Антоний Баранов
Сизифов труд врача

Глава 1. Тотем нового года

Искры бенгальских огней, огни ёлки, мандарины и подарки, томительное ожидание полуночи- все россияне ожидают начала Нового года. Все закупились продуктами на неделю и подарки прогрызли дыру в бюджетах семей, но люди празднуют, их нельзя винить в том, что они отдыхают. Этот праздник ждут весь год. Некоторые его ждут больше чем дня рождения.

На фоне разворачивающегося действия Новогодней пьесы главные герои, как им и положено особо не обращают внимания на декорации и второстепенных персонажей. Отсюда и ограбления, переломанные ноги на льду, разбойные нападения, пожары.

Я не знаю повезло ли мне или наоборот это невезение- дежурить в новый год по приемнику травматологии и хирургии.

Отбитые пальцы, отравления, панкреатиты, перепои… Дежурство тянется своим чередом, с некоторой спецификой, новый год же. Приближается заветный час, поток пациентов ослабевает и появляется робкая надежда и нам встретить новый год как люди. Чудо произошло. С криком “Ура”, персонал приемника сомкнул строй бокалов с соком, колой и кофе- каждому свое, но ни намека на алкоголь, ведь от нас может зависеть чья-то жизнь. Так и случилось. 00:32…

– ЗТГК, переломы ребер, оксигенация пляшет- врач скорой помощи с фельдшером катят на каталке груду тряпья гуманоидной формы, жутко зловонной.

– Вы где такой подарочек откопали?

– Избили и бросили в мусорный бак добрые люди.

– Оригинально, что б сделали злые- я деланно вздрогнул

Меряю давление и понимаю, что где- то рядом бегает пушной зверек- я вообще не слышу пульса. Писец в это время ткнул меня в бок и ухмыляясь, указал на пульсоксиметр где красовалась циферка 50. Понимаю, что искать вену в ледяных руках бесполезно, вызываю лаборанта брать кровь из пальца. До рентгена все шансы не доехать, вызываю реаниматолога. Звоню, описываю ситуацию, рядом бегает за собственным хвостом растолстевший полярный лис и во всю играется на хрустящей от крепитации груди бедного мужичка:

– Множественные переломы ребер, оксигенация 50.

– И что, пусть сначала хирург посмотрит- отвечает слегка сонным голосом реанимация.

– Вы там перепили что ли? – даже писец удивленно уставился своими глазками- бусинками в сторону трубки.

– Вызывай хирурга тебе говорят!– гудки…

В прострации от изумления и крайнего негодования, с матюгами в голове, под хохот этого пушного недоразумения набираю номер хирурга.

Хоть кто- то оказался расторопным. Спустя 5 минут пациент в реанимации, история болезни в процессе создания, а все отделение реанимации обложено трехэтажным немедицинским, но таким душевным и родным лексиконом. Передав наконец весь спич, пациента и его шерстяной тотем этой ночи я со спокойным сердцем удалился восвояси. По пути пробило на хохот от лиц персонала реанимации, слушавших крик обычно спокойного меня.

Разбитые носы- две штуки, аппендицит- одна штука, алкогольная интоксикация- три штуки… Обычное дело для приемника. на часах 02:10… Дежурство продолжается

Глава 2. Со шваброй на броневик

Любой врач не только медицинский работник, но и очень неплохой театрал. Мы обязаны владеть таким навыком, как ложь. Буквально второй профессиональный навык после медицинских. Бывает родственники, хотят скрыть от пациента страшный диагноз в виде рака. Либо хочешь как-то успокоить пациента попавшего в ДТП, когда он спрашивает о своих родственниках сидевших рядом в автомобиле, а они уже на пути в рай. Но самый пик театрального врачебного искусства начинается ровно в тот момент, когда в поле зрения врача попадается пациент психиатрического профиля.

Мало того, что бывает сложно понять, о чём говорит пациент, так ещё нужно вникнуть в суть его мировоззрения и мировосприятия. В бреду они летают кто-то в космосе, кто-то в глубинах морей, кто-то на поле битвы. У каждого свои галлюцинации. И важно понять, и вписаться в них. Иначе из-за диссонанса того, что пациент видит и слышит и то, что пытается донести до него врач пациент может агрессивно отреагировать. Реакция может быть любой вплоть до того, что пациент может нанести вред или вообще лишить жизни врача. И ему ничего за это не будет, кроме принудительного лечения, ведь он был не в себе.

Был у меня как то вызов на психоз женщина 65 лет. Приезжаем. Частный дом. Деревянная ограда. Возле дома какой-то сарай. Возле сарая что-то навалено и в этой куче что-то шевелится. Нас встречает родственница пациентки. Я взял терапевтичку (оранжевый ящик с лекарствами) и подошел к ней.

– Здравствуйте доктор.

– Что случилось?

– Да, свекровь совсем с ума сошла. Думает, что я хочу её убить.

– С чего и когда это началось?

– Сегодня она внезапно после пробуждения, странно на меня косилась, а потом схватила швабру и выбежала во двор. Там соорудила баррикады и сидит, отстреливается от меня из швабры.

Я заглянул за забор и действительно увидел кучу ящиков несколько бочек, всё это было свалено как попало, но чем-то напоминало редут. С кастрюлей на голове бабка держала швабру, как винтовку и выглядывала изредка, из-за баррикады. Я попросил невестку отойти подальше, вздохнул и пополз к бабке.

– Здорова, мать. Как ты тут? Держишься? Не ранена?

– Ой, внучек. Ты чего тут?

– Да я к вам на помощь. Вы ж тут одна на этом рубеже. А вдруг ранены?! Я с собой вон аптечку прихватил.

– Не боись, не ранена, а вот одной уже держаться мочи нет. Невестка, тварь такая, хочет мой участок и сбережения, вот и заказала меня киллерам. Всех соседей купила, чтоб те меня извели. Пока вроде не лезут но кто их знает, когда следующая атака.

– Мать, смотри, значит, какая у нас диспозиция. Тут оставаться не безопасно! Твою дислокацию они уже разведали, баррикады у тебя деревянные, продержатся не долго.

– Какие уж есть- посетовала бабка и снова оглядела округу, целясь из швабры.– А ты что предлагаешь, внучек?

– У меня тут за забором броневик припрятан. Давай туда. Он железный, надежный. Окна в нем маленькие, отстреливаться удобней. Да и подвижный он. Вмиг до базы доедем, а там уже тебя не достанут, там наши.

Невестка и мой водитель ухохатывались как мы в сильном присяде гуськом грузимся в газельку.

Вроде все хорошо, швабру забрал, пристегнул, еду с ней в салоне. Она лицом в сторону кабины, я сел на боком повернутое кресло. Едем. Я стараюсь собирать паспортные данные и анамнез. Она же, рассказывает, выглядывая в окно и тыча почти в каждого встречного: "вон та баба мне гвоздей на пороге рассыпала, чтоб я наступила, упала и убилась. А тот мужик мне в магазине в упаковку чая, которую я покупала, полония подсыпал- отравить хотел. А вон те двое, как-то хотели домой к нам залезть и прирезать меня во сне, но забор перелезть не смогли".

Я слушаю это, пишу в адресной карте вызова о симптоматике и характере галлюцинаций и тут она как заверещит: "на дорогу смотри, ты ж угробишь нас так. Потом свои бумажки напишешь. Все б вам штабным крючкотворством заниматься."Напомню, я сидел вместе с ней в салоне, боком… Всю остальную дорогу я старательно следил за мелькающими в боковом окне пейзажами. Мало ли…

Глава 3. Вожделенные "тройки"

Утро. Захожу на подстанцию, как обычно принимаю укладку и машину.

"Первая бригада н

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.