Спор

Глава 1. Геннадий Юдин.

Чёрти что, прилипла ко мне кличка Гамлет с детства, почему? Уже и не помню, Гамлет и Гамлет, я раньше даже не знал, кто это... Но когда узнал, можно сказать, обрадовался, принц датский, ты смотри, какой я крутой. Ведь не назвали же меня Иудой, а Гамлетом. Ладно, это лирическое отступление, на самом деле мне уже семнадцать, и я одиннадцатый заканчиваю, а там... Там совсем другая жизнь начнётся.

— Слушай, Гамлет, а что ты можешь сказать о Некрасовой? — Друган Вовка Тарасов прищурил глаз, это у него фишка такая.

О Некрасовой? А что я могу о ней сказать? Серая масса, вся красота — коса в руку толщиной.

— А что о ней говорить? Наташка и Наташка, ничего интересного.

Друг закатил глаза, как девка продажная, он любил сценку театральную сыграть, а как иначе? Артистом стать собирается, хотя мы его и отговариваем: «Фамилия у тебя не театральная». Он не смущается ничуть: «Так я псевдоним возьму, например... Тарасевич». Пацаны такой ржач устроили, стены тряслись. «Ты, Вован, в Щуку поступай, а псевдоним «Щукарь» себе возьми, тебя же всё равно только в комедийные роли приглашать будут, понимаешь, у тебя такой типаж или как там в театральной среде говорят? Амплуа», — троллил его Никита Морозов. Только Вована не смутить, он же уже считает себя артистом. В общем, каждый день от этого Тарасова что-нибудь новое услышишь. Вот и сейчас он выдал.

— Не скажи... Такая пампушечка, в самом соку, мягкая, наверное, помнёшь, сок польётся. — Не унимался он.

Мы переглянулись.

— А чё, пацаны, тема! Давайте её прокачаем! Вы же знаете, какие в той семье правила, как только Наташка терпит своего отца? Он же диктатор! — Игнат Рыжий хлопнул в ладоши. — Деспот!

Некрасов действительно человек жёсткий, самодур, одним словом, держал жену и дочку в ежовых рукавицах.

— Вы же знаете всё... И зачем на честь Наташки покушаетесь? — возразил я. — Отец узнает, голову открутит ей.

Они переглянулись.

— Слушайте, а давайте спорнём на неё. Кто согласен трахнуть Некрасову? На спор? Все девчата с их класса давно оприходованы, а она девочка, так не пойдёт! — Валерка Никитин щёлкнул пальцами. — Гамлет... Нет, вряд ли ты её уговоришь.

Все загорелись этой темой, и я как все.

— Я? Ты, Лерик, берега попутал? Не замечаешь, как она смотрит на меня? Да я только пальцами щёлкну, и Натаха сама за мной побежит. — Смешно даже рассуждать на эту тему. — Вот на тебя она и не посмотрит, точно!

Валерка приосанился.

— Не посмотрит, говоришь? А давай поспорим, кто её первый завалит, ты весь такой из себя, принц Датский, или я? Что? Боишься?

Пацаны с любопытством наблюдали за нами.

— Пацаны, пустой базар, вряд ли и ты, — он указал на Лерика, потом на меня, — и ты справитесь, оба проиграете. Вот Метелин Иван, он, наверное, смог бы. — Рыжий снова влез с предложением.

Иван обвёл нас презрительным взглядом.

— Вы что, дети малые? Вас от соски ещё не отучили? Хоть бы подумали, какую игру затеваете, я не участвую в глупостях. — Иван у нас парень серьёзный, а то прокурором стать собирается. — Была бы моя воля, я бы вас сейчас всех пересажал только за одни такие разговоры. Нашли на что спорить. Прекращайте дурака валять, не маленькие!

Во это он нас утёр всех.

— Ни на что, а на кого спорим. Да вы чё, пацаны, прикольная тема! — Рыжий растерялся даже. — Сделаем по-тихому, никто не узнает. Ты, Иван, умнее всех, что ли? Ну и вали отсюда, если не в теме.

Иван махнул рукой и пошёл в класс, заворчал: «Дебилы» и ещё типа: «Общеклассное помешательство началось, и этих придурков не остановить». Ну и ворчи, а мы решили обсудить вопрос, впрочем, вскоре подали звонок, и все пошли на занятия.

На большой перемене мы продолжили и пришли к выводу: спор. Забились с Лериком, кто выиграет, тому стольник, вернее, кто проиграет — тот устраивает вечеринку на этот стольник.

***

Началось у нас соперничество с Лериком. Смотрю, он подошёл к Наташке на перемене, я слышал их разговор.

— Привет, Наташ, скучаешь? — Подкатил к ней Валерка.

Она удивлённо посмотрела на него.

— Нет. Не скучаю, а ты?

Самое главное в их разговоре, что Натаха говорит с Лериком, а смотрит на меня, ну разве я могу этим не воспользоваться? С удовольствием. Должен же я спор выиграть! Хотя удовольствие от Наташки сомнительное, я знаю всю её жизнь, отца своего она боится как огня, поэтому вряд ли на интим решится, но как бы там ни было, постараюсь уломать её.

— Гамлет... А что это ты на Некрасову заглядываешься? — Не видел, как подошла Маринка Забелина, одноклассница, самая красивая считается у нас.

Я криво усмехнулся.

— А тебе что, завидно? Давай и на тебя посмотрю.

Маринка подняла брови и насмешливо на меня взглянула.

— Завидно? Боже мой, Гамлет, как ты пал, или решил, что это не Наташка, а Офелия? Ты смотри, и Лерик туда же, ох, пацаны, вкус у вас так себе.

Ну уж ты и красотка, Забелина! Да, она красивая, а мне почему-то никогда не нравилась, отталкивающая какая-то красота у неё.

— А почему ты думаешь, что Наташка хуже тебя и не может Валерке понравиться? Всё при ней, посмотри, дойки какие, третьего размера, должно быть.

Маринка нахмурилась.

— Ты говори да не заговаривайся, я же не пацан. Да, Юдин, удивляюсь на тебя, совсем развратный стал, куда только твоя Люда смотрит.

Вот те нате!

— Это какая Люда? У меня нет никаких Люд.

— Люся Ланина, или ты уже забыл? Разве у вас всё закончилось? Быстро как-то. — Недоверчиво пожала Маринка плечами.

Вон она о чём.

— У нас ничего не начиналось, если пару раз в кино пригласил, то уж сразу и любовь? Ошибаешься. Не хочу себя связывать с этих пор любовью. Так, погулять немного можно... Марина, я человек свободный, с кем хочу, с тем и кручу.

Она как-то странно на меня посмотрела.

— Оказывается, ты ещё тот парень, Люську в сторону, впереди лягушка зеленоглазая нарисовалась, Наташка Некрасова, кто бы подумал? Нет, вы точно сбрендили! — Маринка ушла.

Иди, фифа, пусть Рыжий на тебя смотрит. Игнат давно к ней неравнодушен.

***

— Наташ, ты домой? — Увидел девчонку возле школы, она ждала шофёра, что-то он сегодня припозднился. — Садись, вместе поедем. — Пригласил её в свою машину.

Она покосилась на меня недоверчиво.

— Спасибо за приглашение, но за мной приедут сейчас. — Отказалась. Попробуй соблазни такую.

И всё же я не отступал: «Посмотрим, на сколько тебя хватит», — подумал про себя. На следующий день пригласил её на каток.

— Наташ, чем сегодня занята? Может, на каток сходим, бери коньки, и после занятий сразу.

Она снова посмотрела на меня подозрительно.

— Я занята сегодня, и вообще, Гён, сходи со своей девушкой. — ответила Некрасова.

Так-так, значит, с девушкой... Ну что же, Гамлет, в бой!

— Значит, идём? Да ладно тебе, нет у меня никакой девушки, и ты прекрасно это знаешь.

— Ой, а куда это вы собираетесь? Можно и я с вами. — Как из-под земли вырос Лерик.

Ну ты и фрукт, из-под носа увести приз хочет.

— Третий лишний, нам и вдвоём неплохо, так ведь, Наташ?

Она кивнула головой. Все спорщики исподтишка наблюдали за нами, только девчонки смотрели недоуменно, понять не могли, что со мной и с Валеркой случилось, почему мы к Некрасовой клеимся.

***

Недели оказалось достаточно, чтобы мы с Натахой оказались в постели. У меня вообще крышу снесло, вся фишка в том, что она девственницей была. Случилось это в конце февраля, родителей моих не было дома, и мы у нас в моей комнате занялись любовью. Для меня и сейчас, спустя десять лет, непонятно, как всё произошло, но, повторяюсь, голову мне снесло конкретно.

— Гена, а что же теперь? — со слезами на глазах спросила она.

Я пожал плечами.

— А что будет? Ничего. Сейчас следы грехопадения уберём, простынь кровавую в мусорку выбросим, и нормально всё.

Она кивнула головой.

— Если папа узнает... Он убьёт меня и... Тебя тоже.

Меня убьёт? Утрётся пусть, я больше к тебе на километр не подойду, лягушка.

— Никого он не убьёт, и тебе, кстати, домой пора, не надо привлекать внимание. — Проводил её до крыльца, глупая ты девка, после её ухода появилась какая-то брезгливость... К себе больше. Почему? Не знаю. Разве она не почувствовала равнодушие с моей стороны? Неужели подумала что Гамлет и правда увлёкся ей? В общем... дрянь какая то получается!

***

На утро в нашем укромном уголке ржач! Тарасов-Тарасенко-Щукарь комментировал видео театрально.

— О, смотрите, как она натурально кричит! Это точно Гамлет вскрыл её! Ну Гамлет, ну хват, а ты, Лерик, в пролёте! Проиграл.

Лерик пожал плечами.

— Ну, значит, я вторым у неё буду, не одному же Гамлету пользоваться, я чем хуже, ему можно, а мне нет?

Все заржали.

— Ну попробуй, только не получится. — Рыжий отрицательно покачал головой. — Ты думай, когда вечеринку устраивать будешь. Ждём.

Он назначил на субботу у него дома, родители на выходные улетали куда-то. Ну и хорошо, оторвёмся. Вечером этого же дня я послал Наташку, не в буквальном смысле, а просто объяснил, что мы с ней не пара, она кивнула головой и ничего не сказала, смотрела на меня глазами, полными слёз. А, фиг с ней, переживёт.

***

Сейчас, сидя в офисе, вспоминал тот случай с сожалением, зачем я тогда согласился? Ведь сломал жизнь девчонке, знал нрав её отца, он из каких-то своих источников узнал о споре, кто проболтался? Иван? В общем, Наташка исчезла, сказали, что Некрасов дочь в закрытую школу определил и запретил приезжать домой, ну что же, это в его духе, сволочь он и есть сволочь.

— Геночка, я к тебе зайти решила, мы же за кольцами собираемся, и ещё у меня к тебе одно дело. — Аксинья зашла в кабинет.

Аксинья Астахова, моя невеста, да, вот такое сочетание имени и фамилии, как у героини «Тихого Дона», у нас свадьба через месяц, но мы уже живём вместе, в собственном доме, ждём приезда родителей, я не остался в Москве, живу в другом городе, где у нас дочерняя фирма, и я пока ещё не глава, отец говорит: рано, что это, двадцать семь лет? Давай учись пока у Григория Ивановича, а когда выучишься, лет через десять, когда лет тридцать восемь исполнится, тогда можно.

— Всё, что пожелаешь, дорогая. — Поцеловал красавицу.

Она жеманно поджала губки.

— Нам нужна домработница, и я утром дала объявление, и ты представляешь, уже три человека прислали резюме. Одно, кстати, интересное, женщина, двадцать семь лет, курсы поваров закончила, стаж работы есть, что скажешь?

А что я скажу?

— Ты хозяйка, прислуга в твоей компетенции, нанимай, с неделю понаблюдаем, если продукты не ворует, твои брюлики тоже, то чем не домработница, а если ещё готовит хорошо, то и флаг ей в руки.

Анфиса наклонила голову.

— Я знала, что ты самый лучший! Самый умный, самый любимый.

— Ну совсем захвалила, не такой уж я и лучший, когда-нибудь я расскажу тебе, каким нахалом был, не поверишь! — Засмеялся в ответ.

Анфиса не поверила мне.

— Это потом, сейчас я звоню ей.

****

Утром домработница приехала рано, приготовила завтрак, поставила на стол, наверное, она, я сам не видел, кто на прислугу внимание обращает, но омлет, приготовленный её руками, съел с удовольствием, а кофе был просто божественным.

— Отличный завтрак, поварихе спасибо скажи, как её зовут, кстати?

— Наташа. — Ответила Анфиса, а у меня кольнуло сердце. Наташа? Знал бы, что Наташа, не принял бы на работу.

Почему? Чтобы не напоминала мне о моём том поступке подлом, кстати, о Натахе Некрасовой я давно ничего не слышал. Где она? Что с ней стало? Впрочем, она теперь замужем и счастлива, надо полагать.

Впервые нашу домработницу я увидел спустя неделю, заскочил домой пообедать, Аксинья была занята, на встрече какой-то, позвонил ей, она сказала: «Наташа накормит, поезжай один».

***

Обед был на столе, я с удовольствием съел тарелку борща и котлетку, всё вкусно, и попросил кофе.

— Наташа, принесите кофе! — Попросил её.

Она вошла в столовую, поставила передо мной чашку с кофе.

— Здравствуйте. — Тихо поздоровалась.

Посмотрел на эту Наташу, высокая, стройная, вроде и не красавица, а... Глаз отвести не могу, косметики вообще нисколько, глаза большие зелёные. Пока пил кофе, разглядывал ее, и чем-то она напоминала мне Некрасову Наташу, которую я когда-то, можно сказать, опозорил. Насмеялись мы над ней на той вечеринке с пацанами... Лерка устроил нам незабываемый приём, по высшему разряду. Правда, лет шесть спустя встретил Метелина Ивана, он уже в прокуратуре работал или на практике был, он ведь и сейчас ещё не прокурор, молодой, кто же его сразу после универа прокурором поставит, так вот он при встрече спросил: «Ты хоть сейчас понимаешь, что тогда натворил?». Я кивнул головой в ответ: «Проклял себя». Он: «А Наташка тогда ведь из дома сбежала, ни в какую школу её не отправляли». Я: «А сейчас она где?». Он пожал плечами: «Не знаю». Я: «Скажи, ты её отцу проболтался?». Он: «Нет. Знаю кто, но не скажу». Я: «А Некрасов в курсе, что это я?» Он: «В курсе, убить грозился тебя, но ты тогда за границей учился, после, наверное, сошла злость, оставил всё как есть». Вздохнул Иван, потом сказал: «Знаешь, сколько подобных историй приходится выслушивать в суде? По горло и выше, подают на признание отцовства, через суд алименты добиваются обманутые девчонки, родят, а парень не признаёт ребёнка, вот и... Ты бы ведь тоже не признал». Я: «Почему? Без суда признал бы».

***

Допил кофе.

— Спасибо, Наташа. — Странно это имя прозвучало из моих уст, но смущаться не в моём характере. — Обед вкусный был.

— На здоровье. Я могу идти?

Кивнул головой, она вышла. И снова ни намёка на пошлость, всё скромно, естественно. Всю дорогу до офиса думал о ней, ну зачем ты, Аксинья, её к нам на работу приняла? Разве можно таких принимать? Я с ума сойду и про тебя, Аксинья, забуду. Она ведь такая домашняя, эта Наташа, так и хочется обнять её.

Глава 2. Наташа Некрасова.

Юдин Гена, Гамлет, сосед мой, такой парень, так мне нравится, я ведь его с шестого класса люблю, он же на меня и не смотрит, обидно, конечно, и в то же время понимаю, разве такая, как я, в его мечтах? Нет. Забудь, Наташа, ты, по всей вероятности, совсем не выйдешь замуж с твоей внешностью. Полная, некрасивая...

--- Уроки выучила? -- Грубый голос отца заставил меня вздрогнуть. -- Смотрю, уже на ребят заглядываешься? Ты мне смотри! Запомни, узнаю о тебе нехорошее, из дома выгоню. Поняла?

У меня руки-ноги задрожали.

--- Пап, да я ни на кого не смотрю...

-- А на Генку Юдина? Думаешь, отец ничего не видит? Мне евреи здесь не нужны, я их ненавижу! -- Отец сжал кулак, он был сейчас похож на фашиста. Что за дискриминация? Да Юдин еврей разве? Даже если еврей, разве евреи не люди?

У меня загорелись щёки, я вообще стыдливая от природы.

— Нет... Я... И не думаю ни о ком...

— Ладно, учись вон давай, после школы в МГУ определю, уже договариваюсь, и ты веди себя скромнее, бери пример с матери, а со школьных распутных подружек.

Почему распутных — снова не поняла, девчонки как девчонки, никакого распутства, да, подкрашиваются, и что такого? Мне тоже хочется, но не могу, строгий запрет от отца.

— Я и так с мамы пример беру. — Ответила, а сама думаю: скорее бы он вышел из моей комнаты, как мама его терпит?

Отец ещё раз взглянул на меня из-под нахмуренных бровей.

— То-то же, ты посмотри, вокруг что творится, один разврат, а я хочу замуж тебя отдать честной, подумай об этом.

Вышел, слава богу, сама же снова стала думать о Гамлете, так Генку зовут... Разве девчонке шестнадцати-семнадцати лет запрещено о любви думать? Или отец может это запретить? Нет. Пришло время, а у некоторых и раньше приходит. Почему отец такой ханжа? С мамой поговорить? Она сама его боится. А сколько вообще бояться можно? Может, хватит?

***

— Мам? Можно к тебе? — Мама искала что-то в интернете, сидела за ноутбуком, хорошо, что отец ещё это не запрещает.

Она устало взглянула на меня.

— Да, можно. Что случилось, Наташ?

Случилось... Пока ничего не случилось.

— Мам, почему у нас папа такой? Недобрый какой-то, подозрительный, он что, молодым не был? Ты психолог по образованию, объясни.

Мама вздохнула, помолчала.

— Характер такой, объяснять тут нечего, а почему тебя это интересует?

Меня это очень интересовало, чересчур интересовало.

— Потому что мои одноклассники одеваются стильно, а я? Потому что они пользуются косметикой, а мне нельзя. У них парни есть, а мне запрещено даже смотреть на них.

Мама окончательно оторвала взгляд от монитора.

— Наташа... Что ты такое говоришь? Вот отдаст тебя отец замуж, и если муж разрешит тебе косметикой пользоваться, стильно одеваться, никто против не будет.

Как это он меня замуж отдаст?

— А как он может меня замуж отдать? А если я не люблю того, за кого он меня замуж отдать собирается?

Мама немного помолчала, странно разглядывая меня.

— Не любишь... Кто тебя спрашивать будет? Выйдешь как миленькая, и вообще с такими вопросами не ко мне, своей судьбой у отца интересуйся.

Я поинтересуюсь, дождётся он... Думает, если над тобой власть взял, то и надо мной возьмёт? Не получится, что там Гамлет предлагал? На каток с ним? А я согласна! Ты посмотри, папа какой, и в МГУ-то меня устроит, и мужа найдёт.

***

В этот же день я пришла на каток, Гамлет ждал меня, и это ещё не всё, здесь же на катке был ещё один человек из их класса, Валерка Никитин, Лерик, так его между собой пацаны зовут, а мы, девчонки, его Кроликом иногда называем, так вот этот Лерик-Кролик тоже ко мне клеится. Почему? Игра у них? Или поспорили на меня? Такое тоже в нашей элитной школе не редкость. Впрочем, у вас своя игра, а у меня своя, я хочу бунт против отцовской деспотичности устроить. И устроила на свою голову.

— Да ладно тебе, Некрасова, ты думаешь, Гамлет тебя и правда любит? Во дура наивная. — Смеялся надо мной сосед по парте Гришка Букин.

Я не отвечала ему, да и с Гамлетом я не больно общаюсь, с чего он решил, что я с ним. Гамлет наш сосед, почему Гамлет? На самом деле его Генка зовут, Гамлет — это подпольная кличка... Он красив, старше, правда, на год. Ну сходила я с ним на каток, и что? Люська правда косо на меня смотрит, но что мне до Люськи?

— Гриш, а что это тебя так понесло? При чём тут Гамлет?

Гришка пожал плечами.

— Да я так, чисто предупредить, что-то нехорошее в его ухаживаниях за тобой, где он, красавец, сводящий девчонок, и не таких, как ты, с ума, и где ты.

Вот, значит, как, я не вхожу в десятку красивых.

— Сама знаю, что некрасивая, мог бы и промолчать, и вообще урок сейчас начнётся, кстати, сочинение, ты подготовился? — специально спросила, Гришка-то у нас ботаник.

Он самодовольно улыбнулся.

— Некрасивая? Ну почему? Просто те девчонки модные, ты... И потом, о медали ты как думала? Мне медаль золотая нужна, и тогда я в Оксфорд. — Мечтательно ответил.

Да. Далеко собрался.

— Значит, в Великобританию? Ты, Гриш, самородок у нас.

Гришка приосанился.

— А что ты думаешь? Отец сказал учиться.

Сказал... Мой тоже сказал, только в Великобританию отправлять меня не собирается, в МГУ самое то место.

Начался урок, мы строчим сочинение, а писать его не хочется, на дворе почти весна, сердце замирает, кровь приливает к лицу. Хочется любви, и она есть... Гамлет... Геночка Юдин, который на каждой перемене подходит ко мне с предложениями. Ну как не верить его глазам? Они не обманут. Наверное. Впрочем, и обманут если, всё равно.

***

Неделю... Только неделю эти глаза с любовью, как мне казалось, смотрели на меня, до первого интима, который десять лет забыть не могу, да, от боли, при которой крикнуть пришлось, до... Оргазма, наверное, от которого тоже вырвался крик, неземного счастья, что ли, такое испытала... Непередаваемое словами.

На следующий день заметила, что на меня некоторые смотрят насмешливо, некоторые с сочувствием. Я поняла, в чём дело, не очень расстроилась, понимала, что сама хотела наказать отца.

— Наташ, мы с тобой не пара... Мы не подходим друг другу.

Мне было не то что обидно, но слёзы сами навернулись на глаза. Вот и всё. Ладно, переживу, не одна такая, девчонки наши ещё с прошлого года испытали прелести интимной жизни, не одна я такая.

— Допрыгалась, Некрасова? А я предупреждал, видела? Гамлет снова с Люськой в обнимку ходит, а ты...

— Послушай, Гриш, ты не в свои дела лезешь, зачем тебе это? — Не до тебя сейчас, ботаник.

А что он-то ботаник? Сама такая же, мы же с Гришкой отличники, все, считай, десять лет, остался одиннадцатый класс и всё. Но... В одиннадцатый класс я не попала, в конце мая, когда уже десятый был позади, я почувствовала, что со мной творится неладное, перепады настроения, усталость какая-то. Стала в инете искать болезнь, а там... Беременность. Это что? Я беременная? Сердце улетело под стол, из пяток вылетело.

Тесты купить надо, это что? Маленький Гамлет родится скоро? Или... Офелия? Тесты по две полоски все. И стала думать, что делать? Гамлету сказать? Зачем? Я ему не нужна, значит, и ребёнок мой тоже. В книжках читала, и мама-психолог рассказывала. Я металась по комнате, ничего не придумала, пошла на кухню, достала из холодильника банку солёных огурцов и всю её опракинула, то есть съела и рассол выпила.

— Наташа, это что? — мама кивнула на пустую банку.

Сама не видишь что?

— Банка. — ответила ей.

— Я вижу, что банка, ты... беременная что ли? — Она побледнела. — Наташа?

А что я ей должна была ответить?

— Получается что так, папе только не говори, а то убьет тебя. — Усмехнулась в ответ.

Мама не узнавала меня.

— Нет, Наташа, это он тебя убьёт. — Заплакала мама. — Что мы ему скажем?

Я растерялась, неужели мама правда так боится отца? Да какая же у нас семья?

— Что ты так испугалась? Внуку не рада? Или внучке? Почему такое отношение к нам со стороны отца? А вот я рада, что у моего ребёнка такого отца не будет, и вообще никакого не будет.

— У тебя и ребёнка не будет, отец заставит избавиться от него. — Кивнула мама головой.

Избавиться? А если я не хочу?

— А ты не говори ему, он и знать ничего не будет. — Я наглела на глазах и сама себе удивлялась, неужели я и отцу так хамить буду.

Она странно посмотрела на меня.

— Ты с ума сошла? Надо решать этот вопрос, тебе школу закончить с золотой медалью и в институт или хочешь себе жизнь сломать?

Ничего я не хочу, хочу родить ребёнка и всё. Почему я этого хочу? Сама не знаю.

— Никакого аборта я делать не стану, и вы меня не заставите.

Она вздохнула.

— Кто тебя спрашивать будет? Отец отвезёт в больницу, и всё, это просто. Тебе введут наркоз, и ты ничего не почувствуешь.

И это говорит мать, бабушка хочет убить внука, неужели золотая медаль дороже? Больше я ей возражать не стала, ушла в свою комнату и закрылась, а вечером... Вечером такой скандал был в семье... Рассказать невозможно.

***

— Это ты! Ты во всём виновата! Ты не смотрела за девкой! Завтра же на аборт! Позор, позор на мою голову, Сергей Некрасов вырастил проститутку!

Я не выдержала и вышла в гостиную.

— Вы что так кричите? Вернее орёте на весь дом, как сумасшедшие, что случилось у вас?

Отец опешил и удивлённо на меня посмотрел.

— Ты... Да как ты смеешь рот открывать? От кого беременная, говори?!

Я сделала вид, что не понимаю его.

--- Кто беременный? Мама? Думаю, от тебя. -- Ответила отцу, сейчас я тебя до истерики доведу, как ты нас.

Он слюной подавился.

--- Что? Мать сказала, что ты беременна, отвечай, кто он? Отец ребёнка?! Это Юдин выродок? Да я его удавлю собственноручно!

Снова валять дурака стала.

--- Я? Беременная? Мам, ты что, во сне видела? Ох уж эти мне психологи! Ты её больше слушай, она такого наговорит.

Та на грани была, точно! Сейчас в обморок свалится.

— Наташа! Но ты же сама сказала, что беременна и что будешь рожать. — Мама присела на стул.

Отец прошёлся по гостиной.

— Кто из вас врёт, я не знаю, но завтра поедем в больницу с тобой. — Он остановился около меня. — И если только ты беременна, берегись!

Я усмехнулась и ушла в свою комнату, а там заплакала. Как же поступить, если я завтра в больницу попаду, то из неё уже выйду без ребёнка. Отец насильно заставит меня, вернее, какими-нибудь лекарствами накачают и... Нет. Надо бежать! Когда у нас с Генкой было? В феврале, в середине где-то, а сейчас май, три месяца... Ой, как же я так беспечно отнеслась к этому. Бежать! Но куда? У нас вообще родня есть? Или отец запретил и это? Он может! Деньги? Деньги есть, у меня хранились более ста тысяч, и карта, на ней много денег, с собой взять? Так отец сразу заблокирует её, как только поймёт, что я сбежала. Интересно, родительский контроль стоит или нет на телефоне? Ладно, разберёмся... А может, он меня даже искать не будет, непутёвую дочь. Скорее всего.

Собрала сумку, паспорт на месте, СНИЛС, страховой полис, медицинский... Теперь вещи, по минимуму, куртки, джинсы, кое-что собрала, сумка большая, куда теперь. Выглянула из комнаты, родители ругались в своей комнате, вернее, кричал отец, а мама, скорее всего, опустив голову, слушала. Психолог, тоже мне! Уже смеркалось, к тому же накрапывал дождь, тучи, пасмурно. Я потихоньку спустилась вниз и вылезла через окно, всё. Закрыла и потихоньку пробиралась к лазу, да, у меня в детстве был свой лаз в заборе, интересно, я сейчас выберусь через него на улицу? Надо же, вылезла! Бежать! Подальше от этого дома, куда глаза глядят.

До вокзала добралась на автобусе, взяла в кассе билет на поезд Москва — Кисловодск и укатила в неизвестность, выйду где-нибудь в пути. К утру мы были в городе Орёл, здесь я и вышла, а куда идти, не знаю. Купила пирожок с капустой и чай, поела, села на автобус и в город. Где же здесь недорогие гостиницы? А куда я вообще приехала? Частный сектор? Домишки небольшие... Села на лавочку возле одного из них и заплакала... Наташка, какая ты дура!

***

Сейчас, вспоминая свои приключения, улыбаюсь, а тогда... Не до улыбок было. Сидела на лавочке в чужом городе и в буквальном смысле слова ревела!

— Это что за мокрота? — Услышала женский голос. — Ты кто такая?

Женщина... Сколько ей лет, не определила, не понимала ещё. Женщина и женщина, невысокого роста.

— Я? Сама не знаю, не знаю, где остановиться. Боюсь всего.

Надо же, дома хорохорилась, а тут... Ну, чужой город, понятно. Она посмотрела на меня.

— А зовут тебя как, знаешь?

— Наташа. Некрасова. — Ответила ей и вытерла слёзы.

Она кивнула головой, разглядывая меня.

— На воровку ты вроде не похожа, да и воровать-то у меня нечего, идём со мной, я Клавдия Ефимовна Липкина, живу одна, значит, и не помешаешь мне. Согласна у меня жить?

— Я не воровка... Просто...

Она снова критически меня осмотрела.

— Идём, дома поговорим, что ж тут-то.

Домик у Клавдии Ефимовны небольшой, но уютный, везде чисто.

— Проходи, не стесняйся, не хоромы барские, но жить можно.

Почему она про барские хоромы сказала? Не поняла я, конечно, но прошла, сумку с вещами оставила возле порога, всё равно я здесь не надолго.

— У вас очень уютно. — Похвалила жильё.

Она вздохнула.

--- Родительский дом, мама и папа простые люди были, рабочие, и я тоже, работаю поваром, муж на железной дороге работал. Жили мы хорошо, дружно, а вот детей бог не дал. Всё хотели из приюта взять, а там пяти лет, трех лет, мы новорожденного ждали, да так и не дождались. А ты москвичка?

Я кивнула головой.

--- По говору поняла, и видно из богатой семьи, вещи на тебе дорогие. -- Кивнула Клавдия Ефимовна головой.

Дорогие, не просто дорогие, а очень дорогие.

-- Всё правильно, я из богатой семьи.

Липкина подозрительно посмотрела на меня.

--- Выгнали что ли?

Выгнали... Никто меня не выгонял, уж лучше бы выгнали.

--- Сама сбежала. -- Ответила честно.

Клавдия собирала на стол, вы не поверите, но так вкусно, как у неё, я нигде не ела. Может, кажется? Нет. Это было что-то, вроде простая картошка, а какая вкусная...

--- Значит, сбежала, в роскоши жить надоело.

Нет, не надоело.

— Я беременна. — От этих слов у Клавдии Ефимовны тарелка выскользнула из рук и разбилась, «на счастье», сказала она.

— И что из этого? Тебе сколько лет-то?

Сколько... Уже можно.

— Семнадцать недавно исполнилось. — Ответила ей. — Отец узнал что беременна, мама ему сказала, и хотел насильно сделать мне аборт, врач там у него знакомый есть, и вот, пока они с мамой в своей комнате ругались, я сбежала. Вернее отец на неё орал а она молчала. Теперь думаю, может зря сбежала?

Клавдия посмотрела на меня неодобрительно.

— Правильно сделала, у тебя родители хуже зверей! Давай по порядку всё рассказывай, что и как, и какой срок.

И я первому незнакомому человеку рассказала всё. От начала до вот этой самой минуты.

Клавдия Ефимовна не перебивала меня, только иногда кивала головой.

— Ну вот что, девка, оставайся у меня, одной скучно, а тут... Ребёночек родится, ты в школе как, хорошо училась?

— Не просто хорошо, отлично, да вы не переживайте, у меня есть деньги, я за жильё заплачу, и...

Достала из сумочки деньги, Клавдия глянула и горько усмехнулась.

— Ты мне тут своими долларами да евро не махай, они не нужны мне, ты скажи, аттестат за девятый у тебя с собой?

Я пожала плечами.

— Копия только.

— Пойдёт. Выучишься, как я, на повара, я тебя сама всему научу, в техникуме теория, а у меня практика, согласна? Тебя искать-то не будут? А то богачи-то они такие, дурных среди них много.

Отрицательно покачала головой.

— Кому я теперь нужна? Когда примерная ученица была и скромная девочка, когда меня все хвалили, тогда да, нужна была. А теперь... Отец всем скажет, что в пансионат учиться отправил, и на этом всё.

Так и осталась я у Клавдии Ефимовны.

Глава 3. Геннадий Юдин.

Геннадий Юдин.

Сидел в офисе, сосредоточенно смотрел в монитор, а... видел её одну, Наташу, нашу повариху, с ума сойти. Гамлет, вспомнил своё школьное прозвище, ты о чём вообще думаешь? У тебя свадьба скоро, и Аксинья не простит тебе интрижки с поварихой, а её папа перекроет бизнес в этом городе. А мы с отцом расширяемся, наша строительная фирма должна охватить и этот город, не зря же я женюсь на дочке главы, красавице Аксинье. Но... Вот ведь загвоздка... Так разве бывает, женишься на одной, любишь другую... А я люблю? Вздор! Так почему думаю о ней? Чем-то напомнила она мне ту девственницу, соседку Натаху, хотя общего мало, которую и вроде не любил, а вот из памяти не выходит она, сколько после неё девчат было, да и до неё, а вот Натаха одна такая неопытная попалась, да и на спор. Спор! Тот спор с Лериком и сейчас заставляет меня чувствовать себя тварью последней.

— Алло, Геннадий Семёнович, вы меня слышите? Второй день как на другой планете, что с вами?

Зам мой, Виктор Дмитриевич, окликнул.

— А? Да нет, нормально всё, влюбился просто. — Рассеянно ответил ему.

Он фыркнул, как конь.

— Ещё бы в такую да не влюбиться, самую завидную невесту в городе отхватили, наверное, с собой в Москву увезёте, первую нашу орловскую красавицу.

Увезу? Да сомневаюсь даже, что я женюсь на ней, да, два дня назад счастлив был, считал, что лучше Аксиньи никого нет, а сейчас... Сам не знаю. Я ведь такой человек, если что задумал, то... не отступлюсь, если мне девчонка нравится, и замечу, что я ей, то обязательно дожму и своего добьюсь! Добьюсь и Наташи.

--- Виктор Дмитриевич, всё в этом мире относительно, возможно, я и сам навсегда здесь останусь. -- Невпопад ответил, а ты не спрашивай, видишь, я в какой растерянности.

Он пожал плечами.

-- Да? А она в Москве жить собирается, так что придётся Орёл навсегда оставить. Астахова крепкая дама, ты, конечно, женишься на ней, но она до тебя встречалась с... Ладно, ничего не скажу.

Ишь ты какой, сказал «А» — говори и «Б».

--- Продолжай, мне интересно, я же и сам не ангел, так что слушаю. С кем до меня Аксинья встречалась.

Виктор посмотрел на меня искоса и горько, как мне показалось, вздохнул.

— Ну хорошо, хотя я думал, ты в курсе, значит, промолчала, ничего не рассказала. Почему? Она уже один раз собиралась замуж за бизнесмена местного, имя у него странное — Харитон, а фамилия простая — Николаев. Вот у них с Астаховой любовь была, и кольца уже купили, и день свадьбы назначили, но... Встретил Харитон свою первую любовь, звали её вроде Настя, и перед самой свадьбой он бросил Аксинью. Что было там, не знаю, только у Харитона начались неприятности с того дня, его обвинили в незаконном предпринимательстве, хищении денег и осудили, подробностей не знаю. Срок впаяли нормальный, Астахов подключил все свои связи, и... Николаев не отвертелся. Сидит... А Настя уехала, никто не знает куда, а может, и не уехала...

Ничего себе, значит, у моей невесты есть прошлое? И очень тёмное прошлое.

— Когда же она успела? Вроде молодая... Аксинья, имею в виду, странная история, это ты меня предупредил сейчас? Чтобы я не вздумал, как Харитон, отказаться от Аксиньи?

Он снова пожал плечами.

— Думай как хочешь, но осторожнее будь. Ведь после того, что они с Харитоном сделали, от Аксиньи парни подальше держатся. Красивая, слов нет, но... А вот ты влип.

Я не Харитон, за него заступиться некому было, а за мной адвокаты московские, отец, уж если не всесильный, то всё равно может многое в случае чего. Это Астахов в Орле всесильный, а я московский гражданин.

— Разберёмся, давай работать, что там по стройке? Идут дела?

— Да куда они денутся? Все работают нормально, будущий тесть доволен зятем, так что...

Я засмеялся, ещё бы он мной недоволен был, красавец мужчина, богатый москвич, только вот мне сомнения закрались в сердце... Правильно ли я делаю, что женюсь на ней? Ещё та, видать, семейка.

***

Весь в раздумьях решил зайти к боссу нашему, Григорию Ивановичу, узнать, что там? Какие новости? Не успел дойти до кабинета, звонит кто-то. О, Аксинья.

— Привет, дорогой, ты не обедал? Можешь домой доехать, я распорядилась насчёт обеда, сама приехать не могу, ты же знаешь, у меня карьера, а в обед встреча с нужным человеком, мы обедаем в ресторане втроём: папа, этот человек и я.

Значит, обед дома. Зайка, что же ты делаешь? Ты меня толкаешь к Наташе сама. Разве не понимаешь этого? Ну-ну.

— А что это за человек, с которым встречаешься? Я его знаю?

— Нет... Он иностранец, у папы с ним дела, он попросил сопровождать. Целую. Вечером увидимся.

Целует, я тоже целую... В мыслях только не тебя, а ту, которая обед готовит сейчас у меня на кухне. Эх, Наташка! А я ведь приеду на обед... Ты жди. Зашёл к Григорию.

--- Геннадий? Выглядишь как... Жених, ну что скажешь?

Да я не сказать, я спросить.

--- Спросить хочу, с чего это у нас такое везение началось? Всё, что надо, нам на ладошке приносят, никаких проблем ни с налоговой, ни с полицией, ни с конкурентами.

Григорий удивлённо на меня посмотрел.

--- Ты забыл, на ком женишься? В общем, я так скажу, невесту ты себе выбрал знатную. Поздравляю!

Да рано ещё поздравлять, месяц свободы впереди.

--- Рано ещё, Григорий Иванович, успеете. Усмехнулся в ответ, неизвестно ещё, надо будет поздравлять или нет.

-- Отец звонил вчера вечером, спрашивал, как идёт стройка, тебе звонить не стал, говорит, он своими делами занят.

Звонил, значит, а мне нет. Ладно, сам в обед позвоню.

— Они с мамо приехать скоро должны, так что увидитесь. Вы на обед почему не идёте?

— Сейчас поеду, Нина звонила, сказала, что всё готово. — Вздохнул он.

— Поезжай, я тоже сейчас домой.

***

Наташа Некрасова.

В доме стоял аромат, где так готовить классно научилась наша повариха? Ну окончила техникум, я понимаю, но чтобы таких вкусовых качеств добиться в поварском искусстве, практика большая нужна. Так ведь.

— Добрый день, Наташа, ничего, что я вас так называю? Может, надо по отчеству?

Она ставила на стол блюда, не глядя на меня.

— Нет, ничего, по имени достаточно.

И снова я внимательно её разглядывал, руки такие... Не скажешь, что повар... Аристократка прямо. Руки красивые, движения плавные, ну вот попробуй тут устоять, это невозможно.

— Аксинья, готовься к тому, что и второй жених бросит тебя, и не из-за того, что мне Виктор рассказал, ерунда, что было, то прошло, а из-за вот этой Наташи, которую увидел недавно, но сейчас кажется, что знал всю жизнь.

— Приятного аппетита. — Пожелала она мне и ушла на кухню.

Нет... Если она так готовить будет, я растолстею, как поросёнок, еда — пальчики оближешь. После кофе я зашёл на кухню, Наташа задумчиво смотрела в окно.

— Спасибо вам, Наташа... — Решил обнять её, вот зачем я это сделал, сам не знаю, удар ложкой по лбу привёл меня в чувство.

Она гневно взглянула на меня.

— Я... Увольняюсь! Где ваша невеста? Она меня принимала на работу!

Мне стало неудобно до невозможности, одной рукой держась за лоб, другую, пытаясь остановить её, поднял в верх. Сдаюсь!

— Наташа! Простите, больше этого не повторится, сам не знаю, что на меня нашло. — Не знал, как её остановить, чтобы она не уходила. — Просто обед был такой вкусный, я решил из благодарности поцеловать вас в щёчку.

Она немного помолчала.

— Сперва обед, после повариха, так, что ли? И...

Тут на её телефон позвонил кто-то. Наташа, извинившись, приняла вызов.

— Алло? Да, Андрюша, что случилось? Бабушка? Сейчас приеду.

Наташа отключила телефон.

— Я приготовила много, думаю, на ужин вам хватит, а сейчас мне домой нужно. Можно мне уйти? Извините за...

Значит, она замужем, а кто Андрюша? Муж? Сын? Вот облом так облом! Ну ничего, я всё узнаю.

— Идите. Заболел кто-то у вас? Ещё раз прошу, простите. — Попросил прощения.

Она кивнула головой, сняла фартук, косынку, которой повязывала голову, и... Чёрт бы тебя побрал, у меня в штанах тесно стало. Ну откуда такие берутся? Нежные, чистые, почему я так реагирую на неё?

— Хотите, я вас отвезу? — Предложил помощь.

Она окинула меня странным взглядом.

— Спасибо, я сама, и вообще, давайте как можно реже общаться, мне проблемы не нужны. Вы... Странный какой-то, невеста есть, женитесь скоро, и вот... Не надо.

***

— Вы... Откуда такой, подрались что ли? — Зам смотрел на мой лоб.

Оттуда, знал бы ты, от кого я удар по самолюбию сейчас получил и по лбу тоже.

— Не вникайте, всё нормально... — Замазывал мазью шишку на лбу, в аптеке сказали, что к вечеру должно всё пройти.

— С невестой подрались что ли? Я же предупреждал, осторожнее с ней.

— Нет, не с невестой, ударился просто, да и вообще, забыли, давайте работать. Кирпич на стройку завезли? Плиты? Отчёты есть?

Зам покачал головой.

— Всё есть. И отчёты, и поставки, за это не переживайте, цемент в полном объёме, с установщиками лифтов тоже договор подписали, с отделочниками, электриками, санузлы оборудуют. Может, съездим посмотрим?

В офисе сидеть не хотелось, и я согласился. Всю дорогу думал о Наташе, этим ударом она окончательно привязала меня к себе.

— Никак не пойму, девку что ли завёл какую, смотри, Геннадий. — Вне офиса мы на «ты».

Достал ты меня, Виктор, ну тебе-то что до моих похождений, я промолчал.

— Отчаянная, наверное, попалась, так по лбу съездить...

— Тебе больше не о чем говорить? Так молчи! — Разозлился на него.

Он вздохнул.

— Вот у меня случай был, ещё до свадьбы, когда на Лиде женился, всё, о девчатах забыл, жена, грязь домой тащить не хочу, а тогда... Красивая была та девка, грудь во... Задок тоже, как увидел, обмер, ну, познакомился, туда-сюда, в клубе ночном в туалет её затащил и трахнуть хотел, она не сопротивлялась, а только как-то странно смотрела на меня, и только я пристроиться хотел, как... Что за приём она применила, по сей день не знаю, но очнулся на полу с разбитой головой... Хоть и не сильно разбита, а приятного мало.

Ничего себе! А что ты хотел!

— Ну ты уж сразу в туалет и с ходу решил, разве так можно?

Виктор усмехнулся.

— А ты не так? По лбу-то не зря получил. — Он засмеялся.

Тут звонит кто-то? Кто там? Аксинья, вот меньше всего сейчас тебя слышать хочу.

— Геночка, ты что не звонишь? Пообедал?

— Да. В общем, вечером встретимся, всё скажу, сейчас на стройку еду, занят, зай, целую. — Ответил ей.

— И я тебя. — Услышал в ответ.

Связь прервал.

— Слушай, Виктор, а после ты не видел девчонку ту? Может, извиниться надо было за наглость?

Виктор пожал плечами, любит он это делать.

— Ты понимаешь, Гён, она ведь не сопротивлялась, и я подумал, что согласна. Не ожидал удара, а он... На пол свалил.

Я засмеялся, ну и чудак человек.

— Ну ладно, в жизни всё должно быть, у меня другая история была, вспомнить стыдно, проклял себя за неё, Витя, а исправить ничего не могу.

— Расскажешь? — поинтересовался он.

Я задумался, рассказывать или нет. А... Ладно, история давняя.

--- В одиннадцатом учился тогда, пацан молодой, горячий, все в классе такие были, мажоры наглые, и вот однажды, что нас повело? Сам не пойму, в общем, друг предложил спор на девчонку одну, соседку мою, она на год моложе, толстая некрасивая девчонка, я и спорить-то не хотел, но они подзадоривать давай: «Она на тебя и не клюнет», а меня зло взяло, как же так? Я давно заметил, что та девчонка заглядывается на меня, я тогда красив был.

--- Да ты и сейчас ничего.--- Хохотнул он.

--- Не перебивай, мне и так вспоминать тошно. В общем, забились с одноклассником, кто первый завалит девку, тому и честь. На стольник баксов поспорили, он... Проиграл, а мне девчонка досталась, кстати, девственница.

--- Баксы получил.

--- Уговор такой был, если проигрываю я, вечеринку на сто тысяч баксов устраиваю для друзей, если тот проигрывает, то, естественно, устраивает он. Вот и погуляли.

--- А девчонка что?

А что девчонка?

--- Странное дело, Вить... У той девчонки отец деспот, ты не представляешь, что за человек, и вот я часто раздумываю, почему она легла в постель со мной, и даже когда я ей сказал, что мы не пара, никакой истерики не было, слёзы стояли в глазах, но она просто кивнула головой и ушла. За спиной хихикали над ней, но она внимания не обращала вообще ни на что. Почему? Я весь в догадках потерялся, после этого она ни разу не взглянула в мою сторону. Вот я сейчас и думаю, а уж не взбунтовалась ли она против отца? Поэтому и... Другое в голову не приходит.

Виктор вздохнул.

— Знакомая история, не удивил. А ты что же? За что себя проклинаешь?

— Десять лет прошло, а я её забыть не могу, понимаешь, она... Из дома сбежала тогда, когда отец узнал о том случае.

Виктор посмотрел на меня странно как-то...

— И что? Узнал, может, обманули его... Специально наговорили зная его характер дурной.

— Не знаю. Он вроде в какую-то закрытую школу её отвезти хотел, может, поэтому и сбежала, говорю же, такого отца не дай бог никому. Дальше о её судьбе ничего никому не известно.

***

На стройке всё идёт своим ходом, рабочие довольны и нами, и нашими прорабами.

— Кормят вас как? — поинтересовался я.

Они хором ответили:

— Отлично.

Пошли разговоры о сроках, о строительных материалах.

— Всего хватает, не простаиваем, сдадим всё в срок. — Пообещали нам.

В общем, и правда быть зятем Астахова не так уж и плохо, жить можно припеваючи, не глядя, не заботясь о завтрашнем дне, но... Это не про меня, я люблю сам делом заниматься.

***

Вечером позвонил отцу, спросил: «Как дела? Как знакомые? Да всё нормально. Как соседи?» А вот у соседей скандал, Виктория Андреевна собралась на развод подавать, уходит от Сергея Петровича. Говорят, что его винит в пропаже дочери. Сколько лет терпела и вдруг...

— Понятно. — Вот я тварь, что наделал.

— Это не всё ещё, не знаю, говорить тебе или нет, слухи ходят, что Наташа сбежала из дома, потому что беременна была, а отец хотел насильно на аборт её отвезти, кричал: «Мне не нужен выродок».

— Что? Наташка беременна? Не верю. Это нонсенс какой-то.

— Может и нонсенс, только сейчас он говорит, что Наташа от тебя беременной была, вот такие дела, сын... А правда или нет, спросить у тебя надо.

У меня? Да... У меня... Если правда? Натаха, где ты? Почему ни словом не обмолвилась тогда? Что же делать? Где тебя искать?

— Геночка, привет. Ты что такой бледный? Кто звонит?

— О, Аксинья заявилась.

— Кто там? Аксинья? Здравствуй, как жизнь молодая?

— Здравствуйте, Семён Михайлович, всё хорошо, скоро в гости приедем.

— Улыбнулся отец, по видеосвязи говорим.

— Ждём.--- В ответ улыбнулась моя лощёная невеста. Умеет понравиться.

***

Аксинья Астахова.

Весь вечер от новостей не мог прийти в себя. Натаха... Вот она из-за чего из дома сбежала... Родила? Кого? Сына или дочку? Это сколько же ему или ей? Девять лет уже? Да как же так? Почему???!!!!

— Гена, что с тобой, не ешь ничего? Вкусно же, я и то поела, хотя фигуру берегу, скажу тебе, такой поварихи, как у нас, ни у кого нет.

Я кивнул головой.

— Это точно. Вкусно готовит Наташа. Как её по отчеству? А то неудобно Наташей называть.

— Наталья Сергеевна. Фамилию сказать могу, Михайлова.

Значит, не она. Отчество, имя — всё совпадает, а вот фамилия... А вдруг она замужем была? Вот и фамилия мужнина. А почему была? Может она и сейчас замужем.

— А дети есть у неё?

Аксинья удивлённо посмотрела на меня.

— Дети? Не знаю. Не интересовалась, копия паспорта есть, адрес тоже, а дети её зачем мне? Не знаю. Слушай, а что это за синее пятно на лбу у тебя? Ударился что ли?

— А... На стройке нечаянно... Пустяки, пройдёт.--- Соврал, естественно, если бы она только знала, кто меня так приласкал.

Аксинья потрогала мой лоб.

— Сейчас примочку сделаем, до завтра всё пройдёт.

Может и пройдёт, только в сердце боль не утихает. Гамлет, Гамлет, что же ты натворил?

Глава 4. Наташа Некрасова.

Шло время, подошли и роды, вот тут-то и началось, сутки мук, которые вымотали меня, выбили из сил, привели в отчаяние... Кесарево сечение, и наконец-то мой Андрюшка криком оповестил свой приход в этот мир. Спасибо доктору, спустя девять лет помню его имя, Алексей Иванович Боков. Он меня кесарил.

— Мальчик у вас крепенький. — Акушерка показала мне сына, боже... Маленький Гамлет!

Ну вот нисколько не похож на меня... И всё равно такой красивый, такой родной... Мальчик мой, какой же ты хорошенький, а дед твой жестокий чуть было не убил тебя, хорошо хоть твоя мама вовремя сбежала.

— Спасибо вам. — Поблагодарила я её, сама не знаю за что.

Она покачала головой.

— Себе спасибо говори, такого богатыря родила, три восемьсот! Такого выносить надо. — Акушерка посмотрела на меня сочувствующе. — Отдыхай, девонька, отдыхай.

Вот что значит молодой организм, как я не мучилась в родах, а на поправку пошла быстро, и уже на пятый день меня выписали из больницы, нас встречала Клавдия Ефимовна и знакомый шофёр Саша Михайлов. Клавдия сватает меня за него, а я? А я не хочу, какой замуж? У меня теперь есть за кем ухаживать, да и... Какая из меня жена? Я же ничего не умею, не знаю, как с Андрюшкой справлюсь.

Но справилась, не одна, а с Клавдией Ефимовной, она, не имевшая никогда детей, так управлялась с памперсами, мыла Андрюшку, купала... Я, как сторонний наблюдатель, только смотрела на всё это и училась. Научилась! Взялась за дело, и всё получилось. Когда сыну исполнился год и он уже сам ходить начал, я поступила в колледж и, надо сказать, окончила его с отличием. Утром училась, а после занятий практику, если так можно сказать, проходила. Клавдия учила меня поварскому искусству, и даже представить я себе тогда не могла, что таким классным поваром стану.

— Наташа, ты превзошла меня, какая молодец, ну что же, колледж твой позади, правда, когда я училась, его техникумом назвали. Сейчас всё по-новому, да и училась я сорок с гаком лет назад. — Покивала головой Клавдия.

— Техникум... — Повторил мой пятилетний сын Андрюшка, который уплетал за обе щёки мясо по-французски.

Дети любят сладкое и вкусняшки, а мой Андрюшка любит мясо, он вообще ведёт себя как взрослый, так его Клавдия Ефимовна воспитала. Мне некогда было.

--- Сын, ты у меня взрослый такой, серьёзный. — Улыбнулась я, глядя на него.

Андрюша аккуратно отложил вилку и посмотрел сначала на меня, после на бабушку, он Клавдию Ефимовну бабушкой всегда называл.

--- Знаете, что я вам скажу, и тебе, бабушка, и тебе, мам? Меня сегодня в садике Нина Фёдоровна принцем назвала. Так и сказала: «Ты у нас, Андрей, с такими манерами хорошими, держишь себя как принц датский Гамлет»...

Звяк! Моя вилка выпала из руки на стол.

--- Что? — Растерялась я.

--- Да, так и сказала, Гамлет, и меня все теперь так зовут. Классно?

Ну понятно, отец Гамлет и сын Гамлет...

--- А с чего она взяла, что у принца Гамлета хорошие манеры были? Насколько мне известно, он немного не в себе был.

Сын задумался.

— Нет. Принцы все красивые и умные, во всех сказках, ты же сама мне читала. Они не в себе не бывают.

Мы с Клавдией Ефимовной переглянулись, скажет ведь этот ребёнок.

— Ну, если так, то... Хорошо.

— А ещё, когда я вырасту и буду богатым, дам денег Марине Яковлевой, и тогда ей сделают операцию, и она станет здоровой.

Девочка Марина — соседка наша, у неё больное сердце, и ей требуется операция, а на эту операцию, в свою очередь, требуется много денег, родители девочки собирают... Но... Пока не хватает, мы все, соседи, помогаем, и всё равно мало, очень дорогая операция. К отцу обратиться не могу по понятной причине, он со мной говорить не захочет. Ладно, надеяться на лучшее будем. Пока ты, сын, вырастешь, время много пройдёт.

Вскоре устроилась на работу в столовую недалеко от автопарка, тогда и... с Сашкой близко сошлась, замуж за него вышла, а прожила с ним... меньше года, погиб мой дальнобойщик, Андрюша любил Сашку, папа, правда, почему-то не называл, но любил. А Сашка просто не вернулся с очередного рейса, позже нашли сгоревшую фуру и два трупа, сказали, что именно Михайлов на ней уехал с напарником Ребровым Егором. Вот и вся моя семейная жизнь. Поплакала немного и дальше, как говорится, пошла, осталась от мужа только фамилия, он даже Андрюшу не успел усыновить, хотя собирался. Но годы шли, сын в школу пошёл, а прозвище Гамлет так и осталось с ним, его редко по имени называли. Вот так и отец Гамлет, и сын тоже...

Прошло время, работа приносила небольшой доход, а жить было надо, и я решила устроиться в какой-нибудь богатый дом поваром, ведь им самим готовить некогда, да и если есть возможность, есть финансы, почему бы и не нанять домработницу? У нас в доме отца тоже домработница есть, во всяком случае была. Стала объявление смотреть и... Астахова Аксинья... Ищет домработницу и повара. Позвонила на свой страх и риск.

— Алло? Вы Аксинья Астахова? — Первым делом личность решила установить.

— Да. — Короткий ответ.

Значит, ты, ну что же, это хорошо...

— Я по поводу объявления, вам повар и домработница требуется? Так вот, я повар с образованием, и хочу, чтобы вы приняли меня на работу.

В трубке несколько секунд тихо было.

— Как вас зовут? — Ожидаемый вопрос.

— Наталья Сергеевна Михайлова. Повар-кулинар первого разряда. — Отрекомендовала себя.

— Хорошо. — Последовал ответ. — Встретимся... Скажем...

Она назвала адрес кафе, где должна состояться встреча, и назвала время. Ну хорошо, сейчас надо одеться поскромнее, построже и вести себя соответственно.

— Ну что, Наташа? Она согласна? — Бабушка Клава переживает за меня. — Я на нервах... Чужой дом, чужие нравы...

Посмотрела на женщину и кивнула головой.

— Пока не знаю. Вдруг не понравлюсь? У нас через два часа встреча в кафе, сейчас надену что-нибудь поскромнее, незаметнее, волосы уберу. В общем, судьбой обиженной женщиной прикинусь.

Клавдия покачала головой.

— Не получится, не похожа ты на обиженную судьбой, может, платочек покрыть тебе...

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.