Саманта Джонс
Снегурочка для миллионера. Разница в возрасте

Глава 1. Мужчина с доставкой до ПВЗ

– Пакетик брать будете?

Я подняла глаза и обомлела. Высокий красивый тридцатипятилетний мужчина стоял прямо передо мной. Словно надо мной.

В отличие от типичных посетителей ПВЗ его возраста он не был толстым и лысым. Даже скорее наоборот, – жизнерадостно улыбался и без усилий демонстрировал стройное тело и уверенную осанку.

Я инстинктивно улыбнулась ему как симпатичному парню и тут же сама испугалась своей спонтанной реакции:

А в друг он воспримет это как флирт. И вообще он сильно старше меня. Что он обо мне подумает?

Мне было слегка за двадцать и это была наша первая встреча с Валерием.

Я хочу рассказать как всё так получилось. Сама не верю в это и потому хочу изложить. Не судите строго.

Быть девственницей в 20 лет в России всё равно, что быть старой девой и в те дни, когда Валерий впервые появился в нашем ПВЗ я уже перестала отшучиваться перед подругами по этому поводу. Они то уже давно набрались опыта, но меня как то не тянуло на подобные приключения.

Шел дождь, я стояла на крыльце и тянула ашку перебалтываясь с Кириллом, – парнем с моей шараги, который толи ухаживал, толи не ухаживал за мной, но увивался и нередко приходил ко мне на работу, чтобы просто потрепаться.

Кирилл не был красавчиком, но конечно мне прочили его в «женихи». Потому что других не было. Мешковатые широкие джинсы, худи с вечно наброшенным на прыщавое лицо капюшоном. В отражение дверей я с тревогой заметила, что день за днем становлюсь похожей на него. Вот уже и на мне бесформенное худи, отлыниваю от работы я чаще, чем раньше, да и вообще в глазах вместо озорного блеска начинает проявляться наша отечественная безнадёга.

– Я могу вернуть это?

Велерий протянул коробку аккуратно упакованных кроссовок. Его мягкий и вежливый голос. Не настаивающий, но и твёрдо знающий свои права нравился мне даже, когда я на него не смотрела. Но то как он выглядел…

Я чуть губу при нём не прикусила.

Кашемировое осеннее пальто, раскрыто и под ним черная водолазка – явно не с ВБ. Рука с золотым браслетом.

– Сейчас проверю по куар коду не прошли ли еще 14 дней… – ответил по скрипту я и даже возгордилась собой, что не запнулась.

Мужчина был красавчиком. Не скажу, что вылизанным, но ему шла его борода и главное глаза были окаймлены такими ресницами, что любой герой турецких сериалов позавидует. А брови…

Иногда от него пахло духами и свежим душем. Иногда наоборот он спускался из одного их соседних многоквартирных домов «на домашнем».

Но даже тогда я украдкой разглядывала его высокую стройную фигуру. Спортивки, обтягивающая футболка под черной курткой.

– Да. Деньги вернутся в течении 10 дней, – проворковала я и поймала себя на мысли, что мне нравится как его взгляд скользнул по моим бедрам.

Я была в тесных джинсах, подчеркивающих все мои изгибы. И взгляд взрослого мужчины, который на 15 лет меня старше был для меня комплиментом.

Кирилл, да и подружки только ржали и отпускали сальные шуточки. А мне хотелось. Хотелось быть привлекательной. Хотелось наслаждать тем, какой меня сделала природа.

Мы встретились глазами с ним. Я улыбалась, скрывая за желанием получить пять звезд на ПВЗ своё истинное намерение от самой себя.

Сейчас я понимаю, что уже тогда, когда этот необычный мужчина приходил только третий-четвертый раз я уже начинала от скуки фантазировать о том, что мы будем мужем и женой.

Что наш спокойный тон общения. Без излишнего флирта или наездов перекочует в наш общий дом.

От него исходила какая-то теплота. И я хотела прикоснуться к нему. Ощутить тепло его кожи. Или даже дать ему почувствовать свое спокойное и нежное отношение к нему.

Валерий не был похож на типичного посетителя нашего ПВЗ. В основном сюда заходили мамочки с детьми, а мужчины забегали впопыхах между работой с куар кодом, который прислала жена.

Этот же двухметровый красавец кажется совершенно не замечал, что он красивый мужчина. Да и богатый. Ну по моим меркам с зарплатой сотрудницы ПВЗ уж точно. Он выкупал заказы по 7 тысяч легко. Не было ощущения, что такая сумма, что-то значит для него. Покупал вещи для дома: графин, постельное белье, полотенце, ароматизатор.

Именно, когда выдавала ему ароматизатор я нарочно взяла его в руку так, чтобы невозможно было забрать его не коснувшись меня.

Я смотрела на его глаза и протягивала коробку замотанную в полиэтиленку.

Он коснулся. Так беззастенчиво, не смутился, а просто коснулся моей руки… Такой взрослый.

После этого короткого мгновения я дня три думала о нем. Думала далеко забегая вперед: а нормально ли для меня такая большая разница в возрасте? А как вообще подкатить к нему? А как избавиться от Кирилла, который с каждым днем все больше времени проводит у нас на крыльце. Он прикатывает на прокатном самокате и дымит за окном. Я уже не знаю о чем еще с ним поговорить. Хоть бы на работу какую устроился…

– Вам очень идёт… – набралась смелости добавить я, когда Валерий вышел в сомнениях «брать не брать» из примерочной. Он заходил раз в неделю. Иногда заказывал много вещей и мерил, Иногда просто какие-то мелочи вроде маникюрных ножниц.

Мужчина поднял бровь и пронзительно посмотрел на меня…

Глава 2. Потерянная "посылка любви"

– Правда? – смущённо улыбнулся он словно действительно не знал, какое впечатление на женщин производят высокие одинокие мужчины. Может он и не воспринимал мои зеленые бегающие по его торсу глаза за глаза женщины.

Я и сама себя с трудом воспринимала как женщину. Парня у меня не было, кроме Кирилла, который проводил уйму времени у меня, но ни разу даже цветов не подарил. Не решил еще наверно до сих пор нравлюсь я ему или нет. Работа в ПВЗ – склад складом, целый день таскаешь что-то носишь, прислуживаешь… Да и внешность моя… на себя совсем времени не хватает и вижу мои глаза блестят, только когда я романтизирую этого своего единственного неженатого клиента.

Валерий как всегда спокойно, хоть и покраснев немного от моего невольного комплимента выбрал подходящую одежду, расплатился и вышел.

– Хорошего дня, – приветливо бросили он уходя, а я посмотрела ему в глаза с плохо скрываемой мольбой «заговори со мной».

Я не знала о чем просить. Как начать. Как дать понять, что заинтересована в нем и надо ли.

Губы дрожали. Я радовалась каждому его приходу, а иногда стала ловить себя на мысли, что узнаю его по звяканье колокольчика входной двери. У него был какой-то свой характер давления на дверь…

– Дура ты Лерка, фигню несёшь, – от Светки пахло семечками, сигаретами и отрышкой её безработного парня, – Он женат. Либо после развода. Либо бабник. Да в любом случае поюзает тебя молодую и начнёт заказывать шмотки на соседний ПВЗ. Вон их только!

Сердце сжалось от того, что может быть она и права. Но еще сильнее звучал во мне голос, который говорил «Нет. Он не такой. Это она свои все страхи на его проецирует. Да и вообще большая разница в возрасте в моем случае только плюс».

Когда я вернулась на свое место, к компьютеру обклеенному наклейками с сердечками я внезапно подумала, что я ведь работаю два через два.

А что если в другие дни он приходит к другим девочкам и точно так же спокойно и дружелюбно общается с ними?

Может они так же делают комплименты, а он так же касается их рук… Ревность внезапно вспыхнула во мне и я пообещала себе больше никогда не романтизировать ни одного из красавчиков, что заходят сюда. Все! Я тут только работаю! Никаких!!!

Так прошло пару дней, и признаться на чистоту. Все эти дни я вскакивала от каждого звонка колокольчика или реагировала на любого мужчину, который заходил к нам (кроме Кирилла).

Высокий силуэт – и я уже демонстративно не смотрю в его сторону, чтобы не выдать, что ждала как Каштанка.

Смена за сменой я стала думать, что либо он уже всё себе в дом купил, либо… либо он не попадает в мою смену.

Я надевала свою любимые узкие джинсы, красилась, но все это было плясками папуасов в попытках вызвать дождь. То есть не имело решительно никакого отношения к тому, чтобы проявиться и сделать шаг к мужчине, который мне похоже действительно нравился.

Я оправдывала себя словами подружки, что он старше и все равно ничего бы не вышло, но с другой стороны… Я чувствовала себя эмоционально более взрослой чем например Кирилл и Света со своим парнем, от которого одни беды.

Да и в простом знакомстве я не виду ничего плохого. Работая в ПВЗ у меня была масса времени. Клиентов то толпа, то никого и я стала читать телеграм канал про то как знакомиться со взрослыми мужчинами. Что мне не нравилось в них, так там из девушек делали пассивных соглядатаев знакомства. Мол надо быть красивой и ждать, когда пригласят, а если не пригласят, то так им и надо.

Ну вот меня не пригласили. И я не видела в этом ничего такого, что давало мне какое-то ощущение моральной победы. Скорее наоборот. Ему ведь тоже неловко наверно? Даже если я ему нравлюся. Все равно же он думает, что если заговорит со мной, то я подумаю, что он ко мне клеится.

– Добрый день, – так же плавно как обычно Валерий вплыл в мою рутину. За окном шел дождь, а я сидела скучала в телеграмме, листая мемы.

На поводке у него был щенок золотистого ретривер, который одновременно с интересом и осторожностью расставлял лапы первый раз у нас в пункте выдачи.

– Здравствуйте, – делано привычно и сдавливая бросок адреналина проговорила я, – у вас прибавление в семействе? – неожиданно осмелев заговорила я как бы между делом.

– Да, должен кто-то скрасить моё одиночество, – мягко стряхивая с куртки капли дождя тыльной стороной ладони проговорил мой избранник.

В голове быстро сложилось: «Так значит он одинок…»

– Мне вот, – протянул экран с куар кодом он, – большая должна быть.

Я пикнула и пошла искать. Зайдя за угол я прижалась спиной к стене и сползла на колени…

«Думай, Лера, думай!!! В телеграм каналах тебе такого не напишут!!! Что сказать! Он одинок! Он сам сказал. Сделай шаг – иначе будешь жалеть потом всю жизнь», – я прикусила губу понимая, что уже потею, а в голове ровно ноль целый ноль десятых идей, – «ну если не шаг навстречу, то хотя бы дай понять, что тебя можно куда-нибудь пригласить, а то он тебя видел с парнем на крыльце наверно тысячу раз…»

Сердце бешено колотилось и я пошла искать его посылку, чтобы хоть как-то отвлечься. Посылкой оказалась здоровенная коробка, которую я еле-еле вытащила из-под завала с какими-то рулонами линолеума и ковриков для йоги…

Глава 3. Первые раны

Я еле допинала огромную коробку до стойки, поставив её с глухим стуком.

– Вот, пожалуйста, – выдохнула я, стараясь не краснеть. – Тяжёлая.

В голове я собиралась с силами, чтобы сделать «шаг на встречу» и проявить себя как «свидабельная девушка». Я не хотела упускать мужчину такого возраста – это редкость.

Щенок весело тявкнул, словно подкидывая мне тему для разговора.

– Я к полвосьмого на работу прихожу – если хотите смогу гулять с вашим золотым мальчиком, – улыбнулась я и посмотрела в глаза Валерию. Открыто и прямо.

Ужас какая я смелая. Вот так смотреть в глаза взрослому мужчине. Он ответил таким же прямым взглядом и на его лицо я увидела как рождая добрососедская улыбка.

Выдержать взгляда я не смогла и отвернулась к коробке. Типа такая вся профессиональная. Но и на моем лице трудно было скрыть, что я зарделась улыбкой.

Между нам был молчаливый контакт. Он молчал. А я поторопилась сменить тему.

Валерий взглянул на коробку, потом на узкий проход за стойкой, ведущий вглубь склада.

– Простите за наглость, – сказал он, и в его голосе впервые прозвучала лёгкая неуверенность. – Но я с собакой… Не поможете её как-то до лифта пронести? А то одной рукой… – Он показал на поводок.

Мой мозг завис. Это был не флирт. Это была логичная просьба. И идеальный предлог. Странное чувство, словно такая банальная задача как посылка уже делает нас парой… сконфузила меня.

– Только давайте через склад, – выдавила я как будто-бы и не разволновавшись как студентка перед экзаменом, —, там ближе к чёрному ходу и к лифту. Тут народ ходит, вы с коробкой и псом всех распугаете.

Он кивнул с благодарной улыбкой. Сердце забилось так, словно я согласилась не на две минуты помочь, а на ограбление банка.

Я откинула створку стойки. – Проходите.

Мы двинулись в полутьму склада, где пахло картоном и пылью. Он шёл впереди, толкая коробку, чем поднимал еще больше плюки

Я – сзади, стараясь не наступить на виляющий хвост щенка. НО и поглядывая на то, что мне больше всего нравилось в мужиках. Мощные круглые толкательные мышцы. Ну а что? Никто не видит же!

Проход был узким, заставленным штабелями посылок. И я голосом помогала маневрировать Валерию.

– Вот здесь аккуратнее, – сказала я, указывая на низко нависающий угол металлической стеллажной конструкции. – Пригните…

Он пригнулся, но капюшон мокрой куртки зацепился за край полки. Что-то хрустнуло. С верхней полки, небрежно заваленной книжками и вазочками для благовоний из какого-то прошлого заказа, с грохотом посыпались мелкие коробочки с мочалками, спицами и… в завершение этого парада тяжелая лава-лампа.

Я инстинктивно вскрикнула и рванулась не назад, а вперёд, чтобы оттащить его. Я врезалась своими джинсами в его. Рукав его куртки мелькнул перед моим лицом. Раздался глухой удар, и он резко выдохнул: «Чёрт!»

Всё затихло. Мы стояли, прижавшись друг к другу в тесном проходе.

Я чувствовала биение его сердца, как скорее всего и он моего.

Он всё ещё упирался в коробку, а я вцепилась в его свободный рукав. Щенок испуганно лаял и повизгивал.

– Вы… вы в порядке? – прошептала я, отпуская рукав.

Он осторожно отпустил коробку и встряхнул левой рукой. На тыльной стороне ладони, чуть ниже костяшек, зияла неглубокая, но длинная царапина. Из неё уже проступали алые капли крови, смешиваясь с пылью.

– Пустяк, – сказал он, но лицо его побледнело. – Просто неловко упало.

– Огоооо… Это не пустяк! – голос мой сорвался на высокой ноте паники. – Тут грязно всё! Сейчас… сейчас я всё обработаю! У нас аптечка есть!

Я схватила его за запястье – твёрдое, тёплое, с проступившими венами – и потянула за собой к выходу из склада, к своей каморке за стойкой. Он не сопротивлялся, следуя за мной, а щенок послушно семенил рядом.

Внутри я сгорала от позора. Вот так – говорили никого не пускать. Впустила и чуть не убила!!! Да что он обо мне подумает. Что у меня тут бардак и «Федорино горе»?

– Садитесь, – скомандовала я, усаживая его на единственный стул у своего компьютера, обклеенного сердечками. Сама, дрожащими руками, принялась рыться в ящике с документами, где лежала зелёная пластиковая аптечка.

– Уфф… хорошо не на голову, – фыркнул мой раненый, – Ричард, тихо! Да успокойся ты!

Я достала перекись, ватные диски, пластырь. Всё рассыпалось по столу.

– Дайте руку, – сказала я уже тише.

То с какой податливостью он откликался на мои команды почему-то заставляло моё сердце биться чаще. Я чувствовала как странное и незнакомое чувство простого, без надрыва, флирта и напряжения, общение с мужчиной словно лечило меня изнутри.

Я не знала нравлюсь ли я ему, но мне нравилось очень такое плавное общение. То, что он не хихикает. Не лезет. Не стесняется и отказывает в том, чтобы я прикасалась к его горячей и мужественной руке.

Валерий молча протянул. Его рука лежала в моей ладони, тяжёлая и доверчивая. Я почувствовала, как по-разному бьётся наш пульс: у него – ровный, чуть учащённый, у меня – бешеный, отдающий в кончики пальцев.

– Как вас зовут? – проговорил он так, словно так и надо.

– Лера, а Вас?

– Хм… Валерий.

– Тёски получается, – увлеченно хмыкнула я не отрывая глаз от ватки.

Я смочила её и прикоснулась к ране. Он дёрнулся от холодного прикосновения жидкости.

– Простите, – пробормотала я, замирая.

– Ничего, продолжайте, – его голос прозвучал прямо над моей головой. Я не смотрела ему в лицо, боясь увидеть там насмешку или боль. Вся моя вселенная сузилась до этой царапины, до его кожи под моими пальцами.

Взрослый мужчина, который даже узнав моё имя и сократив дистанцию не переходит на ты… какие манеры… Да и Ричард не смотря на всю пикантность ситуации и щенячий возраст сел смирно рядом и высунув розовый язычок заулыбался.

Я обрабатывала рану с преувеличенной тщательностью, сдувая каждую лишнюю каплю перекиси, приклеивая пластырь так ровно, как только могла. В тишине, царившей за стойкой, было слышно только наше дыхание и тиканье часов.

Он посмотрел на пластырь с глупым весёлым мишкой (другого не было), потом снова на меня.

– Жутко неловко, Лера, но мне нужна доставка до дома…

– Я вызову курьера…

– Нет. Не коробки… меня самого… я кажется потянул спину… когда пригибался…

– Ааа… эээ… ну…

– Тут рядом… Возьмите Риччи…

Глава 4. Всё, о чем я только мечтала

Мир перевернулся. Моя смелость, предложение выгуливать собаку и даже близость во время перевязки – всё это мгновенно поблёкло перед простой и жуткой реальностью: взрослый, уверенный Валерий не может разогнуться. Он стоял, слегка согнувшись и улыбался из-под лобья.

– Прямо сейчас? – прошептала я, чувствуя, как планы на тихое помешательство у себя в каморке рассыпаются в прах.

– Боюсь, что да. Если не возражаете. Просто поддержите под локоть и… Риччи.

– Я… конечно, – я кивнула, уже автоматически подхватывая поводок и сгребая в охапку свою сумочку. Мысль о том, чтобы отказать, даже не возникала.

Мы выдвинулись из ПВЗ корявым караваном: он, осторожно переставляя ноги, я рядом, готовая подхватить, и Ричард, счастливо виляющий хвостом, решивший, что началась большая интересная прогулка.

Свежий воздух после затхлости пункта выдачи сначала резко ударил меня в нос, а потом опьянил. Коробку толкать стало только легче.

До его подъезда, как оказалось, было буквально пятьдесят метров, но они растянулись в вечность. Я старалась не смотреть на него, но краем глаза ловила, как он стискивает зубы на очередном шаге. Меня переполняла вина и какое-то дикое, щемящее чувство ответственности.

Лифт в его доме был новым, но маленьким и, как оказалось, капризным. Мы втиснулись в него втроём с коробкой. Воздух стал густым от близости. Я чуть ли не уткнулась в воротник Валерия, чтобы влезть. Запах его цитрусовых духов шлейфом ласкал мои щеки. Я чувствовала его тепло кожей, а тишина и предсказуемо скрежетание дверей создавало какой-то странный семейный уют.

На четвертом этаже двери открылись и мне стало еще более неловко: его соседи посмотрели на нас: коробку, молодую девушку, мужчину, в которого она была почти впечатана и повиливающую хвостиком довольную от движухи собаку и кивнули нам так, словно мы были одна семья:

– Ну езжайте…

Я нажала кнопку пятнадцатого этажа еще раз. Двери закрылись с скрипом. Лифт дёрнулся, проехал полметра и… замер. Свет мигнул и погас, сменившись тусклым аварийным освещением, окрасившим всё в жёлто-зелёные тона.

Наступила тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием Валерия и моим собственным, учащённым.

– Этого только не хватало, – тихо выдохнул он, прислоняясь к стене.

Я молчала. Потому что помимо вселенской неловкости, страха и сочувствия во мне проснулась другая, гораздо более насущная и стремительно нарастающая проблема. Та самая, о которой не говорят даже самым красивым холостым мужчинам: я перед сменой выпила две чашки кофе, а потом весь день не было времени сходить в туалет.

Мне дико хотелось в туалет.

Сначала это было лёгким фоновым дискомфортом. Но в темноте тесного лифта, под гнётом стресса, он стал набухать, превращаясь в настоящую пытку. Я скрестила ноги, стараясь делать это незаметно. Каждая секунда тикала в моём сознании, как капля, переполняющая чашу. Я думала о жарком авторалли, о пустынях, о чём угодно, только не о журчащей воде.

– Лера, вы в порядке? – его голос прозвучал в полуметре от меня. В темноте он казался ещё ближе.

– А? Да, да, конечно, – я выдавила из себя что-то похожее на бодрость. – Просто… ждём.

Наши глаза встретились и словно обменялись блеском заемного интереса. Я не знала как себя вести и как не показаться ему дурочкой.

– Спина, кажется, понемногу отпускает, – сказал он, и в его голосе послышалась тень обычной, мягкой интонации. – А вы – молодец. Хладнокровно.

Если бы он только знал, какое во мне сейчас «хладнокровие». Я закусила губу, чувствуя, как по спине бегут мурашки от усилия. Ричард, почуяв неладное, тыкнулся холодным носом мне в ладонь. Это было последней каплей. Я вздрогнула.

– Простите, – резко сказала я, не в силах больше терпеть. – У вас… в лифте… кнопка вызова диспетчера есть?

– Где-то должна быть… – он пошевелился, и его рука в темноте нащупала панель. Его пальцы скользнули рядом с моей рукой. И мы случайно снова коснулись друг друга… – Вот, кажется.

Я нажала кнопку. Раздался хриплый, прерывистый гудок. Но думала я только о том, что это маленькое пятно касание и есть всё, что между нами…

– Алло? – прозвучал из решётки недовольный голос.

– Мы в лифте застряли! – почти взвизгнула я, и в моём голосе была не только паника от заточения. – Пятый подъезд! Срочно!

– Знаем уже, едут, – буркнул голос и отключился.

«Едут». Это могло означать что угодно – от пяти минут до часа. У меня в глазах потемнело. Я прижалась лбом к холодной стенке лифта, сжимая бёдра изо всех сил. Это было унизительно. Невыносимо. Но продолжала маскировочно улыбаться.

– Лера? – его голос стал тревожным. – Вам плохо? Вы дрожите.

– Всё хорошо, – прошипела я сквозь зубы. – Просто… клаустрофобия.

Он помолчал. В темноте было слышно, как он переводит дыхание.

– Знаете, в таких ситуациях… нужно отвлекаться. Расскажите о чём-нибудь. О чём угодно. О том, как вы работаете здесь. На что зарабатываете на ПВЗ? На отпуск? На учёбу? – он запнулся, – о чём вы мечтаете?

О чём я мечтаю? Я мечтаю об огромном, белоснежном, свободном туалете. Но сказать этого я, конечно, не могла.

– Я… – мой голос срывался. – Я мечтаю… чтобы лифт поехал.

Он тихо рассмеялся. Этот мягкий, тёплый звук в тесной тёмной коробке странным образом немного снял остроту паники.

– Солидарен. Но пока он не едет… вот, держите.

В темноте его пальцы нашли мою руку и сунули в неё что-то мягкое и прохладное. Я на ощупь поняла – это был сложенный носовой платок, чистый, пахнущий тем же свежим, едва уловимым запахом, как и его владелец.

– Это чтобы лоб вытереть. У вас, кажется, пот.

Я не противилась. Поднесла платок к лицу. Запах был успокаивающим. Он отвлекал. Немного. Очень немного.

– Спасибо, – прошептала я.

– Не за что, сосед.

В этот момент лифт дёрнулся, загудел, и яркий свет болезненно ударил по глазам. С механическим скрежетом лифт поехал дальше и поднялся на «наш» этаж.

Я сглотнула и поблагодарила небеса.

Двери разъехались, открывая вид на знакомый мне пятый этаж.

Облегчение, хлынувшее на меня, было таким всепоглощающим, что на секунду я забыла обо всём на свете.

– О, слава богу! – выдохнула я и, не думая, схватила его под локоть. – Быстрее, Валерий, ваша квартира! Ключи!

Он, всё ещё согнувшись, с удивлением позволил мне почти втащить его в коридор. Ричард радостно бросился вперёд. А я как бы это ни было комично и палевно – за ним.

– Откроете?

– Лера, я…

В замешательстве он даже стеснялся спросить меня, почему я так тороплюсь и открыл дверь.

– Туалет! – это прозвучало не как вопрос, а как отчаянное, императивное заявление.

Он молча, с широко раскрытыми глазами, махнул рукой в сторону двери в ванную.

Больше я ничего не помнила. Только тихий, благодарный плач вселенной и осознание того, что этот момент – самый нелепый, самый неловкий и самый отчаянный в моей жизни – случился именно в его квартире. И теперь мне нужно из этой ванной как-то выходить.

В мою «комнату» забежал Риччи и беззастенчиво начал прыгать мне на колени…

Глава 5. Эксплуататор!

Я сидела с закрытыми глазами, слушая, как затихает лай Ричарда. Облегчение было настолько всепоглощающим, что несколько секунд я просто наслаждалась тишиной и покоем. Потом понемногу начало возвращаться осознание происходящего. Я в Его квартире. В Его ванной.

Я о таком даже не фантазировала там в низу в ПВЗ. Это что за доставка сотрудницы ПВЗ на дом?

Открыв глаза, я осторожно осмотрелась. Комната была чистой, почти стерильной. Белый кафель, стиральная машина, душевая кабина со стеклянной дверцей. Никакого бардака, никаких разбросанных бритв или банок с гелем, как в рассказах Светки. Всё стояло на своих местах с почти архитекторской точностью.

И тут мой взгляд начал выхватывать детали.

Флакон геля для душа с этикеткой на немецком – я выдавала такую коробку недели две назад. Оранжевая упаковка японских масок для лица в углу полки – да, была такая мелкая, но тяжёлая посылка. Даже не распакованный коврик для ванной, свёрнутый в аккуратный рулон в углу, казался знакомым. Полотенце на вешалке – тёмно-серое, мягкое на вид – я помнила, как вручала его, и мои пальцы тогда коснулись его же пальцев.

– Лера, воды налить?

– Нет, не надо… – с дуру поторопилась я и тут же почувствовала как во рту пересохло. И как вот теперь попросить его воды, если прям только что отказалась?

Валерий копошился на кухне, шаркая по полу. Производственная травма, которую я нанесла ему на складе дала о себе знать.

Я сидела на закрытом унитазе и чувствовала, как по спине пробегают мурашки. Весь этот аскетичный, мужской мир вокруг меня был собран, буквально по кирпичикам, через мои руки. Каждую из этих вещей я сканировала, пикала сканером, иногда даже несла из глубины склада. Это было странное и очень интимное чувство. Я видела не просто вещи – я видела сувениры наших мимолётных встреч, материальное доказательство того, что он не призрак моей фантазии.

Мне нужно было выходить. Оттягивать было уже неприлично. Я нажала на кнопку слива, поправила джинсы, вымыла руки и, сделав глубокий вдох, открыла дверь.

Ричард молчаливо кружил между моих ног. Я нагнулась и почесала его за ушком. О Боги! Какие же у ретриверов теплые ушки!

Валерий стоял в центре комнаты, уже немного выпрямившись, но всё ещё опираясь одной рукой о спинку стула. Ричард молнией завилял хвостом у его ног, словно передавая от меня привет. На лице Валерия была лёгкая, усталая, но доброжелательная улыбка.

– Ну что, – сказал он, и в его голосе зазвучал мягкий, понимающий юмор, – кажется, я сегодня нечаянно осуществил мечту девушки. Дать ей то, о чём она больше всего на свете мечтала в данный момент.

Я застыла на пороге ванной, чувствуя, как жар поднимается к щекам. Но стыд вдруг куда-то ушёл, растворившись в его спокойной, незлобной шутке. Это не было насмешкой. Это было… совместным преодолением неловкости ситуации.

– Да уж, – сдавленно рассмеялась я, потирая лоб. – Мечта сбылась. Теперь можно и умирать. Точнее, мне уже пора… на работу. Смену не бросить.

Я сделала шаг вперёд, но взгляд мой упал на огромную коробку со шкафом, одиноко стоящую посреди почти пустой комнаты. Картина была предельно ясной.

– Вы… вы же не сможете один, – сказала я тихо, почти против своей воли. Мысль о том, чтобы оставить его здесь с этой грудой ДСП и больной спиной, казалась вдруг чудовищной.

– Справлюсь как-нибудь, – он махнул рукой, но я увидела, как он чуть вздрогнул, просто от этого движения.

– Не справитесь, – уже твёрже сказала я, подходя ближе. Внутри что-то переворачивалось. Я не хотела уходить. Это было сильнее страха, сильнее неловкости. – Вам нужно всё ровно собрать, а потом ещё поднять. Вы себе всё окончательно сорвёте. Дайте я… я зайду после смены…

Я смотрела на него, ожидая вежливого отказа. Но он смотрел на меня так же внимательно, как тогда, когда я перевязывала ему руку. Молча, оценивающе.

– Не устанете? – наконец спросил он.

– У меня… много сил, – улыбнулась с зубами я, не моргнув глазом. Пусть Светка покричит потом. – И я уже почти всё сделала. Так что… если вы не против помощи дилетанта с ПВЗ…

В углу его глаза дрогнула тёплая искорка. Он медленно кивнул.

– Против не буду. Только при одном условии.

– Каком?

– Вы больше не будете извиняться за то, что я сам зацепился курткой и уронил на себя вашу… лава-лампу, кажется? И за всё остальное тоже. Давайте на чистоту: я сегодня вас здорово поэксплуатировал – я сделаю ужин. После работы Вы наверняка…

Да что ж это такое!!! Красивый свободный мужчина с квартирой и ретривером приглашает меня на ужин? К себе домой???

– Ой. Ну Вы меня не прокормите…

Валерий насыпал корм для Ричарда, который я выдала неделю назад в миску, которую я выдала ему пару недель назад.

– И эта миска… там вся партия бракованная… я закажу другую…

– Тогда ужин точно с меня.

Ричард уткнулся в миску и моментально раскидал весь сухой корм по полу. Миска и в правду была жутко неудобной.

– Договорились, – улыбнулась я. – Но есть будет не из мисок)

– Все кроме Риччи, – поддержал мою иронию мой новый знакомый.

Я сияла спуская на лифте в низ на работу. Все было так просто и в то же время так естественно. Не стремительно, а натурально словно танец. Но на крыльце меня ждала моя проблема…

Глава 6: Революция на ПВЗ и роза апокалипсиса

– Ну и где ты шляешься?!

Светка стояла на крыльце, руки в боки, как дуга над трамваем. За ее спиной поникшей тенью маячил Кирилл. В его руке, прижатой к груди, торчала одинокая роза в целлофане. В купе с его унылым лицом и обвисшими плечами этот цветок выглядел не символом любви, а скорее белым флагом капитуляции перед жизнью.

– Тут такое сейчас было!!! – выпалила Светка.

– Что? – похолодело внутри. Ничего хорошего на ПВЗ не случается, когда сотрудница сбегает налаживать личную жизнь к клиенту в соседний подъезд.

– Они чуть всё ПВЗ не вынесли… – пробурчал Кирилл, беспомощно помахивая розой.

Я вбежала внутрь. Картина открылась сюрреалистическая. Склад выглядел так, будто через него пронеслось торнадо, одержимое идеей мгновенного облагораживания быта. Коробки были вывалены на пол, некоторые вскрыты. Оттуда торчали рулоны душевых занавесок с аляповатыми розами, плюшевые тапки-динозавры и что-то, очень похожее на гигантскую силиконовую грушу для клизм. Видимо, «для сада».

– Ты оставила дверь открытой, и эти… ну, клиенты… стали сами все забирать, – сдавленно объяснила Светка.

– Чего?! – я не верила своим ушам.

– Вот все эти мамаши с колясками, толстые короткостриженные тети, – начал, чуть ли не заикаясь, Кирилл. – Им всем оказалось надо и прямо сейчас. А мы…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.