе тайную комнату за тронным залом? – спросила принцесса полушепотом.

– А это возможно? – удивился Юрвин, еще больше оттопырив свою отвислую нижнюю губу.

– Конечно, возможно, ведь ты мой будущий муж и будущий король… Ты должен знать все секретные места в замке, – Ланика старалась быть как можно более убедительной.

– Хорошо, – согласился польщенный русал.

– Эта дверь ведет в подсобную комнату, где держат медуз. Возьми несколько, так как в тайную комнату надо плыть, через темный проход.

Девушка мигом огляделась по сторонам и приоткрыла дверь. Как только этот глупец оказался внутри помещения и начал собирать медуз, Ланика быстро закрыла дверь и повернула ключ. В замке никто не мог услышать призывов незадачливого жениха о помощи – все были на празднике.

А Ланика вздохнула с облегчением и помчалась на встречу с любимым.

Глава 11

Глава 11

…Под покровом ночи, пока все еще веселились на празднике, две юные русалки торопливо покинули замок. Преданная фрейлина Виония решила разделить судьбу своей госпожи. Они плыли по давно знакомому пути так быстро, как только могли. Наконец показались выступы, укрывавшие Пещеру Влюбленных. Оттуда навстречу принцессе выплыл молодой русал.

Сердце Киана громко застучало в груди, когда он увидел подплывавшую Ланику. В голове сверкнула счастливая мысль: вот он – день, когда они смогут навеки соединить свои сердца, и тогда уже ничто на свете не разлучит их! Молодой русал точно знал, что надо делать!

Ланика увидела любимого и, позабыв обо всем на свете, прильнула к нему, словно они не виделись целую вечность. Какое-то время они не могли оторваться друг от друга, пока, наконец, Киан не произнес мягким голосом:

– Нам надо спешить, родная…

***

…Новость о предстоящей свадьбе Ланики с Юрвином лишила Киана покоя. Днем и ночью он напряженно думал, что предпринять, чтобы не потерять свою любимую. Молодой русал давно собирался просить у Годлака руки его дочери, но все ждал подходящего момента. Он так был сосредоточен на том, как завоевать расположение короля Годлака! Молодой воин старательно выполнял все поручения своего короля, искренне надеясь таким образом доказать отцу своей возлюбленной, что он достоин ее руки. Но теперь все рушилось! Киан понял, что его происхождение является серьезной преградой на пути к счастью с любимой, несмотря на все его заслуги перед королевством. И предстоящее замужество Ланики не оставляло ему никакой надежды! Больше ждать было нельзя. Киан знал, что отказаться от любимой он не мог – это было все равно, что перестать дышать…

Молодой русал давно знал от матери, что ее сестра Лайра проводила свадебные обряды в подводном королевстве и что она была в числе двенадцати Избранных волшебниц, каждая из которых имела свою особенность – преобладающую силу в той или иной области магии. Особенностью магии Лайры было соединять влюбленных вопреки всем преградам. Союзы, скрепленные ее волшебным обрядом, никто не мог разорвать. Когда мать рассказывыала об этом, юноша совершенно не обратил внимания на ее слова. А тут он вдруг вспомнил о Лайре и решил, что они с Ланикой должны соединить свои судьбы навеки, чтобы никто не смог их разлучить.

Киан подумал о том, в какую ярость впадет король Годлак, когда узнает об этом. И тогда молодой русал всерьез задумался о побеге. Но решиться ли на это Ланика? И где они могли бы скрыться так, чтобы никто не смог их найти? Да и потом, было бы несправедливо просить принцессу оставить все ради него! Киан прекрасно понимал, что для девушки это серьезный шаг.

Но, как оказалось, о побеге думал не только он. Прочитав письмо Ланики, которое ему доставила Виония, молодой русал понял, что любимая готова ради него оставить родной дом, и перестал терзаться сомнениями. Не сказав матери ни слова, сгорая от желания действовать без промедления, он помчался к своей тетке. Киан так отчаянно просил у нее помощи, что Лайра сжалилась над бедными влюбленными. Однако она понимала всю серьезность этого поступка и пыталась предостеречь племянника, но это было бесполезно – тот был не в состоянии понять что-либо, кроме того, что может потерять любимую. В конце концов, вздохнув, Лайра согласилась им помочь.

Радость молодого русала была так велика, что он даже не подумал о том, что и волшебный союз, заключенный самой Лайрой, может быть разрушен непреодолимой силой, и ее имя – смерть! Ведь за этот проступок он мог быть казнен.

***

… – Нам надо спешить, родная… – сказал Киан. – У нас мало времени, мы должны успеть, иначе потом будет поздно.

– Что ты задумал? Куда ты собрался? – спросила встревоженно девушка.

– Туда, где нас соединят навеки…

Ланику озадачил такой ответ, ей и в голову не могло прийти, что именно намеревается сделать Киан.

Увидев встревоженное лицо любимой, молодой русал пояснил:

– Сестра моей матери – Лайра… в ее власти совершать брачный обряд… она согласилась нам помочь.

Принцесса вспомнила, что когда-то кто-то ей рассказывал об Избранной, соединяющей влюбленных навеки.

– А ты уверен, что она не сообщит моему отцу? – спросила девушка.

– Не сообщит, она всегда была против союзов без любви, и сейчас никто, кроме нее, нам помочь не сможет.

И тут вдруг Киан схватился за голову:

– Прости, я даже не спросил, хочешь ли ты стать моей женой?

– И ты еще спрашиваешь! – воскликнула Ланика. – Это все, о чем я могу мечтать!

– В таком случае без помощи Лайры нам не обойтись. Мы должны отправиться к ней, и когда мы покинем ее владения, уже никто никогда не сможет нас разлучить.

Они решили, что Виония будет ожидать их в другом месте. И Киан подробно объяснил фрейлине, как добраться до места их встречи. А затем, не теряя больше ни секунды, Киан и Ланика в сопровождении дельфинов понеслись к маленькому островку, рядом с которым жила волшебница.

***

Владения Лайры простирались вокруг одного из необитаемых островов, находящихся недалеко от границы Кертского моря. Этот остров был особенным – на берегах его, у самой воды, росли поющие деревья. Волшебница жила в подводной пещере у самого берега и часто наслаждалась их завораживающим пением. Уже много-много лет она помогала влюбленным, соединяя их судьбы. В королевстве твердо верили, что союз, освященный Лайрой, будет долгим, крепким и счастливым, потому что его охраняет волшебное пение необыкновенных деревьев.

Когда Лайра совершала обряд, соединяя сердца влюбленых, деревья, словно радуясь этому, издавали особенно прекрасную мелодию. Когда сильный ветер срывал цветы c этих деревьев и уносил их по воздуху, дивное пение разносилось далеко-далеко от острова.

Но самое интересное, что несмотря на прекрасные звуки поющих деревьев, люди уже давно считали это место нехорошим. Дело было в том, что, услышав чарующие звуки, похожие то ли на пение птиц, то ли на пение людей, проплывающие мимо корабли меняли свой курс, желая подойти поближе к острову и послушать волшебное пение. Но у самого берега они разбивались о подводные рифы. Именно поэтому остров был хорошо защищен от пиратов и непрошенных гостей.

Волшебнице Лайре некогда было скучать – днем сюда приплывали подводные жители, которым нужна была ее помощь, а ночью она помогала отчаявшимся влюбленным. Почему ночью? Потому что только в это время, тайком от всех, влюбленные, которые не получили благословение родителей, могли попасть к Лайре, чтобы она совершила над ними свадебный обряд. Так что Киан и Ланика были далеко не первыми, кто тайно обращался за помощью к Лайре.

Конечно, все эти влюбленные были достаточно смелыми – их не могло испугать мрачное кладбище затонувших кораблей, мимо которого надо было проплыть. Ночью здесь из своих нор выплывали хищники, охотившиееся за более слабыми. Особенно опасными были акулы и гигантские осьминоги.

Однако при свете дня это место было не таким уж и страшным. Тут проходило свежее течение, и поэтому все корабли были покрыты яркой разнообразной растительностью, привлекающей множество разноцветных рыб, которые по ночам просто спали в своих укрытиях.

Киан знал, насколько днем здесь все выглядит по-другому, поэтому всю дорогу, как мог, успокаивал Ланику, не переставая при этом внимательно оглядываться вокруг. Наконец они миновали это мрачное место, и перед ними открылся прекрасный рифовый ландшафт.

Все скалы вокруг были покрыты буйной растительностью. Между водорослями плавало бесчисленное количество мерцающих рыб. Одни были похожи на тлеющие угольки, другие ярко освещали пространство вокруг себя. И благодаря им можно было рассмотреть множество красивых разноцветных кораллов.

Когда-то эта часть морского дна была сушей, и там жили люди. Но со временем остров постепенно уходил под воду, и люди были вынуждены покинуть свои жилища. Теперь о них напоминали только руины, которые молчаливо взирали на проплывающих мимо обитателей морского дна.

Но вот Киан и Ланика, наконец, добрались до пещеры волшебницы. Лайра уже поджидала гостей у входа. Это была высокая стройная русалка лет сорока, очень похожая на Найду. Длинные огненно-красные волосы спускались почти до кончика ее хвоста. Ее руки, грудь и спину покрывали необычные узоры, указывающие на то, что это была непростая русалка, а обладательница магической силы. Похожие узоры были у Найды и у других волшебниц, которых приходилось встречать Киану. Но узоры Лайры отличались яркостью и четкостью. У Найды и у некоторых других Избранных эти узоры были поблекнувшие – как волшебницы они были менее сильные. На правом предплечье Лайры был интересный браслет. На русалке вообще было много украшений, на голове, на руках, груди и поясе, но этот браслет был все же каким-то особенным.

Хозяйка пещеры улыбнулась прибывшим и поклонилась принцессе Ланике. А затем пригласила их к небольшому постаменту, находившемуся под каменной аркой у кораллового рифа недалеко от входа в пещеру.

Они решили не терять ни минуты и приступили к обряду. Окруженная светящимися медузами, Лайра расположилась под аркой, а Киан и Ланика – перед постаментом, на котором лежали два браслета, специально приготовленные для них. По обе стороны от арки находились дельфины, которые были своего рода свидетелями происходящего. Во рту они держали красивые цветочные гирлянды, которые им вручила Лайра. Морские обитатели, живущие по соседству, из любопытства высунулись из своих укрытий, чтобы в который раз посмотреть на прекрасное событие.

– Ну, что, готовы? – спросила волшебница молодую пару.

– Да, – уверенно в один голос ответили они.

Тогда под звуки поющих деревьев Лайра попросила влюбленных протянуть соединенные руки над постаментом и накрыла их своей ладонью. Она начала читать заклинание, создавая невидимую нить вокруг запястий Киана и Ланики – так Лайра хотела убедиться, что эти двое действительно предназначены друг другу самой Судьбой. Не почувствовав никакого противоречия, волшебница произнесла еще несколько слов – и невидимая нить приобрела четкие очертания. Она сверкала, соединяя руки влюбленных. Лайра еще раз спросила, хотят ли они оба быть вместе навсегда, и, получив согласие от обоих, взяла с постамента браслеты и надела их на руку каждого.

В этот момент и Киан, и Ланика почувствовали, как по всему их телу пробежала искра, остановившись в их сердцах. Затем, словно разряд молнии, обе эти искры закружились спиралью вокруг них, поднялись вверх, сверкнули в пространстве и соединились в одну светящуюся линию, переходящую в клубок, который несколько мгновений кружился над их головами. Затем он внезапно вспыхнул, и сотни маленьких искр разлетелись в разные стороны и растворились без следа.

Обряд был окончен – линии их судеб соединились в одну навеки!

Дельфины накинули на молодых по гирлянде и стали радостно танцевать, создавая невероятные треск и свист – так они выражали свои поздравления Киану и Ланике.

Итак, теперь никто не мог разлучить два любящих сердца. По крайней мере, так думали влюбленные.

Глава 12

Глава 12

…После тайного обряда молодые покинули Лайру. Киан заметил, что Ланика чем-то опечалена. И действительно, лицо принцессы было грустным. Счастье девушки было омрачено печальными мыслями: теперь она больше не увидит своего отца, которого несмотря на все разногласия любила всей душой, и она даже не смогла попрощаться с ним. Девушка представила, как сильно будет страдать отец, обнаружив, что она исчезла. Но Ланика утешала себя, что это был единственный выход сохранить свою любовь.

Понимая насколько Ланике сейчас тяжело, Киан молча плыл рядом, держа ее за руку, хотя его мучило желание поскорее обрадовать любимую и рассказать о подарке, который он ей приготовил, – небольшом уютном доме за пределами королевства. Киан приобрел для них дом сразу, как только Ланика сообщила ему о готовности разделить с ним судьбу. Теперь им нужно было где-то жить, и молодой русал позаботился о том, чтобы принцесса не пожалела о своем решении.

Через какое-то время они оказались перед входом в небольшой, но очень красивый дом. Он был похож на огромную ракушку, которую окружал сад с пышной растительностью. За домом тянулась высокая гряда рифов, скрывающая его от посторонних глаз. За дверью этого чудесного дома их должна была ожидать долгая счастливая жизнь.

Киан протянул руку и распахнул дверь. Оказавшись внутри, Ланика с восторгом стала рассматривать убранство дома. Ее молодой муж доставил сюда с затонувших судов все, что смог найти: от зеркал до тяжелых кованых сундуков.

В доме было большое помещение, разделенное на секции выступами. Даже для Вионии здесь было приготовлено место. Пол был покрыт густой молодой травой, с мелкими розовыми цветами. У стены в главной комнате стояло удобное широкое кресло с резной спинкой. Ланика присела на краешек и прямо перед собой увидела в окне стада разноцветных мерцающих рыбок, которые то и дело из любопытства заглядывали внутрь.

Девушке очень понравился этот дом, он казался ей сказочным. Конечно, ей было не привыкать к красивым вещам, ведь она выросла среди них, но этот дом был особенным – он был подарком Киана, и теперь принадлежал только им двоим. И на несколько мгновений ей показалось, что весь мир исчез, а этот дом – и есть их мир.

– Мне кажется, что все это сон. Я проснусь – и все исчезнет, – с печалью в голосе произнесла Ланика.

– Никуда я не исчезну, – успокоил ее Киан, присев рядом и нежно улыбнувшись.

– Все равно не верится, что мне послали такое счастье… – вздохнула она.

– Посмотрим, что ты скажешь лет этак через пятьдесят, – лукаво улыбнулся Киан, а затем обнял свою жену за плечи и произнес: – Все позади, любимая, теперь мы – муж и жена. Я люблю тебя больше всего на свете. Люблю твою улыбку и ямочки на щеках, которые появляются, когда ты улыбаешься. Твой голос и глаза с длинными ресницами. Люблю тебя за храбрость, за твой неповторимый смех и за то, что я чувствую, когда ты рядом со мной.

Ланика смущенно улыбнулась – только Киан умел так красиво выражать свои чувства к ней! Ведь когда она слышала слова любви, произнесенные любимым голосом, ее сердце замирало от счастья.

Она посмотрела на мужа любящим взглядом и ответила:

– Я тоже очень люблю тебя. Я всегда чувствую себя с тобой защищенной. А особенно люблю, когда ты говоришь мне такие слова, что у меня от них в животе начинают порхать морские ангелы…

Они оба рассмеялись. Затем Киан обнял ее за плечи и вдруг спросил:

– Ланика, помнишь, ты когда-то приплывала со своими фрейлинами к моей матери за предсказаниями?

– И что? – неуверенно спросила Ланика, пытаясь вспомнить этот день.

– Мне всегда было интересно узнать, что Найда тебе тогда сказала?

Девушка уставилась на красивый цветок среди пушистой травы на полу, вспомная тот разговор с предсказательницей.

– Кажется, Найда сказала, что я выйду замуж за принца, – произнесла Ланика, посмотрев на Киана. В ее глазах скакали маленькие огоньки.

– Не повезло принцу… – произнес Киан, улыбаясь, – ты вышла замуж за меня!

– Нет, дорогой, ты и есть мой принц, и другого мне не надо!

Ланика обняла мужа и только собралась его поцеловать в подтверждение своих слов, как вдруг громкий стук прервал их идиллию. Они одновременно взглянули на дверь, а затем переглянулись.

– Виония? – недоуменно произнес Киан.

– Ой, мы совсем забыли про нее… – тихо воскликнула Ланика. Но затем на лице девушки отразилось беспокойство. – Нет, это не она. Виония никогда не постучала бы так грубо.

Стук повторился еще громче… И влюбленые поняли, что с этим стуком их мирному счастью пришел конец. Они с беспокойством посмотрели друг на друга.

Из-за двери послышался грозный мужской голос:

– Именем короля, откройте дверь! Ваше высочество, мы знаем, что вы здесь!

Это был голос начальника стражи.

– Что вам угодно, Велэй? Как вы меня нашли? – наконец произнесла Ланика, обретя дар речи.

Из-за двери раздался короткий женский вскрик и следом обрывки разговора.

– Это Виония! Они схватили ее! – испуганно воскликнула Ланика, тут же зажав себе рот рукой.

Теперь им стало ясно, почему фрейлина не встретила их. Но они были так поглощены друг другом, что совсем о ней позабыли.

– Простите меня, ваше высочество, но обстоятельства вынуждают побеспокоить вас в столь поздний час, – произнес начальник стражи.

– Так будьте любезны изложить мне эти обстоятельства, – Ланика старалась не показывать, насколько она встревожена и вела себя, словно она не покидала замка и сейчас находилась у себя в покоях.

Сейчас надо было любым путем потянуть время, чтобы сообразить – как им с Кианом выйти из создавшейся ситуации.

Девушка понимала, что несколько минут ничего не решат, что стража может просто взломать дверь. Но она также понимала, что сейчас на кону стоит жизнь Киана. Ей самой, как дочери короля, ничего не будет, но вот ее любимый может запросто растаться с головой.

– Именно для того, чтобы изложить эти обстоятельства, я и прошу ваше высочество впустить меня – через дверь разговаривать не слишком удобно, – вкрадчивым голосом произнес Велэй.

– Ну уж, нет! – строптиво вскинула подбородок Ланика. – Сначала вы изложите причину своего визита, а я сама решу – впускать вас или нет.

– Дело в том, принцесса, что один из придворных видел, как вы покинули замок со своей фрейлиной и направились в Пещеру Влюбленных, а оттуда уплыли в неизвестном направлении с каким-то воином…

– Это не ваше дело, – с несвойственной ей злостью крикнула через дверь Ланика.

– Как это – не мое! – ответил начальник стражи. – Опасность угрожает чести, а возможно, и жизни принцессы…

– Рядом со мной нет никого, кто представлял бы для меня опасность.

– Так откройте дверь, ваше высочество, мы убедимся в этом и уплывем, – настаивал на своем несговорчивый воин.

– В этом нет нужды, – не уступала девушка. – Если мне будет угрожать опасность, я тут же позову стражу.

– Боюсь, тогда будет поздно, – не думал сдаваться Велэй. – В последний раз прошу, ваше высочество, – откройте дверь, или мы будем вынуждены взломать ее.

– Неужели они посмеют это сделать? – тихо произнесла Ланика и крепко прижалась к Киану.

В ответ раздались тяжелые методичные удары. Еще минута – и входная дверь, отделявшая влюбленных от стражи, разлетелась в щепки. В дом вплыли несколько воинов во главе с начальником стражи.

– Ну вот, я так и знал, – обрадовался Велэй.

Несколько секунд влюбленные не могли прийти в себя от такой наглости и бесцеремонности. Киан рванулся к непрошенным гостям, но два дюжих стражника после непродолжительной борьбы скрутили молодого русала. Ланика, возмущенно окинув взглядом зарвавшегося служаку, воскликнула:

– Это мой муж, а этот дом является нашей собственностью.

– Вот как! – удивился начальник стражи и, повернувшись к воинам, приказал: – Взять его. – Затем он снова посмотрел на принцессу и, почтительно поклонившись ей, словно извиняясь, пояснил: – Мне был дан приказ найти вас, ваше высочество. Я надеюсь, что вы все объясните королю, и он поймет…

Глава 13

Глава 13

…Покидая замок, Ланика и не догадывалась, что за ней по пятам следовал шпион. Крут был рыбой-телескопом и благодаря прозрачному телу умел хорошо маскироваться под морскую флору и фауну. В силу этого всю свою жизнь он тем и занимался, что за всеми шпионил, донося на всех и вся.

Когда Ланика заперла своего незадачливого жениха в подсобке, Крут шнырял по замку, вынюхивая, что и где происходит. Увидев принцессу, которая вела себя несколько странно, он проследил за ней до самой Пещеры Влюбленных и увидел, что она встретилась с молодым воином. Шпион не смог подплыть ближе и слышал лишь половину их разговора, так как Виония плавала неподалеку и тщательно следила, чтобы влюбленных никто не застал врасплох.

Когда же те поплыли к Лайре, Крут просто не смог угнаться за ними, ведь Ланика и Киан держались за дельфинов. Вместо этого он помчался в королевский замок.

…В самый разгар танцев Эрлин, устав от многочисленных гостей, с позволения короля покинул праздник, решив немного отдохнуть в тишине. Слишком уж много событий и дел за последнее время: подготовка к празднику Клион, затем День рождения принцессы, поиск жениха и многое другое, что не давало канцлеру расслабиться ни на минуту.

Он частенько плавал по коридорам замка наедине со своими мыслями. Вот и сейчас Эрлин начал медленно прогуливаться по замку, пытаясь освободить голову от разных мыслей, но ничего не помогало. В этот момент его и застал Крут, который несся во весь опор, чтобы сообщить оглушительную новость королю Годлаку.

Не увидев из-за поворота канцлера, шпион врезался прямо ему в живот. Задыхаясь от усталости, Крут хотя и сумбурно все же смог рассказать о принцессе и пересказал обрывки услышанного им разговора. Затем он указал, в какую сторону уплыли дочь короля и тот самый воин, и в подробностях его описал. На вопрос канцлера: почему Крут не проследил за ними и дальше – шпион, заикаясь, начал оправдываться и молить о прощении, поясняя это тем, что не успел их догнать, ведь они были с дельфинами.

Поняв о ком идет речь, Эрлин сразу же догадался, куда направились Киан и Ланика. В том направлении, которое указал Крут, было только одно место, куда влюбленные могли тайно отправиться среди ночи – остров Поющих Деревьев…

Канцлер остановил сбивчивые оправдания Крута, дал ему пару золотых и отпустил. Эрлин понимал всю серьезность поступка Киана, и чем все это грозит молодому русалу. Однако решил не мешать влюбленным, а наоборот, попытаться всеми силами убедить короля отказаться от мысли выдать Ланику за Юрвина.

Эрлин втайне даже был рад тому, что произошло, ведь уже много лет он безответно любил Найду, а храбрость и мужественность ее сына Киана вызывали в нем такую гордость, словно это был его собственный сын.

Умный и проницательный от природы, канцлер уже давно догадывался, с кем встречается королевская дочь, но хранил молчание. Он понимал и всем сердцем чувствовал, что юноша достоин руки принцессы Ланики. «Именно такой правитель нужен нашему королевству», – думал канцлер и надеялся, что в один прекрасный день это произойдет.

Точно так же Эрлин продолжал надеяться, что Найда когда-нибудь все-таки ответит на его чувства. Ведь все эти годы он ненавязчиво ухаживал за ней, но русалка постоянно тактично отклоняла его подарки и просьбы о встрече, ссылаясь на свою занятость.

Однако в глубине души Эрлин чувствовал, что мудрая русалка относится к нему не только как к другу, он ощущал ее доверие и особое отношение к себе. Вот только никак не мог понять, что мешает Найде ответить ему взаимностью…

…Однако несмотря на то, что он не одобрял намерения короля Годлака выдать дочь замуж за Юрвина, как канцлер Эрлин все же в первую очередь подчинялся правителю. Поэтому он подождал еще немного, а затем понесся в зал для трапез, чтобы сообщить о случившемся.

Гордо восседая в своем кресле, король Годлак с благодушным видом наблюдал за происходящим. И тут внезапно за спиной он услышал голос канцлера:

– Простите, что отвлекаю вас, ваше величество, но мне только что доложили, что ваша дочь покинула замок.

Король все еще смотрел на Орлакка, который кружился в танце.

– Ничего страшного не вижу, она же со своим женихом.

– Нет, ваше величество, она не со своим женихом, – тихо произнес Эрлин.

– Что значит – не со своим женихом! А с кем тогда?

– С Кианом.

– Найти их! – проревел Годлак.

Музыка оборвалась, и все гости замерли на месте.

Король был в ярости. Казалось, что он вот-вот разнесет все вокруг себя. Праздник был незамедлительно прекращен.

«Как она посмела в день своего рождения так опозорить отца перед всеми гостями, а самое главное – перед Орлакком, с которым нам предстояло породниться!» – негодовал Годлак. Но больше всего он был в ярости из-за своей наивности. Собственная дочь обвела его вокруг пальца! Не теряя ни минуты король призвал к себе начальника стражи и приказал найти принцессу и Юрвина.

После того, как обыскали замок, группы воинов были разосланы во все концы королевства. В конце концов одна из групп заметила Вионию, а вслед за ней былы найдены принцесса и Киан. Как только беглецов доставили в замок, Ланику заперли в ее комнате, а молодого русала бросили в темницу.

Оставшись наедине с королем, Эрлин показал ему два обруча, которые были отобраны у Ланики и Киана. Глаза Годлака потемнели, а лицо побагровело от гнева, пока он слушал доклад своего канцлера. Казалось, еще мгновение, и король набросится на своего друга, но здравый смысл все же взял верх. В этот момент в зал вплыл слуга.

– Ваше величество, мы обыскали весь замок и наконец нашли Юрвина в подсобном помещении. Он был в таком состоянии, что даже не смог внятно обьяснить, что с ним случилось. Как мы поняли, принцесса Ланика заманила его в ловушку и заперла дверь на ключ.

– И где он сейчас? – сдвинув брови, спросил Годлак.

– Когда мы его выпустили, он был в такой истерике, что, казалось, разнесет весь замок в щепки, носился, орал, как ненормальный. Видимо, Юрвин очень боится маленьких пространств, и заточение в той коморке его сильно напугало. Мы сообщили Орлакку. Они оба только что покинули замок.

– Какой позор! – воскликнул Годлак. – Сейчас я вспомнил, что накануне праздника в разговоре со мной Юрвин намекал, что, возможно, моя дочь влюблена в кого-то другого. Только этого мне еще не хватало!

Как только слуга покинул зал, разьяренный король снова начал метаться из стороны в сторону, выплескивая всю злость и негодование. Его собственная дочь ослушалась отца и предала древние традиции! Наконец Годлак заметил на лице Эрлина полную невозмутимость и резко остановился.

– Не понимаю, почему ты так спокоен? – спросил он, озадаченный поведением канцлера. – Моя дочь вышла замуж в день своего рождения, под носом у своего жениха за какого-то безродного русала! А у тебя вид, словно ничего не произошло! Как долго они встречаются?! Что делать мне теперь с ее новоявленным мужем? Что скажут мои подданные? Я должен немедленно казнить этого мерзавца!

– Вы собираетесь казнить Киана, ваше величество?!

– Конечно, а как же иначе?! Законы и традиции, которым не одна сотня лет, превыше всего, и вопрос чести сейчас стоит выше жизни этого русала. То, что он и моя дочь натворили, темным пятном позора ложится на нашу семью и на все королевство.

– Мой король, – осторожно начал Эрлин, – не кажется ли вам, что в вашей власти менять любые традиции и законы… Насколько я понял, ваша дочь любит этого русала, как и он ее, и они бы не решились на такой шаг, если бы все было иначе. Ведь вы когда-то тоже любили…

– Это было другое! И вообще, почему ты их защищаешь?

– Ваше величество, если вы помните, я всегда был против брака без любви…

– Но не в этом случае! – воскликнул Годлак. – Моя дочь предала меня! Она могла бы мне все рассказать, но предпочла скрыть это от меня. От меня! Ее родного отца!

– А если бы она призналась вам в своих чувствах к Киану, вы бы позволили влюбленным быть вместе?! – Эрлин прищурился и чуть наклонил голову.

Годлак, который уже медленней плавал по комнате, остановился – этот вопрос его озадачил.

– Вот именно, мой друг… – улыбнулся канцлер, – ваша дочь знала, что вы никогда не допустите, чтобы они были вместе.

– И что ты предлагаешь? – уже немного успокоившись, но все еще растерянный, спросил Годлак своего давнего друга и советника.

– Оставить все как есть! Объявить по всему королевству, что пришло новое время, что прежние законы

устарели и их необходимо пересмотреть и поменять. В конце концов, король вы, или не король! А в подтверждение своих слов вы позволяете своей дочери, принцессе Ланике, самой избрать себе мужа, и сыграем настоящую свадьбу!..

– Ты в своем уме, Эрлин?! Ты хочешь выдать замуж мою Ланику за какого-то стражника! Дочь короля – за простого русала?!

– Вообще-то, она уже вышла за него замуж, – лукаво подмигнул Годлаку Эрлин. – И не такой он простой русал, ваше величество. Хоть Киан и не «голубых кровей», но скольких вы знаете юных смельчаков, в одиночестве сразивших гигантского осьминога? И вдобавок ко всему, он досрочно окончил Королевскую академию на «отлично» и не раз отличался в боевых действиях, пополнив вашу казну, за что имеет немало наград, вами же ему и врученных.

– Я всегда уважал твое мнение, мой дорогой друг, но сейчас я решительно с тобой не согласен, – упрямо заявил король.

– Ваше величество, Киан сейчас томится в темнице в ожидании наказания, а у вашей дочери уже опухли глаза от слез. Прошу вас, оставьте намерение казнить этого русала…

Король Годлак задумался на мгновение.

– Я должен подумать, – вдруг резко произнес он.

Канцлер, видя сомнение на лице короля, почтительно поклонился и отплыл в сторону, но через некоторое время снова к нему приблизился.

– Так что вы решили, ваше величество?

Король, потирая подбородок, наконец заговорил:

– Руководствуясь здравым смыслом, я должен его казнить, – Годлак снова смолк, он колебался: отдать распоряжение о казни прямо сейчас или подождать?       Это не ускользнуло от проницательного Эрлина, и тогда он решил привести еще один довод в пользу того, чтобы оставить молодого русала в живых.

– Нельзя его казнить, иначе Найда ни за что не простит вам, что вы лишили жизни ее единственного сына, а гнев Избранной – это серьезная угроза… К тому же, насколько я помню, вы несколько обязаны Найде…

– Вот тут ты прав, мой друг… – после паузы нехотя согласился король. – Хорошо, я решу, что с ним делать, и обещаю не казнить… пока.

– Будут еще какие-то распоряжения? – спросил канцлер, склонив голову, чтобы скрыть улыбку.

– Пока нет, но скоро ты мне понадобишься.

– Хорошо, ваше величество, я буду ждать, когда вы меня позовете, – произнес Эрлин и отправился к себе.

…Разговор с Эрлином сильно расстроил Годлака, он понял, что уснуть ему этой ночью уже не удастся. После долгих мучительных раздумий король решил, что судьбу Киана он решит позже и чтобы хоть как то отвлечся от тягостных мыслей, занялся делами королевства.

Глава 14

Глава 14

По дороге в замок Ланика сопротивлялась изо всех сил. Два стражника едва могли удержать разъяренную девушку, которая ради любимого была готова на все. Но все же она была слишком слаба по сравнению с воинами ее отца и вскоре притихла.

По прибытию в замок принцессу доставили в ее покои, а у дверей встали два дюжих стражника на тот случай, если девушка снова вздумает куда-то отправиться. Услышав звук задвигающегося засова, Ланика в отчаянии заколотила по двери с требованием немедленно выпустить ее, но Велэй приказал не открывать двери, пока принцесса не успокоиться.

В конце концов Ланика была вынуждена оставаться узницей в собственных покоях. Девушка в оцепенении сидела на постели с застывшим лицом, в ее голове царил хаос, и, казалось, что весь мир вокруг нее рухнул в одно мгновение. Ланика подумала о том, что ее любимый сейчас томится в мрачных подземельях замка. И вдруг ее сердце сжалось от боли – неужели его казнят?! Нельзя сидеть сложа руки, надо попытаться спасти Киана! Без него ей не жить! И она решила, что ей надо во что бы то ни стало поговорить с отцом. Ланика понимала, что разговор будет не из легких, но сейчас от этого зависела их с Кианом судьба…

Через какое-то время послышался звук отодвигающегося засова. Девушка ждала, что сейчас кто-то вплывет в открытую дверь, но никто так и не появился. Ланика подплыла к двери и осторожно приоткрыла ее. За порогом все еще находилась стража. Принцесса собрала в кулак всю свою храбрость, гордо подняла голову и со словами «я к королю!» пересекла порог и ринулась по коридору. Замешкавшейся страже ничего не оставалось, как догонять ее высочество.

…Годлак находился в своем кабинете и рассматривал представленный ему канцлером отчет о расходах на прошедшие празднества. Голова его шла кругом, так как король все еще не совсем оправился после потрясения, вызванного побегом и тайным замужеством любимой дочери. За этим занятием его и застала Ланика.

– А вот и моя любимая дочь! – воскликнул Годлак, словно ничего не произошло. Но увидев лицо ворвавшейся в его кабинет Ланики, тут же велел всем покинуть помещение.

– Как ты можешь?! – еле дождавшись, когда они останутся одни, воскликнула девушка, направляясь к столу, за которым сидел отец. – Как ты можешь быть таким жестоким и бесчувственным к собственной дочери?!

Годлак никогда не видел Ланику в таком состоянии. Она могла быть непослушной в детстве и юности, могла совершать различные выходки, достойные озорных мальчишек, могла дразнить бедных стражников, которые не могли ничего с ней поделать, была задорной, бесстрашной и хулиганистой… Но такой!

– Ланика! – с обидой в голосе воскликнул он. – Это я жестокий?! Это ты за моей спиной встречалась с этим безродным, а потом вопреки нашим традициям вышла за него замуж!

– Да будет тебе известно, папа, – с горечью произнесла девушка, – что несколько лет назад, когда этот «безродный» бился с осьминогом… он сражался из-за меня! Он спас мне жизнь, вырвав из лап этого чудовища!

– Что?! Ты без охраны покидала замок?! – король Годлак словно не слышал про подвиг Киана. – Да как ты посмела?! Как ты посмела покидать замок без охраны?! Теперь ты точно выйдешь замуж и уже по-настоящему, чтобы было кому за тобой присматривать, если уж я не в состоянии! – страх за жизнь дочери охватил Годлака, словно это случилось вчера.

– Я люблю Киана! И никогда не выйду замуж за другого.

– Тогда мне придется казнить его, как я и намеревался изначально это сделать.

– Он жив? Где он? Верни мне его!

– Нет! – сказал как отрезал Годлак громовым голосом, отчего вода перед ним всколыхнулась.

– Ну, тогда знай, если ты хоть пальцем его тронешь, то казни заодно и меня. Так и знай, я умру со своим любимым, мне без него не жить! – твердым голосом произнесла Ланика.

Такого поворота Годлак никак не ожидал, ведь он думал, что несмотря на свой бунтарский характер дочь будет просить у него прощения за свой безрассудный поступок. Но вопреки его предположениям, она не только не раскаялась, но и выразила желание разделить судьбу своего любимого, какой бы горькой она ни была.

Кроме того, мысль о том, что его дочь могла погибнуть, а он узнал об этом только через столько лет, потрясла короля еще больше, чем ее тайное замужество. После смерти жены Годлаку пришлось нелегко. Он был воин и король и понятия не имел, как обращаться с подрастающей дочерью. Поэтому, как и большинство отцов, он временами был довольно строг несмотря на свое, в действительности, доброе и любящее сердце. К огромному сожалению, не было рядом любимой Йолы, которая могла бы его научить, как по-другому проявлять свою заботу о дочери.

– Девочка моя, я не могу поступить иначе…

– Не можешь?! – воскликнула Ланика и горько добавила: – Ты мне всю жизнь сломал, отец!

– Твоя жизнь, принцесса, только начинается, и через несколько месяцев ты даже не вспомнишь о Киане.

– Не называйте меня принцессой, ваше величество, – холодно произнесла девушка, – я больше не хочу быть принцессой… Лучше я всю жизнь буду одна, чем с тем, кого не люблю.

– Твое негодование мне понятно, Ланика, но пойми, ты можешь принести огромную пользу себе и королевству, выйдя замуж за Юрвина и став впоследствии королевой. У тебя есть возможность спасти всех нас, будучи невесткой Орлакка. Ты сможешь всегда расчитывать на его помощь, даже если казна совсем опустеет.

– Стать женой этого слабоумного малолетки?! Ну, уж нет!

– Почему же слабоумного? Слухи о его слабоумии бытуют в нашем королевстве из-за его застенчивости. Не сомневаюсь, что по уму Юрвин мало в чем уступает твоему Киану. Подумай, Ланика, этим союзом ты сможешь избавить наше королевство от вторжения моего брата, разбойников, присоединить к нашим водам втрое больше территорий. Подумай, и пусть твой разум поможет тебе сделать правильный выбор.

– Никогда! Должен быть другой способ спасти королевство, я уверена – нет безвыходных ситуаций.

– Я искал, поверь моему слову. Жаль, нет твоей матери, чтобы вразумить тебя!

– Она бы меня точно поддержала, – резко ответила Ланика.

– Она бы точно не одобрила то, что ты подвергала свою жизнь опасности, за что, кстати, я обязан тебя наказать.

– Отец, я тебе рассказала о том, что я чуть не погибла тогда, что именно Киан меня спас, что я никогда не выйду замуж за другого! Но ты все продолжаешь говорить о том, как я посмела покинуть замок!..

Ланика поняла, что нет смысла говорить с отцом – он просто ее не слышит. Вздохнув, она повернулась и поплыла из кабинета.

– Дочка, – кричал ей вслед Годлак, – я так поступаю именно потому, что люблю тебя и боюсь за твою жизнь. Твой брак с Юрвином гарантирует твою безопасность в будущем!..

Но Ланика этого уже не слышала… Она плыла по знакомым коридорам, слезы застилали ей глаза так, что все вокруг казалось искаженным и чужим. Полностью погруженная в свое горе, она завернула за поворот, чуть не сбив при этом стражника. Добравшись до своей комнаты, девушка упала ничком на постель и горько заплакала.

С этого дня принцесса не покидала своих покоев и ни с кем не желала общаться. С ней рядом больше не было близкой подруги и помощницы – Виония была лишена статуса фрейлины при дворе и вернулась в родительский дом.

Большую часть дня Ланика лежала на постели, уставившись отрешенным взглядом в одну точку. Когда верные служанки приносили подносы с едой, она безжизненным голосом отсылала их обратно. Несмотря на это служанки исправно приносили каждый раз свежие самые любимые лакомства принцессы, надеясь, что их госпожа одумается и все-таки хоть немного поест. И каждый раз они очень расстраивались, когда, в очередной раз принеся подносы с едой, видели, что она так и не притронулась ни к чему. Даже Гринда, няня принцессы, которая растила девушку с самого ее рождения, не смогла уговорить свою любимицу прикоснуться к еде.

Так Ланика провела два дня. А на третий день после нескольких возвращенных на кухню подносов с нетронутой едой, Эрлин доложил королю Годлаку о том, что принцесса отказывается принимать пищу.

– Пока ничего страшного не вижу. Не думаю, что это продлится долго, к тому же, от пары дней без еды еще никто не умирал, – ответил Годлак, а затем спросил: – А что, кстати, с той фрейлиной, которая ей помогала?

– Насколько мне известно, ее выдворили из замка после побега принцессы, – ответил канцлер и осторожно добавил: – Может, стоит вернуть Вионию? Мне кажется, это поможет вывести вашу дочь из ее печального состояния…

Годлак на минуту задумался.

– Ты прав, мой друг. Это должно помочь, а то Ланика не желает меня видеть… Придется мне простить Вионию, чтобы доказать дочери, что я ее люблю и желаю ей только добра.

– Ваше величество, – осторожно произнес Эрлин, – а что вы решили по поводу Киана?

– Похоже, мне придется освободить этого мерзавца… Действительно, Найда много сделала для королевства… А кроме того, она одна из Избранных, и мне совсем не хочется иметь такого врага. Но иметь этого мальчишку под боком я не собираюсь. Пожалуй, я изгоню его из нашего королевства навсегда. И пусть благодарит Бренну, что я такой добрый!

И Годлак раздраженным голосом велел немедленно позвать к себе начальника стражи.

Глава 15

Глава 15

Там, куда бросили Киана, было темно, хоть глаз выколи – ощущение полной безнадежности и вечного мрака. Лишь одна тусклая медуза плавала под потолком, чуть освещая побуревшие каменные стены, покрытые слизью.

Несчастный узник несколько раз пытался заговорить со стражами, надеясь хоть что-то узнать о Ланике, но те в ответ молчали. От этой неизвестности заточение становилось еще более невыносимым. Киану оставалось только мучительное ожидание.

Вздохнув, он опустился на пол и, чтобы не отчаяться, закрыл глаза и стал вспоминать образ любимой. Он словно ощутил шелк ее волос и услышал звонкий веселый смех Ланики. Всего несколько часов назад влюбленным казалось, что не будет конца их счастью! Как же наивны они были!..

Киану показалось, что прошла вечность, когда, наконец, на третий день его пребывания в темнице, дверь открылась, и властный голос коротко произнес:

– Поднимайся!

За порогом комнаты Киан остановился, привыкая к более освещенному коридору, где было гораздо больше светящихся медуз.

– Ну, поплыли, хватит хлопать глазами…

Велэй, а это был именно он, подтолкнул узника к выходу, ведущему наверх.

Вскоре заключенный предстал перед мрачным лицом короля Годлака. В тронном зале висела тягостная тишина. Король грозно смотрел на своего «новоявленного зятя».

Киан понимал, что ему вряд ли удастся избежать тяжелого наказания, а может быть, и смерти, поэтому, поднимаясь наверх в зал, он принял решение положиться на судьбу.

– Что молчишь? – спросил король голосом, не предвещавшим ничего хорошего. – Мне доложили, что ты осмелился тайно жениться на моей единственной дочери!

– Ваше величество, я люблю Ланику больше жизни, как и она меня…

– Не смей! – неожиданно закричал Годлак и с такой силой ударил трезубцем об пол, что морские звезды подскочили вверх и поспешили удалиться на всякий случай, если его величество вдруг снова рассердится. – Если бы в тебе была хоть капля благородной крови, то ты бы знал, что твой поступок недопустим и что все в моем королевстве должны следовать вековым законам и традициям. Ты – воин королевской гвардии, которому я доверил охранять свой замок, которому я дал образование и статус! Чем ты ответил на мою доброту?

– Ваше величество… – снова попытался заговорить Киан.

– Молчать! – закричал король, резко наклонившись вперед. – Да как ты посмел?! Моя дочь – и ты! Да кто ты такой, кто ты такой вообще, чтобы рушить вековые традиции нашего королевства.

– Ваше величеств…

Годлак грозно взглянул на Киана, и тот заметил, что у короля от гнева и напряжения на шее вздулись вены.

Стальным голосом Годлак произнес:

– За такое преступление ты должен быть казнен!

На долю секунды король замолчал, а затем снова продолжил уже более спокойным, но таким же твердым голосом:

– Ты сейчас же напишешь письмо моей дочери, в котором скажешь, что отрекаешься от нее и что тебе за это было уплачено тысяча золотых тинаров.

– Но…

– Никаких но! Я лишаю тебя всех наград и звания воина королевской гвардии. И приказываю: если ты дорожишь своей жизнью, то немедленно покинешь пределы королевства. И чтобы никогда – ни-ког-да! – я больше о тебе не слышал. Тебе все понятно? При малейшей попытке нарушить мой приказ ты будешь лишен жизни. Помни, Киан, я прощаю один раз, и если я узнаю, что ты виделся с моей дочерью, тебя уже никто и ничто не спасет – моя милость не безгранична. Изгнание для тебя будет хорошим уроком. Я думаю, ты сможешь осмыслить свой проступок и впредь будешь умнее. Скажи спасибо своей матери, которую я ценю и уважаю. Поэтому я даю тебе возможность унести твою наивную голову на плечах. Можешь попрощаться с Найдой, а после этого чтобы духу твоего не было в моем королевстве!

– Я никогда не отрекусь от Ланики! – заявил Киан.

– Тогда ты лишишься головы… – холодным голосом произнес Годлак.

Молодой русал стоял перед троном, смотрел на короля, на остальных присутствующих в зале, и ему казалось, что все это происходит во сне и не с ним, а с кем-то другим. Не было даже времени, чтобы найти какой-нибудь выход. И тут его взгляд упал на канцлера, который незаметно для других кивал головой, явно пытаясь ему что-то сказать.

«Соглашайся!» – прочитал Киан в глазах Эрлина. Юноша доверял канцлеру, ведь тот не раз поддерживал его в трудную минуту, не раз давал Киану мудрые советы. Кроме того, молодой русал знал, что Эрлин давно дружит с его матерью. Поэтому он решил, что в этой ситуации стоит довериться канцлеру, а дальше будет видно.

– Хорошо, – глухо произнес он. – Я напишу письмо.

Осужденному тут же предоставили материалы для письма, и под диктовку канцлера Киан написал все, что потребовал Годлак. Затем в сопровождении стражников он был отправлен домой. Весь путь его сопровождало попутное течение, не иначе, как с помощью Найды.

С болью в сердце молодой русал покидал ставший ему родным за все эти годы замок. Где-то в глубине этого величественного строения находилась его возлюбленная. Что ждет их впереди? Какие еще трудности выпадут на их долю? Суждено ли им быть вместе и будет ли у него возможность когда-либо вернуться в замок? Все эти мысли не покидали Киана на протяжении всего пути.

…Найды дома не оказалось, и юноша облегченно вздохнул – после трех бессонных ночей и разговора с королем у него совсем не осталось сил, чтобы отвечать на вопросы матери. Измученный русал прилег на лежанку и закрыл глаза. Только сейчас пришло понимание того, насколько он был близок к смерти. Однако это было ничем по сравнению с мыслью о той боли, которую он причинил Ланике своим письмом. И только надежда на то, что любимая, хорошо его зная, не поверит в написанное, немного поддерживало юношу.

Киан не знал, что будет дальше, но глубоко в душе у него теплилась надежда, что провидение их не оставит, и в конце концов они с Ланикой снова будут вместе. Это наполняло его решимостью преодолеть все препятствия на своем пути. С этими мыслями молодой русал незаметно погрузился в глубокий сон.

Глава 16

Глава 16

Той ночью, когда в замке шумно и весело праздновали день рождения Ланики и ее помолвку с сыном великого мага, Найда покинула праздник в самом разгаре. Русалка была сильно встревожена – она чувствовала, что после радостных событий надвигается беда, и поэтому никак не могла успокоиться. Когда же Киан не вернулся домой на следующий день, а затем и еще один день прошел, а его все не было, Найда поняла, что настало время рассказать Киану всю правду о его происхождении, как только он появится. А в том, что он вернется, она не сомневалась. И с первыми же лучами солнца русалка поплыла к своему тайнику, где много лет хранила медальон короля Виллема…

…Уже под вечер Киан проснулся от ощущения прохлады на своем распаленном лбу. Открыв глаза, он увидел встревоженное лицо матери – это ее ладонь приятно охлаждала его голову. Найда молча смотрела на сына любящим взглядом, словно решаясь на что-то, а потом заговорила:

– Мальчик мой! – голос ее был тихим, и в нем слышалась печаль. – Наконец настал тот день, когда я должна рассказать тебе историю твоего происхождения.

Киан вопросительно посмотрел на мать.

– О чем ты?

– Ты знаешь, как я тебя люблю и как ты мне дорог, но я должна тебе признаться – ты мне не родной сын… – Найда замолчала.

Киан был поражен этими словами.

– Как не родной?! Чей же я тогда?!

– Ты не раз спрашивал меня о твоем отце… Так вот, слушай… Однажды много лет назад я отправилась собирать редкие травы, которые росли только на суше у подножия крутого берега. Уже подплывая к этому месту, я услышала плач младенца, он рвал мне душу. Когда я приблизилась к месту, откуда доносился звук я увидела лежащего на берегу у самой кромки воды мужчину – он крепко обнимал ребенка. Я подумала, что человек этот мертв, и решила спасти дитя. Но когда я уже собралась его забрать, оказалось, что мужчина еще был жив. Он-то и сказал мне, что ты – сын короля Виллема и королевы Эйлис, которые в то время правили на земле.

– Мама, что ты такое говоришь! Я же русал! – воскликнул Киан.

– Теперь да, – мягко произнесла Найда.

– Что значит «теперь»?!

– То и значит, что ты был рожден человеком.

– Разве такое возможно? – удивленно спросил юноша.

– Да, мой дорогой, за определенную плату.

– Ничего не понимаю! – затряс головой Киан.

Русалка грустно улыбнулась ему и продолжила:

– В подводном мире время от времени ходили слухи, что с помошью какого-то древнего заклинания можно было превратить человека в русала. Обычные русалы считали это заклинание утерянным, и поэтому слухи оставались всего лишь слухами – они будоражили подводный мир, но никто так и не задумывался над этим всерьез… Но я всегда знала, что Орлакк, как старейший маг подводного королевства, должен был знать многие древние заклинания… И когда умирающий старик умолял спасти тебя, я поняла, что вынуждена обратиться к черному магу за помощью, или ты погибнешь. Тебя надо было превратить в одного из нас – как иначе я могла спасти тебя? И как оказалось, я не ошибалась – Орлакк действительно знал, как это сделать. Не знаю, почему он скрывает эти знания, но думаю, что владение могущественным заклинанием дает ему ощущение особой власти.

Киан, пораженный рассказом матери, не мог произнести ни слова. А Найда тем временем продолжала:

– Ты ведь знаешь, историю тринадцати Избранных. Ты знаешь о том, как мудро Бренна распределила свои знания и силу между ними, чтобы сохранить мир и покой в королевстве. Так вот, эта сила была заключена в браслетах, которые она вручила каждому, кого избрала. Но чтобы сохранить единство, равновесие и мир среди подводных жителей, мудрая Бренна сделала так, чтобы каждый из Избранных имел преобладающую силу только в одной из областей магии. Объединившись же, они были непобедимы и защищали свой народ от всех опасностей. С тех пор эти браслеты передавались из поколения в поколение прямым потомкам тех тринадцати магов. Ты уже наверняка видел такой браслет на Лайре, – мимолетная улыбка появилась и исчезла на губах Найды.

Киан удивленно посмотрел на мать, затем перевел свой взгляд на ее руку и произнес:

– Ты сказала, что Избранных было тринадцать. Я знаю, что ты входишь в их число. Тогда где же твой браслет?

– Орлакк – прямой потомок самой Бренны, – ответила русалка. – Но он бы не был таким великим, если бы не завладел магическими браслетами некоторых Избранных… И до него были те, кто пытался их заполучить, желая объединить всю волшебную силу в одних руках, чтобы властвовать. У каждого из браслетов Бренны есть своя долгая история приключений: они не раз переходили из рук в руки, но всегда возвращались к истинным владельцам. И только Орлакку, благодаря его изворотливому и коварному уму, удалось прибрать к рукам половину из этих браслетов… За твое спасение он потребовал мой. Но это было не все. Когда-то, задолго до твоего появления, старый маг – тогда он еще не был таким старым – настойчиво оказывал мне знаки внимания. Я была молода и считалась одной из самых красивых русалок подводного королевства. Но я отказала Орлакку – у меня не лежало к нему сердце. С тех пор он ждал подходящего случая отомстить мне. И этот случай настал! Вместе с браслетом черный маг потребовал мою молодость и красоту – коварный Орлакк надеялся лишить меня возможности быть любимой. Но он просчитался! Один достойный русал любит меня всю свою жизнь, – Найда смущенно замолчала.

– А ты? – тихо спросил Киан, догадавшись, о ком идет речь.

За все годы рядом с Найдой он видел только Эрлина, и юноша искренне надеялся, что когда-нибудь тот станет для его матери больше, чем другом.

– Я тоже люблю его, но он об этом не знает, потому что наше время еще не пришло, – так же тихо ответила русалка.

Киан еще немного помолчал, обдумывая услышанное, а потом, покачав головой, произнес:

– Ох, мама, ради меня ты стольким пожертвовала! Ведь ты могла бы быть счастлива все эти годы! Я видел, как Эрлин на тебя смотрит, и все никак не мог взять в толк, что вам мешает быть вместе.

Найда улыбнулась, ласково погладила сына по щеке и сказала:

– А я и была счастлива… Разве можно быть несчастной, имея такого сына, как ты! Ты был таким крошечным, таким красивым младенцем, и тебе так была нужна защита и любовь! А мне нужно было отдать мою любовь тому, кто в ней больше всех нуждался… И я не хочу, чтобы ты думал, что помешал мне и Эрлину быть вместе, вовсе нет. Мы еще будем счастливы…

Киан смотрел на Найду – наконец, раскрыта тайна, которая все эти годы лежала у нее на сердце тяжким грузом. Мать ответила ему на вопрос, мучивший Киана всю его жизнь: почему он не такой, как все. Мысль, что она решила не выходить замуж и посвятила всю свою жизнь маленькому человеческому найденышу, тронула его до глубины души.

Он нежно обнял мать, и они еще какое-то время сидели молча. Потом, чуть отстранившись, Найда сняла с шеи медальон.

– Этот медальон я нашла на тебе. Я думаю, что он принадлежал твоему отцу. Видишь на обратной стороне королевский герб? Точно такой был на флагах башен огромного замка, который стоит на берегу Биргинского залива. Мы с моими подругами часто подплывали поближе, чтобы послушать чудесную музыку, когда в замке был праздник. Кроме того, у тебя на руке есть родимое пятно в виде капли. В последние минуты своей жизни умирающий сказал еще, что когда-нибудь ты все равно вернешь трон своего отца – короля Виллема, и это родимое пятно послужит доказательством твоего происхождения.

Молодой русал взглянул на свою родинку, на которую никогда не обращал внимания, затем взял у матери медальон и повертел в руках. Ярко-зеленый камень в золотой оправе словно манил к себе, не давая отвести взгляд.

– Хотелось бы мне знать, живы ли мои родители? – задумчиво произнес он.

– Отца уже нет в живых, а вот про твою мать мне трудно сказать… – медленно проговорила Найда. – Я вижу ее в заточении, но не могу понять, что это за место. Я вижу траур…

– Я должен выяснить, что с ними случилось, – твердо произнес Киан, поднявшись с места. – Скажи мне, можно ли мне вернуть способность ходить по суше?

Киан посмотрел на свой хвост. Теперь он, наконец, понял, почему время от времени ему снились странные сны, в которых он бегал по зеленым лугам.

Найда задумчиво проговорила:

– Я слышала и о другом заклинании, якобы превращающим русалов в людей. Думаю, что Орлакк знает и его. Скорее всего он хранит все заклинания в своей Магической книге, но скрывает это, чтобы у русалов не появилось желание вернуться на сушу… Нам надо отправиться к старому магу!

Киан решительно восликнул:

– Нет! Я поплыву один! Ты и так много сделала для меня, мама! И многое потеряла!

– Ты неправ, мой дорогой, взамен я получила тебя, – улыбнулась Найда.

– Я поплыву один! – твердо повторил Киан. – Теперь это мое дело! И я не допущу, чтобы ты вновь подвергала себя опасности!

– Хорошо, мой дорогой, я не буду с тобой спорить, – неохотно согласилась с сыном Найда.

– Хотелось бы мне знать, что Орлакк потребует от меня и поможет ли мне вообще? – произнес Киан. – Может, есть другой выход, о котором ты позабыла?

– Сожалею, Киан, но это единственный выход. Орлакк может потребовать от тебя все, что угодно, таков уж он. Но я уверена, что старый маг не упустит возможности избавиться от тебя, ведь ты стоишь на пути его сына, которого он прочил в будущие короли нашего подводного мира уже много лет…

Молодой русал стиснул зубы, вспоминая все проделки Юрвина. Мысль о том, что Ланика может достаться этому недоумку, заставила его сжать кулаки до такой степени, что побелели костяшки на пальцах.

Но тут Найда с тревогой произнесла:

– Сынок, ты должен знать еще кое-что. Как только ты превратишься в человека, обратного пути уже не будет. Даже, если ты и вернешь свой трон, ты не сможешь снова стать русалом. Никогда!

От этих слов Киан застыл на месте, а затем медленно опустился рядом с матерью не в силах произнести ни слова. Наконец он пришел в себя и решительно произнес:

– Тогда мне придется забрать Ланику с собой, хотя пока я и не знаю, как это сделать, или все же найти способ вернуться.

Киан заметил печальные глаза матери, обхватил ее лицо ладонями и тихо, но уверенно сказал:

– Ты – моя мать, и всегда ею останешься, но я должен узнать, что произошло много лет назад… К тому же, теперь я хочу восстановить свое благородное происхождение, и тогда у короля Годлака не будет причин сомневаться в том, что я достоин руки его дочери. Вот только надо будет потрудиться, чтобы убедить короля отпустить Ланику со мной на сушу.

– Конечно, сынок, я все понимаю и не стану тебя удерживать, – с печалью в голосе проговорила Найда. Затем она вздохнула и улыбнулась: – Я уверена, что тебя с Ланикой ждет долгая и счастливая жизнь.

Киан выпрямился и решительно спросил:

– Как мне найти Орлакка? Где он живет?

– Он живет в одной из пещер в ущелье за кладбищем затонувших кораблей. Путь туда не близкий и очень опасный. Тебе придется нелегко.

– Ничего, я справлюсь, – уверенно ответил молодой русал на слова матери. – Только скажи мне, есть ли что-то еще, что мне нужно знать?

– Ты должен быть очень осторожным. Не доверяй Орлакку – он хитер, очень хитер, и своего не упустит. Он постарается усыпить твою бдительность, но ты не поддавайся! Кроме этого, как я уже сказала, на пути к нему тебя будут подстерегать всякие хищные твари, которых ты в своей жизни еще никогда не видел. Возьми с собой моих дельфинов – они знают дорогу и смогут помочь тебе в случае необходимости.

– Спасибо, мама, я благодарю тебя за все, что ты для меня сделала, – Киан обнял Найду. Затем достал из сундука свиток, что-то написал и отдал его матери с просьбой любым способом передать это Ланике.

Молодой русал собрал все, что ему было необходимо в дальний путь, взял свой меч, небольшое копье, еще раз обнял и поцеловал на прощанье мать и, получив ее благословение, отправился искать Орлакка…

Глава 17

Глава 17

Вскоре Киан уже мчался навстречу неизвестности. Большую часть пути он держался то за одного, то за другого дельфина, так как с ними было быстрее и легче преодолевать огромное расстояние. Молодому воину никогда еще не приходилось заплывать так далеко.

На пути к Орлакку юноше столько пришлось увидеть, сколько он не видал за всю свою жизнь! Киан проплывал мимо русалочьих поселений, также принадлежавших королю Годлаку; отдельных, находящихся далеко друг от друга, домов подводных жителей; мимо густых зарослей морского папоротника и целых стен морских водорослей; мимо рыб, которых он видел впервые в жизни.

Молодой русал долго плыл над холмами с густой разнообразной растительностью, затем ему стали попадаться отдельные затонувшие корабли с обломками мачт, которые валялись неподалеку. Скользя в полупрозрачной воде, Киан видел старые закупоренные амфоры и другие предметы, покоившиеся в проломленных корпусах и на палубах этих, когда-то величественных, сооружений. Это место с давних пор было морским торговым путем, но не всем кораблям посчастливилось доплыть до места своего назначения…

Дальше снова потянулось песчаное дно с красивым рельефом коралловых рифов. Но вскоре этот рельеф стал меняться: коралловые рифы заменились причудливым скальным формированием. Вслед за ним резко начинался обрыв, на дне которого Киан увидел целое кладбище затонувших кораблей. На протяжении нескольких столетий над этим местом часто шли сражения. К тому же, злые козни Орлакка погубили не меньше кораблей, чем самые яростные битвы.

Каких только судов там не было! Разных времен, разных по строению, размеру и назначению, до сих пор хранящих самый разнообразный груз. Останки некогда мощных кораблей теперь были похожи на скелеты: ободранная, полусгнившая обшивка обнажала ребра, а обломки мачт и бушпритов* торчали, словно норовя зацепить, поймать чужака, вторгнувшегося в эту мрачную обитель. Даже вода здесь была темнее, чем везде, что еще больше нагнетало чувство тоски и опасности.

Киан замедлил ход – мать предупреждала, чтобы именно в этом месте он двигался с предельной осторожностью. Здесь было полно акул и различных злобных морских тварей. То тут, то там в проломленных корпусах кораблей мелькали тени, словно это были души некогда погибших моряков.

Молодой русал продолжал свой путь над изрезанным рельефным дном, стараясь не подплывать близко к останкам кораблей и внимательно оглядываясь по сторонам. Темнота вокруг него все сгущалась, отчего Киану стало еще больше не по себе. Скалы становились все выше и круче, а проход между ними резко сужался. По сторонам прохода на отвесных скалах были видны черные пещеры и расщелины, но той, которую искал юноша, не было.

Наконец Киан оказался перед тесным ущельем с отвесными стенами. Дельфины проверяли путь, проплывая вдоль стен с их темными закоулками. Казалось, все было спокойно, но вдруг что-то ухватило молодого русала за хвост и стремительно потащило вниз. От неожиданности юноша выронил копье.

Это был гигантский спрут, тот самый, о котором шепталось все королевство. На конце каждого щупальца у него был острый шип, наносивший смертельные удары. Этим-то монстр и отличался от других сородичей, помимо своих невиданных размеров.

Киан, бузуспешно стараясь освободиться, с большой скоростью опускался все ниже и ниже на самое дно. Дельфины ринулись за ним вслед, и пока они били морское чудовище, молодой воин выхватил меч и одним ударом отсек огромное щупальце, стискивающее хвост русала. Все вокруг окрасилось густой синей краской, и это помогло Киану высвободиться.

Но как только он поднялся наверх, мимо него пронеслась огромная тигровая акула. Ее не интересовала такая маленькая добыча, как русал. Она кинулась на дельфинов. К счастью, один из них успел передать Киану выроненное копье. Второй дельфин тем временем понесся прочь от хищника по извилистому ущелью, пытаясь увести голодного монстра от юноши и вместе с тем самому оторваться от преследования.

Киан, ухватившись за оставшегося с ним дельфина, помчался вслед – он не мог бросить верного помощника в беде. Почти догнав хищника, русал прицелился и недрогнувшей рукой метнул копье с такой силой, на которую только был способен. Раненное разъяренное животное бросилось на юношу.

Когда помутневшая вода рассеялась, гигантский спрут, наконец, увидел свого обидчика, кинулся за ним и, ударив щупальцем, сбросил Киана с дельфина. А затем, молниеносно скрутив, монстр снова потянул русала к себе.

Но теперь это чудовище оказалось не единственным, кто хотел расправиться с юношей – тигровая акула не собиралась уступать Киана спруту. Хищница вцепилась в огромное щупальце, и два монстра стали бороться за свою добычу. Молодой русал пытался высвободиться из сжимающего его кольца, в то время как дельфины изо всех сил атаковали то спрута, то акулу.

Наконец спруту-гиганту удалось обхватить хищницу поперек тела, и он стал подтягивать ее к себе, все больше обвивая кольцами, в то же время другим щупальцем он держал русала. Но, к счастью юноши, чудовище не могло удержать две добычи сразу, и Киан, почувствовав, что тиски щупальца ослабли, изловчился и выскользнул из смертельных объятий спрута. Ловкость юноши спасла его и от ударов ужасных шипов. Молодой русал ухватился за плавник дельфина, и они что было сил поплыли подальше от битвы, оставив хищников друг другу на растерзание.

Глава 18

Глава 18

В кромешной ночной тьме Киан и дельфины, наконец, добрались до нужного ущелья, а вскоре показалась и пещера Орлакка. Вход в нее находился между щупальцами статуи Кракена. От одного вида этого злобного чудовища любого смельчака пробирала дрожь. Стражниками у входа были четыре высоких воина, которые поразили Киана своим внешним видом.

Юноша никогда не видел и не слышал о таких существах. Верхняя часть тела у них была похожа на русалочью, но голова была странной формы, вместо носа на лице находились только два отверстия, глаза были огромные с поднятыми кверху наружными уголками, а вместо губ – полоска. Кожа этих существ была похожа на кожу дельфинов, но была покрытой странными наростами. Вместо рук у них были два щупальца. Нижняя же часть их туловища была, как у осьминога, оснащена множеством мощных щупальцев, которые извивались в рузные стороны. От одной только мысли, какое преимущество это дает им в бою, у Киана по спине пробежали мурашки.

Стражи Орлакка были неимоверно серьезны, отчего казались еще уродливей и злобней. Один из них потребовал у Киана сдать оружие. Молодой русал нехотя согласился, и стражи пропустили его внутрь, в то время как дельфины должны были остаться снаружи.

В сопровождении двух стражников Киан плыл по темному туннелю, освещаемому тускло мерцающей медузой, которая указывала им путь. Чем глубже они продвигались, тем с большей опаской юноша поглядывал на стражников, которые то и дело щурили свои огромные глаза, отмахиваясь от плывущей слишком близко медузы.

В лабиринтах этой огромной мрачной пещеры весь пол был устлан грудами несметных сокровищ: золотыми монетами, драгоценными камнями, невероятной красоты украшениями и другими золотыми и серебряными изделиями. Казалось, что их копили веками.

«Как же так, – подумал Киан, – у великого короля Годлака совсем пустая казна, а тут – целые россыпи! Теперь понятно, почему король решил выдать Ланику за сына Орлакка…».

Нахмурившись и стиснув зубы, юноша продолжил свой путь. Миновав несколько туннелей, молодой русал попал в просторный освещенный зал, где, наконец, увидел старого мага.

Орлакк находился у каменного стола около дальней стены пещеры спиной к Киану. На этом столе находилось множество магических предметов. А посередине стола лежала книга магических заклинаний, которая была у каждого из числа тринадцати Избранных. В стене над столом и по бокам было выдолблено множество ячеек, где находились различные предметы – от ракушек до разного размера сосудов. Великий маг был чем-то занят.

– Я ждал тебя… – вдруг властным голосом произнес хозяин пещеры вместо приветствия, так и не повернувшись.

– Я знаю, – смело ответил Киан.

Услышав эти слова, Орлакк оставил свое занятие, резко повернулся и поплыл навстречу молодому русалу. Остановившись, маг принялся рассматривать юношу, словно это был какой-то никчемный моллюск. Он внимательно изучал Киана пристальным взглядом, отмечая про себя, что перед ним находится вовсе не легкомысленный юнец, как он предполагал, а сильный мужественый воин.

Этот сверлящий взгляд мог вогнать любого в жуткое состояние: маленькие черные глазки Орлакка со злобой смотрели из-под густых темных бровей на незваного гостя. Острый крючковатый нос делал старого мага похожим на хищника, тонкая полоска губ превращала покрытое шрамами лицо в еще более зловещую маску. Длинные седые волосы развивались вокруг головы, шевелясь, словно ядовитые змеи, а густая борода была заплетена в косичку. На плечах мага была короткая безрукавка из кожи тигровой акулы. Веерообразный воротник поднимался кверху острыми шипами. Орлакк был довольно высокого роста, а необычный воротник делал его еще выше. Руки и тело мага были усеяны черными узорами, похожими на боевую раскраску для устрашения врагов. На оголенной груди висела цепь с большим мерцающим красным камнем, а на руках было надето несколько браслетов, похожих на тот, который молодой русал видел на Лайре.

«Наверное, это те самые браслеты, о которых говорила мать», – подумал Киан, поглядывая на старого мага, возвышающегося над ним, как опасная глыба.

– Так вот ты какой – тот, кто украл сердце принцессы!.. Не каждый отважился бы преодолеть столь опасный путь, чтобы встретиться со мной. Смотри-ка, какой храбрец, – с издевкой выплюнул слова Орлакк.

– Мне не пришлось его красть – принцесса Ланика сама мне его отдала! – с достоинством и немного с вызовом ответил Киан.

Орлакк замер, обдумывая слова молодого русала, а затем отвернувшись, словно потеряв к нему всякий интерес, направился обратно к столу.

– Как отдала, так и заберет, – небрежно бросил он.

– Если ты такой великий маг, как о тебе говорят, то почему не навел на дочь короля чары, чтобы она полюбила твоего сына? – запальчиво выкрикнул ему вслед Киан и, не удержавшись, кинулся за Орлакком.

Стража стоящая позади дернулась следом, но словно имея глаза на затылке, старый маг взмахнул рукой, приказывая им оставаться на месте.

– Я – русал, а любовная магия подвластна только русалкам из числа Избранных.

– Значит и моей матери?! – удивленно воскликнул Киан.

– Да, и Найде. И вскоре ты в этом убедишься, когда она поможет мне достичь заветной цели: женить моего Юрвина на принцессе.

– Она никогда этого не сделает! – решительно заявил Киан.

– Ей придется, если ты, конечно, хочешь получить то, за чем явился, преодолев весь этот путь, – Орлакк посмотрел на Киана взглядом, от которого тому стало не по себе. Затем маг продолжил: – Ты наверняка удивишься, узнав, что именно Найда навела чары на королеву Йолу, когда Годлак воспылал к ней чувствами. Поэтому-то король и не лишил тебя жизни за нарушение древних традиций, ведь он в некоторой степени обязан Найде. Не будь ее магии, возможно, не было бы и Ланики.

Потрясенный Киан смотрел на Орлакка, и его вера в то, что настоящая любовь сильнее любой магии, была поколеблена. Но затем он вспомнил слова матери: – «Тебе надо быть хитрее – Орлакк скажет что угодно, лишь бы сбить тебя с толку и усыпить бдительность. Не все, что он говорит, является истиной». Юноша немного пришел в себя, подумал над тем, что услышал от старого мага, и понял, что сейчас ему надо сделать вид, что он поверил Орлакку, и соглашается на его условия. А как только получит то, за чем приплыл, вернется в замок и расскажет королю Годлаку о коварных планах старого мага. Может, тогда король согласится на их с Ланикой союз! Ведь несмотря на свое желание выйти на сушу и восстановить справедливость, Киан не хотел разлучать Ланику с ее отцом, родным домом и тем самым обрекать ее на тоску по прежней жизни.

– Значит ты поможешь мне вернуться на сушу в обмен на мой отказ от принцессы? – произнес наконец Киан. – Говори, что мне надо сделать и что передать матери.

– Так ты согласен?! – Орлакк сверлил русала глазами, пытаясь понять, что у того на уме, но все было тщетно. Старый маг не верил, что Киан так легко променяет Ланику за возможность оказаться на суше. – Ты действительно решил отказаться от принцессы? Ты ведь знаешь, что обратного пути уже не будет…

– Что мне Ланика теперь, когда я узнал, что я сын короля?! – вздернул подбородок Киан, стараясь изо всех сил не показывать, как трудно ему даются эти слова. – Я так старался заслужить расположение короля Годлака, но он меня ни во что не ставил, даже учитывая то, сколько я сделал для королевства, – Киан старался быть как можно убедительней. – И потом, зачем мне невеста-бесприданница, у которой, кроме замка, ничего нет, если на суше я могу выбрать себе любую богатую наследницу?! Я – сын короля, моя настоящая мать еще жива, и я приложу все усилия, чтобы вернуть себе законный трон на суше.

Киан говорил все это, надеясь убедить Орлакка и отмести последние сомнения мага.

– Ну, хорошо, – произнес старый маг, – ты получишь то, за чем явился. А твоя мать должна будет навести на Ланику чары. Как она это сделает, я не знаю, но принцесса должна сама захотеть выйти замуж за моего сына. Как только я увижу результат ее работы, я тут же верну тебе человеческий облик.

– А где гарантия, что ты выполнишь свое обещание? – сказал Киан, подумав.

– Нет никаких гарантий. Тебе придется поверить мне на слово. Но кое-что я могу сделать – я могу вернуть Найде браслет, которым она заплатила за твою жизнь… Хотя мне очень не хочется этого делать, ты ведь знаешь, насколько он ценен… Однако без него Найда не сможет выполнить мои условия, – Орлакк посмотрел на свою руку и с глубоким вздохом сожаления снял браслет и протянул его Киану. – Но помни – никто, кроме нас троих, не должен знать об этом договоре, иначе я тебя и на суше достану! Будь уверен!

Киан снова задумался на несколько секунд.

– Договорились, – наконец ответил молодой русал и взял браслет. – Только у меня еще одно условие: ты вернешь моей матери и ее молодость…

Юноша не мог упустить возможности вернуть назад то, что забрал Орлакк у Найды, помимо браслета.

– Я не смогу вернуть ее молодость в полной мере, так как она сейчас должна выглядеть на свой естественный возраст, – возразил маг.

– Хорошо, верни ей ее настоящий возраст, – согласился молодой русал.

– Будь по-твоему… – произнес Орлакк, а затем добавил: – Я, конечно, мог бы и не делать этого. Но я не хочу, чтобы ты считал меня уж совсем коварным, как обо мне говорят… Ведь ты преодолел такой опасный путь, желая со мной встретиться… А это достойно награды!.. Видишь там, под самым потолком, в стенной нише лежит закупоренная раковина? – Орлакк указал рукой наверх в ту сторону, где лежала красивая остроконечная раковина. – Забирай ее, твоя мать знает, что с ней делать.

Немного поколебавшись, Киан поднялся к нужной нише, в которой действительно лежала раковина с именем его матери. Юноша чувствовал, что тут что-то не так – слишком уж легко и просто все вышло. Но радость от того, что он, наконец, вернет матери ее красоту, притупила чувство осторожности. Как-только молодой русал протянул руки к красивой перламутровой раковине, он тут же оказался притянутым вплотную к стене – два щупальца схватили его за руки и с огромной силой удерживали, не давая возможности пошевелиться.

– Ты думал, я действительно тебя отпущу, глупый сопляк? – захохотал Орлакк отвратительным смехом на всю пещеру.

– Чего ты хочешь от меня?! – закричал юноша, пытаясь высвободиться, но все было тщетно.

Орлакк подплыл к пленнику, взял из ниши раковину и, крутя ею перед лицом юноши, с издевкой произнес:

– Все эти годы я планировал, что моему сыну достанется принцесса Ланика, а вместе с ней и королевство. Благодаря тому, что я контролирую все затонувшие суда, казна королевства скудеет с каждым днем, а мои богатства приумножаются. Это и вынудило короля Годлака принять решение в пользу моего сына, как я и расчитывал! Но тут вмешался ты… – сказал с раздражением старый маг и кинул на молодого русала убийственно холодный взгляд. – Зря я когда-то помог Найде спасти тебя – сейчас у меня не было бы столько хлопот… Ты опозорил моего сына на все королевство, ты опозорил сына Великого мага! И теперь все смеются над тем, что сопливая девчонка закрыла своего жениха в коморке и сбежала с другим русалом. Ты думаешь, что я не понимаю, что первым твоим порывом будет – кинуться к королю Годлаку и рассказать ему все, что ты тут видел и слышал?!.. Ты думаешь, я позволю тебе перечеркнуть все, чего я достиг?!

– Кто я такой, чтобы король меня слушал, если он уже выдворил меня из королевства?! – Киан попытался найти веские доводы в надежде, что Орлакк все же отпустит его. – И кто я такой, чтобы тягаться с могущественным магом вроде тебя?!

Орлакк, казалось, не слышал ни одного слова молодого русала. По-прежнему вертя раковину в руках, маг словно разговаривал сам с собой.

– Все эти годы я делал так, чтобы Годлаку пришлось просить моей помощи. Глупец, он верил в то, что я защищаю его королевство! А я защищал не его, а МОЕкоролевство! Союз Ланики с Юрвином будет гарантией сохранения жизни короля и, самое главное, жизни его единственной дочери.

– Ланика никогда не будет принадлежать твоему сыну! – твердо произнес Киан.

Орлакк словно очнулся и посмотрел на молодого русала.

– Ты так и не понял, что король никогда не отдаст свою дочь за тебя, мой мальчик, – с издевкой сказал старый маг. – А ведь ты едва не лишился головы за свою наивность…

– Я тебе не мальчик, – огрызнулся Киан.

– Если уж на то пошло, кому, как не мне, иметь право называть тебя мальчиком?! Ведь, к сожалению, только благодаря мне ты сейчас жив… – надменно произнес Орлакк.

– Если бы твой сын обладал хоть одним достоинством, присущим воину королевской гвардии и не позорил бы имя своего отца, то у него было бы гораздо больше шансов получить сердце принцесссы без твоей помощи, – выпалил Киан. – Хотелось бы мне видеть его лицо, когда он узнал, что принцесса вышла замуж за меня.

– Не беспокойся, ты его скоро увидишь – он сейчас лично подбирает для тебя «лучшую» камеру…

– Ты за это заплатишь, – выкрикнул Киан, отчаянно пытаясь высвободиться.

– Перестань трепыхаться, это бесполезно, – резко проговорил Орлакк. – А насчет короля… Дело в том, Киан, что наш король с годами стал мягкосердечным. Особенно после гибели его любимой жены. Дочь – это единственное, что у него осталось. Сейчас Годлак сомневается в правильности своего решения, которое он может в любой момент изменить, особенно после того, что вы натворили. Правда, только не в твою пользу, – тут Орлакк насмешливо хмыкнул. – Кроме того, я прекрасно знаю, что магия не подействует на Ланику. Но я все равно намерен женить сына на принцессе. И тут у меня проблема: кроме Лайры никто этого не сможет сделать. А как ты знашь, она против браков без любви. Поэтому твоей матери придется потрудиться, найти способ влюбить принцессу в моего Юрвина и тем самым убедить свою сестру поженить Ланику с моим сыном. А до тех пор ты будешь сидеть в моей темнице. Только после того, как мои условия будут выполнены, я тебя отпущу, если ты, конечно, еще будешь жив.

– Моя мать ни за что не сделает этого, – сдавленным голосом произнес Киан, устав от попыток высвободить руки. – Она предпримет все, что бы освободить меня!

– Еще как сделает! И я очень сомневаюсь, что она кинется к королю за помощью… Учитывая, как зол на тебя Годлак, можно уверено сказать, что никто не станет тебя вызволять, во всяком случае, им сейчас будет не до тебя. Да и кто ей поверит?! Ведь для всех ты – изгнанник. Поэтому пускай так все и думают, что ты действительно покинул королевство.

– Я только одного не могу понять – почему ты просто не захватил замок, имея такую силу?

– Посмотри на этих воинов, – Орлакк указал на стражу. – Ты когда нибудь видел таких?

Киан взглянул на двух уродливых стражников, не зная, что сказать.

– То-то, и таких у меня уже несколько сотен. Я поселил их в затонувших кораблях.

Теперь молодой русал понял, что за странные тени мелькали на его пути к Орлакку. Когда они с дельфинами проплывали кладбище затонувших кораблей, Киану казалось, что он видит то тени русалов, то тени осьминогов.

А Орлакк продолжал:

– Каждый из них по силе и ловкости превосходит пятерых русалов. Даже самый слабый из них способен одолеть по крайней мере двоих таких, как ты. И ты думаешь, с такими воинами для меня было бы проблемой захватить замок?.. Но я же не варвар, чтобы разрушать то, что в конце концов будет принадлежать мне… Я сделаю все красиво, как и подобает магу моего уровня, – самодовольно произнес Орлакк. – Ланика станет женой моего сына, а я стану канцлером. Русалы начнут молиться на меня, как на Бренну, ведь с моим богатством я могу купить всех и вся. Вскоре вместо статуй Бренны будут стоять мои. Я имею на это полное право, ведь я, как и она, благодаря собранным браслетам смогу создавать новые виды подводных жителей, таких, как мои стражники, например. Красавцы, да?! А потом я и до суши доберусь…

У Киана сжалось сердце – он осознал, чем все это грозит подводному королевству и тем, кто живет на земле.

Видя, что молодой русал больше не сопротивляется, Орлакк замолк и махнул рукой, отдавая безмолвный приказ. Киан почувствовал, как тиски на его руках ослабли… Он рванулся от стены, и в этот момент на него опустилась огромная сеть. Молодой русал начал отчаянно бороться, но все больше запутывался. В какой-то момент он смог схватить свой рожок, который все еще висел у него на груди вместе с медальоном отца и изо всех сил подул в него, призывая дельфинов. Но пещера Орлакка была довольно глубоко в скале, и этот призыв, похоже, никто не услышал.

Молодого русала скрутили и поволокли в сторону туннеля, ведущего еще глубже в скалу. И тут послышался треск и свист – это дельфины, все же услышали призыв юноши и мчались ему на помощь. За ними следом неслись два стражника, которые остались на входе. Ловко маневрируя среди выступов и каменных изваяний лабиринта, дельфины влетели в пещеру Орлакка, где Киан из последних сил держался за каменный уступ, прежде чем совсем скрыться в темноте туннеля.

– Книга! – успел прокричать он, понимая, что сейчас его друзья не смогут ему больше ничем помочь.

Два дельфина устремились в разные стороны. Один из них, выделывая виражи, стремительно подплыл к несколько ошарашенному Орлакку и выхватил из его рук раковину, а второй тем временем, уклоняясь от погони, пронесся над столом и схватил книгу.

– Схватить их! – прогремел на всю пещеру голос Орлакка, который никак не ожидал такого поворота событий.

А дельфины уже неслись к выходу, и их было не поймать. Несмотря на то, что у стражи было несколько конечностей, они все же уступали в скорости. Еще чуть-чуть, и два дельфина вылетели вон из пещеры и понеслись прочь.

***

В глубине скал молодого русала кинули в камеру и почти наглухо завалили валунами. Юрвин проследил, чтобы у его соперника не было даже шанса на побег. Сын Орлакка не мог скрыть злорадства при виде плачевного положения ненавистного ему Киана. Наконец он отомстил тому, кого так сильно ненавидел все эти годы. Он еще какое-то время пробыл у темницы, упиваясь своим триумфом и всячески насмехаясь над узником, стараясь задеть его побольнее.

Но Киан, как всегда, просто не обращал на это внимания, и Юрвин, в бешенстве выкрикнув последнюю угрозу, перестал донимать его и вскоре уплыл.

Сперва пленник метался от стены к стене, как дикий зверь, посаженный в клетку. От отчаяния он бросался на огромные валуны, закрывающие выход, и пытался их сдвинуть, но тяжелые глыбы не поддавались. Поняв бессмысленность своих действий, юноша кинулся к небольшому окну с решеткой, находящемуся под самым потолком, и попытался высадить его, но только изрезал руки моллюсками. «Так глупо попасться! – корил себя Киан за легкомыслие. – Ведь мать предупреждала, что Орлакк неимоверно хитер». В конце концов молодой русал понял, что все его усилия тщетны и он не может помочь не только своей любимой, но и даже самому себе. Усевшись под самым окном, Киан начал вспоминать весь разговор с Орлакком.

Он понимал, что ему во что бы то ни стало нужно рассказать королю Годлаку обо всем, что он только что узнал. Но в данной ситуации единственное, что ему оставалось, так это молиться Бренне, чтобы она помогла его друзьям благополучно выбраться из пещеры и доплыть до замка или до матери. Ведь если им это не удастся, то королевству придет конец.

Киан вспомнил легенду о Бренне, которую ему не раз рассказывала в детстве Найда. И мысль о том, что Орлакк собирается уничтожить все, что с ней связано, приводило молодого русала в ужас.

Глава 19

Глава 19

…Когда-то очень давно на берегу Кертского моря у самого леса находилось небольшое селение. Недалеко от него, в лесу, жила прекрасная молодая женщина по имени Бренна. Много раз она помогала местным жителям, исцеляя их с помощью своего дара, который она получила от самой Матери-природы. И люди были безмерно благодарны ей за это. К Бренне обращались за помощью не только больные или раненые, но и те, кому не удавалось наладить жизнь, и даже те, у кого не было детей. Она бескорыстно помогала всем, кому могла. Но кроме этого, у Бренны был еще один особый дар: если она видела, что не может исцелить человека и тот вскоре должен умереть, она могла дать ему новую жизнь, но в другом облике. Тогда-то и начали появляться первые русалки и русалы. И жили они с людьми по-соседству, постоянно общались и дружили.

Но однажды этой мирной жизни пришел конец… Этой землей в то время владел король Дералл, который очень любил охотиться в своих лесах, богатых добычей. Так случилось, что однажды он увлекся преследованием оленя и умчался на своем коне в глубь леса. По дороге король не заметил низко висящую толстую ветку и, ударившись об нее, на большой скорости вылетел из седла. Вскоре его нашли, но он был в таком тяжелом состоянии, что его нельзя было нести в замок – такое расстояние Дералл мог бы не выдержать.

Воины доставили короля в его шатер. И королевский лекарь тут же занялся раненым. Как оказалось, во время падения король сильно ударился головой о землю. На затылке у него обнаружили тяжелую рваную рану. Кроме того, у Дералла была сломана правая рука, и все тело было покрыто ссадинами и синяками. Король то и дело терял сознание. Лекарь только разводил руками, не зная, чем еще может помочь своему господину.

Кто-то из слуг короля вспомнил, что ему рассказывали о молодой целительнице по имени Бренна, которая жила в лесу, недалеко от ближайшего селения. В надежде, что она поможет, в селение послали за проводником, который показал бы дорогу к хижине этой женщины.

В тот день Бренна собралась в лес за травами, которые у нее закончились. Но не успела она закрыть дверь, как услышала шум и треск веток – кто-то пробирался через лес прямо к ней. Женщина насторожилась, но увидев людей, которые несли на носилках раненого, успокоилась. Она вопросительно смотрела на приближавшихся к ней мужчин.

Подойдя ближе, они рассказали Бренне о том, что случилось, и женщина согласилась вылечить раненого короля. Дералла уложили на простую кровать, и Бренна тут же принялась за дело. Целительница внимательно осмотрела рану и покачала головой. Положение было серьезным – тяжелая рана воспалилась, и у короля началась лихорадка. Всю ночь он был в бреду и еще двое суток страдал от жара. Время от времени его приходилось силой удерживать от попыток вскочить с постели и вернуться обратно в замок. Но затем лихорадка пошла на убыль, Дералл перестал бредить и провалился в глубокий сон.

Когда он, наконец, пришел в себя, то почувствовал страшный голод и попросил есть. Крепкий организм победил, и с того дня король пошел на поправку. Еще через пару дней, несмотря на недовольство целительницы, Дералл поднялся на ноги и, превозмогая боль, вышел во двор. Там, недалеко от хижины Бренны стоял королевский шатер, а на поваленных бревнах сидели его подданные. Обрадовавшись появлению короля, они тут же захотели увезти его в замок как можно скорее.

И тут произошло удивительное – с большим удивлением и интересом король Дералл наблюдал, как хрупкая необычайной красоты женщина, не боясь окруживших ее яростных воинов, махала перед их носами своей деревянной ложкой, которой мешала лечебное зелье в котле, и кричала, что они – глупые головы – могут потерять своего короля, если не послушаются ее, потому что он еще слаб для длительной скачки верхом.

Дералл, сам будучи властным и жестким человеком, вдруг осознал, насколько его увлекла эта храбрая маленькая женщина. Он приказал слугам вернуться в замок без него и остался в хижине Бренны. Король пробыл там довольно долго, пока полностью не поправился. Тело его выздоровело, зато заболела душа – Дералл влюбился, как мальчишка, в эту необыкновенную женщину.

Бренна знала, что ничего хорошего из этого не получится, но она и сама влюбилась. Да и как было не влюбиться в такого красивого и сильного мужчину! Вскоре у нее родилась хорошенькая девочка. Дералл хотел, чтобы Бренна вместе с дочкой переехала жить в королевский замок, но целительница отказалась. И сколько бы король ее ни упрашивал, она стояла на своем – ведь в родном селении было столько людей, нуждающихся в ее помощи. Кроме того, лес, в котором она жила всю свою жизнь, и мощь Кертского моря были источником ее сил и энергии. Без них она не смогла бы помогать людям.

Еще долго король пытался уговорить упрямую женщину, перепробовав все способы и уловки, но постоянно встречал отказ. И тогда сердце Дералла очерствело. Его горячая любовь превратилась в жгучую ненависть. Раненое самолюбие подсказало королю, как он сможет отомстить той, которая не подчинилась его воле. Он решил устроить так, чтобы жители селения сами выгнали Бренну, и тогда поневоле ей пришлось бы обратиться к нему. Вот когда он покажет ей, что он – король и его желание – закон!

Дералл решил уничтожить все посевы в этой деревне, зная, что селяне будут обречены на голодную смерть. «Это вызовет их гнев, – думал безжалостный король, – и они обвинят во всем Бренну – ведь именно она причина этого несчастья».

Замысел короля дошел до селян, и люди сами пришли к дому целительницы. Нет, они не винили Бренну, ведь все прекрасно знали, сколько добра она уже сделала – они пришли за помощью. Узнав о жестоком плане короля, Бренна рассказала жителям деревни, как можно избежать несчастья. Она предложила им покинуть деревню и отправиться туда, где ни король и никто другой не смогли бы их достать, туда, где всегда было бы вдоволь еды и никакие бури не страшны…

В одну ночь побережье опустело. Все жители словно сквозь землю провалились, оставив свои пожитки нетронутыми. Король Дарелл так никогда и не узнал, куда подевалась Бренна вместе с их дочерью…

Со временем от селения на берегу моря остались лишь одни руины, старые очаги да колодцы, но тайна внезапного исчезновения людей с побережья так и не была открыта. А на дне великого Кертского моря в одночасье появилось много новых жителей подводного мира – русалов и русалок.

Так началась история подводного королевства, описанная в легенде. Бренны давно уже нет в живых, но после ее смерти она стала почитаться как богиня – мать-прародительница всех жителей морского королевства. Со временем под водой был построен замок для первого избранного народом короля. Сейчас в нем жили король Годлак и его дочь, принцесса Ланика…

Глава 20

Глава 20

Ланика уже третий день отказывалась от пищи. Ближе к полудню задремавшая Гринда проснулась от настойчивого стука в дверь. Первым делом пожилая служанка бросила взгляд на принцессу. Та по-прежнему лежала, уткнувшись лицом в подушки.

Поднявшись с кресла и протерев глаза, женщина распахнула дверь.

– Письмо от короля, – протянул стражник свернутый рулон.

Взяв письмо, Гринда приблизилась к постели и осторожно дотронулась до плеча девушки.

– Ваше высочество…

В этот момент Ланика, повернувшись, широко раскрыла глаза, в которых застыл ужас. Во сне принцессу терзали кошмары: ей снилось, что Киана казнили. Но взглянув на склонившуюся над ней няню, девушка поняла, что это был всего лишь сон.

– Письмо от его величества, – сказала няня. – Сами прочтете, или мне это сделать?

Проснувшись окончательно, Ланика села на постели и, протянув руку, взяла письмо. Красными от слез глазами она смотрела на жестокие слова: «…Признаю брачный союз с принцессой Ланикой недействительным и обещаю покинуть королевство при уплате мне тысячи золотых…».

Почерк был, несомненно, Киана. Помутившийся взор несчастной девушки переместился вниз послания. Там стояла подпись ее молодого мужа.

Ланика побледнела и безмолвно заплакала.

– Принцесса, вам нехорошо?!.. – взволнованно спросила Гринда, увидев лицо своей любимицы.

– Я не верю, что он мог так поступить со мной… – безжизненным голосом произнесла несчастная девушка.

Она выронила из рук письмо, его тут же подхватила пожилая служанка и быстро пробежала по нему глазами.

– Оставь меня, Гринда! Мне нужно побыть одной, – произнесла принцесса.

– Хорошо, ваше высочество, – поколебавшись, сказала Гринда. – Если что, я буду за дверью.

Ланика не верила своим глазам… Слова, написанные рукой ее любимого, разрывали сердце девушки на мелкие кусочки… Но этого просто не могло быть! Скорее всего отец заставил Киана написать это письмо, пригрозив казнью, ведь ему так хочется, чтобы она поскорей выкинула любимого из головы.

Девушка заперла дверь своей комнаты и никого не впускала. Все это время она думала о словах в письме и о том, чему верить, а чему нет. «Он не мог так просто от меня отказаться, – думала Ланика. – Получается, что все его слова о любви ничего не значили?! Этого не может быть!»

Но время шло, от Киана больше не было никаких вестей, и ее надежда, что письмо – это какое-то недоразумение, постепенно угасала. Ланика знала, что несмотря на множество стражников, Киан нашел бы способ с ней связаться, если бы захотел.

В конце концов после долгих размышлений, она решила во что бы то ни стало самой убедиться – правда ли то, что было написано в письме. А для этого ей нужно было встретиться с Кианом и самой спросить его об этом. Но как ей это сделать, если она даже не знает, где он и что с ним?

Ланика мысленно перебрала всех своих слуг, кто мог бы ей в этом деле помочь, но поняла, что не сможет полностью довериться ни одному из них – уж очень они боялись впасть в немилость короля Годлака. Вот если бы Виония была с ней! Но после того, как фрейлину схватила стража, она больше не появлялась, и принцесса не имела никакого представления, что случилось с верной подругой.

Размышления Ланики прервал стук в дверь, затем раздался голос канцлера. Поначалу девушка не хотела открывать ему, но потом все же решила поговорить с Эрлином. И как оказалось не зря – канцлер рассказал, что Киан был освобожден из-под стражи и изгнан из королевства. Эрлин также рассказал о том, как король заставил молодого русала под угрозой смерти написать то злосчастное письмо, о том, что Киан был готов умереть, но не желал отказываться от любимой. И только по его, канцлера, совету юноша согласился на условия короля. Ведь тогда Киан сможет вернуться за Ланикой…

Девушка с подозрением посмотрела на канцлера, но тот, понизив голос, поведал принцессе, что он сочувствует влюбленной паре и очень желает, чтобы они с Кианом были счастливы. Он также поспешил сообщить девушке, что Годлак дал распоряжение вернуть Вионию в замок и что очень скоро Ланика сможет встретиться со своей подругой.

Весть о том, что любимый и не собирался отказываться от нее, совершенно изменила настроение принцессы – она почувствовала себя такой счастливой, что ей хотелось петь. И эта радость удвоилась – ведь Виония возвращается, и теперь они снова будут вместе!

Последние сомнения, которые так долго терзали бедную девушку, развеялись. И как только канцлер покинул покои принцессы, она тут же позвала Гринду и попросила принести ей еды.

Неимоверно обрадовавшись, та помчалась на кухню, радостно сообщая всем по дороге, что принцесса хочет есть. Словно по взмаху волшебной палочки замок, а особенно кухня, зашумел, зажужжал, засуетился – принцесса хочет есть, а значит, все нормально!

После того, как Ланика покончила с подносом, полным вкусной еды, она, почувствовала себя достаточно окрепшей. Теперь она с нетерпением ждала свою преданную подругу. И действительно, ближе к вечеру принцесса смогла обнять радостно плачущую Вионию. Когда девушки успокоились, фрейлина рассказала, что с ней произошло, после того, как ее схватила стража, а потом Ланика поделилась с подругой своим намерением покинуть замок и разыскать Киана. Еще долго, уединившись в покоях принцессы, они обсуждали подходящий момент для очередного побега.

Ланика уже собиралась лечь спать, когда неожиданно раздался тихий стук в дверь. Открыв ее, Виония увидела встревоженную коралловую рыбку-бабочку.

– Ваше высочество, это к вам, – повернулась фрейлина к Ланике. – Он говорит, что у него для вас письмо от кого-то очень близкого вам и что передаст письмо только лично вам в руки.

– Впусти его! – тут же воскликнула Ланика.

В покои незамедлительно вплыла коралловая рыбка. Суетясь и оправдываясь, что к принцессе не так-то просто было попасть, он передал Ланике послание.

Едва принцесса пробежала глазами первые строки, как ее сердце бешено заколотилось.

– Как тебя звать? – спросила она рыбку, дочитав письмо.

– Кайлин, ваше высочество.

– Благодарю тебя, Кайлин, я очень ждала это письмо.

Весть о том, что Киан благополучно добрался до дома, очень обрадовала девушку. Но то, что она прочитала дальше, заставило ее растеряться. Киан писал о своей любви к Ланике, клялся, что обязательно вернется за ней. Он написал ей о том, что поведала ему Найда. Оказалось, что он принадлежал миру людей. Киан был сыном короля. И он знает способ, как снова стать человеком и жить среди людей. В конце письма он просил свою любимую набраться терпения, обещал, что он обязательно вернется, чтобы забрать ее с собой. Еще озадаченная и растерянная, Ланика достала из шкатулки золотую монету и отдала ее рыбке-посланнику со словами:

– Кайлин, никто не должен знать об этом письме…

– О каком письме вы говорите, ваше высочество?! – удивленным голосом спросил в ответ посланник.

– Плыви, – сказала принцесса, улыбнувшись.

– Благодарю вас, ваше высочество, – и Кайлин, выглянув в едва открытую дверь, быстро шмыгнул в узкую щель.

– Он – человек! – воскликнула Ланика, как только дверь закрылась.

– Что вы имеете в виду, ваше высочество? Кто – человек? – удивилась Виония.

– Киан был рожден человеком, и сейчас он снова хочет им стать, – скороговоркой, сбиваясь и путаясь в словах, выпалила принцесса.

Пораженная Виония смотрела на девушку и совершенно не понимала, как это Киан мог быть человеком.

– На, почитай сама, – Ланика впихнула письмо в руку фрейлины, которая смотрела на нее округлившимися глазами, открыв рот.

Пока верная подруга читала письмо, пытаясь понять, в чем все-таки дело, принцесса никак не могла успокоиться. Слишком уж невероятным все это казалось. Ей трудно было поверить в написанное, ведь она столько лет знала Киана. Он жил такой же жизнью, как и все русалы. Как могло случиться, что, родившись человеком, он стал жителем подводного мира? Ответ на этот вопрос и на многие другие, возникающие в голове у девушки, могла дать только Найда…

Глава 21

Глава 21

…Дельфины изо всех сил неслись прочь от пещеры Орлакка. По приказу великого мага за ними вслед помчались все, кто столько времени прятался в темных корпусах погибших кораблей. Огромной стаей слуги Орлакка преследовали дельфинов, пытаясь их поймать. Но те, ловко уворачиваясь и маневрируя между скалами и останками кораблей, все быстрее приближались к границе кладбища. Вдали уже был виден свет – это солнечные лучи раннего утра пронизывали воду до самого дна. В последний момент, когда один из стражей Орлакка едва не схватил дельфина с книгой магических заклинаний, тот пересек границу тьмы и буквально заискрился в ярких лучах света.

Преследователи резко остановились, словно наткнулись на невидимую стену. Они яростно сверкали глазами и скалились, но оставались на темной стороне, потому что солнечный свет полностью слепил их, делая совершенно беспомощными.

Дельфины поняли, что ушли от погони, и стремглав понеслись домой. Спустя несколько часов они уже рассказывали взволнованной Найде, что произошло с Кианом и обо всем остальном, что они увидели. Русалка быстро просмотрела книгу Орлакка, нашла то, что ей было нужно, вырвала одну страницу и, спрятав ее понадежнее, незамедлительно отправилась в замок короля Годлака.

Конечно же, она, как мать, очень переживала за Киана. Но Найда точно знала, что небеса не позволят ее сыну так просто сгинуть в пучине мрака, ведь она всегда знала и верила, что этот мальчик был рожден для великих дел…

Настал момент открыть королю всю правду!

…В королевском замке все было спокойно. Но внезапное появление Найды взбудоражило всех.

– Ваше величество! – начала запыхавшаяся русалка, как только перед ней открыли двери тронного зала. – Мне надо сообщить вам кое-что важное!

Русалка стремительно приближалась к трону, в ее руке была какая-то книга и остроконечная раковина.

– Если ты по поводу своего сына, то я не хочу о нем ничего слышать, – сказал, как отрезал, Годлак.

С одной стороны король так и не отступился от своего решения выдать дочь за Юрвина, с другой стороны он все же не был совсем уж бессердечным и даже сочувствовал Найде. «Вот если бы Киан был знатного рода… – думал Годлак, когда оставался наедине с собой. – Или имел бы за душой столько же, сколько Юрвин будет иметь благодаря своему отцу…».

– В таком случае вашему правлению скоро придет конец, – выпалила русалка.

– Что?! Да как ты смеешь?! – Годлак неожиданно вскочил с трона, стукнул трезубцем об пол, и звезды, усеивающие пол вокруг трона, подпрыгнули – настолько сильным был удар.

– Смею, мой король! Вы должны меня выслушать! – так же решительно ответила ему Найда, глядя прямо в глаза королю.

Годлак пристально посмотрел на русалку и по ее лицу понял, что дело серьезное. Он подал знак, и придворные, толпившиеся недалеко от трона, тут же покинули зал. Остались только самые приближенные, включая Эрлина.

– Говори! – приказал король.

– Ваше величество, вам ни в коем случае нельзя выдавать Ланику за сына Орлакка. Все беды, которые перенесло ваше королевство, исходят от старого мага. Уже многие годы он планировал захватить власть в королевстве. Как только его сын станет новым королем, Орлакк намерен возвеличить себя до уровня Бренны. Он создает новых воинов, осьминогих, по силе и ловкости во многом превосходящих ваших. И таких у старого мага уже целое войско. Их никто не видел, так как они боятся света и выходят на охоту только в темноте. Вот доказательства всему этому.

Найда протянула королю Годлаку книгу старого мага, где вместе с заклинаниями находились старательные зарисовки существ, которых создавал Орлакк для пополнения своей армии. Кроме этого, в книге были и рисунки, изображающие мага. Это были образцы для каменщиков, работами которых в будущем он планировал заменить статуи Бренны.

– Книга Орлакка способна изменить весь ход истории, ваше величество, и коварный маг пойдет на все, чтобы вернуть ее. Только представьте, что произойдет, если он породнится с вами!

Годлак взял из рук русалки книгу и пробежался по ней глазами.

– Да как он смеет! – король пришел в бешенство, увидев рисунки статуй Орлакка. – Я покажу ему такое величие, что он век помнить будет! – Годлак с силой захлопнул книгу, вскочил с трона и начал метаться взад-вперед, сыпля проклятия и угрозы в адрес коварного мага. Вдруг король остановился и спросил:

– А как к тебе попала эта книга?

– Мои дельфины украли ее у Орлакка, когда поплыли к нему с Кианом.

– А зачем твой сын отправился туда? – с подозрением спросил король.

– Ваше величество, вы сейчас обо всем узнаете, – успокоила Годлака русалка.

Но Годлак все еще хмурился.

– А где сейчас твой сын?

– Орлакк заточил его в темницу, – печально ответила Найда.

Король удивленно вскинул брови, затем вернулся к трону и, медленно в него опустившись, пристально и вопросительно посмотрел на русалку.

– Ты мне всего этого не предсказывала!

– Вы сами прекрасно знаете, ваше величество, что предсказания делаются на определенное время, к тому же не все для нас открыто… Ваша дочь не предназначена Юрвину.

– Что это значит? – спросил Годлак, к которому вернулись его подозрения.

– Ланика предназначена другому… моему сыну, – уверенно ответила Найда.

– Я все понял! – гневно воскликнул король. – Ты решила таким способом женить своего безродного на моей дочери?!

Годлак не стал сдерживаться, заподозрив, что Найда могла нарочно оклеветать Орлакка ради своего сына.

– Что вы, ваше величество, я бы никогда не пошла на это! Вы прекрасно знаете, что моя главная обязанность состоит в том, чтобы защищать королевство. Мне очень дорог мой сын, но не все так просто в отношении него.

Годлак вопросительно дернул бровями.

Найда покачала головой из стороны в сторону:

– Видите ли, ваше величество, дело в том, что Киан мне не родной.

Король, пытаясь оставаться в своем уме после всего, что узнал от русалки, наморщил лоб, а затем, недоуменно спросил:

– Как не родной?!

– Он не русал, он – человек, – ответила Найда, глядя на Годлака.

Все в тронном зале замерли, глядя на русалку с неподдельным удивлением. На мгновение король потерял дар речи, но тут же справившись с шоком, вкрадчиво спросил:

– И тут твоя магия замешана?!

– Не моя – Орлакка, – Найда замолчала на секунду, а затем продолжила: – Двадцать лет назад на берегу реки я нашла умирающего человека, а рядом с ним – младенца. Это был Киан. Умирающий успел сказать, что ребенок – сын короля Виллема и королевы Эйлис. Он также сказал, что доказательством этому являются родимое пятно на руке младенца и медальон, подтверждающий его королевское происхождение… Я и не ожидала, что мне пошлют свыше такой подарок – сына. Но я понимала, что младенец не сможет жить со мной под водой и поэтому обратилась за помощью к Орлакку. А вчера, перед тем, как мой сын отправился к старому магу, я рассказала ему о его происхождении и вернула медальон отца… – Найда тяжело вздохнула, а затем снова обратилась к Годлаку: – Вы ведь помните, ваше величество, как я была молода и красива и как в один момент стремительно постарела.

Король нахмурил брови:

– Да, помню, я тогда решил, что ты в своей магии что-то намудрила…

– Нет, моя молодость была отдана взамен в обмен на жизнь Киана. Я не могла позволить умереть младенцу, которого мне послали сами небеса… В подтверждение всего сказанного я сейчас на ваших глазах верну себе то, что когда-то забрал у меня Орлакк.

С этими словами русалка откупорила раковину, которую все это время держала в руках, и одним глотком выпила все содержимое. Еще мгновение – и Найда начала преображаться к великому изумлению всех присутствующих.

– Вот это да! – неожиданно воскликнул Эрлин, стоявший у самого трона.

Он, как завороженный, смотрел на Найду, не в силах оторвать глаз, впрочем, как и все остальные. Теперь внешность русалки соответствовала ее настоящему возрасту. Только несколько морщинок в уголках глаз говорили, что она уже не так молода. Несмотря на это Найда была прекрасна!

– Прости, мой милый Эрлин, за то, что так долго отвергала твои ухаживания, теперь ты знаешь истинные причины моих отказов… – сказала русалка, взглянув на канцлера.

Годлак молча с интересом переводил взгляд с Эрлина на Найду и обратно. Он и не догадывался, что его друг все это время ухаживал за матерью Киана.

– Да уж, вот это новости… – проговорил король после долгой молчаливой паузы.

– Сожалею, ваше величество, – сказала Найда. – Я понимаю, что принесла нерадостные вести, но Орлакк никогда не отличался порядочностью. Он всегда был коварным, хитрым, жестоким, а самое главное – умным. Он никогда ничего не отбирал насильно, но делал так, чтобы русалы сами отдавали ему самое дорогое – моя молодость, ваша дочь… Чудовища, которые служат Орлакку, контролируют все затонувшие корабли с драгоценностями… Его пещера полна несметными богатствами, в то время как государственная казна пуста. Таким образом он вел королевство к разорению, чтобы у вас не было другого выхода, кроме как выдать Ланику замуж за его сына…

– Однако, он почти добился своего … – с досадой произнес Годлак, откинувшись на спинку трона и задумчиво потирая подбородок.

Теперь ему стало понятно, почему в королевстве появилось так много огромных тварей.

– Жаль, я не знал о коварных планах Орлакка раньше. Сейчас твой сын в моих рядах очень бы пригодился, он был одним из моих лучших воинов, – наконец произнес король. – Неудивительно, что моя дочь влюбилась в него без памяти.

– Киан мог бы еще долго вам служить, ваше величество, – с горечью заметила Найда и затем со вздохом продолжила: – Но сейчас он не в силах что-либо сделать. Орлакк захватил его и заточил в темницу.

Годлак задумался. Вдруг в глубокой тишине раздался голос канцлера:

– Ваше величество, я думаю, что мы просто обязаны помочь этому юноше. Ведь если бы не он, вы потеряли бы и дочь, и королевство. К тому же, у вас появится прекрасная возможность исправить несправедливость, которую вы совершили по отношению к принцессе Ланике, и наладить отношения с дочерью. Если же вы этого не сделаете, она никогда не простит вам гибель Киана.

– Ты, как всегда, прав, мой друг, – согласился Годлак. – Я был жестоким и черствым к собственной дочери! Спасение Киана – это единственное, чем я сейчас могу искупить свою вину перед ней. Представляю, как она обрадуется, узнав, что свадьбы не будет. Мне и самому никогда не нравился этот, как его там?..

– Юрвин, ваше величество, – подсказал канцлер.

– Да. И его отец, который своим мрачным видом даже рыб пугает, тоже, – заметил король, а затем обратился к Найде. – Я дам тебе отряд. С ним ты сможешь освободить сына. А Эрлин тебе в этом поможет.

Эрлин открыл было рот, чтобы возразить, но Годлак пригрозил ему пальцем и только произнес:

– Тц, тц, тц… Не беспокойся, мой друг.

Неожиданная новость о высоком происхождении сына Найды ошеломила короля. Но обнаружив, что его верный друг Эрлин уже многие годы безответно любит русалку, Годлак вообще потерял дар речи. Однако после недолгих размышлений король решил, что больше не в праве удерживать своего канцлера – тот и так отдавал службе королю все свое время. Годлак всегда искренне желал, чтобы его добрый друг, наконец, обрел семью и был счастлив. Поэтому, придя в себя от шока из-за свалившихся на него новостей, король приказал канцлеру следовать за Найдой, куда бы она ни отправилась.

Конечно, Годлак понимал, что сейчас в замке на счету был каждый воин. Он также понимал, что может потерять единственного верного друга и мудрого советника в обоих случаях – покинет ли тот замок или останется здесь и примет сражение. Тяжело было королю расставаться с преданным русалом, но у Эрлина была своя судьба. Он принес огромную пользу королевству и заслужил право на свободу и счастье.

Для Эрлина это тоже был не легкий выбор, его сердце разрывалось. Ведь с одной стороны была преданность и любовь к королю и его дочери, с другой – к Найде и Киану. И король помог принять правильное решение – он попросту ему приказал.

– А как же ваш замок, ваше величество?! – встревожилась Найда. – Ведь не ровен час Орлакк примчится со своей армией. Он же понимает, что книга дойдет до вас, и его план раскроется. Тогда уже ничто не остановит его от попытки захвата замка…

– Не переживай, у меня хватит защитников, мы будем держаться до последнего и, молитвами Бренны, отстоим замок, – решительно успокоил ее Годлак. – Но я должен немедленно отправить Ланику подальше отсюда. Я отошлю ее к своему младшему брату Ронану. И передам ему письмо с просьбой прийти нам помощь. И еще – никто, кроме нас, не должен знать об этой книге. А так же моя дочь ни в коем случае не должна узнать, куда вы отправились, иначе она сама кинется спасать Киана, вы же знаете ее характер. Велэй, – обратился король к начальнику стражи, – сейчас же собери всех, скоро нам предстоит хорошая битва…

Впервые за все время службы у Годлака Эрлин покидал замок, чтобы уберечь Найду от опрометчивых поступков, ведь за Киана она была готова отдать даже свою жизнь.

Глава 22

Глава 22

…Как только Найда и Эрлин покинули замок, Велэй приказал в срочном порядке собрать всех воинов. Тут же во все стороны полетели приказы, заставляя обитателей замка носиться сломя голову.

Ланика не могла понять, с чем связана такая суматоха. «Видимо, – думала она, – Велэю сильно досталось после моего исчезновения, и теперь он сам “раздает пряники” подчиненным». Принцесса понимала, что такой момент – идеальная возможность покинуть замок и что нельзя терять ни минуты. Но не успела она даже додумать эту мысль, как вдруг раздался стук в дверь, затем она медленно отворилась, и в покои дочери вплыл король Годлак.

– Девочка моя, – начал он, остановившись в нерешительности посередине комнаты, – я должен тебе кое-что сообщить…

– Если ты о Киане, то я не желаю ничего о нем слышать! – резко перебила отца Ланика, всем видом стараясь показать, что теперь этот русал для нее ничего не значит.

У Годлака сжалось сердце. Он сильно сожалел, что заставил Киана написать то злосчастное письмо. Король представил, как больно было его дочери читать эти жестокие строчки. Этот отважный русал, как никто другой был достоин руки его дочери. Но как бы Годлак ни хотел все рассказать Ланике и попросить прощения, сейчас он этого сделать не мог. Ведь он не знал, чем закончится его битва с Орлакком. Он только лишь надеялся, что Киан будет освобожден, старый маг будет повержен, и тогда король самолично вручит юноше руку своей дочери. Поэтому сейчас, услышав слова Ланики, он вздохнул с облегчением. Ведь злость – одно из лучших лекарств против боли…

– Нет, дорогая, я хотел сообщить тебе, что намерен отослать тебя к твоему дяде Ронану.

– Но па..! – начала было возражать Ланика, но резко замолкла, сообразив, что это и есть тот самый подходящий момент! Ведь из города дяди ей будет гораздо легче убежать, несмотря на то, что он был хорошо укреплен. Ланика вспомнила замок дяди. Она не раз там бывала и знала каждый лабиринт в отвесных скалах как свои пять пальцев. Дядя жил в нескольких часах пути от их замка.

Тут девушка заметила взволнованное лицо отца.

– Что-то случилось, папа? – спросила она.

– Нет, милая, просто я решил сделать некоторые изменения в укреплении замка, а тебе – дать возможность отвлечься от тягостных мыслей. Это пойдет на пользу, будь уверена. Когда ты вернешься, все будет по-другому, и ты будешь счастлива, поверь моему королевскому слову, – Годлак прикрыл глаза и покачал головой.

– Хорошо папа, – согласилась Ланика и тут же спросила: – А я могу взять с собой Вионию?

– Конечно, можешь, раз она вернулась в замок, – благосклонно кивнул отец. – Давай, собирайся, воины, которые будут тебя сопровождать, уже ждут во дворе.

Годлак раскрыл объятья дочери. Ведь он не знал, удастся ли им еще увидеться. Ланика подплыла к отцу. На этот раз она обнимет его перед тем, как сбежать! Каждый из них мысленно прощался, не зная, что и другой делает то же самое.

– Может, действительно мне это пойдет на пользу… – задумчиво проговорила Ланика.

Отец отстранил дочь, взял ее лицо в свои ладони и нежно поцеловал в лоб.

– Девочка моя, ты так похожа на свою мать. Я никогда тебе не говорил этого, но каждый раз, когда я смотрю в твои глаза, я вижу в них мою Йолу… Я очень сильно любил твою мать и люблю до сих пор. С тех пор как ее не стало, ты – единственное, что у меня осталось. И я всеми силами хочу тебя защитить. Ты должна знать и помнить: я всегда тебя любил и буду любить, что бы ни произошло. Ты уже взрослая, рано или поздно нам придется расстаться. У тебя будет своя жизнь, и я хочу, чтобы ты прожила ее счастливо. Я не могу тебе сейчас всего рассказать, но обещаю сделать все возможное для твоего счастья и благополучия.

Ланика молча смотрела на отца. На секунду ей показалось, что он с ней прощается, словно он предчувствовал, что она собирается его покинуть. У девушки сжалось сердце. Оно разрывалось – ведь это их последняя встреча. Ланика вспомнила ночь своего побега и поняла, что тогда ей было намного легче, ведь она не прощалась с отцом, словно оставляя открытую дверь для возвращения. А сейчас, она ясно понимала, что в этот раз пути назад уже не будет. Что бы ни произошло, она будет бороться до конца за их с Кианом любовь. И она была готова отправиться за любимым куда угодно и несмотря ни на что.

– Прости меня, папа… – Ланика нежно провела по волосам отца. – Я знаю, что все, что ты делал и делаешь, это для моего блага и для блага королевства. Иногда я думаю, может, мне следовало родиться мальчиком, ведь тогда я могла бы принести большую пользу королевству…

– Ты уже принесла ее, моя дорогая, ты сделала мою жизнь счастливой. Если бы у меня не было тебя, я не знаю, что бы со мной было после гибели твоей матери. Я счастлив, что у меня есть такая дочь, как ты. Даже несмотря на твой строптивый характер… – Годлак подмигнул дочери. – Ну, ладно, пора собираться. Он обнял дочь и, не желая показывать, как ему тяжело расставаться с ней, покинул комнату.

Вскоре, собрав свои украшения и наряды, Ланика и ее преданная фрейлина Виония покинули замок. В замок Ронана принцессу и ее фрейлину сопровождала охрана из двадцати русалов. Всю дорогу перед глазами Ланики стоял отец, которого она запомнила махающим ей рукой из окна. Девушка думала над его словами, но затем ее мысли переключились на предстоящий побег. «Еще рано… еще рано», – говорила девушка сама себе во время пути, хотя каждая минута была ей дорога. Наконец они добрались до нужного места.

На востоке от замка короля Годлака находилась гряда подводных и надводных скал. Среди них находился кратер гигантского вулкана, который потух уже много столетий назад. В этом кратере разместился целый подводный город с замком Ронана посередине. Город был надежно защищен от любого вторжения, потому что попасть в него можно было только, спустившись по природному колодцу-кратеру, находящемуся недалеко от поверхности воды, или же через лабиринты в стенах вулкана. Но каждый вход – и сверху в кратер, и в лабиринты – усиленно охранялся. Горожане жили в домах, устроенных, как и в городе Годлака, в скалах, а на самом на дне кратера была огромная площадь, на которой стоял небольшой замок младшего брата короля.

Дядя благодушно встретил племянницу, хотя они виделись совсем недавно, на праздновании дня рождения Ланики. Но там принцесса была очень занята гостями, и у них не было времени нормально пообщаться.

А затем побег Ланики и весь этот переполох в замке… Ронан принял участие в поиске любимой племянницы, и как только она была найдена, младший брат короля вернулся в свой замок. Но все же его очень интересовала тайная свадьба принцессы. Не сказать, чтобы он защищал Ланику, но все же был восхищен отважным поступком девушки и желал как можно скорее расспросить об ее избраннике. Ронану было интересно, кто же смог украсть сердце его принцессы.

Но письмо от брата, которое ему передал прибывший с Ланикой начальник ее охраны, вынудили Ронана прервать разговор и в срочном порядке заняться делами. А вскоре из замка выплыла группа вооруженных воинов, возглавляемых младшим братом короля Годлака.

Глава 23

Глава 23

Ланика разместилась в одной из комнат замка, которую ей любезно предоставила немолодая русалка, исполнявшая обязанности хозяйки замка – ведь младший брат короля Годлака, Ронан, пока еще не женился.

Расположившись в покоях, Ланика попросила Вионию привести ее в порядок, и фрейлина принялась расчесывать длинные пряди прекрасных волос принцессы, которые запутались после долгого пути. Ланика помогала ей, расчесывая свои волосы с другой стороны. Движения принцессы были резкими, хаотичными, она просто не могла усидеть на месте. И в какой-то момент она отбросила щетку в сторону и вскочила с пушистого пуфика.

– Все, я так больше не могу! Я должна действовать и действовать немедленно, – заявила она изумленной фрейлине.

– Ваше высочество, вы хотите сбежать сегодня?!

– Да, и немедленно! Я просто зря теряю время. Киан где-то там, а я тут сижу. Может, с ним что-то случилось, может, он меня ищет, может… – Ланика плавала по комнате, не находя себе место. Затем она остановилась и медленно подплыла к Вионии. Принцесса взяла подругу за руки и заговорила:

– Виония, ты моя единственная верная подруга. Ты всегда была со мной и поддерживала меня даже с риском для себя. Но сегодня нам предстоит расстаться. Я не могу больше подвергать твою жизнь опасности. Это моя судьба, мои поступки, и только я должна за них отвечать. Я хочу, чтобы ты покинула замок дяди и уплыла так далеко, насколько это возможно. Может, Бренне будет угодно, и мы еще встретимся, но сейчас я с тобой прощаюсь.

Конечно, преданная подруга не хотела покидать ее, но Ланика настояла, сказав, что на этот раз король Годлак не простит Вионию. Принцесса отдала плачущей фрейлине все свои золотые монеты, а также украшения и наряды. С таким богатством Виония могла поселиться где-нибудь в отдаленном месте и жить в достатке всю свою жизнь. Плюс к этому, Ланика написала дарственную, в которой говорилось, что принцесса даровала все это своей фрейлине за долгую и преданную службу. В конце письма принцесса поставила свою печать. Затем она со слезами на глазах обняла свою верную подругу и, пожелав ей счастливого и безопасного пути, проводила до выхода.

После этого Ланика со всей скоростью поплыла в сторону конюшни, где все это время находился ее великолепный конь. Ворвавшись туда, девушка тут же уцепилась за Лукко, который подскочил вверх и бросился вон из конюшни. Это великолепное животное подчинилось девушке, как только она за него ухватилась, и теперь, словно читая ее мысли, двигалось именно туда, куда стремилась Ланика. Казалось, они с принцессой были созданы друг для друга.

Поднявшись к выходу их кратера беглецы наткнулись на двух молодых стражников. Они поклонились королевской дочери, но преградили ей путь. Хотя принцесса и была красива, все же их, как настоящих воинов, больше заинтересовал конь – ведь они лишь недолго смогли им полюбоваться, когда Ланика прибыла в город. Каждый из них в этот момент сам мечтал управлять таким конем, как Лукко, но единственное, что они могли себе позволить, так это полюбоваться им со стороны.

Ланика заметила восторг и трепет на лице русалов и тут же воспользовалась этим.

– Это подарок от отца моего будущего мужа, и я хочу покататься на нем, – высокомерно и холодно улыбнувшись, произнесла принцесса.

– Ваше высочество, при всем уважении, по приказу вашего дяди, мы не можем выпустить вас из замка на ночь глядя. Вам лучше вернуться обратно, – нерешительно произнес один из молодых воинов.

– Как ты смеешь указывать дочери короля, что для нее лучше? Сейчас же пропустите или будете иметь дело с моим отцом! – приказала она, сверля стражников глазами.

Попасть в немилость короля Годлака и своего господина Ронана им совсем не хотелось, и стража уступила принцессе.

Как только Ланика оказалась за стенами, она несколько раз пронеслась вдоль скал, желая показать стражникам, что всего лишь проверяет способности своего коня, которому нужен простор для разгона. В последний раз Ланика вернулась к кратеру, а затем, развернувшись, как обычно поплыла прочь, но теперь уже безвозвратно. С каждым метром скорость Лукко увеличивалась. С каждым метром Ланика все дальше и дальше удалялась от замка дяди. Теперь ее уже никто не остановит, ведь она неслась прочь со всей скоростью, на которую был способен ее верный друг.

Отплыв достаточно далеко, девушка остановила Лукко, решительно сняла корону и закинула ее в коралловые заросли. Подарок Найды, браслеты и ракушку для вызова дельфинов, которая всегда была при ней, Ланика оставила. Немного поразмыслив, она решительно распустила волосы, вынула небольшой кинжал, висевший на поясе, и, тряхнув головой, ухватила большую прядь. Быстрый взмах руки – и прядь поплыла в сторону от Ланики. Сердце защемило от мысли, что она расстается со своей гордостью – длинными волосами. Но она знала, что не принеси она этой жертвы, и ее могут быстро найти, узнав по волосам. Еще несколько быстрых движений рукой, и исчезла принцесса Ланика. Теперь ей было гораздо легче плыть, и девушка помчалась к дому Найды. Ведь только та могла сказать, где искать Киана.

Глава 24

Глава 24

…Эрлин, Найда, группа воинов короля Годлака, дельфины и стая светящихся морских ангелов спешили на помощь Киану. А им навстречу в то же самое время в замок несся Орлакк со своими монстрами. Чтобы дать возможность своим воинам покинуть спасительный мрак пещер, старый маг заклинаниями затянул небо грозовыми тучами, и ни один лучик солнца не мог сквозь них пробиться. Подводные жители, завидев приближающихся во мраке чудовищ, в панике расплывались в разные стороны.

Отряду Эрлина и Найды пришлось сделать огромный круг, чтобы не столкнуться с армией Орлакка. Ведь их задача была – освободить Киана и как можно быстрее поспешить на помощь Годлаку.

Уже в темноте их небольшой отряд подплыл к долине, где находилось кладбище затонувших кораблей. Огромная стая морских ангелов зависла над печальными останками когда-то гордых и могучих судов, ярко осветив их своим сиянием. Все оставшиеся там злобные твари попрятались кто куда, не в силах вынести этот свет. Дельфины оказались правы, сообщив, что осьминогие боятся яркого света, и что только благодаря этому им удалось оторваться тогда от погони. Наверняка, заполучив замок Годлака, Орлакк под каким-нибудь предлогом избавился бы от полчищ так ненавистных ему морских ангелов, чтобы спокойно заменить стражу Годлака на своих уродливых осьминогих.

Однако на более крупных хищников свет этих маленьких существ не имел никакого эффекта. И продвигаясь вдоль угрожающе нависших скал, воины короля Годлака и дельфины время от времени вынуждены были отбиваться от атак акул и огромных осьминогов, то тут, то там появляющихся из своих укрытий.

Эрлин, настороженный и чуткий, не отплывал от Найды ни на метр. Держа меч наготове, он ограждал ее от внезапно появляющихся хищников.

Наконец, преодолев этот нелегкий путь, они предстали перед входом в пещеру Орлакка. Морские ангелы ринулись внутрь и осветили все темные углы и закоулки. Вслед за ними стремительно ворвались воины короля.

В подводном мире сокровища затонувших кораблей никого не могли бы удивить, но такое огромное количество золота и драгоценностей, которое русалы увидели в сокровищницах мага, вызвало у них справедливый гнев, такой же, как и у Киана. Но сейчас им было не до этого. Воины короля метр за метром проверяли все лабиринты.

И вот наконец была найдена темница, где находился Киан. Проход был завален валунами, через которые могли проплыть только рыбы или тоненькая русалка. Как только морские ангелы просочились среди валунов, Найда приникла к небольшой щели между камнями и увидела Киана. От его вида у русалки сжалось сердце. Ее сын, бледный, без признаков жизни, лежал на каменной плите… Нет, Киан не умер и не спал – он вспоминал свою жизнь. Это единственное, что оставалось ему делать в этой всеми забытой мрачной темнице.

Размышления узника прервала какая-то возня снаружи, но он, даже не повернул головы.

– Киан! – позвала Найда сына.

Но он не обратил внимания на женский голос, решив, что все это ему мерещится.

– Киан! – крикнула она уже громче.

Молодой русал, наконец, открыл глаза и, повернув голову, с удивлением уставился на завал.

– Толкайте! – приказала русалка воинам.

И они сразу же принялись за дело. Но все было бессмысленно – огромные камни так и не удалось сдвинуть с места. Осмотрев завал со всех сторон еще раз, Найда нашла место, где она могла бы протиснуться. И после некоторых усилий ей удалось проникнуть внутрь. Она остановилась в двух метрах от Киана, который уже сидел на каменной плите. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, ведь Найда впервые видела сына в таком состоянии. А Киан никогда не видел мать такой прекрасной – ведь Найда помолодела на много лет. Он узнал ее голос, но не верил своим глазам. Наконец губы молодого русала разжались, и он едва слышно прошептал:

– Мама?

Найда тут же кинулась к сыну, села рядом и обняла его.

– Да, мой милый, это я… – выдохнула она, плача от радости и гладя Киана по волосам. – Прости, что меня не было так долго. Не волнуйся, с твоей Ланикой все в порядке, и скоро вы сможете встретиться.

Молодой русал был не в силах произнести ни слова. Волна мыслей нахлынула на него, слишком невероятным ему все казалось. Он еще не совсем верил своим глазам. Какое-то время они просто молчали, но голос Эрлина за валунами привел их в чувство.

– Найда, мы должны спешить. Еще неизвестно, что там с Орлакком.

Мысль о старом маге сразу подтолкнула русалку к действиям. Оставив Киана, она принялась осматривать стены мрачной камеры. Под самым потолком находилось окошко. Решетка на нем за долгое время настолько покрылась моллюсками, что проточная вода и свет совсем не проникали внутрь. Это и подкосило такого сильного и выносливого воина, как Киан. Юрвин постарался на славу, выбрав самую худшую камеру, в которой была стоячая вода, и она любого крепкого русала делала немощным за считанные часы.

– Тут есть только небольшое окно! – крикнула русалка Эрлину. – Но оно с решеткой и совсем заросло молюсками. Трудно сказать, куда оно выходит.

– Для начала надо расчистить прутья, а потом сможем это выяснить, – ответил Эрлин и передал Найде небольшой меч.

Русалка тут же принялась за дело, одновременно рассказывая Киану про то, что король Годлак все знает и больше не собирается выдавать принцессу за Юрвина. И чтобы защитить свою дочь, он отправил Ланику в замок брата. Найда надеялась, что эта новость обрадует сына, придаст ему сил и вселит в него надежду. Сама же при этом едва сдерживала слезы – ее переполняли противоречивые чувства: сильное беспокойство за состояние Киана и огромная радость от встречи с ним.

И это казалось сработало. Киан посмотрел на мать изумленными глазами. «Неужели сработало! – пронеслось у него в голове. – Похоже теперь у него есть все шансы получить руку Ланики!». Ошеломленный, русал тут же попытался поднятся в полный рост, но все же он еще был слаб и не смог удержаться – качнулся и снова опустился на каменную плиту.

– Ты действительно навела чары на жену короля? – спросил он пристально глядя на мать..

– Да, это моих рук дело, – Найда посмотрела на сына. – Но чары действуют только тогда, когда двум любящим сердцам суждено быть вместе. Когда между ними действительно может вспыхнуть сильное чувство, но они по каким-то причинам сопротивляются, сами не понимая того, что они предназначены друг другу свыше и им уготовлено счастливое будущее. Лайра не стала бы вас соединять, если бы вы не принадлежали друг другу по воле Бренны.

– Почему же ты мне сразу все не рассказала о нас с Ланикой?

– Я не могла, это была твоя судьба, Киан. Никто из моих сестер не вправе вмешиваться в чью-то судьбу. Разве только немного помочь… совсем немного.

Найда замолчала и последними усилиями сбросила вниз оставшиеся ракушки. Как только окно было полностью расчищено, в камеру тут же стала поступать более свежая вода, придавшая Киану сил.

– Ты думаешь, мы сможем выбраться через это окошко? – спросил он.

– Другого пути нет. Свет наших маленьких друзей поможет воинам найти твою камеру с той стороны, – пояснила Найда. – Мы вытащим тебя.

И в ту же секунду морские ангелы один за другим начали выплывать наружу.

– Держи, – Киан протянул Найде браслет.

Не в силах произнести ни слова, Найда смотрела на столь дорогую для нее вещь. Ведь она столько времени его не видела, столько времени надеялась, что когда-нибудь он к ней вернется. Русалка взяла браслет, и, подержав какое-то время в руках, медленно с трепетом надела его и подняла браслет до предплечья. Однако, к ее большому сожалению, она ничего не почувствовало, что сообщило бы ей о вернувшихся магических силах. Браслет утратил их! Не желая показывать своего разочарования, Найда улыбнулась Киану и ласково погладила его по щеке.

Наконец с наружной стороны в окне показалось лицо одного из королевских воинов. Он передал русалке конец прочной морской лианы, которую они захватили по дороге. Найда протащила ее внутрь, обмотала ею несколько прутьев и вернула концы наружу. Как только дело было сделано, она повернулась к сыну.

– Ты покинешь камеру первым.

– Я не поплыву без тебя! – возразил Киан.

– Не беспокойся за меня, обо мне позаботится Эрлин. Нет времени на споры. Как только решетку вынесут, ты должен будешь немедленно выбраться отсюда – мы не знаем, сколько у нас есть времени. Орлакк со своей стаей сейчас несется к замку… И нам нужно спешить обратно на помощь королю.

В конце концов Найде удалось убедить Киана. Эрлин подал знак, и удерживая концы лианы, резким рывком дельфины вынесли оконную раму.

Молодой русал едва протиснулся через небольшое окно и был тут же подхвачен воинами, которые помогли ему вылезти полностью. Найда, убедившись, что ее сын благополучно выбрался и находится в надежных руках, с облегчением вздохнула и последовала следом за ним. Там ее уже встречал Эрлин.

Наконец, собрав всех воинов, они тронулись в обратный путь. Но им не удалось отплыть далеко. В то время, как русалы освобождали Киана, вокруг них начали собираться кубомедузы – это были медузы невероятных размеров. Не много найдется смельчаков, способных с ними сразиться. Яд этих медуз был во много раз страшнее, чем у их небольших сородичей. А извивающиеся щупальца – гораздо длиннее.

Спасатели вместе со спасенным попали в окружение. Отряд все больше оттеснялся к одной из скальных стен, под уступами коротых можно было укрыться. Несколько воинов сильно пострадали от длинных ядовитых щупальцев, которых у каждой медузы было не меньше пятидесяти, и они свисали словно гирлянды, через которые было невозможно проплыть, не повредив себя.

Найда не могла сражаться, как воины, но помогала им, используя свои магические силы. Она создавала волну, которая откидывала медуз от русалов, но эти монстры все равно теснили русалов к стене скалы. По одному, друг за другом, уворачиваясь от смертоносных нитей, русалы двигались вдоль стены, в поисках выхода.

В этот момент Найде пришла в голову идея. Передав дельфинам лиану, уже несколько уставшая, русалка собрала все свои силы и в последний раз отчаянно послала волну. Видимо, ее отчаяние было так велико, что эта волна откинула всех медуз сразу: они вращались вокруг себя в беспорядочном движении, в то время как дельфины шныряли между ними и затягивали лианой петлю, связывая медуз вместе за их щупальца. Некоторых медуз сразили воины короля Годлака, и их неподвижные тела одно за другим замирали, опускаясь в темную бездну ущелья. Это было еще то зрелище – монстры были похожи на огромные бусины, собранные на морские лианы. Их смертельные щупальца обрывались и безжизненно обвисали на уступах скал. Вскоре все было кончено – страшные монстры были обезврежены навсегда.

Придя в себя от пережитого, вся группа поспешила обратно в замок на помощь королю Годлаку.

Глава 25

Глава 25

…Когда воины Орлакка вернулись с вестью, что так и не смогли схватить дельфинов, приплывших вместе с Кианом, старый маг впал в ярость. Он прекрасно понимал, к чему это может привести – если книга с заклинаниями дойдет до Годлака, все планы, которые маг так тщательно готовил столько лет, провалятся. Кроме этого, Орлакк не имел еще всех тринадцати браслетов Избранных, и его магических сил было недостаточно, чтобы сделать своих воинов абсолютно непобедимыми, как он и хотел. Все как один они не переносили света. Именно поэтому их никто никогда не видел, так как осьминогие выходили на охоту только по ночам. Однако благодаря умению мага управлять стихиями, например, затянуть небо грозовыми тучами, они могли передвигаться, не опасаясь света тогда, когда это было нужно Орлакку.

Старый маг не обманывал себя – он знал, что жители подводного мира его не любят, но побаиваются. В случае открытого противостояния не только русалы, но и остальные обитатели королевства встанут на сторону Годлака. Орлакк мог поплатиться за свои деяния жизнью или изгнанием из королевства навечно, если потерпит поражение.

Маг рвал и метал, выкрикивая проклятия на всю пещеру. Теперь ему ничего не оставалось, как молниеносно атаковать замок. «Хватит церемониться, пришло время действовать, – думал он. – Хорошо, что я так ловко сумел захватить одного их лучших воинов Годлака. Этот негодный мальчишка на самом деле один мог бы противостоять нескольким моим воинам в открытом бою».

…Под огромной грозовой тучей, которая покрыла мраком поверхность моря, осьминогие во главе с Орлакком и его отпрыском плыли в сторону замка короля Годлака. Но самое страшное было то, что старый маг с помощью магического заклинания заставил гигантского спрута – кракена – подчиняться ему.

***

Никогда еще подводные жители не видели, чтобы в мгновение ока день превратился в глубокую ночь. Разве что в тех случаях, когда случалось полное солнечное затмение… На замок короля Годлака надвигалась огромная туча мрака, через которую не проникал ни один луч солнца…

В королевском замке полным ходом шла подготовка к встрече с непрошенными гостями. Из замка Ронана прибыло подкрепление. Воины младшего брата короля, получив инструкции от Велэя, влились в ряды королевской гвардии.

До Годлака уже дошла весть о приближении огромной стаи осьминогих во главе с Орлакком, и он, в сопровождении верных стражей, поспешил в оружейную комнату. Там на отдельной стене висели королевские доспехи. Годлак приказал слугам помочь ему надеть их, и вскоре те уже застегивали на короле широкий боевой пояс с узорчатой пряжкой, украшенной кроваво-красным рубином. Затем двое из них подали королю, еле удерживая, его огромный меч, на рукоятке которого был изображен морской конь с глазами из драгоценных камней редкой красоты.

Вознеся молитву богине и покровительнице Бренне, Годлак направился на конный двор, где его ожидал верный конь. Король ухватился за своего боевого друга и вместе с отрядом воинов покинул замок. Он остановился у городской стены, где уже находилась его армия. Со всех сторон в нее все еще продолжали вливаться новые отряды защитников замка.

Конь Годлака неистово выпускал из ноздрей струи воды, готовый ринуться в бой. Но король ждал. Казалось, все вокруг замерло, даже вода.

Наконец, после некоторого ожидания, вдалеке показалось полчище осьминогих, которое неумолимо приближалось. Впереди них, ухватившись за гигантского спрута, плыл Орлакк.

Король Годлак поднял руку вверх и застыл – он ждал нужного момента. И вот он резко опустил руку вниз, подавая знак дельфинам, находящимся рядом с ним. Те тут же сорвались с места и ринулись навстречу врагу. Дельфины пронеслись на большой скорости прямо над огромными полями морских ангелов, почти касаясь их. Мощная волна подняла вверх мириады крошечных светящихся обитателей морского дна.

Орлакк и его армия осьминогих столкнулись со слепящей стеной из несчетного множества морских ангелов, освещавших все вокруг. Ровный строй ослепленных вражеских воинов разбился, и теперь они хаотично плавали, пытаясь выбраться из этой стены света.

Зная, что морские ангелы не могут долго удерживать атакующих, Годлак поднял меч и с боевым кличем понесся на врага. Вслед за ним в атаку бросилась его армия. А со стороны скал на армию осьминогих ринулись воины Ронана с одной стороны и воины под руководством Велэя с другой.

Беспощадно разя врага, Годлак пробирался к Орлакку. Ярость короля не знала границ! Предательство мага вызвало в нем неистовые силы. Король мог многое простить, но не подлое предательство!

Увидев Годлака, от меча которого осьминогие один за другим беспомощно опускались на дно, Орлакк поднял кверху руки и начал выкрикивать заклинания. Он вызвал водовороты, которые носились по полям вдоль городских стен и затягивали внутрь всех, кто попадался на их пути.

Все смешалось в единый клубок: морские ангелы, королевские воины, рыбы, оказавшиеся рядом, и даже некоторые осьминогие, не успевшие отплыть на безопасное расстояние. Все летали из стороны в сторону, не в силах остановиться. Каждый хватался за что мог, но вихрь срывал их с мест и кружил в страшном водовороте.

Одной рукой Годлак пытался удержать коня, другой цеплялся за уступ скалы. Изо всех сил он старался справиться со своим испугавшимся водоворотов конем, но в конце концов был вынужден отпустить поводья, и его конь быстро скрылся с глаз. В городе началась паника.

Наконец хорошенько потрепав воинов короля, а вместе с ними и некоторых своих, старый маг раскинул руки в стороны и послал мощную волну, разбросавшую все водовороты по сторонам, вместе с затянутыми в них русалами, осьминогими и другими существами и предметами. Путь к замку для нападавших был практически расчищен.

Давно Орлакк ждал этого момента! И наконец – вот он, королевский замок, как на ладони! «Еще бы! С такой армией и с практически абсолютной магической силой никто не сможет мне противостоять!» – думал он. Правда для того, чтобы магическая сила Орлакка стала абсолютной, ему еще предстояло завладеть остальными браслетами Избранных, но это уже его не очень беспокоило.

Орлакк самодовольно улыбнулся, погрузившись в свои мечты, а потом в сопровождении своих воинов двинулся к замку. Но тут он заметил, как воины Годлака, придя в себя, снова бросились на осьминогих. Гигантский спрут сражался с группой русалов, а король Годлак, один, без охраны, беспощадно разил осьминогих.

Обрадовавшись возможности застать Годлака без охраны, оскалив зубы, Орлакк бросился на короля. С огромной силой маг нанес первый удар мечом. Затем последовал еще и еще один. Два воина одинаково могучего телосложения сражались у всех на глазах с неимоверной яростью. Они носились вдоль скалистых стен, мощными ударами меча отсекая огромные каменные куски, которые падали вниз, вызывая завихрения потока. Затем незаметно для себя они переместились в центр города, где носились вокруг статуи Бренны, нанося друг другу удары чудовищной силы. Ни Годлак, ни старый маг ничего не видели вокруг себя. Их мечи отражали свет немногочисленных морских ангелов и, соприкасаясь, высекали искры.

Вода помутнела и сильно бурлила. То и дело на дно опускались безжизненные тела русалов или осьминогих. Бедные жители города в панике попрятались кто куда. Некоторые из них были посмелее и приходили на помощь воинам короля, когда представлялась возможность.

Видя, как на глазах рушится все, что было ему так дорого, Годлак почувствовал, что его накрывает неуправляемая жажда расправы – он не мог оставить безнаказанным предательство Орлакка! Подумать только – он собирался выдать свою единственную, горячо любимую дочь за сына этого предателя и негодяя!

***

Между тем Юрвин, пробравшись в замок, обыскивал его в поисках Ланики. Отец приказал ему найти принцессу. По-хорошему или по-плохому, но она должна стать женой Юрвина, решил Орлакк. Кроме того, захватив принцессу, старый маг смог бы вернуть себе не только книгу с заклинаниями, но и потребовать корону.

Не зная, что Ланики давно уже не было в замке, Юрвин несся по коридорам со всей скоростью. Завернув за очередной поворот, он остановился как вкопанный – перед ним стоял Киан, который подоспел к сражению и успел заметить сына Орлакка, пробирающегося в замок.

«Не может быть, он же должен быть в темнице!» – промелькнуло в голове ошеломленного негодяя.

Соперники стояли на некотором расстоянии друг от друга.

– Ну вот, мы и встретились! – произнес Киан, зловеще улыбаясь и с силой сжимая рукоять меча. – Давно я ждал этого момента…

– Этого не может быть! – с ненавистью выпалил Юрвин. – Ты должен был сгнить в той темнице!

– Ну, как видишь, я тут… – откровенно насмехаясь над противником, произнес Киан. – А если ты не веришь, то я готов доказать прямо сейчас, что у меня еще найдутся силы, чтобы открутить тебе голову за то, как ты мне досаждал все эти годы, да еще и на мою жену позарился.

– Ты ничтожная выскочка, без рода, без имени, – закричал ему в ответ Юрвин. – Ты что думаешь, король Годлак отдаст тебе руку принцессы и впоследствии ты станешь королем?! – он злорадно захихикал.

– Насчет меня еще посмотрим, а вот тебе теперь уж точно не светит место на троне… – произнес Киан. – Ты думаешь, я позволю вам с отцом захватить замок?! Из этого коридора ты отправишься либо в темницу, либо в погребальную раковину… Ты же давно хотел со мной расправиться. Так что же, давай, попробуй! Только ты и я, и никаких твоих подхалимов и папочки, без которых ты даже сопли самостоятельно вытереть не можешь.

Глаза Юрвина налились ненавистью, но в душе у него все затрепыхало от страха. Он всегда боялся Киана и ненавидел за то, что тот во всем превосходил его. Именно поэтому сын Орлакка так старался при всех унизить и оскорбить Киана. Но сейчас слова молодого русала взбесили Юрвина так сильно, что ярость перекрыла чувство страха. Словно лишившись рассудка, он выхватил меч и кинулся навстречу сопернику.

Они сцепились в схватке. Юрвин бил мечом наотмашь, слепая ярость заставила его позабыть все уроки владения боевым оружием. Судя по тому, как он бился, его разум явно был помутнен. Два русала носились по коридорам замка, по залам, под потолком, между колон и с особой жестокостью наносили друг другу удары. Звуки металла разносились по всему замку. Юрвин все никак не сдавался, видимо, ненависть придавала ему сил. Но Киан всегда отличался самообладанием, и именно это в конце концов помогло ему. Несколькими ловкими движениями ему удалось оттеснить Юрвина к стенной нише. И в тот момент, когда сын мага замешкался, Киан выбил из его рук меч и что было сил ударил хвостом, впечатав противника в узкую нишу, из которой тому уже было не выбраться. Битва была окончена… Но только для них.

…Поединок короля и мага еще не закончился. Оба воина были достаточно сильны. Но король Годлак несмотря на возраст все еще продолжал упражняться в боевом искусстве, в то время как Орлакк рассчитывал больше на свои магические силы, чем на способность владеть мечом. И как оказалось, магия действительно придавала ему сил – он все больше одолевал своего противника.

Король Годлак уже из последних сил отбивал удары. Улучив момент, он огляделся и увидел, как осьминогие все больше одолевают его воинов, которым было трудно сражаться в полутьме, ведь Орлакк разогнал практически все светящиеся существа.

У Годлака промелькнула мысль: «Неужели это конец?!» Он чувствовал, как теряет силы и вот-вот будет сражен. Но вдруг откуда ни возьмись за спиной Орлакка показалась Лайра. Следом за ней плыли остальные Избранные, среди них была и Найда…

…Надо было видеть, с какой скоростью после спасения сына она неслась обратно в замок. Даже Эрлин едва поспевал за ней. Если бы не дельфины, которых они решили взять вместо морских коней, то, возможно, они и не успели бы прийти на помощь королю…

Лайра подала знак, и со всех сторон к магу стали подплывать русалки, окружая его и все сильнее смыкаясь вокруг. Наконец они взялись за руки, тем самым создавая неразрывную цепь. Нарастающим голосом они повторяли старинное заклинание «Ледяная тюрьма», которое должно было остановить Орлакка – и оно подействовало!

Как только движения старого мага стали замедляться, Годлаку удалось выбить меч из его рук. В последний момент маг попытался вызвать очередной водоворот, но тело его уже не слушалось, и он так и застыл с поднятыми вверх руками. Его отяжелевшее тело камнем опустилось на дно, зарывшись в песок.

Казалось, Орлакк превратился в поверженную статую. Его мечта осуществилась, правда, не совсем так, как он хотел. Теперь его застывшее тело лежало на городской площади у ног статуи Бренны, и только его глаза могли беспомощно смотреть на происходящее вокруг него.

Не теряя ни секунды, русалки одна за другой подплыли к Орлакку и по очереди сняли с его рук свои браслеты. Браслет самого мага забрала Найда, так как Избранные решили, что Орлакк недостоин носить браслет Бренны. С затаенной надеждой каждая русалка надела свой браслет… но ничего не произошло, так же как и тогда, когда Найда одела свой. Ничего не понимающие русалки недоуменно переглядывались. И только Лайра поняла, в чем дело.

На груди Орлакка всегда висел древний камень. Именно в нем теперь заключались объединенные силы браслетов Избранных. Каждый раз, когда старый маг завладевал очередным браслетом Бренны, магическая сила переходила в этот камень. Орлакку не пришлось бы носить все тринадцать браслетов, когда он ими завладеет – их сила объединилась бы в камне. Браслеты же старый маг носил лишь для отвода глаз.

Как только Лайра догадалась, в чем дело, она тут же, несмотря на то, что Орлакк, пытаясь помешать ей, устрашающе вращал выпученными глазами, сорвала с шеи мага магический камень и одним движением разбила его. Рубиновые брызги разлетелись далеко в разные стороны. Их яркие искры долетели до Избранных. И в то же мгновение магические силы вернулись к русалкам, которые сразу же это почувствовали. Их счастливые лица были этому подтверждением. Они оглядывали друг друга, понимающе улыбаясь.

Нет, внешне они не изменились, ведь красоту и молодость Орлакк отнял только у Найды. Но каждая из них ощутила прилив волшебных сил, узоры на их телах восстановились, а окружающим их воинам показалось, что вокруг этих русалок на миг появилось и исчезло какое-то сияние. Все радовались наконец восторжествовавшей справедливости.

И только ярости Орлакка не было предела. Его глаза были наполнены смертельной ненавистью и злобой. Теперь все его планы и будущее его сына были перечеркнуты! Он прибыл в замок короля Годлака, ощущая себя чуть ли не его новым владельцем. А что теперь? Унижение, заточение или изгнание? А можеть быть – смерть?!

Король Годлак подал знак, и стража подняла «статую» Орлакка и поволокла в темницу, где ему предстояло провести остаток своих дней. Жители города стали приходить в себя. Грозный мрак над городом стал рассеиваться – это теплые лучи утреннего солнца проникли в морские глубины. Они осветили стены замка и, несколько оставшихся осьминогих в панике бросились врассыпную, выискивая темные уголки, чтобы забиться туда.

Но, как оказалось, это был еще не конец. Гигантский спрут, который прежде подчинялся заклинаниям Орлакка, теперь действовал по своему усмотрению. Он носился вокруг замка, то и дело отлавливая всех, кто не успел скрыться. Кроме того, стая акул начала собираться над замком в поисках добычи, словно стервятники, которые жили на суше.

Не теряя ни минуты, под всеобщие «ахи» и «охи» Найда поднялась на открытое пространство. Над ее головой вилась стая акул, под ней находился королевский замок. Широко раскинув руки, русалка во весь голос прокричала короткое заклинание. Все замерли, не понимая, что она собирается делать. И тут все увидели, как из-за скалы к ней навстречу несется гигантский спрут.

Жители города ахнули в ужасе. Но к их всеобщему удивлению, тот остановился прямо перед русалкой. Она положила на его голову руку, словно это был ее верный друг. Так они постояли секунды три, а затем спрут взмыл вверх и одну за другой начал хватать акул, с огромной силой кидая их на скалы. Вода над замком снова забурлила. Там, наверху, происходила жестокая схватка, заставившая замереть все живое вокруг. Никогда подводный мир еще не видел такого зрелища. И, похоже, еще не скоро увидит. Но многие услышат, так как этот день в истории подводного королевства останется навсегда в Книге легенд.

Когда все закончилось, король Годлак приказал немедленно отправиться за Ланикой – теперь он мог рассказать дочери обо всем, что произошло. Вернувшись в замок, Годлак устало опустился на свой трон. Все-таки тяжелая выдалась битва! Но, слава Бренне, закончилась она хорошо…

Итак, Орлакк и Юрвин находились в темнице. Велэй лично выбрал для них самые мрачные камеры. Он был страшно зол на мага и его сына, да и на себя тоже – ведь он так ошибался в них! Начальник королевской стражи был предан своему королю и очень переживал, когда несчастья одно за другим сваливались на королевство. Велэй очень надеялся, что после свадьбы принцессы с сыном мага дела королевства улучшатся, а самое главное – под защитой Орлакка отважные королевские воины перестанут понапрасну погибать. Но он даже не мог и предположить, что все эти несчастья – дело рук старого мага.

***

Действие заклинания, которое остановило Орлакка, уже закончилось… Вначале старый маг попытался применить свою магию, надеясь, что она у него еще осталась. Но все было тщетно. От злобы и бессилия он начал метаться по камере, то и дело бросаясь на тяжелую дверь в надежде выломать ее. Но даже это было ему уже не под силу.

Устав от бесполезных попыток, Орлакк прильнул к окну с решеткой. Он высматривал кого-нибудь, с кем можно было бы договориться за немалую плату… Не может быть, чтобы никто не польстился на золото и драгоценности!

Но за долгие часы мимо окна так никто и не проплыл.

Орлакк понемногу стал остывать – он решил обдумать свое положение более спокойно… Ведь должен же быть какой-то выход! Одновременно с этими мыслями старый маг стал внимательнее оглядывать из зарешеченного окна местность вокруг темницы.

Окно выходило на широкую пустошь, за которой виднелись невысокие холмы с густой морской растительностью. В этом пейзаже было что-то знакомое Орлакку. Он нахмурился и попытался вспомнить, почему эти места ему так знакомы. И тут его пронзила мысль: ведь это то самое место, где когда-то он, еще будучи молодым и не совсем опытным магом, погубил одну красивую русалку, пробуя на ней свои магические силы. Тогда ему это сошло с рук, так как об этом никто не узнал – все решили, что красавица просто отправилась на очередную прогулку и могла стать жертвой хищных акул.

И до сих пор никто так и не узнал о содеянном. Со временем Орлакк просто забыл о том, что произошло на этой пустоши, но теперь он с ужасом думал, что если не выберется отсюда, то остаток своих дней ему предстоит провести, глядя на эту место и вспоминая о совершенном им злодеянии…

Глава 26

Глава 26

…Да, битва в этот день выдалась тяжелая для уже немолодого короля… После такой битвы, отдых был нужен не только ему одному.

Подремав немного сидя прямо на троне, Годлак наконец открыл глаза. Было видно, что даже кратковременный отдых пошел ему на пользу. С посвежевшим лицом он подал знак, и тут же в зал вплыли все двенадцать Избранных. Они остановились перед троном. Вслед за ними появились и остальные обитатели замка, включая Киана, которого король попросил пригласить как почетного гостя.

Годлак обратился к Избранным:

– Благодарю вас за великий подвиг – вы спасли наше королевство от гибели и избавили всех нас от ужасной участи, которую уготовил нам коварный предатель Орлакк. Я высоко ценю вашу помощь и в связи с победой в тяжелом сражении объявляю этот день всенародным праздником. Мы занесем сегодняшний день в Книгу легенд и отныне будем праздновать его каждый год. А сегодня вечером я приглашаю вас к себе в замок, где вам будет торжественно вручена достойная награда. В честь сегодняшней победы по всему королевству будут проходить празднества с танцами и гуляниями. Кроме того, почетный пост Хранителя королевства освободился, и нам будет необходимо выбрать нового.

– Ваше величество, благодарю вас от всех Избранных, – произнесла Лайра, отделившись от остальных. – Мы хотели бы, чтобы место Хранителя королевства заняла Найда – она самая достойная из нас. Ведь это она призвала нас на помощь, сообщив о коварстве Орлакка…

Все с энтузиазмом закивали головами в знак полного согласия с Лайрой. Найда улыбнулась им в ответ и посмотрела на Киана, который находился неподалеку. Лицо его выражало абсолютную гордость за мать.

Годлак подождал, пока шум стихнет, и, улыбнувшись, спросил:

– Это мнение всех Избранных?

– Да, ваше величество, – почти хором ответили русалки.

– Быть по-вашему, – согласился король. – Найда действительно достойна этого великого звания.

– Да здравствует король Годлак! – громко закричали все, радуясь такому повороту событий.

Теперь король Годлак посмотрел на Киана и, не произнося ни слова, подал ему знак рукой, чтобы тот приблизился.

Молодой русал подплыл к самому трону и поклонился.

Годлак молча смотрел на юношу, и это молчание стало уже неприятно давить на присутствующих. Наконец король, словно приняв какое-то решение, тряхнул головой и произнес:

– Мы все обязаны тебе за спасение королевства. Благодаря тебе планы Орлакка были раскрыты, и теперь моему народу не придется бедствовать, как прежде…

– Ваше величество, это я очень признателен вам за то, что вы помогли освободить меня, – возразил молодой русал. – Если бы не отряд, который вы так вовремя послали с моей матерью…

– Пустяки, – махнул рукой Годлак. – Ты заслуживаешь высокую награду, Киан – проси, чего хочешь.

– Благодарю, ваше величество, – Киан снова поклонился и продолжил. – Я хотел бы открыть вам, что и в моих жилах, как оказалось, тоже течет королевская кровь. Таким образом я вполне достоин просить руки вашей дочери, что я и хочу сделать сейчас при всех.

Годлак пристально посмотрел на молодого русала. Киан смотрел прямо в глаза королю, и на лице юноши не дрогнул ни один мускул. Они еще долго смотрели бы так друг на друга в этом молчаливом поединке, но вдруг дверь тронного зала распахнулась, и в зал вплыл запыхавшийся стражник. Распихивая всех без разбора, он с искаженным лицом мчался к королю.

Увидев его, Годлак подался вперед, бессознательно выставив перед собой руку, словно защищаясь. Было ясно – что-то случилось.

– Что с тобой? У тебя вид затравленной селедки, как будто за тобой гналась дюжина барракуд? – воскликнул король, с серьезным лицом.

– Беда, мой король! – с трудом проговорил стражник, открывая рот, словно выброшенная на берег рыба.

– Говори! – нетерпеливо приказал Годлак.

– Принцесса Ланика… ее нет в замке вашего брата… стража ее искала… но ее нигде нет… она сказала, что хочет покататься на коне… и не вернулась… и ее фрейлины Вионии тоже нигде нет… мы только что получили это сообщение из замка вашего брата, – задыхаясь, сбивчиво проговорил стражник, посмотрев на Ронана, затем снова на короля.

Годлак оцепенел от охватившего его ужаса, зрачки глаз расширились, а рука судорожно сжала трезубец. Потом он вдруг набросился на бедного русала, который и так был словно ни живой, ни мертвый:

– Ты что стоишь, рыбешка безмозглая!? Немедленно Велэя ко мне!

Стражник тут же выплыл из зала со скоростью выпущенной из арбалета стрелы. И вслед за ним, по приказу канцлера зал покинули все остальные, кроме приближенных короля.

Киан, услышав об исчезновении Ланики, был поражен не меньше короля Годлака. Ведь он знал, что король отправил дочь в замок дяди, где для нее сейчас было безопаснее всего. Молодой русал понимал, что Орлакк вряд ли мог что-то с ней сделать, учитывая то, что старый маг даже не успел попасть в замок. А Юрвина Киан самолично обезвредил в одном из залов замка. Молодой русал вопросительно посмотрел на Эрлина, но тот лишь поджал губы и покачал головой из стороны в сторону. Найда также ничего не могла сказать.

Никто никогда еще не видел Годлака в таком подавленном и разбитом состоянии. Держась обеими руками за голову, он сидел на троне, не замечая ничего вокруг. Годлак был готов рвать на себе волосы от отчаяния и страха за любимую дочь. Перебирая в голове все ужасы, которые за это время могли случиться с Ланикой, он корил себя за то, что оказался таким глупцом, поверив, что она с ее бунтарским характером так просто подчинится его воле. Годлак сожалел о том, что не прислушался к ней, а самое главное – не сообщил Ланике о последних событиях и о том, что изменил свое решение выдать дочь за сына Орлакка.

Теперь, сидя на троне с опущенной головой, Годлак не знал, что делать. Вдруг ему в голову пришла мысль, что, может быть, Киан знает, где Ланика. Может, они договорились встретиться в назначенном заранее месте, как и в первый раз, когда они сбежали к Лайре? Короля все никак не оставлял мысль, что в пропаже дочери замешан именно Киан. Но в тоже время Годлак не мог понять, как им это удалось, ведь все это время Киан находился то в заточении, то с Эрлином, то участвовал в битве, а сейчас находился в зале.

В этот момент тяжелая дверь зала снова распахнулась, и появился Велэй, который после окончания битвы занимался подсчетами потерь и ущерба. Лицо начальника стражи было серьезным и взволнованным. По дороге из военного корпуса ему уже сообщили о пропаже принцессы.

Годлак, грозно сдвинув брови, смотрел на начальника стражи, который отвечал и за безопасность Ланики.

– Когда ты видел мою дочь в последний раз? – резко спросил его король.

– Когда доставил ее в замок, ваше величество, после того, как мы ее нашли. Потом принцесса была под стражей, как вы и приказали, и до отправки в замок вашего брата я ее больше не видел.

– Все понятно, она ослушалась меня, как всегда. Эта упрямая девчонка опять поступила по-своему! – гневно произнес Годлак.

– Может, не все так страшно, и ваша дочь сама скоро вернется? Ей просто захотелось прокатиться на своем великолепном жеребце. Кто же устоит от такого соблазна? – попытался успокоить короля Эрлин, хотя, зная нрав принцессы, и сам в это не верил.

– Ну, я ей задам, когда найду! – воскликнул Годлак. – Она уже больше никогда не увидит своего подарка…

Скулы на лице короля обострились, он словно осунулся мгновенно, а скрежет зубов выдал степень его гнева.

– Ваше величество, позвольте мне взять отряд и отправиться на поиски принцессы, – наконец вмешался Киан. – У меня есть некоторые идеи, где она может сейчас находиться.

– Хорошо, поплывем на поиски вместе, – согласился Годлак.

– Как прикажете, ваше величество, – произнес Киан, склонив голову.

Вскоре из замка выплыли несколько поисковых групп. Впереди одной из них на великолепных морских конях плыли король Годлак и Киан.

***

…Воины короля Годлака обыскали все места: пещеры, ущелья, дом Найды, дом, купленный Кианом, и даже затонувшие корабли, несмотря на то, что там все еще обитали чудовища. Но поиски не дали никаких результатов. Куда же могла деться Ланика за это время?

Годлак был вне себя от страха за дочь, но Киану удалось уговорить безутешного отца вернуться в замок и ждать там – вдруг Ланика вернется домой. Сам же Киан решил продолжить поиски любимой во что бы то ни стало. Он горячо молил Бренну уберечь Ланику от опасностей, подстерегающих девушку в глубинах подводного мира. Велэй и остальные отряды также продолжали искать принцессу.

На пути в замок король думал об Эрлине, его старом добром друге. Несчастный Годлак, как никогда, сейчас нуждался в мудром совете своего канцлера, да и просто в его дружеской поддержке. Поэтому всю дорогу он то и дело поторапливал своих воинов. И как только король вплыл в тронный зал, он тут же призвал к себе канцлера, надеясь, что Эрлин принесет ему утешительную весть о Ланике.

И действительно, у канцлера была новость, касающаяся пропавшей принцессы, но эта новость могла окончательно добить несчастного отца.

– Ваше величество… – начал Эрлин, осторожно подбирая слова, как только появился в зале.

– Говори, – потребовал Годлак, у которого тут же сжалось сердце, а руки, непроизвольно вцепились в подлокотники трона.

– Пока вы разыскивали принцессу, в замок прибыл торговец, – произнес канцлер. – Он просил встречи с королем. Сказал, у него есть что-то особенное для принцессы. Я принял его, так как он всегда приносил много красивых украшений для придворных дам. Но одно из украшений оказалось особенным – это корона принцессы, придворные дамы ее сразу узнали.

– Корона Ланики?! – воскликнул Годлак.

– Да, ваше величество. Купец сказал, что такая вещь достойна самой принцессы. Ведь он не знает, что ваша дочь пропала.

– Где он ее взял?! – закричал король, со страхом ожидая ответа.

– Сперва он молчал, – ответил концлер, – потом заговорил и признался, что корону ему продали. Якобы ее нашли в коралловых зарослях.

– Ланику похитили! – воскликнул Годлак, схватившись рукой за грудь. – Она бы никогда не посмела выкинуть корону.

– Тогда почему похитители не забрали корону, ведь она бесценна, – возразил Эрлин. – Может, принцесса ее просто потеряла?

– Нужно немедленно разыскать этого торговца, а заодно и того, кто нашел корону. Наверняка он видел, куда отправилась моя дочь, – произнес Годлак решительным тоном.

– Торговец упоминал, что держит путь к городу в Туманной лагуне.

– Тогда пошли за ним отряд…

– Этого торговца уже будет не так просто найти, ваше величество, – заметил канцлер.

– Ты прав, мы его уже не найдем… – вздохнул король и обреченно посмотрел на Эрлина.

Неожиданно в зале появился Киан – он вернулся в замок, так как во время поисков Ланики понял, что именно побудило ее сбежать. А в том, что девушка сбежала, теперь молодой русал не сомневался и даже предполагал, где ее можно найти. Но без помощи Найды это сделать было невозможно.

Буквально с порога Киан воскликнул:

– Это я во всем виноват, ваше величество! Не надо было мне отсылать ей письмо!

– Какое письмо? – спросил Годлак, заволновавшись.

– Перед тем, как отправиться к Орлакку, я передал принцессе письмо, в котором сообщал о своем плане встретиться с магом, а затем отправиться на сушу, – с виноватым видом ответил юноша.

– Так вот куда она поплыла! – догадался Эрлин. – Не удивительно, что вы ее обыскались, ваше величество.

– К Орлакку?! О ужас! Она же там сгинет! Там же столько опасностей! – схватился король за голову.

– Не думаю, что она на это решилась бы, – произнес Киан сомневающимся тоном.

– Ее может уже и не быть в подводном мире. Я думаю Ланику надо искать на суше, – заключил канцлер.

– И как же она могла попасть на сушу? – удивился Годлак.

– Ваше величество, если мы не догадались о ее планах сбежать, то откуда же нам знать, что предприняла принцесса Ланика, чтобы отправиться вслед за любимым? – произнес Эрлин.

– О горе мне, горе! – сокрушался несчастный отец.

– Я разыщу ее, ваше величество, даю слово, – уверенно сказал Киан.

– Как?! – недоверчиво спросил убитый произошедшим Годлак.

Молодой русал задумался на какое-то время, но потом его лицо прояснилось.

– Я думаю, что в книге Орлакка среди других заклинаний находится и заклинание, за которым я отправился к старому магу, которое должно было помочь мне вернуться на сушу. Моя мать сказала, что книга сейчас у вас… Вполне возможно, что эта книга каким-то образом попала на глаза Ланике, и она, стремясь найти меня, решила тоже отправиться к людям.

– Принесите книгу сюда! – приказал король.

– Не надо, ваше величество, – послышался голос Найды. Она только что вплыла в зал. – Заклинание, о котором идет речь, – это единственное, что я решила оставить у себя, подальше от чужих глаз. Ведь узнай жители нашего королевства о том, что они могут стать людьми, представьте, какие волнения начались бы во всем подводном мире…

При этих словах лицо Годлака осветилось надеждой.

– Это может значить, что моя дочь все еще в подводном мире, среди нас! – радостно воскликнул он.

– Да, ваше величество, я тоже так думаю. Заклинание надежно спрятано, будьте уверены, – кивнула Найда.

– Тогда где же она может быть?! – вопросительно воскликнул король. – Неужели Ланика все же отправилась к Орлакку следом за тобой, Киан? Помоги мне, Бренна! – с ужасом на лице взмолился Годлак. – Моя девочка могла попасть в водоворот в Долине Зыбучих Песков. Только там мы ее еще не искали…

– Ваше величество, давайте не думать о самом ужасном и надеяться на то, что с принцессой все хорошо, – Найда попыталась успокоить короля.

– Мы будем продолжать искать Ланику! – заявил Киан.

– Верните мне мою дочь, – горестно проговорил несчастный отец.

Киан не мог больше видеть страдания Годлака. Он приблизился к королю и решительно воскликнул:

– Даю слово, ваше величество, я переверну все королевство, но найду Ланику.

И не теряя больше ни минуты, Киан вместе с Найдой поспешно покинули зал. Вслед за ними выплыли остальные, и в зале остались только король и его верный друг канцлер.

Годлак поднялся с трона и начал метаться из стороны в сторону. Но из-за всего пережитого за последние несколько часов силы оставили короля, и он опустился на ступеньки. Слабым взмахом руки Годлак подозвал к себе Эрлина, который тоже уселся рядом с королем перед троном. Так и сидели двое мужчин. Не король и его канцлер, а просто несчастный отец, потерявший любимую дочь, и его старый верный друг.

Эрлин молчал. Ведь отчасти он был виновен в исчезновении Ланики, сообщив принцессе о Киане. Хотя письмо молодого русала скорее всего стало решающим. Наконец немного успокоившись, Годлак спросил:

– Ты знаешь, мой дорогой друг, а я ведь чувствовал, что что-то не так. Я все время чувствовал какой-то подвох в поведении моей дочери. Но я так сильно ее люблю и так порой бывал строг и нечуток в тоже время, что это ослепляло меня. Я закрывал глаза или отмахивался, в то время, когда надо было прислушаться, обратить внимание и разделить чувства своей дочери.

– Ваше величество, чуткость и интуиция свойственна больше женщинам. Не корите себя так. Вы всего лишь русал. Быть хорошим королем не значит быть хорошим отцом. Этому надо всю жизнь учиться. А наши дети растут и умнеют быстрее, чем мы успеваем моргнуть, за ними трудно уследить.

– Ты прав, мой друг, – покачал головой Годлак. – Сдается мне, эта затея с побегом изначально принадлежала не Киану, а моей дочери…

– Почему вы так думаете?

– Как – почему?! Она же была готова разделить участь этого юноши, если я решил бы его казнить!

– Думаю, они оба готовы разделить участь друг друга… – произнес Эрлин.

– Мы должны отыскать мою дочь во чтобы то ни стало! Это из-за моего упрямства все случилось! Я не должен был быть с ней так строг… – сокрушался Годлак.

– У вас еще есть время все исправить, – Эрлин многозначительно посмотрел королю в глаза, кивнув головой.

– Мне горестно это признавать, но у меня такое чувство, что я старею и становлюсь глупее… Собственная дочь обвела меня вокруг пальца два раза подряд… Да я согласен ее отдать за кого угодно, лишь бы муж мог держать ее на привязи. За ней же нужен глаз да глаз! Я уже потерял свою жену из-за ее безрассудного поведения, а теперь могу потерять еще и дочь! Клянусь Бренной, если этот русал ее найдет, я выдам дочь за него замуж, даже если она сама уже передумает. Будет знать, как разбивать отцу сердце! – сердито проговорил Годлак.

Эрлин улыбнулся про себя.

– Да, ваше величество, это будет хорошим наказанием для такой непослушной дочери… – его голос был серьезным, но в глазах играли чертики, а губы кривились, сдерживая смех.

Годлак поднял недоуменный взгляд на друга, увидел, что тот еле сдерживается, понял, что он сам сейчас произнес… И на все пространство тронного зала разнесся оглушительный смех двух старых друзей.

Глава 27

Глава 27

Сбежав из замка дяди, Ланика долго неслась сломя голову на своем коне, ухватившись за Лукко, пока не оказалась у той самой пещеры, где когда-то погибли ее дедушка, бабушка и мать. Перед тем, как отправиться в неизвестность, девушке очень хотелось попрощаться с ними.

У самого входа в пещеру она опустилась на мягкий песок, закрыла глаза и представила свою мать – какой ее запомнила, когда была маленькой девочкой. Ланика просила мать о помощи, тихие слова лились из самого ее сердца.

Так, уйдя в свои мысли, девушка просидела некоторое время… А затем ухватившись за Лукко поплыла к дому Найды.

Добравшись до него, Ланика позвала Найду, но никто не выплыл ей навстречу – русалки дома не оказалось. Тогда принцесса вплыла в дом, надеясь найти хоть какую-нибудь подсказку, где искать Киана. Не имея представления, с чего начать, девушка стала осматриваться вокруг. Она разглядывала многочисленные предметы, которые Найда использовала в своих магических делах: банки, склянки, амфоры, ракушки, стеклышки, палки – все, что русалка собрала за свою долгую жизнь.

Внимание Ланики привлек старый сундук. Он стоял под столом предсказательницы. Девушка выдвинула его и открыла – внутри находилось множество свитков. Вынув один из них, она прочитала надпись – это было какое-то заклинание. Один за другим она стала перечитывать свитки в надежде найти хоть какую-то зацепку. Но все было тщетно.

Расстроенная Ланика опустилась на пол и, чуть не плача, стала закидывать свитки обратно в сундук, а затем налегла на него и стала толкать обратно под стол. Видимо, надежда на то, что в сундуке она найдет что-то нужное, вначале придавала девушке сил, чтобы вытащить его из-под стола, но сейчас этот проклятый сундук казался ей отяжелевшим, по крайней мере, вдвое. Пытаясь сдвинуть его с места, русалка забила хвостом, все больше сгребая песок на полу. Вдруг она почувствовала, что ударилась о что-то твердое. Ланика обернулась и увидела, что от ударов хвоста на полу образовалось углубление, в котором находилась прямоугольная шкатулка с резной крышкой.

Девушка с замирающим сердцем тут же отгребла остатки песка в стороны и достала шкатулку, как оказалось, запертую на ключ. Ланика отстегнула свой небольшой нож и после некоторых манипуляций все же открыла замок. Внутри находился очередной свиток – страница, вырванная из какой-то книги. На первой строчке она прочитала: «Возможность ходить по суше».

Русалка застыла в оцепенении. До этого момента, несмотря на письмо Киана, она все еще сомневалась, что такое вообще возможно, но эта запись подтверждала слова молодого русала.

Через пару секунд Ланика пришла в себя. Одна мысль в ее голове молниеносно сменяла другую. Судя по тому, что заклинание находилось у Найды, получается, что Киан уже побывал у Орлакка, сделала выводы девушка. Значит сейчас он на пути к суше или, может быть, уже покинул подводный мир.

Она углубилась в чтение и не заметила, как к дому кто-то подплыл. Движение воды и возгласы оторвали Ланику от ее занятия, заставив подплыть к окну – Лукко, оставленный снаружи, резвился с дельфинами, носясь вокруг дома. Принцесса обрадовалась возможности воспользоваться помощью дельфинов – ведь ее прекрасный жеребец Лукко был слишком заметен, а плывя рядом с дельфинами, она могла сойти за простую русалку. Не желая больше терять ни минуты, Ланика сняла браслеты и медальон, подаренный Найдой, и, оставив себе только ракушку для вызова дельфинов, написала небольшое сообщение Найде, взяла свиток с заклинанием и в спешке покинула дом. Жалко ей было расставаться с Лукко, но, уже решившись, принцесса привязала животное к длинному подводному корню, простилась с ним, ухватилась за одного из дельфинов и поплыла к суше.

Преодолев огромное расстояние, молодая русалка добралась до берега и с опаской огляделась по сторонам. Вокруг не было ни души. Но Ланике надо было убедиться точно, что рядом нет никого, кто бы мог увидеть ее превращение. Некоторое время она пряталась за лодкой, привязанной к склонившейся в воду ветке, собираясь с духом. Было очень страшно – ведь впервые в жизни ей предстояло оказаться среди людей, да еще и в облике человека. Конечно, как и всем жителям подводного мира, Ланике всегда было очень любопытно узнать, каково это – быть человеком и иметь возможность ходить по земле. Но насколько ей было известно, не было ни одного случая, чтобы кто-то из русалов это сделал. А теперь она могла стать первой жительницей подводного мира, которой довелось свободно ходить по суше.

Наконец, переборов свой страх, девушка достала страницу с заклинанием и пробежала по ней глазами. Затем она произнесла заклинание вслух и, следуя инструкции, вырвала две чешуйки с хвоста и бросила их в воду. В ту же секунду по ее телу побежали мурашки. Ланика почувствовала, как они волной расходятся на две стороны. Еще мгновение – и на ее глазах чешуя начала сглаживаться и менять цвет, который стал таким, как у Киана. А еще через мгновение, когда девушка от щекотки хотела взмахнуть хвостом, оказалось, что у нее уже вместо хвоста ноги. Принцесса забарахталась в воде – не имея хвоста, она начала тонуть. На ее счастье дельфины все еще плавали поблизости и вытолкнули девушку на берег.

Ланика оглядела свои длинные стройные ноги, пошевелила пальцами, и новое, еще неизвестное ей, ощущение захлестнуло ее, переполняя восторгом. Затем девушка начала осторожно подниматься на ноги, но они подгибались, так как были еще слабыми. И когда Ланика, наконец, смогла встать в полный рост, вдали показалась повозка.

Девушка тут же запрыгнула в мелководье, как она всегда делала будучи русалкой, и, спрятавшись за камышами, смотрела на проезжающих мимо людей. На них была одежда, и Ланика поняла, что ей нужно непременно что-то найти, чтобы прикрыть наготу. принцесса стала озираться по сторонам в поисках чего-нибудь подходящего. И спустя пару секунд она заметила свисающую из лодки рыболовную сеть – ее вид вызывал ужас и желание вернуться в воду, но обратного пути уже не было. Девушка подозвала дельфинов, и те подтолкнули лодку к берегу. Принцесса схватила сетку, плотно ею обмоталась, поднялась на дорогу и двинулась в сторону замка Конкайден, который она столько раз видела и о котором, судя по всему, и говорил Киан.

Каждый шаг давался ей с трудом, но постепенно идти становилось все легче, ноги несли ее все уверенней. Осторожно ступая по камням, девушка направилась в ту же сторону, куда двигалась повозка. Несмотря на желание поскорее найти Киана, первое время Ланика шла неспеша. Ведь ее все время останавливало любопытство. То красивый цветок, то бабочка, то перелетевшая с ветки на ветку птица, то пушистая трава, на которой она просто топталась, словно ребенок.

За это время Ланика успела почувствовать и рассмотреть вблизи столько всего нового и интересного! Но затем она все же вспомнила о том, что ее на самом деле привело на сушу, вернее – кто. Ей предстояло найти в этом большом неизвестном и пугающем ее мире людей Киана – ее мужа. И она уверенным шагом пошла по дороге вдоль леса.

Ланика шла уже несколько часов, время от времени прячась в лесу из-за проезжающих мимо людей. Наступили сумерки. Она ужасно проголодалась и смертельно устала, ведь это были ее первые шаги в жизни. Но Ланика продолжала идти, пока не упала на землю без сознания.

Глава 28

Глава 28

После разговора с Годлаком, несмотря на то, что Ланику искали везде, включая дом Найды, Киан каким-то шестым чувством понял, что прежде чем отправиться на поиски девушки, он должен снова наведаться домой. И это чувство его не подвело. Уже подплывая к дому, они с Найдой увидели привязанного к корню дерева красивого морского коня. Найда сразу узнала Лукко – подарок Орлакка Ланике.

У Киана отчаянно забилось сердце, улыбка осветила его лицо, и юноша кинулся к дому. Сейчас он увидит свою возлюбленную! Но, к его великому огорчению, Ланики в доме не оказалось, а на большом столе лежали оставленные девушкой браслеты и письмо, в котором она сообщила, что отправляется на сушу искать Киана.

В ужасе Найда бросилась к тайнику, где было спрятано древнее заклинание. Шкатулка была на месте, но страницы с заклинанием в ней не оказалось. Со слезами русалка опустилась на пол и с болью и отчаянием посмотрела на сына. «Как теперь Киан разыщет принцессу? Как теперь он сможет быть с ней вместе, если без этого заклинания он не сможет стать человеком!», – думала она.

– Что произошло, мама? – обеспокоенно спросил молодой русал.

– Мне очень жаль, сынок, что я так подвела тебя… – Найда, залилась слезами. – Ланика забрала заклинание, и теперь ты никогда не сможешь стать человеком и попасть на сушу… А бедная девочка скорее всего погибнет среди людей – ведь она еще совсем юная и неопытная. Какая ирония судьбы! Из-за моей неосторожности вы будете разлучены навсегда… – и бедная русалка отчаянно зарыдала.

Киана охватил ужас. Ланика действительно отправилась на сушу! Кто знает, в какую беду могла она попасть, оказавшись среди людей?! Юноша корил себя за то, что сообщил Ланике о своих намерениях. Он даже и представить не мог, что она может отважиться на такой безрассудный поступок ради него. Сердце в его груди разрывалось от мысли, что он навсегда потерял любимую.

Но вдруг снаружи послышался голос дельфинов. Один из них протиснул морду в небольшое окно, и из его рта выпал свиток. Тот самый, который Ланика обрoнила у берега, когда барахталась в воде, пытаясь встать на новоприобретенные прелестные ножки. В тот момент, пока один из дельфинов выталкивал девушку из воды, чтобы она не утонула, второй подхватил свиток и вот сейчас доставил к Найде в дом!

Увидев, что принес дельфин, Киан тут же подскочил к матери, схватил ее в объятья и, смеясь, начал кружить. Их счастью не было предела. Вот он – подарок судьбы! Вот оно – благословение самой Бренны!

– Ты должен спешить, Киан, – взволнованно проговорила Найда. – На суше тебе очень понадобится золото. Вот, посмотри, это то, что я давно собирала для тебя, чтобы отдать, когда ты женишься, – она достала и протянула сыну небольшую сумку, наполненную золотыми монетами и драгоценными камнями. – Это поможет тебе среди людей, но прошу тебя, помни – их надо опасаться, они коварны и порой беспощадны. За золото они могут убить любого. Мы, русалы, всегда держались от них подальше, ведь ты знаешь, как много наших братьев погибло от их рук, – сказала Найда, наскоро копируя заклинание в свою книгу.

– Я буду осторожен, – пообщел Киан матери. – Обещаю.

– А также знай и помни, что я всегда буду тебя любить, как родного сына, и сделаю все, что в моих силах, чтобы тебе помочь, – убедительным голосом произнесла Найда. – Но сейчас тебе надо поторопиться. Отправляйся на сушу, об остальном я позабочусь.

– Спасибо тебе за все, – молодой русал обнял мать.

– Плыви, мой мальчик, и пусть тебе сопутствует удача!

Русалка нежно поцеловала сына и еще долго с болью в сердце смотрела ему вслед, пока он не скрылся из виду. Найда знала, что они еще встретятся, но он уже больше никогда не вернется в подводный мир, так же, как и Ланика.

***

Спустя какое-то время Киан уже был у того места где дельфины попрощались с Ланикой. Молодой русал достал свиток с заклинанием и, немного заколебался. Но затем мысль о любимой придала ему уверенности, и юноша, наконец, произнес магические слова, отщипнул с хвоста пару чешуек и кинул их в воду.

В ту же секунду от пояса до кончика хвоста пронеслась волнообразная дрожь. Когда она прекратилась, Киан посмотрел вниз – там хаотично двигались настоящие ноги. Вслед за этим он, как и Ланика, начал уходить под воду: сумка с золотом тянула его на дно. Молодой человек хватал ртом воздух, когда к нему подплыли его верные друзья, дельфины, и, подставив свои спины ему под руки, удержали Киана на плаву. Все более ловко перебирая ногами, юноша поплыл к берегу, и вскоре его ноги уже касались дна. Он выполз на сушу и теперь лежал без сил, пытаясь отдышаться.

Спустя некоторое время молодой человек пришел в себя и начал потихоньку подниматься на ноги – сначала на колени, потом в полный рост. Его ноги подкашивались, но все же Киану удалось сделать несколько неуверенных шагов. И с каждым таким шагом он чувствовал, как приливают новые силы. Наконец, почувствовав, что стоит на ногах совершенно уверенно, он достал из сумки рубаху и штаны, которые ему заботливо положила Найда, и начал одеваться. Впервые в жизни ему пришлось столкнуться с такой странной одеждой. Он даже не знал, как ее надевать. Поняв, наконец, как эти правильно сделать, Киан отстегнул пояс, кое-как натянул рубаху и снова застегнул пояс уже поверх нее.

Приведя себя в порядок, он огляделся по сторонам, попрощался со своими друзьями и пошел в сторону дороги, идущей вдоль берега. Киан не знал, в какую сторону направилась Ланика, но надеялся, что она сообразила пойти в сторону замка на побережье, о котором он ей писал в письме.

Для молодого человека все на суше было в новинку: первые неловкие шаги, новые ощущения, запахи, звуки, схожие с теми, что были в его снах. И огромное жаркое солнце, чьи лучи он ощущал сейчас на своем лице. С каждой минутой это нравилось ему все больше и больше. Шагая по дороге, Киан думал о Ланике – интересно, что она ощущала, попав впервые в жизни на сушу. Но чтобы узнать это, ему надо было сперва ее найти.

Подгоняемый чувством восторга и желанием побыстрее отыскать Ланику, Киан шел туда, где были люди, у которых он мог хоть что-то разузнать. И действительно, он не ошибся: через несколько часов пути дорога вывела его к небольшому городку, раскинувшемуся на берегу.

Киан знал об этом городе – мальчишкой он не раз приплывал сюда со своими друзьями, но из воды город выглядел совсем по-другому. По мере приближения к людям волнение в груди молодого человека нарастало, какая-то неведомая сила словно потянула его к этому шумному месту. Все громче доносились крики и голоса местных жителей.

Наконец юноша оказался на улице, идущей вдоль причала, где шла оживленная торговля. Все люди были заняты своими делами, и никто даже не обращал внимания на молодого человека, стоявшего посередине улицы и с любопытством глазеющего на происходящее вокруг него. Только зазывалы дергали его за край рубахи, предлагая что-нибудь купить.

Как в бурное море, окунулся Киан в эту разноголосую толпу, разделившуюся на продавцов и покупателей, одинаково громко кричащих. Горластые торговцы наперебой расхваливали свои товары. Покупатели же изо всех сил старались найти в них изъяны, чтобы сбить цену. Протискиваясь между людьми, заполонившими рынок, Киан поближе подошел к торговым рядам, рассматривая товары. Чего там только не было! От этого обилия разбегались глаза.

Вещи поражали своей красотой и необычностью, хотя ему уже доводилось видеть похожие на морском дне в затонувших кораблях. Недалеко от того места, где стоял Киан, продавались расписные кувшины, вазы и подносы. Женщины не могли оттянуть своих детей от лавок, где продавались украшенные разнообразными узорами деревянные и глиняные птички-свистульки и другие игрушки. В этом месте и там, где продавались сладости, детей было больше всего.

Потом Киан заметил на широком столе различные янтарные украшения и бусы, похожие на те, какие он дарил своей возлюбленной. Тут их было огромное количество. «Вот бы подарить все это моей Ланике», – подумал он, разглядывая работы мастера: гребни для волос, заколки, шпильки. Следом аккуратными отрезами и целыми рулонами лежали самые различные полотна. Здесь же можно было купить готовый наряд на любой вкус. К покупателям, приобретавшим отрезы материй, тут же подходили портные, предлагая свои услуги.

Двигаясь вдоль рядов, Киан почувствовал знакомый запах, который вывел его к небольшой площади. Там можно было купить практически любую рыбу, которая водилась в местных водах. Огромным спросом пользовалась соль, которая употреблялась не только в пищу, но нужна была и для засолки рыбы, а также использовалась мастерами по выделыванию кожи. А дальше продавали хлеб и всякие сдобные булки. Площади с продуктами тянулись одна за другой: вино, пиво, крепкий мед манили к себе любителей основательно повеселиться. Сушеные грибы, ягоды, орехи, пряности: перец, имбирь, шафран – все эти запахи сводили молодого человека с ума. То тут, то там шли споры, если какой-то жуликоватый продавец хотел обмануть покупателя.

Дальше расположились лавочки разных мастеров. Киан вспомнил, как когда-то с друзьями, приплыв к берегу, долго и с интересом наблюдал за работой ремесленников. Молодые русалы не понимали, для чего людям нужны такие вещи, как косы, серпы, грабли и многое другое, чего не было в подводном мире. Вернее, они были, но выглядели чуть иначе.

Наконец, обойдя рынок, Киан направился туда, куда обычно шел любой воин – в ряды, где продавались оружие и боевые доспехи. Молодой человек остановился у прилавка с кинжалами и мечами и залюбовался великолепным оружием. Мечи были похожи на те, что он уже видел и держал в руках недалеко от затонувших кораблей. Они были схожи с мечами воинов подводного мира, но в то же время и отличались, например, рукояткой.

Хозяин товара – пожилой торговец довольно крепкого вида с особой любовью полировал очередной меч. По покрою одежды он не походил на других торговцев, и внешность у него несколько отличалась. Кожа была смуглой, а волосы – черные, как смоль. Во взгляде торговца не было ничего заискивающе-просящего, что было присуще многим местным продавцам.

Спокойный и уверенный в качестве своего товара, торговец даже не пытался его расхваливать. Это было излишним – и так было видно, что его работа заслуживает особого внимания.

Общение с человеком было для Киана в новинку, но, преодолев себя, он решился заговорить с торговцем оружия.

– Как торг? – начал юноша с традиционного в таких случаях вопроса.

– Мой товар везде пользуется спросом, – тут же ответил торговец.

– Да, я вижу… Есть ли у тебя для меня хороший меч?

– Конечно, есть, вот, погляди-ка, – и пожилой мужчина протянул Киану только что начищенный меч с резной рукояткой.

– Вещь хорошая, – произнес Киан, взяв у торговца меч и взвесив его в руке. – А стоит дорого?

– Кому как… – ответил пожилой мужчина и с улыбкой покосился на босые ноги молодого человека.

Это несколько смутило Киана. Но, видимо, опыт в торговле подсказал торговцу, что с этим юношей можно иметь дело, слишком хорошо он разбирался в оружии, да и пояс на нем стоил немалых денег.

– Это верно, – кивнул Киан. – Сколько ты за него хочешь?

– Десять золотых, – уверенно сказал торговец.

– По рукам, – согласился молодой человек.

Киан понятия не имел, сколько должен стоить такой меч. Но увидев, что его ответ удивил торговца, понял, что совершенно не знает, как совершаются покупки среди людей.

Юноше ничего не оставалось, как отсчитать десять золотых из сумки и вручить их продавцу. Тот взял монеты, но почему-то не торопился их прятать. На лице мужчины было видно, что он о чем-то думает. Скорее всего, то, что молодой человек не стал торговаться, смутило его, и продавец оружия, запросивший несколько завышенную цену, решил поступить по справедливости. Махнув рукой, он произнес:

– Такому мечу нужны достойные ножны.

Он снял со стены лавки великолепные ножны безупречной работы и протянул их Киану.

– Ты первый, кто оценил по достоинству мою работу и не стал торговаться. Я хочу отблагодарить тебя за это.

– Спасибо тебе, добрый человек! Надеюсь, твой меч сослужит мне хорошую службу, – ответил польщеный великодушием мастера Киан и вложил меч в ножны.

– Не подскажешь ли, где мне купить хорошего коня? – спросил юноша, уже отойдя от палатки.

– Отчего же, конечно, подскажу. Иди вдоль тех домов и как раз выйдешь к загонам. Каких там только коней нет… – сказал торговец, указывая рукой направление.

Попрощавшись и пожелав удачного торга, Киан прямиком отправился туда, куда ему указал мужчина. По дороге он приобрел сапоги, и теперь, уже освоившийся среди людей, юноша пробирался сквозь толпу зевак, облепивших загоны с лошадьми. За деревянным ограждением паслись несколько скакунов, и один из них особо приглянулся Киану. Черный, как ночь, резвый и, похоже, с норовом.

Пока молодой человек, не отрывая глаз, любовался конем, к нему подошел владелец животного. Опытный торговец сразу определил, кто пришел поглазеть, а кто – по делу.

– Желаете приобрести коня? – спросил он, сверкающими глазами разглядывая меч Киана, который стоил не меньше хорошего жеребца.

– А какую цену просишь? – ответил ему юноша, уже понимая, что надо бы поторговаться.

– За такого скакуна – пятнадцать золотых.

– Пятнадцать золотых, говоришь? Многовато… – сделал недовольное лицо Киан, а затем продолжил: – Ну, ладно, тогда и седло в придачу.

Первый опыт с покупкой меча ему пригодился. Торговец лошадьми скривил губы, но все же ответил:

– Так и быть, по рукам!

Киан отсчитал пятнадцать монет и отдал продавцу.

– Далеко ли до замка короля Виллема? – следом спросил молодой человек, как только торговец подвел коня и передал поводья новому владельцу.

– Э, так ты, похоже, не местный парень! – воскликнул торговец лошадьми, закидывая на коня седло.

– Скоро буду местным. Хочу на службу устроиться. Отец когда-то рассказывал про эти края, – соврал Киан, гладя своего нового друга по шее.

– Уже давно нет никакого замка короля Виллема, – с горечью еле слышно произнес торговец, затягивая подпругу. – Теперь он называется замком короля Брейдана… А жаль! Хорошие были времена при короле Виллеме…

– А сейчас плохие?

– И не спрашивай! С того дня, как короля Виллема не стало, все пошло не так. Новый король жаден, как моя сварливая жена. Налоги поднял, народ голодает, кто, как может, так и выкручивается… Но если ты действительно хочешь попасть на службу к королю Брейдену, то считай, что я тебе ничего не говорил! Езжай себе… Если не слишком торопиться, то тебе еще скакать вдоль залива дня три, через южный лес. Видишь те ели? – торговец махнул рукой в сторону сплошной стены из деревьев. – Вот там и дорога, пря-а-амо до замка Конкайден.

– Я понял… Спасибо за хорошего коня, – поблагодарил мужчину Киан. – Обещаю о нем хорошо заботиться.

– И тебе спасибо и удачного пути, – улыбнулся торговец и вернулся к лошадям.

Молодой человек еще прошелся по рядам, где продавали еду, наполнил запасами сумку, которую прикрепил к седлу, и, не желая больше терять времени, тронулся в путь.

Глава 29

Глава 29

…Ланика очнулась от тряски. Она лежала в какой-то движущейся, болтающейся из стороны в сторону и жутко скрипящей коробке. Девушка осторожно ощупала себя. Вместо сети на ней теперь было что-то другое – более легкое и не такое грубое на ощупь. Ланика огляделась по сторонам и заметила маленькое окошко под самым потолком громыхающей коробки. За окном проплывали деревья и висела неполная луна. Принцесса с трудом поднялась на ноги и, натыкаясь на что-то в темноте, начала искать выход. Однако его нигде не было.

Вдруг тряска и качание прекратились – движение остановилось. Ланика быстро вернулась на прежнее место и притворилась спящей. Послышались голоса. Дверь открылась, и повозка со скрипом накренилась – кто-то очень грузный забирался внутрь.

Сквозь ресницы девушка смогла разглядеть фигуру человека, почти полностью закрывшего своим телом дверной проем. Это была женщина с лампой в руке. Она склонилась над Ланикой и стала внимательно ее разглядывать. В лицо принцессы ударил свет, а в нос – отвратительный запах.

– Похоже, она еще спит… – послышался резкий женский голос.

– Может, разбудить ее? – донесся снаружи голос мужчины.

– Нет, не надо, сынок, уже недолго осталось. Мы сейчас перекусим, затем переночуем в лесу, а завтра уже отвезем ее в город.

– Но мама! – запротестовал мужчина. – Я не хочу продавать ее, ты ведь сама говорила, что мне уже пора жениться…

– Пора, но не на ней. За такую красоту мы получим достаточно золотых, и ты сможешь жениться, на ком захочешь…

Ланика лежала, словно мертвая, боясь подать какие-либо признаки жизни. «Меня собираются продать!» – стучало у нее в голове. Женщина направилась к выходу, и дверь снова заперли. Пока ее «спасители» занимались приготовлением на ночь, бедняжка сидела в полной темноте, поджав под себя ноги и усиленно думала. «Надо бежать, надо бежать!» – твердила она, лихорадочно обдумывая, как ей выпутаться из этой ситуации.

Спустя какое-то время она поднялась с пола и осторожно выглянула в маленькое окно. Пламя костра освещало женщину и ее сына, они что-то ели и обсуждали. Мужчина был довольно молодым, лет двадцати, очень полным. К тому же, у него была неприятная внешность: маленькие глазки, которых почти не было видно из-за толстых отвисших щек. Судя по их одеждам, они не были богатыми людьми – промышляли, чем могли. Поужинав, мать и сын улеглись неподалеку от костра, и вскоре оба захрапели.

Ланика, затаив дыхание, подошла к двери и попыталась ее открыть, но безуспешно. Девушка стала ощупывать стены и пол повозки в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь ей открыть дверь. Вдруг раздался глухой удар – что-то упало на пол. Принцесса замерла на мгновение, опасаясь, что шум мог разбудить людей, но они, к счастью, ничего не услышали. Девушка на ощупь стала пробираться вдоль стен повозки и, наконец, наткнулась на небольшой ящик. К ее огромной радости, в нем оказались различные металлические предметы: гвозди, подковы. Ланика когда-то уже видела такие предметы на затонувших кораблях. Она взяла подкову и просунула ее в дверную щель. Несколько усилий – и ржавые гвозди, наконец, поддались. Девушка налегла всем телом на дверь, и через мгновение она распахнулась.

Вокруг было темно, угли костра, который уже почти догорел, едва мерцали, иногда потрескивая. Первой мыслью Ланики было – дойти до побережья и позвать дельфинов, чтобы они забрали ее подальше от этих людей. Но коснувшись груди, она не обнаружила своей раковины. Похоже, ее забрали, когда на девушку надевали одежду. «Что же мне делать?» – стучало у нее в голове. Она оглянулась по сторонам и, поняв, что теперь ей вообще неоткуда ждать помощи, решила бежать как можно дальше от этих людей.

Бледный свет, мелькнувший между деревьями, едва осветил лесную дорогу – это луна, наконец, вышла из-за плывущих по темному небу облаков. Ланика тут же спрыгнула на землю и побежала что было сил куда глаза глядят. Сломанная ветка, шорох в кустах – все наводило на беглянку жуткий страх, заставляя замирать сердце, но самым жутким был вой, от которого поднимались дыбом волосы на затылке и на руках.

Сколько времени она так бежала – Ланика не знала. Вдруг впереди на лесную дорогу вышел огромный лохматый зверь – приблизительно в ста метрах от принцессы, словно скала, стоял огромный волк. И судя по его виду, он не собирался терять лакомую добычу. Издав грозное грудное рычание, хищник пригнул голову к земле и сделал пару шагов навстречу окаменевшей от страха девушке. Медленно ускоряя шаги, он неумолимо приближался к ней. Еще мгновение – и прямо перед глазами Ланики сверкнули белые клыки.

Девушка в ужасе зажмурила глаза, закрыла лицо руками и не в силах была пошевелиться – страх парализовал ее. Ланика ждала, что вот-вот эти страшные клыки вопьются в ее тело. Но вместо этого раздался тихий шелест, затем короткий визг, и следом послышался глухой удар, словно что-то упало на землю.

Не открывая глаз, несчастная девушка во второй раз за свое короткое пребывание на суше потеряла сознание.

Глава 30

Глава 30

Покинув прибрежный город, Киан скакал верхом, даже не останавливаясь на передышки. Казалось, сама мать-природа придавала ему сил двигаться без отдыха. Всю дорогу у юноши было чувство, словно он вернулся к себе домой. Но у него не было времени в полной мере насладиться окружающей его красотой, ведь его никак не покидали мысли о Ланике. Молодой воин надеялся, что его любимая, так же, как и он, направляется в сторону замка Конкайден. Как только он подумал о замке, его кулаки сжались от сильного желания как можно скорее свернуть шею подлому убийце – королю Брейдену. Киан был решительно настроен восстановить справедливость.

Но вскоре тяжелые мысли отступили – красота и величие земной природы, окружающей Киана, ее гармония постепено сглаживали хмурое лицо всадника, и улыбка осветила его. Словно влюбленный, теперь смотрел он на зеленые поля, на мелькающие по краям дороги могучие деревья. Время от времени Киан слышал, как где-то хрустели ветки, словно кто-то гнался за ним, но он, любуясь этой красотой, воспринимал все звуки земли, как музыку. Даже крик ворона где-то в глубине леса, обычно пугающий людей, у молодого человека не вызывал никакой тревоги. Столько лет сын короля Виллема был лишен возможности видеть эту красоту и жить среди нее…

Киан был уже далеко от прибрежного города. Так же далеко, как и от родного шума прибрежных волн, которые сопровождали его большую часть пути. Изредка виднелись поля, а на них темнели безмолвные стога сена, пугая в ночи одиноких путников. При свете луны проглядывали контуры жилых строений, но всадник старался объезжать их стороной.

Наконец, полностью выбившись из сил, он решил остановиться. Неполная луна зависла над небольшим озером, вставшем на пути Киана, и ее блики мерцали на колышащейся воде. На берегу этого фантастически красивого озера путник решил провести свою первую ночь в мире людей.

С трудом переставляя ослабевшие после длительной скачки ноги, юноша снял с коня седло, затем сбросил сапоги и повел животное к воде. Несмотря на смертельную усталость Киан сперва вымыл своего нового друга, которому дал имя Райкон, потом умылся сам, а затем, потянувшись, огляделся. Он наслаждался прохладной озерной водой, только сейчас поняв, как ему не хватало этого ощущения. Первые же водяные капли, которые юноша ощутил на своем теле, тут же напомнили ему о жизни среди русалов в подводном мире. И мысли его снова вернулись к Ланике.

Киан вспомнил, как увидел ее в первый раз… Но эти счастливые воспоминания снова омрачились тревогой за девушку, ведь с его любимой могло что-то случиться, пока она разгуливает по суше совсем одна без какой-либо защиты.

Юноша вернулся на берег, привязал коня к дереву, опустился рядом и, опершись спиной о ствол, вытянул уставшие ноги. У него не было другого выхода – надо было отдохнуть и набраться сил, чтобы продолжать путь в поисках принцессы. Пока Райкон мирно пощипывал травку, Киан достал из сумки уже немного подсохший хлеб и вяленое мясо и неторопливо поужинал.

Когда со скромным ужином было практически покончено, где-то позади послышался громкий треск, а вслед за этим раздались крики. Конь дернулся с места и ускакал бы, не будь он привязан к дереву. Киан вскочил на ноги и стремительно выхватил свой меч. Из леса выбежали трое мужчин. С оружием в руках и громкими криками они атаковали одинокого путника.

Это были грабители, которые преследовали молодого всадника от самого прибрежного города, но только сейчас смогли его настичь. Они окружили Киана, и один из них бросился на юношу. Двое других тем временем зашли ему за спину. Но Киан ловко уворачивался, отражая атакующие удары, и по очереди откидывал бандитов, не давая к себе приблизиться. Однако техника сражения на земле отличалась от той, которая была в подводном мире. Да и оружие заметно отличалось тоже – оно было тяжелее, и к нему надо было привыкнуть.

Несколько движений – и путник был ранен в плечо. Его меч упал на землю, и разбойники нацелили на него острия своих мечей. Один из них ударил Киана сзади под коленки, и тот опустился на землю. В тот же момент другой занес меч над головой юноши. Но Киан, как ни странно, не думал о смерти. Он думал о том, что так и не встретился с Ланикой. А еще о том, что сейчас на этом самом месте оборвется его жизнь, и он не сможет сдержать данного королю Годлаку слова. Он не сможет найти свою жену, которая оказалась на земле из-за него. И эти мысли вселили в молодого воина ярость.

Неожиданно разбойник с мечом в руке вздрогнул и замер. Меч из его рук выпал. Киан поднял голову и увидел, что тот, издав сдавленный хрип, схватился за грудь, опустился на колени прямо перед юношей и упал ничком – из спины разбойника торчала стрела. Двое других негодяев сразу же кинулись в лес. У самой кромки деревьев Киан увидел темные фигуры всадников – их было достаточно много, в руках они держали зажженные факелы. Во время боя сражающиеся не слышали, как к озеру подъехал отряд. К счастью юноши, эти люди услышали звон мечей и поспешили к месту сражения.

Киан внимательно смотрел на темные силуэты, пытаясь понять, враги это или друзья. Впереди отряда на могучем жеребце сидел высокий воин, по всей видимости, он был их предводителем. Он что-то сказал одному из всадников, и тот подъехал к Киану.

– Барон Орлиспрашивает, кто ты?

Юноша помедлил секунду, поднимаясь с земли и на ходу придумывая историю своей жизни, помня о словах матери, соблюдать предосторожность.

– Передай его милости благодарность от Кейона, сына кузнеца из…Годлашира.

Всадник вернулся к своему господину и передал ему слова Киана. Рослый воин потянул поводья своего коня и в сопровождении своих людей неторопливо подъехал к юноше.

Барон Орлидействительно оказался высоким. Казалось, лет ему было не меньше сорока. В темноте было трудно определить его точный возраст, но даже в неярком свете факелов были видны седеющие виски барона. Его загорелое лицо обрамляла аккуратная борода темного цвета. Всадник держался с уверенностью. И хотя он казался суровым, в глазах его была теплота.

– Милорд, – поклонился Киан, – благодарю вас за мое спасение. Чем я могу вам отплатить?

Лорд Роберт, барон Орли, внимательно разглядывал стоящего перед ним юношу, имя которого напомнило ему главную цель жизни всех мужчин его рода.

– А ты неплохо сражался для сына кузнеца, как я успел заметить…

– Благодарю вас, милорд. Отец мой когда-то был не только кузнецом, но и служил в замке короля Виллема. Каждый кузнец должен знать, как обращаться с оружием, которое он кует… – осторожно ответил Киан, на ходу придумав объяснение своему умению владеть мечом. – Мой отец, да будет ему земля пухом, учил меня владеть мечом с самого моего детства. Помню, он часто говорил мне, что нельзя угадать, куда тебя забросит судьба и когда может понадобиться защищать свою жизнь с оружием в руках.

– И как звали этого мудрого человека?

– Э-э-э… Доменик, – не растерялся Киан.

– И как давно он служил у короля? – лорд Роберт сдвинул брови, пытаясь припомнить хоть одного кузнеца из королевского замка по имени Доменик.

– Чуть больше двадцати лет назад… – так же осторожно, выбирая слова, ответил Киан.

Копаясь в памяти, лорд Роберт так и не смог вспомнить ни одного кузнеца из замка Виллема по имени Доменик.

– И куда ты сейчас направляешься, Кейон? – спросил он молодого путника, решив оставить кузнеца Доменика на потом.

– Еду в замок короля Брейдена. Отец перед смертью велел мне найти себе место в жизни, вот я и решил найти работу там, где служил мой отец.

– Понятно… Хороший у тебя меч! Могу я взглянуть на него? – спросил лорд Роберт, с каким-то особым интересом разглядывая оружие Киана. – Это работа твоего отца?

– Да, милорд, – последовал короткий ответ.

Как только юноша ответил, барону сразу стало ясно, что тот лжет, ведь такие же мечи имелись и у его воинов. И лорд Роберт прекрасно знал, чьи руки их ковали. Хороших мастеров знают в лицо. Однако он решил взять молодого человека с собой и уже по дороге попытаться выведать, что тот скрывает.

– Жаль, что твоего отца уже нет. Я хотел бы иметь такое же оружие… – спокойно произнес барон Орли.

– Да, этот меч удивительно хорош, и это память о моем отце, – произнес Киан, облегченно вздохнув оттого, что ему поверили.

– Тогда не теряй подарок твоего отца… – многозначительно произнес лорд Роберт. Затем он сменил тему: – Думаю, тебе сегодня повезло вдвойне, сынок. Ты не только ушел от смерти, но и повстречал отряд, который как раз направляется в замок короля Брейдена. И так как ты направляешься туда, то нам по пути.

– Премного благодарен, милорд, – Киан снова поклонился, – я с удовольствием последую за вами, ведь теперь моя жизнь принадлежит вам…

– Нет, твоя жизнь принадлежит тебе, Кейон, но ты мой должник… – сказал лорд Роберт, хмыкнув в усы.

– Непременно! – улыбнулся Киан.

Пока воины поили коней, юноша быстро собрал разбросанные вещи, оседлал Райкона и присоединился к отряду, который был намерен продолжать свой путь. По дороге барон Орлирасспрашивал своего нового знакомого о его прошлой жизни, об отце, которого барону так и не удалось вспомнить. И все больше и больше убеждался в том, что молодой человек явно что-то скрывает. Поэтому лорд Роберт решил, что когда они прибудут в замок Конкайден, он непременно выяснит, что же скрывает его новый знакомый

Глава 31

Глава 31

Всадники скакали, минуя леса, поля, разрушенные деревни. По пути им встречались устало бредущие по пыльной дороге люди. Это были мужчины, женщины, дети, старики, вынужденные покинуть свои дома из-за того, что нечем было платить господину. Многие покидали веками насиженные места, после того, как их деревни были сожжены воинами короля Брейдена.

Киан, пораженный увиденным, спросил лорда Роберта, что здесь произошло. И тот с тщательно скрываемой досадой поведал о короле Брейдене и о том, как изменилась жизнь с его приходом к власти. От Киана не ускользнуло то, что его спаситель недоволен правлением Брейдена.

– Мой отец рассказывал, что при короле Виллеме жизнь была другой, – как бы между прочим произнес Киан, искоса поглядывая на барона.

Лорд Роберт тяжело вздохнул, и взгляд его словно затуманился.

– Да, при нашем короле Виллеме жизнь сильно отличалась от теперешней… Люди были счастливее…

– Вы любили короля Виллема… – вдруг тихо произнес юноша.

Лорд Роберт притормозил коня и сверлящим взглядом посмотрел на молодого человека, которому тоже пришлось остановиться, но так ничего и не ответил. После короткой паузы барон тронул свою лошадь и сухо сказал:

– Это уже не важно, теперь у нас другой король – Брейден.

С этого момента лорд Роберт не произнес ни одного слова до тех пор, пока они не сделали остановку на берегу реки. Время перевалило за полночь, и всадникам было необходимо отдохнуть. Пока воины располагались на привал – снимали седла, разводили костры – Киан и лорд Роберт верхом осматривали местность.

Насколько же здесь было красиво! С небольшого холма Киан смотрел на черное небо, усыпанное мерцающими звездами. Юноша любовался красотой тихой ночи и думал о том, что, возможно, и Ланика в это время видит эту красоту. А потом он прикрыл глаза и с силой втянул в себя воздух.

Лорд Роберт не стал ему мешать. Он отошел к своим воинам и отдавал им какие-то распоряжения. Когда Киан, наконец, вернулся к лагерю, воины сидели вокруг костров на глинистом берегу, о чем-то разговаривали и смеялись, а позади под кронами деревьев мирно щипали траву их кони.

Киан начал снимать седло со своего коня и невольно поморщился, когда острая боль пронзила его левое предплечье. Видимо, в пылу сражения он не обратил внимания на полученную рану, которая довольно быстро перестала кровоточить. Сейчас же, снимая седло, он снова задел рану, и из нее потекла кровь, быстро пропитывая рукав рубахи.

В это время к нему подошел барон Орли и, заметив кровь на рукаве Киана, произнес:

– Похоже, тебя все же задели…

– Ничего, это только царапина, – ответил юноша, зажав саднящую рану ладонью.

– Ну-ка, дай посмотрю! – барон неожиданно взял молодого человека за руку и разодрал ему рукав по самое плечо.

Лорд Роберт всегда беспокоился о своих подданных, а этот молодой человек годился ему в сыновья. Свой храбростью он вызвал у Роберта симпатию, хотя что-то и утаивал из своего прошлого. Барон посмотрел на рану – рука Киана от плеча до кисти была залита кровью. Лорд Роберт позвал одного из своих воинов и велел принести воду и достать у него из седельной сумки чистую рубаху. Как только все было доставлено, барон разорвал свою рубаху на полоски, смочил одну из них водой и промыл рану. Еще несколько движений – вдруг лорд Роберт поднял на Киана изумленный взгляд. На лице барона появилось выражение то ли шока, то ли несказанной радости, но в следующую же секунду его лицо стало прежним. Лорд Роберт быстро взял вторую полоску ткани и перевязал уже переставшую кровоточить рану, а затем, опустив остатки рукава вниз, шепотом сказал:

– Спрячь руку немедленно и никому не показывай.

Затем барон огляделся по сторонам и, взяв Киана под локоть, отвел подальше от основной толпы солдат. Он отпустил двух дозорных, сидящих у костра, немного поразмяться и усадил озадаченного Киана на поваленное дерево. Так они некоторое время молча сидели, уставившись на языки пламени. Лорд Роберт помешивал палкой золу в костре и о чем-то усиленно думал. По его стремительно меняющемуся лицу было видно, что сейчас в его голове происходит что-то очень важное.

Придерживая рану рукой, Киан молча ждал объяснений. Он понял, что лорд Роберт увидел его родимое пятно, о котором рассказала Найда, и что барон, скорее всего, догадался, что за человек сейчас сидит перед ним.

– Так ты говоришь, твой отец кузнец и звали его Доменик? – наконец заговорил лорд Роберт.

Киан колебался, стоит ли сейчас все рассказать или нет.

– С самого начала твой рассказ показался мне неправдоподобным… Сколько тебе лет, говоришь? – лорд Роберт вопросительно посмотрел на молодого человека.

– Двадцать один, – тихо произнес Киан.

Лицо барона Орлизагорелось надеждой.

– Как твое настоящее имя, и кто на самом деле твой отец? – наконец спросил он сдавленным голосом, пристально глядя на молодого человека.

– Меня звать Киан и мой отец – король Виллем, – так же тихо ответил юноша.

Каким-то шестым чувством он понял, что если уж лорд Роберт не убил его сразу, когда увидел родимое пятно – значит, он друг.

– Ваше высочество! – произнес лорд Роберт взволнованно прерывающимся голосом. – Мое имя барон Роберт Орли. И я должен сейчас же встать перед вами на колени, чтобы присягнуть вам на верность… Но в целях вашей же безопасности я не стану сейчас этого делать, так как вокруг много солдат, и некоторые из них, возможно, не разделяют моих взглядов в отношении короля Брейдена. Но я клянусь вам, что сделаю это, как только будет подходящий момент.

– Не стоит, я давно уже не высочество. До недавнего времени я даже не знал, кем был мой отец, – горько усмехнулся Киан.

– Мы так долго искали вас! Ваш отец – король Виллем – был убит нынешним королем Брейденом, своим пасынком. После этого убийства ваша матушка, королева Эйлис, по принуждению Брейдена вышла за него замуж, и с тех пор она не покидает башню замка. Все это время она хранила траур по вашему отцу и всегда верила, что вы живы, хотя остальные уже отказались от этой мысли. Но, правильно говорят, что сердце матери никогда не обманывает…

– Так вот о чем говорила мать, – еле слышно задумчиво проговорил Киан.

– Простите, ваше высочество, что вы сказали?

– Нет, ничего, лорд Роберт. Я вам позже все расскажу, – ответил юноша.

Роберт, задумавшись, замолчал, но затем продолжил:

– Все эти годы я был верен вашему отцу и королеве Эйлис, всячески ей помогая… – барон замолчал. Затем продолжил: – Вернувшись в замок, Брейден объявил, что наследник короля Виллема погиб. Но ваша мать уверила меня, что ее сын жив, и взяла с меня клятву во что бы то ни стало найти его. Королева рассказала мне, что вас оставили с верным слугой Лукасом, тело которого позднее нашел мой отряд. Но, увы, младенца рядом не было. Позже один из воинов Брейдена, выпив лишнего, проболтался, что хотя Брейден и бросил все силы на поиски младенца, ребенка найти так и не удалось… Все эти годы я посвятил поискам законного наследника. И вот, наконец, мы встретились. Я знаю, что многие мои люди также преданы королю Виллему и хотели бы посадить его родного сына на трон – то есть вас, принц Киан. Но пока нам лучше хранить ваше происхождение в тайне.

– Я вас понял, – согласился Киан и добавил: – спасибо вам за доброе отношение и за то, что верны клятве, данной моему отцу.

– Я никогда не нарушал эту клятву и впредь не нарушу, ваше высочество! – твердо произнес лорд Роберт. – Когда мы проезжали деревню, и вы спросили о моем отношении к нынешнему королю, я ничего не ответил, но сейчас скажу, что новый король – это худшее, что могло с нами произойти. Не раз наши земли охватывали междоусобные войны, не раз крестьяне восставали против Брейдена. Но он подавлял эти восстания с нечеловеческой жестокостью. Пылали бедные крестьянские лачуги, безжалостно вытаптывались поля, гибли люди. Больше всех, как всегда, страдали крестьяне, и когда их терпению приходил конец, в лесах появлялись все новые и новые разбойничьи шайки. Но что они могут сделать против воинов короля Брейдена?! Все эти годы измученные люди ждали чуда – человека, который сплотил бы их и повел бы против короля-узурпатора. И раз вы теперь нашлись, я сделаю все, чтобы вы вернули себе законный трон, а вашим подданным – прежнюю счастливую жизнь.

– Благодарю вас, лорд Роберт! – ответил Киан, тронутый жаркой речью барона Орли.

– К вашим услугам, ваше высочество! – Роберт положил свою руку поверх руки Киана и крепко сжал ее.

– Поведайте мне все о моей матушке, как она сейчас там? Об отце, о Брейдене, о теперешней жизни и обо всем, что считаете нужным мне рассказать, – попросил Киан.

– О-о-о! Королева – сильная женщина! Только сила ее духа и вера в ваше спасение поддерживали ее все эти годы, – начал рассказ лорд Роберт…

…Всю ночь они проговорили, и к утру Киан понял, что судьба его свела с невероятным человеком, который заслуживал наивысшую награду за свою верность и преданность.

Глава 32

Глава 32

Замок Орлинаходился в двух днях пути от королевского замка Конкайден. Когда-то король Виллем подарил обширные угодья отцу лорда Роберта, и тот построил там небольшой замок. Вначале Брейден, зная, что у него еще слишком слабое положение, не решился отобрать земли у преданных королю Виллему рыцарей, а потом это уже не имело смысла, так как многие из этих рыцарей присягнули новому королю. В том числе и отец Роберта – он был вынужден это сделать, чтобы быть поближе к королеве Эйлис и оказывать ей всяческую поддержку.

Лорд Роберт состоял на службе у короля Брейдена два с лишним десятка лет. В подчинении у него имелась сотня воинов из присягнувших ему на верность мелких рыцарей. Часть из них во главе с лордом Робертом направлялась в замок Конкайден, когда по дороге они наткнулись на грабителей, напавших на Киана.

Эта встреча полностью изменила планы Роберта. Всю жизнь заветной мечтой барона Орлибыло найти и посадить на трон законного наследника короля Виллема. И наконец встретившись с наследным принцем, Роберт еще больше загорелся желанием сделать это как можно скорее. Но лорд также понимал, что в ближайшее время это было невозможно – принц Киан еще не был к этому готов. К тому же, юноша был ранен. Поэтому пока было решено изменить маршрут и вернуться в замок Орли, где они могли все обдумать и подготовиться к битве за трон. Кроме того, Киану надо было как следует потренироваться – Роберт видел юношу в сражении и понял, что, хотя тот и владеет мечом, но этого было не достаточно, чтобы победить тирана. Брейден не отдаст просто так свою власть. Это будет жестокая битва…

Да и Киан сам уже понимал, что ему многому надо поучиться у воинов лорда Орли. Ведь в подводном мире все было по-другому: и отношения между жителями, и правила ведения боя.

…Замок барона Орлинаходился в местности, которая лежала среди Дальних озер. Название это появилось из-за множества озер, то тут, то там сверкающих своей синевой. Их красота производила неизгладимое впечатление на тех, кто хоть раз побывал в этих землях. Маленькие и большие сверкающие голубые пятна были разбросаны по всей земле барона Орли. А его замок расположился посередине огромного озера, чьи берега были обрамлены пушистыми елями, словно глаза красавицы – ресницами.

Величественное строение из серого камня с башнями и развевающимися на них флагами со всех сторон было окружено водой. Небольшие островки, тоже находящиеся на этом озере, соединялись с главным деревянными мостами, которые были в целях безопасности настолько узкими, что по ним могла проехать только одна небольшая повозка. Главный остров, где находился замок, соединялся с берегом мостом чуть пошире. Вокруг замка расположилось несколько небольших домов, где жили ремесленники и те, кто обслуживал замок. Все остальные островки, так же, как и берега озер, тоже были заселены людьми, принадлежавшими барону Орли.

Мимо этих озер по землям барона шла широкая дорога, и поэтому разные путешественники часто искали убежища от непогоды в замке барона. Торговцы привозили сюда свои товары, знатные рыцари были здесь желанными гостями, а странствующие барды долгими зимними вечерами развлекали хозяев замка и их гостей своими песнями…

…Когда отряд выехал из леса, перед изумленным взором Киана раскинулось озеро, словно огромное зеркало. В самом его центре находился большой остров, на котором гордо возвышался великолепный замок. Всадники подъехали к берегу, и копыта коней глухо застучали по деревянному мосту. Стража на башне увидела баннеры барона Орлии немедленно кинулась открывать ворота. Отряд вьехал во внутренний двор, где стояли аккуратные домики под соломенными крышами. Жилые постройки тесно примыкали друг к другу. Над крышами вился дым. Мужчины и женщины толпились во дворе, восторженными криками встречая своего лорда. По всему было видно, что люди лорда Орлилюбили его. Видимо, он был хорошим правителем.

В этот день ярко светило солнце, весело чирикали неугомонные воробьи, занятые поисками сьедобных крошек под ногами людей. Игривые розовощекие девушки-служанки развешивали белье, лежащее в больших корзинах. Мимо катилась телега, нагруженная глиняными горшками. Между многочисленными сараями беспрестанно сновали люди, таская горшки, мешки и прочее необходимое для жизни в замке. В общем, жизнь тут текла своим обычным руслом.

Пока прибывшие всадники спешивались, передавая лошадей конюхам, лорд Роберт пригласил Киана войти в замок. Вопреки обычаям, хозяйка замка не встречала гостей. Так уж случилось, что сын лорда Роберта и его жены Киары умер еще в младенчестве, и после этого несчастья бедная женщина отдалилась от внешнего мира, стала замкнутой и молчаливой. Барон все еще сильно любил ее и единственное, что он мог сделать в этой ситуации – это выделить ей часть замка с выходом в небольшой сад, где она могла тихо жить в уединении. Кроме этого, лорд Роберт приставил к ней достаточно служанок, чтобы его бедная жена ни в чем не нуждалась. Так и жила она тихо и незаметно в замке, где ее, по возможности каждый день, навещал муж, за исключением тех дней, когда он был в отъезде. С тех пор заботы о хозяйстве в замке легли на плечи женщины, которая вырастила и воспитала лорда Роберта.

Мэвис, так ее звали, несмотря на свой возраст была довольно крепкой и строгой женщиной. Все жившие в замке слуги уважали ее за справедливость и беспрекословно выполняли ее указания. Она-то и встретила своего господина у входа в главный зал с радостной улыбкой и немедленно дала указание слугам приготовить комнату для гостя и принести горячей воды для лорда Роберта и Кейона – так представил ей барон своего молодого спутника.

Мужчины поднялись по лестнице на второй этаж, где располагался главный зал. Стены зала были выложены крупной каменной кладкой и выглядели довольно крепкими. Грубо высеченные камни стен, каменные полы, на которых лежали шкуры убитых животных, каменные своды высокого потолка, каменные ступени – вот первое, что увидел Киан. Он с интересом принялся рассматривать убранство помещения. С деревянных балок, находящихся под самым потолком, низко свисали круглые, грубой ковки, светильники с сальными свечами. А на стенах были прикреплены факелы. Два огромных камина обогревали просторный зал в холодные дни. Над ними висели трофеи: чучела голов оленей, косуль, кабанов невиданных размеров. На других стенах висели шкуры, оружие: мечи и щиты с гербом и фамильным девизом баронов Орли. Узкие высокие окна пропускали достаточно дневного света. Главный зал был самым просторным в замке – ведь именно здесь лорд Роберт собирал своих подданных, устраивал праздники или вершил суд. От лорда Роберта не ускользнул восхищеный взгляд молодого человека, и он пообещал своему гостю на следующий день показать весь замок.

Незадолго до прибытия в замок барон Орли отправил одного из воинов оповестить о скором прибытии отряда. И сейчас слуги, носясь взад и вперед, готовили зал к ужину. Надо было разместить и накормить большое количество людей. Столы уже были выдвинуты на середину, а к ним были придвинуты длинные скамьи.

Пока Киан, как истинный охотник, восхищался трофеями, лорд Роберт распросил начальника замковой стражи о том, что происходило в его отсутствии. Убедившись, что все спокойно, хозяин замка предложил гостю подняться в его комнату, вымыться с дороги и немного отдохнуть перед ужином.

Киана проводили в отведенную ему комнату, в которой уже стояла круглая деревянная бадья, наполненная горячей водой. Юноша не сразу понял, что от него хотят, ведь никогда раньше ему не приходилось мыться, как это делали люди. Но смекалка подсказала ему, что раз с него сняли всю одежду и указали на бадью с водой, то стоит последовать указанию. И он с удовольствием окунулся в горячую воду, что привело его в неописуемый восторг. Ведь впервые в жизни он находился не в холодной, а в горячей воде.

После того как Киана отмыли, перевязали рану и одели в чистую одежду, он прилег на стоявшую в комнате огромную кровать и незаметно для себя самого заснул. Его разбудило осторожное прикосновение к плечу – это слуга решился разбудить гостя, иначе тому ничего не достанется на ужин.

Киан спустился в главный зал, где столы уже ломились от разнообразной еды. Жареного на огромном вертеле кабана вот-вот должны были снять с огня Зал ярко освещался зажженными факелами и свечами на огромных светильниках, свисающих с потолка. Свечи были дорогим удовольствием, но по особым случаям, таким, как сегодня, их зажгли по всему замку.

Лорд Роберт сел в центре стола, который находился на небольшом возвышении. Справа от него сидел Киан, а все остальные рыцари уселись за длинный общий стол. На столе было разнообразное мясо с хорошими приправами, ведь замок окружали большие леса, где в изобилии водились олени, кабаны и другая дичь. На деревянных подносах лежали свежий, еще теплый, хлеб, булочки и кренделя. Здесь были сыр, рыба, фрукты… Одним словом, хозяин старался угодить гостю, как мог.

Как только лорд Роберт произнесен тост за здоровье его гостя, рыцари с ревом его повторили и с большим аппетитом накинулись на еду. Конечно, Роберт мечтал сообщить своим людям великую новость о том, что наследный принц наконец-то найден, но в целях безопасности он только сказал, что сегодняшний день является одним из самых лучших в его жизни.

Киан тоже отхлебнул красного вина и тут же закашлялся, чем развеселил матерых воинов вместе с лордом Робертом, который едва сдержался, чтобы не рассмеяться во весь голос. Лорд по-дружески похлопал гостя по спине, чтобы тот откашлялся, и предупредил, чтобы тот не налегал на вино, так как рана еще не зажила. К тому же, Роберт не знал, насколько сильно вино может развязать язык юноши.

После ужина, когда все рыцари отправились по своим делам, хозяин замка и его гость уселись в кресла перед камином и, продолжая потихоньку потягивать вино, просидели за разговорами до глубокой ночи. В то время, как лорд Роберт продолжал рассказывать о жизни в королевстве Конкайден, в том числе и о Брейдене, Киан незаметно для себя погрузился в размышления.

Он думал о том, как оказался на земле, об обещании, данном королю Годлаку, о Найде, которая, наверное, сейчас очень сильно волновалась за него. Молодой человек думал и о своей настоящей матери, которая, по словам лорда Роберта, все эти годы верила и надеялась, что ее сын жив.

Но больше всего Киан думал, конечно же, о Ланике. Ведь она все еще где-то там, одна, беспомощная, ищет его. А что если с ней что-то случилось, что если она страдает от голода в темном холодном лесу? А вдруг ее уже нет в живых?

В какой-то момент Роберт заметил печаль на лице своего гостя, который, не мигая, смотрел на языки пламени в камине.

– С вами все в порядке, ваше высочество? – тихо спросил хозяин замка.

Но Киан, казалось, его не слышал – он не привык к обращению «ваше высочество». И только, когда лорд Роберт тронул его за рукав, юноша вздрогнул и пришел в себя. Он перевел взгляд с огня на озабоченное лицо барона и произнес:

– Дорогой друг, я благодарен вам за помощь и за все, что вы сделали для меня. Как я понял, вы желаете того же, что и я – свергнуть короля Брейдена. Но должен быть с вами откровенен, моя основная цель сейчас – найти мою жену.

– Вы женаты?! – воскликнул Роберт удивленно.

– Да, дорогой барон, и на очень особенной девушке. Ее зовут Ланика.

– Так значит вот какая причина заставила вас появиться в наших землях, вернее в ваших, ваше высочество.

– Да, именно из-за Ланики я очутился здесь… Это долгая история… Дело в том, что мы полюбили друг друга с первого взгляда, но, по велению ее отца, Ланика должна была выйти замуж за другого. Ее отец считал, что я недостоин руки его дочери.

– Как?! Вы же сын короля!

– Тогда я еще не знал этого. Моя приемная мать совсем недавно рассказала мне, кто я на самом деле. Так вот, вопреки ее отцу мы все же поженились и сбежали. Узнав об этом, отец Ланики впал в ярость, нас нашли, меня бросили в темницу, потом ее отец меня помиловал и выслал, но за это время произошло то, что позволило мне вернуться и даже скорее всего получить от ее отца согласие на наш союз. Однако неожиданно для всех Ланика, не зная, что я вернулся, сбежала и отправилась на мои поиски. Так мы потеряли друг друга. И сейчас мне необходимо скорее найти мою жену, пока с ней не случилось чего-то дурного, – печально закончил свой короткий рассказ Киан.

– Ваша жена очень отважная, раз решилась на такое. Видимо, она очень сильно вас любит. Я уверен, что с ней все хорошо, и когда мы ее найдем, она будет достойной и всеми любимой королевой, – с уважением произнес лорд Роберт. – Как, вы говорите, ее имя – Ланика?

– Да, это хрупкая девушка с белой кожей, зелеными глазами и длинными прекрасными черными волосами. Ее ни с кем не перепутать! – произнес Киан с восторженным лицом.

Лорд Роберт окликнул слугу и велел позвать начальника стражи. Вскоре в зал вошел рослый воин, которого Киан уже видел – он приветствовал барона Орлипо возвращению. Это был мужчина лет сорока с совершенно голой головой, что ничуть не портило его внешность. Тренированное тело без капли жира выдавало в нем опытного и сильного воина. Он был очень загорелым, так как основное свое время проводил, гоняя воинов барона на тренировочной площадке во дворе замка. Это был один из самых близких и преданных друзей лорда Роберта.

– Олкен, отправь несколько человек на поиски девушки по имени Ланика.

– Да, милорд, – кивнул начальник стражи.

Киан описал ему, как выглядит девушка, и, когда тот покинул зал, взволнованно сказал:

– Благодарю вас, лорд Роберт!

– Не стоит, ваше высочество, это мой долг, – мягко ответил барон.

– Дорогой Роберт, я бы был очень рад, если бы вы называли меня по имени не только прилюдно, – произнес Киан.

– Но ваше высочество… – начал было возражать Роберт.

– Вы стали мне другом, а я не хочу, чтобы друг называл меня так официально, – прервал его Киан.

– Хорошо, ваше высочество… то есть, Киан… но не забывайте – для всех других вы Кейон… – лорд Роберт протянул принцу руку, и тот с удовольствием ее пожал.

Уже далеко за полночь хозяин замка проводил своего гостя в его комнату и, пожелав молодому человеку спокойной ночи, удалился к себе. Стоя в дверном проеме, Киан еще раз обвел глазами предоставленную ему комнату. В углу у окна стояло массивное кресло с подушками, а между окнами – стол с еще одним креслом. Напротив камина у стены расположилась большая кровать с балдахином. На ней лежали меховые покрывала. По обеим сторонам от кровати были зажжены свечи. Под окном стояли два массивных сундука, где должны были бы храниться вещи гостя. Но у Киана не было ничего, кроме меча, и пока сундуки были пустыми. Он подошел к окну и выглянул наружу. Перед замком в лунном свете серебрилось озеро, по берегам которого чернели силуэты деревьев и кустарников. Лорд Роберт рассказывал, что озера вокруг замка были богаты рыбой, которая сейчас плескалась в воде, оставляя рябь на темной поверхности. Местные жители никогда не испытывали нехватки в еде. Их господин – барон Орли– дал разрешение каждой семье ловить рыбу в его озерах, но только для того, чтобы питаться. Тех же, кто злоупотреблял добротой своего господина, наказывали, а если и после этого нарушения продолжались – попросту прогоняли с земли барона.

Киан еще какое-то время полюбовался этим умиротворяющим видом, вспоминая свою прежнюю жизнь, свою молодую жену, мать. Он снова попросил Бренну помочь ему поскорее найти Ланику, а до той поры беречь и охранять ее. Но потом усталость и крепкое вино взяли свое. Сняв с себя верхнюю одежду, он улегся на мягкую постель и тут же уснул.

Глава 33

Глава 33

Ланика медленно открыла глаза и огляделась. Она лежала на кровати, по самый подбородок укрытая пушистыми овечьими шкурами… Внезапно послышался шорох, и девушка повернула голову в ту сторону, откуда он донесся. Ее взгляд остановились на крепко сбитой женщине, которая стояла к ней спиной и что-то делала у очага. «О, нет!» – мысленно воскликнула бедняжка, решив, что снова попала в руки своих «спасителей». Глаза бедной девушки наполнились слезами отчаяния.

Вдруг, словно почувствовав на себе чей-то взгляд, хозяйка дома повернулась, и Ланика увидела, что это была совсем другая женщина, на вид очень добрая. Девушка облегченно вздохнула и закрыла глаза – теперь она могла спокойно отдохнуть.

Но в этот момент скрипнула входная дверь, и в дом вошел пожилой мужчина крепкого телосложения. Это был охотник, который уже давно выслеживал одинокого матерого волка, порезавшего несколько овец в деревне. И, к счастью для Ланики, в тот момент, когда безжалостный хищник бросился на нее, мужчина находился неподалеку. Он-то и выстрелил из лука, попав волку прямо в бок.

– Ну, как она? – спросил вошедший полушепотом.

– Пока спит, – ответила женщина, взглянув на Ланику, которая притворилась спящей. – Скоро суп подойдет, тогда я ее и разбужу.

– Хорошо, – одобрительно кивнул мужчина. – Видимо, она в беде – кроме этой рубахи на ней ничего не было, да и по весу она не тяжелее наших овец… Наверное, бедняжка голодала несколько дней.

– Сколько же она бродила по этому страшному лесу! – расстроенно произнесла женщина.

– Наверное, не один день.

– Бедная девочка! – горестно вздохнула хозяйка дома.

Когда мужчина вышел, Ланика попыталась пошевелиться, но шкуры словно приковали ее к постели.

– С возвращением, милая, – заметив ее движение, произнесла женщина с улыбкой.

– Где я? – неуверенно спросила Ланика.

– Ты у нас в доме. Мы с мужем тут живем. Он охотник, и это он спас тебя от ужасной смерти.

– Как долго я спала? – слабым голосом спросила девушка.

– Полночи и весь день, – улыбнулась хозяйка дома.

– Так долго?!

– Ну, тебе еще повезло, могло бы быть хуже. Если ранение какое…

– Вы не собираетесь меня продавать? – испуганным голосом спросила Ланика.

Женщина налила в миску супа и подошла к постели.

– А зачем? – спросила она удивленно и, поставив миску на небольшой стол, сняла с Ланики пару шкур, взяла еще одну подушку и подложила ей под голову.

– Я попала к людям, которые заперли меня и собирались продать, – произнесла девушка.

– Ох уж эти злодеи! Никакого сострадания, лишь бы денег побольше сорвать! – запричитала в сердцах добрая женщина. А затем пристально посмотрела на девушку и как можно убедительней сказала: – не волнуйся, в нашем доме ты в безопасности. Никто никому и никогда тебя не продаст, даю слово.

Ланика посмотрела на женщину с надеждой, но ничего не сказала.

– Как тебя зовут, моя дорогая? – спросила хозяйка дома.

– Ланика.

– А меня – Марта, а мужа моего – Эдвард. Слава богу, что он наконец убил этого волка. Ох, долго же он его выслеживал! Столько овец это чудовище порезало в нашей деревне… Ну, да ладно. Скажи мне, милая, откуда ты и что ты делала в этом страшном лесу одна?

– Я… я…

Ланика не знала, что и ответить. Ведь никто прежде не задавал ей этот вопрос, да она и не думала, что кто-то спросит. Единственное, о чем думала принцесса, когда выходила из воды – как ей найти Киана в этом огромном, незнакомом ей мире.

Марта решила больше не мучать бедняжку расспросами, увидев замешательство на лице девушки. «Захочет, сама расскажет», – решила женщина и подула на суп. Затем зачерпнула деревянной ложкой похлебку и поднесла ко рту Ланики.

– На вот, глотни, мы небогатые, но благодаря мужу-охотнику супы у меня отменные.

Ланика открыла рот и тут же почувствовала теплую необычную жидкость – ведь никогда прежде ей не приходилось есть приготовленной на огне еды, да еще теплой! Хозяйка говорила правду – что бы там ни было, это было вкусно! И принцесса с большим аппетитом съела целую миску супа, только сейчас почувствовав, как сильно она проголодалась.

Спустя пару дней Ланика уже окончательно пришла в себя. Пожилая пара приняла ее как родную. Марта очень терпеливо учила девушку, как правильно вести хозяйство, ведь та ничего не умела – ей никогда раньше не приходилось этим заниматься. Девушке очень хотелось отблагодарить Марту за то, что та приютила ее в своем доме и была так добра к ней, поэтому Ланика старалась во всем угодить пожилой женщине.

А еще, не желая быть слишком скрытной с людьми, которые так тепло к ней относились, Ланика поведала свою печальную историю: про Киана, про отца, который хотел выдать ее замуж за нелюбимого, про тех людей, которые ее чуть не продали. Единственное, что она утаила, так это то, что она на самом деле русалка и отец ее – великий морской король Годлак.

…Так прошли еще несколько недель. Все это время Ланика думала о Киане. Девушка также понимала, что ей надо продолжить свой путь в поисках мужа, но в то же время ей не хотелось покидать эту милую, добрую супружескую пару, у которой ей так хорошо жилось.

В один из дней, когда Ланика развешивала постиранное белье, из леса показался небольшой отряд всадников. В руках некоторых из них развевались флаги с каким-то гербом. Они подъехали к дому Марты и спешились. Ланика испугалась и спряталась за висящими простынями, а затем, улучив момент, забежала в дом. Воины подошли к изгороди и окликнули Марту:

– Матушка, вы не напоите нас и наших коней?

– Отчего же, конечно, напою, – ответила хозяйка дома и, стряхнув с фартука зерно, которым кормила кур, указала на колодец.

Всадников было человек десять. Зайдя на внутренний двор, один из них опустил ведро в колодец. Пока они пили и наполняли корыто для коней, Марта разглядывала их одежду, мечи.

– Откуда вы такие красивые будете? – спросила она, глядя на гербовые знаки на их одеждах.

– Из замка барона Орли, мать, – ответил воин, вытаскивая очередное ведро с водой.

– И куда путь держите?

– Мы ищем девушку с длинными черными, как ночь, волосами и зелеными глазами, ее имя Ланика. Не видели такую?

Марта на секунду задумалась, вспомнив, как Ланика метнулась в дом при появлении всадников.

– Нет, к сожалению, не видела. А кто она? – спросила женщина невинным голосом.

– Простите нас, но этого нам говорить не положено, – ответил воин.

– Ничего, я все понимаю. Пейте, сколько хотите, и да сопутствует вам удача в вашем поиске, – ответила хозяйка дома.

Конечно же, Марта сразу поняла, кого разыскивали эти воины. Но женщина решила не выдавать так полюбившуюся ей девушку, да и Ланика, похоже, не особо хотела, чтобы ее нашли.

Когда отряд уехал, Марта зашла в дом.

– Спасибо вам, – поблагодарила ее девушка.

– Не за что, милая. Ты сама должна решать, оставаться ли тебе у нас или вернуться к отцу. И когда ты решишь нас покинуть, я не буду тебя удерживать, у каждого свой путь… – невозмутимо ответила женщина, но в голосе ее звучала грусть.

Глава 34

Глава 34

Ранним утром Киана разбудил шум, доносившийся снаружи. Он поднялся с постели и выглянул в окно. На ристалище во дворе замка обнаженные по пояс воины занимались ежедневными тренировками. Кто-то бился на мечах, кто-то сражался с вращающимся мешком, наполненным песком. Звенели мечи, раздавались подбадривающие крики глазеющих на воинов мальчишек.

В замке периодически проводились состязания, где немало воинов доказывали свое умение управляться с оружием. Смотреть на них приходили все желающие, если это не мешало их повседневным обязанностям, но больше всего среди зрителей было, конечно, детей.

Это напомнило Киану то время, когда он сам будучи мальчишкой с восхищением смотрел на воинов короля Годлака, а потом стал одним из них…

Пока он наблюдал за тренирующимися воинами, в дверь тихо постучали, и в комнату вошла служанка с кувшином с водой. А следом за ней шел немолодой мужчина, который сообщил, что он должен снять мерки, так как лорд Роберт приказал сшить гостю новую одежду.

Киан наскоро умылся прохладной водой, затем портной несколькими ловкими движениями снял с него мерки и поспешно удалился – ведь барон потребовал новую одежду гостю как можно скорее.

Вскоре служанка сообщила о том, что барон Орлиждет гостя в главном зале. Одевшись, молодой человек поспешно спустился вниз, где его встретил улыбающийся лорд Роберт.

– Как вам спалось? – спросил барон.

Киан улыбнулся ему в ответ, вздохнул полной грудью и произнес:

– Не могу сказать, вино это или мягкая постель, но так хорошо, как сегодня ночью, я давно не спал.

– Да, вино у нас делают отменное, – добродушно улыбнулся лорд Роберт и пригласил Киана к уже накрытому столу.

Мужчины с удовольствием принялись за еду. На этот раз трапеза была скромнее. Рыцари уже давно позавтракали, и теперь стол был накрыт только на двоих. Покончив с завтраком, лорд Роберт напомнил Киану, что еще вчера пообещал показать гостю свой замок, а также прилегающие к нему земли. И вскоре радушный хозяин уже вел своего гостя по залам, рассказывая o том, как замок строился, обо всех его главных событиях, его жителях, о картинах и трофеях, висевших на стенах. Киан с интересом слушал лорда Роберта, ведь это была совершенно новая для него жизнь. Он разглядывал деревянные скамьи, кресла, стулья, столы и все, что так вызывало его неподдельный интерес. Ведь прошли века с того момента, когда первые люди стали русалами – и быт на земле и под водой совершенно отличался. Здешние мастера создавали вещи с такой же любовью и так же искусно, как и мастера короля Годлака. Так они выражали уважение и благодарность своему господину.

Барон Орлиеще не знал о прошлой жизни принца, но он видел, что Киан не знал многих простых вещей, которые должен был бы знать, если бы рос в знатной семье. Скорее всего, думал Роберт, юношу спасли и вырастили простые люди, поэтому сейчас хозяин замка терпеливо и подробно отвечал на вопросы молодого человека, даже если они были странными. В то же время барон видел, что в Киане явно не проглядывал неотесанный мужлан, живущий всю жизнь в какой-нибудь бедной деревне. И это было непостижимой загадкой, которая вызывала непреодолимый интерес и желание во что бы то ни стало ее разгадать.

После экскурсии по замку лорд Роберт и Киан отправились к кузнецу – барон хотел показать своему гостю, какой у него превосходный мастер. Доспехи для всех его воинов были изготовлены в этой кузне. Здесь же рослый мастер с перепачканными лицом и руками снял с Киана мерки, чтобы изготовить доспехи и для него. Потом они прошли к площадке, где упражнялись воины. Барон Орлипоручил одному из своих лучших рыцарей сделать Киана таким же непобедимым, как и тот сам, но только после того, как рана молодого человека окончательно заживет.

Все оставшееся до обеда время Роберт и Киан верхом осматривали окрестности. После полудня мужчины вернулись в замок, где за обедом тщательно обсудили, когда им лучше всего отправиться к королю Брейдену. В течение нескольких последующих дней Киан просто пользовался гостеприимством лорда Роберта и с нетерпением ждал момента, когда сможет снова взять в руки меч.

Через пару недель Киана уже было невозможно удержать, и барон скрепя сердце согласился, чтобы принц вышел на ристалище. Барон и сам принял живое участие в подготовке сына короля Виллема к предстоящей встрече с его сводным братом. А еще через месяц изумленные воины с шумом обсуждали невероятные успехи молодого парнишки на ристалище. Ведь они не знали, что он был одним из лучших воинов в подводном королевстве!

Как только лорд Роберт убедился, что принц окончательно окреп и достиг высокого мастерства в сражениях, из замка Орли выехала небольшая группа всадников. Если особо не торопиться, то их путь до королевского замка должен был занять не больше двух дней, но лорд Роберт решил хоть немного показать Киану владения его отца. Принц должен был знать местность на тот случай, если что-то пойдет не так.

К ночи они уже проехали достаточно много, лошади нуждались в отдыхе, и барон приказал своим людям разбить лагерь. После ужина они долго молча сидели у костра и глядели на багровые языки пламени… Вдруг лорд Роберт заговорил:

– Короля Виллема убили, когда мне было почти двадцать лет. Мой отец, барон Ледар Орли, служил своему любимому королю верой и правдой все эти годы. Когда Брейден начал плести свои интриги, отец встал на защиту короля Виллема. Брейден понял, что не сможет просто так перетянуть на свою сторону моего отца. И тогда он пригрозил, что уничтожит полностью всю нашу семью: мою мать и двух малолетних сестер. Я тогда был далеко от дома, но отец знал, что Брейден способен добраться и до меня. Этот негодяй никогда не произносил пустых угроз. Моя мать в то время ожидала еще одного ребенка, и отец впал в отчаяние. Он любил свою семью больше жизни и, боясь потерять жену и детей, согласился не вмешиваться в события, как бы они ни развивались. Однако взамен отец потребовал от Брейдена клятву, что тот не тронет его семью… Вскоре после гибели короля Виллема отец сильно заболел. Совесть грызла его изнутри и не давала забыть совершенного, как он считал, предательства. Отец быстро угасал, и я, как старший сын, должен был вернуться домой, чтобы в случае смерти барона Орли принять его титул. Перед смертью отец взял с меня обещание присягнуть на верность Брейдену, чтобы всегда быть рядом с королевой Эйлис и поддерживать ее, соблюдая всяческую предосторожность. А когда наступит подходящий момент – отомстить за короля Виллема. Я должен это сделать, чтобы очистить имя моего отца от пятна предательства и успокоить его душу – мне кажется, что, даже уйдя в мир иной, душа моего отца все еще не может найти покой. Поэтому я сделаю все, чтобы справедливость восторжествовала!

Закончив говорить, лорд Роберт вздохнул. Казалось, тяжелый камень упал с его души, ведь он хранил этот секрет долгие годы. Теперь, когда законный наследник короля Виллема был найден, барон Орлинамеревался сделать все, чтобы Киан занял полагающееся ему по закону место – трон королевства Конкайден.

– Спасибо вам, мой друг, за то, что вы поддерживали мою мать все эти годы… – произнес Киан. – Я ни в коем случае не виню ни вас, ни вашего отца… Видно, так было угодно судьбе.

– Благодарю вас, ваше высочество… простите… Киан, – произнес Роберт Орлии устремил задумчивый взгляд на горящий костер.

В эту ночь они оба размышляли над человеческой судьбой, над тем, насколько она может быть жестокой и непредсказуемой… А рано утром отдохнувшие люди барона Орлиснова тронулись в путь. Весь день всадники провели в седле, лишь однажды остановившись на короткую передышку. Уже в сумерках на их пути встало небольшое селение, где они и решили заночевать. Лорду Роберту и Киану предоставили две комнаты в просторном доме одного из местных жителей, а остальные воины разместились снаружи.

Рано утром отряд вновь отправился в путь. Когда солнце перевалило за полдень, всадники почти достигли прибрежного города, в котором расположился величественный королевский замок с его высокими башнями, одна из которых была построена прямо в воде, на небольшом расстоянии от основной части строения. Морские волны с шумом бились о стены этой башни, а из окон можно было кормить вечно голодных чаек. Этот замок-крепость был построен еще предками короля Виллема. Королевство, город и замок носили одно и то же имя – Конкайден. Те, кто строил замок, отлично разбирались в военных укреплениях: ведь замок был достаточно хорошо защищен как с суши, так и с воды. Он стоял на самом берегу, и с этой стороны его стены омывались волнами Биргинского залива. Прибой в этом месте был достаточно грозным и никому не давал приблизиться к замку.

Город был окружен высокой мощной стеной в виде подковы, которая была такой толщины, что по ней плечом к плечу могли пройти пятеро воинов. Подножие ее снаружи было усыпано множеством острых камней и каменных валунов. Поэтому даже пешему воину было бы очень трудно подобраться близко к городской стене, не говоря уже о всаднике или осадном орудии. Недалеко от города виднелись соломенные крыши многочисленных домиков, в которых жили крестьяне. В минуты опасности они укрывались за стенами города.

Сам замок Конкайден тоже были неприступен. Глубокий ров окружал высокую стену, которая надежно защищала замок от врагов на случай, если они все же прорвутся в город. С одного конца этот ров соединялся с заливом – на дне его под городской стеной находился выход в море, который был надежно закрыт тяжелой металлической решеткой. Во время приливов ров постоянно заполнялся морской водой. Когда же начинался отлив, уровень воды в нем оставался прежним благодаря естественному барьеру из невысоких подводных скал.

Киан с восхищением смотрел на то, что когда-то принадлежало его отцу. Замки на суше несколько отличались от тех, что были под водой. Но явным сходством было наличие башен – неотъемлемая часть любого замка – и высокие узкие окна.

Стража у городских ворот остановила их, но узнав флаги с гербом рода Орли, немедленно пропустила отряд. Путники не спеша направились к королевскому замку.

Киан с интересом оглядывался по сторонам. Под любопытными взглядами местных жителей, а особенно женщин, отряд проехал по узким улочкам города с его невысокими домами и приблизился к воротам замка Конкайден. Барон Орлигромко назвал свое имя, и через несколько мгновений всадники уже въезжали во внутренний двор.

Всадники спешились, и Киан, подавляя в себе внутренний трепет, последовал за лордом Робертом, который поднимался по широкой лестнице. Барон уверенным шагом шел по давно знакомым ему ступенькам, в то время, как его спутник с интересом озирался по сторонам, то и дело спотыкаясь.

Наконец они миновали длинный коридор и остановились перед дверью, возле которой стояли два стражника. Главный распорядитель, постучав, зашел внутрь и через минуту вышел обратно. С невозмутимым лицом он сообщил, что король Брейден пока занят, но как только освободится, их сразу пригласят. Еще секунда, и надменный придворный скрылся в коридорах.

Недолго думая, барон уселся на скамью для ожидающих аудиенции и показал Киану на место рядом с собой. Поколебавшись мгновение и заметив предостерегающий взгляд лорда Роберта, молодой человек покорно присел на скамью. В груди у него все кипело! Он представлял, как воткнет меч в сердце убийцы своего отца.

Нельзя сказать, что Киан испытывал любовь к своему отцу, ведь он никогда его не знал. Но судя по рассказам лорда Роберта о том, каким славным был король Виллем и как скоротечно и несправедливо оборвалась его жизнь, Киан ощущал безмерное уважение к своему отцу и желание восстановить справедливость и мир в королевстве. Именно это и наполняло сердце юноши ненавистью к человеку, которого он еще в глаза не видел и который считался его сводным братом.

Лорд Роберт заметил напряженное состояние принца и, желая отвлечь его от опасных мыслей, стал тихим шепотом описывать ему замок, особенно ту его часть, где находятся покои королевы Эйлис и ее фрейлин. Башня, выступающая в море, и была той самой, которую избрала для себя мать Киана, желая как можно меньше сталкиваться с убийцей своего мужа. Из основной части замка туда можно было попасть только по узкому каменному мосту, соединявшему два строения.

Королева Эйлис и не желала для себя ничего лучшего. Долгими днями и вечерами она глядела на волны, бьющиеся о стены башни, – то тихие и ласковые, то мутные и неистовые – и только их шум почему-то мог успокоить ее душу в минуты печали и тоски…

Еще какое-то время лорд Роберт и Киан тихо разговаривали. Но вот дверь открылась, и в коридор вышел высокий широкоплечий мужчина. Это был начальник королевской стражи, с которым король обсуждал внутренние дела замка.

– Его величество готов вас принять, – произнес мужчина, – но прежде чем войти, вы должны сдать все имеющееся у вас оружие.

Пока барон, усмехнувшись, снимал пояс с мечом и небольшим ножом, Киан стоял, не шелохнувшись. Тогда лорд Роберт многозначительно взглянул на него, и молодой человек расстегнул пояс и вместе с мечом и кинжалом передал стоящему рядом стражнику, а затем их пригласили войти.

В просторном зале недалеко от стены с факелами стоял массивный стол из ценного дерева, окруженный такими же креслами с высокими спинками. На столе лежало несколько книг. Рядом с ними – письменные принадлежности. Киан видел книги и в замке барона Орли, только там их было огромное количество. Целые стены от пола до потолка были заставлены книгами самых разных размеров. В зале, куда они с бароном вошли, по правую сторону от стола, возле огромного камина, возвышалoсь кресло тоже с высокой спинкой, наполовину развернутое к входной двери.

– Давненько тебя не было видно, Роберт, – неожиданно прозвучал сильный мужской голос.

Брейден сидел с кубком вина в руке, удобно развалившись в кресле и вытянув ноги к камину. Но вот он поднялся, отставил кубок на выступ камина и направился навстречу вошедшим.

– Приветствую вас, ваше величество! – произнес барон Орли, стоя посреди зала со склоненной головой.

Он незаметно подал Киану знак рукой, и тот, последовав примеру своего «господина», склонил голову, но все же успел разглядеть короля-самозванца.

Брейден был почти одного роста с Кианом и довольно крепкого телосложения. Король выглядел неплохо, хотя по возрасту он годился Киану скорее в отцы, чем в братья. Он стоял, надменно подняв голову, которую поддерживала мощная шея. Грудь его была выпячена вперед, а небольшие черные глазки, не мигая, холодно рассматривали стоящих перед ним людей. На голове его была корона, из-под которой выглядывали остатки черных волос. Седеющая борода закрывала половину лица короля. Он пристально смотрел на лорда Роберта.

– А это кто? – спросил Брейден, и его взгляд устремился поверх плеча барона. – Твой новый оруженосец?

– Да, ваше величество, но не надолго. Его звать Кейон, он сын кузнеца, но уже показал себя достойным рыцарского звания. По дороге сюда на нас напали, и этот юноша спас мне жизнь. Тогда я поклялся посвятить его в рыцари, а как вы знаете, слово свое я всегда держу, – ответил лорд Роберт.

Король еще внимательнее посмотрел на молодого воина.

– Кого-то он мне напоминает, – задумчиво произнес Брейден, затем приказал: – Ну-ка, подними голову!

Киан нехотя медленно поднял голову, и их взгляды встретились. Мужчины пристально смотрели друг на друга с полминуты. Молодой человек сверлил глазами убийцу своего отца, и кровь в его венах все больше закипала. Но несмотря на свое желание убить самозванца прямо на этом самом месте, Киан удержался от такого искушения, помня данное лорду Роберту обещание не делать ничего опрометчивого. «Всему свое время», – сказал ему мудрый барон Орли. И молодой воин опустил глаза, чтобы не спровоцировать убийцу.

– А этот юнец спесивый – не пристало таким взглядом смотреть на короля, – заметил Брейден.

– Простите его, ваше величество, он впервые в королевском замке и никогда не имел чести встречаться с королями. Он просто поглупел от счастья и не может на вас наглядеться.

– Нет, не могу вспомнить, кого он мне напоминает, – отрывисто произнес король и, еще раз посмотрев пристально на Киана, отвернулся от него. – Ну да ладно, теперь давай о делах.

Лорд Роберт подал знак, и Киан покинул комнату. Еще пару часов он слонялся возле двери в ожидании окончания разговора.

Наконец барон вышел от короля и, не проронив ни слова, торопливым шагом направился прочь из замка. Только отъехав на приличное расстояние от крепостной стены, лорд Роберт воскликнул:

– Еще секунду, и он бы вас узнал! Никогда больше не смотрите на Брейдена так, как вы это сделали сегодня. Взглянете ему прямо в лицо только тогда, ваше высочество, когда ваш меч будет у его горла…

Барон Орлибыл вне себя – он сердился на Киана, и одновременно его сердце дрожало от страха за жизнь принца. Ведь барон относился к нему, словно к родному сыну.

Молодой человек ничего не сказал в ответ на резкие слова своего друга. Он понимал, что такая реакция барона вызвана страхом за жизнь будущего короля – за его, Киана, жизнь.

– Совсем скоро вам предоставится такая возможность, – голос лорда Роберта звенел. – Своим непочтительным вызывающим взглядом вы задели Брейдена. Он любит участвовать в сражениях и поэтому велел мне поторопиться с посвящением вас в рыцари, потому что сам хочет с вами сразиться. Хочет проверить – так же вы бесстрашны в бою, как показали себя перед королем? Совсем скоро состоится турнир, где вам придется применить все свое мастерство и сноровку…

Глава 35

Глава 35

Вскоре после встречи с всадниками Марта отправила Ланику за покупками. Девушка уже бывала в городе вместе со своей доброй спасительницей, но сейчас она должна была отправиться туда одна. Жена охотника поцеловала девушку и еще некоторое время стояла у ограды, глядя, как ее помощница петляет между лужами на дороге, ведущей в город. Когда девушка скрылась из виду, Марта вернулась в дом.

Добравшись до городской площади, Ланика увидела, что тут, как всегда, полно людей. В конце каждой недели с самого утра на городскую площадь съезжались жители окрестных сел, привозя с собой товар на продажу. Рынок всегда вызывает интерес даже у бывалых покупателей… Девушка долго бродила среди лотков, с любопытством разглядывая различные товары. Она останавливалась то тут, то там, затем снова пробиралась сквозь толпу.

Вдруг прямо посередине площади раздалась ругань и следом смех многочисленных людей. Народ начал сбегаться в кучу – все стояли вокруг чего-то или кого-то и безудержно хохотали. От любопытства Ланика тоже поспешила посмотреть, что там происходит, и теперь из-за спин людей наблюдала, как два важных неуклюжих господина валялись в луже. Один поднимался на скользкой земле, помогая второму, и они тут же падали снова. Это и вызывало всеобщий смех.

Вдруг позади себя девушка услышала женский голос:

– Твое лицо мне кажется знакомым!

Ланика повернула голову – на нее пристально смотрела та самая отвратительно пахнущая женщина, которая вместе с сыном подобрала ее на дороге и собиралась продать.

– Так это же наша беглянка! – воскликнул мужской голос по другую сторону от девушки

Молодой мужчина тут же схватил девушку за руку и поволок подальше от толпы. Ланика сопротивлялась изо всех сил и звала на помощь, но мужчина заглушал ее голос своим.

– Это моя непослушная жена! – кричал он одиноким любопытствующим.

А его мать кудахтала, как наседка, причитала и поддакивала. Люди проходили мимо, видели, что происходит, но даже не пытались встревать в «семейные дела», а похитители волоком тащили Ланику по узким улочкам, выкручивая ей руки.

У повозки мужчина стал с силой запихивать пленницу внутрь. Девушка так яростно сопротивлялась, что поранила руку о деревянный косяк. Сразу же выступила кровь – и она была голубая! Женщина заметила это, на мгновение раскрыла удивленно рот, но тут же скомандовала:

– Натэн, немедленно запихни ее внутрь и закрой дверь на замок!

Как только мужчина закрыл за Ланикой дверь, похитители вскочили на сиденье впереди повозки и погнали лошадей во весь опор вон из города в сторону леса.

– Ты знаешь, кого мы только что поймали?! – воскликнула женщина, когда они уже отъехали на приличное расстояние от города.

– Что ты имеешь в виду, матушка?

– Мы поймали русалку!

– Ты в своем уме?! У нее же ноги…

– Да, я в своем уме! У нее кровь голубая! Я уж не знаю, откуда у нее ноги, но то, что кровь у нее голубая, я точно видела.

– И что нам теперь с ней делать?

– Бестолочь! Теперь мы богаты! Только надо добраться до воды, она нам столько золота принесет, что тебе и не снилось…

Когда они, наконец, подъехали к берегу моря, похитители залезли в повозку. Натэн схватил Ланику в то время, как его мать рылась в ящиках. Наконец она достала длинную цепь и обмотала ее вокруг талии Ланики, захватывая и руки девушки, чтобы та не могла сопротивляться. После этого мать с сыном поволокли бедняжку к самой кромке воды, где у берега на волнах качалась одинокая рыбацкая лодка. Натэн помог матери залезть в лодку, затем они вместе затолкали в нее девушку, которая отчаянно упиралась. Последним в лодку залез Натэн. Он отвязал веревку и взялся за весла. Медленно они поплыли все дальше от берега. Когда они отдалились на достаточное расстояние, лодка остановилась.

– А если она утонет? – вдруг взволнованно спросил Натэн.

– Русалки не тонут, – резко ответила ему мать.

– Но у нее же нет хвоста!..

– Ничего, и без хвоста справится, – бросила ему женщина, а потом повернулась к дрожащей девушке, высвободила ей руки, но оставила цепь на талии: – Неси все, что найдешь ценного на дне, – скомандовала она и вытолкнула Ланику за борт.

Девушка с громким плеском упала в воду и как могла начала бороться с цепью. Ей не хватало воздуха, ведь дышать, как раньше, под водой она уже не могла. Все ниже и ниже Ланика опускалась на дно, все меньше воздуха оставалось в легких. И, уже слабея, она изо всех сил прокричала имя своего любимого:

– Киан! Киан!

Ей казалось, что он ее услышит и придет на помощь. Но вместо звуков ей в рот хлынула морская вода – ведь теперь она была человеком и не могла, как раньше, спокойно разговаривать под водой…

…Некоторое время цепь сползала в воду и терла борт лодки, но потом движение прекратилось.

– Видимо, она уже достала до дна, – сказала женщина, вглядываясь в темную воду.

– Может, она утонула? – неуверенно произнес ее сын, тоже вглядываясь в глубину.

– Не глупи, наверное, она нашла что-то ценное.

– Я все же ее подниму… – и вопреки возражениям матери Натэн схватил цепь и начал тащить их жертву наверх.

Когда тело девушки показалось из воды, она уже не дышала.

– Мы ее утопили! – закричал Натэн обвиняющим голосом, затащил тело в лодку и начал трясти Ланику изо всех сил.

Наконец, после томительного ожидания, бедняжка вздохнула и пришла в себя, кашляя и чихая, выплевывая воду из своих легких.

– И что нам теперь с ней делать? – спросил Натэн у матери.

– Да, проку от нее никакого, но и отпускать ее просто так нет никакой выгоды, – с досадой задумчиво произнесла женщина. Через мгновение она воскликнула: – Я знаю, что с ней делать! Мы отвезем ее в замок короля Брейдена. Я уверена – король хорошо за нее заплатит… А потом пускай хоть в цирк отдает.

***

Как только Киан поплыл вслед за Ланикой, Найда поспешила в замок, сообщить королю Годлаку о том, что его дочь действительно отправилась на сушу.

Горю несчастного отца не было предела – его единственная дочь собралась покинуть подводный мир! В ужасе от этой мысли, Годлак вскочил с места и решительно воскликнул. – Найда, мне нужна твоя магия! Мне нужно попасть на сушу!

Найда смотрела на Годлака глазами полными сожаления – она понимала, что ей все же придется сказать королю всю правду. И эта правда может в конец добить сердце безутешного отца.

– Ваше величество, – произнесла русалка, поджав губы. – Вы должны знать кое-что об этом заклинании, – Найда замолчала на секунду, а затем продолжила. – С сожалением должна вам сообщить, что оно работает только в одну сторону. И если вы выйдете на сушу, вы никогда не сможете вернуться в подводный мир.

Лицо короля побледнело, он был не в силах выговорить ни слова – слова русалки прозвучали словно смертный приговор и означали, что ему никогда не удастся вернуть дочь обратно.

– К тому же, кто тогда будет защищать ваш замок? На кого вы оставите свое королевство? Экул, ваш брат, непременно займет трон, и тогда в подводном мире наступит хаос. Киан найдет вашу дочь, не сомневайтесь, ваше величество, – поспешила успокоить и привести вразумительные доводы Найда, испугавшись за состояние короля.

– Когда?! Когда он ее найдет?! Она же совсем не знает мир людей! За это время с ней может случиться все, что угодно! – воскликнул Годлак с лицом, на котором отразилась гримаса отчаяния и боли. Это был один из тех моментов, когда даже такой сильный мужчина, как король, не смог сдержаться – Годлак обессиленно опустился на трон и заплакал.

Эрлин многозначительно посмотрел на Найду, она словно прочитала его мысли и одобрительно кивнула.

Канцлер приблизился к своему убитому горем другу и положил ему на плечо руку.

– Чтобы ускорить поиски, мы с Найдой можем отправиться на сушу вслед за Кианом, помочь ему разыскать вашу дочь и быть рядом с ней, ваше величество.

Годлак поднял голову.

– Вы?! Но ведь тогда вы тоже не сможете вернуться! – воскликнул он. – А отпустить Найду, а следовательно и тебя, я никак не могу – ведь Найда теперь Хранительница нашего королевства! Нет, надо найти другое решение… Это мое дело, ведь Ланика моя дочь!

Годлак снова схватился за голову – он пытался найти какой-нибудь выход. И тут вдруг он повернулся к начальнику королевской стражи и резко сказал:

– На сушу отправишься ты, Велэй! Возьми с собой гвардию – столько воинов, сколько тебе понадобится, чтобы охранять мою дочь. Ланика не останется там одна, среди этих коварных людей!

– Не торопитесь, ваше величество, – перебила его Найда. – Ланику в любом случае уже не вернуть в наш мир, теперь ее судьба – жить на суше. Ваша дочь всегда отличалась сообразительностью. Судя по тому, что она написала в записке, оставленной на моем столе, – она знает, что Киан сын короля, чей замок стоит на берегу залива. Туда она и направилась. Киан пойдет следом за ней, и вскоре они встретятся. Будьте уверены, – как можно убедительней произнесла Найда. – А чтобы помочь ему с поисками, – продолжила русалка. – вы могли бы отдать приказ патрулировать весь берег моря, на тот случай, если Ланика будет замечена на побережье, и немедленно собщить об этом Киану.

Годлак посмотрел на Эрлина вопросительным взглядом, и тот согласившись со словами Найды, одобрительно кивнул. С того дня, королевские воины и дельфины курсировали вдоль берега, в надежде заметить принцессу. Один раз Годлаку доложили, что якобы видели его дочь с какой-то женщиной на побережье, но это была неточная информация, так как девушку было трудно разглядеть. Она была на некотором расстоянии от берега, и у нее были короткие волосы. В течение последующих недель вестей о Ланике так и не было. За это время Годлак перестал спать. Днями и ночами он плавал по тронному залу от стены к стене и разрывался между отцовским долгом и долгом перед королевством.

И вот, наконец, Ланика нашлась! Но вести были не совсем утешительными для и так убитого горем отца. Старательно подбирая слова, Годлаку рассказали о том, что произошло с принцессой, начиная с того, что Ланика жива и здорова. А затем уже о том, что ее скинули с лодки и дельфины подоспели лишь в тот момент, когда девушка уже была без сознания. О том, что всеми силами они пытались ее спасти, но девушка была обмотана цепью. Единственное, что дельфины смогли сделать – помочь принцессе быстрее подняться наверх, когда ее тащили обратно в лодку.

Узнав, что произошло с дочерью, Годлак впал в ярость. Он был в таком состоянии, что разнес свой трон на куски – нервы короля сдали. Замок словно сотрясался от того, как Годлак орал, метался по залу, круша все на своем пути, распугав всех вокруг. Но вот, наконец, король остановился и на весь зал проревел:

– Найду ко мне немедленно!

Как только Хранительница королевства вплыла внутрь, словно раскат грома, по тронному залу разнеслось:

– Мою дочь чуть не утопили! Где был твой Киан, когда это произошло?! Мою дочь там, на суше, мучают, а я, ее отец, все это время сидел тут и ждал, пока твой сын ее разыщет, по твоим словам! Говорил я себе, нельзя слушать женщин! – негодовал Годлак.

– Киан не сидит сложа руки, ваше величество… Я раскинула вчера свои магические ракушки – человек, спасший Киана от смерти, помогает ему в поисках принцессы, – вступилась Найда за сына. – Правда, пока безрезультатно. И если вы знаете, где сейчас ваша дочь, мы должны немедленно сообщить Киану о ее местонахождении. Только так мы сможем ей помочь, – уверенно произнесла русалка.

Наклонившись, Годлак молча смотрел на Найду пронизывающим взглядом, обдумывая ее слова. Но затем король выпрямился, поднялся с нового трона, который ему быстро предоставили вместо разбитого старого, пока он ждал Найду, и решительно приказал:

– Хорошо. Готовьте моего коня и отряд, мы выплываем!

Глава 36

Глава 36

С того дня, как барон Орлии Киан вернулись из замка Конкайден, молодой воин ежедневно по многу часов упражнялся, оттачивая свое мастерство в верховой езде, обучаясь правилам сражения, обычаям и поведению в обществе людей.

В один из таких дней, когда после целого дня утомительных занятий на ристалище Киан отдыхал у себя в комнате, в дверь постучали. На пороге стоял один из воинов лорда Роберта. Он сообщил, что барон Орлиожидает молодого человека в главной зале. Не мешкая, Киан натянул сапоги, которые скинул, чтобы дать ногам отдохнуть, и спустился в главный зал. Там в самом его центре стоял барон Орлив окружении нескольких рыцарей.

Лорд Роберт решил, что пришло время раскрыть правду – его люди это заслужили. Он собрал в главном зале около десяти самых преданных ему рыцарей, включая начальника стражи Олкена.

– Дорогие мои, верные братья, – начал лорд Роберт с серьезным выражением лица, положив тяжелую руку на плечо одного из воинов. – Вы сражались со мной бок о бок многие годы. Мы не раз спасали друг друга от смерти… Могу ли я и теперь полностью положиться на вашу преданность и рассчитывать на то, что, то, что я вам сейчас сообщу, не выйдет из этого зала до тех пор, пока не придет время?

Мужчины в недоумении переглянулись. Немного растерявшись, они, казалось, хотели что-то сказать или спросить, но останавливались, так и не произнеся ни слова. Слышались лишь какие-то нечленораздельные звуки. И дело было не в том, что они не были готовы произнести слова клятвы – конечно же, каждый из них, не сомневаясь, сложил бы голову за барона Орли. Просто слова лорда Роберта прозвучали так, словно произошло что-то такое, чего еще никогда не было, что-то очень грандиозное и из ряда вон выходящее. И от этого люди пребывали в замешательстве, гадая, – что, черт возьми, такого могло произойти?!

– Вы же сами знаете, милорд, что мы за вас не пожалеем своей жизни, – наконец произнес Олкен.

– И в нашей преданности вы не раз уже убеждались, – произнес другой воин.

– Даю слово, милорд, – все вами сказанное, останется со мной до гробовой доски… – следом произнес воин с большим шрамом у виска.

– Да, клянемся, – наконец произнесли остальные, один за другим положив руку на грудь.

– Благодарю вас, – одобрительно кивнул лорд Роберт. Затем он с молчаливой задумчивостью посмотрел в лицо каждого из воинов и наконец спросил: – Кто из вас помнит родимое пятно наследного принца Киана? Какой оно было формы?

Все задумались, нахмурив брови. Переминаясь с ноги на ногу, они отчаянно пытались вспомнить родинку на руке младенца. За столько лет безрезультатных поисков они потеряли всякую надежду на то, что наследник Киан остался жив, а вместе с надеждой из памяти стерлись и лицо ребенка, и форма родимого пятна на крохотной ручке. Но вот у некоторых из воинов лица стали проясняться, видимо, они стали с затаенной надеждой догадываться, что неспроста барон Орлизадал им этот вопрос.

– Капля… Насколько я помню, – неуверенно ответил воин с седыми висками.

– Верно, Олкен, – кивнул лорд Роберт.

– А еще у мальчика должен был быть королевский медальон. Хотя конечно, вряд ли он сохранился за столько лет, – следом сказал другой.

– Да, ты прав, – снова кивнул барон.

В этот момент в зал вошел Киан.

– Вы меня звали, милорд? – произнес он, улыбаясь барону.

– Да, Киан. Подойдите ко мне, – барон Орлипротянул руку, словно приглашая для объятия.

Молодой человек несколько растерялся, услышав свое настоящее имя. Но сразу понял – раз лорд Роберт произносит его, значит пришло время открыть всю правду. Барон посмотрел на своих рыцарей, которые, словно пораженные молнией, с изумленными лицами застыли, уставившись на вошедшего.

– Не удивляйтесь – перед вами действительно законный наследник короля Виллема – его родной сын Киан, – гордо произнес барон Орлиторжественным голосом.

Воины барона были не в силах произнести ни слова. Они стояли с открытыми ртами и округлившимися глазами. Этих многое повидавших мужчин обычно не так-то легко было удивить. Но то, что сказал сейчас их господин, просто ошеломило бывалых воинов. Ведь по словам их лорда, перед ними стоял человек, которого они искали столько лет! В головах одних проносилось: «Вот он, наконец-то, тот, кого мы так долго ждали!». Однако на лицах других воинов отразилось сомнение.

Увидев это, лорд Роберт воскликнул:

– Посмотрите сюда!

Все зашевелились, каждому хотелось первому увидеть то, на что показывал барон.

– Позвольте, ваше высочество, – произнес лорд Роберт и задрал рукав Киана. На руке отчетливо виднелось родимое пятно в форме капли. – А вот и тот самый медальон!

Барон попросил молодого человека вынуть украшение, которое тот хранил на груди под рубахой.

– Этого достаточно, чтобы вы поверили, что перед вами законный наследный принц? – спросил лорд Роберт, глядя на своих воинов, которые не сводили глаз с медальона. – Однако я предвидел, что не все из вас смогут в такое поверить, поэтому я позаботился еще кое о чем.

Барон подал знак, и в дверном проеме появился старый крестьянин. Одежда его была… собственно, ее даже нельзя было назвать одеждой – так, старые лохмотья. Барону стоило неимоверных усилий найти этого человека. Он сделал это в тайне даже от своих верных рыцарей. Лорду Роберту очень повезло, ведь старик был одним из немногих оставшихся в живых, кто должен был помнить родимое пятно на руке мальчика. И как только этот человек был найден, барон тут же принял решение собрать воинов и открыть им тайну наследного принца. Поддерживая с двух сторон, дрожащего от бессилия старика подвели к группе мужчин.

– Отец, – почтительно произнес барон Орли, как только стражники удалились. – Я знаю, когда-то давно ты служил поваром в замке короля Виллема, а твоя жена была нянькой маленького принца… И ты один из тех, кто должен знать о родимом пятне наследного принца Киана.

– Ваша милость, – хриплым голосом заговорил мужчина. – Да, я служил в замке короля Виллема, когда у него родился сын. Мне посчастливилось не раз держать младенца на своих руках. И, конечно, я видел родимое пятно на его ручке. Моя жена погибла вместе со всеми слугами в королевском шатре в ту роковую ночь. После смерти короля Виллема прежних слуг выгнали из замка, и мне пришлось стать простым крестьянином. С годами я позабыл многое, мои глаза не такие острые, но родимое пятно я никогда не забуду. Когда я узнал, что младенец так и не был найден, я начал молиться о спасении невинного ребенка, прося небо оставить его в живых. Я до сих пор молюсь за него и прошу небеса когда-нибудь дать мне встретиться с сыном короля Виллема, которого мы все так любили. Только тогда я смогу спокойно умереть, зная, что мои молитвы были услышаны, – наконец закончил мужчина чуть не плача.

После таких теплых слов Киан снова обнажил свою руку и протянул старику.

– Такое родимое пятно ты видел? – спросил он.

Не сводя глаз с руки молодого воина крестьянин подошел ближе. Затем он прищурил глаза, осторожно взял руку молодого человека и провел дрожащими сухими сморщенными палцами по родимому пятну принца, словно пытаясь узнать рисунок на ощупь. Вдруг лицо старика исказилось. Со слезами на глазах он опустился на колени, едва выдохнув «ваше высочество» и обеими руками держа руку воина, поцеловал ее. Но Киан тут же поднял немощного старика и обнял его.

– Я тоже очень счастлив встретиться с тобой, ведь ты знал меня в младенчестве, – наконец произнес молодой человек, чуть успокоив свое отчаянно колотившееся сердце.

Воины барона все это время напряженно ловили каждое слово, переводя взгляд со старика на Киана и обратно. Но увидя, как крестьянин падает на пол и целует руку молодого человека, один за другим они преклонили колени и склонили головы в знак преданности и искренне поклялись в верности законному наследнику короля Виллема.

– Благодарю вас, – произнес Киан.

– Долго же мы ждали этого дня! – сказал один из воинов, поднявшись наконец на ноги.

– Да, это так. Ведь те, кто постарше, хорошо помнят доброту и справедливость славного короля Вилллема и так и не смогли смириться, что его не стало, а на его трон взошел жестокий король-самозванец. Поэтому все эти годы народ ждал чуда. Человека, который сможет всех объединить и поведет на войну с тираном. И вот, наконец, чудо свершилось! – воскликнул барон Орли, переполняемый эмоциями и восторженно глядя на Киана.

– Благодарю, дорогой барон, – Киан улыбнулся.

– Я сам благословлю своего сына на поход вместе с вами, ваше высочество, – произнес вдруг старик громким голосом, словно в него влились свежие силы. Затем он опустил голову, вздохнул и сказал с горечью: – Правда, тогда будет некому пахать землю и сеять хлеб. Ведь мы кормим не только свои семьи, но и воинов проклятого Брейдена. За последний год он удвоил налоги, и люди бедствуют, как никогда. Если мы перестанем платить дань, то он сожжет наши дома и поля, как он уже делал это много раз.

Когда старик с влажными от слез глазами закончил говорить, в зале повисла тишина. Ведь Брейден действительно был беспощаден к бедным крестьянам.

Киан на секунду задумался, потом по его лицу проскользнула странная улыбка, и он произнес:

– Не волнуйся! Завтра я заплачу всем воинам, которые встанут в мои ряды, столько, что этого хватит их семьям до следующего урожая. А теперь иди и отдохни. И прошу, пускай все пока остается в тайне…

– Клянусь жизнью своего сына, ваше высочество! – воскликнул старик, немного озадаченный, потом поклонился и покинул зал.

Проводив взглядом мужчину, лорд Роберт и все оставшиеся в зале воины вопросительно посмотрели на Киана.

– Ваше высочество, откуда вы собираетесь взять столько золота?! – озабоченно спросил барон.

– Вы не представляете, Роберт, сколько этого добра покоится на дне морском… За эту ночь мы достанем столько золота, сколько вам и не снилось…

Такой ответ сильно озадачил барона и его людей – каким образом Киан собирается попасть на дно морских глубин? Но в голосе молодого человека было столько уверенности, что ни лорд Роберт, ни его люди больше не стали задавать вопросов, решив положиться на него.

Внезапно, словно вспомнив о чем-то важном, барон Орли извинился и попросил всех немного подождать, а сам отошел в сторону и, подозвав своего слугу, что-то сказал ему тихим голосом. Слуга быстро вышел из зала, но вскоре вернулся, держа в руках что-то длинное, завернутое в небольшой гобелен. Он передал это барону и, поклонившись, отошел в сторону.

Лорд Роберт развернул гобелен и вынул великолепный меч, чья рукоятка была украшена драгоценными камнями.

– Этот меч, – произнес барон внезапно охрипшим голосом, – принадлежал твоему отцу и никогда не был посрамлен в сражениях. Долгие годы по поручению королевы Эйлис я хранил его в надежде когда-нибудь передать законному наследнику короля Виллема. И этот день настал! – на глазах лорда Роберта показались слезы. – Надеюсь, что и вы будете достойно владеть им!

Киан опустился на колено, благоговейно принял меч своего отца, горячо поцеловал холодное лезвие и с благодарностью взглянул на барона.

– Вы даже не представляете, какой драгоценный подарок сделали мне, сохранив меч моего отца! – произнес молодой воин. От переполнявших чувств его голос задрожал. – Это большая честь для меня! И я клянусь, что все вы будете гордиться мной!

Раздались восторженные крики.

Лорд Роберт подошел к Киану, положил руку ему на плечо и сказал серьезно:

– Сожалею, ваше высочество, но вам лучше оставить этот меч здесь, в моем замке. Он слишком заметный, и на турнире вас могут сразу узнать.

Киан понимающе кивнул.

– Я буду хранить его в своей комнате до лучших времен.

Все облегченно заговорили. А Олкен, лукаво усмехнувшись, сказал:

– Все прекрасно, мой принц, но не забывайте, как я вас сбивал с коня в самом начале тренировок…

Киан рассмеялся и хлопнув Олкена по плечу, ответил:

– Я этого никогда не забуду, но и ты не забывай, как я сегодня на ристалище вывалял тебя в грязи…

В тот день, воины до самого вечера делились с принцем рассказами о всех тяготах, лишениях и безжалостных жестоких поборах Брейдена. О том, что люди были готовы жить в лесу до конца своих дней лишь бы не под гнетом тирана. И о том, что несомненно они пойдут за принцем Кианом и в огонь, и в воду из чувства преданности, помня о добром короле Виллеме.

– Благодарю вас, друзья, – наконец произнес Киан, выслушав столько всего хорошего о своем отце. – Мне действительно понадобятся верные и храбрые воины.

– Можете на нас рассчитывать, ваше высочество.

В ту же ночь, собрав около сорока преданных воинов, Киан вместе с бароном поскакал к побережью. Оставив рыцарей на берегу, принц спешился и пошел по каменистому пирсу, все дальше отходя от берега.

Когда Киан был еще маленьким мальчиком, Найда подарила ему рожок-ракушку, которым он мог всегда призвать к себе дельфинов. Этим рожком, висящим у него на шее вместе с медальоном отца, он сейчас и воспользовался. Через некоторое время вдали послышался характерный треск и визг – это дельфины, услышав зов, радостно плыли навстречу Киану.

Принц присел у самой кромки воды. Когда дельфины вынырнули, он что-то им сказал на незнакомом людям языке и кинул четыре мешка в воду. Дельфины мигом нырнули в глубину.

Барон Орлии его рыцари удобно расположились неподалеку около разведенных костров. Ночь была холодной, а им сказали, что придется ждать.

Уже перевалило за полночь. Один за другим воины проваливались в сон, как вдруг снова послышался треск и визг. Киан тут же растормошил солдат и побежал на пирс. Следом за ним, вскакивая со своих мест, прибежали воины барона Орли. Молодой принц уже тащил из воды что-то неимоверно тяжелое.

Рыцари барона немало удивились появлению из воды тяжелых мешков, но задавать вопросы было некогда. Лорд Роберт тоже подошел к Киану и ухватился за грубую ткань. Когда все четыре мешка оказались поднятыми, их открыли, и в глаза воинов ударил блеск драгоценных камней и золотых монет. Все тут же застыли, пораженные увиденным, в том числе и барон Орли. Но лорд Роберт быстро пришел в себя и приказал немедленно везти мешки в замок. Он понимал, что они сильно рискуют, находясь с такими сокровищами вне защитных стен.

Пока воины грузили повозку, Киан смог пообщаться со своими друзьями-дельфинами. Они и рассказали, что в подводном королевстве ходил слух, что кто-то якобы видел девушку похожую на Ланику. Правда волосы у нее были короткие. Она шла на некотором расстоянии от берега с какой-то женщиной, а потом они скрылась в лесу.

Киан не мог поверить тому, что, возможно, Ланика была так близко от него. Но теперь он хотя бы знал, что она, если это она, конечно, в безопасности и где примерно ему стоит ее искать.

Киан немедленно сообщил барону о том, что узнал от дельфинов. Лорд Роберт смотрел на принца округлившимися глазами и ничего не мог понять – дельфины рассказали Киану о его жене? Барон не на шутку перепугался за здоровье ума молодого принца. Но потом подумал о золоте с морского дна и понял: им непременно надо очень серьезно поговорить. У барона Орли появилось много новых вопросов к принцу.

Всю дорогу они ехали молча. Киан думал о любимой, которая теперь могла быть совсем близко, а лорд Роберт все никак не мог прийти в себя от увиденного сокровища и рассказа Киана о дельфинах.

Когда они добрались до замка принц сразу же отправился в свою комнату. Он только успел переодеться, как в дверь постучали. Это был лорд Роберт. Он вошел в комнату, сел в кресло и взглянул на Киана, всем своим видом показывая, что он не слезет с кресла, пока не получит то, зачем пришел.

– Я надеюсь, что вы объясните мне, что все же произошло у берега, иначе я подумаю, что схожу с ума, – почти с мольбой в голосе произнес барон.

Киан глубоко вздохнул, уселся напротив и произнес:

– Я думаю, что в это будет нелегко поверить, Роберт, но то, о чем я сейчас расскажу – истинная правда.

И принц рассказал о том, что произошло с младенцем-наследником после того, как он остался со старым слугой. Лорд Роберт не верил своим ушам. Он вскакивал с кресла, хлопал руками по своим коленям, иногда коротко смеялся, затем глаза его наполнялись слезами… К концу рассказа он затих и только зачарованно смотрел на Киана. Невероятная жизнь! Захватывающая и невообразимая! Барону даже самому захотелось попасть на дно моря в подводное королевство и познакомиться с Годлаком. Но он, конечно, понимал, что этого не произойдет.

Лорд Роберт задумался о том, что произошло с Кианом, и поблагодарил небеса, что это произошло. Ведь останься младенец на земле, рано или поздно кто-нибудь да обнаружил бы его. И тогда наследник мог бы умереть. А так, за все эти годы не было ни одной зацепки, чтобы обнаружить, куда мог подеваться наследный принц. Барон провел рукой по своим волосам, вздохнул с облегчением – теперь все встало на свои места.

– Мы найдем Ланику, ваше высочество, будьте уверены. С ней все будет хорошо, – наконец сказал Роберт и дружески похлопал Киана по плечу.

***

На следующее утро на деревянном мосту, ведущем в замок Орли, выстроилась длинная живая очередь. Каждому пришедшему мужчине под строгим присмотром начальника стражи замка выдавалось десять золотых. Этого было достаточно, чтобы прокормить семью до следующего урожая.

Тем временем лорд Роберт отдал приказ еще больше укрепить наружные стены замка. Он не знал, чем может закончиться битва с Брейденом, и поэтому решил перестраховаться и укрепиться, чтобы защитить свою семью и своих подданных. Люди тут же приступили к работе.

Одни укрепляли стены, другие готовились к неожиданному нападению на замок. Лорд Роберт приказал удвоить стражу по всему периметру стен, особенно на башнях. Через главные ворота в обоих направлениях двигались люди с лопатами, кирками и другим инструментом. Телеги, груженные провиантом, неторопливо двигались в замок. А пешие крестьяне с котомками бесконечным потоком втекали в главные ворота – люди шли к своему господину в надежде получить хоть какую-то работу.

Вокруг стоял невообразимый грохот, заглушавший все остальные звуки. День и ночь трудились портные, обувщики и прочие мастера. Так как времени оставалось совсем мало, люди трудились не покладая рук. Солнце палило нещадно. Обливаясь потом, кузнецы ковали мечи, боевые топоры, булавы, наконечники копий и стрел, шлемы. Под покровом ночи, в полной секретности, подмастерья охапками выносили готовые изделия и несли в замок. Даже ночью не смолкал монотонный звон ударов молотка по наковальне.

Лорд Роберт был доволен скоростью проведения работ, ведь совсем скоро, они должны были отправиться в замок Конкайден.

Глава 37

Глава 37

…Приближался назначенный день. К замку Конкайден со всех концов королевства потянулись вереницы людей. В сопровождении отряда из тридцати рыцарей, за которыми скакали их оруженосцы и слуги Лорд Роберт вместе с Кианом, минуя пеших путников, направлялись в замок короля Брейдена, где совсем скоро должен был состояться рыцарский турнир.

В подводном мире всадник и конь были как одно целое, и поэтому Киан собирался сражаться на своем верном коне Райконе. Но лорд Роберт, несмотря на все возражения, настоял на том, чтобы молодой рыцарь взял для турнира другого, более подготовленного для сражений, коня. После некоторых раздумий Киан в конце концов согласился с бароном, но с условием, что возьмет с собой и Райкона. И теперь его верный четвероногий друг скакал позади, покрытый, как и остальные кони, попоной с гербом древнего рода Орли.

Каждый такой турнир обходился недешево. И лорду Роберту пришлось немало потратиться – ведь именно на турнирах демонстрировали обычно свое богатство и мощь: роскошную упряжь, доспехи, коней и одеяния. Рыцари нередко приезжали издалека, тратя на путешествие и на приобретение экипировки немалые суммы. А некоторые из бедных рыцарей, отправляясь на турнир, отдавали и самое последнее в надежде улучшить свое материальное положение благодаря какому-нибудь счастливому случаю. Ведь такие большие турниры проводились всего лишь пару раз в году. После долгого пути с остановками в лесу отряду барона Орлипришлось сбавить ход – ближе к замку людей на дороге становилось все больше и больше, и это несколько затрудняло продвижение.

Наконец показались высокие городские стены. В стороне от них на огромном поле расположились трибуны для зрителей, откуда доносился стук – это работали мастера-столяры. Многие участники турнира разбивали походные шатры рядом с турнирным полем, зная, что комнат на постоялых дворах все равно на всех не хватит. Поэтому все пространство вокруг ристалища уже было заполнено шатрами и палатками, образующими некое поселение. У каждого шатра развевались флаги с гербами, висели разноцветные щиты, а пространство между шатрами пересекали гирлянды с висящими яркими треугольными флажками.

Богатый участник турнира или просто гость, желая роскошью своего выезда затмить всех вокруг, стремился взять с собой как можно больше свиты. А так как живущим в шатрах людям требовалось соответствующее обслуживание, продукты и многое другое, то к месту проведения турнира стекались реки из повозок со всех уголков королевства. Особенно были рады разные торговцы – они везли сюда свои товары в надежде хорошо заработать. Тут были съестные припасы, одежда, оружие, доспехи и многое другое.

Судьи турнира всегда прибывали самыми первыми. Несколько дней назад они гордо вьехали в город под своими знаменами с гербами в сопровождении трубачей, пеших слуг и конной свиты. До начала празднеств было еще два дня. Подготовка шла полным ходом. Каждый занимался своим делом. Жители города радостно встречали вновь прибывших.

Под приветственные крики толпы отряд барона Орлиминовал главные ворота и направился к дому, который заблаговременно арендовал лорд Роберт. Это был вполне типичный для того времени дом, довольно подходящий для статуса барона. На первом этаже находился зал с не очень высоким потолком, рядом – кухня и кладовые, а на втором этаже были хозяйские комнаты, а также комнаты для гостей. По приказу лорда Роберта слуга поднялся наверх и выставил в окне знамена с гербом Орли. Тем временем другие слуги расседлали коней, а воины барона расположились в зале первого этажа, где для них уже были расставлены широкие столы. Слуги по очереди выносили большие подносы, наполненные едой. Кроме жареных кур, перепелов и другой птицы, на подносах лежали сочные куски мяса, разнообразная рыба, свежеиспеченный хлеб, сыр и различные овощи. Слуги ходили между столами и разносили вино в больших глиняных кувшинах.

Вечером в честь прибытия участников турнира в королевском замке был устроен ужин – рыцари вместе со своими дамами и свитой были приглашены королем Брейденом и теперь медленно прогуливались по залу, встречая друзей и знакомых. Рыцари-воины вспоминали сражения, а которых участвовали, а дамы вели неторопливую беседу в окружении кавалеров.

Но вот в зал вошел вельможа и возвестил о начале трапезы. Гости сплошным потоком направились к столам, которые ломились от избилия разнообразных яств. Зал для трапез был украшен столь богато, словно это был день коронации, а не турнира. Пол устлали свежим тростником и ароматной травой. Зал освещался факелами, укрепленными в держателях на стенах. Помимо факелов, его освещали еще и свечи, установленные на свисающих с потолка деревянных крестовинах.

Королевский стол находился на небольшом возвышении. Ниже за общим столом сидели остальные гости в соответствии со своим статусом: рыцари поважнее и побогаче заняли места поближе к королю, а более простые и бедные рыцари со своими людьми разместились за отдаленными столами.

Брейден сидел на кресле с высокой резной спинкой, за которым, стоял паж, прислуживающий ему за столом. Кресло справа – место королевы за столом – было пусто. Король подал знак, заиграла музыка, и все принялись за еду. Гости ели много, запивая куски мяса вином – не многим из них случалось быть приглашенными в королевский замок на ужин. Когда трапеза закончилась, начались танцы, во время которых разносили вино и фрукты. Между танцами судьи объявили, что на следующее утро начнется подготовка к турниру. После этого объявления празднество продолжилось.

Именно в этот вечер Киан впервые в жизни увидел свою родную мать… Королева Эйлис редко радовала своим присутствием гостей, но сегодня после долгих колебаний она все же удостоила их своим присутствием и присоединилась к торжеству в самый разгар танцев. Гости при виде неожиданного появления королевы замерли и расступились с поклоном. Эйлис прошла через весь зал и села на свое законное место. На ней было платье бирюзового цвета с красивыми складками на груди. Волосы королевы были собраны под полупрозрачной накидкой такого же цвета. Она подала знак, и музыка возобновилась.

Еще до приезда в Конкайден барон Орлиусловился с Кианом, что тот не будет искать встречи с королевой.

– Еще не время, ваше высочество. Не нужно понапрасну подвергать свою жизнь, а также жизнь королевы, опасности. Сейчас для вашей матушки безопаснее всего оставаться в неведении, – сказал ему тогда барон.

И Киан согласился с ним. Но стоило ему увидеть королеву Эйлис, как все слова лорда Роберта вылетели у него из головы, и сердце забилось так сильно, словно вот-вот готово было выпрыгнуть из груди. В глазах этой уже немолодой женщины было столько печали, что Киан чуть не бросился к ней через весь зал. Хорошо, что лорд Роберт был поблизости и вовремя его остановил. Молодой рыцарь тут же пришел в себя, совладал со своими чувствами – он понимал, что барон совершенно прав. Но видеть свою мать и не иметь возможности обнять ее и открыться, чтобы навсегда убрать эту печаль из ее глаз – было выше его сил. Поэтому Киан сослался на усталость и покинул замок.

…На следующий день, как и было объявлено, началась подготовка к турниру. После окончания разбора всех спорных дел, рыцари оседлали боевых коней и в сопровождении знаменосцев и слуг прибыли на ристалище, где, согласно ритуалу, дали клятву сражаться честно и достойно до первой крови. Киан, как и остальные рыцари барона Орли, тоже принес такую клятву, хотя и сквозь зубы, но иначе ему бы не позволили участвовать в турнире.

Вечером этого дня все рыцари снова были приглашены в королевский замок. Но Киан не имел ни малейшего желания участвовать в этом празднике. Он большую часть времени оставался в стороне и просто наблюдал за гостями. Среди них было много рыцарей, которых Киан встретил этим утром. Принц понимал, что у него будут достойные противники.

Еще днем вместе с бароном Орли он отправился на конную прогулку, во время которой лорд Роберт рассказал принцу, о каждом из участников турнира, что можно ожидать от того или иного рыцаря. Эта информация несомненно могла помочь Киану. Роберт рассказал также, что Брейден всегда участвовал в турнирах. Ведь его подданные попросту уступали ему победу, не смея превосходить своего короля в сражении. И это приносило тирану такое огромное удовлетворение, что каждый раз, устраивая турнир, Брейден, напыжившись, вносил свое имя в список сражающихся рыцарей, зная, что снова станет победителем.

Киан с раздражением смотрел на охваченных весельем людей, ему уже не терпелось оказаться на турнирном поле с одним из них. Но молодой рыцарь всей душой желал только одного – сразиться с убийцей своего отца.

В конце вечера вышел геральдмейстер и с высокого помоста объявил:

– Доблестные рыцари – участники турнира, завтра в полдень вы должны явиться к назначенному месту готовые к бою. В должный час судьи объявят о начале турнира, после окончания которого наши прекрасные дамы вручат победителю достойный приз!

Вскоре после этого оглашения пир завершился, и все вернулись к себе – кто в гостиницу, кто в снятую на время турнира комнату, кто в раскинутый в поле шатер.

В эту ночь Киан стоял на городской стене и всматривался в темные воды залива – он думал о предстоящем дне. По привычке молодой воин молился Бренне, просил ее сделать так, чтобы на турнире его противником оказался Брейден, а также просил богиню дать ему достаточно сил и ловкости, чтобы покарать убийцу. Он думал и о Ланике, поиски которой все еще не дали никакого результата. Его душу все время терзало смутное беспокойство, и он никак не мог понять, с чем это связано – с исчезновением Ланики или с ожиданием битвы за восстановление справедливости.

Глава 38

Глава 38

На следующий день уже с самого рассвета за городом начали собираться зрители. Все пространство вокруг турнирного поля заполнилось простым народом, желающим занять лучшие места для обозрения. Ловкие мальчишки, которые любили бывать на таких праздниках и мечтали оказаться на месте рыцарей в сияющих доспехах, всеми силами старались пробраться поближе к деревянным барьерам, чтобы не упустить ни одного мгновения этого захватывающего зрелища.

Турнирное поле представляло собой огороженный двойным барьером прямоугольник с двумя противоположными входами. Проход между барьерами предназначался для пеших слуг, которые должны были помогать своему господину, и стражников, не пропускающих толпу на поле. Вдоль одной из длинных сторон поля были возведены три трибуны: в центре находилась ложа для короля и королевы, для знатных гостей, организаторов турнира и тех прекрасных дам, которым выпала честь преподнести победителю турнира награду. Остальные две трибуны заполнили гости в соответствии со своим положением.

Наконец под звук труб на коне, покрытом попоной с широкой малиновой каймой и серебряной отделкой, и в сопровождении многочисленных слуг и пажей прибыл король Брейден. Все звуки смолкли, и в этой тишине он поднялся на трибуну и уселся в свое кресло. Следом за ним появилась и королева Эйлис с фрейлинами. Все расселись по местам.

К этому времени судьи уже проверили, чтобы у всех участников турнира были копья с тупыми наконечниками и мечи с затупленными лезвиями. Затем было проверено, правильно ли натянуты канаты на ристалище, на месте ли рубщики канатов и, вообще, все ли в порядке в целом. После этого судьи расположились на своих местах. Зазвучали фанфары, и вот уже первые участники турнира, сидя на великолепных конях, подъехали к турнирному полю и выстроились согласно предписанию. Четыре человека уже сидели на перекладинах барьера, держа поднятые топоры в ожидании знака. Конные слуги, как и пешие, пристально следили за своими хозяевами и в любой момент были готовы вытащить их из драки, если те попросят, или подсадить упавшего рыцаря на лошадь. Снова зазвучали фанфары. Потом геральдмейстер выкрикнул: «Рубите канаты! Да свершится бой!», рубщики ударили топорами, и сражение началось.

Две группы всадников кинулись друг другу навстречу. Они так жестоко сшиблись, что щиты у многих из них разлетелись на куски, шлемы попадали, а некоторые рыцари даже вылетели из седел.

Киан не принимал участия в групповых сражениях – он нетерпеливо ждал поединков с копьями. Король Брейден также не принимал участия в групповых боях – он не хотел зря рисковать своей жизнью, ведь там его могли случайно задеть. В таком бою, в суматохе можно и погибнуть. Другое дело – бой с одним рыцарем! Пусть попробует его противник не поддаться своему королю!

И вот, наконец, наступило время поединков с копьями. Довольно легко Киану удалось победить своих противников, выбив их из седла. Зрители на трибунах ликовали и выкрикивали его имя – имя храбрейшего рыцаря Кеона. Но вот показался следующий противник – и Киан в душе заликовал. Это был король Брейден.

Король наблюдал за Кианом с самого начала турнира, ведь он хорошо помнил дерзкий, вызывающий взгляд молодого оруженосца барона Орли.Брейден сам настоял, чтобы имя этого щенка было вписано в список противников короля. Уж он, Брейден, преподнесет этому мерзавцу урок на всю жизнь, если вообще оставит его в живых!

Если бы только король знал, кого он выбрал себе в противники!

Брейдену помогли облачиться в доспехи, усадили на боевого коня и подвели к входу на поле. Соперники расположились по обеим сторонам разделительного барьера на противоположных концах турнирного поля. Барон Орливместе со своими слугами нервно ожидал начала боя. Хотя наконечники копий и были затуплены, все же удар наносился с такой огромной силой, что сражающийся мог ранить противника, а то и убить.

Киан смотрел на противника через узкую прорезь шлема, и его взгляд был таким пронзительным и холодным, что если бы король смог увидеть этот взгляд вблизи, он бы содрогнулся. Молодой рыцарь искал глазами слабое место в броне противника, куда бы он мог попасть, чтобы сразить его. Но король был слишком хорошо защищен, даже его конь был основательно покрыт плотной попоной и латами. Брейден тем временем насмешливым взглядом окинул Киана, предвкушая, как легко он выбьет этого мальчишку из седла. Раздался звук труб, оповещающий о начале боя.

Оба всадника пришпорили коней и помчались друг другу навстречу, держа тяжелые длинные копья наперевес и целясь в щит противника. При столкновении кони встали на дыбы, толпа ахнула и замерла.

Удар большой силы переломил копье Брейдена и сбил с него шлем. Противники, словно ветер, пронеслись друг мимо друга. Король отъехал в конец поля надел другой шлем, взял новое копье, и снова оба всадника встали на позиции и по знаку ринулись во весь опор друг на друга. На середине поля они ударили копьями с такой силой, что чуть было не свалились оба на землю, но все же смогли удержаться. На этот раз сломалось копье Киана. Оба снова разъехались в разные концы турнирного поля, освежились и немного перевели дух.

Лорд Роберт дал молодому рыцарю несколько советов, а подросток-оруженосец быстрым движением вытер пот с лица и шеи рыцаря, затем помог всаднику взобраться на коня и подал ему шлем. Киан окинул взглядом трибуны и вдруг заметил, что королева Эйлис пристально следила за ним, ее губы шевелились. Он замер на мгновение, пытаясь догадаться, о чем безмолвно шепчет бедная женщина. Королева молилась о том, чтобы этот молодой рыцарь сразил так ненавистного ей мужа.

Но вот ревущая толпа вернула Киана к реальности. Люди радостно кричали и подбадривали соперников. С новыми копьями по команде рыцари опять ринулись друг на друга. На этот раз удар был такой, что, казалось, искры разлетелись во все стороны. В этой схватке без шлема остался Киан, но у Брейдена сломалось копье, и обломок короля по лицу. Всадники снова вернулись каждый на свое место, где их ждали слуги.

В этих сражениях Киану очень помог опыт, полученный в подводном мире. Из трех заездов ему удалось два раза сломать копье Брейдена и скинуть с него шлем. Последний удар был таким сильным, что конь короля присел на задние ноги, а из носа всадника потекла кровь. Королю предложили прекратить бой, но Брейден был вне себя от ярости и не слушал никого. Ему очень хотелось убить мерзавца, посмевшего противостоять ему – королю Брейдену. При помощи слуг он вновь забрался на коня, взял у оруженосца меч и помчался к своему противнику. Это было не по правилам, но кто мог перечить королю-тирану?!

Лорд Роберт тут же кинул Киану меч для защиты, и оба рыцаря встретились на середине поля. Всадники наносили друг другу тяжелые удары, но ни один не хотел сдаваться. Вдруг после очередного сокрушительного удара Киан не удержался в седле и рухнул на землю. Еще во втором заезде он был тяжело ранен копьем, которое пробило доспехи, но не признался в этом.

Слуги помогли Киану подняться, и несмотря на возражения барона Орлион собрался продолжать бой.

«Из него выйдет великий король!» – отметил лорд Роберт, взволнованно наблюдавший за принцем. Барон сильно опасался за молодого рыцаря – после такого падения вряд ли Киану удастся одолеть противника.

Но вот принц вновь поднял свой меч, показывая, что готов продолжить бой. Брейден в это время с помощью слуг уже слез с коня и собирался на этом закончить свое участие в турнире, хотя и кипел от злости, что какое-то ничтожество, малолетка смог его ранить до крови. Брейден знал, что и Киан ранен, к тому же после такого падения с коня обычно бой заканчивают. Но по изумленным лицам слуг король увидел, что за спиной что-то происходит. Он обернулся и увидел, что его противник идет на середину ристалища с мечом в руке. Из-под его шлема струился пот, он заливал глаза, от этого не спасал даже подшлемник. Жаркое солнце нещадно нагревало доспехи, но молодой рыцарь не замечал всего этого.

Зрители ревели от восторга: одни болели за храброго рыцаря, другие – за короля. И снова зазвенели мечи. Этот бой оказался долгим и упорным. Не было еще противников, так яростно сражающихся с самим королем! В какой-то момент оба рыцаря остановились, чтобы перевести дух.

Киан снял шлем и рукой смахнул ручейки пота, бегущие по его лицу. И вдруг он услышал голос Ланики. Девушка звала его, звала так отчаянно, словно от этого зависела ее жизнь. Молодой рыцарь стал озираться по сторонам, пытаясь найти свою любимую в толпе, окружавшей турнирное поле. Но девушки нигде не было видно, а зрители требовали продолжения боя.

Брейден вновь бросился на Киана, не давая ему прийти в себя и начать отражать смертельные удары. К тому же, молодой рыцарь все еще пытался взглядом найти Ланику в толпе. В конце концов король выбил оружие из рук соперника и повалил его на землю, приставив к горлу меч. Кончик меча слегка поцарапал кожу поверженного, и тоненькая ярко-красная струйка медленно потекла по шее лежащего на земле рыцаря.

Раздались фанфары, объявляющие о том, что бой закончился. Король был доволен, как никогда. Ведь сегодня он наконец-то по-настоящему доказал всем, насколько он храбрый и непобедимый воин!

Лорд Роберт и его люди окружили Киана и, подхватив под руки, увели с площадки к барьерам. Там они начали снимать с него тяжелые доспехи, под которыми по всей груди молодого рыцаря растекалась алая кровь. Киан пытался сказать барону Орли, что слышал, как Ланика звала его. Он пытался вырваться и бежать на поиски девушки, но ему было не справиться с несколькими крепкими мужчинами, которые сжимали его плотным кольцом. И молодому рыцарю ничего не оставалось, как смириться с волей барона. Наконец доспехи с трудом были сняты. Роберт разрезал рубаху Киана, чтобы осмотреть его раны, и это оказалось ошибкой – Киан не должен был надевать медальон во время турнира. Люди барона, все те, кто до этого еще не знал о молодом принце: – застыли, пораженные увиденным, ведь на рыцаре был знак короля Виллема. Барон Орли тут же приказал усадить Киана на спокойно стоявшего рядом Райкона и без промедления покинуть турнир.

На их беду недалеко от них находился человек душой и телом преданный королю Брейдену. Он тоже увидел на груди поверженного рыцаря ярко-зеленый камень, украшающий медальон, но не подал виду, что узнал королевский знак, а потихоньку выбрался из кучи людей, хлопотавших вокруг раненого. Доносчик решил сперва побольше узнать о человеке, носящем на груди этот медальон, а уж потом отправиться к королю Брейдену. Кто знает, может, получится вытянуть немного денег за эту информацию, а от денег он никогда в жизни не смог бы отказаться!

Столь поспешный отъезд барона Орливместе с его спутником вызвал некоторое недоумение у короля. Брейден надеялся, что сможет покрасоваться, хвалясь и принижая проигравшего, поэтому поднялся на королевское место и надменно глядел вниз, ожидая, что Киан преклонит перед ним колено, тем самым признавая превосходство победителя. Но вместо этого он увидел, как воины барона Орлиусадили рыцаря на коня и понеслись во весь опор прочь. Однако турнир продолжался, и королю было не до того, кто и почему решил покинуть праздник.

После окончания турнира в королевском замке состоялся торжественный ужин, на котором все с нетерпением ждали вручения приза победителям. В середине праздника король торжественно вручил дары отличившимся воинам и продолжил гуляние до глубокой ночи.

***

Отряд лорда Роберта мчался к замку Орлиизо всех сил. Ведь медальон на принце мог увидеть кто-то из людей Брейдена, и тогда только стены замка барона могли бы спасти законного наследника. Наконец лорд Роберт убедился, что погони за ними нет, и когда наступила ночь и скакать дальше уже было небезопасно, позволил своим людям сделать привал на небольшой лесной поляне в стороне от дороги. И коням, и людям нужен был отдых. Отдав приказ не разводить костры, чтобы не привлекать внимания, Роберт тут же занялся раненым принцем. Когда он закончил, то заметил, что некоторые его воины были в замешательстве, хотя и старались не подавать виду. Всю дорогу они хранили гробовое молчание и сейчас лишь поглядывали на своего господина и на Киана, словно требуя разъяснений.

Лорд Роберт понял, что пришло время раскрыть правду и остальным его людям. Той же ночью перед Кианом снова преклонились колени преданных ему воинов.

Затем, пока лошади мирно щипали травку, воины позволили себе поспать несколько часов прямо на земле, подложив под головы седла. Киан вновь и вновь вспоминал тот момент, когда он услышал голос Ланики во время боя – она звала его. Он так и не понял, была ли принцесса действительно среди толпы, или ему это показалось. И это мучило молодого принца до тех пор, пока он не провалился в беспокойный сон.

Солнце еще не встало, когда отряд барона уже снова мчался к замку Орли. В это время суток главная дорога была совершенно пустынной, если не считать какую-то старую ободранную повозку, ехавшую в обратную сторону. Всадники пронеслись мимо нее, так и не услышав отчаянный женский крик, доносившийся из повозки.

Глава 39

Глава 39

Косые лучи солнца проникли сквозь неплотно задернутые шторы и узкими полосами пересекли комнату, дотянувшись до самой королевской постели. Однако Брейден не торопился вставать, он продолжал нежиться. Будто предчувствуя, что на него скоро обрушится что-то страшное, король явно не спешил расставаться со столь приятным для раздумий местом.

Он вспоминал свою жизнь: охоту, пиры, турниры. В запутанном клубке его мыслей возник и образ короля Виллема. Казалось, тот будет преследовать Брейдена до конца дней, а затем и на том свете… В хаотичные мысли вдруг ворвался вчерашний противник на рыцарском турнире, этот щенок, которого пригрел барон Орли…За столько лет убийца законного короля уже уверился в том, что ничто не может помешать ему владеть желанным троном, но появление этого Кейона перевернуло все с ног на голову. С того дня, как этот юноша появился в замке, Брейден не мог успокоиться. Этот парень, словно заноза, застрял у него в голове. Король все время ловил себя на мысли, что тот кого-то ему напоминает, и в один из дней, наконец, понял, кого именно – короля Виллема, которого за столько лет Брейден уже успел похоронить в глубине своей памяти. Но немного поразмыслив, король отмахнул тогда неприятную мысль. Мало вероятно, что младенец мог выжить в тот день. Рано или поздно появился бы хоть один слух о нем, а за все эти годы вестей о найденном ребенке так и не было. Да и вряд ли та неотесанная деревенщина, тот наглец, которого он вчера сразил на турнире, мог быть отпрыском великого воина – короля Виллема, подумал сейчас Брейден.

Наконец он сбросил покрывало и опустил ноги на мягкую медвежью шкуру, лежащую на каменном полу.

– Хондар! – громко позвал он.

Дверь открылась, и вошел человек лет пятидесяти. Он почтительно склонил голову.

– Мне надо умыться, Хондар. Принеси воды.

Слуга поспешил удалиться, а Брейден встал с постели и подошел к окну. Медленно потягиваясь, он отодвинул занавес и зажмурился от яркого солнца. Понемногу привыкая к свету палящих лучей, он начал осматривать замковый двор. За этим занятием его и застал слуга, вошедший с кувшином, наполненным водой. Он поставил его на столик у окна и наполнил чашу для умывания:

– Вода подана, ваше величество.

Подойдя к столику, король запустил в чашу обе руки и, черпая ими воду, начал поливать лицо, шею и грудь, брызгая на пол, стены и своего слугу, открывавшего окна.

– Погода-то какая, ваше величество! – восхищенно заметил Хондар, снимая полотенце с плеча и протягивая королю.

– Да, с погодой нам сегодня повезло, – согласился Брейден, хотя на его лице не было особой радости. – Подай-ка мне одежду и прикажи принести завтрак в трапезный зал.

Пока слуги накрывали стол, сам король в сопровождении охраны вышел во внутренний двор замка. То здесь, то там были слышны команды военачальника, повсюду суетились воины и простой люд. Брейден громко зевнул, потянулся, затем повернулся и направился обратно в зал, где его уже поджидал завтрак. Король велел перенести стол поближе к окну, выходящему во внутренний двор, чтобы он мог насладиться этим прекрасным утром. Слуги принесли и кувшин с вином.

Как только Брейден принялся за еду, до него донеслись женские крики. Это отвлекло короля от трапезы. Он недовольно скривился и зарычал:

– Что там такое?

– Не знаю, ваше величество, – испуганно произнес Хондар.

– Ну, так выясни! – грозно рявкнул на него Брейден.

Слуга тут же выбежал из замка и через пару минут вернулся.

– Там двое привели какую-то девушку, а она упирается, отсюда столько шума.

– Девушка красива? – спросил, ухмыльнувшись, Брейден.

– Вроде, недурна, – ответил Хондар неуверенно.

– Прикажи привести, – небрежно бросил король, а сам вышел из-за стола и подошел к окну.

Два человека – мужчина и женщина, оба неприятного вида – появились во внутреннем дворе. Они тащили за собой упирающуюся девушку. Брейден невольно залюбовался красотой пленницы, ее миловидным лицом. Коротко остриженные черные, как воронье перо, волосы девушки едва закрывали нежную шею, но несмотря ни на что девушка выглядела восхитительно, изящная, как статуэтка.

Увидев в окне короля, мужчина и женщина остановились, почтительно поклонились, не выпуская, однако, из рук жертву.

– Куда вы ее тащите? – спросил Брейден.

– Да вот, хотим ее продать. Ее родители должны нам много денег, – сказала резким голосом женщина.

– И кому вы собираетесь ее продать?

– Не знаю, может, кому сгодится в качестве кухарки… – снова проскрипела она.

– Для этого лучше взять женщину постарше. Никто не умеет так вкусно готовить, как опытная женщина, – заверил Брейден. – А эта годится разве что для уборки дома.

– Так, может, вы ее и выкупите, ваше величество? Наверняка в вашем замке есть, что прибрать. К тому же девушка она не простая.

– Что ты имеешь в виду? – удивился Брейден.

– Это я могу вам сказать только наедине, – женщина произнесла эти слова таким голосом, словно знала страшную тайну.

Брейден немного помолчал – происходящее начало его развлекать. «Ну, что ж, – подумал король, – может, сегодняшний день пройдет не так скучно».

– Сколько ты за нее хочешь? – спросил он у женщины.

– Двадцать золотых, – ответила она немного неуверенным голосом.

– Не много ли просишь?

– Столько нам должны ее родители.

– Ну, раз от родителей вы так и не дождались даже пятнадцати, то я могу вам дать не больше десяти. Тем более, проку от нее, похоже, мало, – голосом, не терпящим возражений, произнес король.

Женщина и мужчина переглянулись, но возражать, конечно же, никто не решился. Они толкнули девушку в сторону входной двери, но та стала сопротивляться еще сильнее – у Ланики желания идти в замок короля было еще меньше, чем оставаться с этими варварами.

– Радуйся, дура, к самому королю идешь в услужение, – толкал ее сзади Натэн. Но Ланика по-прежнему кричала, плакала и упиралась изо всех сил. Наконец, похитители передали ее в руки стражам.

Король велел привести не только девушку, но и мужчину с женщиной, потому что его заинтриговали слова о том, что девушка особенная.

Когда все вошли в зал, Брейден бросил небольшой мешочек с золотыми молодому человеку и спросил:

– А что вы там говорили о том, что она непростая?

– Ваша величество, – снова низко кланяясь, произнесла женщина, – это было у нее на шее.

Она протянула ракушку Ланики королю.

Брейден взял искусно обработанную вещицу, повертел ее в пальцах, затем недоуменно посмотрел на женщину.

– Ну и что? – спросил он грозно.

– Мы не хотели говорить, пока не получим за нее деньги, – женщина покосилась на стражников и боязливо, нерешительно приблизилась к королю. Потом она зашептала: – У этой девушки голубая кровь, как у русалок, но почему-то она с ногами. Поэтому мы не знали, что с ней делать, и решили продать.

Услышав это, Брейден с минуту молчал, пытаясь понять, кто здесь сошел с ума, и вдруг расхохотался так сильно, что его услышали во внутреннем дворе замка. Вместе с ним смеялись и все, кто слышал слова женщины несмотря на ее шепот.

– Похоже ты из ума выжила, старая? – вздрагивая от смеха, проговорил король. – Ладно, я решу, что с ней делать. А теперь выкиньте их отсюда, чтобы не портили мне завтрак.

Женщина, сопротивляясь, кричала что-то еще, но ее уже никто не слушал. Их вытолкнули за ворота, пригрозив расправой. А затем король повернулся к дрожавшей девушке, которую крепко держали стражи.

– Сядь, – Брейден махнул рукой, показывая Ланике место напротив себя.

Но Ланика стояла как вкопанная, не решаясь подойти к столу.

– Я сказал, сядь! – рявкнул король во второй раз, ведь он не любил повторять свои слова.

Стражник силой усадил девушку напротив короля.

– Звать-то тебя как? – спросил Брейден небрежно.

– Ланика, – еле слышно прозвучал ответ.

– Ты, наверное, голодная, Ланика?.. – Он смотрел на нее исподлобья своими черными глазками. – Сомневаюсь, чтобы они тебя кормили… Мне надо решить, что с тобой делать, раз уж я отдал за тебя столько денег. Но ты точно заслужила перепелку с моего стола. История о русалках подняла мне настроение на весь оставшийся день. Думаю, что и моим воинам тоже… Ешь, – его рука протянулась к подносу с едой. – Не каждый имеет такую честь – сидеть за одним столом с королем. Уверен, ты этот день запомнишь на всю жизнь.

Брейден самодовольно усмехнулся и посмотрел на девушку. Но «гостья» продолжала сидеть, не двигаясь, словно в оцепенении. Она не могла оторвать глаз от раковины – это был подарок матери. Король не выдержал, взял с подноса перепелку и буквально впихнул ее Ланике в рот, прорычав:

– Ешь, я сказал!

Бедняжке пришлось подчиниться. Но хотя она была сильно голодна, ела девушка, не различая вкуса. В отличии от короля Брейдена, который ел с аппетитом, громко чавкая, рыгая, все время с интересом разглядывая свою «гостью».

– Нет, не могу я взять к себе на службу человека, который так плохо ест. На тебе же одни кости да кожа. Ты же метлу поднять не сможешь! – засмеялся Брейден над своей шуткой и посмотрел на стражников. Они тут же подхватили смех короля и загоготали на весь зал. – Ладно, так уж и быть, отправьте ее к королеве Эйлис в качестве подарка от мужа, – небрежно произнес Брейден.

Ланика кинула тревожный взгляд на раковину, лежащую на столе. Но король заметил ее взгляд, накрыл раковину рукой, придвинул ее к себе и посмотрел на девушку так, что она даже не решилась попробовать вернуть ее обратно.

Один из стражников поднял Ланику со скамьи и вывел из зала. А Брейден, все еще обмениваясь шутками в связи с неожиданным появлением «гостьи», продолжил свой завтрак.

Вскоре стражник доложил, что пришел человек с важным доносом. Это был тот самый неприятного вида мужчина с турнира, заметивший медальон короля Виллема. Он так и не узнал ничего особенного про раненого рыцаря, поэтому решил просто сообщить королю, что видел медальон Виллема на его противнике. Он не сомневался, что получит вознаграждение даже за эту информацию.

– Ну, зови, – сказал король стражнику, пребывая в хорошем расположения духа.

В зал низко кланяясь и суетясь, тут же вошел мужчина лет тридцати пяти.

– У тебя для меня что-то есть? – спросил Брейден, чавкая.

– Да, ваше величество. Не извольте гневаться, но я принес вам очень важную весть.

– Ну, говори, – скептически сказал король, выбирая очередную перепелку.

– Вы помните юношу, с которым вы сражались на вчерашнем турнире, он еще поспешно покинул турнир вместе с бароном Орли?..

– Ну, помню, конечно, – небрежно ответил король.

– Я был неподалеку, когда с того молодого рыцаря снимали доспехи. Из-под его рубахи показался медальон, – мужчина остановился на доли секунды, затем добавил. – Медальон короля Виллема… Но барон Орлимоментально прикрыл его, и после этого весь отряд поспешно покинул турнир, – с каждым словом доносчик словно уменьшался в размерах, втягивая свою шею в плечи. Он догадывался, что эта новость скорее всего приведет короля в бешенство, и неизвестно, что последует после…

Для короля эта новость действительно прозвучала, как гром среди ясного неба. Гримаса исказила лицо тирана. Брейден побледнел, недоеденная перепелка выпала из его рук, и пальцы непроизвольно сжались в кулаки до хруста в костях. Все встало на свои места! Король наконец понял, почему этот юнец так напоминал ему Виллема и все никак не выходил у него из головы! Поэтому-то лорд Роберт так быстро и увез молодого рыцаря.

Брейдена охватил ужас, ведь сам сводный брат был его противником на турнире! И он так яростно сражался не из-за своей спесивости, а из-за того, что намеревался убить короля прямо там, у всех на глазах, но по какой-то причине у него этого не вышло. Брейден был взбешен тем, что сын Виллема снова ускользнул из его рук. Ведь острие меча было так близко к шее этого ублюдка!

– Жалко, что я не нашел этого сопляка еще тогда, двадцать лет назад, – Брейден вскочил со стула и начал в ярости метаться по залу. – И этот Орли, будь он неладен, осмелился привести это отродье прямо в мой замок! Ну, ничего, я до них еще доберусь!

Он никак не мог успокоиться, понимая, что медлить нельзя – рано или поздно слух о появившемся законном наследнике короля Виллема, распространится, словно круги от брошенного в воду камня. А самое страшное то, что помимо барона Орли, скорее всего, есть еще и другие лорды, которые так же, как и барон, скрывают свои истинные намерения в отношении Брейдена… И тогда, кто знает, что может произойти?! Ведь теперь Киан был не маленьким беззащитным младенцем, а взрослым мужчиной, который вполне достойно сражался с королем на турнире. Поэтому действовать нужно было немедленно – стереть его вместе с бароном Орлис лица земли раз и навсегда.

Брейден ломал голову, как ему теперь быть, понимая, что сейчас он не в состоянии послать большую армию к замку Орли. Ведь на это нужно много золота, которого в казне не было. А его воины не стали бы рисковать своей жизнью за просто так. Мысли о золоте плавно привели Брейдена к слухам, дошедшим до него незадолго до турнира… Люди шептались, что якобы лорд Роберт нашел средства, чтобы начать ремонт и укрепление замка. А еще он якобы раздает золото простым людям, включая, скорее всего, и разбойников. Тогда Брейден в это, конечно же, не поверил. «Откуда у барона Орлиможет быть столько денег?! Ведь эта семья никогда не считалась настолько богатой…»

И только теперь король осознал, что все это время лорд Роберт готовил самый настоящий мятеж. В замке Орли идут ускоренные приготовления к сражению, и барон платит людям золотом, чтобы они вступили в его армию, чтобы поднять их против него, Брейдена! Теперь Орлисделает все, чтобы у этого ублюдка Киана была огромная армия, и тогда уже будет гораздо труднее с ним справиться.

– Изменник! – проревел король.

И тут его осенило! Он нашел верное решение – ведь можно одним ударом убить двух зайцев! Надо только сообщить королевским войскам, что замок Орлинабит золотом, которое в случае поражения барона-изменника будет полностью поделено между отличившимся доблестью королевскими воинами. Брейден немедленно вызвал начальника стражи, и как только тот появился, отдал приказ.

Через несколько часов из городских ворот Конкайдена по направлению к замку Орливыехал многочисленный отряд всадников, возглавляемый самим королем. Их было в пять раз больше, чем в отряде лорда Роберта.

Король отдал приказ нагнать изменников во что бы то ни стало.

Глава 40

Глава 40

Отряд барона Орлипроскакал без остановок весь день. Их лошади были взмылены, люди почти падали от усталости с седел. Но останавливаться было опасно. До спасительных стен замка уже было недалеко.

Королевский отряд несся следом за ними. Впереди мчался Брейден, одержимый лишь одной мыслью – догнать и уничтожить. Пена падала клочьями с впавших боков лошадей. Лица всадников посерели от усталости. Но погоня продолжалась до самого вечера.

И вот в вечерней темноте уже послышался гул копыт. Преследователи, наконец, настигли отряд барона Орли.

– Именем короля приказываю остановиться! – донеслось до людей лорда Роберта.

Барон оглянулся. Судя по всему королевских воинов было гораздо больше. Роберт и его рыцари поняли, что силы неравны. Но они также знали, что не выдадут принца Киана, и поэтому для тех, кто останется сражаться, скорее всего это будет последний день в их жизни.

Воины закрыли спинами своего господина и наследника трона.

– Скачите, мы вас прикроем! – решительно произнес один из рыцарей барона.

– Прощайте, ваше высочество, – сказал другой. – Позаботьтесь о наших семьях.

– Вы сами о них позаботитесь, – ответил Киан.

Затем он приказал одному из всадников, что есть сил нестись в замок Орлиза помощью. И как только тот поскакал прочь, Киан поднял меч и со всей решительностью кинулся навстречу врагу. На секунду растерявшись, вслед за ним с высоко поднятыми мечами бросились и барон Орлисо своими людьми.

Брейден взмахнул рукой, и конница короля с оглушающими криками понеслась вперед. Всеми силами лорд Роберт защищал молодого наследника от неожиданных ударов противника. Бой был нелегким: всадникам пришлось сойти с дороги, так как места для всех не было. Ноги лошадей увязали в рыхлой почве, многим пришлось спешиться. В хаосе сражения брошенные на землю факелы были затоптаны, и люди бились уже в полной темноте. Только луна на небе печально смотрела на умирающих людей и слышала крики о помощи и предсмертные хрипы. А бой все продолжался.

Но вдруг со всех сторон из-за деревьев послышался прерывистый свистящий звук, затем оборванные крики и глухие звуки падающих на землю тел. Во тьме было трудно что-либо понять. Но все же Роберт увидел, что один за другим падают не его люди, а люди Брейдена.

Видимо, сами небеса послали людям барона помощь в этот день! «Но кто же все-таки стрелял?» – пронеслось в голове лорда Роберта. Не зная, что ожидать в следующий момент, он и его люди стали машинально стягиваться друг к другу, окружая принца Киана. И тут из-за деревьев с дикими криками и с мечами в руках, словно рой пчел, стали вылетать люди, облаченные в шкуры животных, и вклинились в гущу сражения.

Воодушевленные таким чудом, люди барона обрели второе дыхание и с новыми силами набросились на врага. Постепенно отряд барона и сражавшихся на его стороне людей в шкурах начали отступать в сторону побережъя, параллельно с которым шла дорога. Бой продолжался уже на прибрежном песке, а многие сражающиеся уже даже стояли по колено в воде.

Вдруг после очередного отраженного удара лорд Роберт начал сползать с коня на землю. К нему на помощь тут же поспешили два воина, которые, на счастье барона, заметили его падение. С большим трудом они вытащили своего господина с места сражения и отнесли к ближайшим деревьям. Потом срубили несколько веток и спрятали неподающее признаков жизни тело барона, а сами вернулись на поле боя и продолжили биться.

Несмотря на то, что королевских воинов было больше, рыцари Киана, приложив неимоверные усилия, все же отбросили королевских воинов обратно в лес, но это не могло спасти положения. Сторонникам принца приходилось нелегко. Теперь бой снова шел среди густых кустарников и деревьев, и это не давало возможности нормально биться. Воины лорда Роберта держались из последних сил.

Уже наступал рассвет, и воины Брейдена побеждали. Райкон совершенно обезумел под Кианом – он бросался на врагов, нанося мощные удары своим могучим телом, и сбрасывал всадников с коней, а затем затаптывал их копытами. Он кусал коней противников и откидывал задними копытами тех, кто пытался приблизиться сзади. Киан в это время бился с очередным врагом. Он отбил удар и нанес ответный, но каждый последующий удар противника был яростнее предыдущего. Принц защищался своим уже помятым щитом, наносил ответные смертельные по силе удары, но противник не сдавался. Наконец конь Киана своими сильными зубами вцепился в незащищенное бедро очередного врага. И тогда принц смог выбить того из седла. Но оказавшись на земле, воин бросил сильно погнутый и уже бесполезный щит, уклонился от удара и, схватив Киана за ногу, рванул его вниз.

Молодой воин упал на землю, но вывернулся и, улучив момент, когда Райкон снова встал на дыбы, грозя своими смертельными копытами, взмахнул мечом и одним ударом отправил противника к праотцам. Затем принц намеревался снова вскочить в седло, но его преданный конь уже лежал на земле –его нога была сильно повреждена. Киан огляделся по сторонам и тут только увидел, что его люди медленно отступают.

Даже подоспевшие из замка рыцари не смогли спасти положение. Яростно отражая натиск, все вместе они постепенно отступали к воде. Воины Брейдена, пешие и конные, наседали со всех сторон, неумолимо оттесняя немногочисленную армию барона Орли на тот самый пирс, где Киан встречался со своими друзьями-дельфинами. И теперь молодой наследник и окружающие его рыцари уже пятились по пирсу, края которого были местами разрушены. Получив ранение или оступившись, кони и всадники с огромным всплеском обрушивались в воду. Шаг за шагом небольшой отряд уцелевших оттеснялся все дальше от береговой линии. И воины, и кони были изранены в той или иной степени. Доспехи и щиты были изрублены, мечи зазубрились…

Отчаянно продолжающая сражаться, небольшая горстка людей уже была почти на самом конце пирса, как вдруг со стороны моря к берегу начал стремительно наползать густой туман. Он двигался с неестественной быстротой. Это заставило воинов короля отступить ближе к берегу, а Киан и его воины получили небольшую передышку. Однако туман надвигался так быстро, что мгновенно окутал всех. Люди не видели друг друга на расстоянии вытянутой руки. Туман был таким плотным, что, казалось, его можно было резать ножом. Ничего не понимая, люди Киана прижались спина к спине и выставили вперед мечи на случай очередной внезапной атаки врага. Они не могли двинуться с места – позади них и по обеим сторонам была морская глубина, а впереди них – воины Брейдена.

Но вот до отчаявшихся людей на пирсе донесся странный отдаленный продолжающийся всплеск волн, который превратился в сплошной гул. Казалось, что в тумане на них надвигалось что-то огромное. С каждым мгновением гул угрожающе нарастал, становился все явственнее, громче. Вскоре стали различимы звуки, которые было хорошо знакомы Киану. Эти звуки отдаленно напоминали ржание коней. Воины принца стали переглядываться в замешательстве – откуда в воде кони? Потихоньку туман начал рассеиваться, и вдруг раздался чей-то испуганный крик:

– Что это?!

Все тут же посмотрели на кричавшего рыцаря, который протягивал дрожащую руку, как ни странно, не к берегу, а наоборот – в морскую даль. Там, в густом белом тумане, на них двигались бесчисленные странные тени.

Вдруг движение «туманных призраков» прекратилось, они замерли над водной гладью, туман вокруг них и воинов Киана полностью рассеялся. Теперь можно было хорошо разглядеть целую армию стоящих по пояс в воде мужчин, рядом с необычными конями. Доспехи этих «морских воинов» блистали неподражаемым великолепием. Все они, как один, были широкоплечи и мускулисты. Их волосы развевал ветер. Впереди них, держась за великолепного морского коня, находился самый могучий воин, какого только люди могли видеть.

Воины на пирсе со страхом и с нескрываемым изумлением смотрели на непонятно откуда взявшееся войско. А сам Киан с радостью и надеждой смотрел на отца Ланики.

– Русалы! – едва дыша, вдруг выговорил полушепотом один из воинов Киана. Эта фантастическая мысль сама по себе пришла к нему в голову, так как других мыслей у него сейчас не было вообще. Услышав это, остальные впали в еще больший ужас и оцепенение. Ведь они не знали, чего им ожидать.

Воины Брейдена все еще находились в стене сплошного тумана и вообще ничего не видели и не понимали. Казалось, время остановилось.

Вдруг могучий воин махнул рукой, и с двух сторон от него, отпустив своих коней, русалы нырнули в волны. Все замерли в ожидании того, что последует дальше.

И тут в начале пирса, ближе к берегу, послышались первые крики. Туман стал полностью рассеиваться, и воины Киана увидели, как русалы, перепрыгивая каменный пирс, по одному увлекали за собой в глубину воинов Брейдена.

Киан понял, что король Годлак пришел к нему на помощь, и во весь голос закричал:

– Вперед!

Его воины, увидев, как русалы расправляются с врагами, очнулись от шока и ринулись на армию Брейдена с новыми силами.

Морской царь в окружении десятка русалов внимательно следил за происходящим, ожидая конца сражения. Вот он – тот день в истории, который позже будет записан в Книгу легенд двух королевств! Вот это место на границе воды и земли, где встретились представители двух миров, которые так долго избегали этой встречи!

Никогда люди не думали, что им придется с таким столкнуться. Воины короля Брейдена терпели поражение. От страха перед тем, что они видели перед собой, армия Брейдена, вернее, то, что от нее осталось, кинулась врассыпную. Вслед за ними бежали воины Киана.

В первые мгновения отступления своих солдат, бывших так близко к победе, Брейден совсем обезумел от гнева и досады. Даже сейчас его небольшая армия все еще превосходила численностью армии Киана и Годлака, но эти разрозненные бегущие люди уже перестали быть войском, и не было возможности остановить всеобщую панику. Проклиная всех и вся на свете, Брейден развернул коня и уже вскоре был впереди самых резвых своих воинов, которые теперь отказывались подчиняться кому-либо, кроме собственного страха. Бросив на произвол судьбы свое разбитое воиско, Брейден все дальше и дальше уходил от проклятого пирса и мчался обратно в свой замок.

Киан кинулся было за ним вслед, но без коня не было смысла бежать – его бедный Райкон все еще лежал на песке, тяжело дыша. Молодой принц огляделся вокруг в поисках другого коня и вдруг увидел, что в воде недалеко от пирса стоит конь Ланики, которого Найда держит за поводья. Крикнув Олкену как можно скорее найти барона Орли и вместе с ним немедленно двинуться в Конкайден, Киан кинулся на край пирса к Найде.

Молодой рыцарь быстро скинул с себя все лишнее, прыгнул в воду и, ухватившись за Лукко, помчался морем вслед за Брейденом, который во весь опор несся в обратно замок. Позади молодого принца, рассекая волны, плыли король Годлак и его армия.

Киан знал, что воины барона Орлиприбудут к королевскому замку несколько позже, но ждать их он не мог. Поэтому он мчался с Лукко с такой скоростью, что морские брызги падали далеко позади них.

Глава 41

Глава 41

В сопровождении стражника Ланика миновала коридоры, лестницы и, наконец, перейдя мост, оказалась в башне, которая выдавалась далеко в море. Миновав пару пролетов лестницы, стражник постучал в дверь. Через минуту ее тихо открыли, и миловидная фрейлина спросила, что ему надо. Стражник передал слова короля Брейдена, и фрейлина на мгновение исчезла за дверью, а затем вернулась, и Ланику пригласили войти внутрь. Пленница робко вошла в покои королевы и остановилась.

Комната была не очень большая, но достаточно просторная. Напротив двери у самого окна в кресле сидела уже немолодая женщина в окружении своих фрейлин. На королеве было кремовое платье с длинными рукавами, а голову покрывала вуаль. Эйлис была занята вышиванием. Девушка, что открыла дверь, дернула Ланику за рукав, тем самым давая понять, что нужно поклониться.

– Добрый день, ваше величество, – поклонилась Ланика, чуть присев.

– Ну, милая, не стесняйся, подойди поближе, дай на тебя посмотреть, – произнесла королева душевно, отложив вышивку. – Как твое имя и откуда ты, где твои родители?

– Меня звать Ланика. Я из небольшой деревни. Мои родители погибли очень давно, – скромно произнесла пленница, мысленно попросив прощения у своего отца за эту ложь.

– Мне очень жаль, – с сочувствием произнесла королева и отвернулась к окну. Она немного помолчала, глядя на качающиеся волны, словно о чем-то думая, а затем снова повернулась и задумчиво произнесла: – Так значит Брейден решил сделать мне подарок… Ну, что ж, с этого дня ты будешь мне прислуживать. Тебе придется многому учиться, но я уверена, ты со всем справишься. Однако для начала тебя нужно отмыть и переодеть в чистое.

Сказав это, королева дала распоряжение двум фрейлинам, и те, дружелюбно улыбнувшись напуганной девушке, взяли ее под руки и, не теряя ни минуты, вместе с ней покинули комнату. Пока придворные дамы занимались Ланикой, они вкратце рассказали ей историю Эйлис и попросили быть очень осторожной в разговорах и стараться не ранить лишний раз и без того разбитое сердце королевы.

Наконец Ланику отмыли и привели в порядок. Затем принесли несколько красивых платьев и предметы туалета: пояса, украшения для волос, браслеты. Нарядами Ланики королева решила заняться лично. Ведь каждый ее день был похож на предыдущий, и в жизни Эйлис было не так много радостей. А тут сама судьба преподнесла ей это милое скромное создание, о котором нужно было позаботиться. К тому же, королева поймала себя на мысли, что по какой-то причине она сразу прониклась участием к этой бедной девушке. Видимо, сам бог послал ту в королевский замок.

Конечно же, Ланика все еще была напугана и расстроена, но все же присутствие великодушной королевы успокаивало ее. А разглядывая себя в отражении зеркала и гладя руками красивую ткань своего наряда, Ланика и вовсе позабыла на время о своих страхах и переживаниях. Теперь она себя чувствовала, почти как дома. Такая же нарядная и красивая, только ткань по ощущениям и по виду была другой…

И тут Ланику словно поразила молния – до нее наконец дошло то, что ей рассказали фрейлины о королеве. Она вдруг поняла, что Эйлис и есть мать Киана! Девушка никак не могла поверить тому, что с ней произошло. Ведь с самого начала она и направлялась в замок Конкайден! Видимо, сама Бренна помогала ей на этом сложном пути! То, что началось, как кошмар, все же привело ее туда, куда она стремилась – к королеве Эйлис! Да, все сходится. Киан – сын короля Виллема, который был убит. Так написал ее любимый в последнем письме. Его мать жива! И находится рядом с ней! Ланика уже знала, что Киан находится на суше. Ведь она видела его из повозки, которая везла ее в замок короля. В тот момент девушка была в отчаянии – Киан так и не услышал ее призыва о помощи. Девушке ужасно захотелось обрадовать королеву, сообщить, что ее сын жив. Но в следующую же секунду Ланика отказалась от этой мысли, ведь пока этому не было никаких прямых доказательств. Кроме того, думала девушка, никто не поверит в существование подводного мира русалов, ведь даже король Брейден не поверил! А для Ланики сейчас самым важным было оставаться в безопасности. Ей надо было понять, как устроен мир людей и найти возможность тайно продолжить поиски Киана.

Когда с нарядами было покончено, королева показала Ланике замок. Не так часто Брейден покидал замок со своей сворой, чтобы королева могла выйти из башни, не встретившись с ним. И здесь не так часто бывали люди, с которыми Эйлис хотелось бы пообщаться. Однако в этой юной девушке, которую прислал король, было что-то притягивающее, располагающее к общению. И хотя Эйлис думала, что Ланика простолюдинка, ей очень хотелось прогуляться вместе с ней по такому знакомому, когда-то очень любимому, а теперь ненавидимому ею замку и подышать свежим воздухом в любимом саду…

Конечно, весь замок они обойти не смогли, это заняло бы много часов а то и весь день. Больше всего девушке понравился розарий, разбитый около двадцати лет назад по приказу королевы. Эйлис часто просиживала в этом саду, вспоминая любимого мужа и своего малютку-сына.

Ланика увидела, что по всему замку стояла добротная мебель: столы, кресла, сундуки. Было много каминов, шкур, факелов и гобеленов с вышитыми на них гербами. Королева отвела девушку даже на кухню. Чего там только не было: печные лопаты, миски, кухонные ножи, дрова, уголь, соль, уксус, пряности разнообразные, доски для разделки мяса, сахарная пудра, разная рыба, свежее и сушеное мясо, белый сахар для пирожных, фрукты, овощи и многое другое. Ланика уже видела кухонную утварь и земные продукты в доме Марты. Но все же кухня замка была намного просторнее, чем место у очага в доме охотника, да и разнообразной еды тут тоже было гораздо больше.

Так все неприятности, которые приключились с Ланикой после ее появления на суше, неожиданно закончились знакомством с королевой Эйлис – матерью Киана, не подозревающей, что хрупкая, скромная и прекрасная девушка является ее невесткой.

Глава 42

Глава 42

Как только король Брейден и его армия бежали, люди барона Орли спешно принялись за дело. Кто-то помогал идти раненому, кто-то собирал оружие и доспехи, а кто-то – погибших воинов. Некоторые из них были так вымазаны песком и грязью, что их было не узнать.

После того, как Киан спешно уплыл, начальник стражи Олкен ходил от одного убитого к другому в поисках лорда Роберта. Но того не было ни среди раненых, ни среди мертвых.

– Кто видел лорда Роберта? Жив ли он? – громко крикнул несколько раз Олкен, пока, наконец, один из воинов не отозвался на его крик.

Во время сражения, рассказал этот человек, он мельком видел, как барон Орлиотбивался от наседавших врагов, но потом куда-то исчез. Тут и другие вспомнили, что видели лорда Роберта во время сражения падающим с коня. Но никто не мог сказать – был он ранен или убит.

Услышанное встревожило начальника стражи, но оставалась надежда: ведь если мертвым Роберта не видели, то еще есть шанс найти его живым. И словно в ответ на тревогу Олкена через пару минут донесся голос рыцаря, который только что пришел в сознание. Он был тяжело ранен и сейчас сидел на земле, прислонившись к дереву.

– Я и Фелан, мы вынесли барона Орлис места сражения и оставили в безопасном месте, – произнес раненый, превозмогая боль. – Но сейчас я не могу сказать вам точно, где мы его оставили.

Воодушевленный этой новостью Олкен громко произнес:

– Тот, кто найдет лорда Роберта, получит пять золотых! А вы с Феланом, если барон еще жив, – будете особо щедро вознаграждены за свой поступок.

– Благодарю, милорд, – произнес мужчина и попытался улыбнуться, но на его лице отразилась лишь гримаса боли.

Воины тут же разбрелись по берегу. Искали барона везде: снова прочесывали весь берег, лес, прибрежные кусты, искали даже в воде: мало ли что, может, лорд Роберт пришел в себя и продолжил сражение, а затем упал в воду. Два молодых воина, углубившись в лес, вдруг заметили лежащего под еловыми ветками человека. Они осторожно отбросили их в сторону и присмотрелись.

– Кажется, он!

– Точно, он. Нашли! Нашли!

Громкий радостный крик раздался из-за деревьев, и вскоре послышался треск ломающихся сучьев. Это Олкен и остальные воины пробирались сквозь заросли к месту, откуда доносились эти крики. Верный друг опустился рядом с телом барона на колени и проверил дыхание раненого. Оно еле теплилось, но все же лорд Роберт еще дышал.

– Жив! – радостно воскликнул Олкен. – Несите быстрей воды!

Барона освободили от тяжелых доспехов. Все тело его было покрыто кровоподтеками и ранами, но смертельных, к счастью, не оказалось. Последний удар был сильным, но не опасным для здоровья, просто пришелся он по голове, из-за чего барон и потерял сознание, упав с лошади.

Олкен брызнул водой в лицо лорда Роберта, и, к его радости, тот, наконец зашевелил губами, тяжелые веки медленно приоткрылись, и сначала затуманенный, а затем вопросительный взгляд устремился к склонившимся лицам.

– Ты меня слышишь, Роберт? – спросил начальник стражи.

– Да, мой друг… – еле слышно ответил раненый.

– Мы победили! Брейден бежал, а его войско разбито!

На лице барона отразилось удивление – он знал, что силы короля во много раз превосходили людей Орли. Барон оглядел окружавших его воинов и на их лицах увидел улыбки, которые подтверждали слова Олкена.

– Но как?! – прохрипел раненый. – И где принц Киан, где он?! – барон тревожно оглядел своих людей. – Он жив?!

– Жив наш принц! – произнес один из воинов.

– Тогда где он?!

– Помчался вслед за Брейденом, – начальник стражи не знал, как преподнести барону информацию о русалах.

– Мы должны спешить! Дайте мне коня! – прохрипел лорд Роберт.

Но тут из-за деревьев появилось несколько человек с луками. Вначале они подошли к лежащим на земле воинам короля, убедились, что те мертвы, забрали их оружие и все, что было ценным, а затем направились в сторону всадников, окруживших раненого.

Первым шел гигантского роста могучий воин, видимо, их предводитель. С невозмутимым лицом и гордым видом он приблизился к группе рыцарей и произнес:

– Приветствую вас, милорд! Мое имя Мелган, а это мои люди.

Лорд Роберт смотрел на устрашающего вида мужчину, грудь и спину которого покрывала мохнатая шкура. Ее поддерживал широкий кожаный пояс, с прикрепленным к нему внушительного размера мечом. Нижнюю часть лица с грубыми чертами скрывала густая темная борода, а его волосы доходили до самых плеч. Но особенный страх наводил ужасный шрам, который тянулся через все лицо.

Люди, стоявшие позади Мелгана, тоже не были красавцами – многие из них, как и предводитель, спасаясь от холода, завернулись в шкуры.

– Благодарю тебя за наше спасение, – барон Орли поднялся на ноги и вложил поданный ему меч в ножны.

Мелган чуть помялся. Он не знал, надо ли сейчас рассказывать раненому про армию русалов. Вдруг тому станет хуже? И решил остановиться только на своем участии в сражении. Пусть о русалах рассказывает барону кто-нибудь другой.

– К сожалению, мы пришли на помощь с опозданием, – с досадой проговорил Мелган. – Не всем вашим воинам посчастливилось уцелеть в этой битве.

Лицо лорда Роберта исказилось – перед глазами снова появились моменты, когда он видел, как его рыцари расстаются с жизнью. Почти все они были его старыми и верными друзьями. Барон склонил голову и долго молчал, не в силах произнести ни слова. Он видел их лица, то смеющиеся над веселой шуткой, то суровые и сосредоточенные во время битвы, а сердце Роберта сжималось от мысли, что подоспей Мелган со своими лучниками чуть раньше, его друзья, возможно, были бы живы…

…Наконец барон Орлитяжело вздохнул, поднял голову и посмотрел на стоящего перед ним могучего воина.

– Они сложили свои головы за правое дело, – наконец произнес он. – Я уверен, сейчас эти храбрые воины смотрят на нас сверху и радуются, что мы смогли дать отпор королю самозванцу…

***

Барон давно знал о людях, которых жестокость короля Брейдена заставила покинуть дома, семьи и прятаться в лесах. Король называл этих людей разбойниками, простые люди – спасителями, сам же Роберт называл их «лесными стражами».

Уже долгое время эти обычные охотники и крестьяне были лишены нормального дома и мягкой постели. Они боролись за свое существование и за свои семьи. Простых людей и тех, кто был справедлив и честен, лесные стражи не трогали. Но так как король Брейден забирал у своих подданных последнее, скрывающиеся в лесах решили, что не помешает и им отбирать часть принадлежащего королю, чтобы раздать отобранное нуждающимся.

Лорд Роберт слышал и об их предводителе, Мелгане, за голову которого была назначена награда. Но он не преследовал лесных стражей, зная, что они поступают не по законам короля, а по законам человеческой совести. Мелган тоже никогда не задевал интересов барона, ведь они оба заботились о простых людях, каждый по-своему.

Часто, когда Роберт со своими воинами проезжал через леса Орли, его беспокоило чувство, что кто-то следит за ними. Однако никто не был замечен поблизости, и спустя время барон настолько привык к этому ощущению, что перестал обращать на это внимание. «Если это враг, он давно уже напал бы», – думал Роберт. И только сейчас он понял, что это были они – лесные стражи. До этого момента барон не имел представления о том, как часто люди Мелгана незаметно сопровождали его, чтобы прийти на помощь, если понадобится.

К сожалению, в день турнира, когда большинство королевских рыцарей были заняты в замке Конкайден, основная часть людей Мелгана находилась в селах, где сейчас для них было безопасно. Такие дни выпадали не часто, и лесные стражи пользовались моментом, чтобы попасть в деревню и наконец-то поесть горячей похлебки, обменять убитого кабана или оленя на вещи, подковать коней. А самое главное – узнать новости. Крестьяне всегда были рады их видеть и ни за что не выдали бы, несмотря на предложенную за них награду.

В этот день Мелган оставил всего несколько своих людей недалеко от города Конкайден в лесу. То один, то другой из них, переодевшись в крестянина, отправлялся к месту турнира следить за происходящим. А потом, вернувшись, рассказывал оставшимся о рыцаря – героях дня.

День почти закончился, когда люди Мелгана увидели, как в сторону леса помчался отряд со штандартами барона Орли. Их лошади неслись так, словно за ними гнался сам дьявол. Среди всадников находился раненый. В ту же минуту к Мелгану был отправлен человек, чтобы доложить об этом, и тот приказал продолжить наблюдение и докладывать ему обо всем.

На следующий день поздним утром в том же направлении выехали королевские воины, которые тоже очень торопились. Многочисленный отряд возглавлял сам король.

Люди Мелгана переглянулись с недоумением – что-то здесь было не так! Они тут же оседлали лошадей и помчались к своему предводителю. До сих пор их помощь не была нужна барону Орли, но, по всей вероятности, пришло время, когда она ему может пригодится… И они не ошиблись!

Барон Орлипристально смотрел на мужчину, стоявшего перед ним, словно пытаясь проникнуть в его душу. Но вот взгляд барона прояснился, лорд Роберт вздохнул и произнес:

– Благодарю тебя, твоя помощь неоценима. Будьте гостями в моем замке в любое время. Однако, сегодня ваша помощь мне еще понадобится.

– Благодарю вас, милорд, – произнес Мелган. – Отныне мои люди – ваши люди…

В этот момент к барону Орлиподвели коня.

– Мы должны догнать принца Киана. Нельзя оставлять его одного. Пришло время, справедливость наконец восторжествует! – решительно заявил лорд Роберт. – Олкен, скачи в замок, собери всех и немедленно скачите в замок Конкайден. А я пока с теми, кто уцелел, отправлюсь вслед за принцем.

Как только барон и его люди тронулись с места, Мелган свистнул, и по обе стороны дороги послышался негромкий треск веток – это лесные стражи оседлали коней и двинулись вслед за небольшим отрядом барона Орли. По дороге воины рассказали лорду Роберту, что на самом деле произошло на берегу в то время, как он находился без сознания. И как только Роберт услышал о русалах, это произвело на него действие, равное по силе всем существующим лечебным снадобьям. Он почувствовал, как в него снова вливаются силы. Роберт не мог упустить возможность увидеть настоящих русалов, о которых ему рассказал Киан. К тому же, барону давно хотелось увидеть настоящего морского владыку, о котором он слышал еще в детстве, когда няньки рассказывали ему сказки о подводном мире.

И барон с силой пришпорил коня…

***

А тем временем Олкен поспешил в замок Орли. Миновав встревоженную толпу, он поднялся на ступени замка и обратился к людям, которые уже заполнили площадь:

– Друзья, я пришел сообщить вам великую весть. Мы долго искали наследного принца, сына короля Виллема. И вот, наконец, он был найден! Наследный принц Киан жив!

Олкен прокричал это как можно громче, чтобы его слова услышали даже те, кто стоял позади всей толпы.

Как круги от брошенного в воду камня, разносились среди людей слова начальника стражи. «Неужели наследник выжил?» – переговаривались между собой люди в надежде, что это правда.

– Но кто он?! – раздалось в толпе.

– Да, кто он и где?! – подхватил еще кто-то из толпы.

– Многие из вас уже знают его под именем Кейон. Он и есть наследный принц Киан – младенец, который в день гибели нашего славного короля Виллема пропал. Прямо сейчас он направляется в замок Конкайден вслед за королем-узурпатором. И нашему истинному, законному королю нужна помощь.

Толпа радостно загудела. «Слава принцу Киану! Слава королю Виллему!» – раздавались крики.

– Я прошу всех, кто способен поднять оружие, – продолжил Олкен, – поспешить к замку Конкайден. Мы долго ждали этого дня. Мы долго терпели короля-тирана, который не щадил наши семьи. Многие из вас не вернутся, но для тысяч других это шанс обрести новую жизнь. Настало время перемен, после которых королевство Конкайден будет таким же славным, как и при короле Виллеме.

Громкие крики и свист оглушили всю округу, долетая до отдаленных берегов озер. После этого начальник стражи дал распоряжение и отослал посыльных к соседям, к тем, которые так же как и барон Орли,не особо жаловали правление короля-тирана.

Во дворе замка все засуетились. За время быстрых сборов раненые были перевязаны и «подлатаны». Бой на берегу, несмотря на потери, вдохновил людей с еще большей силой. Теперь они были уверены, что победят – ведь сам наследный принц Киан будет сражаться за них…

Спустя немного времени вся земля вокруг замка и по берегам озер была заполнена вооруженными людьми. Яблоку некуда было упасть – столько собралось людей, готовых пойти за Кианом. В основном, все они были на конях. Старики отдали даже единственных в хозяйстве лошадей, лишь бы их сыновья смогли сражаться за замок Конкайден вместе с принцем Кианом.

И вот мимо всех этих людей проскакал Олкен. Вслед за ним – несколько рыцарей. Как только всадники оказались впереди всех, Олкен взмахнул рукой, и толпа пришла в движение, выстраиваясь в колонну. По мосту застучали копыта конницы. В этот поход отправились все – от рыцарей до ремесленников. Женщины и девушки желали воинам быть сильными, храбрыми, привязывали к предплечью ленточки, целовали юношей на удачу, кидали к их ногам цветы и глядели им вслед до тех пор, пока последние воины не скрылись в лесном массиве.

Глава 43

Глава 43

После долгой безумной скачки держаться в седле уже не было сил, но останавливаться было нельзя! Брейден скакал до тех пор, пока не загнал до смерти свою лошадь. И только падение несчастного животного его остановило. Издавая жалобное ржание, лошадь лежала на земле, не в силах пошевелиться. Брейден дергал ее за поводья, орал, но все было бестолку. Он остался один в лесу, который таил в себе столько опасностей. Ведь за столько лет король приобрел неимоверное количество врагов. Животный страх и инстинктивная жажда жизни заставили Брейдена затаиться неподалеку от лошади в ожидании одинокого путника. На его счастье вскоре такой появился, это был один из его воинов, которому удалось уцелеть. Брейден выскочил из укрытия – от неожиданности лошадь рыцаря встала на дыбы и скинула всадника. Король успел схватить коня за поводья, вскочил в седло и умчался в сторону замка Конкайден.

Всю дорогу Брейден никак не мог поверить в то, с чем ему пришлось столкнуться. Но все же факт оставался фактом – его войско было разгромлено настоящими русалами, о которых до этого ходили лишь сказки да легенды. И ужас от осознания, что это не сказка, а реальность, заставлял его мчаться с такой скоростью, словно за ним гналась целая толпа привидений.

Брейден ворвался в город перед рассветом второго дня. Он прокричал остолбеневшим стражам, чтобы они закрыли ворота, а затем, разгоняя по дороге едва проснувшихся перепуганных жителей, поскакал во внутренний двор замка. Буквально влетев через замковые ворота, Брейден затормозил коня так, что тот даже присел на задние ноги и чуть не скинул всадника. Затем конь, который был в панике не меньше самого всадника, начал крутиться на месте, а Брейден кричал своим воинам о русалах, тумане и разгромленном войске. В конце концов король о

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.