Сергей Шентеров
История деревни Фролиха и людей в ней проживавших (род Шентеровых)

Жизнь нашей книги

Мы напечатали 50 экземпляров нашей книги в 2015 году. Один экземпляр подарили отцу Владимиру в храм села Арбузово и по одному – во Владимирскую областную библиотеку и Российскую государственную библиотеку г. Москвы (бывшая имени Ленина).

В 2015 году мы стали номинантом Первого областного конкурса «Владимирская книга года».

15 апреля 2016 года 2 наших доклада по материалам книги были зачитаны и опубликованы на XXI Межрегиональной краеведческой конференции.

Нам очень приятно, что книга привлекла к себе внимание не только родственников, но и иных читателей.

К десятилетию книги накопились новые материалы, авторы решили воспользоваться ими и сделать третье издание – 2025 года.

За десятилетие авторы понесли невосполнимые потери. С нами нет: Шентерова Е. П., Мельниковой Г. В. Их фамилии на обложке книги мы печатаем в трагической чёрной рамке.

Вступление

История народа и история государства, не только битвы и строительство городов, но и истории маленьких, незаметных деревень – это истории конкретных семей и судьбы людей.

В этой книге группа авторов ставила перед собой задачу сохранения исторического материала о роде Шентеровых.

Решив предельно чётко сохранить исторический материал именно нашего рода и не выйти на описание общеизвестного и широко представленного в интернете исторического процесса, мы хотели зафиксировать знания и фотоматериалы, накопившиеся в нашей семье.

Мы думаем, что пытливый потомок с лёгкостью найдет и прочитает то, что ему в изобилии представит интернет (историю государства Российского, Владимирской губернии и т. п.), но вся эта информация будет краткой и поверхностной, не тронутой глубиной воспоминаний и переживаний наших предков. Мы по крупицам собирали историю нашей деревни, исходя из рассказов оставшихся жителей, для того чтобы наши потомки могли иметь полное представление о жизни их бабушек и дедушек.

На Руси издавна считалось хорошим тоном знать своих предков «до седьмого колена». Родословное древо занимало почётное место в домах. Кровавые события XX века нарушили эти традиции. Утеряны записи, утеряны знания о предках.

Общепризнано, что память людей сохраняет историю 3 поколений, а потом имена людей, дела их размываются и всё постепенно забывается. Вот и мы достаточно чётко понимаем всё про род Шентеровых лишь на 3 поколения назад.

Получается, что авторы располагают достаточно обширным материалом о жизни 3 предшествующих поколений. Неудивительно, что именно этому историческому периоду и будут посвящены материалы представленной книги.

Достаточно широко мы представим и фотодокументы: пусть лица наших предков останутся в памяти потомков.

То, что нам не совсем ясно, мы будем описывать как свои гипотезы (варианты развития событий), делая ссылку на то, что это лишь версия.

История родной местности (Мещера)

В Мещере обнаружены следы пребывания древнего человека, относящиеся к эпохе позднее каменного века (III–II тыс. до н. э.). Древний человек селился у воды, обилием которой отличается Мещерская низменность. Об этом свидетельствуют неолитические стоянки в долинах рек Бужа и Поль: «Мочаловский полдник», Святоозерские стоянки, стоянки в районе деревень Микулино и Петрушино. Археологические находки собраны в музее деревни Перово.

Территорию современной Москвы и округи заселяли племена меря, мещера (Мордва, Мордовия). Меря, Мещера (Мордва, Мордовия) – это территория проживания древнемордовского этноса, в переводе с эрзянского языка: «меще» + «Ра» = «грудь Бога Ра». Мещера являлась духовным центром России, образно говоря – её сердцем.

Деревня Фролиха расположена в самом центре Мещеры. Эта местность издревле так и называлась – Мещера, или Мещерское княжество.

Мещера – древнее финно-угорское племя, жившее по среднему течению реки Оки. Эти глухие леса да бездорожье в своё время оберегали мещеряков от многих бурь и невзгод, укрывали их от набегов кочевников. Тщетно мы будем искать в истории Мещеры какие-либо крупные исторические события. Она никогда не имела политической самостоятельности и всегда подчинялась более могущественным соседям. Иосиф Юлиус Миккола – финский языковед, специалист по сравнительной грамматике славянских языков – слово «мещера» толкует как mekr – «пчеловод» от мордовского слова me, mek – «пчела». Во время раскопок мещерских поселений было обнаружено много предметов, свидетельствующих о том, что люди, жившие в этих краях, владели сложной техникой бортевого пчеловодства, за что действительно могли получить прозвище «мещера», т. е. «пчеловоды», «мещерские бортники».

В Толковом словаре Даля было обнаружено 800 слов мещерского языка, как в исходном, так и в адаптированном виде сохранившихся в диалектах, народных говорах живого великорусского языка. Проведён их анализ согласно тематическим группам (ландшафт, природные явления, животный мир, растительный мир, рыболовство, охота, бортевое пчеловодство, металлургия оловянной бронзы).

Оказалось, что древнее племя мещера – племя рыболовов и охотников – действительно владело сложной техникой бортевого (от мещерского слова «борть» – «улей диких пчёл в дуплах деревьев») пчеловодства, за что и получило от соседних племён название «месчера» – «медовые люди», по аналогии с известным этнонимом самодийского происхождения «печера», т. е. «лесные люди».

Ряд ключевых слов мещерского языка («кадь» – «мех металлургической печи»; «ловь» – «олово»; «медь», «огнь», «печь», «плавь», «сыпь», «угль», «гарь» – «шлак») указывает на то, что древнее племя мещера было знакомо с особенностями производства оловянной бронзы. Технология эта, по данным археологов, пришла в Мещеру с сейминско-турбинскими племенами алтайского происхождения во II тысячелетии до н. э.

Анализ слов мещерского языка, предназначенных для наименования объектов ландшафта, показал, что народ, создавший мещерский язык, обитал когда-то в местности, где можно было наблюдать объекты как горного («доль» – «долина»; «круть» – «скала, утёс»; «падь» – «ущелье, пропасть, межгорье»; «екать» – «склон горы»), так и равнинного ландшафта («биль», «мшарь» – «моховое болото»; «качь» – «трясина»; «лузь» – «луг», «низь» – «низина»; «вязь», «твань», «топь» – «болото; «новь», «пласть», «степь», «чисть», «цель» – «безлесная пустошь, целина»). Подобный ландшафт, как указывают ландшафтоведы, имеется только на Алтае недалеко от Телецкого озера.

Специалисты научного отдела Алтайского государственного природного заповедника свидетельствуют о том, что именно в этом месте перекрываются ареалы обитания тех видов животных, которые имеют такие же, идентичные с местными алтайскими наречиями, названия и на русском языке: выпь, гусь, «чубатая цапля» – колпь, чернь (нырковая утка) – «голован», кунь – «куница», рыба линь, лось, мень – рыба налим, мысь – белка, рысь, рябь – рябчик, хорь. Это подтверждает данные о географическом положении прародины древнего племени мещера, полученные на основании анализа слов мещерского языка, предназначенных для наименования объектов ландшафта.

Топонимика горного Алтая характеризуется высокой плотностью гидронимов, содержащих сочетание «ар» – корень арийского (индоиранского) языка племени аров (ar – «двигаться, находиться в движении»), которое, вероятно, и является очень дальним предком древнего племени мещера, жившего когда-то на Алтае, а затем, по неизвестной причине, совершившего переход из долины алтайской реки Тара в Восточную Европу, на берега мещерской реки с таким же названием – Тара. Это слово для аров было священным вдвойне, поскольку, согласно Н. К. Рериху, такое имя носило также главное женское божество на Востоке – символ Богини-Матери, Тары Милосердной, покровительницы человечества.

По археологическим данным установлено, что переселение аров происходило в составе сейминско-турбинских групп из района Алтая, поскольку недалеко от мещерской реки Тара расположены такие крупные археологические памятники уникальной сейминско-турбинской культуры, как Сейма, Решное. На Алтае, в долине реки Чарыш и около устья алтайской реки Тара, недавно найдены наконечники копий сейминского типа, изготовленные, как и наконечники копий из мещерской Сеймы, с использованием оловянной бронзы алтайского производства методом тонкостенного литья.

Таким образом, можно сделать вывод, что людей племени мещера и славян связывает общее индоевропейское наследие. Вот почему так легко были восприняты славянами и стали для них родными многие слова мещеры, обозначающие виды животных и растений, элементы ландшафта. Вот почему культура племени мещера так легко слилась со славянской в единое целое[1].

Бортью с глубокой древности называли всякое старое дерево, дупло которого обжили дикие пчелы. Слово это очень древнее и происходит от слова «бор» – сосновый лес. Корень этого слова восходит к древнему индоевропейскому корню bor/bur/ber, связанному с обозначением оттенков красного цвета. Отсюда же берёт начало и славянское обозначение бурого цвета. В древние времена мещерские бортевики разыскивали дуплистые деревья, в которых находились пчёлы, и добывали мёд. Однако искать такое дерево по всему лесу – занятие не из лёгких, да и мёда таким образом много не добудешь, поэтому придумали изготавливать искусственные борти в стволах сосен и приманивать в них пчёл. Изготовление борти стоило больших усилий, поэтому такие бортевые деревья явно были на особом счету, передавались от отца к сыну и помечались особым родовым знаком – «знаменем». Описание бортевого промысла можно найти в записках знаменитого арабского путешественника X века Ибн-Русте, изучавшего быт славянских племён и их соседей: «Из дерева выделывают они род кувшинов, в которых находятся у них и ульи для пчёл, и мёд пчелиный сберегается. Хмельной напиток приготовляют из мёда».

В древнейшем памятнике русского права – «Русской правде» (XI–XII вв.) – есть свидетельство о том, что борти были предметом купли-продажи: «…а еже борть разнаменуеть, то 12 гривен продажи».

Все мы чтим светлую память святых и благоверных князя Петра и княгини Февронии, правивших в Муроме в начале XIII века, ставших символом супружеской любви, верности и семейного счастья. День их памяти – 8 июля – в XXI веке превратился в общенародный праздник. Из «Повести о Петре и Февронии», написанной в 40-х годах XVI века Ермолаем-Еразмом по заказу митрополита Макария, мы узнаём, что простая крестьянка Февронья была дочерью «древолазца», то есть бортника! Именно поэтому она, зная секреты изготовления снадобий из продуктов пчеловодства, вызвалась вылечить князя от страшного кожного заболевания. При первой встрече она рассказывает князю об их семейном ремесле: «Отец мой и брат мой древолазы суть, в лесе бо мед от древ всяк въземлют». Её рассказ наполнен тревогой за жизнь отца и брата, которые, уходя в лес за мёдом, могут сорваться с дерева и погибнуть: «Мысля абы не урватися с высоты. Аще ли кто урьвется, сей живота гоньзнет».

Чем занималось племя мещера?

Рязано-окские предки мещеры были, скорее всего, скотоводами. Остальные промыслы носили подчинённый характер. При переселении из долины Оки в мещерские леса скотоводство, вероятно, престало быть для них главным занятием. Хозяйство стало более комплексным и максимально приспособленным к местной специфике: лесное скотоводство, охота, рыболовство, огородничество, бортничество. Мещера унаследовала ремесленные навыки своих предков: мещеряки были умелыми кузнецами и отливали изящные художественные изделия из бронзы. Последние изготовлялись по традиционной для окских финнов технологии: сначала украшение лепилось из вощёных верёвочек, затем изготавливалась форма.

Архивы и исторические знания не дают однозначного ответа на вопрос, кто правил мещерским племенем (княжеством). Есть записи, что брат Батыя – хан Чилаукун – получил во владение Мещерские земли в 1238 году. Его мы можем уверенно назвать первым мещерским князем.

Памятник на Шипке

Князь Мещерский Александр Укович продал «Мещерские места» в 1372 году Дмитрию Донскому. Причиной продажи можно считать тот факт, что Александр «остался, после отца своего, молод с матерью». Эта сделка оспаривалась князем Олегом Рязанским, который считал, что мещерские князья находятся в вассальной зависимости от него. Недовольство князя Олега привело к тому, что он не вывел свою дружину на Куликовскую битву. Сразу после битвы Дмитрий Донской водил войска на Рязань, где под угрозой разорения города заставил князя Олега отказаться от притязаний на Мещеру. Так Мещера вошла в состав Московии. Князья мещерские впоследствии состояли на службе у московских князей (царей), они не раз упоминаются добрым словом в официальных документах.

Язык мещеры и других племен, обитавших здесь в незапамятные времена, унесён «ветром времени», исчез во тьме веков, но до наших дней дошли названия рек, озер, селений, сохранившие древние этнонимы: Нинур, Дандур, Сентур, Кикур, Синур, Эрлекс, Нарма, Исихра, Пра, Клязьма, Гусь, Исады, Колпь, Судогда, Ока и др.

Древние тракты (дороги)

Мещера – территория, по которой проходят древнейшие дороги. Важнейшей дорогой, пролегавшей через мещерские дебри, был Старо-рязанский тракт, начинавшийся от Волжских ворот древнего Владимира и проходивший вдоль русла рек Поль и Бужа, в обход озёр, к левому берегу Оки, на Рязань.

Могучая и полноводная в те времена Клязьма, прорезавшая причудливыми петлями широкую пойму под владимирской горой, несла свои воды в Оку, связывая глубинные земли окско-клязьминского междуречья с древнейшим торговым путём Восточной Европы – Волгой. Недаром позднее, в XII веке, городские ворота Владимира, выводившие к Клязьме, были названы не Клязьминскими, а Волжскими. Лежавший на окраине Киевской державы Залесский край с его древними городами, Ростовом и Суздалем, был щедро наделён естественными богатствами. Его леса изобиловали пушным зверем, реки и озёра – рыбой, тучные речные поймы создавали условия для развития скотоводства, а главное – на северо-запад от Клязьмы лежал огромный безлесный район плодородного «ополья», манивший на свои просторы земледельцев.

Гораздо раньше (в начале I-го тысячелетия н. э., ещё на заре развития русской государственности в VI–VIII веках) по речной системе Мещеры проходил древнейший водный торговый путь. Он соединял среднее течение Оки и Клязьмы по рекам Гусь, Колпь и Судогда, в обход Волжской Булгарии, по которому серебро Арабского халифата через Клязьминскую и Волжскую Нерль, Плещеево озеро попадало в Ростов, Новгород и далее в Скандинавию и Западную Европу. На территории Мещеры найдены клады, в которых были арабские серебряные монеты. Это ещё одно свидетельство того, что серебро из арабских стран этой дорогой попадало в Европу. Пятнадцать кладов с арабскими серебряными дирхемами были обнаружены на территории бассейна Оки. Назовём самые значительные из них. В селе Гручин на берегу Большой Смедвы, правого притока Оки, был найден клад абассидских, тахиридских и самаркандских монет. В сёлах Остроги и Роставец были найдены глиняные кувшины X века с халифскими и тахиридскими монетами. Клад, обнаруженный в деревне Хитровка, содержал византийские и восточные монеты VIII–IX веков общим весом более 2 кг. Вблизи села Белый Омут, на территории древнего поселения на левом берегу реки Оки, найдены 2 клада: один – из украшений и саманидских дирхемов, другой – из разных восточных монет общим числом 110 штук. В селе Озерицы был найден клад – более ста разных восточных монет. На берегу Нары, левого притока Оки, в 12 км от станции Шарапова Охота найден клад – 227 дирхемов XI века. На берегу Осётра, правого притока Оки, в селе Железницы, через которое проходил древний южный торговый путь, найден клад, состоящий из украшений и восточных монет общим весом около 2 кг.

Арабские клады на притоках Оки подтверждают нашу версию о древних тактах и интенсивной торговле в Мещере в прежние времена.

Клады из российских монет и драгоценностей в ещё больших количествах находили на территории Мещеры. Так, в 1924 году на левом берегу реки Клязьмы, в районе города Щёлково, был обнаружен клад серебряных слитков XII века. В 1901 году в районе деревни Мизиново, находящейся на реке Воре, был найден горшок с мелкими серебряными монетами Ивана III. В 1948 году в посёлке Успенский Ногинского района, расположенного на реке Клязьме, найдена кубышка с монетами Ивана IV. Надеемся, что и около Фролихи найдут клад или монеты и местность наша подтвердит свою древнюю историю.

Оба тракта пересекались в самом центре мещерского треугольника – у цепочки озер, из которых вытекает река Пра.

Парусные караваны некогда проплывали по большим и малым рекам прекрасных московских лесов. Реки эти были в то время более полноводными, чем сейчас, и доступными для судоходства небольших торговых ладей. Вполне вероятно, что одна из таких торговых дорог с Востока на Запад проходила и по нашим рекам – Пре, Буже, далее в Клязьму. Причём местное население не только наблюдало за проплывающими мимо ладьями, но и само участвовало в торговле, предлагая в обмен на серебряные монеты (собственных местонахождений серебра поблизости не было) мёд, воск, дёготь, меха белки, куницы, бобра.

В районе условного географического треугольника – деревень Турово, Большие и Малые Острова Собинского района – обнаружены скопления камней, в том числе уникальный объект – мегалит «Судьбина» в форме призмы внушительных размеров (длина 2,2 м, ширина 1,0 м, высота 0,9 м). Установлено, что мегалит представляет собой полевой шпат малинового цвета. Отличительными признаками камня «Судьбина» являются 3 гладкие (отшлифованные) грани с острыми рёбрами, расположенными под прямыми углами, а также наскальные рисунки, среди которых древним художником отчётливо изображена «голова лосихи». Это свидетельствует о «рукотворном» периоде в истории мегалита, который, по-видимому, был центральным элементом (менгиром) кругового мегалитического сооружения. В пользу этой версии свидетельствует другой камень внушительных размеров, который расположен в 50 м южнее «Судьбины». Основная его часть находится под землёй. Среди местных жителей распространено поверье, что именно рядом с этим камнем проходила дорога на Великий Новгород. Отрезок современной просёлочной дороги старожилы так и называют – «Рюрикова дорога».

Местные жители продавали заморским купцам за серебряные монеты соль, мёд, воск, дёготь, пеньку, меха белки, куницы, бобра, даже невольников – молодых мужчин и женщин.

Первым путём передвижения для наших предков были реки. Практически все древние городища, селища, погосты, курганные группы расположены на крупных и мелких реках. Река для славян – транспортная артерия, источник питания, промысла и мистический символ.

В период становления Владимиро-Суздальского княжества, когда ещё кафедра патриарха находилась в Киеве, по льду Пры, Мещерских озер и Буже пролегал зимний Патриарший путь из Киева через Рязань до Владимира. Знания об этом старинном тракте позволяют по-иному посмотреть на насыпную дорогу по дну озера Исихра. С очень большой вероятностью можно говорить о том, что дорога по дну озера – часть этого старинного тракта. Теперь становится понятным и местонахождение деревень Кузнецы, Коробово, Головино, Жабино, Малахово, Ягодино, Тихоново, Избищи, Тюрьвищи, которые географически были расположены очень выгодно: вдоль старинного важнейшего тракта, связывающего Рязанские и Владимиро-Суздальские земли. Ясным становится и то, почему было выпрямлено русло реки Бужа: поскольку река была, по сути, дорогой, летом по воде, а зимой по льду крайне неразумно было ехать, повторяя её многочисленные повороты.

А поскольку река неширокая, её русло прокопали, сделав прямым. Отчасти это предположение подтверждается тем, что жители деревни Головино до сих пор называют реку Бужа не рекой, а канавой (т. е. словом, близким к слову «канал»). Это ещё раз доказывает рукотворное происхождение её русла.

Далее дорога шла через Старково, Посерду и Белое вдоль Мещерских озёр на Спас-Клепики, Солотчу и спускалась к Оке.

Относительно недалеко от наших мест когда-то проходил старинный Касимовский тракт (XV–XVII вв.): он шёл через Люберцы, Егорьевск, Спас-Клепики, Туму, Гусь-Железный, Сынтул. Именно этот тракт соединял столицу Московского государства и город Касимов – столицу первой национальной автономии России – Касимовского царства, игравшего роль пограничного буфера между Московией и ногайской Ордой. Возможно, этот путь существовал (или был создан) при Юрии Долгоруком.

Именно вдоль этих путей возникали древние русские города, а после крещения Руси строились православные храмы и монастыри. В глубинах лесов Мещеры это строительство началось при Юрии Долгоруком. В 1152 году был построен Городец Мещерский (ныне Касимов), а Андрей Боголюбский в 1171 году, согласно летописям, заложил в южных пределах Мещеры Андреев Городок. До сих пор точно не выяснено, где он находился. Известно только, что городок был каменным и что в городском соборе крестился ширинский князь Беклемиш.

Тогда возник ещё один торговый тракт вдоль левобережья рек Колпь и Гусь, связавший Владимир с Городцом Мещерским, который был полностью разорён и сожжён дотла в 1376 году ордынцами булгарского царевича Араб-Шаха (по кличке Арапша) и возрождён впоследствии как Касимов-городок.

Именно вдоль Московского и Владимирского трактов и по Старому Патриаршему пути в глубины лесов Мещеры стало проникать православие. Монахи-миссионеры рубили вековые сосны, ставили храмы и часовни на месте языческих капищ и погостов. Монахи сами обеспечивали себя хлебом насущным: трудились на огородах, сеяли рожь. Окрестные леса, богатые грибами и ягодами, озёра и реки Мещеры, полные рыбы, давали им дополнительное пропитание. Бобровый жир использовался для освещения монашеских келий. Занятие бортничеством помогало добывать не только мёд диких пчёл, но и воск, из которого делались свечи. Днём монахи выполняли свои послушания, а ночью истово молились. Доподлинно известно, что во второй половине XV века на реке Ястреб – правом притоке реки Судогды, в окрестностях села Заястребье (всего в 16 км на северо-восток от современного посёлка Красное Эхо), поселились святые монахи Прохор и Вассиан Ястребские и основали пустынь, получившую название Прохорова Пустынь. Из писцовых книг 1627 года известно, что в пустыни было 2 церкви: первая – Воздвижения Животворящего Креста Господня, вторая – в честь святителя Алексия, митрополита Московского. В XIV веке боярин Д. И. Годунов пожертвовал село Заястребье вместе с пустынью костромскому Ипатьевскому Троицкому монастырю. Память о святых местах и молитвенниках Божиих особенно сохранялась в деревнях, ближайших к этим местам: в селе Заястребье и деревне Гладышево.

Урочище Исады (Владимирская область, Гусь-Хрустальный район), расположенное в 0,6–0,7 км к юго-западу от деревни Тюрьвищи, мысовидный выступ левого берега реки Бужа, впадающей в озеро Святое, – археологический памятник-стоянка (селище) эпохи мезолита поздняковской культуры бронзового века. По всей видимости, Исады располагались на древней границе Рязанского и Владимиро-Суздальского княжеств, впоследствии – Рязанской и Владимирской губерний. Данную границу в Мещере определяет также расположенное в 38 км восточнее небольшое городище раннего железного века, позднее использовавшееся в древнерусское время, – Рязань-Гора, в 1,5 км к северо-востоку от села Уляхино, на правом коренном берегу реки Гусь. Возможно, в районе села Исады на реке Буже с судами и грузами производились некоторые таможенные действия. По Нерли, от Суздаля до устья реки, затем по Клязьме через Владимир и далее через волок (участок суши, где сближаются две реки) по рекам Поль и Бужа в Пру и Оку проходил важный древний путь. Особенно удобен он был при движении с севера на юг, почти на всём протяжении до Оки, по течению рек.

Близость тракта привлекала не только жителей (торговля, обслуживание путников в пути, близость к информации и т. п.), но и лихих людей, которые грабили путников на тракте.

В более поздний период возникли новые торговые пути. Благодаря Волочку Зуеву из Клязьмы по речке Дрозне люди уходили на юг, затем переносили лодки посуху и попадали в притоки Нерской, а по ним – в Москву-реку и Оку. Таким образом, через Волочёк Зуев проходил кратчайший путь из Владимира в Рязань – центр Муромско-Рязанского княжества. Благодаря этому волоку дорога между Владимиром и Рязанью сокращалась почти вдвое (по сравнению с дорогой через Яузский волок). Из-за возникновения таких более удобных путей наш тракт у Фролихи постепенно приходил в упадок, и о древней дороге люди начали забывать. Можно утверждать, что трактом у Фролихи люди интенсивно пользовались в X–XIII вв.

С XIII века торговый путь, связывавший Клязьму и верхнюю Волгу, проходил по реке Воре. Суда поднимались по левому притоку Клязьмы – реке Воре, затем по притоку Вори – реке Торгоше. В верховьях Торгоши, возле села Наугольного, проходил волок на реку Кунью, приток Дубны, и далее в Волгу.

Этот новый тракт обошёл нашу Фролиху стороной.

Местность «Чуприки»

Интересную версию выдвигал В. И. Платов (бывший губернатор Тверской области, уроженец деревни Угрюмиха, которая находится недалеко от Березников). Он утверждал, что вся местность, расположенная на правом берегу реки Клязьмы, вокруг Арбузова и Березников, называлась «Чуприки». Жители находились сначала в вассальной зависимости от суздальских князей (платили дань), а позднее Чуприки вошли в состав Суздальского княжества (платили подушную подать).

Местность эта, называемая Чуприками, возможно, именовалась так ещё и потому, что путник, проходя по ней, пачкался, ведь приходилось идти по болотистой местности и преодолевать озеро по колено в воде. Поскольку вода торфяная, цвета крепкой чайной заварки, то и одежда пачкалась, приобретая грязный коричневый цвет. Выходя из этих мест, путник говорил: «Ну вот прошли грязное место», т. е. прошли чуприки.

Данное прозвище было образовано при помощи уменьшительного суффикса «-ик» от слова «чупра», которое в старину имело значение «грязнуля». Возможно, Чуприками могли назвать ту местность, жители которой вынуждены были заниматься работой, в любую погоду неизбежно приводившей к загрязнению рук и одежды.

Местные жители «древней столицей» Чуприков считают деревню Коробово.

Дом в деревне Коробово

Озеро Исихра

Примерно в 2 км от деревни Фролиха лежит одно из самых крупных озёр центральной России – Исихра. Площадь озера – 176 га. На дне озера огромные запасы сапропеля – 2 700 тыс. м³.

Жители деревни от озера до леса устраивали забор из жердей (огораживали край леса, прикрепляя жерди прямо к деревьям). Благодаря этому возникал достаточно обширный участок, который одной своей стороной выходил непосредственно к озеру.

Озеро Исихра с его топкими берегами было не вполне пригодно для водопоя скота. С целью более благоприятного устройства водопоя невдалеке от Исихры со стороны Фролихи были устроены два рукотворных пруда. Пруды сохранились по настоящее время, хотя оба сильно заросли. Весь деревенский скот на летний период выгоняли на этот участок для свободного выпаса. Скот мог свободно перемещаться по участку, самостоятельно выходил к прудку (на краю леса у озера) пить воду или купаться. Из-за большого количества влаги около озера было достаточно заболоченных мест, на которых всегда хорошо росла трава. Женщины из деревни дважды в день ходили к озеру доить коров. Каждая корова знала свою хозяйку и бежала к ней, услышав, что её зовут.

Можно предположить, что в этой местности издревле выращивали лошадей, так как удобства для выпаса скота здесь очевидны. Таким образом, с большой долей вероятности можно утверждать, что название деревни произошло от имени святого Флора – покровителя лошадей, но это, конечно, всего лишь наши догадки.

На озере Исихра по дну была отсыпана достаточно узкая дорога из песка, шириной примерно 2–3 м. Дорога пересекает всё озеро, начинается от берега, где прямая дорога из Фролихи подходит к озеру, и выходит на противоположный берег. Зачем была сделана эта дорога, неясно: возможно, для перевозки грузов через озеро либо как брод для прохода скота и лошадей.

Местные жители рассказывают и такую легенду: эта дорога вела к центру озера, где на искусственном острове стояла церковь. Поставили эту церковь староверы, которые длительное время жили в округе. В результате провала грунта церковь ушла под воду. Это послужило исходу староверов от озера и выходу в люди. Староверы заселили местность в 4 км от озера. Это поселение сейчас – деревня Вышманово. Название деревни происходит от слова «вышли».

Частично дорога по дну озера сохранилась до наших дней. Часть озера с песчаной косой жители Фролихи называют «купальня». По песчаной косе можно пройти к центру озера на расстояние примерно 500 м, далее дорога обрывается.

Шентеров Евгений Павлович выдвигает интересную версию исчезновения дороги. В 1940 году рядом с озером военные обустроили полигон для обучения лётчиков бомбометанию. В летние дни большой двухмоторный бомбардировщик сбросил бомбы прямо в озеро. То ли из-за поломки самолёта, то ли из-за ошибки бомбы попали прямо в дорогу, которая шла по дну озера, тем самым разрушив её.

Многие рыбаки и ягодники, собирающие клюкву, при посещении озера Исихра обязательно умывают лицо и делают пару глотков воды. Этот ритуал жив по сей день.

Однажды летом 2012 года, купаясь в озере, Галанцев Вадим вытащил на берег элемент деревянной конструкции купола церкви. В настоящее время этот деревянный элемент хранится во Фролихе в доме Шентерова Сергея. Конечно, сказать точно, что это элемент купола церкви, нельзя, так как не было проведено соответствующей экспертизы. Природа порой создает такие естественные искривления деревьев, которые при минимальной фантазии можно принять за что угодно. Однако деревянную конструкцию можно потрогать своими руками и убедиться в том, что она очень напоминает половину купола храма.

Водяной орех – чилим

В древние времена в Мещере одним из любимых жителями продуктов, который давала природа, был водяной орех. Современное название его – чилим. Это сейчас его практически никто не знает и не пробовал на вкус, а в давние времена его добывали в огромных количествах. Со слов Шентеровой Екатерины Яковлевны, водяной орех привозили целыми подводами. Добывали его достаточно просто: специальными граблями с длинной рукоятью сгребали со дна водоёма. Затем чилим складывали в корзины и привозили в деревню, сушили, томили в печи и употребляли в пищу. Орехи в том числе использовали при приготовлении различных блюд.

Можно предположить, что орехи выращивались искусственно. В водоёмах отсыпали на дно песок, и там на небольшой глубине создавались идеальные условия для выращивания водяного ореха. Возможно, песчаная отмель на Исихре и есть такая «грядка».

Сейчас достоверно судить об этом невозможно. Но версия очень интересная и дающая пищу для размышления, ведь можно пробовать выращивать чилим на таких искусственных водяных грядках. Тогда водяной орех, занесённый в Красную книгу, станет распространённым и всеми любимым, желанным продуктом. Как сейчас говорят: получите бизнес-идею. Возможно, эту идею кто-то и реализует.

В конце мая – начале июня чилим зацветает белыми четырёхлепестковыми цветками. Цветки «выходят подышать» дважды в день – рано утром и поздно вечером, остальное время прячутся под водой. В воде происходит их самоопыление. На нижней стороне розетки образуются плоды – орехи, заключённые в твёрдую скорлупу, диаметром до 2–3 см. Вид у орехов причудливый: они похожи на голову карикатурного чёртика с 3–4, реже с 2 «рожками», которые на самом деле не рога, а шипы-выросты.

На первый взгляд не вполне понятно, зачем скромному обитателю тихих протоков так решительно защищать свой род и потомство? У него и врагов-то естественных нет. Даже грызуны не покушаются на грозный чилим.

Дело в том, что чилим – растение реликтовое. Как почти все цветковые, он появился в начале кайнозойской эры, во времена господства могучих зубастых млекопитающих, многие из которых были растительноядными и обожали кормиться на изобиловавших зелёной массой речных мелководьях. От них-то, способных разгрызать камни, и приходилось чилиму держать оборону. Но травоядные гиганты вымерли, а чилим сохранил свою «боевую экипировку» до наших дней.

Когда орехи начинают созревать, воздушные полости листовых черенков чилима сильно увеличиваются: растение набирает массу, и его нужно удерживаться на плаву. Созревание орехов – сигнал: стебель обрывается, растение «снимается с якоря» и плывёт по течению, как нагруженный урожаем кораблик. Вскоре листья и стебель сгнивают, а орехи тонут и цепляются за дно своими шипами-рожками.

Весной плотные чешуи скорлупы раскрываются. Первым из спящей почки появляется молодой корень. Сначала он тянется вертикально вверх, а затем, описав дугу, опускается и вцепляется в донный грунт. Заметно полегчавшая скорлупа всплывает, указывая направление растущему из той же почки стеблю – и её чешуи распадаются. Вскоре стебель достигает поверхности, на нём формируется листовая розетка.

Ещё раз подчеркнём, что в наше время этот орех чрезвычайно редок и потому занесён в Красную книгу.

Бужа

Река Бужа – один из истоков Пры. Вытекает из озера Исихра в 3 км на запад от поселка Асерхово Собинского района на уровне 134 м. На протяжении первых 26 км течёт в искусственном, спрямлённом, русле среди осушенных торфяников, болот (из которых крупнейшее – Иванищевское) и лесов в южном направлении.

В книге, изданной в 1852 году, указано, что река Бужа берёт начало из озера Похрова или Беловодского близ деревни Фролиха. Озеро это, по всей видимости, исчезло в результате осушения болот, выполненного в 1860 году под руководством генерала И. П. Жилинского.

Интересную версию выдвинул биолог Д. А. Лозовой. Он предполагает, что озеро Беловодское находилось примерно в 1 км от деревни Фролиха, справа от дороги на полигон. В этом месте явно виден котлован (ложе) бывшего озера. Светлые пески и сосновый бор, возможно, и дали название озеру – Светлое: светлые, белые, чистые воды…

На старинной карте 1350 года мы обнаружили исчезнувшее после работ по осушению местности старое русло реки Буша. Начало Буша берёт как раз в этом месте, далее она впадает на уровне 112 м (на уровне моря) в самое верхнее из клепиковских озёр – Святое озеро, из которого вытекает река Пра.

Слово «буж» даже В. И. Даль не упоминает, настолько оно забыто. Однако путешествие по карте от Мещеры на юго-запад помогает найти разгадку. На Западном Буге есть город Буг, древняя русская форма названия которого – Бужск. В. И. Даль, по обычаю своему, исчерпывающе гениален. Слово «буга» он описывает так: «Низменные берега речные, поросшие ивняком, осокорником и кустами на ширину поймы; лесная полоса, насколько она потопляется половодьем; лес и кустарник по руслу. На всей полосе этой вода перебуравливает лес…»

Впечатление такое, что русский энциклопедист путешествовал по нашей Буже в самый разгар половодья, в апреле, когда весенние воды заполняют всё пространство речного коридора на многие десятки километров. В говоре коренных жителей Архангельской области сохранилось слово «бужать» в значении «рыть песок или глину» и в значении «умирать». Тот факт, что географические названия-топонимы с корнем «буж» разбросаны на такой огромной территории, говорит о том, что они образовались достаточно давно, когда на этих удалённых друг от друга территориях был единый язык!

Вот география этих мест:

• озеро Бужа в Витебской области (Беларусь).

• село Прибуж, ручей Лбуж Гдовского района Псковской области.

• село Бужанка возле города Звенигородска Киевской области (Украина).

• Бужеск – старинное название города Буска в Галиции (Западная Украина).

• местечко Бужин близ города Чигирина на правом берегу Днепра (Украина).

• ручей Васильева Бужа с одноимённой деревней (Арский район республики Татарстан).

В говоре жителей мещерских деревень сохранилось слово «буздать», т. е. «жадно и много пить или лить воду». Это касается и проливных дождей, которые «буздат и буздат».

Близкое по звучанию слово «буза» по «Толковому словарю» Даля обозначает каменную соль. «Быть бычку на верёвочке, а козе – на бузе», т. е. на привязи у яслей, куда кладут соль-лизунец.

На Западной Украине словом «burza» (бужа) обозначают штормовой ветер.

Прочитав монографии и статьи об истории славян, мы нашли ещё один занимательный факт. Начальником канцелярии Велизария – полководца, служившего императору Юстиниану, – был Прокопий Кесарийский – крупнейший писатель и историограф своего времени, писавший на греческом языке. В своей книге «Война с готами» (555 год н. э.) Прокопий упоминает о борьбе антов – самого восточного крыла племён славянского происхождения – с восточными готами. После ряда сражений и поражений остготы хитростью захватили вождя антов Боза-Бужу и казнили его, распяв на дубе.

Вождь антов Боз-Бужа. Что это, опять совпадение? Скорее всего, нет. Вывод напрашивается один: название реки Бужа имеет очень древние корни, уходящие в начало I-го тысячелетия н. э. Имя реке дал народ, который жил здесь в незапамятные времена, и этот народ говорил на славянском языке.

Старожилы этих мест издревле привыкли жить среди болот. У них были не только открытые всякому глазу гати и гребли на «нормальных» дорогах, но и секретные, скрытые под водой примерно до уровня пояса. Трассировка таких подводных дорог специально делала их извилистыми, ведущими к укрытиям или языческим святилищам. Эти пути были известны только немногим посвящённым проводникам. Точно неизвестно, как они именовались в своё время, но сегодня историки называют их «кулгриндами» от диалектных жемайтских слов kulis – «камень» и grinda – «мостовая». Больше всего следов или известий о них сохранилось в современной Литве, но некоторые известны и в Беларуси, например, на озере Красное и между деревней Наносы и Мяделем на озере Нарочь. Нарочанская «кулгринда», называемая в народе чёртовой греблей, вымощенная плотно уложенными камнями, находилась на глубине примерно 125 см от поверхности воды, а от дна озера возвышалась где-то на 160 см. При длине около 1 км она имела ширину, достаточную для проезда 4 запряжённых коней одновременно. Такая дорога есть и по дну озера Исихра.

Озеро Святое

Площадь Святого озера (из Клепиковской озерной группы) порядка 700 га (по некоторым источникам, всего 300 га), средняя глубина около 2 м, максимальная – около 8 м. Дно озера илистое и очень вязкое, песчаные косы встречаются редко.

Владимирский берег озера сухой, вперемешку с заболоченными участками, поросший сосняком. Рязанский берег низкий и очень заболоченный: сильно сказываются особенности Мещеры, а московские берега озера – смесь первых двух типов, но в основном пологие, с большим количеством подходов и стоянок, удобных для туристов и рыболовов. Наверное, поэтому Святое озеро упорно называют подмосковным.

Купаться в Святом озерце целесообразно только со стороны подмосковных берегов. Пробовали с Владимирского берега – очень мелко и топко. А вообще-то, как и на других озёрах средней полосы России, без лодки там делать нечего. Только с лодки можно в полной мере насладиться красотой этого озера.

С севера, во Владимирской области, в Святое озеро впадает река Бужа, с юга – вытекает река Пра в озеро со странным названием Имлес. Владимирский берег крайне изрезанный, имеет очень неопределённые очертания, и иногда кажется, что это не одно озеро, а группа озёр.

На Святом имеется 2 больших острова: Дубовый и Берёзовый – и 3 маленьких островка (есть, правда, множество совсем крошечных, но они, по словам местных, то появляются, то исчезают). К любому из этих островов можно подплыть на лодке. Тот, который побольше, – Берёзовый. Он сильно заболочен, а пристать к нему можно, лишь пробравшись через сплошные заросли хвоща. Дубовый остров почти в 4 раза меньше по площади. Его окружает открытая вода, а среди деревьев попадаются дубы, очевидно, и давшие острову название.

По преданию, когда-то на уединённых берегах Святого озера находили пристанище иноки, основавшие там монастырь. Они и дали нынешнее название полюбившемуся озеру. Говорят, что охотникам и рыболовам прежде удавалось находить остовы древних церквей близ береговой черты.

История добычи торфа

Все русские княжества были расположены в зоне рудных месторождений – болот; русские кузнецы почти повсеместно были обеспечены сырьём. В некоторых районах Беларуси и Северо-Запада России болотную руду использовали в металлургической промышленности до XVIII века. В Древней Руси люди знали о торфе и его практическом использовании.

Торфяное болото

Применение ручного труда на торфоразработках

Получение и применение железа из болотных руд позволило осуществить исторически важный переход из каменного века в железный.

Становление железоделательного промысла связано с развитием промыслов по производству топлива – древесного, каменного угля и торфа. К сожалению, из-за очень скупых сведений, дошедших до нас, исследователи почти в полном неведении относительно продолжительности периода развития данного ремесла на Руси. Не вполне понятно, была ли развита подобная технология в нашей местности.

Лес

Вокруг деревни Фролиха всегда рос сосновый лес. Он был предметом пристального внимания и властей, и самих жителей. Лес – это дом, дрова и разнообразные предметы быта. Лес использовали для собственных нужд и для продажи.

Охраняли его лесники, которые жили в сторожках – в тех домах, которые стояли непосредственно в лесу. Сторожки находились по направлению от деревни Фролиха к селу Березники и по направлению к Собинскому торфопредприятию.

Лесник охранял лес непосредственно вокруг своего дома (массив леса – обход), а значит, был максимально приближен к вверенному ему лесному участку.

Лесники также следили за дорогой, чтобы по ней не вывозили лес.

За каждым колхозом был закреплён определённый лесной массив, и каждому хозяйству (дому) разрешалось заготовить за сезон до 10 м³ леса. Этот объём шёл как на дрова, так и на постройки.

Память людей сохранила интересные данные о том, как наши предки сохраняли деревни и свои посевы от пожара.

От озера Исихра до торфяного болота, расположенного недалеко от Арбузова, был прорублен «широкий просек». Географически это примерно на расстоянии 1/5 от деревни Фролиха по дороге до Березников, около 500 м далее лесной сторожки Князькиных.

Сторожка располагалась на месте соединения дорог Фролиха-Березники и Братилово-Березники (вторая дорога). Высокое и сухое место, удобное для строительства дома. В сторожке проживал лесник. Сейчас на этом месте лесная поляна, очень перспективное место для «чёрных копателей».

Расчёты за лес проводились на месте, у сторожки, монеты и иные ценные предметы могли быть там утеряны, лежат в земле и ждут своих искателей. Последний хозяин сторожки, Князькин Андрей, переехал во Фролиху и стал жить в доме Шентерова Кузьмы Демьяновича в конце 40-х годов прошлого века.

Просека отсекала все пожары, которые могли идти к Фролихе с запада. С юга местность наша была защищена озером Исихра и болотом вокруг озера, а с севера и востока редкие берёзовые леса до реки Клязьмы уже не представляли серьёзной пожарной опасности.

В лесах госфонда не рубили подряд весь лес, а отмечали отдельные деревья: только их разрешалось вырубать. Сначала необходимо было обратиться к леснику, тот в свою очередь указывал место и деревья, где можно валить лес. Естественно, в первую очередь на спил шли сухостой и берёза. Валить необходимо было умеючи, а то «навешаешь на деревья – живот надорвёшь» и дров не заготовишь. Делали это зимой и весной по снегу.

Камни

Период в истории человечества продолжительностью около 7 тыс. лет назван «каменным веком». Камни стали частью жизни древних людей, и ледниковые валуны со временем стали объектами поклонения. Сменяли друг друга века и тысячелетия, исчезали населявшие эти земли племена, но неизменными оставались только камни – самые стойкие хранители следов исчезнувших эпох.

Очень немногое из того, что сохранилось от тех архаичных времён, составляет одну из самых больших загадок Мещеры. Это мегалитические сооружения, выполнявшие тысячелетия назад священные, культовые и магические функции. Из множества собранных в округе камней складывали святилища – места поклонения обожествлённым силам природы, которые в более поздние времена являлись капищами языческим богам. Отдельные валуны внушительных размеров сами служили алтарями, их обожествляли, как необычные для этих мест объекты природы, как дары богов. Священные камни являлись уникальной частью культурного ландшафта Мещеры, несущего отпечатки идущей из глубины веков живой традиции взаимодействия человека и природы.

Сформировавшиеся здесь сакральные объекты мегалитической культуры являются во многом сплавом верований и представлений населявших Мещеру финно-угорских народов и славян. В местах расположения мегалитических святилищ, ритуальных камней и языческих капищ с приходом христианства возводились первые православные церкви и часовни. На территории Мещеры в течение нескольких столетий существовало двоеверие и сохранялись отголоски язычества, в том числе и в форме поклонения священным камням.

Есть такой камень-алтарь и у нашей часовенки. По воспоминаниям жителей деревни, раньше таких камней было 4 – по всем сторонам света от часовенки. После революции 1917 года в Собинке поставили первый в России памятник Карлу Марксу (он до сих пор стоит на своём месте), из Фролихи увезли к нему 3 больших камня. Один камень забрать не осилили: очень он большой. Вот этот камень по настоящее время и лежит у часовни.

Интересное наблюдение: земли по левому берегу реки Шалавка камней содержат мало, тогда как земли правого берега порой буквально усыпаны камнями.

В пору рассвета колхозного движения на этих полях после весенней пахоты жители собирали целые кучи камней для хозяйственных нужд. И так – ежегодно, будто земля правобережья выталкивала камни каждую весну.

История деревни Фролиха

Первое летописное упоминание о деревне Фролиха произошло по случаю женитьбы Дмитрия Донского и суздальской княжны Евдокии в 1366 году. Фролиха, Арбузово и ещё ряд населённых мест были отданы великим Суздальским князем Дмитрием Константиновичем (правнук младшего брата Александра Невского – Андрея) в приданое дочери.

Это граничащее с княжеством Мещерским владение поставляло к княжескому столу пищу. Арбузово и Фролиха стали дворцовыми сёлами, и, естественно, статус крестьян здесь был достаточно высок. До наших дней на территории Арбузова сохранились следы княжеской усадьбы.

Особенно интересно, что в деревне существовало самоуправление.

После Куликовской битвы Москва вновь попыталась подчинить себе Рязанское княжество. В 1381 году Дмитрий Донской заставил Олега Ивановича подписать договор, по которому рязанцы отказывались от своих владений в верховьях Оки и города Тулы в пользу северного соседа. В документе московский князь назван «старшим братом» рязанского князя. Это означало, что Олег Иванович признал свою зависимость от Москвы.

Дмитрий Донской умер в возрасте 39 лет в 1389 году. Евдокия вдовою прожила 18 лет и незадолго до смерти постриглась в монахини под именем Ефросинья.

В 1389 году великая княгиня Евдокия пожертвовала «в дом Пресвятой Богородицы и чудотворцу Великому князю Александру село Арбузово с деревнями, пожнями и с водами, и со всем до села Баскаково с хлебом и с животиною». Мы предполагаем, что речь идёт о селе Баскаково, что находится около Боголюбова. Если это так, значит, практически все земли вокруг города Владимира были подарены церкви. Причиной было то, что Рождественский монастырь (основанный Андреем Боголюбским в 1175 году) с 1230 года стал главной обителью Северо-Восточной Руси. В 1263 году в нём похоронили Александра Невского. В 1299 году митрополит Максим перенёс Первосвятительскую кафедру из Киева во Владимир.

Так деревня Фролиха из княжеского управления, а по сути, из самоуправления, перешла под власть церкви, а именно – Владимирского Рождественского монастыря.

Уже в 1628 году в селе Арбузово существовала деревянная Покровская церковь, к приходу которой относились близлежащие деревни, в том числе и деревня Фролиха, находившаяся в 4 верстах от церкви. В церковных книгах этой церкви мы и почерпнули исторически подтверждённые данные о наших предках. Как жила наша деревня в то время, можно только представлять…

Более-менее достоверной является информация, фиксировавшаяся начиная с XVIII века.

На протяжении всего указанного века основным источником пополнения бюджета государства оставалась подушная подать и иные сборы, которые исчислялись по душам. С 1732 года подушная подать собиралась 2 раза в год: январь-март и сентябрь-декабрь. Переход к подушной подати потребовал включения в тягло всех категорий крестьянского и посадского населения, которые до введения подушной подати освобождались от налога. Однако в то же время население не могло в полной мере нести тяжести обложения, в связи с чем общий размер подати уменьшался в течение 1725, 1727–1728, 1730 годов, а при Екатерине II размер дани составлял 70 копеек с души. Недостаток средств в государственной казне ускорил решение об «изъятии» церковных земель.

После упразднения монастырских вотчин в 1764 году деревня перешла в управление государственной коллегии экономии.

В исповедной росписи церкви села Арбузово за 1771 год деревня Фролиха значится вотчиной поручика Ивана Яковлевича Богданова (род Богдановых записан в 6-ю часть родословной книги Владимирского дворянства). Его род происходит от Осипа и Василия, сыновей Исая. Это пятый род Богдановых. В деревне в 13 дворах проживало 96 крестьян обоего пола.

В 1778 году был образован Судогодский уезд (ранее волость), который состоял из 28 волостей. В их числе – Березниковская волость, в состав которой входила относившаяся к приходу церкви села Арбузова деревня Фролиха. Город Судогда, к слову, в то время считался одним из наиболее значительных городов Владимирской губернии.

В начале XIX века Фролиха перешла во владение графа Апраксина.

Род Апраксиных тесно связан с Владимирской землёй. Фёдор Алексеевич Апраксин в 1778 году был избран первым губернским предводителем дворянства. Он избирался 3 срока подряд и исполнял свои обязанности до 1787 года. В 1795 году деревня Фролиха значится за графиней Елизаветой Андреевной Апраксиной, вотчину которой составляло сельцо Березники с деревнями – всего 583 души, в деревне Фролихе – 62 души. Согласно ревизской сказке 6-й ревизии 1811 года в деревне Фролиха проживало 16 семей крестьян (55 человек), из них 1 семья в 8 душ в 1811 году продана, а крестьянский сын Марк Игнатьев отдан в 1806 году в милицию. Всего в Судогодском имении Апраксиной 741 человек крестьян обоего пола.

По ревизской сказке 7-й ревизии 1816 года полковница Елизавета Андреевна Апраксина владела в деревне Фролихе 109 душами крестьян обоего пола (16 семей).

22 января 1822 года действительная статская советница графиня Елизавета, Андреева дочь, жена Апраксина, просила Владимирскую палату гражданского суда выдать ей свидетельство на её имение, состоящее во Владимирском, Юрьевском, Вязниковском, Покровском и Судогодском округах, для займа денег в кредитных учреждениях. По справкам из уездных судов имение досталось ей по наследству от отца Андрея Алексеевича Кузьмина-Короваева и тётки Елизаветы Алексеевны Лодыженской и составляло всего 1481 душу, никакого запрещения на имении не было. В Судогодском имении за Е. А. Апраксиной значится: сельцо Березники (152 души), деревни Космина, Малый и Большой Острова, Быши, Пушкина, Голубина, Халтурка, Готовкина, Крутояк, Фролиха (55 душ).

Пётр Иванович Апраксин с 1821 по 1827 годы был владимирским губернатором. Последней владелицей деревни была дочь Петра Ивановича Елизавета, она и продала деревню государству в 1829 году. С тех пор Фролиха стала государственной деревней.

1829 году были утверждены 33 казённые (государственные) волости плюс волости, подчинённые палате земледелия и палате государственного имущества. Соответственно, крестьяне в пределах этих волостей считались или казёнными, или удельными. Это, конечно, не значит, что все деревни и сёла в этих волостях были казенными или удельными. Были в волостях и помещичьи деревни и сёла. Березниковская волость была казённой, лишь деревни Карпово и Братилово были помещичьими (владел ими помещик Алябьев).

Подробно про род Алябьевых мы расскажем в отдельной главе.

Согласно ревизской сказке 8-й ревизии 1834 года в деревне Фролиха 2 крестьянские семьи (21 душа) значатся за генерал-майором графом Петром Ивановичем Апраксиным и 17 семей (122 души) – за его женой Елизаветой Андреевной Апраксиной.

Казённые крестьяне платили подушную подать и оброк в государственную казну. Средний надел составлял 4,6 десятины (5,01 га). Это больше, чем имели удельные крестьяне, и значительно больше, чем помещичьи. Они несли меньше повинностей и не знали помещичьего произвола. Ими управляли государственные чиновники.

В 1851 году казённые крестьяне составляли 26,4 %, удельные – 5,72 %, а помещичьи – 67,88 %.

В 1858 году по ревизской сказке 10-й ревизии сельцо Березники с деревнями, в том числе и Фролиха, принадлежали дочери тайного советника – девице графине Елизавете Петровне Апраксиной. Во Фролихе проживало 22 семьи (143 души).

Согласно «Списку населённых мест Владимирской губернии по сведениям 1859 года» (СПб, 1863 год) деревня Фролиха находилась в Судогодском уезде между Владимирско-Рязанским просёлочным трактом и границей Покровского уезда в 45 верстах от города Судогда, при колодцах.

Фамилии у крестьян стали появляться примерно с 1860 года. Ранее фамилии были только у дворян.

Накануне отмены крепостного права (1861 год) деревня насчитывала 26 дворов при 75 душах мужского пола и 79 – женского (Гримасы истории: на 2014 год в деревне Фролиха 26 домов!).

После реформы 1861 года крестьяне деревни Фролиха получили надельную землю в собственность, за которую платили выкупные платежи.

В 1866 году был принят закон о реформе казённой деревни. По этой реформе казённые крестьяне сохраняли свои наделы и угодья, за которые они платили в казну государственную подушную подать и оброчную подать. Оброчная подать составляла в среднем около 2,7 руб. серебром. Но налоги с крестьян не ограничивались выкупными платежами и оброчной податью. Все крестьяне платили подушную подать, губернские и волостные сборы.

В 1869 году в Судогодском уезде проживало 6 224 человека. Из 417 населённых пунктов (деревень, хуторов) только в 96 проживало более 100 человек. В 1872 году уже проживало 96 099 человек (в том числе 47 516 мужчин и 48 583 женщины).

По сведениям 1895 года, в деревне проживало 160 крестьян в 28 дворах, из которых 2 двора (2 мужчин и 4 женщины приписных отсутствующих жителей) не получили земельного надела. Земли в общинном владении имелось 207 десятин удобной и 8 неудобной, из них 1 двор имел надельной земли от 20 до 25 десятин, 4 двора – от 15 до 20 десятин, 6 дворов – от 5 до 10 десятин. Крестьяне имели 9 лошадей, 20 коров и быков, 5 овец. 6 дворов использовали труд одного наёмного работника, 3 двора – двух, и 1 двор – трёх наемных работников. В деревне было 8 грамотных мужчин, обучавшихся вне школы. В 11 дворах 19 крестьян занимались неземледельческими промыслами.

По спискам населённых мест Владимирской губернии за 1895 год и материалам для оценки земель Судогодского уезда за 1898 год деревня Фролиха числилась в первом Благочинном стане Березниковской волости как ранее принадлежавшая князю Апраксину. На момент оценки земель она значилась как собственник на выкупе в 29-й общине из 30. По этим же спискам Фролиха числится под № 6104, третьего участка земского начальника, первого участка судебного следователя. Расположение: 25 вёрст от Владимира, 62 версты от уездного правления, 13 вёрст от волостного правления, 22 версты от почтовой станции, 13 вёрст от ближайшего врачебного пункта, 4 версты от ближайшей школы, 19 вёрст от железнодорожной станции.

По материалам на 1898 год в деревне проживало:

Все дворы делились на надельные и безнадельные. Надельных дворов было 26, безнадельных – 2. Все дворы распределены по рабочей силе следующим образом:

Не было дворов с наёмными рабочими ни для промыслов, ни для земледелия. Был один двор с торговым заведением. В деревне был 21 грамотный мужчина, полуграмотных мужчин – 5; грамотных женщин было 2, полуграмотных – 0.

Численность скота на дворе зависела от наличия лошади. Дворов без лошади и коровы не было, но не было и дворов с двумя и более лошадьми. Дворов с тремя коровами было 5, с двумя – 6. Всего скота в деревне было: 20 лошадей, 45 коров и быков, 11 телят старше 1 года, 9 телят до 1 года, 10 овец, 16 свиней. Коз не держали.

Средний урожай зерновых в пудах (1 пуд – 16 кг) с одной казённой десятины (1 каз. десятина равнялась 1,09 га) по уездам указан в таблице.

Данные по урожайности сельскохозяйственных культур на конец XIX века:

Только Юрьевский уезд обеспечивал себя хлебом и имел излишки. Дефицит хлеба составлял 11 млн пудов, а по Судогодскому уезду урожаи сельских культур были настолько низкими, что крестьяне вынуждены были заниматься отхожими промыслами, т. е. после уборки урожая мужчины и незамужние женщины уходили в города на заработки до начала весенних полевых работ.

Ещё один показатель уровня жизни крестьянской семьи – наличие лошади в крестьянском дворе:

Не имели лошадей: в 1882 году – 935 дворов, в 1888 году – 184 двора, в 1900 году – 2 573 двора.

К низким показателям сбора урожая зерновых в уезде необходимо добавить и низкие показатели сбора трав с незначительными питательными качествами (овражное, с лесных и болотистых пустышей).

1896 год. Урожай трав

Средний сбор сена в пудах с одной десятины покосов в уездах Владимирской губернии:

По сведениям 1905 года в деревне Фролиха Березниковской волости Судогодского уезда проживало 179 жителей в 30 дворах.

1908–1913 годы. Средний сбор сена с одной десятины различных покосов:

К этим данным необходимо добавить данные по Березниковской волости, в которую входила и деревня Фролиха в 1903 году.

В Березниковской волости было:

Жители деревни платили следующие налоги на 1898 год:

Маленькие деревеньки, такие как Фролиха, Карпово, Зубово, Корчагино, Вошилово, и многие сотни похожих жили своей трудной жизнью: строились, обустраивались, трудились от зари до зари, хранили традиции, жили в полном согласии с природой.

В прежние времена, когда не было привычных сейчас холодильников, продукты питания хранили в погребах. Для поддержания низкой температуры ранней весной в погреб (вырытый в земле и обложенный либо тёсом, либо камнем) закладывали лёд с пруда, который резали большой пилой, все неровности и щели закладывали снегом. Лёд в погребе лежал до конца сентября, охлаждая продукты. Так что пруд в деревне использовали и как ресурс по добыче льда.

Овощи, собранные осенью на огороде, закапывали в ямы. Место выбиралось высокое и сухое. Яму копали глубиной около 2 м, обкладывали сетками можжевельника, чтобы мыши не испортили овощи. Весной вскрывали ямы и получали свежие овощи, будто только что убранные с грядки.

Низкие урожаи и достаточно серьёзные подати вынуждали крестьян больше времени уделять не земледельческим занятиям. Падение сельскохозяйственного производства практически всегда предшествовало росту промышленности, в том числе и кустарных промыслов. Самые активные жители Фролихи отводили земледелию второстепенное место в своей деятельности. Занимались они в основном торговлей, охотой и рыбалкой, разведением скота на продажу, разведением пчёл, сбором фруктов и ягод на хранение и дальнейшую продажу, строительством и пр.

За деревней на речушке Шалавка была устроена плотина, которая имеет явно искусственное происхождение. По всей видимости, с полей возили камни и землю и смогли создать водоём. На нём установили мельницу. По нашим данным, эта мельница принадлежала Макаровым. Позднее плотину много раз размывало водой, но люди вновь её ремонтировали. Водоём использовали для отдыха и ловли рыбы. История мельницы наверняка интересна, но мы ничего об этом не знаем.

Со слов Шентеровой Е. Я., в начале XX века в лесу за деревней работала уникальная паровая передвижная лесопилка. Говорили, что она из Швеции, а работала, как небольшой паровоз: прибор двигался по рельсам, переезжая от одного дерева к другому, выпиливал только большие созревшие деревья и сразу распускал их на доски. Мужики грузили эти доски на телеги и вывозили их для реализации. Брали из леса деревья выборочно, а ветки и иные отходы сразу сжигали для получения энергии. Чья эта была лесопилка? Быть может, Екатерина Яковлевна рассказывала про свою лесопилку? Ответов на эти вопросов, увы, нет. Как вам, читатели, такой экономный и экологически безупречный подход наших предков к использованию леса? Согласитесь, есть чему поучиться.

Анкета экономического обследования по д. Фролиха Собинской волости Владимирского уезда по данным 1925 года

ПОЛЕВОДСТВО

Пашня в селении Фролиха всего 85,20 десятин; усадебной земли – 9 1/4 десятин. Характер землепользования – трёхпольное, широкополосица.

Яровое поле на 50 % занято под картофель, 30 % – под гречу, 20 % – под овёс и вику. Земля засеяна полностью.

Стоит же обработка земли: 20 руб. с едока, 45 руб. с десятины. Состояние озимых посевов и виды на урожай в этом годе – ниже среднего.

От вымочки посевы нонеча не погибли, а вот от вымерзания – 10 % всей земли. Пересева озимого клина весной не наблюдалось.

Земли по составу на 75 % песчаные, остальные – корнеплодные.

Урожайность ржи-картофеля-гречи в среднем. А овса и гречи вики в селении не сеют.

В селении 4 безлошадных хозяйства, из них 2 не имеют побочного заработка.

ЛУГОВОДСТВО

Заливных и лесных лугов нет, а вот суходольных – 21,30 дес., болотных – 22,95 дec. Сена накашивается на едока в среднем 25 пудов.

ЖИВОТНОВОДСТВО

Лошадей от 3 лет и старше – 33, от года до 3 лет – 2, до 1 года – 1. Коров от 2 лет и старше – 73, коров до 2 лет – 11, телят до 1 года – 16, быков старше 2 лет – 1. Коз вообще нет, овец перезимовавших – 51 шт., свиней – 36.

САДОВОДСТВО

Всего два хозяйства имеют яблони (10 шт. деревьев). Имеется общественный капустный огород – 1,5 десятины.

ПЧЕЛОВОДСТВО

Шесть хозяйств во Фролихе занимаются этим делом. Всего ульев – 64.

ПРОМЫШЛЕННОСТЬ – «Никакой».

НАСЕЛЕНИЕ

Хозяйств – 42; число едоков – 227 чел. (из них не связаны с землёй 13 чел.). Постоянный заработок на фабрике имеют 20 человек. Сезонных рабочих (отхожий промысел) – 17 человек. Ближайший рынок сбыта – на ф-ке «Коммунист. Авангард» (12 вёрст).

Член Президиума Собинск. ВИК Пашков О. К.

Предсельсовета: Бутов.

Члены комиссии: Шентеров, К. Евсеев. Ф. Бусурин, Надежда Шентерова.

Арбузово

Имея знания про древние тракты: Рязань—Владимир, Суздаль, Великий Новгород, Владимир—Суздаль, по-иному можно посмотреть и на местонахождение села Арбузово. Оно располагалось недалеко от древних трактов, по которым было можно наладить устойчивое снабжение продуктами питания города Суздаля, а в дальнейшем – и Москвы. Нам известно, что село Арбузово было поставщиком продуктов на княжеский стол. Оно поставляло и то, что сами не выращивали, а могли купить у торговцев, которые везли свои грузы по трактам. Экономически это было очень выгодно.

Становится понятным, почему в пределах Арбузова некогда был монастырь. Монастыри создавались и в том числе как крепости для защиты той или иной важной местности или дороги. Монастырь в Арбузове возник для контроля над местностью и трактами. А в упадок пришёл и окончательно разрушился тогда, когда старыми трактами перестали пользоваться (возникли новые, более удобные, транспортные маршруты).

Жители Арбузова имели статус дворцовых крестьян. Дворцовые крестьяне – феодально-зависимые крестьяне, принадлежавшие лично царю и членам царской (княжеской) фамилии. Земли, населённые дворцовыми крестьянами, назывались также дворцовыми. В дворцовых поселениях существовало местное самоуправление, до начала XVIII века они управлялись приказчиками, а потом – управителями. Основной обязанностью дворцовых крестьян было снабжение великокняжеского двора продовольствием. Дворцовые крестьяне платили натуральный или денежный оброк или то и другое одновременно, поставляли хлеб, мясо, яйца, рыбу, мёд и прочие продукты, выполняли различные виды работ, включая поставку на своих подводах ко двору продовольствия и дров.

В XVI веке Московское государство занимало около 2,9 млн м². Так как к XVI веку крестьяне перестали облагаться налогом (налог возложили на земли), они стали более самостоятельными людьми и могли переезжать на другие территории.

Торговля в городах сильно выросла. В северные земли доставляли хлеб, а оттуда везли соль, рыбу и пушнину. В сфере товарного образования значились продукты промыслового хозяйства и ремесленные изделия. Внешняя торговля активно набирала обороты. Новгород и Смоленск были связующим звеном торговых связей с Западом. В 1553 году через Белое море был открыт торговый путь в Англию. Экспортировались продукты русских промыслов и лес, а импортировались оружие, металлы, сукно. С Востока в Россию завозили китайские ткани, фарфор, драгоценности, а вывозились меха, воск. Возможно, эти экономические причины и побудили людей из рода Шентеровых переехать в Смоленск. Вот поэтому мы встречаем Шентеровых на Смоленщине. Например, Шентеров Георгий Фёдорович – старший сержант 210 мсп. 82 мсд., 1918 г. р., деревня Голоусово Пречеслинского района Смоленской области. Призван Звенигородским РВК Московской области. Умер от ран 14 ноября 1941 года. Похоронен: братская могила на 52-м км шоссе Москва—Минск, Одинцовский район.

Земли вокруг Арбузова принадлежали церкви до 1764 года. В тот год императрица Екатерина II провела реформу, по которой церковные земли изымались и передавались государственной Коллегии экономии. На Екатерининских картах 1778 года деревня Фролиха есть. Позднее эти земли находили своих новых хозяев либо оставались в государственном управлении.

Алябьевы-Ивановы

Алябьевы оказали существенное влияние на жизнь нашей малой родины.

Первые сведения об Александре Олябьеве (Олябе) датируются 1480 годом. В словаре «Родословной российской» М. Г. Спиридова и М. М. Щербатова написано: «непонятно откуда пришёл сей род», но уже упоминаются представители его третьего и четвёртого колен. Согласно Российскому гербовнику, Алябьевы пришли в Россию из Польши, были царскими воеводами и дьяками. Известны сыновья Олябы: Афанасий, Федос (Фёдор или Федосей). Внук Олябы – Венедикт Афанасьевич, по прозвищу Голова, служил опричником у Ивана Грозного. Земли Олябьевские были в Муроме, а часть Олябьевых была писана в писцовых книгах по Боровску под Москвой, где и жили Венедикт, его дворовые сыновья и большой дьяк Семён.

По версии авторов книги «Андрей Семёнович Алябьев» 1913 года, Ф. В. и Б. И. Алябьевых, Алябьевы пришли из Литвы.

Казанский учёный А. Х. Халиков считал, что Алябьевы произошли от татарского Али-Бея. Но эта версия документально не подтверждена, к тому же Алябьевы в те времена были Олябьевыми. В книге академика А. Н. Веселовского «Ономастикон. Древнерусские имена, прозвища и фамилии» сказано о Михаиле Олябее Емельянове и указана дата – 1500 год. По версии Веселовского, Олябьевы происходят от Олябея. Позже они стали Алябьевыми.

Окладной лист с деревни Корчагино. Сборы с крестьян барина Алябьева 1903 г.

Книжка крестьянину Абрамову Прокопию на посещение хлебного магазина

Фёдор Андреевич Алябьев в 1623 году присутствует на приёме кызылбашских послов в чине стряпчего с платьем. Позже он – воевода в Галиче, Ельце, Уфе; ездил послом к ногайским татарам. С сыном Кузьмы Минина – Нефёдом – нёс царицын фонарь на обеих свадьбах царя Михаила Фёдоровича. Григорий Андреевич Алябьев был воеводой в Уфе, Рыльске, Волхове, Путивле, Вязьме. Служил послом в Польше, Нидерландах, в Брянске, участвовал в установлении границы России с Польшей.

Крепка была порода! Из поколения в поколение – воеводы, дьяки, царские послы! Выделяется фигура Андрея Семёновича Алябьева, ведь во время Смуты именно в Нижнем Новгороде, где он был вторым воеводой, складывалась коалиция сторонников российского единения[2].

В 1812 году, в дни, когда Наполеон подошёл к Москве, Сенат эвакуировали в Казань. Поэтому московский сенатор Александр Васильевич Алябьев жил и работал в Казани.

В 1832 году Алябьев Василий Фёдорович переехал в Москву, купил дом, «что в Зубово на волу в приходе “Знамение”», и был переписан во владимирское дворянство.

В списках населённых мест от 1859 года Братилово числится как владельческое сельцо.

Местонахождение описывается так: «при речке Ильинке» и «по правую сторону просёлочного тракта из г. Владимира в г. Рязань». Всего тогда было 25 дворов, в которых значилось мужчин – 88, женщин – 79. Расстояние от уездного центра – 30 км.

Сельцом в XVII – начале XX века называлось сельское поселение без церкви, но хотя бы с одним помещичьим двором, несколькими крестьянскими избами, в которых, как правило, проживали обслуга и работники помещика – деловой люд. В XVIII и первой половине XIX веков этот термин бытовал уже наряду с термином «деревня» и фактически означал то же самое – небольшой сельский населённый пункт. Жизненный уклад деревни и сельца был одинаков.

Драка между крестьянами 8 июня 1901 г. стала предметом рассмотрения на сельском сходе

Книга приговоров сельских сходов, 1896 г.

Фёдор Иванович Алябьев рядом с Братиловом, в селе Арбузово, в 1805 году на месте старой деревянной церкви заложил большой каменный храм Святой Живоначальной Троицы, благо, в селе производили кирпич.

Алябьевы на свои средства в Московской и Владимирской губерниях начиная с XVII века возвели около двадцати больших каменных храмов. Большинство из этих храмов сохранились.

Мебель из усадьбы Алябьевых

Судебная повестка

Существует легенда, по которой имение Братилово получило своё название от перехода по наследству к двоюродным братьям. Андрей Семёнович умер бездетным, и его имения перешли к его двоюродному брату Ивану Дмитриевичу и его сыну – Ивану Ивановичу, бывшему при царе Алексее Михайловиче воеводой на Кавказе. После Ивана Ивановича имения вновь перешли к его двоюродному брату Никите Петровичу.

Недоимки (долги) крестьян сельца Братилова до 1900 г.

Арбузовский приход был одним из самых многочисленных во Владимирском уезде. По данным 1873 года, в нём было 1239 приходских душ мужского пола. Из этих же источников следует, что в Арбузовский приход входило 22 деревни: Киржач, Кадыево, Колокольницы, Вал, Болгары, Пушнино, Никулино, Рылово, Мосягино, Костино, Сысоево, Вышманово, Зубово, Переборы, Ермих, Литовки, Корчагино, Флорих, сельцо Братилово, сельцо Карпово.

Для жителей этих деревень храм Святой Троицы в Арбузове не только был центром духовной жизни, где совершались богослужения, но и играл важную просветительскую и образовательную роль.

В 1918 году при «социализации» земли Братилово было поделено между соседними селениями, за исключением небольшого участка и построек, которые оставили в пользование Алябьевой.

Последним владельцем Братилова был Борис Иванович Алябьев. В указателе «Личные архивные фонды в государственных хранилищах СССР» ошибочно отмечено, что он являлся племянником композитора А. А. Алябьева, автора широко известного романса «Соловей», имевшего с владимирскими Алябьевыми весьма отдалённые родственные связи.

Борис Иванович Алябьев был женат на Марии Владимировне Акинфовой, она по смерти мужа сама управляла имением.

Из «Протокола общего собрания граждан деревни Братилово Собинской волости» от 15 декабря 1925 года (орфография и пунктуация сохранены): «…принимая во внимание, что Алябьева остается до сего времени в своем имении… стали, чувствовать себя, как и бывалышные бары и день ото дня становятся все крепче. А поэтому мы граждане вышеупомянутого селения учитываем, что эти Крокодилы держат за пазухой… выселить Алябьевых и всея тут проживающих в самое короткое время и земельный участок передать трудовому народу». Заканчивается дело коротким сообщением: «Секретно. 22 августа 1927 г. Владим. земуправление настоящим сообщает, что бывшая помещица Алябьева из имения выселена и проживает в деревню Братилово Собиновской волости».

Такова последняя страница из жизни «дворянского гнезда».

От усадьбы остались заросший парк с аллеями лип и пруд с водяными лилиями.

Окладной лист деревни Корчагиной. Земская повинность (удобной земли 23 дес.), 1894 г.

Требование об уплате долгов

Расчётный лист страховых выплат Абрамову Прокофию, 1908 г.

Иванов Прокофий Абрамович, староста деревни Братилово

Одним тёплым летним днём в деревне Братилово стали ремонтировать старый фамильный дом семьи Ивановых.

При разборе чердака под остатками старого сена нашли деревянный сундук с кипой выцветших от времени бумаг: это были газетные номера начала XX века, письма, документы.

Объявление о необходимости погашения ссуды

Всё это бережно разобрали потомки Иванова Прокофия Абрамовича – жителя деревни Братилово, старосты – на рубеже XIX–XX веков. Иван Прокофьевич – прадед Шентерова Сергея Евгеньевича.

В России конца XVIII – первой половины XIX веков сельских старост в помещичьих селениях не столько выбирали односельчане, сколько назначали господа. В тех же селениях, которые назывались «экономическими» (казённых и бывших монастырских), старост реально избирали крестьяне на сельских сходах.

Апелляционная жалоба старосты села Братилова, 1909 г.

Условие. Сельский сход

К концу XIX века число обязанностей сельских старост достигло неимоверных размеров – их было более 60. Причём, многие из этих обязанностей в свою очередь распадались на пункты и подпункты, исполнение каждого из которых было довольно трудоёмким делом.

Вот перечень лишь основных проблем, которые должны были находиться в ведении сельского старосты и им решаться:

• Приведение в исполнение приговоров сельского схода.

• Наблюдение за целостностью меж и межевых знаков.

• Наблюдение за содержанием в исправности дорог, мостов, гатей, перевозов и т. д. Принятие мер по их ремонту: «ответствуя, в противном случае, по всей строгости закона за неисполнение сего».

• Наблюдение за порядком в училищах, больницах, богадельнях и других общественных заведениях.

• Участие в составлении «ревизских сказок» (перепись населения), в выдаче крестьянам паспортов и удостоверений.

• Заведование мирским хозяйством, мирскими суммами и имуществом недоимщиков.

• Обеспечение исполнения мер по предупреждению и тушению пожаров в селениях, полях, лугах и лесах.

• Участие в охранении полей и лугов от потрав, а лесов – от порубок.

• Участие в обеспечении помощи населению при общественных бедствиях (наводнения, эпидемии, падёж скота и т. д.).

• Принятие мер по охранению народного здравия, соблюдению санитарных правил.

• Участие в охранении порядка, благочиния и общественного спокойствия.

• Надзор за лицами подозрительного поведения; задержание военных дезертиров, беглых, бродяг и беспаспортных.

• Участие в предупреждении и пресечении преступлений. В случае необходимости – задержание подозреваемых и сохранение следов преступления до прибытия полиции.

Окладной лист. Иванова Авдотья Петровна. 1918 г.

• Обеспечение соблюдения правил продажи и употребления крепких спиртных напитков в питейных заведениях.

Перечень прав сельского старосты был значительно меньше:

• «Право созывать и распускать сельский сход и охранение должного на оном порядка, а также предложение на его рассмотрение вопросов, касающихся нужд и польз сельского общества».

• Возможность присутствовать на волостном сходе и заседаниях волостного правления.

• Передача в волостной суд сведений о проступках крестьян, выходящих за пределы ведения сельского старосты.

• «Сельскому старосте предоставляется право – за маловажные проступки, совершённые лицами, ему подведомственными, подвергать виновных: назначению на общественные работы до 2 дней, или денежному (в пользу мирских сумм) взысканию до 1 руб., или аресту не долее 2 дней».

Почтовый конверт, 1909 г.

К немногим льготам для сельских старост можно было отнести лишь освобождение их на время исполнения должности от натуральных повинностей и телесных наказаний (порки розгами), которые в Российской империи практиковались до 1904 года.

Жалованье, которое ежемесячно выплачивалось сельскому старосте до 1917 года, как правило, составляло в среднем всего 3 руб. Для сравнения: в те времена кухарка получала примерно 8 руб. (плюс хозяйские харчи), а дворник – 18 руб. в месяц. Безусловно, прокормить семью на 3 руб. было невозможно. И большинство старост зарабатывали на жизнь, как и все их односельчане, нелёгким крестьянским трудом.

Требование об оплате, 1909 г.

Добросовестное выполнение обязанностей требовало много сил и времени, часто в ущерб ведению своего хозяйства. Поэтому немногие стремились получить хотя и почётную, но весьма хлопотную должность сельского старосты, сопряжённую с большой ответственностью как перед односельчанами, так и перед вышестоящим начальством (волостным и уездным).

Иванов Прокофий Абрамович был старостой сельца Братилово, значит, активно и тесно взаимодействовал в своей работе с Алябьевыми.

Эти отношения позволили, по всей видимости, создать условия для обучения детей Прокофия Абрамовича. В дальнейшем им была оказана помощь в трудоустройстве. Так, Егор получил медицинское образование, а Иван после обучения работал начальником отдела кадров Собинской мануфактуры.

Почтовые конверты

Церковь в селе Арбузово

Село Арбузово Владимирского уезда причислено к I-му Благочиннейшему округу Судогодского уезда и находится в 17 верстах от города Владимира на реке Шаловка.

В XVI–XVIII веках Арбузово входило в состав Клековского стана, охватывавшего территории к югу от Владимира, по рекам Буже и Поле, в пределах Владимирского и Судогодского уездов. В состав Клековского стана входила обширная патриаршая Баглачевская волость.

В начале XVII века (в 1628 году) в Арбузове стояла деревянная церковь Покрова (отсюда другое название села – Покров). Эта церковь существовала ещё в 1746 году. В храмозданной грамоте, данной в 1805 году епископом Владимирским Ксенофонтом на построение в Арбузове новой каменной церкви, упомянута только ветхая деревянная церковь Димитрия Солунского. Очевидно, она была построена в середине XVIII века на месте прежней.

Строительство каменного храма Святой Троицы с приделами во имя Покрова Пресвятой Богородицы и великомученика Димитрия Солунского началось в 1805 году и было завершено лишь через 24 года. В память об освящении храма (3 мая 1829 года) был изготовлен памятный деревянный крест. Он – свидетель тех времён и событий – сохранился до наших дней!

Храм в Арбузове

В 1829 году был построен каменный храм с колокольней, оградой и воротами. Эта церковь – Троицкая – существует и поныне. Одним из инициаторов строительства каменного храма в Арбузове был штабс-капитан Николай Александрович Шипилов, помещик сельца Кирсаниха Ковровского уезда, владимирский (1809–1811 гг.) и ковровский (1818–1820 гг.) уездный судья.

Храм в Арбузове

Протоиерей Владимир Михайлович Трухачев, священник храма

В церкви имелась древняя икона Покрова Пресвятой Богородицы, писаная на кипарисовой доске, а также крест с частицами мощей святых Феофана, Ипатия и Ипполита.

В ризнице хранилось немало дорогих облачений из бархата и парчи, в архиве – копии метрических книг с 1781 года, исповедные росписи с 1829 года. Причту по штату полагалось 2 священника, дьякон и 2 причетника.

Во время советской власти это была единственная действующая церковь в Собинском районе, и что удивительно и крайне редко для тех лет – она никогда не закрывалась. Обыкновенная церквушка с колокольней и двумя приделами, большим и малым. Её не только не закрывали во время советской власти, но даже ни разу не обворовали. В церкви сохранились все иконы и росписи. В этот приход входило 20 деревенек в округе Арбузово.

Из святых икон пользуются особым уважением в приходе древняя икона Пресвятой Богородицы, писанная на кипарисовой доске, а также животворящий крест Господень с частицами святых мощей Феофана, Ипатия и Ипполита.

В некоторых исторических источниках упоминается, что близ деревни Вышманово некогда был монастырь, от которого в пустоши, называемой «пустыней», сохранились следы могил.

Во Фролихе особо отмечают праздник Покрова Пресвятой Богородицы, а деревенским престольным праздником считается Десята, которая отмечается в десятое воскресенье после Пасхи. Раньше в этот день во Фролиху приезжали родственники со всех близлежащих деревень. Праздник был не чисто церковной процедурой, а скорее реализовывал возможность общения всех родственников, давал им повод собраться, обсудить новости и текущие дела. В 70-е годы XX века в дом Шентеровой Екатерины Яковлевны приезжало более 45 гостей. Они размещались на полу, при этом были заняты все свободные площади. За стол садились трижды, по очереди, причём детей кормили отдельно, после всех взрослых.

С 1781 года в церкви хранились копии метрических книг, а исповедные росписи – с 1829 года. Часть церковных книг в настоящее время хранится во Владимирском областном архиве.

Приход состоял из села Арбузова и таких деревень, как: Зубово, Карпово, Фролиха, Корчагино, Вышманово, Сысоево, Лазарево, Колокольница, Кадыево, Вал, Болгары, Киржач, Братилово, – которые расположены вокруг церкви. Всего в приходе числилось 1 405 душ мужского пола и 1 520 душ женского пола, т. е. 2 925 человек.

В этой церкви исповедовались, крестились, венчались, отпевались и уходили на вечный покой на кладбище. Все, живущие вокруг этой церкви и не только, находили здесь освобождение от земных забот и тягот, полное отдохновение души и тела вне зависимости от телесного, духовного и мирского положения и состояния.

Сохранились воспоминания, что в начале 50-х годов рабочие, которые ремонтировали церковь, ограбили её. Украли у батюшки поросёнка, а из храма – несколько икон. Впоследствии воры были найдены и иконы вернулись на свои привычные места в храме.

В доме Шентеровой Екатерины Яковлевны было много икон. Выяснить их происхождение сейчас сложно. Часть икон, наверное, осталась от семьи Каленовых. Возможно, иконы ей отдавали те родственники, которые продавали свои дома во Фролихе и уезжали жить в город.

Напольный киот

Память людей сохранила только то, что икон было много и занимали они много места в большой комнате – от пола до потолка.

Однажды Шентерова Екатерина Яковлевна серьёзно заболела. Было это примерно в 60-е годы прошлого века. Её положили в больницу в Собинку. В дом в это время приехал родственник из города, Сергей. Посчитав, что раз Бог не уберег Екатерину Яковлевну от хвори, то иконы следует уничтожить, он растопил печку и сжёг все иконы. Позднее добрые люди подарили Екатерине Яковлевне другие образа. Но утрата тех древних икон, увы, невосполнима.

На краю деревни с конца 70-х годов XX века стоит брошенный дом. Ранее этот дом принадлежал семье Чунаевых. В 60-е годы прошлого века его купили москвичи, поездили некоторое время на дачу и перестали появляться в деревне. У дома выбили окна и двери, частично разобрали пол и сняли деревянные перегородки. Вокруг дома выросло много разных деревьев и кустов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

По материалам сайта https://proza.ru/2013/01/27/2266

Вернуться

2

По материалам журнала «Казань», № 7, 2014. https://kazan-journal.ru/news/mashina-vremeni/dvoryane-alyabevyi-shestoy-vek-s-rossiey

Вернуться