Роман Егоров
«Дневник счастливой женщины»

Пролог. Пробуждение к себе

Я проснулась сегодня и не узнала себя. Не потому, что изменилась, а потому, что впервые увидела.

Раньше я просыпалась в список дел, в ожидания, в страхи. Открывала глаза – и сразу включалась механика: кто я должна быть сегодня, что я должна сделать, как я должна выглядеть. Я вставала с кровати уже уставшей от себя несделанной, себя неправильной, себя недостаточной.

А сегодня я просто открыла глаза.

И в этом простом раскрытии вдруг было всё. Свет на стене рисовал какой-то случайный узор, и в этом узоре не было требований. Воздух касался кожи прохладой, и в этой прохладе не было упрёка. Тело лежало в своей тяжести, и эта тяжесть была не грузом, а… присутствием. Я здесь. Я есть.

Счастье не приходит извне. Оно обнаруживается внутри, когда перестаёшь убегать от себя.

Не знаю, почему это случилось именно сегодня. Может быть, я просто устала притворяться. Устала играть в ту, которой должна быть. Устала собирать себя из чужих взглядов, из одобрения, из страха быть отвергнутой. Что-то во мне сломалось – или, наоборот, срослось.

Я встала, подошла к окну. Город внизу уже проснулся и суетился, и раньше я бы подумала: я опаздываю, мне нужно быстрее, я должна успеть. Но сегодня я просто стояла. Смотрела, как ветер треплет листья на дереве напротив. Как свет делает их то изумрудными, то почти чёрными. И в этом наблюдении не было зрителя и зрелища. Было просто… смотрение. Листья смотрели на себя через мои глаза. Свет узнавал себя в своём же отражении.

Когда я была маленькой, я знала это. Я могла часами лежать в траве и смотреть на облака, и не было никакой я, которая смотрит, и никаких облаков, на которые смотрят. Было единое дыхание мира, и я была этим дыханием. Потом меня научили, что я – отдельная. Что я должна защищать свои границы, отстаивать свои интересы, добиваться своего счастья. И я послушно стала строить эту крепость из я, обносить её рвами из должна, укреплять бастионами из правильно.

А счастье осталось снаружи. Вернее, я осталась снаружи счастья, запертая в своей же крепости.

Я не становлюсь счастливой. Я перестаю быть несчастной – и обнаруживаю, что счастье было всегда.

Этот дневник – не история о том, как я нашла счастье. Это история о том, как я перестала от него прятаться. Каждый день был уроком, но не в смысле "научиться чему-то новому", а в смысле "разучиться чему-то старому". Разучиться быть проблемой, требующей решения. Разучиться быть проектом, требующим улучшения. Разучиться быть недостаточной.

Я буду писать о простых вещах. О том, как стою перед зеркалом. Как танцую в пустой комнате. Как просыпаюсь среди ночи и слушаю тишину. О встречах, огне, воде, порогах. О земле под ногами и небе над головой. О том, как в каждом из этих мгновений вечность касается меня и шепчет: ты и есть то, что ищешь.

Это не мой дневник – это дневник счастливой женщины. Той, которая не стала кем-то другим, а просто перестала быть не-собой. Той, которая живёт сейчас не потому, что так надо, а потому, что кроме сейчас ничего и нет. Той, которая наконец поняла: я не ищу счастье. Я – и есть искомое.

Когда женщина перестаёт искать себя, она обнаруживает, что всегда была найдена.

Если ты держишь в руках эти страницы, значит, что-то в тебе тоже готово. Готово остановиться. Готово выдохнуть. Готово перестать стараться и просто… быть. Я не буду учить тебя счастью. Я просто расскажу, как оно само нашло меня, когда я перестала убегать.

Читай медленно. Позволь словам оседать не в уме, а где-то глубже. И если в какой-то момент ты вдруг почувствуешь странное узнавание, будто я пишу о тебе, – значит, всё правильно. Потому что я и пишу о тебе. Вернее, ты сама пишешь эти строки через мои руки.

Мы – одна. И эта одна – счастлива.

Просто потому, что есть.

Глава 1. Зеркало

Лицо, которое ты видишь в зеркале, – это не твоё лицо. Это лицо, которое видит.

Утро. Ванная комната. Я стою перед зеркалом, как стояла тысячу раз, и смотрю на себя. Обычный ритуал, автоматический жест – включить свет, наклониться ближе, начать оценивать. Морщинка здесь, тень под глазами, что-то не так с кожей, волосы неправильно легли. Привычная инвентаризация несовершенств.

Но сегодня что-то сбивается. Я смотрю в глаза своему отражению – и вдруг не могу понять, кто кого рассматривает. Я смотрю на неё, или она смотрит на меня? Эти глаза, карие, усталые, с золотыми искрами у зрачков – они мои или чужие? Я поднимаю руку, она повторяет движение, но в этом повторении есть что-то странное, будто между нами – невидимая мембрана времени, и мы разделены не стеклом, а чем-то большим.

Я замираю. Просто стою и смотрю. Не оцениваю, не сравниваю, не исправляю – просто вижу. И чем дольше я смотрю, тем непонятнее становится, кто эта женщина в зеркале. Нос, который я знаю наизусть, вдруг становится просто формой света и тени. Губы – линией, изгибом, который не имеет отношения к тому, красивая я или нет. Лицо распадается на элементы, на игру отражений, на поверхность, по которой скользит взгляд.

А взгляд… Взгляд остаётся. Тот, кто смотрит сквозь эти глаза. Тот, кто был здесь всегда – в детстве, когда я впервые увидела себя в зеркале и удивилась, что это я; в юности, когда стояла так же и пыталась разглядеть ту, которой хотела стать; вчера, когда проверяла макияж перед выходом. Тот же взгляд. Неизменный наблюдатель, который видит, как лицо меняется, стареет, устаёт, светлеет – но сам не меняется никогда.

Я не та, кого вижу в зеркале. Я та, кто видит.

Странное головокружение. Будто всю жизнь я думала, что я – это отражение, эта форма, этот набор черт и недостатков. Я пыталась улучшать отражение, любить его, принимать, бороться с ним. Я строила свою жизнь вокруг того, как это отражение выглядит в глазах других. Накладывала слои – макияж, улыбки, правильные слова, нужные роли. И всё время думала: когда я наконец полюблю эту женщину в зеркале, я стану счастливой.

Но сейчас я вижу: отражение – не я. Оно никогда не было мной. Оно просто… появляется. Возникает там, где есть свет и поверхность. А я – это то, что остаётся, когда зеркало убирают. То, что видит и зеркало, и отражение, и саму себя, видящую.

Я поднимаю руку и касаюсь стекла. Холодная гладкость. Мои пальцы встречаются с пальцами той, другой – но прикосновения не происходит. Только иллюзия встречи, только видимость соединения. И вдруг я понимаю: так всю жизнь. Я пыталась дотянуться до себя через отражения. Через то, как меня видят другие. Через чужие глаза я искала подтверждение, что я есть, что я достойна, что я правильная. Но чужие глаза – такие же зеркала. В них я вижу только отражение отражения, тень тени.

А та, кто действительно есть, стоит здесь. По эту сторону всех зеркал. Смотрит. И для неё не нужно подтверждение, не нужна оценка, не нужно одобрение. Она просто… есть. Как дыхание, как биение сердца, как этот момент сейчас.

Все эти годы я искала своё истинное лицо. А оно не имеет формы – оно есть то, что даёт форме быть увиденной.

Я отхожу от зеркала на шаг. Лицо в отражении становится меньше, теряет детали, превращается в общий абрис. Ещё шаг – и вот я уже вижу не только лицо, но и плечи, силуэт, фон за спиной. Белая плитка, полотенце на крючке, край окна, где просачивается утренний свет. Чем дальше я отхожу, тем больше видно – и тем меньше я цепляюсь за эту конкретную форму в центре. Она становится частью картины. Одним элементом среди множества.

А если отойти ещё дальше? За пределы комнаты, дома, города? Где тогда моё лицо? Оно растворяется в огромности мира, становится точкой, исчезает. Но то, что видит, не исчезает. Оно расширяется. Оно вмещает в себя всё больше – не только лицо, но и комнату, и дом, и город, и небо, и… всё.

Я возвращаюсь к зеркалу. Вплотную. Наши носы почти соприкасаются, только тонкое стекло между нами. Я смотрю себе в глаза так близко, что вижу каждую ресничку, каждую трещинку в радужке, каждый блик света. И вот, в этой предельной близости, граница окончательно стирается. Нет больше я и моего отражения. Есть только смотрение. Глаза смотрят в глаза, и невозможно сказать, где начинаются одни и заканчиваются другие.

Когда я вижу себя по-настоящему, исчезает тот, кого нужно видеть. Остаётся только видение.

Слёзы. Откуда-то из глубины поднимаются слёзы, но не горькие, не от боли. От узнавания. От того, что всю жизнь я смотрела на себя как на чужую. Оценивала, судила, пыталась исправить. И вот теперь впервые вижу: не нужно было исправлять. Нужно было просто увидеть. По-настоящему увидеть. Не форму, не маску, не роль – а того, кто за всем этим. Кто в каждом зеркале, в каждом взгляде, в каждом мгновении остаётся неизменным свидетелем.

Я улыбаюсь. Она – в зеркале – улыбается в ответ. И в этой улыбке нет разделения. Мы узнали друг друга. Вернее, я узнала, что мы никогда и не были разными. Отражение – это я, но не вся я. Я – больше любого отражения. Я – это то, в чём все отражения возникают и растворяются.

Выхожу из ванной. Иду к окну. Смотрю на мир. Стёкла домов напротив вспыхивают солнцем – тысячи зеркал, и в каждом отражается небо, облака, деревья. Отражения накладываются друг на друга, перетекают, меняются с каждым движением света. И ни одно не истинное, но все – настоящие. Так же, как все лица, которые я надевала в жизни, – и дочь, и женщина, и мать, и работник, и подруга, и любимая – все настоящие, но ни одно не исчерпывает того, кто я есть на самом деле.

А кто же я на самом деле?

Та, кто задаёт этот вопрос. Та, кто может видеть все маски – и поэтому не является ни одной из них. Та, кто остаётся, когда все маски сняты. Та, кто есть даже тогда, когда больше нет никакого кто.

Моё истинное лицо – это зеркало без отражений. Пустое, чистое, готовое вместить любую форму, не становясь ею.

Сестра моя, я знаю, ты тоже стоишь перед зеркалами – утром, вечером, по сто раз на дню. Ты тоже смотришь и не видишь себя, потому что ищешь не в том направлении. Ты ищешь себя в форме, а себя – нет в форме. Ты пытаешься полюбить отражение, а любить можно только из того места, которое по ту сторону всех отражений.

В следующий раз, когда встанешь перед зеркалом, попробуй просто посмотреть. Не оценивая, не исправляя, не сравнивая. Посмотри в глаза – свои глаза – и спроси: кто смотрит? Кто тот, кто видит это лицо? И если ты честно задаёшь этот вопрос, не ища на него готового ответа, а просто оставаясь с ним… Ты почувствуешь. Сначала как головокружение, как провал, как пустоту. А потом – как невероятную полноту. Как узнавание.

Ты – не та, кого видишь. Ты никогда ею не была. Ты – само видение. И это освобождает от всех оценок, от всех попыток стать кем-то. Потому что ты уже есть то, чем не можешь не быть.

Встреться с собой. По-настоящему. В зеркале между мирами.