Эмилия Ривен
На том краю темноты

﻿Пролог

– Кэрри! Живее, мы опоздаем! – доносится голос мамы снизу.

– Да бегу я! – впопыхах мазнув по губам блеском, я закидываю вещи в сумку и на ходу натягиваю куртку.

– Быстрее, быстрее, красавица! – подгоняет отец, когда я кубарем скатываюсь по лестнице. Мы оба улыбаемся, зная, что я вся в него: такая же неряшливая, нерасторопная и вечно всё забывающая.

– Да скорее же! Мне нужно быть на работе через двадцать минут. Что вы за капуши такие! – ворчит мама, уже забираясь в машину.

Переглянувшись с отцом, мы синхронно хлопаем в ладоши, заставляя её вздрогнуть.

– Невыносимы! – она закатывает глаза, понимая, что бороться с нашим дуэтом бесполезно. – Живо пристегнулись!

– Есть, мэм! – в один голос чеканим мы.

– И что бы вы без меня делали…

– Оу, лучше и не думать, милая. Какое счастье, что ты у нас есть, – папа заботливо гладит её по волосам. Он знает подход. Именно поэтому они до сих пор вместе: их школьная любовь с годами стала только крепче. Они научились обожать друг друга даже за недостатки.

Проезжая мимо соседского участка, мама сигналит Фрэнку, поливающему газон, а папа машет ему рукой.

– Они, кстати, пригласили нас на ужин в пятницу. Сказали, будет барбекю, – напоминает отец. – И все приглашены! – он прищуривается, ловя мой взгляд в зеркале заднего вида.

– Исключено! – бормочу я, тут же делая вид,буд-то что то ищу в сумке— Эти барбекю каждую неделю…

– Кэрри, ну сколько можно, – вставляет мама.

– Милая, дай им время! – папа, как всегда, верит в лучшее. – Вот увидишь, они снова подружатся. Может, даже сегодня, – он хитро подмигивает.

Я сурово смотрю на отца, показывая,что злюсь,он виновато делает жест будто застёгивает рот на замок.

Я отворачиваюсь к окну. В памяти всплывает, как Роуэн сломал мой скейт, мою жизнь и моё сердце

При одном упоминании о Роуэне у меня внутри всё сжимается от глухой обиды

Заметив мое хмурое лицо в зеркале заднего вида, папа хитро прищуривается. Его рука, тянется к магнитоле.

– О нет, только не это! – притворно ворчит мама, но в её голосе уже слышны искорки смеха. Она знает: если папа вошел в кураж, его не остановить.

Салон наполняют первые аккорды нашей «той самой» песни. Папа, превращаясь в виртуозного барабанщика, начинает выстукивать ритм по рулю, а потом затягивает первый куплет. Он поет во весь голос, безбожно не попадая ни в одну ноту, но делает это с таким упоением, будто выступает на сцене «Мэдисон-сквер-гарден».

Я не выдерживаю. Сначала просто прыскаю в кулак, но уже через секунду начинаю подпевать, фальшивя ничуть не меньше. Это наш негласный ритуал – единственный способ разогнать тучи, даже если они только в моей голове.

Мама, еще секунду назад пытавшаяся сохранять серьезность, сдается и присоединяется к нашему нестройному хору. Её голос – высокий и чистый – вплетается в наше дурачество, превращая его в настоящий семейный гимн.

Этот день кажется особенным, застывшим вне времени, как и все те утра, когда мы втроем куда-то едем. Золотистые солнечные лучи танцуют на светлых маминых волосах, заставляя их сиять, и мягко касаются папиного затылка. Ветер врывается в приоткрытые окна, принося запах свежескошенной травы и свободы.

Я смотрю на них и улыбаюсь так широко, что начинают болеть щеки. В этот миг мир кажется абсолютно правильным, прочным и нерушимым. Кажется, что пока мы поем в этой машине, с нами не может случиться ничего плохого. Солнце светит только для нас, и впереди – бесконечное лето.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.