Виктор Молотов, Сергей Харченко
Герой Империи

Глава 1

– Помогите!!! – услышал я детский крик. Следующие слова ребёнка потонули в рёве бушующего пламени.

Пожар в доме барона разгорелся за считанные секунды. Настолько быстро, что взрослые в панике ломанулись из дома, а охрана не успела добраться до тех, кто находился на верхних этажах.

Гидромант, эмпат и порталист нашей команды спасателей работают на первом и втором этаже. Я же успел заскочить на третий. Здесь находится основной очаг возгорания. И кто-то из детей оказался в огненной ловушке.

Вокруг меня самое настоящее пекло. От поднявшегося жара трудно дышать даже в защитной маске. Спасает лишь моя аура, которая нейтрализует разгулявшуюся стихию.

Но для того, чтобы сюда добраться, я потратил уже половину своих сил.

– Внимание, Александр! В пяти метрах от тебя в комнате справа – двое детей. Чувствую их страх, – услышал я в наушниках голос Даниила, нашего эмпата.

– Иду к ним, – собрался я.

– Стажёр, не пори горячку. Там тебе не выжить, – теперь в уши врезался напряжённый голос Макса, который нас сегодня координировал. – Приборы, замеряющие энергетический фон, зашкаливают!

А значит, моя магия закончится очень быстро, и я сгорю раньше, чем доберусь до детей.

– Что ты предлагаешь? Отступить? – спросил я, чувствуя, как напор огненной стихии усиливается. И это ещё не предел. Скоро здесь будет похлеще, чем в аду.

– Я не говорил, чтобы ты отступал. Дождись Софью, – холодно ответил Макс.

Софья – гидромант. Сейчас она пытается потушить пожар на втором этаже и пробиться ко мне, судя по доносившемуся снизу шуму воды. А это значит, что всех людей с первого и второго этажа уже вывели через портал.

Увы, Лиза, наш порталист, не может соорудить два перехода подряд. Ей нужно время, чтобы восстановиться. Но его не было.

– Одна из девочек уже получила ожоги. Огонь подбирается к ним, – напряжённо произнёс Даниил. – Макс, Софья может не успеть!

– Откуда тебе знать? – напряжённо процедил Макс. – Ты эмпат, а не ясновидящий.

– И так понятно… – ответил Даниил.

Я даже через наушники чувствовал, как он переживает. Также как и все эмпаты, Даня чувствует состояние и эмоции тех, с кем связывается при помощи своих энергетических нитей.

– Помогите!!! Помо… – вновь услышал я дрожащий детский голос, на этот раз более высокий и громкий.

Огненная стена впереди вновь заглушила крик о помощи, колыхнувшись в мою сторону. Я успел подпитать маной внешний контур.

Нейтрализующая аура – мой уникальный дар, благодаря которому я ещё не превратился в пепел – всколыхнулась, её истончившиеся границы укрепились. Огонь ударил в них и зашипел, не в силах преодолеть преграду. Едкий фиолетовый дым закрыл на время обзор.

Я тут же закашлялся. Респиратор явно не справляется со своей задачей.

Что там с моим барьером? В двух местах я заметил тонкие места, образовавшиеся после удара, и сразу же залатал их. Купол не более трёх метров в диаметре. Немного, но и этого пока достаточно. А за магической плёнкой – адское пламя, от которого скоро начнут распадаться даже стены.

И когда магический огонь доберётся до несущих конструкций, массивный трёхэтажный дом мгновенно сложится, будто карточный.

Представил, как два этажа в придачу с кровлей обрушиваются мне на голову… От такого никакие защитные артефакты не спасут. Несмотря на то, что я был ими увешан, как новогодняя ёлка.

Надо спешить!

Я направился к двери, распахнутой настежь. Из помещения сейчас были слышны громкий кашель и детские рыдания.

– Ложитесь на пол! Ждите! – крикнул я, в надежде, что меня услышат, и продолжил идти вперёд.

– Стажёр, не смей! – услышал я в наушниках напряжённый голос Макса Ковалёва. – Приказ был действовать по инструкции. Дождись подкрепления!

– Макс, там дети, – ответил я, преодолевая очередной очаг – фиолетово-оранжевую стену пламени.

– Софья и Даниил на подходе, – напряжённо ответил Ковалёв. – Что непонятного?

– Да не успеют они, – ответил я, снимая наушники и прицепляя их к поясу.

Нельзя отвлекаться. Сейчас любой громкий звук может запросто сбить концентрацию.

Потом им всё объясню, и особенно Семёну Павловичу, начальнику нашего подразделения, который постоянно тычет под нос своим уставом.

Впереди вновь полыхнуло. Меня чуть не сбило тепловой волной.

В лёгкие ворвался горячий прогорклый воздух, и глаза заслезились. М-да уж, антиугарный респиратор, самый крутой в Империи, которым недавно восхищался сам император, оказывается, не такой уж и эффективный.

Вот он, характерный запах магического огня. Я чувствую его. Похоже на запах металлической стружки, которую щедро полили дёгтем. О да, этот огонь ни с чем не спутаешь. Притом мне было с чем сравнить. Я очень хорошо помню запах обычного пожара, точнее – продуктов горения.

В прошлой жизни я был пожарным. И последним вызовом оказалась ликвидация очага возгорания в детском саду. Тогда я помог добраться до окна последней группе детей. Их-то я спас, до последнего заслоняя от огня и давая возможность перебраться через окно. Ну а сам в итоге получил критические ожоги, несовместимые с жизнью.

Так… Не терять концентрацию… Ещё немного, и я на месте. Я ускорил шаг, стараясь не переходить на бег. Спешить надо, но и разум должен оставаться холодным в критической ситуации.

Всё, что сейчас нужно – держать нейтрализующую ауру усиленной и успевать подпитывать её маной, которой становилось всё меньше и меньше. Вот ещё одна причина, по которой я не смогу дождаться подкрепления. Запас моего магического источника не безграничен.

Я уже слышу доносящийся со стороны лестницы шум воды и звук испарений. Софья, конечно, опытный гидромант, но пробиваться через огонь она будет долго. Только сейчас я понял, что это магический пожар класса А, а не Б, как было указано в заявке. Точнее, он был классом ниже, но уже перешёл в критическую фазу.

Буду дожидаться Софью – потеряем ещё несколько драгоценных минут. И дети могут сгореть.

– Лиза! Портал! – даже в снятых наушниках я услышал надрывный голос Макса. – От Софьи к стажёру, на третий этаж. Даниил прислал координаты Александра.

– Я иссякла! И не кричи на меня! Скоро восстановлюсь! – таким же тоном ответила она.

Я выдохнул и шагнул в стену огня, который зашипел на оболочке нейтрализующей ауры. Надо всё делать быстро!

На полу распластались две девочки. Одна из них прижимала обожжённую руку к животу, таращась в мою сторону.

– Быстрей! Поднимайтесь! – крикнул я, понимая, что уже скоро начнётся очередной всплеск активности.

Магический огонь загудел, и это явный признак, что скоро всё изменится в худшую сторону. Но секунд десять у нас точно есть, чтобы убраться подальше.

– Вставай, Оля! – девочка семи лет потянула за собой пострадавшую. – Дядя нас спасёт.

Она вроде пришла в себя, подскочила. И дети подошли ко мне.

– Держимся возле меня и не отходим ни на шаг в сторону, – предупредил я, и девчонки закивали.

Мы вышли в коридор. Обожжённая девочка зарыдала от страха, замечая, что творится впереди. Вторая принялась её успокаивать.

Огонь заполнил проход, громко потрескивая, пожирая потолок и стены. Сквозь пламя были видны дыры, которые проделала адская стихия.

Хотя насчёт того, что это стихия – сомневаюсь. Скорее всего, эта хрень искусственного происхождения. Магические пожары не возникают в домах аристократов просто так.

Уж очень это большая редкость, где много чего должно совпасть. Столкновение магических потоков, причём усиленных и относящихся именно к огненной стихии. И место должно быть перенасыщено магией огня. Такие называют местами силы.

Поместье барона Логинова сложно назвать местом силы. Судя по состоянию сада, ближайших пристроек и разбитой асфальтовой дороги, скорее это место слабости.

Как всегда, узнаем о причинах позже. Ни в предварительной сводке, ни от барона никакой информации о первопричинах возникновения катастрофы не поступало.

– Вперёд! Ничего не бойтесь! – подбодрил я девчонок, и они засеменили рядом со мной, чуть ли не прижимаясь ко мне от ужаса.

Огонь с новой силой терзал мою ауру, пробуя её на прочность. Мы уже прошли основной фронт магического пламени, и начало происходить то, что я и прогнозировал.

Позади громко полыхнуло, громкий треск ворвался в уши, и горячий воздух ударил в спину. Термо-броня взяла на себя этот удар, впитывая в себя лишние градусы и становясь крепче.

Потолок в середине коридора обрушился. Магический огонь победоносно взревел, проникая на чердак.

Ну а я увидел ледяной, слегка встревоженный взгляд Софии.

– Бегом сюда! – выпалила она, округлившимися глазами посматривая в глубь коридора. Блондинка расставила руки, образовывая водяной тоннель, который испарялся на глазах. Девчонок не нужно было долго уговаривать. Они побежали вперёд, исчезая на лестничной площадке.

– Саш? Ты быстрее можешь двигаться? – спросила меня Софья, формируя ещё несколько водяных стен, которые зашипели под огнём.

– Пока прикрываю аурой, выводи детей, – ответил я, и блондинка кивнула. – И Аню предупреди.

– Уже предупредили, – ответила она. – Выходи из дома, в нём больше никого не осталось. Всех вывели.

Я прикрывал девушку и детей своей магией от очередной вспышки. Поэтому не мог пойти вместе с ними, а пропустил вперед.

Софья ушла вслед за детьми, а я добрался, наконец-то, до площадки, замечая ступеньки, ведущие вниз. Ещё два шага. Я успел спуститься до того как пламя заревело с новой силой, ударив в торец коридора. Туда, где я находился только что.

Несмотря на то, что было очень жарко, мороз пробежал по коже. Концентрация магического огня достигла очередного пика моментально. Это уже не класс А, а нечто большее.

Я не хотел экспериментировать, кто из нас оказался бы сильнее. Пламя или моя аура, которая в данный момент испытывала дефицит энергии. Маны в моём источнике оставалось разве что для поддержания нейтрализующего фона, и хватит этого всего минут на пять. Но уж никак не для усиления и борьбы с этим огненным хищником.

Я очутился на втором этаже, залитом водой. Здесь было пусто. Лишь потрескивал на стенах огонь. Внезапно потолок захрустел и обрушился вниз. Огонь с третьего этажа сплошным потоком вылился из образовавшегося разлома.

На первом этаже меня встретил Даниил. Он был таким бледным, что почти сливался со светлыми обоями.

– Саня, ты в порядке? – спросил он.

– Вполне, – широко улыбнулся я. – Пойдём отсюда.

– Ты только наушники того… Надень, что ли, – пробормотал Даниил.

– Так надо было, Даня, – объяснил я. – Я уже говорил, что любой шум мне мешает.

– Знаю, – ответил эмпат и подмигнул. – Если что, я ничего не видел.

Грохот рухнувшего потолка на первом этаже застал нас врасплох. Рёв магического огня почти заглушил крик Макса в наушниках. Я вставил их в уши.

– Стажёр, Даниил, немедленно уходите! – заревел он. – Там опасно! В паре метров слева дверь, заходите туда!

– О, так это же пожарный выход, – улыбнулся я, и Даниил нервно хохотнул в ответ.

Мы вовремя скрылись за дверью. Едва закрыли её, защёлкнув замок, как внутри послышалась очередная вспышка, а следом за ней громкий треск магического пламени.

– Дверь перед вами закрыта на засов, – сухо добавил Макс. – Вам туда.

– Услышали тебя, Максим, – ответил Даниил.

– Идём к ней, – ответил я.

– И пошевеливайтесь, огонь вас ждать не будет, – проворчал Макс.

– Давно таких вызовов не было, – хмыкнул Даниил, направляясь следом за мной к той самой двери, метрах в двадцати от нас. – Как думаешь, что произошло?

– Барон нам скоро расскажет, – поразмыслил я. – Если уже этого не сделал.

По мере того, как мы продвигались вперёд, я понял, что это своего рода склад, пристроенный к фамильному дому барона. Освещение было тусклым, но и его хватало, чтобы понять – за этим складом ненужных вещей никто не ухаживал.

Справа – стена, заваленная ящиками с различным барахлом, вроде старых водопроводных сливов, вентилей, проржавевших от времени кастрюль. Слева – груда старой, местами сломанной мебели. Вот это скоро вспыхнет в первую очередь.

Мы уже почти преодолели участок, когда позади нас дверь с треском сорвало с петель, и адское пламя ворвалось на склад, гудя и потрескивая, словно разъярённый монстр.

Даниил дёрнулся от неожиданности в сторону, задевая один из ящиков, и тот перевернулся. Из него посыпались какие-то пыльные шкатулки, непонятные коробки, мешочки с различным содержимым.

В полутьме блеснул небольшой круглый предмет, и я остановился, несмотря на всю опасность. Это было слишком важно, чтобы пройти мимо…

– Саня, нам надо поскорей уходить отсюда, – пробормотал Даниил. – Ты видишь, что творится?

– Да, пойдём, – я подобрал до боли знакомый предмет, всмотрелся в него. Точно такой же был при мне с самого детства. Еще до того, как меня забрали из приюта в семью…

Глава 2

Это был медальон, похожий на монету с гербом. Корона над щитом.

Точно такой же висел на моей шее, но знаки затёрлись, и их невозможно было опознать. Совпадала только одна сторона, на которой была надпись: «Наш долг – защищать людей».

Долгие годы я не понимал, что это значит. Но надпись, точно мантра, въелась в мою голову, и даже во второй жизни выбрал работу спасателя.

Ведь что тогда, что сейчас, я сам считал своим долгом – защищать слабых. И хотел спасти как можно больше жизней.

Но сейчас понимаю, что это символ и девиз рода. Моего рода!

Я положил ценную находку в карман. Конечно же, не за тем, чтобы стащить, иначе потом проблем не оберешься. Отдам барону Логинову. Заодно спрошу, откуда у него этот ценный предмет. У меня появилась надежда найти тех, кто знает о моей семье больше, чем я.

Отодвинув массивный засов, мы вышли во двор.

В полусотне метров мигает проблесковыми маячками наш служебный фургон. Возле него толпа народу. Все, кто находился в поместье. Барон с супругой, прислуга, охранники.

Я заметил в стороне двух девочек, над которыми склонилась Анна, наш «ангел-целитель». Так её называют в отряде. Я и не спорил, внешность у неё и правда ангельская. Только крылышек за спиной не хватает.

К нам спешил хмурый Макс, коренастый парень с тёмной шевелюрой и вечной ироничной ухмылкой на лице. Его сопровождала Софья, что-то объясняя ему по пути.

– Вы что устроили, коллеги? Решили поиграть с магическим огнём? – спросил он, встречая нас.

– Как видишь, все живы, – ответил я.

– Стажёр… – ещё шире улыбнулся Макс. – Я всё понимаю, ты герой, спас девчонок. Но ты ж понимаешь, что скоро Палыч всех нас за такое позовёт к себе на разговор? Ты должен был оставить это Софии, а не рисковать сам.

Профессия у нас рискованная, от этого никуда не деться. Но я лучше пожертвую собой, чем оставлю детей умирать в огне! Потому что это, видите ли, противоречит инструкции!

Согласно ей одаренный не должен действовать, если понимает, что пострадает сам. Такие правила…, но они созданы отнюдь не для сохранения жизней слабых.

– Софья бы не успела.

– Да, Макс, там такое творилось, что… – пробормотала Софья.

– Да понял я уже, – подошёл он и хлопнул меня по плечу. – Ну что, заряжаемся все оптимизмом от Александра перед трудным разговором с Палычем. Я уже получил дозу, кто следующий?

– Я тоже, – хлопнул меня по левому плечу Даниил, засмеявшись.

– Могу я поговорить с бароном? – спросил я.

Позади нас дом превращался в огромный факел. Вот уже и из склада повалил фиолетово-оранжевый дым, а следом лопнули стёкла в окнах. Из оконных и дверных проёмов показались языки пламени.

– Да пожалуйста, – ответил Макс. – Но он уже раскрыл тайну века. Его отпрыска посетила инициация. Тот охренел от такого прихода и выплеснул пламя наружу.

И почему я не удивляюсь? Наверное, потому что это была одна из моих версий.

– Да что же это делается?! – воскликнул барон, таращась в сторону дома.

– Вася, не надо! Главное дети с нами, документы сохранили! – воскликнула его супруга.

– Там же ковры, моя коллекция фарфора! О-ох, это же катастрофа! – он заметался среди слуг, затем замахал в сторону горящего дома, который уже пылал огромным факелом. – Тушите! Вы чего встали?! – затем закричал на нас: – А вы же служба спасения! Почему стоите?!

– Ваше благородие, это магический огонь, – остановил его Макс. – Пожалейте своих слуг, они же сгорят.

– Мне уже это сказали, – ответил Логинов. – Но сколько ценного осталось! Это же какие убытки?!

– Ваш дом застрахован? – поинтересовался я.

– Конечно, как только заселились, тут же застраховали, – ответил Логинов, густо покраснев. – Но кто мне вернёт коллекцию фарфора?! Она уникальна. Вы даже не представляете… Ко мне со всей Ленинградской губернии съезжались уважаемые люди, чтобы её лицезреть.

Кстати, Ленинградская губерния была названа в честь одного известного мага воды, который построил в Санкт-Петербурге мощную дамбу.

– Правильно ваша супруга сказала. Главное, все ваши родные и верные вам люди живы, – ответил Даниил. – Это ли не главная ценность?

– Вы правы, – уже тише ответил барон и шумно выдохнул, присев на лавочку у дороги и схватившись за голову. – Мои вещи, весь гардероб. А фирменные туфли? Костюм на заказ сшитый?..

– Может не надо ни о чём его спрашивать? – тихо спросила Софья. – Смотри, в каком он состоянии.

– Я недолго его буду мучить. К тому же верну одну из спасённых вещей, – слегка улыбнулся я и подошёл к Логинову, доставая из кармана медальон. – Держите, это я нашёл на вашем складе.

– Где? – рассеянно посмотрел барон на протянутый мною предмет. Затем взял его, покрутив в руках. – А, в пристройке? Да, там много старья. Досталось от прошлых жильцов. И медальон не наш.

– И кто жил до вас в этом доме? – спросил я.

– Да откуда мне знать? Мы заезжали, когда уже никого здесь не было, – раздражённо и очень нехотя ответил Логинов, вскакивая с места. – Вроде род Потёмкиных.

– Я могу забрать эту вещь?

Барон покосился на меня, явно прикидывая ее ценность. А потом махнул рукой:

– Берите! Толку от неё все равно нет!

– Папенька, да как же это? Где мы будем теперь жить?! – услышал я девичий голос на грани истерики.

К барону подбежала рыдающая дочь, которую подлечила Анна. Девушке крупно повезло. Красное пятно на пол лица – след от вылеченного ожога – скоро пропадёт. Наш ангел-целитель вовремя приступила к лечению. Чуть бы опоздали – и шрама было бы не избежать, а для девушки на выданье это катастрофа.

Барон переключился на свою дочь, принимаясь успокаивать, ну а я понял, что большего и не вытащу из хозяина поместья.

– Даниил, помоги девушке, – обратился я, понимая, что дочь барона уже начинает трясти. – Ты же говорил, что умеешь успокаивать.

– А, да, конечно, – повернулся ко мне Даниил, до этого разговаривающий с Максом. – Отвлёкся немного.

Даниил замер на пару секунд, и я заметил еле видимые магические волны серебристого цвета, которые впитались в девушку. Она прекратила рыдать, взгляд стал осмысленным. Логинов её обнял, принимаясь что-то шептать на ухо.

Поставив предупреждающее ограждение вокруг догорающего дома, который к этому времени превратился в развалины, мы дружной компанией направились к своему фургону. По пути я встретил двух девчонок, которых вытащил из огня. На руке одной из них краснело пятно, след от вылеченного ожога.

– Спасибо вам, дяденька, – улыбнулась мне та, что с косичками, и поманила указательным пальцем.

– Не за что, крошка, будь здорова, – улыбнулся я и наклонился.

Девочка поцеловала меня в щёку. А вторая кивнула мне, улыбнувшись. Они побежали к женщине в форме прислуги.

Когда я уже готов был залезть следом за Максом в фургон, эта женщина подошла ко мне.

– Спасибо вам… огромное, – ответила она, сдерживая слёзы. – Мои доченьки для меня – как солнце на небе. Если бы…

– Всё хорошо, – улыбнулся я в ответ. – Такова наша работа, людей спасать.

– Ещё раз спасибо, – ответила служанка и отвлеклась на крик барона. Он подзывал к себе всех, собираясь им рассказать, что делать дальше.

Я заметил гостевой дом, в два этажа. Он выглядел не очень презентабельно, явно нуждаясь в ремонте. Но хоть какая-то крыша над головой у них будет.

Страховка покроет убытки хозяина поместья. Инициация – дело внезапное, и не было в действиях отпрыска Логинова злого умысла. Так что выплатят барону по полной. Только этот факт удерживал хозяина поместья от более бурной реакции.

– Фарфоровый набор! Серьезно? – прыснул со смеху Максим Ковалёв, когда мы устроились на удобных креслах, и фургон тронулся в путь. – Я валяюсь с этих коллекционеров.

– Синдром Плюшкина, – ответила Анна. – Вроде так называют таких.

– Не знаю никакого Плюшкина, – хмыкнул Макс.

– Гоголь тебе ни о чём не говорит? – хихикнула Софья.

– О, я знаю гоголь-моголь, – ответил он. – В детстве матушка взбивала яичный желток с сахаром. Очень вкусно, кстати.

Мы с Даниилом хохотнули, а Софья угрожающе потянулась к своей обуви:

– Макс, я в тебя сейчас ботинком запущу.

– Да знаю я, кто это, – рассмеялся Макс. – Писатель такой был. «Мёртвые души» вроде написал. Второй том сжёг. Наверняка пожар устроил не меньше класса А ради такого!

– Ну вот, а будто издеваешься, – пробурчала Софья.

– Не совсем согласен. К барону это понятие никакого отношения не имеет, – заключил я. – У Плюшкина накапливались бесполезные вещи. А Логинову, как-никак, приносил пользу его набор фарфоровый.

– Верно, он же ему статус повышал в светском обществе, – кивнул Макс.

– Поехали-ка к Логинову, любоваться его фарфоровыми чашками, – пробасила Софья, и Анна прыснула со смеху.

– Ну хватит, вы чего тут устроили? – нахмурился Макс. – У человека дом сгорел, а у вас шутки-прибаутки.

– Говоришь прям как Палыч, – отодвинулся от него Даниил.

– О, даже не напоминай о нём, – тихо ответил Макс, и тревога промелькнула в его глазах. – После того, как он просмотрит записи, от него по шее отхватим по полной. И всё из-за стажёра. Да, Санёк?

Макс демонстративно нахмурился в мою сторону. Но я понимал, что он несерьёзно. Нормальный парень, любит пошутить, когда не на вызове.

А угрозы расправы от нашего начальника никто уже не воспринимал как нечто опасное. Тем самым Макс просто хотел заболтать нас в привычной для себя манере.

– Саня герой, – положил мне руку на плечо Даниил. – Ты бы видел, как он хладнокровно зашёл в это адское место! Я ни страха, ни сомнения не почувствовал. Кремень, а не человек.

– Да он не только тебя удивил. Я тоже впечатлён. Пожар в класс А перешёл, а ему хоть бы хны, – удивлённо взглянул на меня Макс и зловещим голосом добавил: – Но посмотрим, что скажет Палыч.

– Да задолбал ты своим Палычем пугать! – кинула в него перчаткой Софья.

– Охо-хо, дуэль, сударыня! – вскочил Макс. Фургон на ходу качнулся, и маг упал обратно на своё кресло. – Ты обещала в меня ботинком кинуть, между прочим.

– Напросишься ведь! – многообещающе посмотрела в его сторону Софья.

Как я уже понял, она самая строгая в команде. Уже вторую неделю я стажируюсь, что ни день, то новый заказ. И всё равно она ещё относится ко мне прохладно.

Вот с Даниилом мы сразу сдружились. Открытый, хоть и немного эмоциональный парень. Это и понятно, эмпаты все такие. Макс… он меня больше как ученика воспринимает.

Анна, наш ангел-целитель, тихая и скромная красотка. Но во время спасения решительная, никогда не медлит в критических ситуациях. Она наравне с Кириллом меня приняла в первые дни как члена команды.

В стороне притихла Лиза, которая почему-то сейчас молчит, замкнувшись в себе. Обычно любопытная, разговорчивая, всю душу из тебя вынет, пока не расскажешь о том, что её интересует, а тут будто её подменили.

– Лиз, ну и что мы себя грызём? – покосился в её сторону Даниил, прочитав её эмоции. – Ты сделала всё, что могла.

– Если бы мои способности были чуть сильнее, стажёру не пришлось бы лезть в огонь, – пробурчала она, надув губы.

– Я не пострадал, Лиз, всё хорошо, – улыбнулся я ей. – И не обижаюсь на тебя.

– Правда? – через силу улыбнулась брюнетка.

– Истину говорю, – кивнул я.

– Не, не так… – собрался Макс, выпятив живот и густым басом ответил: – Истину глаголю тебе, Лизавета Батьковна, и благодарствую за ваш великий портальный портал, всем порталам портал.

– Да ну тебя, балабол, – отмахнулась Софья.

– Ага, – довольно улыбнулся Макс. – Я такой. Обращайтесь ко мне теперь Ваше Балабольское Величество… Можно и без «балабольского».

– Лиз, я вообще не понимаю, что ты грустишь, – обратилась Анна к поникшей портальщице. – Благодаря тебе вон сколько людей спасли. Почти всех вывели.

– И то верно, – взгляд портальщицы заблестел, и она немного оживилась.

Лиза принялась спорить с Максом насчёт того, как можно быстро погасить магический огонь. В итоге победила дружба. Правильный ответ – никак, если он разгорелся, с чем мы столкнулись только что.

Только мощный нейтрализатор справился бы. Или как нас в простонародье называют – антимаг. Накрыл бы весь дом куполом энергии, и огонь быстро бы потух. Но таких сильных магов на свете по пальцам одной руки пересчитать.

Незадолго до того, как мы выехали на Невский проспект – именно там и была расположена наша база, которую мы в своих кругах называли «центром» – я вытащил свой медальон, болтающийся на шее. Кстати, здесь база располагалась неспроста, ведь большинство магических происшествий случались именно в городе.

Появился повод уже целенаправленно порыть информацию в Сети о роде Потёмкиных и поискать упоминание этого символа.

Кстати, все из нашей команды так или иначе были связаны с аристократическими родами. Были и бастарды, и представители разорившихся родов. Последних в наше время стало особенно много из-за политики государя. А вот Лиза, например, была из богатого рода и хотела приносить пользу обществу, именно поэтому сюда устроилась. Работа на такой службе считалась престижной даже для дворян. У каждого были свои причины оставаться именно здесь.

Надежда узнать о своём прошлом вспыхнула с новой силой, не давая мне покоя. Теперь осталось дождаться, когда выдадут мой сотовый. У нас отбирают телефоны на проходной, меняя на служебные, которые запрещено использовать в личных целях. Чтобы не залипали на левые видосы, не отвлекались на общение с близкими, а максимально концентрировались на своей работе. Да и устройства могут пострадать на вызове, а возмещать ущерб начальству не хочется.

Уже вторую неделю работаю спасателем и не устаю поражаться масштабам Центра. Мы проехали два контрольно-пропускных пункта, через которые нас без колебаний пропустили. Затем прошли через пост охраны. Там проверили наши табельные артефакты, отсутствие посторонних предметов, лишнюю ауру.

Что касается последнего – мне рассказывали один из случаев, когда после вызова к одному из членов команды прицепилась сущность. Причём он был на рядовом вызове, снимал подростка с магической вышки. Спасатель прошёл через охранные посты, тихо переоделся, а затем облил бензином себя и раздевалку вместе с товарищами. Следом кинул спичку.

Как потом сказали эксперты, замеряющие магический фон на месте происшествия, некая сущность управляла им. После этого всех начали проверять и на это.

– Да всё у меня нормально, Михалыч, – хмыкнул Макс одному из охранников. – Никого внутри нет, не переживай.

– Максим, не тормози процесс, – ответил седоусый охранник, махнув в сторону ещё одной группы, прибывшей с другого вызова. – Заставляешь людей ждать. В рамку.

Михалыч показал на сияющую арку, через которую прошли мы с Софьей и Даниилом.

– Не бойся, Максим, тут совсем не сильное облучение, – хмыкнула она. – Бесплодие тебе точно не грозит.

– Да я разве этого боюсь? – хмыкнул Макс, боязливо посмотрев на рамку. – Просто мы уже свои люди. Надо бы уже доверять нам. Слышишь, Михалыч?

– Доверяй, но проверяй, – сказал как отрезал охранник. – Ну, бегом…

Макс вздохнул и прошёл через сияющую арку.

– Ну вот, р-раз и всё, – довольно улыбнулся Михалыч. – Следующий!

Я прошёл к лестнице. Лифт временно не работал, а грузовой был занят. В центр привезли новое оборудование, и с утра работяги эксплуатировали кабинку в надежде поднять на верхние этажи все громоздкие комплектующие за кратчайший срок.

Вроде как обещают нам новый и более совершенный стенд в тренажёрный зал. Если это так – уже скоро опробуем его на профпригодность.

Миновав огромный холл и коридор с десятками дверей в служебные помещения, я начал подниматься по лестнице.

– Саня, что будешь говорить Палычу? – догнал меня Даниил. – Не сегодня, так завтра вызовет.

– Расскажу всё, как было, – пожал я плечами. – Мне скрывать нечего. А ты что, так переживаешь?

– Конечно, никто угрозы нашего босса не воспринимает всерьёз, – объяснил Даниил, преодолевая ступени и стараясь не отставать от меня, – но… в прошлом месяце он распрощался с одним из стажёров. Тот вроде начал конфликтовать с Максом. Ну и всё… вылетел.

– Ты думаешь, что и со мной такое же случится? – ухмыльнулся я. – Вряд ли босс меня выгонит. Я ведь людей спас. Хуже бы получилось, если б они сгорели. Верно?

– Согласен, надеюсь, что не выгонит, – ответил Даниил, которого уже начала мучать одышка. – Когда же этот чёртов лифт починят?

– Быстрее грузовой освободят, – засмеялся я, когда мы вышли на пятом этаже.

Знакомый здоровенный коридор с высокими потолками. Казалось порой, что это здание строили для трёхметровых великанов. Только колонн не хватает для солидности и подчёркивания масштаба.

Сколько в Центре обитает народу? Даже голова идёт кругом, когда начинаешь представлять это. Если обобщать, работает тридцать спасательных отрядов. Наш – один из них. Примерно по десять человек, и начальник в каждом. Затем охрана – полсотни, не меньше.

Ну да, и учтём обслуживающий персонал, человек сто. Уборщики, ремонтники, логисты и много ещё кто. Изучая огромную схему иерархии Имперской Спасательной Службы, я так и не запомнил всех, кто поддерживает здание в идеальном состоянии.

Итого, навскидку более четырёхсот человек. Не удивлюсь, что и пятьсот набежит.

Через два кабинета – складское помещение. Или, как в кругах спасателей в шутку говорят, «оружейная». Мы сдали защитные артефакты, затем расписались в журнале.

– Ну как сегодня, жарко было? – приветливо улыбнулась нам Неля Марковна, заведующая кладезем всевозможных примочек, зелий, защитных приспособлений, вроде магической сети, верёвки и пространственной телескопической лестницы.

За всем этим добром бойкая старушка зорко присматривала. По любому использованию артефакта нужно было отчитываться, прикладывая объяснительную.

В общем, высшему руководству заняться нечем, вот бумажную волокиту и придумали на нашу голову. Миры разные, а везде найдётся какой-нибудь умник в погонах, мечтающий своим новшеством выпендриться перед Верховным начальником магической службы спасения.

– Жарко – не то слово, Неля Марковна, – ответил Даниил, отстёгивая костяной амулет и защитный артефакт в виде блестящих наручей.

– Что-то есть использованное? – спросила нас старушка.

– Термо-броня сработала, – я снял куртку и стянул с себя увесистый кожаный жилет, передавая заведующей. – Но не повредилась.

– Вот и славно, – улыбнулась старушка. – Много людей спасли?

– Человек сто, не меньше, – ответил Даниил.

– Молодцы, – довольно причмокнула Неля Марковна.

Отдав всё снаряжение и миновав ещё полсотни метров коридора по натёртой до блеска мраморной плитке, мы зашли в раздевалку. Скоро спасительный душ, освежающий запаренное в спецкостюме тело. А потом лёгкая сменная одежда, на которой нет защитных артефактов. И вместо жутко неудобной и тяжёлой сумки с зельями и аптечкой первой помощи – заплечный ранец с пустым контейнером из-под завтрака, бутылкой воды и документами.

Главное – на сегодня наша смена подошла к концу. И скоро можно будет отправиться домой.

– Я только сейчас поняла, насколько у тебя большой потенциал, – восхищённо взглянула на меня Софья, заходя в женскую половину и активируя магическую стену. По центру появилась непрозрачная плёнка энергии. Лишь виден её силуэт, хотя голос никуда не пропал.

– О чем ты? – уточнил я.

– По пути ещё раз изучила данные с прибором Макса. Это твой первый подвиг! – воскликнула наша повелительница воды. – И нашего босса не бойся. Он мужик здравомыслящий, тебя точно не отпустит.

– Да ладно, опять что-то натворили, – зашёл в раздевалку Иван Дорофеев, маг земли и приставленный ко мне наставник. Он был сегодня в дежурстве на территории, и с нами на вызов не ездил. Палыч здраво объяснил, что нечего ему там делать.

Даниил в красочной манере рассказал, как выводили людей, и как я отправился в самое пекло. Иван громко присвистнул, удивлённо посмотрев на меня:

– Ты можешь находиться в магическом пожаре А-класса? – пробормотал он. – Нифига себе, это было неожиданно. Дай пожму руку. Красавчик, Саня. Никогда бы не подумал.

Наставник протянул мне левую руку, и мы обменялись рукопожатиями. Левую, потому что вместо правой у Ивана был протез. По большей части наставник ворчливый, серьёзный в работе. Характерный пристальный изучающий взгляд и крепкое рукопожатие, вот как сейчас.

Он бывший военный, потерял правую кисть на войне Двух Империй, которая гремела лет пятнадцать назад. Но протез его был особенным, из магического сплава, который усиливает его связь с землёй.

Даниил продолжал изливаться соловьём. Мне даже пришлось слегка притормозить эмпата, уж слишком он меня возвеличивал над всеми.

– Все отлично отработали, – добавил я. – Софья, Лиза. Даниил давал точные подсказки. Да и Макс координировал прекрасно.

– Ну да, наша команда по-другому и не умеет, – ухмыльнулся Иван, отстегнув протез и положив его на полку в шкафчик. Затем он одарил меня пристальным взглядом, будто пытался упрекнуть в чём-то.

– Что-то не так, Иван? – спросил я, немного озадачившись.

– Не одобряю я твоего поступка, Санёк, – тихо объяснил наставник. – А если бы пришлось пройти ещё десять метров? Ты бы и сам погорел, и не спас бы никого. Согласен со мной?

Я покачал головой:

– Всё совсем не так. Я контролировал расход маны, и…

– Никаких «и», – проворчал Иван. – Ты красавец, что спас девчонок. Но посмотри на это под другим углом. Вдруг маны не хватает, вспышка сильнее и – бах! – вот и нет твоего купола. Софи бросается на помощь. Вспышка – ещё минус один член команды. Сечёшь?

– Иван, – улыбнулся я. – Я ведь не подросток, всё понимаю. И отдаю отчёт своим словам.

– Ваня, слышал? Перестань с ним разговаривать как с подростком, – строгим голосом отозвалась София из-за магической ширмы.

– Что там за разборки? – услышал я голос появившейся Лизы.

– Да опять Ваня пытается построить новичка, – хмыкнула Софья. – Но у него не получается.

– Дамы, закройте ушки, и приятных вам водных процедур! – весело крикнул им Иван, хотя в его голосе проскакивали нотки злобы.

– Ещё и пытается командовать нами! Ты слышишь?! – возмутилась Софья.

– Ага, так мы и побежали, – ответила нарочито громко Лиза.

– Ох уж эти женщины, – вздохнул наставник и вновь взглянул на меня. – Ладно, отстал от тебя. Раз понимал все риски, хорошо. Тем более результат виден.

На этом от меня отстали, и я отправился под прохладные струи воды. Чуть позже, обновлённый и временно бодрый, я уже проходил на первом этаже через турникет охраны.

На выходе никто нас не проверял. Я лишь кивнул паре крепких охранников и вышел через стеклянную вертушку на шумную улицу.

Невский проспект в это время был наводнён людьми. Час пик объяснялся тем, что у многих в это время заканчивалась работа. Все спешили по своим делам, и многие ныряли в подземку, куда направился и я.

Метро, в отличие от моего прошлого мира, мало чем отличалось. Те же эскалаторы, те же подземные поезда, та же полиция в переходах. Но только у полиции не совсем дубинки, а магические сети и парализаторы, похожие больше на светящиеся металлические трубки. А поезда подходят к платформам бесшумно, передвигаясь на магической подушке, то есть по воздуху, чуть выше монорельса.

Успев заскочить в вагон, я протиснулся направо от входа, услышав брюзжание бабки, сидящей рядом с двумя подростками. Она больше обращалась к толпе, что нынче отроки редко уступают старикам. Ни стыда, ни совести у них нет.

Хотя странно, кроме неё пожилых людей рядом не было. Видно, довели старушку до белого каления, заставили её постоять несколько станций. Судя по их пунцовым лицам и бегающим глазкам, так всё и было. В итоге подростки не выдержали натиска боевой бабули и вышли на следующей станции.

Я же буднично доехал до своей, выскочил, а затем, миновав сеть переходов, покинул метро, оказываясь на севере столицы Империи, на Комендантском проспекте. Ещё двести метров пешком, и вот я дома.

Проверил почтовый ящик, в котором было закономерно пусто. Затем поднялся по бетонным ступеням на третий этаж и зашёл в съёмную однушку.

Старая добрая комнатка, крохотная кухня и такой же санузел. Зато я здесь обитаю в гордом одиночестве. Переехал сюда, как только устроился в спасательную службу. Отсюда гораздо удобней было добираться до центра, нежели из дома приёмных родителей. Они вообще живут в частном доме в пригороде.

Ну а если сначала, то сгорев на пожаре в прошлом мире, я погрузился в тёмную бездну. И пребывал в ней до тех пор, пока мне не исполнилось пять лет. Именно в этом возрасте я постепенно начал осознавать себя. К шестнадцати годам проснулись все воспоминания из прошлой жизни.

Как раз в возрасте шести лет меня забрали приёмные отец с матерью. Так я и попал в большую семью с двенадцатью братьями и сёстрами.

Отец с матерью, добрейшие люди, души в нас не чаяли, впахивая на заводе по производству магических удобрений. Но разве этих денег хватит, чтобы прокормить такую ораву? Спасали пособия, щедро выплачиваемые им Империей как многодетной семье.

Только у меня одного из всех детей открылся магический дар. И ровно в тот момент я захотел найти свою настоящую семью. Не потому что они меня интересовали как люди – родители у меня есть, и других не надо… Но мне хотелось узнать больше о себе и своём таланте. Ведь если у меня есть дар, значит я тоже связан с аристократами, а у таких родов имеется много знаний, передающихся только внутри семьи. Простолюдины же не владеют магией, если там нет примесей крови аристократов.

Я поневоле вспомнил о медальоне, который со мной был с рождения. Надо поискать информацию. Как раз это сделаю за ужином.

Закинув в микроволновку четыре сэндвича, я устроился за кухонным столом и открыл ноутбук, который здесь лежал со вчерашнего вечера.

Так, а теперь поищем в поиске, что известно о роде Потёмкиных. Только я ввёл в строку фамилию рода, как в дверь позвонили.

Я отвлёкся. Открыв дверь, я заметил на пороге запыхавшуюся Анну Карельскую, нашего ангела-целителя. Вот это да! Причём эта красотка стоит в одном купальнике!

Я уставился на аппетитную загорелую грудь, затем с трудом отвёл взгляд и посмотрел в голубые глаза целительницы, которые умоляюще смотрели на меня.

– Саша, могу я у тебя переночевать? – спросила она и слегка покраснела, отводя взгляд.

– А ты чего в таком виде? – удивился я.

– Сбежала от ухажёра, – вздохнула Анна.

– Поругались? – спросил я.

– Да, – печально призналась Анна. – У нас там довольно сложные отношения. Так что, пустишь?

– Ну как я могу отказать? – отошёл я, приглашая её внутрь. – Проходи, только у меня совсем не шале и не апартаменты.

– Ничего, я в похожей квартире живу, – скромно улыбнулась Анна, схватив небольшой чемоданчик. – Ты извини, что в таком виде, пришлось быстро сваливать…

Но Анна не успела переступить порог. Позади я заметил щеголеватого парня с мелкими усиками под носом и масляным взглядом. И взгляд его был агрессивным.

– Вот, значит, ты где! – выкрикнул он. – Так и знал, что пошла к своему любовнику!

– Гоша, уходи! Я не хочу с тобой разговаривать! – выкрикнула Анна.

– А придётся, – процедил этот тип и направился к Анне.

– Заходи, я поговорю с ним, – тихо обратился я к Анне, и она шмыгнула за порог, напоследок испуганно посмотрев мне в глаза.

Закрыв за собой дверь, я повернулся в сторону площадки и увидел, как в моё лицо летит кулак с блеснувшей печаткой.

О, это будет весело!

Глава 3

Не зря я ходил в детстве на рукопашный бой. Да и вообще посещал многие спортивные секции. Полученные там навыки не раз пригождались в жизни.

Отскакивать от удара некуда. Позади дверь. Поэтому я поднырнул под руку негодяя и оказался сбоку от него.

Отхватил он смачно.

Я с такими обычно не церемонюсь. Хлёстко врезал Гоше по челюсти, и тот потерялся, кое-как устояв на ногах и навскидку махнув рукой в стену. Кулак его встретился с красным кирпичом.

– О-о-о-х, ё-о—о! – вскрикнул Гоша, схватившись за ушибленную руку.

Теперь понятно, почему он такой дерзкий. От него же перегаром за версту несёт! Поддал для храбрости и начал отношения выяснять.

– А теперь пошёл отсюда! – я схватил его за воротник и дал ускоряющего пинка в сторону ступеней, ведущих вниз. Так сказать, показал направление. Гоша выругался, по инерции сделал два шага от меня.

– Ты хочешь Анну у меня отбить, – прошипел этот Отелло, зловеще блеснув в мою сторону глазами. – Но я её не отдам… Она моя девушка!

Я не собирался его в чем-то убеждать. В таком состоянии он просто ничего не поймет.

– Иди отсюда, придурок, – замахнулся я, и Гоша дёрнулся, едва не оступившись. В последний момент схватился за перила.

Я облегчённо выдохнул. Мне здесь ещё жмура на ровном месте не хватало. Представил, как потом объясняю в полицейском участке, что защищал малознакомую девушку, зашедшую ко мне в купальнике, от её парня. И засмеялся про себя. Да уж, звучит бредово.

Вот в полиции бы точно не посмеялись, и пришлось бы долго им ситуацию объяснять.

– Я это запомнил. Мы ещё поговорим с тобой, любовничек, – паразит ткнул в мою сторону указательным пальцем. И побежал вниз по ступеням, сдабривая каждый шаг непристойными выражениями в мой адрес.

Нашёл себе на ровном месте проблемы ты, Санёк. Или они тебя нашли? Да какая разница? Главное, что Анна в безопасности.

Хотя проблем не существует, есть задачи, которые нужно решать. Вот и решим: если полезет ко мне – ещё отхватит, раз с первого раза не понял.

Вернувшись в квартиру, я застал Анюту в прихожей. Похоже, она подсматривала в дверной глазок за разворачивающимся конфликтом.

– Пусть остынет, – улыбнулся я.

– Саша, спасибо, что выручил, – благодарно взглянула на меня блондинка. – Он, похоже, с катушек съехал.

– Выпил больше, чем нужно, – ответил я. – Вот и начал борзеть. Но больше он сюда не сунется. Чай будешь? Может, есть хочешь?

– Нет… только чай. Спасибо, – скромно ответила Анна. – Я это… пока переоденусь.

Она шмыгнула в ванную, а я прошёл на кухню. Поставил чайник, наполнил небольшую вазу песочным печеньем, поставил её на стол. В это время и Анна вышла из ванной. В белом свободном платьице она ещё больше смахивала на ангела. Сменная одежда была в сумке. Она так торопилась, что не успела переодеться заранее.

– Проходи, – ответил я, заливая чайные пакетики кипятком, и подвинул к ней одну из кружек.

– Спасибо, – Анна присела за стол, а я устроился напротив неё.

– И где ты его нашла? – взглянул я на Аню, взяв печенье и откусив немного.

– Да, в Сети познакомились, – вздохнула она, следуя моему примеру. – У него и раньше бывали вспышки ревности, а тут…

– И вы начали ролевые игры, – предположил я. – Ты в купальнике, а он вроде спасателя.

Анна хихикнула:

– Скажешь тоже! Какие там ролевые игры? Мы лишь под ручку ходили. В этот раз пригласил он в аквапарк, «Питерленд».

– Ага, знаю такой, недалеко отсюда, – кивнул я.

– Ну да, – продолжила Анна. – Некоторые парни начали обращать на меня внимание.

– И я их хорошо понимаю, – ответил я.

На Анну было сложно не обратить внимание.

– Спасибо, – слегка покраснела от смущения Анна.

– Ты очень красивая девушка, так что это нормально, когда на тебя обращают внимание, – развёл я руками. – И что дальше? Он начал ревновать?

– Его как будто подменили, начал меня обвинять и конфликтовать со всеми проходящими мимо мужчинами, – вздохнула Анна. – Ну и дальше я уже не выдержала, резко ответила ему, что мне не нравится такое поведение. Я захотела уйти. Этот неадекват меня начал преследовать. В общем, я вспомнила, что ты рядом живёшь… и решила попросить временного убежища.

– Правильно сделала, – поддержал я её. – Знакомиться по Сетке та ещё лотерея.

– Да просто сглупила. Меня подруга зарегистрировала на сайте знакомств, а я и повелась… Дурёха, – горько ответила Анна.

– Почему? – удивился я. – Раз понимаешь, что совершила ошибку, значит, умная. С кем не бывает?

Хотя это и ошибкой сложно назвать. Есть много удачных примеров, когда люди знакомились в Сети и заводили семьи.

Но бывает, что можно напороться на всяких извращенцев и неадекватов. В реальной жизни тоже бывает, что человек через какое-то время показывает себя с не лучшей стороны. Это же было не первое свидание у Анны и ее ухажера.

– Надеюсь, тебя я не сильно застала врасплох? Как-то неудобно даже… Мы с тобой едва знакомы, а я тут припёрлась… – отчаянно посмотрела на меня Анна.

– Послушай, не вини себя, – улыбнулся я. – Да к тому же у меня редко бывают гости. Ну вот где ты видишь, что я расстроен?

– Как снег на голову свалилась, – пробормотала Анна.

– Я давно хотел поспать на диване. Вот и опробую его в качестве спального места, – весело ответил я. – А ты располагайся на кровати. Только постельное сменю.

Было видно, что Анна переживает. Хотелось её подбодрить.

– Спасибо, Саша, – скромно улыбнулась Анна. – Может быть, я буду ночевать на диване?

– Для гостей дорогих ничего не жаль, – ответил я. – Даже не заморачивайся.

– Ну ладно, – Анна попробовала печенье. – М-м-м, будто из детства вкус. У нас кондитерская была недалеко от дома, и там матушка работала, так у нас почти каждый день вкусности водились. И вот это печенье, прям как-то самое…

Мы перешли на тему родителей. Я вкратце рассказал о своей приёмной семье.

– И что, совсем не помнишь, кто твои биологические родители? – удивилась Анна.

– Совсем, – признался я. – И приёмные отец с матерью не знают.

– Или умалчивают, – предположила блондинка.

– Нет, это вряд ли, – ухмыльнулся я. – Зачем им это? Просто на меня совсем документов не было. Будто кто-то решил стереть меня полностью из всех архивов.

Медальон я ей показывать не собирался. Слишком много загадочного вокруг этого предмета. И плодить домыслы не в моей привычке.

Надо нарыть факты, уцепиться хотя бы за одну прочную ниточку и потянуть за неё. А фантазировать можно бесконечно, только ведь толку от этого ноль.

Да и раньше я с этим особо не заморачивался. А тут, после нахождения медальона, мне стало любопытно. Я увидел в этом возможность получить больше информации о своем редком даре, благодаря которому поступил в школу спасателей. Да и там у меня были хорошие показатели, с которыми и взяли на стажировку в Имперскую Службу Спасения.

Эта работа считается престижной для магов. Мы спасаем людей и приносим пользу обществу. Мне это по душе.

После чаепития мы с Аней всё ещё сидели на кухне. Наш разговор плавно перетёк на тему работы.

– Саш, я хотела высказать и своё мнение, – ответила Анна. – Насчёт твоих действий во время пожара.

– Интересно услышать, – подобрался я, приготовившись слушать.

– Нет, ты не подумай… ты поступил здо́рово, – Анна вновь смутилась под моим взглядом. – Но… В общем, не по инструкции. Ты ведь только поступил на службу, на испытательном сроке. И Семён Павлович точно не одобрит твой поступок. За пару лет я его изучила вдоль и поперёк. Можешь вылететь.

– Несмотря на то, что я спас людей? – иронично посмотрел я на Анну.

Позиция начальника казалась мне по-настоящему бредовой.

– Ты же знаешь позицию нашего босса? – хмыкнула Анна. – Семён Павлович топит за устав, словно на свете нет ничего более ценного. Разумеется, он расценит твой поступок неправильно.

– Пусть как хочет, так и расценивает, – отмахнулся я. – Мне всё равно. Зато на сердце спокойно. Я ведь никого не подставил, всех, кого надо – спас. Никакого груза на душе нет.

Для меня люди были важнее того, что прописано в правилах. Я бы не смог оставить детей умирать. В прошлой жизни меня это и сгубило, но я ни о чём не жалею. Эти дети смогут вырасти и обрести свои семьи, они будут жить.

Но и мне повезло переродиться с сохранением памяти. Кто знает, может, это моя награда за все хорошие дела в той жизни? Хотя и грехов у меня было немало, я же тоже человек. Но всё-таки добрые поступки перевешивают.

– Это верно, – согласилась Анна. – Я не осуждаю тебя. Завтра запись расшифруют, Семён Павлович ознакомится с ней. Потом ты окажешься у него в кабинете, а может, и мы вместе с тобой. Хотя это маловероятно. Не знаю, что такого должно произойти, чтобы он всех решил отчитать. Обычно он любит разговаривать о таких вещах с глазу на глаз.

– Я буду аккуратен в ответах, но оправдываться не собираюсь, – улыбнулся я. – Если ты об этом.

– Да, это я и хотела услышать, – довольно кивнула Анна. Видно было, насколько ей полегчало.

Чуть позже мы посмотрели фантастический боевик про Хищника, «Великий убийца-7». Новая часть и совершенно бредовая, которую мы выключили через полчаса. Смотреть на безумное количество киноляпов было просто невозможно. Пообсуждали кино, которое раньше снимали гораздо лучше.

После этого Анна отправилась отдыхать, а я остался на кухне, раскладывая ноут. Надо завершить начатое.

В конечном итоге, после десяти минут блуждания по сетке я нашёл один архивный выпуск «Имперских Новостей», где на третьей полосе рассказывалось о Потёмкиных.

Оказывается, это древний род, берущий своё начало ещё со времён Патрика Завоевателя. И закат этого некогда великого клана случился после продолжительной войны с Коршуновыми.

В процессе ожесточённого противостояния более тридцати лет назад, род Потёмкиных был полностью истреблён. Точнее, почти полностью. Я же остался каким-то чудом в живых?

Но из-за чего произошёл конфликт между семьями – не объяснялось. Полистав ещё «Архив.ру», я понял, что на это скопище документов, статей и заметок можно потратить всю жизнь и ничего не добиться. Тут либо подключать специально обученных сетевых спецов, которые за звонкую монету постараются накопать информацию, либо искать её в городском архиве, куда просто так не пропустят. Нужен пропуск.

В общем, я закрыл ноут. Продолжу искать в Сети завтра, но следует крепко подумать насчёт альтернативного варианта. А сейчас пора спать. Завтра рабочий день и, возможно, новый вызов. Надо быть бодрым и выспавшимся.

Но мне почему-то не спалось. То ли от осознания того, что в паре метров от меня в нижнем белье спит красивая девушка. То ли информация о Потёмкиных взбудоражила моё сознание. Скорее и от первого, и от второго.

Возможно, и от третьего – после серьёзного расхода маны немного тянуло под сердцем, где находилась нова. Так назывался источник энергии каждого, кто обладает даром.

Проворочался с полчаса и только потом провалился в беспокойный сон.

С утра пораньше я вышел на пробежку, отметив, что сон пошёл мне на пользу. Нова восстановилась, голова ясная, мышцы в тонусе.

Я пробежался по проспекту, встречая ещё редких прохожих и таких же бегунов, что и я. Затем на перекрёстке повернул обратно и вернулся в квартиру.

Анна уже встала, судя по шуму воды из ванной. Я же отправился на кухню. Выпил два стакана фильтрованной воды, затем поставил на плиту сковородку и включил под ней огонь.

Как и в прошлом мире, здесь точно так же добывали и потребляли природный газ. И газовая плита была похожей. Вот только пламя было не голубым, а оранжевым, как цедра апельсина.

Я успел разложить яичницу по тарелкам, когда Анна вышла из ванной.

– Доброе утро, – улыбнулась она, одетая в то же светлое платьице. – Как же вкусно пахнет!

– Да, я добавил немного специй. Если хочешь, вон кетчуп, – показал я на стеклянный бутылёк.

– Да, спасибо, – Анна устроилась за столом, взяв вилку. – Только давай условимся, Саш – в центр заходим в разное время. У Макса язык без костей, ты ж понимаешь. Потом замучает своими расспросами и подколами.

– Да мне как-то плевать на его подколы, – улыбнулся я. – Но если тебе так комфортней – давай в разное время зайдём.

После завтрака и непродолжительной беседы мы собрались и поехали в сторону центра.

Через полчаса мы подходили к проходной и, как условились, Анна прошла первой, а я следом за ней. Показал пропуск у шлагбаума, затем прошёл следующий пропускной пункт, расположенный перед огромным зданием центра. Следом – магическая рамка в холле. В общем, обычное начало рабочего дня, к которому я уже начал привыкать.

– Доброго утра, стажёр, – поздоровался со мной на входе в раздевалку Макс. – Как твоя нова? Потратился ты вчера прилично.

– Нова – жива и здорова, – улыбнулся я, кивнув Анне, затем Софии с Лизой, которые проходили на свою половину.

– В тебе погибает поэт. Хотя ты, может, под псевдонимом работаешь? Сколько сборников уже выпустил? – хмыкнул Макс.

– Все в голове, – отозвался я. – Люблю грозу в начале мая. Как шибанёт, и нет сарая…

– Не, спасать у тебя лучше получается, – вынес вердикт Макс. – Ладно, а если без шуток… Я рад, что всё у тебя отлично. О, Даня, привет! – проводил он взглядом прошедшего мимо эмпата. – Ты не забыл про пять тыщ?

– С аванса отдам, Макс, мы же договаривались, – ответил Даниил, напрягшись.

– Я тебе просто напомнил, расслабься, – засмеялся Макс.

– Может, и тебе напомнить о видеокамере, которую ты одолжил? – донёсся строгий голос Софьи из-за магической ширмы. – Когда отдашь, Макс?

– Да что вы все такие серьёзные? – хохотнул Макс. – Я просто пошутить решил…

– Неудачно получилось… – ответил Даниил, открывая свой шкафчик.

– Ты не ответил, Макс, – вновь произнесла Софья.

– Да блин, завтра принесу. Мы же договаривались, – резко ответил Максим.

– Софи просто напоминает, – засмеялась Лиза. – Чтоб на подкорке запомнил.

– Понятно, – пробурчал Макс. – Так и запишем – юмора не понимают.

– Был бы это юмор, – вздохнула Софья.

– Ой, вот только не надо тут своё личное мнение распространять, – обиженно ответил Макс. – Я же никого не хотел обидеть. А вот вы уже, сударыня, на личности переходите.

– Ути-пути, Максик обиделся, – по-детски ответила Софья, выходя из-за ширмы в спецодежде, и потянулась к Ковалёву рукой. – Дай я тебя поглажу.

– Я не против, и даже можно погладить не только голову, – подмигнул ей Макс.

– Пошляк! – покраснела Софья и отправилась в сторону выхода.

– Ай-яй-яй, – покачала головой Лиза, следуя за ней.

Анна промолчала, лишь хихикнув в ответ, и последовала за остальными.

– Сговорились они, что ли, – пробормотал Макс. – А, к чёрту, что там у нас на сегодня? Кто-нибудь уже читал сводку?

Обычно на электронную почту каждого сотрудника с утра пораньше от аналитического отдела приходит сводка происшествий, либо потенциальных угроз. Но я туда сегодня ещё не успел заглянуть.

– Какие-то сбои на улице Жукова. Утечка газа на распределительной станции на юге Питера, – начал перечислять Даниил, пялясь в экран телефона. – Кто-то упал в канализационный люк. Так… Ещё предупреждение о сильных порывах ветра.

– Ерунда опять, – Макс накинул куртку спецкостюма на плечи.

– Как и вчера, – ответил Иван, появившись в раздевалке и проходя к шкафчику. Он был как всегда слегка нахмуренный. – Но потом помните, что произошло… И всем доброго утра.

– Доброе утро, Иван, – улыбнулся Макс. – Ты сейчас притягиваешь неприятности. Как говорит теоретик Иосиф Дугин.

– Шацкий с ним бы поспорил, как и я в том числе, – ответил Иван. – Всё это придумывают люди с магическим мышлением.

– Согласись, в мире с магией сложно не иметь такого, – парировал Макс.

– А ты сегодня шибко умный, – удивился Иван. – Не трать сил на дискуссии, лучше оставь их на вызов.

– О вкусах не спорят, друзья, – улыбнулся Даниил.

– Вот, кстати, согласен с Даней… И вообще, к чёрту вызовы. Лучше бы как позавчера, – Макс мечтательно посмотрел в окно. – Никаких вызовов, никаких тебе вопящих баронов и адских пожаров. Спокойно убрались в артефакторной – и по домам.

– Так, ребята, собираемся в зале, – заглянула в раздевалку Софья. Её напряжённый взгляд говорил о многом. – На улице Жукова что-то произошло. Сегодня предстоит тяжёлая работа!

Глава 4

Мы собрались в большом актовом зале за небольшими столиками, напоминающими ученические парты. К большому сенсорному экрану, на котором мигала красная точка, вышел один из тех, кто нас обычно координирует на старте.

Дежурный координатор даёт вводные, подчёркивает угрозы, выдаёт списки того, что нужно из защитных средств получить в «оружейной».

В общем, авария произошла на магической подстанции на улице Жукова. Во время переключений один из энерго-монтёров слишком накрутил мощность, и в результате отстрелился питающий молниепровод, который тотчас же упал на землю. В итоге возникла опасная зона поражения молниями. Есть один пострадавший и, ко всему прочему, возможно увеличение опасной зоны.

Да, в этом мире не было электричества в привычном понимании. Его заменяли магические разряды, которые преобразовывали в ток. Поэтому вместо электрических подстанций работали магические подстанции, получающие энергию из молниевых накопителей, которые на сленге энергетиков назывались «озёрами». Насколько я понял, это своего рода аналоги атомных электростанций прошлого мира.

В целом задача понятна. Мы посетили Нелю Марковну, которая выдала нам всё необходимое под роспись.

Изолирующие костюмы и перчатки, спецобувь, спасательные верёвки с карабинами. В том числе телескопические трапы, носилки и лестницы. Мы нацепили на себя по несколько защитных артефактов.

Сели в фургон и уже через несколько минут были на месте. Впереди несколько закрытых строений, с десяток цилиндрических баков и столбы с энерго-проводами. Один из них лежал на земле, и из него выплёскивались молнии.

Разумеется, из нашего центра пришла команда обесточить питающее «озеро», но, как объяснили, процедура эта небыстрая.

Проехать на территорию было невозможно. Впереди земля искрилась, и по ней то тут, то там проскакивали молнии, местами взлетая вверх на метр-два.

У входа на территорию столпилось пятеро энерго-монтёров, в том числе и начальник подстанции, который сразу подошёл к нам. Лысеющий пожилой мужчина в сером костюме был на нервах, и взгляд его был испуганным.

– Надо обесточить установку, – срывающимся голосом просипел он. – Опустить главный рубильник вон в том красном металлическом здании.

Начальник подстанции показал рукой на здание справа.

– Но там очень опасно, – выдавил он.

– Опасность – наша стихия, – улыбнулся в ответ Макс, хотя судя по его голосу, он был сосредоточен как никогда. – Иван, ты взял с собой анализатор энергии?

– Он всегда со мной, – ответил тот и достал овальный металлический блин, направляя его в сторону блестящего от молний поля. – Ого, десятый уровень!

А это уже критично. Ещё со школы спасателей я знаю, что при одиннадцатом уровне начинаются выплески молний за опасную зону. Двенадцатый – это уже молниевая катастрофа, угрожающая всему городу. Притом фронт будет подпитываться энергией из воздуха и увеличиваться, начиная расти по экспоненте. Это как огонь, который разгорается с притоком свежего кислорода.

– Был зафиксирован восьмой, – выдавил из себя начальник подстанции. – Это значит, что… это получается, что фон усиливается. Там же ещё бак-накопитель! Если молнии его пробьют… тут всё рванёт!

– Разберёмся, – хмуро ответил Иван, сдерживаясь в эмоциях. – А теперь отойдите чуть подальше, к нашему транспорту. Здесь вам находиться небезопасно. И своих подчинённых отведите, нам нужна площадка, чтобы разложиться.

– Да, понял, всё сделаем, сейчас, – засуетился начальник и замахал бригаде. – За мной.

– Петруху-то вытащат? – спросил его кто-то из толпы.

– Это спасатели, Миша, – резко ответил начальник. – Конечно, достанут твоего Петруху. А потом я его премии лишу, засранца. И тебя… ты, как старший, должен был следить!

Начальник обернулся в нашу сторону и понизил тон, удаляясь к фургону вместе с монтёрами.

– Так, все сюда, – обратился к нам Иван, который назначен боссом старшим нашей группы. – Я не могу управлять гравитацией. Слишком опасно отправлять вас сейчас по воздуху.

Иван был опытным магом земли и мог менять её притяжение в небольшом радиусе, чтобы обеспечить нам легкий проход.

– Согласен, – ответил я. – При десятом уровне молниевой опасности воздух перенасыщен энергией. Наши новы будут служить проводниками.

– Молодец, стажёр, всё верно, – взглянул на меня глава отряда.

– Иван, можем обойтись без трапов, – предложил Макс. – Ты поднимешь стажёра, и он доберётся по воздуху. Если его аура справилась с магическим пожаром такой силы, то это и подавно выдержит.

– Молнии создают помехи из-за повышенного фона, – ответил я за Ивана.

– Слушай стажёра, Макс, и учи матчасть, – напряжённо хмыкнул Иван, но на меня он посмотрел уважительно. – Он прав. И чем дальше, тем будет хуже. Я уж не говорю о том, что молния способна пройти по моей магической связи. И ударить не только меня, но и всех, кто здесь находится.

– Понятно, – печально ответила Лиза. – Значит, портал тоже опасно будет делать.

– Да, Лиза. Ситуация оказалась хуже, чем мы думали, – ответил Иван, затем он оглядел остальных: – Итак, Александр идёт первым. Он подводит к главному рубильнику и деактивирует питание. Макс… Ты идёшь в связке со стажёром, прокладываешь трапы. И вот, держи.

Иван протянул ему спасательную капсулу, которая сейчас была похожа на металлический куб. Но я уже видел такой артефакт в действии на одной из тренировок. Эта штуковина разворачивалась в очень тесное, но безопасное замкнутое пространство, полтора на два метра. По сути, купол с очень жёсткими барьерами.

На одну бригаду полагалась одна капсула, которая служила экстренным средством защиты. И конечно, временным. Время функционирования зависело лишь от опасной среды, от которой защищал этот артефакт.

– Если что – активируй. Понял? – глава группы пристально посмотрел на Максима, показывая на спасательную капсулу.

– Понял тебя, Иван, – кивнул Макс, цепляя металлический куб к своему поясу.

Софье делать здесь было нечего, она осталась в фургоне, став координатором, наблюдающим за приборами. Анна и Даниил находились рядом, расчехляя телескопические трапы.

Одно нажатие на короб, и в разные стороны на два метра выстреливалась изолирующая тропинка. Но для этого надо разместить эти коробы в нужных местах. После устранения аварии поверхность земли на подстанции будет перенасыщена избыточной энергией, и трапы позволят беспрепятственно эвакуировать работника.

Потом включим впитывающие избыточную энергию артефакты. Ещё час работы, и можно выдыхать.

– Стажёр, только не геройствуй, – обернулся ко мне мой наставник. – Чёткое соблюдение инструкций.

– Да, я знаю, – кивнул я, проверяя своё поле. Вокруг меня заколыхалось пространство, и я добавил маны, учитывая опасность зоны поражения.

– Знать – это одно, а соблюдать – другое. Да, стажёр? – ухмыльнулся Иван.

– Восемь трапов, – подчеркнул Макс. – Это больше пятидесяти килограммов. И нести эту тяжесть мне.

– Макс, придётся, – ответил Иван. – Не зря же вас гоняют на тренировках.

– Да, всё… молчу, – притих Макс.

– Через пару метров будет сорок килограммов, – намекнула ему Лиза на то, что один трап уже будет установлен.

– Да молчу я, говорю же! – буркнул Макс.

– А я буду начеку. Если что – вытащу, – ответил глава группы, поправляя магическую руку на своей культе. Я же сомневался в этом. Учитывая обстановку, Иван скорее сам себя угробит, чем поможет нам. Десятый уровень молниевой опасности – это очень серьёзно.

Зачем он это сказал? Наверное, чтобы успокоить нас. Этакая психологическая разгрузка. Хотя кто его знает, если будет опасно, он может и рискнуть.

Иван между тем обратился к Анне и Даниилу. Они останутся на границе с опасной зоной. Даниил найдёт энерго-монтёра и узнает о его состоянии. Ангел-целитель будет готовиться принять пострадавшего в распростёртые сияющие объятия.

Когда мы подошли к краю молниевого ковра, я про себя улыбнулся, вспоминая прошлый мир. Если бы это происходило на высоковольтной подстанции, например, пробило бы подземный кабель, достаточно было бы преодолеть шаговое напряжение. Другими словами, чем шире шаг, тем сильнее ударит током.

Использовать диэлектрические ботинки, приставляя одну ногу к другой, гуськом, добраться до пострадавшего, оттащить его в безопасную зону с помощью диэлектрической штанги, затем пройти так же до выключателей.

Сколько это бы заняло? Три минуты? Пять? Здесь же всё было гораздо сложнее и опасней… и дольше.

В общем, мы приступили к ликвидации аварии. Время, как и вчера, было не на нашей стороне, и нужно было пошевеливаться.

С каждым шагом мы отдалялись от входа, продвигаясь в сторону красного строения. Один трап был установлен и активирован. Затем настал черёд второго.

– Ох, чтоб меня!.. – дёрнулся Макс, когда одна из ближайших молний, почувствовав новы, выстрелила в нашу сторону. Но ударилась в нейтрализующий купол, растекаясь по нему гроздью слепящих лучей. Я ухватил Максима за рукав, подстраховал. Он слишком опасно качнулся в сторону блеклой границы, за которой гуляли смертоносные вспышки.

Макс хотел поблагодарить, но тут сверкнула ещё одна молния, ударив вслед за первой. И он замолчал, понимая, что сейчас не до разговоров, и активировал второй трап.

Чем ближе мы подходили к красному строению, тем больше молний билось в мою ауру. Но я продолжал вливать в неё одну порцию энергии за другой.

Макс работал молча, пыхтел и выкладывал следующий трап, сверяясь со своим дальномером, напоминающим гигантские наручные часы.

– Так, чуть больше десяти метров, и вы у цели, – ответил в наушниках напряжённый голос Лизы.

– Я почувствовал пострадавшего, он в шоковом состоянии. И слегка ранен, – произнёс Даниил. – От вас на тридцать градусов. Четырнадцать метров.

– Не вижу его, – пригляделся я в указанном направлении.

– Он за тем красным зданием, лежит на земле, – ответил Даниил. – И пока не двигается. Но с пульсом у него всё нормально. Очень напуган.

– Ускоряемся, – обратился я к Максу, и он кивнул, приготовив четвёртый трап.

Когда мы дошли до здания, миновав энерго-провод на земле, и готовы были зайти внутрь, в наушниках раздался голос Ивана:

– Внимание. Переход на одиннадцатый уровень молниевой опасности.

Я кое-как успел усилить нейтрализующий фон, как молнии стали жирнее и окутали нас со всех сторон. Это давление было покруче, нежели во время пожара. Одна из мощных молний пробила антимагический фон, истончаясь до крохотной молнии. И я сморщился, чувствуя резкую боль в плече.

Но мы уже на месте. Когда Макс открыл дверь, я увидел тот самый рубильник, который искрился от разрядов. Да здесь всё сияет, будто праздник какой-то!

Схватившись за рубильник, я дёрнул его вниз. Внутри что-то щёлкнуло, и…

Молнии исчезли, вместе с сиянием.

– Теперь к пострадавшему, – ответил я.

Мы нашли энерго-монтёра именно там, где нам и сообщал Даниил. Хорошо, что он догадался активировать защитный купол, на котором были видны чёрные пятна. Следы от молний. Пострадавший вытаращился на нас, пытаясь что-то сказать.

– Ложись на носилки, ну же! – обратился к нему Макс.

– Оно само, я лишь хотел прокрутить на позицию три…, а оно само, понимаете? – непонятно залепетал пострадавший.

– Ложись, говорю, «позиция три», – ухмыльнулся Макс. – Мы спасатели. Это ты своему начальнику объяснять будешь.

– Спасибо вам, мужики, – забормотал он, располагаясь на левитирующих носилках, и показал окровавленную кисть, перетянутую лоскутом ткани. – Я тут поранился, когда меня ударило микро-молнией. Выбежал наружу и напоролся по пути на что-то острое.

Непонятно, где он умудрился так задеть руку. Пусть теперь уж сами расследование проводят. Наше дело ликвидировать аварию и спасти пострадавших.

Мы вернулись по активному тоннелю, который образовали трапы. Затем передали раненого Анне, и она приступила к лечению.

– Молодцы, – похвалил Иван. – Теперь ликвидируем последствия.

Мы воткнули в землю несколько металлических штырей, подцепили устройства с экраном и включили их. Нейтрализация энергии происходила незаметно, но я чувствовал по фону опасной зоны, что он слабеет с каждой минутой.

Прошло чуть более часа, когда мы закончили, и принялись собирать трапы. Теперь по территории подстанции можно было ходить спокойно и непринуждённо.

Возвращаясь обратно, перенося в руках трапы, я заметил впереди два микроавтобуса с эмблемами местного телевидения.

– Как же они задолбали! – процедил Иван, помогающий нам. – Везде успевают свой нос сунуть.

– Не будем общаться и всё. В чём проблема? – хмыкнул Макс, наблюдая, как из микроавтобусов выходят люди с камерами и репортёры.

– Ты слышал Палыча? Он, наоборот, требует общаться, – ответил Иван. – Связь с общественностью и всё такое.

Мы к этому времени подходили к своему фургону. Один из репортёров уже опрашивал рабочих, второй, холёный парень с щеголеватыми усиками, подскочил к нам.

– Добрый день, – сунул он микрофон под нос Ивану. – Канал «Суббота». Расскажите, пожалуйста, что здесь произошло?

Мой наставник убрал в сторону микрофон и сморщился:

– Только не надо тыкать в лицо, – резко ответил он и показал в сторону Макса. – Вот, мой товарищ всё вам расскажет.

– Что вы скажете?.. – обратился к нему репортёр, и Макс шумно выдохнул, сдерживаясь. Затем показал на меня.

– Мой товарищ вам всё расскажет, – хлопнул он меня по плечу и потащил трапы к фургону.

Я огляделся и понял, что мне некому передать эстафету. Придётся отдуваться за всех. Передо мной появился микрофон.

– Как вы оцениваете опасность, которую ликвидировала ваша команда? – спросил репортёр.

– Начнём с того, что здесь было очень опасно. И уровень молниевой опасности достиг десятого уровня, – начал я.

– Расскажите, насколько это опасно, – глаза репортёра заблестели от любопытства.

Я ответил на несколько вопросов, а потом понял, что он не отвяжется.

– Увы, я на работе, времени больше нет, чтобы отвечать, – сказал я.

– Конечно, понимаю, понимаю, – закивал репортёр и повернулся к объективу камеры. – Вот такие отважные люди работают в нашей Имперской Службе Спасения. Не побоюсь этого слова, герои!

Я улыбнулся, залезая в фургон и захлопывая дверь. Мы тронулись с места.

– Долго он тебя мурыжил, – прокомментировал Иван. – Они такие, могут часами закидывать вопросами.

– Сильно был ранен тот… Петруха? – улыбнулся Макс, обращаясь к Анне. – Ты быстро управилась в этот раз.

– А, – отмахнулась целительница, – царапина. Я за несколько секунд её подлечила, и следа не осталось.

Мы доехали до центра, изредка перебрасываясь фразами. Иван в этот раз отметил с позиции наставника, что отработал я в этот раз «на отлично». Когда мы выходили из транспорта, Анна заметила на моём плече след от микро-молнии.

– Да ты ранен! – воскликнула она.

– Пустяки, – улыбнулся я. – Даже не чувствую.

– С магическими ожогами всегда так, – объяснила Аня. – А потом возникают последствия. В общем, в раздевалке я тебя подлечу.

– Звучит заманчиво, – подмигнул нам Макс. – Я тоже немного ранен. Осмотришь меня, Анют?

Анна густо покраснела, пытаясь что-то сказать, но промолчала.

– Да ну тебя, иди куда шёл! – отпихнула его Софья. – Хватит смущать нашего ангелочка.

– Спасибо, – растерянно улыбнулась Аня, и все дружной компанией направились в сторону ступеней на первый этаж.

Проходя через рамку и сдав в «оружейную» все артефакты и защитные средства, мы вернулись в раздевалку.

– Снимай куртку, – сказала мне Анна, когда я сел на лавку недалеко от шкафчиков.

– Вот это будет видео, друзья, ха-ха, – включил камеру на телефоне Макс. – Они уже раздеваются, прикиньте!

– Я сейчас разобью телефон, – Софья оказалась рядом, и Макс отошёл к своему шкафчику, зыркнув на неё напоследок.

– Я вот в очередной раз думаю, какого хрена мы берём столько барахла с собой? – спросил он.

– Ты ж знаешь ответ, – ухмыльнулся я, в то время как Анна приложила к моему плечу ладонь. Я почувствовал приятное тепло. – Так положено по инструкции.

– Не, всё-таки надо с Палычем поговорить на этот счёт, – покачал головой Макс.

– Рискни, ты ж у нас смелый, – холодно ответила Софья. – Но только на словах.

– Ну вот, опять ты меня обвиняешь. Телефон пыталась отобрать… – хмыкнул Макс. – И что я тебе сделал плохого?

– На правду не обижаются, – ответила Софья.

– Ну да, ты же у нас супер-правдивая, – ответил Макс. – Что ни слово, то концентрированная правда.

– Ну всё, я подлечила, – убрала уже горячую ладонь Анна.

– Гораздо легче, – признался я, понимая, что до этого я всё-таки чувствовал небольшое покалывание и стянутость кожи в месте ожога.

– На здоровье, – улыбнулась мне ангел-целитель и отправилась на женскую половину.

– Запала на тебя, – прошептал мне Макс.

– Работа моя такая, я ведь целитель, – отозвалась Анна. – И я всё слышу, если что.

– Опять шутку не поняли, – вздохнул Макс. – И опять все дюже серьёзные.

– Лучше скажите, какого чёрта нам выдали такие тесные ботинки, – выдавил Даниил, снимая обувь. – Я никогда в жизни столько мозолей не натирал, как после этого выезда.

– Это ты в отдел снабжения жалобу накатай, – ответил Иван, показываясь в раздевалке. Затем наставник повернулся ко мне: – Александр, тебя вызывает Семён Павлович.

– Ох, жесть… просто жесть, – отозвался Макс. – Сейчас начнётся мясорубка.

– Максим, ну хватит обострять своим специфическим юмором. Просто хочет поговорить, – мягко ответил Иван. – Ты же знаешь, где кабинет нашего босса?

– Да, этажом выше, – кивнул я и накинул куртку, направившись к двери.

Поднялся я на этаж, затем подошёл к приоткрытой двери кабинета. Семён Павлович сидел в это время и подписывал очередной документ из кипы на столе.

– Проходи, Александр, садись, – не отрываясь от бумаг, произнёс начальник отряда.

Когда я устроился в кресле напротив Палыча, он поднял на меня озадаченный взгляд.

– Я вот хочу поругать тебя, а язык не поворачивается, – слегка улыбнулся Семён Павлович. – Лучше расскажи, как ты умудрился в очаг класса А забраться и выжить при этом? Это я насчёт прошлого вызова.

– Я понял, что моя аура выдерживает, и решил, что нужно действовать, – ответил я. – Вы ведь сами всегда говорите, что к каждому делу нужно подходить трезво.

– Это верно, – мягко ответил Палыч. – А ещё я говорю, что каждый спасатель должен действовать по инструкции. Иначе это может привести к последствиям, о которых он и не думал.

– Семён Павлович, я учёл все последствия, – ответил я.

Начальник вздохнул, затем положил руки на стол, сложив их в замо́к.

– Мне напомнить, откуда ты пришёл? Из школы спасателей. А рассуждаешь так уверенно, будто Магическую Академию заканчивал, – чуть резче произнёс начальник.

Я кивнул. Всё так и было. Увы, денег у приёмных родителей на моё обучение было негусто. Поэтому я пошел в школу спасателей на бюджет. Но даже там я получил очень много знаний.

К тому же это не мешало мне читать учебники, по которым преподают в Академии, из которых я почерпнул много полезного.

– Если б я остановился, дети бы сгорели, – ответил я. – Вы такого исхода хотели?

– И это я тоже понимаю, – ответил Палыч. – Только благодаря этому ты ещё в отряде. Но в следующий раз, если замечу нарушение, вылетишь как пробка. Желающих попасть на твоё место, поверь, очень много.

Палыч блефовал. Дар антимага настолько редкий в этом мире, что отыскать мне достойную замену практически невозможно. Те, кто достиг моего уровня, уже давно при деле, и никто их так просто не отпустит.

– Я всё понял, Семён Павлович, – поднялся я. – Я могу идти?

– Постой, – ответил он и жестом показал, чтобы я присел. Когда я устроился в кресле, он продолжил: – Я не хочу, чтобы ты думал, будто я про устав и должностные инструкции тебе тут воду лью. Каждая строчка в них кровью написана, по сути. И я не хочу, чтобы мы наступали на те же грабли. Мы ведь профессионалы. Спасатели столичной службы. И на нас равняются все остальные, нами гордятся.

– Полностью согласен с вами, – ответил я, кивнув. – Но ведь есть исключения.

– Убери это слово из головы, – пробухтел Палыч. – Исключения… Какие могут быть исключения, когда ты работаешь в команде? Представь, что ваша команда – это часы. Одна из шестерёнок остановилась – остановились и часы. Шестерёнка принялась вращаться в другую сторону, и часы сломались.

– Хорошее сравнение, – похвалил я. – Всё понял, учту на будущее.

– Это я и хотел от тебя услышать, сынок, – добродушно посмотрел на меня Палыч. – И спасибо за то, что так хорошо рассказал репортёрам о нашей работе. Я видел тебя в новостях. Собственно, и вызвал тебя после этого… Ладно, иди, не собираюсь задерживать. В конце месяца выпишу премию за отличную работу.

Когда я уже был у двери, услышал вдогонку:

– И запомни, ты ещё две недели стажёр. Будь осторожен и не делай больше ошибок.

– Хорошо, Семён Павлович, – отозвался я, выходя в коридор.

Позиция Палыча непонятна. Судя по нашему разговору, он относится ко мне положительно. И закрыл бы глаза на этот случай. Остаётся лишь одно – кто-то настучал на меня высшему руководству, и на него нажали в ответ.

И это мог быть кто угодно. Ведь запись переговоров есть, и она уже в открытом доступе. Или кто-то из нашей команды проговорился кому-то. Но я почему-то не верил в это.

Я уже узнал обо всех достаточно, чтобы утверждать такое. Даже Иван, который изредка позволяет себя вести со мной так, будто он пуп земли, а я птенец желторотый, не мог меня подставить.

После смены отправился домой. Не успел зайти в метро, как позвонил приёмный отец. Я остановился у поребрика, принимая звонок.

– Привет, отец, – поздоровался я.

– Саша, привет, – севшим голосом ответил он. – Срочно требуется твоя помощь.

– Что-то серьёзное? – напрягся я.

– Коля попал в беду, – вздохнул он.

Я покачал головой. Каждый человек уникален, обладает своим особенным талантом. И у моего братца тоже есть особенный талант. Он умудряется находить неприятности на свою голову.

Глава 5

– Что стряслось? – спросил я у отца.

– Он сейчас в полицейском участке, – вновь тяжело вздохнул он. – Как нам сказали, Коля пытался пронести мимо кассы супермаркета две бутылки пива. Да ещё и выпивший был. Мы с матерью все на нервах. Не уверен, что смогу сам его вытащить.

– Понял… я подъеду в участок, – ответил я. – Где он находится?

– В южном районе города, двадцать третий участок, – объяснил отец.

– Хорошо, не переживайте, вытащу я его, – ответил я и сбросил звонок.

Я проверил портмоне. Мало ли, что ещё этот охламон натворил. Может, компенсировать ещё что-нибудь придётся. Братец постоянно находит приключения на свою задницу.

Негусто, всего три тысячи рублей. И четыре – на карте. Аванс должен прийти на днях, поэтому сейчас с деньгами совсем туго.

Есть ещё небольшие сбережения, отложенные на чёрный день. Пятьдесят тысяч, которые накопил в течение последнего года, работая охранником в одной из забегаловок. Надеюсь, что они не понадобятся.

Заходя в метро, я поехал в южном направлении. И после двух пересадок добрался до нужного мне района. Ещё два квартала пешком, и я на месте.

Дежурный в стеклянной кабинке окинул меня критическим взглядом, затем вновь погрузился в экран. Судя по звукам, он просматривал какой-то ролик из Сети.

– Сейчас обеденное время, – нарочито громко ответил он. – К тому же приём в строго отведённые часы, с трёх до пяти.

– У меня брата по ошибке забрали, сидит в камере вашего участка, – ответил я. – Я бы хотел прояснить ситуацию.

Дежурный недовольно отвлёкся от ролика, поднял на меня взгляд с претензией.

– Фамилия как его? – спросил он.

– Светлов… Николай Светлов, – ответил я.

– Есть такой, – ответил он и указал в сторону уголка ожидания. – Садитесь в кресло, ещё полчаса до окончания обеда. Вам нужен следователь Никифоров, он занимается делами несовершеннолетних.

Я был не прочь подождать. Устроился в кресле, прикинул, как подойти к этому Никифорову, чтобы он отпустил Колю. Доверенность от отца у меня была, и в некоторых случаях я мог быть его представителем.

Отец сделал её еще несколько лет назад, когда у него из-за работы не было времени ходить в школу к брату, тогда родителей бесконечно вызывали к директору. Я решил помочь отцу и нашёл общий язык с этим человеком. Брат перестал устраивать свои выкрутасы в школе, но зато стал больше это делать на улице.

В целом, пронос товара – это не обнести магазин. Только если поставят на учёт, раз ему ещё не исполнилось восемнадцать. Но этого очень бы не хотелось. Постоянные вызовы в полицию, приезд полицейских на дом. Этот вечный контроль. Кому всё это понравится?

Особенно для многодетной семьи это приговор. Тень упадёт на родителей. Начнутся проверки от органов опеки. Да к тому же начнут дразнить Колиных братьев и сестёр, напоминая, что их брат ворюга и алкаш, да ещё и зэк, раз успел посидеть в камере. Дети нынче какие-то озлобленные, дай только причину найти, чтобы поиздеваться.

Ну а то, что Колю запрятали в камеру, я не сомневался. Не будет же он торчать в кабинете следака во время его отсутствия.

Посидел я больше получаса, затем увидел нескольких мужчин в форме, которые вошли в участок. Дежурный остановил одного из них, коренастого, с бычьей шеей и квадратным подбородком, и показал в мою сторону. Я сразу же отреагировал, подходя к тому мужчине.

– Добрый день, вы следователь Никифоров? – поздоровался я, и следак смерил меня ленивым взглядом.

– Ну да, вы кем приходитесь Николаю Светлову? – с ходу спросил он.

– Я его брат, – ответил я, решив сразу представиться: – Александр Светлов.

– Вы что-то хотели? – продолжал он изучающе смотреть на меня.

– Можем поговорить? – поинтересовался я.

Следак вздохнул, затем взглянул на запястье, на котором блеснули наручные часы.

– Так… в целом есть минут двадцать, – ответил он. – Потом буду готовить документы.

– Этого вполне хватит, – кивнул я в ответ.

– Ну раз хватит, тогда подходите в третий кабинет, – Никифоров взглянул в сторону стекла, за которым маячил дежурный. – Рома, выпиши разовый пропуск парню.

– Ага, сделаю, Борис Петрович, – отозвался дежурный, возвращаясь в кресло и начиная копаться в ящике.

Выписывали пропуск мне целых пять минут. Дежурный так всё делал медленно, что его лень передалась мне. И я поневоле начал зевать. Получив заветный квиток, я сорвался в коридор и через мгновение нашёл цифру «3» на одной из множества дверей.

Попав внутрь, я поневоле закашлялся. Пахло благовониями настолько густо, что перехватило дыхание. Два шкафа и два стола, один из который был не занят. За вторым сидел Никифоров. Затем я увидел источник вони. Две палочки торчали из большого горшка с цветами рядом со шкафом, и с каждой вился отравляющий дымок.

– Проходите, присаживайтесь, – махнул мне Никифоров, показывая на кресло возле его стола.

– Я бы хотел узнать, что грозит моему брату? – спросил я, устраиваясь напротив.

– А вам ещё не рассказали родители? – удивился Никифоров.

– Я бы хотел услышать это от вас и также понять, что ему грозит, – ответил я.

– Несовершеннолетний Николай Светлов был задержан охраной супермаркета «Зенит», – начал Никифоров, не отводя от меня взгляда, будто увидел знакомое лицо. – Ладно бы это был пронос товара, но ваш брат был под градусом. Небольшим, но всё же. Посидит сутки в камере, подумает. А я прямо сейчас заведу дело. Далее – постановка на учёт и административный штраф на семью.

– Можно ведь этого избежать, – ответил я. – Колю знаю с самого детства. Он хороший парень, но ведомый. Постоянно в компании кто-то им помыкал. Скорее всего, и в этом случае произошло то же самое.

– Вы серьёзно? – удивился Никифоров.

– Более чем, Борис Петрович, – ответил я. – Бутылок ведь было две, значит, есть и тот, с кем он собирался распить их содержимое.

– Так, я не собираюсь искать того, кто якобы помыкал вашим братом, – в голосе следователя засквозили напряжённые нотки. – У Николая своя голова на плечах, которой он и не подумал. Вот и будет ему урок. Ведь кто-то учится на чужих ошибках, кто-то на своих. Поумнеет.

– Представляете, какой удар вы нанесёте моей семье? – я не отводил взгляда, и Никифоров сдался первым. Посмотрел в сторону окна, вздохнул.

– Вот только меня не надо делать виновным в чём-либо, – сухо ответил следак. – Не я же украл из магазина пиво.

– Вы так говорите, будто он закоренелый преступник и он не первый раз выносит товар, – продолжал я, стараясь мягко, но давить на следователя. – С кем не бывает? Парень ещё в школе учится. Оступился разок, так что ж, теперь ему всю жизнь портить? Да и у вас, уверен, ещё куча преступлений, притом более тяжких. Зачем тратить время на пустое дело?

Никифоров промолчал, задумался. Затем встал и налил себе воды из графина, шумно осушив стакан. Вернувшись в кресло, он почесал подбородок, затем вновь вгляделся в моё лицо.

– А вы где работаете? – спросил он.

– В Имперской Службе Спасения – ответил я, размышляя, зачем ему эта информация. – Спасателем.

– Ну точно! – воскликнул он, ударив ладонью по столу. – Я же вас в новостях видел! Вы устраняли аварию на подстанции.

– Всё верно, – ответил я. Не думал, что стану после того интервью знаменитостью, да притом так быстро.

– Надо отдать должное вашей профессии, каждый день рискуете, – произнёс Никифоров. – Не то, что эти частные ликвидаторы. Ленивые, как увальни.

Я понимал, о чём он говорит. Кроме официальной службы спасения были и частные организации, занимающиеся ликвидацией магических последствий на территориях частных владений и различных происшествий. Их называют ликвидаторами.

Красивая и завлекающая реклама, куча положительных отзывов. Вот и клюёт местное население на это, зачастую обращаясь к ним за помощью. Ну а что, расценки их невысокие. К тому же индивидуальный подход, на что они и напирают.

– У вас что-то случилось, – предположил я.

– Недавно на участке дачном появилась странная аномалия, – с горечью в голосе ответил следователь. – Да, впрочем, неважно…

– Погодите, возможно, я вам смогу чем-то помочь, – предложил я, формируя в голове простой как пять копеек план, под кодовым названием «бартер».

– Да чем тут можно помочь? – скривился Никифоров. Видно, он уже порядком нервов потратил, раз так реагирует. – Вызвал ликвидаторов, они лишь заключили половину огорода под купол, сказав, что только так получится справиться с этой дрянью.

– А на что похожа эта дрянь? – продолжил я вытаскивать из него информацию.

– Как мне сказали в той службе, такая фигня называется лимбом, – печально ответил Никифоров. – Если вам это о чём-то говорит.

Да, мы проходили это в школе спасателей.

Магические потоки в пространстве постоянно меняют направление, и бывает, что они сталкиваются между собой. Лимб как раз является побочным продуктом от столкновения потоков. И фон от лимба тем сильнее, чем больше облако.

В общем, это одна из аномалий сложного типа, которая влияет на самочувствие находящихся рядом живых организмов. Мигрень, ломота в суставах, боли в магическом источнике – лишь малое из того, что человек испытывает, находясь рядом с этим облаком хотя бы полчаса. А чем дальше, тем больше. Вплоть до потери сознания и инфарктов.

– Знаю о лимбе, – признался я. – И какого размера аномалия?

– Двадцать метров, – вздохнул Никифоров. – У меня даже расчёты где-то лежат. Та же фирма замеряла… И вот теперь я не знаю, что делать с этим. Купол прорвался пару дней назад, и всё продолжилось. С удовольствием продал бы дачу, но кто ж её купит с такой дрянью?

– Я могу вам помочь, – кивнул я, улыбнувшись. Двадцать метров – это средний лимб, который я вполне могу нейтрализовать самостоятельно, не прилагая особых усилий.

– Вы уверены? – следак вскинул брови от удивления. – Мне ликвидаторы сообщили, что если они не смогли, то служба спасения уж точно не справится.

– Они вас, мягко говоря, обманули, – произнёс я. – Антимаг может справиться, а я как раз таким и являюсь.

– Вы можете убрать это чёртово облако? – выдохнул Никифоров. – Насовсем? Вычистить его?

– Да, вычистить, и насовсем, – кивнул я. – Но в обмен на услугу.

– Я понял, – помрачнел Никифоров. – В обмен на то, чтобы я замял дело вашего брата.

– Если бы Николай уже состоял на учёте, или для него это было бы не впервой, я бы не предлагал такую сделку, – привёл я ему вполне весомые доводы. – Ну а так как это впервые…

– Хорошо, я согласен, – тихо ответил Никифоров. – Но это в первый и последний раз. Попадётся в следующий раз, сразу на учёт поставлю.

– Я поговорю с ним, сделаю внушение, – произнёс я, когда Никифоров достал телефон и с кем-то созвонился.

– Леонид, зайди ко мне, – бросил он в трубку. – Прямо сейчас.

– Сегодня уже поздно, – подметил я. – Лимб лучше ликвидировать в дневное время, чтобы не оставить даже малейшей его частицы.

– Вот как, ну тогда завтра после пяти, – ответил следак. – Удобно? Дача прям за городом, в двух километрах.

– У меня сменный график. Завтра рабочий день, а вот послезавтра с утра можем начать, – задумчиво ответил я. – Главное, успеть дотемна.

– Отлично, тогда договорились, – довольно улыбнулся Никифоров, записывая мой номер и делая дозвон.

Я сохранил Никифорова в списке контактов, буквально в этот же момент позади меня скрипнула дверь. На пороге показался пухлый мужчина средних лет в полицейской форме.

– Борис, вызывал? – спросил он у Никифорова.

– Отпускаем Николая Светлова, – ответил ему следак резким тоном, не терпящим возражений. – Объяснительную я сейчас напишу.

– Так это… я ведь уже оформил отчёт по этому делу, – растерянно взглянул на него Леонид. – Осталось только подшить и отправить наверх.

– Лёня, мы ошиблись. Парень не виновен, его подставили, – резко ответил Никифоров. – Я сам составлю отчёт. Распорядись, чтобы его отпустили. Есть ещё вопросы?

– Ну ладно… – Леонид замялся на пороге, затем кивнул и обернулся в дверях. – Так что, дело я удаляю из базы, получается?

– Я сам удалю, послезавтра, – ответил Никифоров, мельком взглянув на меня.

Таким образом я получил прозрачный намёк от следака, что о Николае он готов забыть, но только после того, как я справлюсь с лимбом.

Буквально через пять минут я встречал во дворе полицейского участка рыжего худощавого парня с вечно прищуренным взглядом.

– Саша, привет, – растерянно взглянул он на меня. – А ты что тут делаешь?

– Вот, спасать тебя пришёл, – ухмыльнулся я. – Ведь я же спасатель.

– Я даже и не думал, что этим всё закончится, – пробормотал он, когда мы пожали друг другу руки.

– Пойдём, посидим где-нибудь в кафе неподалёку, – предложил я, положив руку на его плечо и слегка подтолкнув вперёд. – Разговор есть.

– Ты прям мысли прочитал, – хохотнул Коля. – Жрать хочу, не могу.

Я оглядел его. Дутые серые штаны, такого же цвета футболка, свисающая с его плеч тряпицей.

– Ты одеваешься, конечно, специфически, – подметил я. – Так и не привык к твоему стилю. Что бы поприличней присмотрел.

– Ты знаешь, я люблю всё свободное и удобное, – улыбнулся Коля.

После того как мы устроились за столиком, к нам подошла молоденькая официантка. Она брезгливо посмотрела на Колю, затем натянуто улыбнулась, обращаясь ко мне:

– Что будете заказывать?

– Борщ, две большие порции, со сметаной. И стейки говяжьи, вел дан прожарка, – ответил я.

– Соус к стейкам? – поинтересовалась девушка.

– Да пофиг, любой, – ответил ей Коля.

– Тартар, и ещё кисло-сладкий, – улыбнулся я официантке, и она уплыла в сторону кухни.

Я оглядел кафе. Почти пустое, лишь за одним из столиков двое работяг в рабочей одежде, которые о чём-то бурно дискутировали.

– Так о чём ты хотел поговорить? – опасливо посмотрел на меня Коля, замечая, как нам несут первые блюда.

– Давай спокойно поедим, потом уже разговор, – произнёс я.

– Да я же не против. Ты про то, что я пронёс пиво в магазине? – продолжил допытываться Коля.

– Сначала поедим, – холодно ответил я.

После борща мы дождались стейков. Коля умудрялся в процессе еды рассказать о том, как жил последние две недели. Ровно столько времени я не был дома.

Он начал подрабатывать грузчиком, чтобы появились деньги на карманные расходы. Которые он очень быстро тратил, гуляя с друзьями по вечерам.

После того, как нам принесли зелёный чай и поставили по блюдцу с круассаном, я решил перейти к разговору.

– И какого ты чёрта бухаешь? – пристально взглянул я на Колю. Так, что он чуть не поперхнулся десертом.

– Я трезвый, ты чо?! – возмущённо воскликнул он, делая глоток чая.

– А ну, дыхни, – поманил я его пальцем. – Ну, смелей. Что ты замер? Думаешь опять, прокатит или нет?

– Ну да, выпили с друзьями по бутылочке пива, – мрачно ответил Коля. – Так мне уже пятнадцать.

– Тебе не уже, а всего пятнадцать, – холодно подметил я. – Какого, спрашивается, тебя потянуло стащить пиво? Ты же грамотный, понимаешь, что камеры вокруг.

– Саня, ты ничего не понимаешь. Есть такая игра – правда или действие, – признался Коля.

– Знаю такую игру, – кивнул я. – Дальше что?

– Вот я и выбрал… действие, – Коля опустил взгляд в чашку.

– Да ты… – схватился я за голову. – Ты в своём уме? А если тебе скажут прыгнуть под электричку? Ты это сделаешь?

– Ну ты сравнил! Конечно, нет, – пробормотал Коля, представляя надвигающуюся на него махину. – Это другое.

– Это то же самое, поверь. Игры за гранью. И кто ж там такой у вас умный, что придумал такую… кхм, шалость? – напрягся я.

– Зачем тебе это знать? Это я должен был подумать головой и не вестись на слабо́, – побледнел Коля.

– Вот именно, Николай, – постучал я демонстративно по столу. – Это вот дерево. Когда мне отец сказал, почему тебя забрали, я подумал, что у тебя голова из этого же материала.

– Ладно, проехали, – пробормотал Коля.

– Не проехали. Ты заметь, это ведь не первый случай, – продолжал я, не отводя взгляда от братца. – Просто ты в этот раз попался. Просто пойми, братишка, успешного будущего с такой жизнью, как у тебя, точно не будет.

Коля виновато взглянул на меня:

– Ладно, прости. Я больше так не буду. И с этими дебилами общаться перестану.

В это я не поверил.

– Ты просто скажи, кто это, большего ведь не прошу, – продолжил я напирать на брата.

– Да Тимур и Димка Плотников, через три дома от нас живут, – выдавил Коля. – И зачем тебе их имена?

– Поговорю с ними чуть позже, – поднялся я из-за стола, расплатившись с официанткой, и добавил сто рублей чаевых.

– Да зачем, Саня?! – воскликнул брат. – Я просто прекращу с ними общаться.

– Не трынди, трынделка, – усмехнулся я. – Я что, не знаю тебя? Кроме них рядом только Гена-спортсмен, с которым ты особо не разговариваешь.

– Значит, скоро начну заниматься спортом, – скривился Коля, но под моим прожигающим взглядом сдался: – Ну ладно, ты прав… наверное.

– Сделай, пожалуйста, выводы, Коля, – произнёс я, когда мы вышли на главную улицу. – У тебя ведь соображалка хорошо работает. Просто думай наперёд, и всё будет замечательно.

– Вот, ты правильно говоришь, – ткнул брат пальцем в мою сторону. – Прям в точку. И огромное тебе спасибо, братишка. Ты меня так выручил.

Он крепко меня обнял, а затем, когда мы уже вышли в сторону метро, Коля засмущался.

– У меня тут это… доехать бы до дома, – опустил он взгляд себе под ноги.

– Ты думал, что я тебя так просто отпущу? Чтобы опять куда-нибудь вляпался? – засмеялся я. – Вместе поедем. Заодно родителей проведаю.

Коля как-то сразу погрустнел, и мы отправились в сторону входа в подземку.

– Санёк, может, у тебя это?.. – начал было братец, и я вытащил из портмоне тысячу рублей, протягивая ему.

– Держи, потом отдашь, – произнёс я, замечая, как посветлело лицо Коли. Он уже придумал, на что эти деньги потратить. – Только попробуй спустить на спиртное. Узнаю – самолично отвезу тебя обратно в тот участок.

– Да понял я, понял, – испугался Коля. – Что ты сразу с наездами? Даже попробовать нельзя?

– Вон, один из бывших твоих дружков попробовал. Юрик, – напомнил я ему печальную историю. – Ты прекрасно знаешь, чем это обернулось.

Коля знал, поэтому нервно сглотнул и притих, сосредоточившись на ступенях, по которым мы начали спускаться в метро.

Юрик, живущий в доме через дорогу, также начал попивать в раннем возрасте. А потом перешёл на более крепкие напитки. В итоге умер от сердечного приступа, едва исполнилось ему двадцать три года.

Всю дорогу Коля молчал, переваривая мои слова. Возможно, даже вспоминал судьбу Юрика. Что ж, возможно, я достучался до его разума. Во взгляде непутёвого братца появился нехарактерный блеск. Неужто и правда мозг заработал?

Проехав на метро до крайней станции, мы пересели на электричку и через десять минут вышли на знакомой станции. Ну а затем, спустившись с платформы, отправились в сторону дома по сокращённому маршруту через небольшую рощицу. Губы поневоле растянулись в улыбке.

Эта узенькая тропинка, которая петляла между берёзками, мне хорошо знакома. В детстве – казалось бы, вот, совсем недавно! – я рассекал на велосипеде, который мне подарили на день рождения приёмные родители. Тогда я думал, что это самый счастливый день в моей жизни, и более ценный подарок вряд ли можно придумать.

Сколько уже прошло времени, а те первые впечатления от скорости и адреналина помню совершенно отчётливо.

– Ты извинишься перед родителями, – настойчиво обратился я к Коле.

– Ну само собой, попрошу прощения, – ответил он.

– Они очень сильно переживают о каждом из нас, – продолжил я. – В следующий раз крепко подумай о них, прежде чем влезать в очередную историю.

– Саня, короче… я уже всё переварил и сделал выводы, – раздражённо ответил Николай.

Я лишь кивнул. Не думаю, что Коля прям отчётливо осознал свой поступок. Всё-таки у подростков ещё ветер в голове играет. У кого-то он из головы выдувает все здравые мысли. Вот он, рядом со мной такой товарищ, идёт впереди.

Через пару минут мы вышли на просёлочную дорогу, по обеим сторонам которой показались жилые дома с огороженными участками.

Отец нас увидел, когда мы заходили в калитку. Он радостно вскрикнул, бросая грабли, и заключил в объятья Колю, затем меня.

– Ну, пойдёмте в дом, там как раз мать оладьи испекла, – широко улыбнулся он, поблёскивая глазами. – Чаю попьём.

– С радостью, – согласился я.

– Ну что, охламон, как ты умудрился так вляпаться? – спросил отец Николая по пути к двухэтажному дому.

– Отец, бес попутал, – тяжело вздохнул Коля. – Мне уже Саня всё объяснил, а я всё понял.

– Скажи спасибо брату, что он выручил, – как можно мягче постарался ответить отец, но в его речи чувствовались стальные нотки. Он серьёзно перенервничал, это и так понятно.

Во дворе играли две сестры. Отвлеклись от своих кукол и замахали, приветствуя нас. Я помахал в ответ, Коля отмахнулся.

– А вот и наш блудный сын, наконец-то! – на пороге нас встретила мать в фартуке, с укором посматривая на Колю. Судя по её покрасневшим глазам, она переживала не меньше отца.

– Мам, не начинай, я уже всё понял, – прогундел Коля, заходя внутрь и разуваясь на пороге.

– Ладно, потом ещё поговорим с тобой, – улыбнулась она. – Садитесь за стол. Какое варенье открыть, Саша?

– Ещё осталось абрикосовое? – с надеждой в голосе спросил я.

– Да, последняя баночка, – довольно кивнула мать. – Сейчас принесу.

Посидели мы в уютной обстановке. Отец даже ввернул несколько своих фирменных шуточек. Ну а я наслаждался домашним десертом. Когда находишься дома, не замечаешь такой вкусноты. Но стоит пожить отдельно, как начинаешь скучать по домашней кухне.

Да к тому же здесь и воздух был чище, что ли. Дышалось легче. Вокруг природа, деревья, речушка неподалёку. Для счастливого детства лучше и не придумаешь. Но я уже вырос и понимал, что если хочу достичь каких-либо высот, необходимо перебираться в город.

К столу уселись ещё трое братьев и две сестры, которые играли во дворе. И я окунулся в привычный гам, как и подобает во время застолья в кругу многодетной семьи.

После того, как я насладился безумно вкусным вареньем и оладьями, отец позвал меня во двор. Старая беседка была обновлена совсем недавно и пахла свежей краской.

– Ну, расскажи, трудно было вытаскивать Кольку? – спросил он меня.

– Не очень, – ответил я. – Следователь попался человечный. Спасло то, что Коля вляпался так впервые.

Отец облегчённо вздохнул, зажмурившись и помассировав веки.

– Сколько мы тебе должны? Много заплатил? – спросил он у меня.

– Ни копейки, – признался я.

– Хм, а как тогда Колю отпустили? Как ты смог уговорить следователя? – удивился отец.

– Сам с ним разберусь, – ответил я.

– Нет уж, ты говори как есть. У нас с матерью есть небольшие накопления… – начал отец.

– Ничего не нужно, – успокоил я его. – Я ему решил оказать вместо этого услугу. Выручить. Он выручил меня, а я выручу его.

– Надеюсь, мы не сильно тебя напрягаем, – вздохнул отец. – Эта ситуация… у матери впервые так подскочило давление. Пришлось скорую даже вызывать.

– Всё уже позади, – улыбнулся я.

– Спасибо тебе, сынок, – подошёл ко мне отец и обнял меня. – Ты наша гордость… Кстати, мы тебя по телевизору видели. Ну ты и богатырь! В спасательной форме, весь такой боевой.

– Репортёр перехватил, – хмыкнул я. – Пришлось ответить на вопросы.

– Да тут весь посёлок о тебе говорит, – радостно хохотнул отец. – Кстати, как стажировка проходит? Всё хорошо? Коллектив порядочный?

– Да, все дружные. И мне там нравится, – ответил я.

– Может, переночуешь у нас? – предложил отец. – Освободим твою комнату. Место есть.

– Спасибо, отец, но я в город поеду, – ответил я. – Мне ведь завтра на работу вставать.

– Завтра же суббота, выходной, – улыбнулся отец.

– Отец, у меня сменный график, послезавтра будет выходной, – я напомнил ему.

– Точно, ты же посменно работаешь, – хмыкнул отец. – А я привык, как у нас на заводе, суббота с воскресеньем. Ну вот, послезавтра и приезжай. Как раз воскресенье. На рыбалку с Колей и Юркой собираемся.

Юра, ещё один приёмный – девятый по счёту – ребёнок в семье, которого усыновили всего полгода назад. Этого времени хватило, чтобы Юрка привык к приёмным родителям и начал воспринимать их как родных.

– Если дел не будет срочных – конечно, наведаюсь, – пообещал я.

Я попрощался с семьёй и направился в сторону рощи, но затем свернул в другую сторону. Надо закончить начатое.

Я зашёл с другой сторону посёлка, думая, как мне выманить Тимура. Сначала ему сделаю внушение. Затем настанет черёд и Димки Плотникова. Но всё оказалось куда проще, чем я думал.

Я заметил эту парочку в компании ещё двух пацанов. Они играли в ножички и бурно комментировали каждый бросок.

– Привет, шалопаи! – поздоровался я с ними, затем показал пальцем в сторону Тимура и Димки. – Ты и ты, подойдите ко мне.

Пацаны переглянулись. Затем Тимур нехотя встал, пихнул Димку, и тот тоже поднялся. Тимур крепкий, жилистый, наглым взглядом оглядел меня. Димка встал рядом, растерянно улыбнулся.

– Чо? – спросил Тимур.

– Через плечо, – отвесил я ему крепкий подзатыльник.

– Да ты охренел?! – вскрикнул Тимур.

– Ты знаешь, зачем я это сделал, – процедил я. – Скажи спасибо, что не кулаком врезал.

– Саня, послушай… да мы просто играли, и Димка придумал это дебильное действие, – выпалил Тимур.

– Ну тогда держи, – отвесил я Плотникову приличного леща, и тот аж немного поплыл. – Ещё хоть раз что-то опасное затеете – приду и буду разговаривать жёстче.

Всё-таки я не сторонник таких радикальных действий и всегда привык договариваться, избегая конфликтов. Но добро должно быть с кулаками, как говаривал мой отец из той, прошлой жизни. Тем более, с этими шалопаями иначе никак.

– Что молчите? Всё ясно? – мрачно осмотрел я эту парочку.

– Да понятно, что ты сразу руки распускаешь? – пробормотал Тимур, потирая затылок.

– Потому что вы иначе не поймёте, – выдавил я. – Подставили парня и как ни в чём ни бывало развлекаетесь. Нормально это?!

– Не нормально, – пробубнил Димка.

– Тимур? – покосился я на коренастого парня.

– Да, это ненормально, – согласился он.

– Ещё раз такое выкинете – буду разговаривать по-другому, – выставил я палец в их сторону, а затем отправился – теперь уже со спокойной совестью – в сторону платформы.

Эти двое меня боялись неспроста. Уже был случай, когда я их гонял. Тогда Коле было лет десять. Вручили брату взрывпакет, который рванул у него в руке. В итоге кое-как палец удалось спасти. Хорошо, что дежурный лекарь был не в отпуске. Оперативно подлечил брата.

Вот тогда я и наехал на этих дружков, отхлестав крапивой. Затем подключились их родители, которые добавили, уже ремнём.

После этого что Тимур, что Дима со мной общались культурно и уважительно, побаиваясь сказать лишнего.

Я вышел на платформу, и в нос ударил резкий запах озона. Я долго привыкал к непривычному запаху. В прошлой жизни на платформах пахло креозотом, которым щедро поливали шпалы. Но здесь нечего было обрабатывать. Вместо них на солнце поблёскивал магический монорельс.

Электричка точно так же, как и метро, передвигалась на энерго-подушке. Точнее – парила в воздухе. Одна из особенностей этого мира, которая мне безумно нравилась.

Добрался я домой привычным маршрутом. Пять станций на электричке и ещё чуть более пятнадцати на метро с одной пересадкой.

Когда зашёл в квартиру, почувствовал аромат парфюма. Анна оставила мне на память, чтобы помечтал немного о ней, разумеется.

Сегодня она ночевала на своей съёмной квартире.

«Александр, привет. Всё хорошо, я уже дома. Ещё раз тебе спасибо за то, что помог мне вчера», – только что я прочитал сообщение от Анны, отправленное пару часов назад.

«Спокойной ночи. Если возникнут трудности – обращайся», – ответил я.

«Хорошо. Сладких снов», – получил я тут же ответное сообщение. И смайл в виде сердечка.

Вот ещё одна загадка. Скорее всего это дружеская реакция. А если нет – значит, у нас что, служебный роман начнётся? Ну да, по уставу не положено, это я точно запомнил. За это увольняют.

Я усмехнулся, представляя разъярённое лицо Палыча, который трясёт перед мной и Анной пачкой инструкций. Ладно, помечтали, а теперь готовиться ко сну.

Я успел принять душ, затем лёг в кровать, заведя будильник. Уже десять часов, самое время спать.

Ритмичная мелодия входящего звонка резанула ухо. Она установлена исключительно на рабочий номер дежурного службы. Что там могло произойти?

– Да, слушаю, – ответил я.

– Александр, собирайся, – услышал я напряжённый голос Ивана. – Срочный вызов. Надо действовать быстро.

– Детали? – спросил я.

– Я тебя заберу сейчас, по дороге расскажу, – ответил Иван.

Значит, мы не на фургоне. Иван на своей тачке. И команды, кроме меня и наставника, не будет. Значит, что-то не глобальное, но опасное. Интересно…

Я собрался и вышел во двор, замечая мигнувший фарами тёмный седан. Когда устроился на переднем пассажирском кресле, Иван вдавил педаль газа в пол. Мы резко сорвались с места, вылетая на опустевшую проезжую часть.

– Так что там произошло? – поинтересовался я.

– Работа как раз по твоей части, – улыбнулся Иван, скрипнув протезом. – В парке ожила статуя Пушкина Александра Сергеевича.

– Что делает? Стихи читает? – поинтересовался я.

– Поёт и… танцует, – удивлённо ответил Иван. – Да не смотри так на меня! Я не шучу. Мне вот так и передали.

Глава 6

В общем, кто-то балуется магией призыва. Мало того, что оживил Пушкина, так ещё и заставил его выплясывать. Угроза понятна. Раз злодей может заставить статую танцевать, значит, точно так же может приказать ей ломать и крушить всё вокруг.

Мы к этому времени уже подъезжали к месту происшествия. Выскочив из автомобиля рядом с ограждением из полосатой ленты, я сразу же увидел площадку. И невольно рассмеялся.

Бронзовая статуя Пушкина действительно ожила. Притом настолько, что ритмично выплясывала рядом с постаментом, с которого и соскочила. Мало того, выкрикивала одно из своих произведений. Вот только речитативом.

– Эй, пацан, иди сюда чо покажу! В диковину страну я тебе путь покажу. Смотри, там на неведомых дорожках есть дуб. Он крупный и сыскать его легко, если не туп…

За лентой заливалась от смеха толпа подростков, снимая происходящее на камеры телефонов. Рядом эмоционально разговаривал с двумя полицейскими упитанный мужчина в тёмном костюме и очках. Ещё четверо стражей порядка предупреждали стекающихся на это шоу зевак, чтобы отошли от ленты.

– Реально там златая цепь и говорящий кот. Он круглосуточно себя очень странно ведёт… Ну да, ты скажешь мне: «Ой, хватит заливать». А я скажу: «Распахивай глаза, твою-то мать!» – между тем выплёскивалось из Пушкина, который продолжал наворачивать круги вокруг постамента.

– Это катастрофа! Ужас! Кошмар! – метался перед ленточкой покрасневший упитанный мужчина, которого заставили отойти на безопасное расстояние полицейские. – Это же великий поэт!.. – он гневно посмотрел в сторону хохочущих подростков: – Немедленно прекратить! Это же Пушкин!

– Кто же этот фокусник? Он точно где-то близко, я чувствую фон, но он расплывчатый, – натянуто улыбнулся Иван, оглядывая толпу. – Стажёр, можешь определить?

– Сейчас сделаем, – охотно ответил я и зашёл за ленту.

– Защита, – напомнил мне Иван, многозначительно показывая на пояс.

Он мне успел передать «Сдерживатель-1М», стандартный защитный артефакт от физического воздействия. При активации из болтающегося на поясе цилиндра выплёскивается магическое поле, которое временно защищает от любого физического воздействия. Отлично помогает при работах в завалах, когда над тобой тонны бетона и арматуры.

Но он плохо работает в сочетании с моим нейтрализующим полем. А потому я использую его крайне редко.

На мне вообще любые артефакты быстро разряжаются, поскольку я невольно забираю их энергию. Но благо в оружейной на этот счёт не жалуются.

Поэтому я рассчитываю по большей части на собственные навыки, нежели на артефакты, которые положено носить по правилам.

Иван может меня подстраховать. Он маг земли, притом уровня восьмого, не меньше. Но преграда из камней вряд ли остановит ожившую статую.

Притом и я понимал опасность. Тот, кто оживил статую, точно находится здесь. И он может, предчувствуя угрозу, в любой момент натравить её на меня или на полицейских.

Надеюсь, что сдерживатель мне не пригодится. Я собирался разорвать управляющую связь со статуей при помощи своей нейтрализующей ауры. А потом вернуть Александра Сергеевича на место. Есть у меня ещё одна техника, которая высушивает магию. Только надо действовать быстро.

Притом следует выявить того, кто затеял весь этот цирк.

– Вы как раз вовремя, – встретил меня крепко сбитый полицейский. – А где ваши артефакты?

– Мне они не нужны, – слегка улыбнулся я и направился к статуе.

– Котяра на том дубе, и живёт он там давно. Но видно, он под чем-то, ведь что слышно от него? Направо повернётся он и песенку орёт. Налево бросит взгляд и сразу сказку выдаёт… – внезапно статуя замерла, замечая меня рядом, затем попятилась.

– Ну привет, горластый, – обратился я к бронзовому Пушкину, оказываясь в паре метров от него. – Пора возвращаться обратно.

– Я помню чудное мгновенье! – выпалила статуя, делая шаг в мою сторону. – Передо мной явился ты!

– Сам подошёл, молодец, – улыбнулся я, концентрируясь на нейтрализующем поле.

Оно вспыхнуло вокруг меня, заколыхавшись серебристой плёнкой. Затем раздалось в стороны.

Ого! Я подметил, что диаметр моего поля увеличился. Три с половиной метра – это прогресс, значит, ментальные тренировки не прошли даром.

Контур моего поля наткнулся на плотную связующую нить, которая появилась в воздухе в виде блеклой полупрозрачной гирлянды. Она тянулась из компании подростков, и я сразу же выявил зачинщиков этого представления.

Затем разорвал связь. Но остаточная энергия оживления в статуе осталась. Это был самый опасный момент. Бронзовый Пушкин может рвануть в сторону толпы зевак, и появятся жертвы. Но я не допущу этого.

Когда статуя заскрипела и взмахнула руками, пытаясь меня отшвырнуть в сторону, я припал на одно колено и оказался в безопасной зоне. А затем собрал свой нейтрализующий фон в антимагический иссушающий луч и коснулся им, словно шпагой на дуэли, статуи.

Александр Сергеевич забормотал что-то неразборчивое, затем содрогнулся и кивнул. Он подошёл к постаменту, одним прыжком заскочил на него, затрачивая оставшуюся энергию и… вытянул правую руку, замирая навсегда в привычной позе.

Вот и всё. Делов-то. А теперь надо поймать тех шалопаев. Я направился к лысому полицейскому, который встречал меня с улыбкой на лице.

– Отличная работа, – прокомментировал он.

– Она ещё не закончена, – сухо ответил я. – Задержите толпу подростков. Там два ваших коллеги. Среди них те, кто и затеял это.

– Вот как, – удивлённо вытянул лицо полицейский и схватился за рацию, тихо произнеся в неё: – Жора, надо задержать всех, кто возле тебя. Да, всех. Быстрей.

Я вернулся к Ивану, который был вновь чем-то недоволен, судя по взгляду, хотя и кривил улыбку.

– Стажёр, ты хотел сразиться на кулаках с Пушкиным? – хмыкнул он. – Зачем так близко подошёл?

– Иначе было не дотянуться магией, – вздохнул я в ответ.

– Ты опять забыл о мерах предосторожности, – раздражённо ответил наставник. – Сколько тебя учить, что всегда следует перестраховываться!

– Иван, этот сдерживатель только бы оттолкнул статую, – объяснил я. – И всё равно пришлось бы дотягиваться. Остаточной энергии было много, и этот Пушкин напал бы на меня снова.

– Ладно, считай, что я ничего не видел, – буркнул Иван, когда мы направились в сторону возмущающихся подростков.

Девушки вели себя тихо, а больше всех распинались трое парней. Как раз те, которых я и вычислил. Самый сильный среди них – конопатый высокий парень, одетый в отличный костюм. Из обеспеченной семьи, сразу видно. Его двое сообщников статусом пониже, так как их одежда была не особо примечательной. Но даром обладали все трое.

– Вы не имеете права нас задерживать! – выкрикнул конопатый, пытаясь пройти мимо полицейского.

– Вернитесь, пожалуйста, на место. Нам нужно вас опросить, – встал на его пути тот здоровенный как шкаф страж порядка. Такому и не надо больше ничего делать. Он загородил путь к отступлению, чего оказалось достаточно.

– У нашей семьи очень хорошие юристы, учтите, – процедил конопатый. – Я сын графа Стрельникова.

Богатые аристократы редко отпускают детей без охраны. Скорее всего, парень сам сбежал от них к друзьям, и сейчас его ищут.

Его сообщники угрюмо молчали, понимая, что попались. Одни из них, самый маленький, забавно вжал голову в плечи и посматривал в нашу сторону.

– Да хоть самого императора, – резко ответил Иван, который снял с пояса небольшой прибор.

Даже без моей помощи он определил остаточный фон от использования магии. Хотя тут как сказать. Я всё-таки подсказал Ивану. Если бы он не настроил артефакт на толпу, о которой я сообщил, ничего бы не обнаружилось. Этот прибор работал исключительно в ограниченном пространстве.

– Что за бред?! – воскликнул конопатый. – Мы просто подошли посмотреть…

– И просто оживили Пушкина, – ответил Иван, показывая экран подростку. – Посмотри на свой фон. И твои дружки тоже засветились.

Теперь конопатый сильно побледнел, губы его задрожали.

– Пожалуйста, только не говорите родителям, – прогундел он.

– Да, мы только хотели пошутить, – выдавил низкорослый парень. – Чтобы и остальные посмеялись.

– Пройдёмте в машину, – строго приказал полицейский. – Разберёмся в участке. Оформим как хулиганство и штраф выпишем серьёзный.

Но сын графа не успокоился. Он всё-таки юркнул между стражей порядка, лишь я оказался у него на пути. Он решил применить артефакт ускорения. В руке у него появился стандартный ускоритель. Похожие я видел на тренировках. Но этот был совсем простенький.

Металлическая шайба, из которой выскочили грозди золотистых магических лучей. И тут же потухли.

– Твою-у ма-ать! – зарычал сын графа.

– И не говори, – улыбнулся я, вновь сворачивая нейтрализующую ауру. – Бракованный, наверное.

Полицейские заломали ему руки, а он злобно посмотрел на меня.

– Ублюдок, – процедил конопатый. – Скоро тебя вышибут из службы. У моего отца такие связи, что ты охренеешь!

– К тому же угрожал спасателям, – оскалился лысый полицейский. – Всё, родные, поехали в участок, пора оформляться.

Пока уводили виновников торжества, остальные полицейские сматывали ленточки, давая понять ночным зевакам, что теперь это безопасная зона.

– Спас-сибо вам огромное, – подошёл к нам довольный мужчина, тот самый, кто покрикивал в сторону смеющейся толпы. – Это такое кощунство, – он поднял указательный палец, – великого поэта так обезобразить. Поколение нынче не ценит классику… Истинно не ценит.

– Всегда рады помочь, – кивнул я, и мы направились с Иваном в сторону его тёмного седана.

Иван проводил взглядом отъезжающую полицейскую машину, мигнувшую проблесковыми маячками.

– Не переживай, такие сосунки только и треплются о мощи их семей, – обратился ко мне наставник. – А на деле слова их гроша ломаного не стоят. Никто не приходит, и никого не увольняют.

– Я об этом думаю меньше всего, – произнёс я, наблюдая белый микроавтобус журналистов. – Как мухи на мёд.

– Давай, садись быстрей, – нажал на брелок Иван, и автомобиль мигнул фарами. – Не настроен я сейчас отвечать на их дурацкие вопросы.

Когда мы отъехали в сторону моего района, Иван забрал у меня сдерживатель, кинув его в бардачок.

– Учитывая ночной вызов, ты можешь прийти завтра к обеду, – произнёс он. – Сверхурочные оплатят и плюс один отгул.

– Неплохо, – улыбнулся я, замечая, что наставник слишком задумчив. – Что-то не так?

– Ты же знаешь Павла Кандинского? Некроманта нашего, – начал объяснять Иван. – Да ты видел его мельком, он как раз приходил расписываться в документах. Так вот, обычно он ездил на такие заказы. Паша отгулял отпуск и вышел на работу в ночную смену. Но я с ним разминулся, получается. И не дозвонился. Поэтому пришлось тебя поднимать.

– Понятно, – кивнул я, пытаясь вспомнить Кандинского.

Ну да, виделись с ним. Мне ещё его взгляд не понравился. Слишком дерзкий.

– Если начнёт на тебя наезжать – зови меня, я всё ему растолкую, – продолжил Иван, прокрутив руль влево. – Только не лезь с ним в словесную перепалку. Парень он горячий, но очень эффективный в работе. Так что понял, да?

– Разумеется, – ответил я. – Если он появится.

– Бывало у него и не такое. Закинет телефон куда-нибудь, и хрен с ним свяжешься. Но это было по синьке, ну ты понял, – щёлкнул себя по горлу наставник.

Иван меня довёз до моего дома, а чуть позже я уже заходил в свои однокомнатные апартаменты.

Душ привёл меня в чувство, правда, ненадолго. Я улёгся, включил телевизор. Как раз попал на экстренные новости.

Шёл репортаж с площади, где ожила статуя Пушкина. В голове, будто очередной вирусный хит попсы, зазвучала забавная песня Александра Сергеевича. Я закрыл глаза и провалился в глубокий сон.

Сегодня выспался на год вперёд, поднялся без будильника. На часах было десять утра. Следующий час прошёл, как и обычно. Зарядка, пробежка, тренировочная площадка, душ и неспешный завтрак.

Собравшись, я отправился на работу, вспоминая о Никифорове, точнее, о его лимбе. Пока я добирался на метро в центр, проматывал в голове, как буду ликвидировать опасное облако.

В целом можно обойтись и обычной указкой. Точно так же, как прошедшей ночью я высушил энергию, оживляющую Пушкина. Но средний уровень, на минуточку. Одной указкой тут не отделаешься. Было у меня два варианта, и выберу один из них уже на месте. Только изучив воочию аномалию, я смогу понять, что будет более эффективно для её нейтрализации.

Проходя мимо постов охраны, я зашёл в большой зал, где команда обычно и ждала вызовы. Обычно здесь общались, проверяли личные артефакты и защитные средства, кто-то даже в процессе умудрялся тренироваться и медитировать.

Но сейчас никого в зале не было. Я взглянул на круглые настенные часы. Ну конечно, все ушли в столовую. Причём чуть раньше обычного.

Когда я зашёл в обеденную, как её иногда называл Даниил, заметил, что почти все столики заняты.

Да, здесь собрались более десяти отрядов. Остальные на вызовах. Наш отряд расположился за тем же столиком, как и прежде.

Раздаточная была похожа на шведский стол. Только здесь были выставлены блюда первые и вторые горячие, и закусок почти не было видно. Лишь уголок с тарталетками, начинёнными оливье, которые быстро разбирали в первые минуты обеда.

Я выбрал гороховый суп с копчёностями, довольно неплохой на аромат, затем добавил на поднос картофельное пюре с куриной печенью и капустно-морковный салат. С полным комплектом я отправился к нашему столу.

Даниил заметил меня первым, махнув рукой. Приближаясь, я только сейчас понял, что Павел, тот самый некромант, который пропал без вести, вернулся. Сейчас он о чём-то оживлённо разговаривал с Максом.

– Всем привет, – поздоровался я, устраиваясь на стуле.

– Привет укротителям памятников! – победоносно воскликнул Макс. – Как прошла дуэль с Пушкиным?

– Иван уже нам рассказал, как ты лихо справился со статуей, – улыбнулась Анна. – Мы в тебе не сомневались.

– Вот только это был мой заказ, – невзначай бросил Павел, с претензией посмотрев на меня.

– Надо было тебя дождаться, наверное, – пошутил я.

Макс загоготал, хлопая по плечу Павла, и тот дёрнул плечом, скривившись.

– Представляю картину, ха-ха! – воскликнул Макс. – Пушкин уже громит Петергоф, а Пашка только просыпается и тянется к телефону.

– Забавно, – хихикнула Лиза, опасливо посмотрев на Павла, который сжал губы и прожёг в ней виртуальную дыру.

– Я просто не услышал звонок. А когда приехал в центр, дежурный сказал, что на вызов уже выехали, – процедил Павел. – Не вижу в этом ничего смешного.

Я сдержался, чтобы не ответить ничего резкого, вспоминая просьбу Ивана. Ну а некроманта понесло.

– Я ведь живу на таких заказах, Ваня, – обратился он к подошедшему с подносом моему наставнику. – Что произошло?

Иван нахмурился, разместив поднос на столе и усаживаясь. Затем поднял на некроманта взгляд.

– А ты не обнаглел, Паша? – резко начал он. – Вызов был срочный. Каждая минута на счету. Я даже не знал, выйдешь ли ты на смену.

– Ты прекрасно знаешь, что у меня телефон барахлит, – повысил тон Павел.

– Так поменяй его, – таким же тоном ответил Иван, затем улыбнулся. – И выдыхай, бобёр, никто не хотел тебя обидеть. Это рабочие моменты.

– Надо было ещё раз позвонить, – проворчал Павел. – А ты взял с собой вон этого… – махнул он куском хлеба в мою сторону, – стажёра, который ещё совсем зелёный. Ну да, Ваня, очень логичный поступок.

– Этот стажёр находился в очаге возгорания А-класса пять с половиной минут, – процедил Иван. – И выбирай выражения. Он в нашей команде, значит, на таком же уровне находится, что и ты.

– Ты просто взял сейчас и подтёрся моим десятилетним стажем, – процедил Павел. – Спасибо тебе, дружище.

– Это не даёт тебе право оскорблять новенького, – просверлил его взглядом Иван.

– Тем более мы уже сработались, – улыбнулась мне Анна, подмигнув. – Да, ребята?

– Да, хороший парень, – кивнула Софья. – Зря ты так, Паша. Эта твоя ревность вообще ни к месту. Мы тебя тоже ценим как специалиста.

– Ну да, цените, как же! – Павел злобно зыркнул в мою сторону, буркнув под нос: – На таком же уровне, что и я. Как же…

– Приятного аппетита, Паша, – обратился к нему Иван.

– В общем, я с Палычем поговорю насчёт этого вопиющего случая, – процедил Павел. – Я не позволю, чтобы мою работу делал стажёр.

– Я вообще не понимаю, чего ты кипятишься? – спокойно ответил я, подкрепив добродушной улыбкой. – Работы на всех хватит. В этом городе каждый день что-то случается.

– Новенький, помолчи, пожалуйста, – сморщился Павел.

– Да с чего это мне молчать? – возмутился я и хотел продолжить. Всё внутри меня кипело от возмущения. Кто он такой, чтобы мне указывать, когда и что мне говорить?!

Но… в ещё не разгоревшийся конфликт вмешался Иван.

– Паша, ты слышал, что я говорю? Приятного аппетита, – добавил он металла в голос. – И всем приятного.

Мы приступили к обеду, изредка перебрасываясь общими фразами. Суп был неплохим, правда, недосоленным. Но это разве проблема, когда солонка под рукой? Ну а блюдо с куриной печенью и подливой, покрывающей пюре, было очень вкусным.

Павел по большей части молчал и смотрел в свою тарелку, лишь изредка посматривая на меня. И взгляд мне его совсем не нравился. Он что-то обдумывает, и уж точно не мирное и безобидное.

После обеда нас собрали на закрытом тренировочном полигоне. Я уже посещал его два раза, когда заявок не было, и мне понравилась подготовка. Очень серьёзная. А по-другому и быть не могло, ведь нас обучали лучшие инструкторы Империи. Один из них, Сергей Карпов, которого все называли Учителем, вышел к построившейся в шеренгу группе.

Седой, с небольшой бородкой, волосами, собранными в косичку, и мудрым взглядом, он действительно подходил под данное ему прозвище. Сам Учитель спасателем работать не мог.

У него была специфическая магия, усиливающая других магов. Поэтому Карпов нашёл себя именно на тренировочной площадке, помогая спасателям быстрее прокачивать магические уровни.

– Итак, граждане спасатели, – обвёл он нас прищуренным взглядом. – Если кто-то думает, что спасатель не должен уметь драться, он ошибается. Всегда и при любых обстоятельствах он обязан защитить себя, а в особенности тех, кто нуждается в защите. Поэтому сегодня будут спарринги. Причём исключительно немагические. Считайте, что это норматив, за который будут выставлены баллы.

Мне ли не знать про эту систему. Месячный рейтинг спасательной службы влиял на многое. Это повышенные премии, отгулы и лояльное отношение высшего руководства центра, которое подразумевало более ускоренный карьерный рост.

Баллы накапливались после каждого вызова. Каждый раз начальник отряда – а в нашем случае Палыч – заносил их в специальную электронную таблицу. К тому же баллы иногда можно получить и на тренировках. Как сейчас.

Почти за две недели я накопил двести пять баллов и находился на третьей строчке, резко поднявшись вверх после тушения магического пожара. Палыч оценил мою работу по достоинству. Иван пока возглавлял месячный рейтинг, собрав двести тридцать баллов. Оно и понятно, за наставничество ему прилично наш босс накидывает.

Был ещё и общий рейтинг по отрядам, где мы занимали десятую позицию. Возглавляли его, разумеется, «Фениксы», самый элитный отряд спасателей.

Но ничего – догоним и перегоним, дайте только нам время.

– …за магическим фоном будут следить приборы, – продолжал Карпов. – И если они обнаружат хоть малейший всплеск, будут последствия.

– Ну наконец-то разомнёмся! – воскликнул Макс, начиная разминать руки.

– Да тише ты! – рыкнул на него Иван. – Имей уважение к инструктору и не перебивай.

– Вот у нас и первая пара образовалась, – Учитель остановил на Максе прищуренный взгляд. – Ты выйдешь против меня.

– А так правильно? – огляделся Макс. – Можно я хотя бы против Ивана или ещё кого-нибудь?

– Первая пара сформирована, – торжественно объявил Учитель, проигнорировав его слова.

– Ну что, страшно, Максик? – зловеще прошептала Софья, обращаясь к Максу.

– Не называй меня так… – нервно ответил Макс. – И с чего страшно-то? Для меня честь выступать против Учителя, – нервно ответил Макс.

– Сейчас я активирую вариатор, – продолжал наш инструктор. – Таким образом будут сформированы остальные пары. Разумеется, женщины будут сражаться отдельно от мужчин. Хотя, может быть, кто-то уже выбрал себе спарринг-партнёра?

– Да, я выбрал. Александра Светлова. Если он не против, конечно, – услышал я злорадный голос Павла.

Ну что ж, раз он так жаждет отхватить по щам, значит, так тому и быть.

– Я не против сразиться с Павлом, Учитель, – отозвался я.

Карпов задумался, затем перевёл взгляд на Ивана. Мой наставник должен был дать разрешение на бой. Иван подумал и кивнул в ответ.

Вроде бы странно, наставник же не хотел конфликта между нами. Но его ответ был мне вполне понятен. Уж лучше сейчас Павел выпустит пар, чем это произойдёт за территорией, где может произойти всё, что угодно.

Двое судей подошли к нам, одетые в синие костюмы. Ну а мы нацепили базовые защитные жилеты, которые на девяносто процентов гасили удары. То есть хлёсткий и сильный удар в челюсть будет ощущаться как лёгкая пощёчина.

– Ну что, готов, новенький? – хищно улыбнулся Павел, вставая напротив меня в боевую стойку.

– Более чем, – улыбнулся я, не меняя позиции. Руки опущены, тело расслаблено на первый взгляд. Но я был готов отразить атаку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.