Варвара Казанцева
Как моя бабушка отказалась улетать с пришельцами на планету Акарабикос

Рассказ

10 декабря 202* года. Посёлок Кривое Копыто. Юг России, которому до конца жизни моей уготовано занимать особое место у меня в сердце.

Не должно быть так, чтобы люди приучали себя не просыпаться посреди ночи от страшного грохота, не подскакивать на кровати с одной единственной, всегда готовой мыслью: «Неужели в этот раз в мой дом?» Не должно быть так – а всё равно было.

Ещё с первых дней всего я был старше мальчишек, которые тогда воображали в очередном сбитом беспилотнике визиты гостей с других звёздных систем. Хоть мой сон и отличался особой чуткостью, из-за чего содрогание родной земли выталкивало меня из дрёмы вместе с теми мелкими выдумщиками, я всё же не спешил по пробуждении оттягивать край тюлевой занавески и выглядывать в буром дыму инопланетные фигуры. Для меня всё это довольно скоро и так же просто перетекало в декорации остросюжетных блокбастерных снов. Однако той ночью чьим-то космическим грёзам суждено было сбыться…

Бумммммм! Грохот – тысяча-какой-то с самого начала действий. Так я подумал, по крайней мере – что это простой беспилотник. Поэтому, как только удалось унять потерявшее во сне бдительность сердце, я снова умастился спать. Подступающий сладкий сон уже заливал веки бетоном, но его опять согнали, как кота со двора – в этот раз громом телефонного звонка. Последний раз за мои двенадцать лет жизни нам так кто-то звонил посреди ночи, когда дедушка пьяный напился и на тракторе в речку через мост сиганул.

Бабушка проснулась со своим типичным вскриком. Взныли железяки панцирной кровати и подгнивающие половицы под её артритными ногами.

Телефон у нас стоял в коридоре, орал как чёрт.

– Алло? – хрипло затянула она. Я уже выглядывал из комнаты и даже на расстоянии метров трёх от неё слышал, как кто-то в трубке вопит. Бабушка в рыжем свете одинокой лампочки на потолке выглядела встревоженной, озиралась беспокойно по сторонам. Меня увидела, но даже за то, что босиком вышел, не руганула, а только замахала рукой – мол, уйди, и принялась снова рыскать взглядом из угла в угол. – Буду, буду. Уже выдвигаюсь. Поняла. Да хватит за своё ружьё, выбрось его сейчас же! Понятно? А не то возьму и накатаю-таки на тебя. Да, да! За окно битое, с которого ты… сам знаешь, что украсть думал, плут! Просто побудь рядом с ними, ясно? Еду!

Поперёк розовеющего горизонта тянулась тёмная дымка. В самом её основании горело рыжим. Подсолнуховое поле наше горело.

– Бабушка, а с кем – с ними? Враги?

Я только и успевал, что головой мотать, растирая рукавом потёкший после подъёма нос – бабушка как сумасшедшая носилась из спальни на кухню и обратно по коридору, чтобы ещё разок прогнать выработанный ею маршрут. Подумалось даже, что она не расслышала мой вопрос в шарканье резиновых тапок и грохоте сваливаемых оттуда-отсюда в хозяйственную сумку вещей. Но только я открыл рот, чтобы повторить его, как она, с хрипом оттягивая люк подвала, ответила:

– Какие враги, Коля? Они с миром прибыли. Говорят так. И не нападают. А этот шут гороховый, Ванька, как бы не спровоцировал их. Ох, как плохо, Коля, как плохо…

До меня начинало доходить:

– Пришельцы?..

– Ага. Представляешь? – выкинул ответ подвал.

Ну всё, рехнулась бабка. Это теперь мне самому нас двоих обихаживать надо будет?..

Из подвала тем временем вытягивались баллоны и банки и складывались во всё более пузатеющую хозяйственную сумку. Бабушка полувысунулась обратно на кухню, причитая на поднятое ею добро и производя, видимо, одной ей известные расчёты. Кажется, расчёты сошлись – кряхтя, она выбралась, захлопнула люк и продолжила забег по дому. Бабушка бросалась от натягивания одной туфли к копанию в антресоли, затем возвращалась уже к другой туфле и, хватая после этого портфель, засовывала в него руку чуть ли не по локоть. Что-то там выискивала и не находила. А я просто следил за ней и понимал, что всё ещё многого не понимал.

– Какие пришельцы?..

– Не знаю, Коля! – цокнула бабушка. – Зелёные, головастые, глазастые… Какая разница? Ты камеру не видел?

– Не видел…

Бабушка в этой беспокойной обстановке чуть ли не со злобой все слова выплёвывала, и потому я подумал, что лучше будет соврать. Мне стало страшно за свою жизнь в случае, если правда об исчезновении фотика раскроется.

– Как не видел? Ты же просил, нет?

Да, на самом деле просил. Мы с пацанами предложили девчонкам из параллели «профессиональную фотосессию», в инсту им фотки поделать, думая, что нам от этого что-то, да перепадёт. Но только чуть не перепало с вертухи от их начинающих уголовников-парней, которые инспектора ПДН в жизни чаще видели, чем отца родного. Отделались мы в итоге лёгким испугом и выкидыванием одной лишь камеры из окна четвёртого этажа. Ну хоть не нас самих в полёт пустили. Только бабушка так сильно сейчас накалялась с каждой минутой, что и я теперь будто рисковал повторить судьбу фотика – но уже от её рук.

– Ладно! Телефон давай.

– Мой?

Да, наглый я – ситуация так удачно замялась, а я ещё осмеливаюсь возникать.

– На моём камеры нет! Быстрее давай!

Не поспоришь. Пришлось повиноваться бабушкиному приказу.

Она уже тянулась за смартфоном, когда я, прошибленный внезапным осознанием, одёрнул руку:

– Так ты ж снимать не умеешь.

– Чё там уметь?

– Ба, ну ты и на своём-то сообщения даже читать не научилась, куда тебе камера на сенсорном?

– Да ну тебя и твой телефон!

Бабушка махнула на меня и выбежала на улицу, попутно заправляя ночной балахон, именуемый ею сорочкой, в брюки.

– Ба, а можно я в школу не пойду? Если пришельцы нас убьют и это наш последний день на Земле.

Она не обернулась, но огонёк надежды всё ещё тлел в моей душе:

– Ты ещё и телефон забрала, а сегодня по матеше контрольная, как списывать-то буд…

– Ой, колени… ой! – застонала она, хватаясь за суставы. Вспомнила, что ей не двадцать лет, пока пыталась взобраться на велик. – Божечки… Колька! Одевайся, штаны натягивай, и поедем!

Тут я, конечно же, приободрился.

– Так в школу можно не идти?

– Быстрее! Недоросль ты такая…

Я уже завязывал, сидя на крыльце, шнурки, когда первая радость от прогула сменилась горчащим осознанием:

– Это мне тебя везти надо будет?

Бабушка выпрямилась от болевых корчей и обернулась, смотря на меня осуждающе:

– А что, кашей я тебя мало кормила?

– Без обид, ба, но ты и сама её будто немало ела…

Подзатыльник прилетел, когда я уже влез на сиденье и бабушка пристроилась на месте позади:

– Езжай давай, Колька!

И так, в разномастном шуме – я кряхтел от бабушкиного центнера, бабушка причитала от ещё дающего о себе знать приступа артрита, спицы скрипели под тяжестью лет службы (как и бабушкины суставы), а вокруг нас завывал степной ветер, – мы поехали на встречу с инопланетянами. Я, шестиклассник, осознавший себя гуманитарием, и моя бабушка – самая отчаянная журналистка в посёлке. И самая стар… Опытная. Самая опытная.

– Где? Ванька, где?

Бабушка спрыгнула с велосипеда и помчалась к воронке. В той, словно медный тазик, уложенный в раковину вверх дном, дымилась «тарелка». НЛО. А на краю рытвины сидел в рыбацком кресле вечно пьющий охранник издательского дома, Иван Капитонович.

– Что где? Вот! Ослепла, что ли?

– Кто! Они где? Забрали?

– Забрали.

Последнее слово бабушку будто приморозило к тому месту, где она стояла, и я как раз успел нагнать её со своим велосипедом.

– Не успели, получается. Что же с ними там будет…

– Где там, бабушка?

Бабушка подняла на меня глаза, и я чётко увидел момент, как она начала осознавать:

– А не знаю… Ванька, куда забрали? В ФСБ?

– Х***Бэ! В издательство наше их повезли.

Бабушка посмотрела на Ивана Капитоновича взглядом, вслед за которым она обычно вырывала из штанов ремень, когда я, накосячив, попадался ей на глаза. Неосознанно я начал вспоминать, оставила ли она сегодня впопыхах своё орудие дома или всё же успела его надеть.

– Ванька, ты дурак? Я думала, их на опыты отдадут!

– Опыты-не опыты, а Степанна в полицию позвонила, сказали просто куда-то увезти, с глаз скрыть. И охрану к их тарелке приставить, – тут Иван Капитонович с гордостью мотнул головой, приосанился. – Чтоб не развандалили эту развалюху.

Бабушка усмехнулась:

– Охрану? Ну охрану-то понятно, это правильно. Но ты, старый козёл, что тогда тут делаешь? Охрану дожидаешься?

– Тьфу ты, перечница! – сплюнул Капитонович и потянулся за чем-то возле своего стула. За ружьём, как оказалось позднее. Пьяница звякнул им, демонстративно подняв над своей головой – так, чтоб мы видели. Странно, но ни я, ни бабушка даже не подумали отшатнуться. Комично это как-то всё, а не страшно. – Видела? Я не только пришельцев, но и тебя, китёнка моего, защитить смогу!

– Господи, от инсульта второго себя защити. А для этого пить меньше надо, Ванька.

– Так! Чё вы вообще пришли с этой соплёй, работать мне мешать? Я щас вот не замечу, подкрадётся кто, украдёт какую-то блескучку тамошнюю, и что мне потом будет? Знаете? А я нет! А вдруг штраф? А мне и без штрафов не хватает.

– Ладно-ладно, охраняй. Точно же в издательстве они?

– Точно-точно.

– Идём, Коля, – сказала бабушка, направляясь обратно к дороге и маня меня за собой. – Вези в издательство. Но сначала домой. Мы сумку забыли.

– Какую ещё сумку?

– Хозяйственную. С гостинцами.

Я усмехнулся:

– А разве не гости гостинцы приносить должны?

На это бабушка не ответила.

В дороге мы тоже молчали, и у меня было достаточно времени отрефлексировать всё произошедшее. Я пришёл к выводу, что с настолько нежданными гостями иногда лучше остаться без гостинцев.

– Здравствуйте…

К моей ноге прилипла пупырка, и я всё останавливался, чтобы другой ногой её содрать. Так и допрыгал до помещения, которое в издательстве звали «зал оленя».

Это был пыльный кабинет с большим ободранным столом типа кухонного и стоящими у него разнокомплектными стульями. Оленя, потому что на стене висела голова этого животного, подаренная одним таксидермистом из области, о котором в нашей газете однажды напечатали статью. За столом, во главе, прямо под рожей оленя и в его тени, усаживался на совещаниях, презентациях и прочих официальных встречах гендир, предпочитающий кринжовое погоняло «босс».

А, ещё о таксидермисте. Вообще, писали не о его работе, а о том, как он довольно нестандартным образом посодействовал полиции в поиске пропавших у одной из наших местных бабуль коров. Оказалось, что не менее трупиков всяких зверушек его увлекали глубоко-медитативные практики и карты таро. Долгая история, в общем.

Когда мы зашли, Лукерья Степановна, главный редактор газеты, что-то затирала вкрадчивым голосом сидящим за столом:

– Ну и проверять не будут. Никогда не проверяют. Ну так что, договорились?

Лукерья Степановна стояла впереди стола; сидящие же были повёрнуты к ней лицом и к нам спиной. Потому мы и не сразу осознали в этих не по погоде тепло одетых посетителях «зала оленя» пришельцев.

– Здравствуйте, – повторила бабушка уже громче и увереннее, когда головы в шапках развернулись к нам. Мои мозги произвели бесполезный, непрошеный расчёт и поделились его результатами: голов в шапках было четыре, а стульев, на которых сидят их обладатели, три. Странно…

– Свет, привет. А что это ты с Колькой? Коль-ка! – Лукерья Степановна махнула мне рукой и подмигнула, чересчур стараясь, почти как Агата Харкнесс в меме. – Бабушка от школы освободила, счастливец?

– От школы?.. – тут бабушка как-то даже беспомощно оглянулась на меня. Впервые с самого утра мне стало её очень жалко. – Понедельник… Точно. Значит, сегодня без неё. А я думала, воскресенье…

– Я же говорил, ба…

– Чудеса свои чудесные внуку показывать будешь, да? Ну так вот! Показывай, – Лукерья Степановна задрала нарисованные брови, кивая на гостей, успевших поподниматься со стульев.

Они стояли против оконного света, но даже если не вглядываться в то, что можно назвать лицами только потому, что эти участки их тел находились под ушанками, очевидно было инопланетное происхождение существ. Всё из-за их необычных, нечеловечески скрюченных фигур.

– Дорогие гости нашей планеты, в общем, – головы снова повернулись к говорящей Лукерье Степановне. – Знакомьтесь, Светлана Николаевна Китаева. Наш редактор. Корректор. Корреспондент… Мы тут все, знаете ли, многофункциональные сотрудники, универсальные…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.