Алина Арманова
Фея проклятой земли

Глава 1. Афина. Какого чёрта вы оставили меня в поле?

Ну что ж, с чего начать свой рассказ? Я, Анна-Афина Фон Кабрал, стою посреди, чёрт его побрал бы, абсолютно пустого поля, полуголая. Как вам такое начало? Есть вопросы? Знаю, что есть, отвечу на все, по очереди. Я – дочь и главная наследница дела моего отца, Билли Фон Кабрал, главы организации, занимающиеся не посредственно всем нелегальным, кроме торговли людьми, что есть в Северной Америке, с базой в Мехико . Люди называют его отцом клана, главой мафии, если по простому, но мне ужасно не нравится это доисторическое слово. Я давно не живу в Мехико, учусь на технологическом факультете, в Гарварде. Лига Плюща, мать твою! Приехала к отцу на каникулы, первый раз за пять лет. И чем это закончилось? Мою накаченную задницу похитили конкуренты, я так подумала, моего отца, вывезли в поле, порвали платье, на голову надели мешок и приставили к голове пистолет. Нет, мне не было страшно, я сталкиваюсь с подобной ситуацией раз в двенадцатый, я думаю. И нет, это не они меня раздели. Мои занятия в сфере самообороны с оружием и без, начались, когда мне было шесть, сейчас мне двадцать четыре и занималась я все это время, спасибо папа. Мой папа сильно разниться с образом классического главы семьи ( так называют криминальное сообщество, составляющее мафию), потому что меня он любит до безумия сильно, не нарушает мои границы, уважает меня и не готовит к браку по расчёту. Его, во многом отличает воспитание от классических глав мафии тем, что у него много принципов, которые позволили ему продвинуться так далеко, как самый честный и справедливый в криминале. По этой причине большинство криминального общества, заключают с отцом союзы, контракты и прочие соглашения, для сотрудничества. Кстати, да, папа – русский. Его продали в Мексику, когда он был совсем ребёнком, моему деду, Кассу Фон Кабралу и тот, вопреки первичному желанию, сделать из него слугу, решил присмотреться к нему. Вы скажите – сказка, не меньше. Да, отец тоже так считает, по сей день благодарит дедушку. У деда не было наследников и он рискнул, не пожалев в последствии, потому что воспитал настоящего правителя. Я вам больше скажу, дед приехал в Россию и нашёл мою бабушку, мать Билли, которая оказалось советской пианисткой, женщиной твёрдых укладов, у неё был муж – игрок, продавший сына за долги, после чего сказал, что сын пропал, а бабушка Людмила долгое время не могла смириться с утратой, начав заливать горе в стакане, но все ещё пытаясь работать в ресторане, играя ночами, чтобы заработать на ту самую, знаменитую, русскую водку, которую она любит. Никогда не понимала, как можно её пить? Не то, что мой любимый виски, с древесным купажом и карамельным послевкусием. Да, я – та самая девушка, которая дерётся на голых кулаках, стреляет из пистолета, метает ножи и пьёт виски. Клише? Плевать, за то я не плачу из-за сломанного ноготка, не ною из-за несправедливостей и не даю мужикам думать, что я слабый пол. Дедушка Касс познакомился с бабушкой Людой, безбожно в неё влюбившись, начал добиваться её расположения, что, как оказалось, было не просто, ведь бабушка только заговорила с дедушкой спустя пол года, она была замужем и строго хранила верность своему ублюдку – муженьку. Но все эти пол года, бабушка, тайком учила английский, ведь, как оказалось, русское любопытство не имело границ и бабушке было сильно интересно, чего хочет от неё знойный, под каченный мексиканец. Первое, что сказала бабушка моему деду, так это «Пошёл к черту, нелегал». Да, да, главе картеля из Мексики, который ходит с охраной и оружием в России. Русские – опасные люди. Я думаю, что именно поэтому я стала такой, ведь во мне течёт русская кровь, моя мама тоже была русской. Не хочу об этом говорить, но в мои пять лет она заболела и спустя пару месяцев – умерла, рак, рот его иметь. Простите, кажется у меня немного СДВГ, судя по тому, как меняются темы моих рассказов. Вернёмся к тому, что бабушка все таки сдалась, после того, как дедушка рассказал ей о её сыне, который на тот момент остался в Мексике и уже во всю проходил обучение, дедушка отдал его в лучшую гимназию и папа рос обычным ребёнком, учил английский, занимался боксом, у папы было крутое детство, благодаря чему и у меня оно было, у папы был хороший пример. Дедушка забрал бабушку в Мексику, которая поехала только ради сына, развелась с мужем, Алексеем, и долгое время не поддавалась чарам деда, стойкая женщина. Не переживайте, спустя год бабушка сама сделала деду предложение, потому что полюбила его искренне и по-настоящему. Каждый раз плачу, когда вспоминаю эту историю. Ладно, к чему это я всё? Ах, да, я стою в поле, всё ещё полуголая, потому что отбиваясь от этих уродов порвала платье, одного из них душила своим платьем, блять, Chanel, перерезав ему глотку одним из своих набедренных ножей, после чего остальные двое просто выкинули меня из тачки и уехали с воплями, как малолетние девчонки. Что? Никогда не встречали русскую женщину с мексиканским воспитаем и качественной боевой подготовкой? Дети. Мой телефон остался в из машине, мой отец думает, что я на светском приёме в честь помолвки моего бывшего и какой-то американской модели. Нико, даже на собственной помолвке пытался подкатить ко мне, но слава богам, я закрыла эту дверь, после его многочисленных измен и том, что узнала я об этом от его старшего брата, Энцо, человека, который с самого детства терпеть меня не мог и постоянно задирал, маленький маньяк. По почерку я догадалась, что это он подкинул мне письмо с фотографиями измен Нико. Его явные проблемы с агрессией и отсутствием полного эмоционального сектора были заметны с детства, по рассказам Нико, но мне Энцо всегда казался забавным, несмотря на его дурацкое отношение ко мне, потому что он отличался от всех знакомых мне людей. Энцо защищал меня ото всех, даже от Нико, когда мы уже начали встречаться, в школе. Нам было по пятнадцать, а Энцо – семнадцать. Энцо проходил мимо нас по школьному коридору, когда Нико назвал меня шлюхой, потому что увидел в моем телефоне интимные фотографии, которые я не скидывала ему и подумал, что они предназначались кому-то другому. Я не успела даже понять, что произошло, когда Энцо оттащил Нико от меня и избил его на полу школьного коридора. Сбежались толпы людей, начали растаскивать их, а я не могла оторвать глаз от Энцо, он встал и молча ушёл, проходя мимо меня и не сказал ни слова, но я знала, что он защищал именно меня. Нико долго извинялся передо мной и я, да,, как полная дура, простила его, но иногда, очень изредка и сильно тайно смотрела на Энцо все четыре года, что мы были с Нико после этого случая. Кстати, они сыновья главы картеля, который плотно сотрудничает с отцом, так что Энцо и Нико – его преемники. Энцо не было на помолвке и насколько мне известно, он сейчас даже не в Мехико, уехал учится в Бостон. Мы не виделись пять лет, после того, как я порвала с Нико и уехала в Гарвард. Папа рассказал, что Энцо уехал спустя месяц, после того, как стало ясно, что я не вернусь. Но в чем проблема? Мы никогда и не общались с Энцо, я тайно сохла по нему, но ничего не предпринимала, ведь я была в отношениях с его младшим братом, уродом, Нико Беллини. И даже сейчас, не понимая, как мне добираться до дома, я думаю о том, каким был сияющим Нико на помолвке и том, что Энцо там не было. Хотелось ли мне его видеть? Да, я думаю да. Я выбежала из ресторана, после попытки Нико зажать меня в углу у туалета. Я ударила его локтем в висок, кажется, он рухнул как мешок с дерьмом, а я просто выбежала, скрывшись с места преступления, как маленький воришка. Мне не хотелось объясняться. Меня закинули в машину через перекрёсток от ресторана, но, как вы уже поняли, как только с меня сняли мешок, долго проехать дальше у них не вышло. Я выхожу на трассу, рядом с этим бескрайним полем, в одном нижнем белье и порванным платьем в руках. «Спасибо, что оставили чем прикрыться, уроды.» Вот, чёрт, машина. И что мне делать? Если я не остановлю её, то неизвестно как и когда я доберусь до дома, но в то же время мне напряжено осознавать, что меня, в таком виде, могут похитить второй раз. Да, я очень хорошо подготовлена, но никогда не стоит недооценивать соперника. Ладно, будь что будет, замёрзнуть насмерть от мертвецкого холода в поле, ночью в Мексике – позор полный. Я начинаю махать платьем, как я поняла, внедорожнику, потому что фары расположены довольно высоко у машины. Красный монстр быстро пробирается сквозь пыль и песок ещё тёплой трассы и останавливается чуть поодаль от меня. Тонированные окна, отсутствие наклеек на машине и лишь один, опознавательный признак даёт мне понять, что эта машина высших чинов картеля. Значок черепа с маракасами лежащими на крест, под самим черепом вместо значка марки машины. Хорошо, возможно меня узнают и не захотят расчленить. Водительская дверь медленно открылась, я вскинула порванное платье к себе, лишь бы, хоть как-то прикрыть чёрное кружевное белье. Я вижу поднятые вверх руки, выглядывающие из двери, за руками высовывается затылок с коротко-стриженными, абсолютно белыми волосами и следом всплывает массивная спина в чёрной футболке, обтягивающая татуированные бицепсы. Редко встретишь такой цвет волос, подумалось мне, помню одного такого. Он стоит спиной ко мне, выходит приставными шагами вдоль капота и останавливается, все ещё держа руки поднятыми вверх. Честно говоря, я не понимаю его поведения, потому что любой мужик бы уже давно отвесил пару сальных комментариев в мой адрес и предложил бы подвезти. Как минимум. Большинство мексиканских парней из картелей предложили бы мне, уже, прокатиться на них верхом. А этот парень стоит и не дёргается, давая мне возможность разглядеть его огромную спину, руки покрытые татуировками и шикарную задницу в старых, выцветших джинсах, обтягивающие его массивные ноги, прячущиеся в чёрные, кожаные сапоги. Мне надоедает эта стоическая тишина и бездействие странного парня, стоящего около своей машины. Я разрываю тишину первой,говоря на английском, с самого детства, к этому меня приучил отец, в гимназии тоже говорили по-английски, мы все использовали международный язык, на чистом испанском говорили только в самых старых кварталах Мехико :

– Эй, парень, ты будешь что-то делать или у тебя странные фетиши с подчинениями?

– Твои шутки доведут тебя до морга.

Что, простите? Низкий, бархатный голос проник в мою голову, отдалённо напоминая что-то, что я слышала в детстве, но я не обратила на это должного внимания, так как его слова выбили меня из колеи. Что, теперь, мне делать? Бежать? Сомневаюсь, что я смогу убежать от машины, а бороться с этим мужчиной было бы большой глупостью, потому что, даже если я и смогу нанести ему ущерб, он свернёт меня в бараний рог не задумываясь.

– Может ты уже повернёшься и мы обсудим эту странную ситуацию?

– Ты уверена, что готова, Фея?

Он, сказал, Фея? Откуда он знает моё детское прозвище? Меня так называли в школе, дома, на улицах Мехико вдоль сотен кварталов, где жили наши люди, знающие меня лично. Так называли меня только те люди, с которыми мы были знакомы. Помню, как парень, пытаясь подкатить ко мне на школьной тусовке, назвал меня не полным именем, а прозвищем. Я отрезала ему язык. Да,это было чрезмерно радикально и неправильно, отец долго не разговаривал со мной из-за этого случая, потому что ему претила моя жестокость, он видел во мне свою маленькую дочку, но он даже до сих пор не знает, что «Феей» меня прозвали, потому что «Фея боли» слишком долго произносить. Не стоило лезть ко мне в доверие и постель, называя меня моим личным прозвищем, не зная меня лично. Об этом знал каждый дурак, в наших кругах, я не виновата. Что-то я опять отвлекалась, прошу прощение.

– Как ты меня назвал?

– Фея. Или ты забыла, кто ты на самом деле, прячась в стенах Гарварда?

– Кто ты? Повернись и покажи себя.

– Хорошо. Только не пытайся прирезать меня, принцесса, договорились?

– Договорились. Мужчина медленно разворачивается лицом ко мне. Да, трудно мне называть его парнем, он же огромный. Он стоит лицом ко мне, щурится от света фар, палящих ему в лицо и у меня замедляется сердце.

– Энцо?