Виолетта Шаповалова
Пока я не ушла

Глава 1

Будильник орал уже добрых 10 минут, а Лидия все никак не могла открыть глаза. Ладно, могла, но как же не хотелось. В итоге она кое-как села на кровати, ткнула в телефон пальцами, чтобы он наконец заткнулся, промазала, чертыхнулась и снова ткнула. На этот раз удачно. Будильник заглох. Её нежелание вставать – нет. Лидия спала от силы 3 часа, вчера сидела полночи, заполняя пробелы в делах, которые надо было сдать еще несколько недель назад. Когда она мечтала о работе следователя, ей представлялись опасные погони, интеллектуальные допросы и хитрые преступники, которых она вычисляет благодаря своей логике и упорству.

Но на деле оказалось, что 75 процентов работы в органах составляет бумажная волокита. На каждое следственное действие нужно было просить разрешение у суда, каждый шаг запротоколировать, все по правилам и срокам. Преступники не могли похвастаться интеллектом, скорее его отсутствием. Ибо как еще можно было объяснить пьяную поножовщину с тремя трупами или воровство из сумочки случайной прохожей прямо под камерами.

У Лидии был порыв уйти, даже не один. И каждый раз её останавливало одно. Когда она передавала дела об изнасилованиях и убийствах в суд, а потом узнавала об обвинительных приговорах, чувство бесполезности и бессмысленности внутри на какое-то время затихало. Следователь понимала, что жертвы добились справедливость, и в этом была и её заслуга.

Чтобы быстрее проснуться, Лидия включила рандомное видео на телефоне и под его бубнеж поплелась в ванную. "Может холодный душ?", – промелькнуло у неё в голове. Но женщина тут же отмела эту идею, она просто замерзнет и окончательно возненавидит это утро. Наскоро умывшись под чье-то монотонное говорение, она отправилась на кухню, где ждал более действенный способ проснуться, а именно чашка крепкого бразильского кофе, сваренного в турке.

Да, Лидия знала о вреде кофе на пустой желудок, но её давно перестало это волновать. С таким образом жизни, как у неё, гастрит все равно неизбежен. Рано или поздно. Да и он точно не будет главной проблемой. Поставив перед собой горячий напиток с божественным запахом, который дарил не только бодрость, но и надежду на то, что день может быть неплохим, она сделала первый глоток и довольно зажмурилась.

Сознание прояснилось, теперь можно прислушаться к болтовне, доносящейся из телефона, которая стала активнее и громче. "Так, это что Малышева? – глаза Лидии аж распахнулись от удивления, – как она вообще у меня в рекомендованных вылезла, кошмар…". Тем временем ведущая распиналась с присущей только ей бесящей интонацией: "Рожайте! Ваша матка только этого и ждет, ваши яичники работают каждый месяц ради этого момента, не разочаровывайте их, ведь они.."

Лидия резко ударила по экрану, и он, оборвав Малышеву на полуслове, обиженно погас. Ладонь резко обожгло, и следователь только сейчас поняла, что вцепилась в горячую кружку слишком сильно, всё тело бессознательно напряглось, будто готовясь обороняться, а в горле образовался неприятный комок, не позволяющий свободно дышать. "Так, надо расслабиться, вдох-выход, – она аккуратно поставила кофе на стол и попыталась восстановить дыхание, – просто не думай, ну давай же, – напряжение в плечах и шее никуда не уходило, – зайчики в лесу, медведи на опушке, мыши в норах, думай о чём угодно, только не о неизбежном разочаровании матки и прочих придатков".

Образы зайчиков, медведей и мышей все никак не хотели оказывать реанимирующую помощь. Тогда Лидия обратно включила телефон и судорожно пролистала вниз, ткнув в какую-то яркую картинку с мужским лицом.

—Я уверен, что эти девушки не теряли надежды, что они боролись за свои жизни, надеялись, что кто-то успеет прийти вовремя и их спасти. Но полиция опоздала, как в первом, так и во втором случае. И мне страшно представить, что будут следующие. Поэтому, мои дорогие, будьте бдительны, не доверяйте незнакомцам и помните, кроме вас, вас никто не спасёт.

Мужчина на экране еще пару минут пафосно распинался, но Лидия уже не слушала. Он узнала его. Это Михаил Кретов, блогер тру-краймер. Сама следователь не смотрела этот канал, тру-крайма в жизни итак было навалом. Но в их отделе была парочка молодых девчонок, которые чуть ли не кипятком писались от этого заносчивого хлыща. Включали его видео, обсуждали, правда главным образом, не истории преступлений или жертв, а то, как "потрясающий серый пиджак подчеркивает линию мужественных плеч, как пронзительный взгляд голубых глаз смотрит прямо в душу и как каждая бы из них пошла бы с ним на свидание, а после позвала бы к себе на чай". Лидия была благодарна, что приглашение на чай не расписывалось во всей красе влажных фантазий её молоденьких коллег.

Она раздраженно поставила блогера на стоп. Мысли переключились, за это спасибо, конечно, но что этот парень о себе возомнил? Считает себя гласом народа, рупором правосудия? Полиция ни на что не годна, убийца разгуливает на свободе. Это вообще-то не он сутками напролет искал пропавших девушек, не он отрабатывал все возможные версии, не он стоял над задушенными телами в лесу и не он подбирал слова, с трудом глядя в глаза отчаявшимся родственникам этих девушек. Этот пижон сидел в теплой уютной студии и записывал свои видео. Лидия закипала похлеще своего чайника, из которого бы уже следовало добавить кипятка в полуостывший кофе перед ней. Она закрыла глаза. Что за гребанное триггерное утро? То одно, то другое.

Да, из восхищенных обсуждений своих коллег следователь знала, что Михаил не только сидит в студии, но еще и лезет на места преступлений. Откуда только первым узнает? В каждой бочке затычка. Хотя с такой смазливенькой внешностью наверняка присел на уши куче девчонок из разных отделов, вот ему и сливают информацию. Как Михаил там говорит – журналистский долг. Ага, ну конечно. Тру-крайм сейчас в моде, поймал волну, вот и хайпится. А на жертв ему плевать.

Погрузившись в собственное раздражение, которое было приправлено чувством вины и беспомощности, Лидия быстро оделась, наскоро провела расческой по своим коротким темным волосам и яро хлопнула дверью. Кружка кофе по-сиротски остывала на столе, а мысли женщины крутились вокруг фразы блогера – мне страшно представить, что будут следующие. Вот и ей было страшно. Это явно серия. Похожие типажи жертв, отдаленные лесополосы, странгуляционные борозды от удушения с частичками одинаковых волокон. Это один человек, один убийца. И у них ноль зацепок при куче отработанных версий. И крошечная надежда, что убийств больше не будет. Только маньяки сами не останавливаются. Они входят во вкус и жаждут всё больше.

День прошел суматошно. Нужно было довести до ума дело о причинении тяжкого вреда здоровью, и видит Бог, Лидия пыталась, но после обеда на неё свалилось еще два дела. И это здорово злило, ведь свалиться они должны были на Женька. А если быть точнее, на Евгения Опарышева, второго следователя из их отдела. Вообще-то в отделе следователей числилось четверо, а по сути, остались только они вдвоём. Инна ушла в декрет месяц назад, а Матвей сломал ногу аж в трех местах и кто знает, насколько затянется его реабилитация.

Женька Лидия не жаловала, и за глаза называла Опарышем, а если он сливал дела на неё, как это произошло сегодня, то и мерзким Опарышем. Второй следователь был редкостным типом алкашей, которые умудряются пить чуть ли не каждый день, но почти не заметно для окружающих. Лидии уже казалось, что с таким уровнем потребления алкоголя, у него по венам уже должна струиться балтика 7, а не кровь. Иногда хотелось это проверить, разбив ему нос, но голос благоразумия каждый раз успевал её остановить.

Сегодня был тот самый знаменательный день, когда алкаш Опарыш всё же не дополз до работы, и всё новое криминальное недобро досталось ей.