Юлия Ларионова
Приключения Руслана Тигровкина

Глава 1

Пролог

Эта история случилась в одном маленьком северном городке. Таком маленьком, что люди привыкли к знакомым лицам и обязательно здоровались друг с другом, а было это так давно, когда воду еще набирали в колодцах. Все жили как один человек, а если случалось приехать новой семье – это было исключительным событием. Сперва жители города настороженно изучали новеньких – а вдруг не подходят? Потом становились доверчивее и добрее. Как кошка, которая впервые с кем-то знакомится – мягкой подступью подойдет, пугливо обнюхает, осмотрит с ног до головы, вглядится в глаза и только после этого подпустит к себе. Так и горожане Снежинска – медленно привыкали к семье нашего героя.

Глава 1. Знакомство с Тигровкиными

В комнату попадал мягкий свет январского солнца. Руслан с трудом открыл один глаз и проследил им за солнечным зайчиком. Заяц с изголовья кровати перешел на стену, со стены устремился на потолок и быстро выпрыгнул в открытую дверь комнаты. “Видимо Тимоха уже проснулся”, – подумал Руслан, открыв второй глаз и взглянув на пустую кровать напротив. Он поёжил носом, как будто ловил комара, сморщился и громко чихнул. Чихал Руслан так, будто его организм хотел исторгнуть все заразы и освободиться от бактерий один раз и навсегда – громко и с надрывом.

Дверь резко распахнулась и за ней стояла Лиля – сестра Руслана и самая младшая Тигровкина.

– Будь здоров наконец! Ты чихаешь так громко, что дом дрожит и боится тебя! – сказала Лиля недовольно, но с заботой о старшем брате.

– Спасибо! Я не специально, – Руслан посмотрел на сестру и ладонью сделал жест, выправаживающий ее из комнаты.

– Деловой! Я пришла позвать тебя завтракать, мама все приготовила, вставай!

Руслан встал с кровати и наступил на игрушку – маленькую резиновую мышку. Она громко и жалобно пискнула, как живая, а Руслан отпрыгнул и испугался. Затем вздохнул, поднял мышь и положил на кровать брата Тимохи – вечно он за ним прибирает…

По длинному коридору разливался теплый свет и свистел морозный ветер, коридор вел на кухню, где прямо по курсу стояло большое окно с настежь открытой форточкой. Руслан торопливо прошел по коридору. Он увидел мельком слева идеальный порядок в комнате сестры и заправленную кровать, а справа, ровно напротив, в другой комнате застал драку младших братьев. По инерции он прошел мимо и хотел закрыть форточку, откуда летел ужасно холодный ветер. Но Вожак не смог пройти мимо дерущихся в своем маленьком прайде, попятился назад зашел в комнату братьев.

– Ты всегда воруешь мои поезда! Получай! – истошно визжал Стёпа, сидевший на своем брате, размахивая ладошками.

– Не брал я твой дурацкий поезд! Он куда-то делся, чего сразу я? – откуда-то снизу доносился голос Егора, который подвергался наказанию младшего брата, но терпеливо ждал окончания и не бил в ответ.

– Так, что это тут у вас? Стёпа, быстро слез с него! Что случилось? – Вожак вмешался и разнял свирепый комок.

– Мой поезд пропал, и это сделал ОН! – снова перешел на визг Степа и выделил громко “он”, чтобы услышали все.

Руслан вздохнул, обнял младшего брата и вытер слезы своего большой рукой.

– Найдем твой поезд, просто оставил где-то, наверное.

– И сразу на меня все стрелки переводит! – нервно ответил Егор, на котором лежали тяжкие обвинения брата, – сдались мне твои поезда! Я старше тебя и мне они не нужны, глупые игрушки.

Егор фыркнул, потирая лоб и щеку после драки, и вышел из комнаты.

– А чего холодно так? Заморозить всех решили! – услышали братья его недовольный и поучительный тон.

Через пару мгновений стукнула форточка и щелкнул замок. Руслан улыбнулся – кто-то наконец закрыл окно.

Пока все собирались за столом, Руслан оглядел свое “богатство” – у него пока не было друзей, но было четыре брата и сестренка, а еще мама и папа.

Он посмотрел на своего соседа по комнате – Тимоха – так он его называл. А Тимофеем его называли только родители и учителя, и только тогда, когда злились на него. Тимоха младше Руслана на четыре года, он плохо завязывал шнурки на левом ботинке. Да, именно на левом, правый он освоил легко, но второй не поддавался, и шнурки часто путались в руках. Руслан помогал ему бороться с левыми ботинками и всегда учил его убирать на место свои игрушки.

Тимоха любил животных и игрушки просил только такие – мышки, паучки, плюшевые собаки, резиновые змейки, маленькие гипсовые обезьянки. И любил оставлять их в самых неудачных местах. Может быть, и для того, чтобы пугать младшую сестру – она, как и Руслан, часто находила в своей комнате игрушечных пауков и пугалась. Ведь они были очень похожи на настоящих. Тимоха сидел за столом и дул на ложку с кашей.

Взгляд Руслана устремился дальше, справа от Тимохи за столом сидела Лиля. Самая младшая среди Тигровкиных родилась пять лет назад и стала любимицей всей семьи. Она была как последняя, самая значительная пуговка в большой и ценной коллекции пуговиц в шкатулке. Золотистая пуговка с цветами лилий – так ее видел Руслан, фантазируя об этом. Нашел такую, и можешь считать, что коллекция полностью собрана, закрывать шкатулку и ставить на почетное место на полке.

Несмотря на статус младшей в семье, Лиля держала братьев в маленьких ежовых рукавичках – помогала родителям “воспитывать”, звала всех к столу, следила как могла за чистотой комнат старших братьев и, как ей казалось, по-взрослому отчитывала их. Руслан смеялся, когда сестра делала недовольное личико и хмурила бровки – сердилась. Но каждый раз было видно, как сквозь эту серьезность и маску взрослой тёти выглядывает озорная девчонка и хочет засмеяться.

Лиля любила рисовать и хорошо это умела. Она дарила особо красивые работы своей семье. Например, в комнате Руслана и Тимохи на стене висела ее картина. Лиля нарисовала ее почти полгода назад, после очередного переезда и дня, когда брат ее спас. Летом того года Тигровкины переезжали в свой новый “новый” дом и ехали туда на поезде целых три дня. Все хорошо запомнили эту поездку, ведь она была долгой и измотала семью. Особенно страдала маленькая Лиля – она скучала, бродила по вагону, выходила на каждой станции и дергала проводника за рукав, спрашивая “ну когда мы уже приедем?”. Братья с ней не играли, родители присматривали, но были заняты, планировали первые дни в новом доме после переезда. И Лиля была посвящена самой себе с утра до вечера. Так к ночи, занимаясь чем только можно и нельзя, она окончательно утомилась и очень крепко уснула на своей верхней полке. Она очень гордилась этим местом, ведь как взрослая спала одна и едва смогла сторговаться с родителями и братьями, чтобы спать тут.

Руслан, наоборот, не мог заснуть и долго-долго ворочался. Под приятное “чу-чух-чу-чух” так сладко засыпается, но ему не удавалось. Тогда он встал, потянулся и стал тоскливо смотреть в окно. Открыто он никогда не говорил, что переезды его расстраивают. Но в его глазах можно было увидеть истинную грусть. Он захотел умыться, развернулся и, сделав один шаг в сторону, почувствовал тревогу. Руслан услышал скрип верхней полки и моментально поднял глаза вверх. Он даже не успел понять, что происходит, но его прирожденные хорошие рефлексы действовали сами по себе. Руслан вытянул обе руки перед собой и в ту же секунду поймал свою младшую сестренку с верхней полки. Лиля во сне вылетела из своей поездной кроватки и чудом не пострадала, попав в руки старшего брата. Руслан испуганно смотрел на нее, сестра тоже не успела понять, что происходит, но испугалась не меньше брата. После этого родители Тигровкины похвалили Вожака, ведь Лиля могла серьезно травмироваться. Обнимали их обоих и целовали, а папа Тигровкин поменялся с дочерью местами. Это случилось летом, но вся семья хорошо помнила этот чудесный случай спасения. После переезда Лиля распаковала карандаши и нарисовала момент своего полета и стоящего Руслана в позе супергероя, он ловил ее на картине вместо рук большими тигриными лапами. Это был самый ценный подарок в его жизни.

– …видела лошадей?

– Да.

– Они красивые?

– Очень! Очень красивые. Люблю лошадок.

– Знаешь почему? Они едят овёс. «И ты ешь овёс и будешь такая же красивая как лошадка», —сказал папа Лиле и сильно ее насмешил и засмущал.

– Красивая как лошадка?? Ну папа! – Лиля смеялась и закрыла лицо руками, едва дожевав свою кашу.

Руслан рассеяно отвлекся от воспоминаний и тоже смеялся над диалогом. Смеялись вообще все, мама снимала фартук и тоже садилась за стол. Тимоха уже собирался вставать, Егор еще доедал. В семейной суматохе Руслан посмотрел на Стёпу, тот уже доел кашу, шкодливо улыбался и старался не выдать свою тайну. Но красные щеки и широкая улыбка сделали это за него. Руслан посмотрел под стол и увидел в руках у брата банку сгущенки и две ложки. Стёпа ткнул ложкой Лилю, которая сидела слева от него, и делал это, пока она не обратила внимание на эту ложечную атаку под столом.

Наблюдать нужно было со спокойным невозмутимым лицом, чтобы брат и сестра не заметили слежку. Руслана интересовала судьба украденной со стола банки сгущенки. Он хотел пристыдить Стёпку за воровство и одновременно громко хохотать, видя этот хитрый план. Стёпа довольно улыбался и без слов говорил сестре, что делать.

“Вставай из-за стола и незаметно забери у меня банку и ложки!” – как будто командовал он сестре одними глазами, насупив ноздри от напряжения. Степа и Лиля были погодками, но хоть разница в возрасте была совсем крошечная, отличались они друг от друга очень сильно. Лиля – серьезная, помогающая, усидчивая. Степан же соответствовал своему имени – был как казачий заводила – шкодил, скандалил и часто затевал драки. Но несмотря на различия, ребята были очень близки, почти как близнецы. Степа был драчуном со всеми, кроме сестры, ее он гордо защищал, а еще делился всеми вкусностями. Лиля покрывала брата в его приключениях, но внутренне очень стыдилась, потому что ей приходилось и самой в них участвовать. К той золотистой пуговке из коллекции в паре шла другая, совсем не похожая, маленькая коричневая пуговка из грубой кожи – они идеально дополняли друг друга.

Тайную операцию нарушил внезапный как гром вопрос:

– А сгущенка-то где? «Что-то я ее не вижу», —спросила мама Тигровкина, убирая посуду со стола.

– У этих тайных агентов недоделанных… – спокойно, но с ноткой раздражения в голосе сказал Егор. Он тоже видел это, но до маминого вопроса не придавал значения краже.

– Ну вот опять ты все портишь! – недовольно насупился Стёпа, легонько толкнул старшего брата и выдал сгущенку маме как спрятанное тайное оружие.

Лиля стыдливо сжала губы и водила глазами туда-сюда, не зная куда себя деть. Она раскаивалась без слов. Их мама, Раиса Тигровкина, покачала головой и очень звонко цокнула языком. Она достала из кармана голубого цветочного халата маленький поезд и протянула его Стёпе.

– Тебе бы понравилось, если бы я забрала твой поезд без спроса и ничего не сказала об этом? – скрывая улыбку, спрашивала мама воспитательным тоном.

– Так вот он где! Я его потерял. И даже… – Стёпа виновато посмотрел на Егора, которому досталось совершенно несправедливо.

– И даже обвинил меня, а я ведь сказал – не брал я твой дурацкий поезд.

– Ну ты…Егор…извини. Я не специально. Просто ты был очень похож на того, кто мог его взять.

Все рассмеялись и, кажется, даже забыли про сгущенку. Егор тоже смеялся, хотя обычно был очень серьезным мальчиком. Он второй по старшинству в семье и как Руслан носил на себе маленький и невидимый орден “старший брат”. Егор любил науку и не очень любил общество братьев и сестры, он мог подолгу быть в одиночестве и хорошо себя чувствовал, не страдал от скуки. Все нападки младших он стойко и терпеливо выносил, а старшего брата уважал и очень любил, хоть и не умел это показать. Но на день рождения Руслана он сыграл свой первый музыкальный этюд на скрипке. Общению с другими людьми он предпочитал чтение и музыку. Мама повторяла “даже, если случится конец света, Егор спокойно соберет свои вещи, вздохнет, возьмет скрипку и начнет играть и ждать, пока соберемся мы. Такой вот у нас невозмутимый мальчик”.

Несмотря на отсутствие красивых слов, мальчик показывал свои чувства редкими действиями. Например, узнавал папину волгу на подъезде к дому по одному звуку, даже не видя ее и не зная, что папа скоро приедет. Когда ему было три года, мама возилась с крошкой-Тимохой, Руслан играл рядом, а Егор вдруг вскочил, подошел к окну, смешно прислонился к шторе, замер и постоял так пару секунд. Через мгновение он громко и так трогательно сказал: “ПАПА! Папа едет домой!”. Позднее мама даже заподозрила у сына невероятные магические способности. Сошлись потом на хорошей интуиции и идеальном слухе скрипача. А еще на глубокой привязанности к отцу. Ведь через пару минут после папа постучал в дверь и зашел с ворохом гостинцев – вернулся из рабочей поездки. С тех пор Егор всегда знает, когда вернется отец – он просто чувствует и слышит.

– Тигровкины! «Готовы к походу в школу?» —громко спросил папа.

– Готовы! – крикнули из разных комнат Стёпа и Лиля в один голос.

– Я почти готов, только вот ботинок… – стоял в одном ботинке Тимоха, натягивая лямку болоньевого комбинезона на плечо.

– Да, помогу Тимохе и можем выдвигаться в путь. – Руслан привычно сел на корточки помогать брату с левыми непослушными шнурками.

– Я готов, папа. – спокойно, как всегда, ответил Егор.

– Молодцы! Какое первое правило похода в школу?

– «Не опаздывать!» —хором сказали дети.

– «А второе?» —спросила мама, вытирая руки о полотенце.

– «Выучить что-нибудь интересное», —сказала Лиля, довольно выходя из своей комнаты с красным ранцем в руке.

Дети вышли из дома на холодную улицу. Небо было ясное, ни одного облачка, значит, сегодня будет трескучий и сильный мороз. Тимоха, Лиля, Стёпа и Егор пошли по тропинке прямиком к школе. Руслан свернул за угол, постучал по досочкам на фасаде дома, отсчитал третью и открыл ее. Достал из этого потайного местечка маленькие деревянные лыжи, скинул их на снег и обернул ноги плотными ремешками.

Было и третье правило. Руслан придумал его сам.

– Добраться до школы быстрее ветра!

Сказал он и звонко свистнул.