Жасмин Ка
"Дед Мороз на мою голову"

«Олень со свитера — это я!» (Глава 1).

Сковородка?.. — последнее, что я успел подумать, — перед тем как всё потемнело. И этот дикий, истошный визг:

— Убью, гада!

…Так меня ещё не встречали. Свет выключили — или меня?

*******************************************

Василиса Жарова.

— Ненавижу этот Новый год! — схватила я бутылку шампанского и посмотрела, сколько его еще там осталось. Как оказалось, половину я уже выпила прямо с горла с момента, как вернулась с этого проклятого свидания, которое должно было изменить мою жизнь кардинально...

Воспоминания сами активировались, и вот я в маленьком уютном кафе, куда Борис приглашал меня пару раз. Здесь вкусно готовят, а главное, цены недорогие. Борис всегда говорил, что нет смысла тратить кучу денег за какой-то пафосный вид, ведь самое главное в кафе — это еда. Нет, он не был бедным и не был жадным.

Кстати, работал тоже в банке, как и я. Только я кредитный эксперт, который с утра до вечера работает с теми, кому срочно понадобились деньги, а Боречка работает коллектором. Как раз выбивает долги с тех, кому я выдала кредит. Вот такой, казалось, идеальный тандем. Познакомились мы на корпоративе и вот уже два года встречаемся.

Именно сегодня, 31 декабря, я ждала предложение руки и сердца. Думаете, я такая наивная? О, нет! Я просто случайно увидела, что Боря оформил кредит на покупку дорогого кольца. По этому случаю я приобрела на последние деньги от премии красивое белье, чтобы отметить это важное событие. Боречке очень нравится красивое нижнее белье, а у меня никогда не было на такое денег. Но сегодня оно того стоит! Правда, я откладывала эти деньги на новый пуховик — старый уже плохо грел.

Ну так вот... Кафе, украшенное гирляндами, живыми еловыми веточками... Я в красном костюме, купленном на свадьбу подруги год назад. Он в джинсах и свитере с оленем... Тогда еще надо было заподозрить неладное, но свои розовые очки я не забыла, они были в этот вечер на мне... Олень со свитера — это я!

Вечер начался волшебно: Боря заказал целую бутылку дорогого (по ценам этого кафе) вина и мои любимые пирожные. Хотя я в этот вечер даже не ужинала, думала, мы поедим в кафе. Но не стала портить романтику — всё-таки предложение руки и сердца мне делают впервые. Правда, желудок предательски скрутился в узел. Весь день кредиты оформляла, времени даже на обед не было. Клиенты как с цепи сорвались — всем нужны кредиты на стиралку, холодильники, микроволновки...

Ну так вот, Боречка поднял бокал — эта улыбка с ямочками просто сводила меня с ума, и я не сразу смогла сосредоточиться, тем более что сердце предательски отбивало марш. Я уже мысленно сто раз обдумала, как лучше ответить: простое сдержанное «да» или, может, «конечно, любимый», или просто завизжать и кинуться ему на шею.

— Васенька! — произнес он ласково, но я терпеть не могла этого дурацкого сокращения от моего красивого старинного имени Василиса. А этим «Васенька» превращалась в дворового кота с драным ухом. Так и подмывало в ответ жалобно промяукать. Но то, с каким взглядом он произносил это, стоило того, чтобы потерпеть.

— Ты сегодня такая красивая. Давай выпьем за тебя, — добавил он, быстро коснувшись моего бокала и осушив его залпом.

«Нервничает, бедняжка, — подумала я. — Я бы на его месте вообще тряслась вся, как осиновый лист на ветру. Всё-таки такой важный шаг в жизни».

Я сделала глоток и ждала продолжения. Даже слегка отодвинулась от стола, чтобы ему было удобнее встать на одно колено передо мной.

Прострелить бы сейчас ему эти коленные чашечки!

Следующие слова ядовитыми иголками воткнулись в мое сердце, и оно перестало биться.

— Мы расстаемся! Я тебя не люблю!

Перед глазами всё поплыло, в ушах зазвучал колокольный звон.

Я не верила ушам своим. Нет, этого не может быть! Я сплю!

— Прости, — улыбнулась я, как будто ничего не произошло, — я, наверное, зря выпила вино на голодный желудок. Повтори еще раз, что ты сказал.

— Вася, мы расстаемся. Извини, но я понял, что не люблю тебя.

Слезы предательски подступили, я готова была разрыдаться. Но тут я вспомнила про дорогое кольцо!

— У тебя кто-то появился? — старалась я говорить как можно спокойнее.

— Нет! — быстро выдал Боря. — Никого нет и не было. Просто я понял, что мы разные. И лучше сейчас всё это закончить. Давай останемся друзьями, — улыбнулся он.

— Обязательно, — я так сильно сдавила челюсть от злости, что уже боялась за свои зубы. А на новые денег у меня больше не осталось. — Только ответь на один вопрос. Кому ты покупал кольцо?

Боря вспыхнул, его лицо покрылось красными пятнами. Глаза яростно засверкали.

— Ты что, следила за мной? — истерично заорал он, и на нас обернулись все посетители кафе, даже попугай в клетке. — Как это низко, Вася!

— Значит, изменял мне... — признала я себя официально тем самым оленем с его свитера с огромными ветвистыми рогами.

— Это не твое дело! С кем хочу, с тем и встречаюсь!

Надо же, а я ведь и не подозревала, что он может быть таким.

Я улыбнулась, даже рассмеялась — тому, какая идиотка. Взяла бокал, залпом допила остатки, под изумленным взглядом несостоявшегося жениха. Схватила бутылку, налила полный бокал, встала и выплеснула содержимое прямо в это некогда любимое лицо с огромным облегчением.

— Совет да любовь! — забрала бутылку с собой и красиво вышла из кафе.

На последние деньги вызвала такси — представляете ценник 31 декабря? А вот я не представляла. Обычно этот день я проводила дома у себя или у него, готовя романтический ужин для Борюсика. Я уже называла себя дурой? Если да, то теперь я точно дура в квадрате! Но добираться на автобусе в этот момент мне хотелось меньше всего.

По дороге домой, сидя в теплом такси, я допила вино прямо с бутылки. Никогда этого не делала и даже не представляла себя на месте героини фильма — размазанная от слез тушь, смазанная губная помада, и она в одиночестве едет по ночному городу и пьет алкоголь с горла. У меня теперь такой пунктик есть, к горькому сожалению.

В квартиру я уже входила плавающей походкой. Желудок недовольно урчал, намекая, что пора бы и поесть. Но дома — ничего! Сегодня я планировала поужинать с Борей в кафе, а потом мы бы отправились к нему отмечать такое важное для нас двоих событие. В связи с чем дома была только бутылка шампанского для встречи с подругой и... огромный пакет семечек. Мы обожали с ней нажарить их и щелкать под сериальчик. Не поверите, но именно этим я и занялась...

Через некоторое время, смыв косметику и избавившись от костюма, я сидела на диване в растянутом стареньком сером свитере, который почти доходил до пола, потертых пижамных штанах и футболке на три размера больше. На журнальном столике стояла сковородка с жареными семечками и открытая бутылка шампанского. По телевизору шел старый советсткий фильм «Девчата» как раз момент, где главная героиня Тося Кислицына говорила:

«Знаешь, мам Вер, я вообще решила замуж не выходить. Одной спокойнее, правда? Хочу — халву ем, хочу — пряники».

И я с ней согласилась!

Никаких больше свиданий, дурацкой любви и тем более рабства под названием «замужество». Вот с этими мыслями я и вырубилась. И немудрено! Полбутылки шампанского и почти целая бутылка вина на голодный желудок. Семечки не в счет.

«Сколько дают за убийство?» (Глава 2).

Всё-таки дети — это самое настоящее чудо этого мира, — улыбнулся я, глядя на двух мальчишек, спящих на диване. Видимо, настолько ждали меня, что заснули прямо у елки, а родители не стали их тревожить. Одному мальчишке на вид было около пяти лет: рыженькие кудряшки, румяные щёчки — он даже улыбался во сне. Второму, может, на год больше, но лицо такое серьезное, будто не ребенок спал, а взрослый банкир, и во сне он считал прибыль за этот год.

Я тихонько положил под живую, пахнущую еще лесом ёлку два подарка: для рыженького — огроменный кран, похожий на настоящий, старшенькому же — костюм пожарного. Удивительно, что они в своём письме не просили телефоны или планшеты, и, наверное, это и подкупило меня. Старшенький так вообще мечтал стать пожарным и хотел уже сейчас почувствовать себя героем, поэтому и просил в качестве подарка костюм.

И тут моя улыбка стала еще шире, я улыбался, как маленький мальчишка, получивший свою мечту, — на ёлке висел лист из альбома, на котором был нарисован Дед Мороз в красной шубе, а сверху надпись большими еще корявыми буковками: «ДЕД МОРОЗ, МЫ ТЕБЯ ЛЮБИМ» и подпись внизу: «Яша и Вадик».

На сердце стало так тепло и приятно, и почему-то вспомнились слова бабули: «Я когда-нибудь дождусь внуков? Или мне проще их себе из снега вылепить?».

Погоди, бабуля, еще немного, — улыбнулся я. — Сегодня я сделаю предложение Ив, а там можно будет поговорить с ней о ребенке. Лучше двух. Или трех? Хотя Ив не хотела детей еще лет пять как минимум — ей хочется пожить для себя. Только мне через пять лет будет тридцать пять — поздновато как-то уже начинать. Надо сейчас. Попробую убедить Ив, — и мысли о сегодняшней ночи взбудоражили во мне совсем не детские желания. Поэтому я обрадовался, что это последние подарки на сегодня и можно возвращаться домой и готовиться к встрече с Ив.

Только я собрался покинуть последнюю квартиру в списке, как телефон в кармане мягко завибрировал. Тихонько вынул его, чтобы посмотреть, кто посмел мешать мне во время работы.

Но на экране светилась надпись: «Последний заказ — ул. Лесная, д. 5, кв. 11. Василиса Жарова».

«Бабуля!» — чуть не выругался я вслух. Как она могла забыть ещё об одном ребёнке? Приеду — поговорю с ней!

И только тут я понял, что последний подарок нужно доставить в соседнюю квартиру. Может, новые жильцы поселились, и письмо от ребёнка пришло в последний момент? Ладно, разберемся. Тряхнул мешок, где должен находиться подарок для девочки, но он больно какой-то легкий оказался. Решил, что какое-нибудь платье для себя или для куклы попросила.

Легонько коснувшись пола посохом, я в мгновение ока переместился в соседнюю квартиру.

Темно, как в подвале, — подумал я, пытаясь разглядеть, где в этом доме ёлка. И тут я заметил в углу телевизор, по которому шел какой-то фильм. В воздухе стоял запах жареных семечек и алкоголя.

Явно не детишки баловались, — усмехнулся я. — Но почему я не вижу нигде елки?

Я попытался еще раз оглядеться, как нечаянно посохом сбил что-то. И, судя по звону, это что-то было стеклянное... Первый раз я так опростоволосился! Нагнувшись, я попытался рассмотреть, что уронил. Вдруг вспышка! Свет включили? Резко обернувшись, я понял, что это фонарик от телефона, который слепил мне глаза.

Сковородка?.. — последнее, что я успел подумать, — перед тем как всё потемнело. И этот дикий, истошный визг:

— Убью, гада!

…Так меня ещё не встречали. Свет выключили — или меня?

**********************************************

Василиса Жарова.

Я услышала звон и резко открыла глаза. Передо мной всё плыло, но сквозь дрожащую пелену я увидела: у окна кто-то в красном шарится по квартире.

«Грабитель!» — промелькнуло в голове.

Я нащупала телефон, который оставила рядом на диване. Тихонько встала. Схватилась за ручку сковородки, стоявшей на журнальном столике, и, вооружённая до зубов, замерла в темноте. Резко включила фонарик — луч света выхватил фигуру в красном у окна. И я рванула к нему со скоростью гепарда.

— Убью, гада! — завизжала я перед тем как замахнулась сковородкой на…

Дедушку??? Тот как раз обернулся и посмотрел на меня такими удивленными глазами, словно это я вломилась в его квартиру.

И в тот самый миг, когда сковородка врезалась ему в голову, я успела разглядеть красную шубу, расшитую золотыми узорами, красную меховую шапку в таком же стиле... Я угробила деда Мороза?!

Вдруг в комнату словно вьюга ворвалась...

Вокруг нас закружились снежинки вперемешку с семечками, которые, кстати, были в той самой сковородке... А дальше не видно ничего... сплошная снежная буря...

И последние мои мысли:

«А сколько дают за убийство Деда Мороза?

Тьфу ты, Василиса! Меньше надо было пить!

Деда Мороза не существует!

Просто сядешь за убийство человека!»

«Борода растаяла» (Глава 3).

Откуда снежинки? — отвлеклась я от мыслей о статьях уголовного кодекса, когда почувствовала холод на босых ногах. — Балконная дверь открылась?

Мгновение, и вот я оказалась в незнакомой квартире с огромными панорамными окнами от пола до потолка. Не веря происходящему, подошла ближе и замерла у стекла. Ночной город впечатлял своей красотой и яркими огнями. До тех пор, пока взгляд не зацепился за одну деталь... Важную такую деталь...

Эйфелева башня? — чуть не закричала я вслух и, резко отшатнувшись, споткнулась и приземлилась попой на...дедушку.

— Боже! Дедушка! — опомнилась я и подскочила с лежащего на полу престарелого мужчины. Надо сказать, что лежал он не на голом полу, а на белоснежном ковре с длинным ворсом — дорогая штука, между прочим. Наверное, стоила целый мой годовой оклад.

Я тут же бухнулась перед ним на колени, но забыла совсем о своем орудии убийства дедушек — сковородке. Так вот, как только я коснулась пола, колени мужчины почувствовали приземлившуюся на них сковородку. Но он — что меня ужаснуло — никак не отреагировал.

Надругательство над трупом… — промелькнуло в голове. — Новая статья в мою копилку. Чёртовы сериалы про ментов не дадут мне спокойно пережить этот ужас.

Я наклонилась над дедушкой, чтобы услышать, дышит тот или нет, но тут же шарахнулась от него, едва не завизжав во весь голос. Длинная пушистая борода дедушки Мороза начала просто таять... исчезать... как моя новогодняя премия. Правда гораздо быстрее.

— Черт! — выругалась я, не сдержавшись. — Допилась, Василиса! Белку словила! А может, я все еще сплю? — А сама глаз не сводила с бороды, которая окончательно растворилась. И вот передо мной теперь совсем не дедушка, а молодой мужчина лет тридцати: высокие скулы, аристократический нос, подбородок, будто высеченный из камня, густые брови и шикарные длинные ресницы — позавидовала бы любая девушка. Но тут же пришлось отвлечься от лица, ведь волосы Деда Мороза — длинные, кудрявые, белоснежные — стали вдруг пепельными, прямыми и чуть ниже плеч.

Боже! — восхитилась я, глядя на мужчину, лежащего передо мной. — Да это же произведение искусства! Попади я в фэнтези-мир, решила бы, что это дракон — самый настоящий ледяной дракон. Жаль только, мёртвый... Ты убийца, Василиса! А может, не мёртвый ещё? Василиса, ты допилась! Это белка! Или сон! Но точно не реальность!

На мгновение я потерялась. Даже голова закружилась.

Ладно, Василиса, если это сон, то передо мной просто мужчина идеальной красоты. И он мой! Так что имею право делать что хочу в своем сне! И я наклонилась к его манящим пухлым губам и попробовала их на вкус. Они были такими горячими… и словно пахли шоколадом. Или это от него самого шёл аромат — тёмного шоколада, корицы и свежей ели. Настоящий новогодний запах.

Извращенка! — раздался крик в моей голове. — Вдруг он мертв? Василиса, ты целуешь труп!

Но только я хотела оторваться от этих манящих губ, как они начали меня целовать.

Меня целует труп?! — паника охватила меня целиком, сердце заколотилось, как бешеное. — Но как целует... Настойчиво, страстно — будто я принадлежу этому недодушке-недотрупу.

В следующий миг я почувствовала, как его рука легла мне на затылок и не дала шанса вырваться.

А потом я вскрикнула так громко, что сама себя испугала и труп.

Точнее, труп открыл глаза прямо во время поцелуя, и эти голубые с серебряным отливом глаза уставились прямо в мои. Его брови взлетели так высоко, что, казалось, ещё чуть-чуть — и улетят в потолок.

Но мой дикий испуганный визг заставил его отпустить меня, и я подскочила и отскочила от него, как будто и правда увидела оживший труп.

Правда, даже во сне надо быть начеку — поэтому успела схватить сковородку с пола и теперь стояла вооружённая до зубов, готовая дать отпор зомби-Деду Морозу.

Или… не Деду?

*****************************************************************************************

Дедушка Мороз.

Я почувствовал резкую боль в коленях, но даже не дернулся. Головная боль перекрывала всё — будто чьи-то руки медленно, с особой жестокостью, разрывали череп пополам. Хотелось взвыть, но тут я почувствовал на губах чье-то прикосновение.

Меня целуют?

Я был жутко удивлен. Но эти холодные, даже ледяные губы действовали как обезболивающее — самое сильное в мире. Головная боль начала отступать, и я почувствовал удовольствие. Удовольствие, несравнимое ни с чем. Будто всю жизнь жил в ожидании именно этого.

Ив! — с нежностью мелькнуло в голове. — Моя девушка!

Я инстинктивно положил руку ей на затылок, чтобы глубже, сильнее впиться в эти сладкие губы — испить из этого источника.

Но вдруг в нос ударил резкий запах жареных семечек и алкоголя.

Черт! — Память резко вернулась: квартира. Последний заказ. Звон стекла. А дальше резкий свет, дикий визг и сковородка. — Меня целует мой несостоявшийся убийца?!

Я резко открыл глаза и был шокирован. Два зеленых огонька смотрели на меня с таким диким животным испугом, что я не сразу понял, кто передо мной.

Это не Ив! У той карие глаза, и в них никогда не горел огонь. Странно... Но незнакомка? Откуда она здесь? Это же она ударила меня сковородкой! — осенило меня.

И тут — опять этот дикий визг!

Я подумал, моя голова взорвётся, как хлопушка. Незнакомка отскочила от меня, будто от демона, и тут же схватила свою сковородку.

Она решила меня добить?!

«Бесстыдник в шубе» (Глава 4).

— Вы мама девочки из последнего заказа? — пытался я сообразить, кто передо мной. — Как же ее зовут... — боролся я с памятью.

— Мама?! — взвизгнула девица. Я аж глаза зажмурил от этого ужасного звука. — Я не настолько старая! Хотя... — и она принялась осматривать свой наряд.

Вот тут и я решил внимательно рассмотреть девушку.

На вид около двадцати пяти лет. Невысокого роста.

Светлые волосы, собранные в безобразный пучок на макушке, из которого торчали волосы во все стороны.

В каком-то старом длинном кардигане времен моей бабули. Шаровары, видимо, очень любимые девушкой, затертые до невозможности. Футболка... на великана как минимум — она скрывает большой живот? Беременная вторым ребенком, что ли? Тогда понятно, почему меня огрели за разбитую вазу — гормоны шалят. Это простительно.

Её зелёные глаза — яркие, как изумруды под снегом, — сверкали злостью, с примесью испуга и легкого разочарования — наверное, от того, как она выглядела в этот самый момент.

— Простите за вазу, — сказал я, пытаясь подняться.

Внезапно острая боль пронзила голову. Я машинально коснулся места, где было больно, и почувствовал липкую влагу. Поднеся руку к глазам, я увидел кровь.

В этот самый момент я перехватил испуганный взгляд девушки — она не отрывала глаз от красных разводов на моей руке.

— Это… кровь? — еле слышно спросила она.

Не успел я и рта открыть, как она мгновенно осела и глухо рухнула на пол.

Мне ничего не оставалось, кроме как пересилить головную боль, подняться и помочь своей несостоявшейся убийце.

«Надеюсь, её муж спит крепко… или вообще не дома», — мелькнуло в голове, пока я приближался к ней. Но тут я внезапно осознал: я в своей квартире. В Париже. Чёрт! Я что, перенёс её сюда?

Но дальше размышлять было некогда. Я быстро избавился от шубы, уже вспотел в ней, как собака, — отшвырнул меховую шапку и опустился на колени перед девушкой. И первым делом отодвинул подальше от нее сковородку. А то мало ли придет в себя и решит добить меня ею окончательно.

Какое красивое лицо, — отметил я, прежде чем аккуратно похлопать девушку по щекам. Ну не с поцелуями же лезть к ней, как она. Все-таки я почти женатый человек.

Но что-то мой метод не действовал, и я решил, что ей нужно больше воздуха.

Оглядев ее странный бабушкин наряд, понял, что снять кардиган не получится. Поэтому схватил ее футболку и задрал повыше. Удивило, что никакого намека на живот не было. Наоборот, красивое молодое тело. Подтянул футболку еще повыше, оголив лишь живот, и еще раз легонько похлопал девушку по щекам.

— Мамочка, очнитесь! — позвал я ее.

И тут же испугался.

Черт! Я же перенес ее из квартиры. Видимо, хотел быстро исчезнуть, а она в этот момент оказалась со своей сковородкой как раз в эпицентре. Надеюсь, все-таки ее дочка там не одна осталась. Василиса! Точно! Дочку ее зовут Василиса.

Этот страх за ее ребенка заставил мозг мыслить как-то странно. Признаюсь сразу. Ну извините, не каждый день у меня такое случается.

В общем, я решил, что ей нужно больше воздуха, и немного не рассчитал. Схватившись за футболку, я разорвал ее на две части, оголив тело девушки.

— Ого! — вырвалось у меня. Под старой и изношенной одеждой я увидел дорогое красное кружевное белье. Оно изящно подчеркивало ее небольшую грудь. Что-то подобное я дарил Ив. Видимо, на обычные вещи у нее не хватало денег, но на дорогое белье она потратилась. Значит, с личной жизнью у нее не все гладко.

И тут я снова вспомнил о ее дочери и решил действовать активнее. И чуть сильнее приложился к ее щекам.

— Мамочка, очнитесь!

Метод сработал. Глаза девушки распахнулись так широко, что я невольно вздрогнул.

— Какая я тебе мамочка? — возмущенно заявила она. — Чтобы стать ею, нужен хоть какой-то мужик! А тут — либо белочка, либо Красавец Дед Мороз, и оба — в моём пьяном сне! И вообще, метод «ладошка-щека» давно устарел! Мог бы просто сделать искусственное дыхание!.. — и вдруг она замолчала.

*********************************

Василиса Жарова.

Волны хлещут мне в лицо, обдавая морским бризом. Так свежо. Так легко. А над головой летит чайка и кричит...

Стоп!

Она кричит человеческим голосом! А если точнее, мужским:

— Мамочка, очнитесь!

Я аж поперхнулась морской солью от возмущения.

Распахнув глаза, я на одном дыхании выпалила всё, что думаю о наглых морских птицах:

— Какая я тебе мамочка?! Чтобы стать ею, нужен хоть какой-то мужик! А тут — либо белочка, либо Красавец Дед Мороз, и оба — в моём пьяном сне! И вообще, метод «ладошка-щека» давно устарел! Мог бы просто сделать искусственное дыхание!..

И тут же замолчала, внезапно почувствовав, как жар подступает к щекам.

«Мать моя женщина!» — подумала я, глядя на красавца с пепельными волосами, который нависал надо мной. — «Утопите меня в этом море-океяне… от его безумных голубых глаз…»

Но когда красавец из моего пьяного сна начинающего алкоголика улыбнулся мне, я почему-то смутилась, будто мне никогда мужики не улыбались.

Но лучше бы я этого не делала.

Взгляд мой сам собой скользнул ниже… и застрял на оголённом торсе бесстыдника и я подавилась собственной слюной.

А что вы хотели? Думаете, я каждый день вижу спортивный, накачанный торс умопомрачительного красавца?.. Мог бы и не снимать шубу… ради приличия, совратитель!

Этот наглец тут же приподнял меня, чтобы я не захлебнулась слюнями.

Но лучше бы не трогал!

Потому что я увидела свою футболку, которая превратилась в две жалкие тряпочки, болтающиеся по бокам моего почти обнаженного тела.

Какой стыд!

Я в лифчике лежу перед абсолютно незнакомым мужиком! Правда, в очень дорогом и красивом, но сути не меняет.

— Вам уже лучше? — спросил красавчик, и голос его звучал тихо, бархатисто.

А я, как глухонемая, только хлопала ресницами.

«Боже, он ещё и разговаривает…» — чуть не выдала вслух.

— Видимо, ещё нет, — сказал он, но мне послышалось: «Вы попали в рай. А я — ваш личный ангел».

А потом… этот бесстыдно красивый мужчина осторожно опустил мою голову себе на колени… И… Кажется, я потеряла сознание.

«Ущипни меня» (Глава 5).

А, нет… показалось!

— Всё, пора просыпаться! — выдала я, понимая, что долго находиться рядом с этим искусителем, пахнущим Новым годом и несбывшимися мечтами, не выдержу.

И так будет слишком больно завтра — осознавать, что всё это был лишь сладкий сон, а в реальности меня бросили в самый волшебный день в году.

Хотя надо сказать: в сказки я никогда не верила, в Деда Мороза — тем более. Человек сам творец своего счастья. Ну или несчастья — в моём случае.

Борюсик меня бросил, хотя я уже видела себя его женой — любящей и любимой. А по итогу — сильнейшее алкогольное опьянение, голодный желудок и белка в образе Деда Мороза.

Причём какая-то странная… Точнее — слишком соблазнительная. Наверное, новогодняя версия!

Так что пора уже просыпаться и начинать страдать. Что там в списке у брошенной женщины? Подруга — в количестве одна штука, имеется. Шампанское и семечки я, правда, уже использовала. Ну а грустный фильм о нереальной любви, конечно же, найдётся.

И тут я решилась открыть глаза, чтобы наконец-таки проснуться и увидеть свою съёмную квартиру.

НО… Ни-че-го!

Только один до безобразия красивый мужчина, который смотрел на меня удивлёнными, чуть насмешливыми глазами.

— Ущипни меня! — произнесла я командным голосом. Лицезреть полуголого мужика было чистой пыткой для пьяной меня. И ладно бы он был уродцем… Так нет — и тут не повезло!

Почему-то бесстыдник ухмыльнулся и посмотрел на меня с улыбкой, как на идиотку.

— Ага! — кивнул он и рассмеялся. — А потом ударь меня, сделай мне больно… Извините, но я в такие игры не играю. Раз вы пришли в себя — звоните мужу или тому, с кем осталась ваша дочка. Объясните что-нибудь и скажите, что скоро вернётесь. Я честно не хотел. Это всё случайно получилось. Вообще со мной такое впервые.

Я смотрела на него как дура и хлопала ресницами так часто, будто надеялась улететь домой именно на них.

Пока он не замолчал.

— Меня похитили инопланетяне? — первое, что пришло в мой воспалённый алкоголем мозг. — Зачем я вам?

Но мужчина лишь прикрыл лицо ладонью и покачал головой.

— Значит, не инопланетяне, — сделала я вывод. — И ты не сон алкоголика?

— Нет, — скривился бесстыдник, но даже это не испортило его красивого мужественного лица.

— Ты не дракон, и я не попала в фэнтези-мир? — ну вырвалось, извините. Перечитала я романов… Но вдруг бы сработало.

За этот глупый вопрос на меня посмотрели как на сумасшедшую. Правда, когда уголок его рта дёрнулся в лёгкой усмешке, я тут же засомневалась.

— Нет, я не дракон. И ты не в фэнтези-мире. Вообще советую побольше читать классику. Но поверить в небольшое чудо в новогоднюю ночь — вполне возможно. Об этом позже. Тебя дочь ждёт!

— Если я не в другом мире, где у меня вдруг появилась дочь, то заявляю со всей ответственностью: в этом мире у меня её точно нет. По крайней мере… пока.

Эх… А красивые дети бы получились от этого бесстыдника.

И неприличные картинки сами начали всплывать в моей нетрезвой, а значит, неадекватной голове. Но от одной только мысли щёки залились огнём, и я почувствовала, как жар подступает к ушам.

— Погоди, — покачал головой бесстыдник, напрягаясь. Что-то в его голове, похоже, никак не укладывалось.

Хотя уложить такого на кровать… Василиса, угомонись!

— Улица Лесная, дом 5, квартира 11, — неожиданно произнёс он. — Девочку зовут Василиса Жарова.

— Всё правильно, — засмеялась я, глядя в его изумлённые глаза. — Только Василиса Жарова — это я. Правда, уже не девочка.

Бедняга-красавчик был так потрясён, что на мгновение даже растерялся — будто мир внезапно сдвинулся с оси.

****************************

Дед Мороз.

— Ну, бабуля! — возмущённо воскликнул я вслух. — Она там что-то напутала, а я в итоге пострадал. Да ещё и прихватил с собой свидетеля.

Вдруг девушка схватила меня за прядь волос и резко притянула к себе. Моё лицо чуть не впечаталось в её — резко изменившееся, ледяное от гнева.

— А ну, признавайся, кто ты такой! — резануло по носу алкогольными парами. — И как я тут очутилась? Кстати, где я?

— Если вы меня не отпустите, — пробормотал я, — то я надышусь алкоголем и вырублюсь.

И всё же… какое красивое личико. Даже сквозь злость её изумрудные глаза горели огоньком — тёплым, манящим, опасным.

Хватит! — приказал я самому себе. — Ты почти женатый человек!

Девушка вдруг смутилась — что странно сочеталось с её приказным тоном и скороводкой, — и отпустила меня.

Убрав пряди за уши, я помог ей сесть и даже застегнул кардиган на груди, прикрыв разорванную футболку. Всё-таки я мужчина. И вообще — это неприлично. Хотя… очень соблазнительно.

— Александр Мороз, — представился я. — Но в России меня все знают как Деда Мороза.

Она посмотрела на меня так, будто я всерьёз пытался объяснить, что Луна сделана из сыра.

— Понятно, — протянула она с явной издёвкой, — Дед Мороз… Конечно! А я — Василиса Жарова. В простонародье — птица Феникс. Приятно познакомиться.

«Птица Феникс» (Глава 6).

— Не поверила, значит, — хмыкнул я, покачав головой. Поднялся и протянул ей руку.

Её глаза вспыхнули таким огнём, что я подумал: «Сейчас поджарит — и без сковородки».

Она схватила мою ладонь, резко вскочила и, глядя прямо в глаза своими зелёными, горящими изумрудами, бросила:

— А ты бы сам поверил, что я — птица Феникс? И сейчас подпалю тебе зад за враньё?

Это меня так рассмешило, что я не сдержался — громко, по-настоящему.

— Значит, в инопланетян и драконов ты готова верить, а в Деда Мороза — нет?

— Дед Мороз — старый мужик! — заявила она с видом, будто это железобетонный аргумент. — А тебе и тридцати лет не дашь!

— Если что, технически я — сын Деда Мороза, — сказал я, пожимая плечами. — Ну, того самого. А сейчас уже сам им стал. Бразды правления передали раньше срока… семейные обстоятельства.

— Тогда отправляй меня обратно, сказочный персонаж! — топнула она ногой с таким грозным видом, что было бы внушительно — если бы не напоминало пятилетку, которой дедушка Мороз подарил носки вместо куклы. — Прямо сейчас!

Я почесал затылок. Её слова резко вернули меня из зимней дымки в очень несказочную реальность.

— Извини, тут проблемка… Я свою работу выполнил — посох исчез. А без него тебя не вернуть. Так что с утра купим билет, и ты полетишь домой.

Она замерла. Глаза расширились.

— У меня таких денег нет, — наконец выдавила она. — На билет из Парижа в Москву… Кстати! — вспыхнула она. — Почему российский Дед Мороз живёт в Париже? И чья это квартира?

Удивительное свойство: эта девушка… Василиса! Даже когда злится, становится ещё красивее — несмотря на весь свой чудаковатый вид.

Улыбка сама легла мне на губы.

— А по-твоему, я должен жить в лесу, в тереме со Снегурочкой? И в друзьях у меня — снеговик да прочие лесные жители?

Давненько я так не смеялся!

Но девушку это почему-то рассердило. Она сложила руки на груди с таким грозным видом, что ей только скалку или сковородку в руки — и в бой!

— Ладно-ладно, злая Лисичка! — поднял я обе руки и ногой, будто случайно, отодвинул подальше орудие потенциального убийства Деда Мороза — её проклятую сковородку.

Сейчас твои детские представления о дедушке Морозе пойдут крахом. Я живу в Париже. У меня ещё есть лесной домик под Москвой — но никаких Снегурочек, эльфов и армии магических работников.

Я не бездельничаю целый год и не впадаю в спячку. Подарки делают люди — в мастерских нашей семейной корпорации «Морозъ», что в Белогорье. А здесь, в Париже, у нас представительство. Эта квартира — моя.

И да, все предыдущие Деды Морозы живы и здоровы. Просто каждый в своё время передал дело по наследству. Теперь это — я.

Да, выгляжу молодо. Но волшебный посох даёт нужный «образ» — только на Новый год. Как только последний ребёнок получает подарок — пфф — и я снова Александр. Обычный человек. С квартирой, машиной, работой… и головной болью.

Так что извини, что так получилось. Ты первая, кто вообще меня почему-то увидел — да ещё и напал! Придётся тебе подождать до утра. Мне выспаться хочется. Этот новый год выдался… насыщенным, — вздохнул я, чувствуя усталость физическую и эмоциональную.

Новый год… Ив. Чёрт! Свидание. Ужин. Шампанское в холодильнике. Кольцо… Оно же в кармане смокинга — а смокинг висит в шкафу...

**************************************************

Василиса Жарова.

Или я окончательно двинулась умом с горя? — гадала я, пытаясь переварить всю эту чушь из уст… этого растлителя брошенных женщин (в лице меня самой).

Уж слишком этот Дед Мороз хорош собой для старого отмороженного дедка. Может, он и правду говорит? Хотя если не магия, то что могло перенести меня в Париж? Сон сразу отметаю — слишком всё реально.

Но не успела я додумать, как этот красавчик в красных штанишках вдруг резко изменился в лице, будто вспомнил, что оленя забыл привязать.

Хотя зачем ему куда-то идти? — чуть не заржала я вслух. — Ведь олень с ветвистыми рогами прямо перед ним… Ну да, я. Вспомнила свитер Борюсика и наше последнее свидание.

— Только привязывать меня не надо, — пробормотала я себе под нос. — Хотя…

Ох уж эти неприличные картинки! А всё этот искуситель виноват!

Но тут все мысли вылетели напрочь. Улыбка исчезла, как только я увидела кровь на его волосах — самую настоящую.

Стоп. В обморок больше не падать. Надо спасать сказочного персонажа — а то меня дети не простят. Пусть я сама во всё это не верю, но за лишение детей сказки и мечты можно и к дьяволу попасть.

Только дьявола мне и не хватало! Тьфу-тьфу-тьфу! С Дедом Морозом ещё не разобралась…

— Дед Мороз, — позвала я неуверенно, еле шевеля языком. Ну не верилось мне до конца.

Да только мой лепет никто не услышал.

Тогда пришлось действовать по-другому.

— А ну стоять! — рявкнула я так, будто он у меня последний кусок хлеба отобрал.

Бедняга чуть не подпрыгнул. Резко остановился и одарил меня таким взглядом, словно увидел в моём лице…

Динозавра?

Хотя, может, просто оленя.

«Сковородка в руках» (Глава 7).

Дед Мороз.

Чёрт! Чуть не забыл о девчонке! Видимо, удар этой трижды проклятой сковородкой всё-таки дал о себе знать.

Так… А почему на меня смотрят, будто я таракан, пытающийся сбежать из собственной квартиры?

Я даже рта не успел раскрыть, чтобы выяснить, в чём дело, как она снова взяла управление в свои руки:

— А ну сядь! — прозвучала новая команда от этой воинственной чудачки с горящими изумрудами.

— Ты, кажется, кое-что перепутала! — не сдержался я, чувствуя, как зубы сами собой сжимаются. И без того Новый год выдался не просто неудачным — катастрофическим. А тут ещё эта девица командует мной, будто я её подчинённый. — Я не дракон и не собака, которую надо держать на привязи. Я человек! Пусть и с одной сказочной ночью в году. Так что прошу: повежливее.

Думаете, она хоть немного смутилась? Покраснела? Или хотя бы взгляд отвела?

Нет!

Хотя взгляд у неё был — как у волчицы перед прыжком. Готова снова броситься в бой. Какое счастье, что сковородки рядом не было… хотя, судя по её глазам, она вполне могла бы обойтись и без неё.

— Пожалуйста, — произнесла она, натянув улыбку.

Если вы видели оскал разъярённой дворняги — вот примерно такой же у Василисы сейчас. Имя сказочное, а характер — чистый ад!

— Зачем? — спросил я, стараясь смягчить голос.

Внутри всё ныло: голова раскалывалась, тело гудело от усталости, а в мыслях крутилось одно — в Париже скоро полночь, а я должен быть в смокинге, с кольцом и шампанским… А больше всего на свете мне хотелось сейчас — принять душ и рухнуть на кровать. До того, как город взорвётся фейерверками, а Ив начнёт звонить.

— Рану обработать, — уже тише сказала она, переводя взгляд на мою голову. — У тебя там кровь. И, помолчав, добавила почти шёпотом: — Прости за сковородку…

Я что, сейчас увидел, как эта воительница покраснела?

— Ничего, заживёт само. Не переживай. Но за беспокойство — спасибо, — улыбнулся я ей искренне, как старому другу. — Тебе, наверное, надо переодеться. Тут жарко, а на тебе — целая гора одежды. Я вот что сделаю: найду тебе что-нибудь поудобнее, если не побрезгуешь, конечно.

Развернулся и уже собрался идти, как вдруг за спиной снова прозвучал тот же недовольный, командный окрик:

— А ну стоять! Мы не закончили!

Интересно, на сколько моего терпения хватит?

Тяжело выдохнул и обернулся. По глазам было ясно — эта девчонка от меня не отстанет.

— Где у тебя аптечка? Перекись, бинты, ватные диски…

Она всерьёз собралась всё это делать сама? Это что-то новенькое. Ив бы давно отправила меня в ванную с приказом «не показываться, пока не приведёшь себя в порядок». Да она вообще не знает, что в этой квартире есть аптечка.

Неожиданно стало так приятно — забота от незнакомого человека, — что я решил сдаться и отдаться в руки этой упрямицы.

— Сейчас принесу. Располагайся.

И тут взгляд снова зацепился за эту чёртову сковородку — виновницу всех моих бед. Быстро поднял её с пола и улыбнулся.

— Этому точно не место в гостиной. Унесу на кухню. Но обязательно упакую тебе с собой, — и поспешил прочь, пока она не опомнилась и не приказала вернуть «орудие массового поражения Дедов Морозов».

************************************************

Василиса Жарова.

Вот вроде взрослый мужик — Дед Мороз, между прочим! — а так наплевательски к себе относится. У него на голове рана, которую надо срочно обработать, а он всё о моей одежде беспокоится… Кстати, очень ведь приятно.

Знала бы, что предстану перед таким красавчиком, — взгляд невольно задержался на его обнажённой спине, — оделась бы соответствующе. И всё-таки с его внешностью эта сковородка в руках выглядит очень смешно. Насколько он меня выше? На две головы? Широкоплечий… Вон какие мускулы на спине… Словно выточен изо льда и стали. Нет, ну точно как дракон из моих любовных романов! А на мне из приличного — только нижнее бельё, и то неприлично показывать. Хотя он уже часть этого видел.

Боже! А на голове-то у меня что? Я подскочила к окну и взглянула на своё отражение. Чуть в обморок не грохнулась. Воронье гнездо и то приличнее выглядит!

Василиса, а не всё ли равно тебе? Он же Дед Мороз! Персона сказочная!

И вообще, если в сказках есть внучка Снегурочка, то должна быть и баба Мороз. И дети! Да и вообще ты, насколько я помню, только недавно самой себе заявила, что замуж не собираешься. И в любовь больше не веришь! Как и в Деда Мороза, — засмеялась я.

Но женщина и в сказке — женщина, так что не мешало бы потом привести себя в порядок.

«На коленях у Деда Мороза» (Глава 8).

— Кхм-кхм, — раздалось за спиной.

Поймали с поличным! Стою и как дура поправляю прическу, будто мне дело есть какое-то до этого красавчика!

Жарова, спокойно! И не из таких ситуаций выходила…

Я тут же сделала вид, что меня заинтересовал вид за окном, особенно один светящийся ярче всех объект.

— И давно она тут стоит? — ткнула я пальцем в нужном направлении.

Боковым зрением вижу: полуобнажённый Аполлон двинулся ко мне. Кстати, аптечку он всё-таки нашёл.

Этот соблазнитель сначала глянул туда, куда я показывала, потом — на меня… и улыбнулся так, что я на миг забыла даже своё имя.

— Эйфелева башня? — спросил он. — Да уж лет как двести… В его глазах прыгали весёлые чертята, а сам он еле сдерживал смех.

Ну да, дура! Ляпнула невесть что, хотя ведь и так знала, сколько этой башне лет.

— Отлично! Я за неё рада, — выпалила я, пытаясь хоть как-то сгладить эту дурацкую ситуацию. — Ладно, давай садись.

Выхватила у него аптечку так, будто это был кусок мяса, а я — голодный хищник.

Василиса, соберись! Это просто мужик! Хотя… нет. Не просто. Он — отмороженный мужик! Точнее… морозный… Ой, блин!

Дедушка Мороз? Тьфу ты, не могу я так его называть. Как там его… Александр! Точно.

Он тем временем подошёл к ближайшему стулу — белоснежному, как борода Деда Мороза, обитому мягкой тканью. Таких тут стояло шесть, вокруг большого полукруглого стола. Я такие видела только на одном маркетплейсе, когда искала табуретку на кухню. Ценник на такой стульчик — ого-го.

Поэтому мой первый вопрос вырвался сам собой: — Может, лучше застелить стул чем-нибудь?

Столько непонимания и удивления в глазах — будто я предложила ему слетать на Луну на его посохе.

— Зачем? — спросил он, глядя на стул.

— Вдруг испачкаем твоей кровью? А он, гляди, какой беленький. Отмучаешься потом оттирать.

— Ты что, меня убивать собралась? — И тут его прорвало. Видимо, накопилось ещё с того самого вопроса про башню. Он просто залился смехом — громко, открыто, без тени сдержанности.

— А ну сидеть! — рявкнула я, не выдержав. Этот дурацкий смех меня выводил из себя.

Александр вмиг изменился в лице — и от былого веселья не осталось и следа. Он наклонился ко мне так близко, что я снова уловила его новогодний аромат: мороз, сосна и что-то древнее, не из этого мира.

— А тапочки в зубах тебе не принести? — ледяным голосом спросил он, глядя прямо мне в глаза. Он точно Дед Мороз? Или ледяной князь? Мистер «Буря мглою небо кроет»?..

Я не выдержала этого взгляда и опустила глаза.

— Тапочки бы не помешали, если честно, — выдала я, будто страх перекрыл доступ кислорода к мозгу… или к чувству самосохранения. — Ногам как-то холодновато.

Чего я ожидала после этого своего невнятного бормотания? Всего чего угодно… но только не этого.

Ледяной князь — он же Дед Мороз — вдруг странно улыбнулся, сел на стул и расставил ноги так, будто был в метро, а не в собственной гостиной. А потом его руки — большие, тёплые, неожиданно уверенные — обхватили меня за талию, будто я ничего не весила, и посадили прямо на колено.

— Так ноги не мерзнут? — спросил он, улыбаясь, как хищник, что решил поиграть со своей добычей.

Ноги-то, может, и нет. А вот сердце заколотилось так, будто пыталось вырваться из груди, когда я ощутила прикосновение к его телу.

У меня микроинсульт! Микроинфаркт! Спа-си-те! По-мо-ги-те!

— Давайте я вас вылечу, — выпалила я, а глаза сами побежали по его накачанному торсу, как масло по сковородке.

Вылечит она! Моё сердце сейчас вылетит из груди — и обратно не вернётся! И зачем я вдруг перешла на «вы»? Ты бы ещё стишок ему рассказала!..

****************************************

Дед Мороз.

Ничего более нелогичного в своей жизни я не встречал. Она рушит все мои представления о девушках. Невозможно предугадать её следующее слово — или поступок. И эти качели: то воин, которому нельзя перечить, то хрупкий цветок, которого хочется прижать к груди и оберегать от всего мира.

Я невольно склонил голову и носом коснулся её смешного пучка. Василиса… С ароматом жареных семечек, шампанского и чего-то домашнего, что я давно забыл. Свалилась на мою голову, как снег на праздничную ночь. Лисичка. Маленькая, милая — с острыми коготками и тёплым взглядом.

Чёрт! Хватит. Ты — без пяти минут женатый человек. У тебя есть Ив.

«О сосульках думала» (Глава 9).

Девчонка словно услышала мои мысли и быстренько соскочила с колена.

— Спасибо, конечно, за беспокойство, — выпалила она, неловко пряча раскрасневшееся лицо, — но тапочки не настолько дорогие, чтобы всех гостей на коленях держать.

Взгляд свой так и не подняла на меня.

Неужели смутилась? Понравился значит Лисичке?

Интересно…

Но все мои мысли вмиг улетучились, когда она рывком впихнула мне в руки аптечку.

— Держи! — Командир в этой девчонке явно не дремлет. — А то мне неудобно!

А поставить на стол, который рядом, никак?

Высказывать вслух не стал. Решил посмотреть, чем ещё удивит эта необычная Лисичка.

Она наклонилась к аптечке — и её лицо оказалось совсем близко. Можно было рассмотреть её поближе… если бы эти растрёпанные во все стороны волосы не мешали.

Интересно, как они выглядят распущенными?

Распущенный сейчас ты! — одёрнул себя я. — А ну-ка соберись! У тебя свидание на носу! А ты думаешь не о том… Точнее — не о той…

Тяжело вздохнул — впервые за долгое время не понимая собственных эмоций.

Этот вздох не прошёл мимо моего «персонального доктора».

— Тебе плохо? — заглянула она в мои глаза, и в её взгляде — чистый испуг.

Девчонка искренне переживает? Боже… какие красивые у неё глаза. Этот огонь в них — манит, зовёт, обжигает.

Дед Мороза манит огонь?! Смех да и только!

— Очень плохо, — выдал я на автомате, имея в виду эмоциональное, а не физическое состояние. Но было уже поздно!

Вокруг меня началась настоящая суета.

— Тебя тошнит? Головокружение? Видимо, всё-таки сотрясение получил! Надо срочно вызывать скорую! Какой у вас тут номер? Сашенька, не тормози! Тебе нужен доктор!

Доктор мне точно нужен! Только не хирург — психолог. Или психиатр!

Её голос, произносящий моё имя, прозвучал как самая красивая мелодия. Как утреннее пение птиц.

Кошмар! Я себя не узнаю! У меня точно сотрясение мозга! Иначе я не могу объяснить всё это!

Совсем скоро я сделаю предложение своей любимой девушке. Той, кого выбрал на роль матери своих детей. А всё это… просто последствия удара. Завтра пройдёт.

— Спокойно! Никакого врача не надо. Я завтра сам к нему съезжу! — сказал я и попытался встать, чтобы заняться приготовлениями к свиданию.

Сейчас быстро приведу себя в порядок, оденусь, встречу Ив у подъезда и увезу её в романтичное место. А там… сделаю предложение. Не при Василисе же это делать.

— А ну сидеть! — Она положила руки мне на плечи — и я не смог пошевелиться. — Тогда я сейчас всё же обработаю рану!

Эта девчонка командует мной, как заправский генерал — целым войском! Ну и характер у этой Лисички…

— Хорошо, — сдался я. — Но раз уж ты собралась заняться мной вплотную — в смысле, моей раной, — то для начала мне бы принять душ и смыть с волос остатки крови. Кстати, тебе, наверное, тоже хочется освежиться. У меня жарко. Пойдём, покажу гостевую спальню. Там своя ванная. А заодно найду, во что тебе переодеться.

*********************

Василиса Жарова.

Я шла за этим ходячим тестостероном и любовалась им. Чуть на собственных слюнях не поскользнулась…

Василиса, да что с тобой? Я тебя не узнаю! Растеклась лужицей, как малолетка! Соберись, тряпка!

Он же просто обычный мужик! Ну да — красивый зараза. Ну да — с идеальным телом. Хотя неизвестно, что там у него еще под брючками...

Фу! Василиса, фу! Стыдоба!

Думаешь, у него там сосулька отмороженная? И я чуть не разразилась смехом вслух. Быстро зажала ладонью рот и нос — чтобы не выдать себя.

О чём ты вообще думаешь? Он даже не мужик — он Дед Мороз! Сказочный, нереальный персонаж! Мечтать о принце на белом коне — и то реальнее!

И потом… у него сто процентов есть она. Такая же, как он: идеальная, богатая, с маникюром и воспитанием. А твой потолок — Борюсик в свитере с оленем!

Эх…

А знаешь что? Отцепись от себя уже! Могу я хоть раз в жизни позволить себе не думать? Пусть он сказочный! Зато будет что внукам рассказать. Не про оленя же им рассказывать в свитере!

Хочу Деда Мороза. И он будет мой!

И тут — бам! — врезалась в его спину, как «Титаник» в айсберг…

— Ну что, как думаешь? — спросил он, разворачиваясь ко мне лицом. — Думаю, всё отлично! — выпалила я, натянув улыбку. Понятия не имею, о чём он. Я же вообще не слушала. Конечно! О сосульках думала…

— Ну тогда располагайся тут, а я сейчас принесу тебе одежду, — сказал он и вышел из спальни.

А я словно в Лувр попала. С открытым ртом смотрела на огромную гостевую комнату — одна кровать могла бы уместить четверых! Всё было выполнено в мягких кремовых тонах… Сразу вспомнилось любимое мороженое — крем-брюле. Хотя зимой я его вообще не ела. Но сейчас… лизнула бы.

Ох, гореть мне в аду! Бесстыжая ты, Василиса! Бесстыжая!

Хотя я же не виновата, что Дед Мороз такой же холодный, как мороженое… И такой же сладкий, зараза…

Ну всё, хватит! Представь Борюсика — и сразу перехочется всего и сразу! Прямиком в монастырь!

«Массаж от Деда Мороза» (Глава 10).

— А тут и правда жарко, как летом, — сказала я и поспешила снять вязаный кардиган. — Не то что в моей однушке: с голым торсом не походишь.

Улыбнулась и положила его на кресло напротив кровати.

И тут замерла.

На мне болтались остатки моей футболки — той самой, что он разорвал, пытаясь привести меня в чувства. Он этих воспоминаний бросило в жар.

Повезло, что она была на пару размеров больше — быстро заправила остатки крест-накрест в пижамные штаны. Главное — чтобы ничего не болталось… и чтобы он никогда не узнал, как я до сих пор краснею от этого воспоминания.

Лучше бы думать о чём-нибудь другом.

Прошлась по комнате, оглядывая дорогую мебель — такую, на которую мне не заработать и за десять жизней. Сделала вывод: Дед Морозы живут точно как в сказке: дорого-богато.

Но больше всего привлёк вид за окном. Шторы ещё не успели закрыть, и тысячи огней встретили меня сиянием. Ночной Париж восхищал. И пугал.

Вдруг я проснусь, а это всего лишь был красивый сон?

Правда, в нем нехило так досталось бедному Дедушке Морозу, — хихикнула я, когда перед глазами предстал образ «ледяного князя»: молодой, красивый, с глазами, от которых мурашки…

Вернувшись к изучению своей временной спальни, снова уставилась на огромную кровать. И так захотелось сделать, как во всех фильмах…

Оглянулась, чтобы убедиться, что искуситель не стоит в дверях, разбежалась — и плюхнулась на кровать, раскинув руки и ноги.

И зря!

Думала, сейчас упаду на пуховые перины и окажусь на большом мягком облачке. А вместо этого — бам! — лицом в камень. Нос сломала? Рёбра? Бёдра? Всё сразу!

Меня так разобрал смех, что я и осталась лежать, уткнувшись в, судя по всему, железобетонный матрас.

Смеялась до слёз… Пока не стало жутко стыдно и неловко.

— Помощь нужна? — услышала я голос искусителя, в котором дрожал смех.

— Если у тебя есть знакомый травматолог, то да, — приподняла я голову и посмотрела на него. Он стоял в проёме, подпирая дверь. — И массажист бы не помешал, — закряхтела я, пытаясь соскрести себя с кровати.

— Травматолога могу поискать утром, — смеясь, ответил этот красавчик. — А вот массаж… я и сам умею делать. Что конкретно надо помассировать?

Мозги мои, чтоб встали на место! — подумала я, глядя на этого нереального персонажа. Утро настанет — сон развеется. Снег растает… как и сам Дед Мороз.

— Горячая ванна вполне справится, — буркнула я, потирая рёбра. — Спасибо за одежду.

Выхватила из его рук что-то белое, мягкое.

Но он почему-то не торопился уходить. Стоял в дверях, странно прищурившись, и смотрел на меня.

Размышляет, не украду ли я чего? Можно ли доверить мне этот Лувр?

— Что-то ещё? — не выдержала я этого молчания.

— Нет, — «оттаял» этот замороженный дед и улыбнулся. — Приятного купания.

И, закрыв за собой дверь, вышел.

— Ага, ты бы ещё приятного заплыва пожелал! — недовольно пробурчала я, пытаясь выпрямиться. — Я же в Босфоре купаться собираюсь!

************************************

Дед Мороз.

Я шёл к себе в спальню, вспоминая недавний разговор с Лисичкой. А ведь я едва сдержался, чтобы не расхохотаться, увидев эту морскую звезду, выброшенную на матрас вместо песчаного берега.

Сразу понял: девчонка решила проверить кровать на мягкость. Но лучше бы просто присела. На этой кровати обычно спали бабушка с дедушкой, когда приезжали погостить, — и матрас был самый жёсткий из возможных, специально для их больной спины.

Не хотелось даже думать, как бы я себя чувствовал, упав так же. А она… звонко и заливисто смеялась, уткнувшись лицом прямо в плед — будто её кто-то снизу щекотал.

Я всё смотрел на неё и никак не мог понять, почему она меня так притягивает. Если бы я голодал — ещё куда ни шло: списал бы на это влечение. Но ведь с Ив виделся всего пару дней назад. И наши встречи… далеко не целомудренные.

Так что о каком-то физическом влечении к этой девчонке речи быть не могло. Тут, скорее, что-то другое…

При этой мысли я даже рассмеялся — как раз в тот момент, когда вошёл в спальню и начал стягивать брюки.

О влюблённости и речи быть не может! Мы же практически незнакомы. И внешне эта девчонка даже рядом не стоит с Ив — уступает ей почти во всём. Разве что… характером.

До сих пор не пойму, как в этой лисичке уживаются воин, хрупкий цветок и ребёнок лет пяти.

Избавившись от одежды, я наконец добрался до спасительного душа, который хоть немного остудил… Нет, не тело. Голову.

У меня было всего тридцать минут, чтобы собраться и успеть перехватить Ив. Не хотелось, чтобы она увидела девушку в моей квартире.

Конечно, Ив даже не приревнует. Она слишком уверена в себе. Но тут перед глазами снова возник этот дурацкий пучок на голове гостьи, из которого торчали беспорядочные пряди, и эта ужасная бесформенная одежда…

Всё равно лучше не рисковать, — решил я. — Уведу Ив подальше.

Быстро принял душ, переоделся в смокинг — тот самый, что ждал своего часа. Проверил карман: коробочка с обручальным кольцом на месте.

И поспешил выскочить из спальни. Оставалось лишь предупредить девчонку о своём уходе — и мчаться на встречу, которая изменит всю мою жизнь.

Я хотел сделать предложение ровно в полночь. Чтобы новый год начать уже в статусе жениха — и заняться свадьбой.

Всё в моём плане было безупречно… По крайней мере, я так думал.

До…

Раз. Два. Три…

«Модельер отмороженный» (Глава 11).

Василиса Жарова.

— Я остаюсь тут жить! — воскликнула я, застыв в дверях ванной.

Огромная ванная, в которой спокойно поместятся двое. По краям — две зелёные пальмы. И, судя по свету над ними, растения живые, а не пластиковые.

Я медленно двинулась вглубь, чувствуя себя в джунглях Амазонки. Не обезьянкой, конечно, с красной… А скорее Джейн Портер из «Тарзана».

Какие-то цветы свисали прямо с потолка, как лианы. Надеюсь, тут анаконды не водятся?

А какие-то... О, эти я знаю — орхидеи. Они стояли на столешнице у раковины, вырезанной из какого-то светлого камня.

Дальше я увидела душ. И решила, что воспользуюсь именно им.

Нет, я не дикая, если что. И что такое душ знаю. Просто он был обложен камнем, а сверху и по краям — снова эти зелёные растения.

Я не цветовод, названий не знаю… но если выберусь из этих странных приключений живой — обязательно заведу себе парочку таких.

В общем, душ с виду будто настоящий водопад. Не хватало только пения птиц. Не удивлюсь, если где-нибудь тут и включаются эти самые звуки природы. Или вообще попугай из каких-нибудь кустов выскочит.

Без раздумий я закрыла дверь и, скинув одежду, рванула под этот волшебный водопад квартирного масштаба.

Надо ли говорить, что все средства для мытья тут были самыми элитными? Одни баночки на французском языке чего стоили! Про ароматы дорогих духов даже можно было не упоминать. Будто бы сама Коко Шанель решила искупать меня перед балом.

Я словно в рай попала. Ну или в самый крутой спа-центр Парижа.

И всё же в этот момент снова мелькнула мысль: «Это просто сон пьяной, брошенной женщины. Утром всё исчезнет».

Но сейчас мне было плевать. Я откровенно наслаждалась всем, что оказалось в моём распоряжении.

Выйдя из ванной, я чувствовала себя богиней, сошедшей с морской пены. Волосы — шелковые, кожа — бархатная, настроение — в небесах.

Хотелось поскорее скинуть полотенце, в которое я завернулась, и переодеться в то, что принёс «дедушка».

От одного этого слова меня разобрал смех. Ну а что? Сам же сказал — Дедушка Мороз! Это даже веселее, чем просто Александр.

Однако смех быстро оборвался, стоило мне развернуть — как я думала — белую мужскую футболку.

Там, где должна была быть моя грудь, зияли две большие дыры. И, судя по рваным краям, вырезаны они были ножницами — вручную.

— Модельер отмороженный! — воскликнула я со злостью. — Маньяк чёртов! Прибью!

И я рванула из спальни с этой футболкой в руках.

Правда, забыла о маленькой детали… Я была в одном полотенце. И не самом большом — прикрывало лишь ту самую пятую точку, на которую я уже нашла столько приключений.

А теперь — неприятности, которые я обрушу на пятую точку одного лжедеда Мороза! Опоил меня чем-то! Или брызнул! И теперь решил воспользоваться мной?!

(Правда, о том, как я в таком случае попала в Париж, я не подумала. Будучи злой, часть мозга, отвечающая за логику, у меня отключается.)

Я чуть ли не бежала, чтобы найти этого гада и обрушить на него весь свой словарный запас нецензурных выражений. И, возможно, даже приложить чем-нибудь тяжёлым.

Жаль, сковородку он утащил. Предусмотрительный, зараза! Ну ничего… Он сейчас узнает, что такое Василиса в гневе!

***************************************************

Дед Мороз.

Я даже не сразу понял, что произошло. В меня, словно ураган, влетело нечто — только потом дошло: это моя неожиданная гостья, Василиса.

Её отбросило назад, и я попытался ухватить её — но она в тот момент зацепилась за ковёр, и я полетел вслед за ней.

Через мгновение я лежал на девушке, чьи влажные, слегка вьющиеся волосы разметались золотом по белоснежному ковру. Изумрудные глаза смотрели на меня с испугом — будто я сейчас её съем. Взгляд метался: вниз, ко мне, снова вниз…

Вот тут я и решил посмотреть, что там внизу.

(Нет бы слезть с девушки… Но зачем? Мне ведь всё нравилось.)

А вот тут меня ждал приятный сюрприз… Когда я пытался удержать девушку, схватился за её полотенце — и оно в полёте сползло так удачно вниз.

Мне бы, наверное, отвернуться. Или хотя бы не смотреть туда. Но какой же мужчина в таком положении упустит шанс хотя бы разок взглянуть?

Я уже ждал пощёчины — даже мышцы лица напряг. Правда, небольшой дискомфорт можно и потерпеть ради такого шикарного вида.

Но в ответ услышал лишь: — Понравилось?

А что творилось в глазах девушки — целое цунами, ураган и взрывы одновременно. Сейчас точно убивать будет…

— Очень… — зачем-то ответил я, хотя в самоубийцы никогда не рвался.

Если бы взглядом можно было испепелить, я бы уже лежал горсткой пепла на этом прекрасном теле.

— Может уже слезешь с меня и поможешь встать? — чуть ли не прорычала она.

Боже, как же она красива, когда злится!

Но подняться всё же пришлось… Точнее, я немного схитрил. Резко перевернулся на спину и рывком усадил девушку на себя. Так ей ведь гораздо легче будет подняться. А у меня — полный обзор.

Обзор и правда полный открылся... Я, когда перевернулся, видимо, полотенце прижал, и в итоге на мне сидела абсолютно обнаженная девушка.

Её щёки пылали, глаза метали молнии, а руки… тянулись к моей шее. Но точно не для объятий.

Она вцепилась пальцами в моё горло и сжала так, что дышать стало трудно.

Всё-таки решила добить единственного Деда Мороза. И, честно? Лучше бы убила…

— Что тут происходит?! — раздался женский крик позади нас. — Алекс!

«Верхом на Деде Морозе» (Глава 12).

Василиса Жарова.

Вас когда-нибудь крутило, как белку в колесе? А меня вот крутануло так, что земля ушла из-под ног.

Сначала я была готова растерзать этого псевдодеда… А потом — полетела в бездну.

И тут же бездна накрыла меня — в виде одного нереально красивого мужского тела.

Боже… Я забыла, как дышать. Когда его волосы упали мне на лицо. Когда он посмотрел на меня…

Мурашки? Нет. Из меня душа вылетела, чтобы сверху полюбоваться этим видом.

А когда, видимо, возвращалась обратно — заметила свою оголённую грудь, которую прикрывал Дед Мороз… в смокинге.

Смокинг?! У него что, после полуночи — корпоративы у взрослых?

Почему-то в этот момент перед глазами возник шалунишка Дед Мороз — только без смокинга… и у шеста.

…Можно мне билетик на такой корпоратив?

Но стоило моим глазам спуститься ниже по этому шикарному… Нет, не телу — смокингу, как я увидела свою оголённую, ничем не прикрытую грудь.

Хорошо хоть, мужчина этого пока не заметил… Но паника накрыла с головой.

Так вот про колесо и белку...

Когда просите мужчину подняться с вас и помочь — подумайте дважды! Если, конечно, окажетесь на моем месте.

Короче: бац — и я уже сижу на этом искусителе абсолютно голая. На красавчике, с которого можно писать портреты и лепить статуи…

Другая бы, может, и растаяла. А я вспомнила: — эту футболку с дырками, — его наглый взгляд, — и эту «помощь», из-за которой я теперь голая — и сижу прямо на нём.

В общем, я натурально стала душить этого гада.

И тут — душераздирающий женский крик.

Но вместо того чтобы опомниться, я ещё сильнее сжала пальцы на шее этого «дедушки».

А вот и Баба Мороз! Интересно, поможет ли она мне его душить… или начнёт с меня?

Честно — мне даже стало жалко девушку. Если её муж (или парень) сейчас в смокинге — то уж точно не для меня наряжался. Видимо, у них романтический ужин… или свидание…

А тут — бац — и голая девка верхом на её собственности.

Не знаю, как она, а я бы на её месте придушила обоих — и начала бы с неверного.

А дальше — как в кино…

— Ив?! — воскликнул Дедушка Мороз.

Видели бы вы его испуганные глаза и этот потерянный взгляд… Значит, дорожит отношениями.

Мгновение — и вот его крепкие, горячие руки схватили меня за талию, подняли, как пушинку, и посадили на мягкий ковёр голой жо...

Да-да, я же говорила: в гневе мозг не думает. Поэтому я и поперлась к мужику на разборки в коротком полотенце… и с голой задницей…

Теперь вот — мягко, конечно, но совсем негигиенично. Благо, Алекс…

Кстати, представляете? Русского Деда Мороза его Баба Мороз зовёт — Алексом! Чудно! Нет бы — Сашенька, Санек… Алекс! Бр-р-р! Прям кощунство по отношению к сказочному персонажу из России!

Думать не дали. Меня тут же прикрыли той самой срамной футболкой — с дырочками для… … Подогрева фантазий всяким маньякам и извращенцам.

И тут началось…

— Это что, моя футболка?! — завопила девица, чуть старше меня.

Кстати, надо сказать — именно так, наверное, и должна выглядеть жена или девушка Деда Мороза в его версии современной, молодой и красивой версии.

Высокая... Ноги — от ушей. Хотя нет, еще выше.

Платье на ней — серебристое, с разрезом сбоку до самой пи… … Тоже, в общем, чуть ли не до ушей. Из него выглядывала одна длинная, стройная ножка — точь-в-точь как у куклы Барби из моего детства.

То же самое можно было сказать и про талию. Даже моя кукла позавидовала бы этой осиной — будто два нижних ребра аккуратно убрали хирургом. В общем, песочные часы — вариант идеальный.

А бюст… Девочки, даже я, со своим скромным размером, зачарованно уставилась на эти две дыньки. Красиво! Ничего не сказать. И декольте подчёркивало это идеально.

Личико — кукольное, кожа — фарфоровая, губки — пухлые. Ресницы — как и ноги — длиннее некуда.

Только завидовать молча и остаётся…

Волосы, кстати, того же оттенка, что и у Деда Мороза — прямо ледяная княгиня и ледяной князь..

Хотя… стальная дракониха ей больше подходит. Потому что сейчас на этом прекрасном личике — такой оскал, что…

Можно я отползу куда-нибудь подальше? Желательно — домой!

— Милая, я сейчас тебе всё объясню! Это не то, о чём ты себе уже напридумала! — выпалил он.

Вы когда-нибудь спасали Деда Мороза? А мне вот пришлось… Он так переживал, так боялся потерять эту дракониху — видно было невооружённым глазом.

Я уцепилась за ту самую футболку — для взрослых игр, как теперь понятно — и, прикрываясь ею, быстрее его подскочила с ковра и рванула к его второй половине, стоящей в дверях.

Ну, говорю же — мозги включить забыла. Нет бы просто надеть футболку… Зачем?

Вот так — с оголённой задницей — я и бросилась к ней.

Надеюсь, этот «дед» насладился видом в последний раз.

— О, вы, должно быть, жена Александра?!

Изобразить дурочку давалось мне с трудом. Особенно — улыбаться, как умалишённой.

Но чего не сделаешь ради сказочного персонажа? Тем более кашу заварила я сама. Надо было одеться, прежде чем бежать к нему с разборками…

— Вы такая красивая! — выпалила я. — Вы — идеальная пара! А я… я вообще никакого отношения не имею к вашему мужу. Я просто потерялась в городе…

Шмыгнула носом.

Да, актриса из меня — никакая. Но другой нет.

— Не понимаю, как тут оказалась в одной пижаме… Представляете? Гуляла босиком по улице зимой — ни телефона, ни денег. Никто не хотел помочь. Думали, бомж какой-то.

А вот ваш муж — помог. Привёл сюда, дал помыться от грязи…

Только я пока в ванной лежала… Ох, а вы видели, какая там ванная? Это же просто сказка! Настоящие джунгли!

Хотя… — хихикнула я, как идиотка, — вы же его жена… наверняка уже всё видели.

Так вот, я заснула в ванной, резко проснулась, не поняла, где нахожусь, испугалась — и в одном полотенце чуть не рванула на улицу. Александр еле остановил меня.

Правда, перестарался — и мы упали на пол. Хорошо, голову не расшибли.

И…

— Алекс! — прорычала эта Ив. Ну точно дракониха! Вот-вот огнём плюнет. Точно буду с поджаренной жо…

— Так вот как ты проводишь каждое 31 декабря?! «Работы, видите ли, у него много! Пару дней буду занят!» А сам таскаешь всяких девиц и развлекаешься с ними!

— Но он не такой… — попыталась я вступиться за этого отмороженного Деда Мороза, у которого, похоже, дар речи пропал от моей душещипательной истории. — Он же де…

Она что, не в курсе, что её мужчина — Дед Мороз?!

— Милая! — наконец очнулся бедняга. — Я тебе всё сейчас объясню! И подскочил с ковра, на котором так и сидел, наблюдая за мной… и моей филейной частью.

Но девушка резко развернулась и пулей вылетела из гостиной — будто за ней гналась стая волков.

Поравнявшись со мной, Александр на миг замер и почти беззвучно, одними губами прошептал: — Спасибо…

И бросился догонять свою Бабу Мороз.

Эх… Какой мужчина… Но не мой.

«Шампанское на брюках» (Глава 13).

Через мгновение хлопнула входная дверь и наступила тишина. Я так и стояла. На душе стало так тоскливо, что мой громкий, тяжёлый вздох, наверное, услышали даже соседи. Хотя, может, у них здесь стены потолще, чем в моей хрущёвке.

— Ладно, Василиса, — сказала я вслух, — взяла себя в руки!

Да, один мужик оказался козлом. Второй — вообще Дедом Морозом.

И тут я громко рассмеялась — так, что эхо отскочило от стен. Но смех был такой больной, что чуть не свалил меня на колени. Ещё чуть-чуть — и я снова начала бы жалеть себя.

Ещё неизвестно, что хуже! У Борюсика была вторая девушка, которой он, похоже, собирался делать предложение. А у Деда Мороза… жена или невеста. Учитывая тот смокинг… Может, он тоже собирался просить руки и сердца.

— Ну и не везёт же мне… — прошептала я в пустоту. — И как с этим бороться...

Соберись, тряпка! Считай, у тебя каникулы новогодние! Ведь если бы не этот странный случай, ты бы сейчас спала — пьяная и голодная. В холодильнике мышь повесилась, а шампанское они не пьют. Даже бедняжке поесть нечего было. А теперь ты в Париже! Может, это всё же сон, но даже в нём я могу позволить себе, может, наконец-то наесться. Интересно, а чем питаются Деды Морозы?

На этой интересной мысли я подняла с пола полотенце и отправилась в выделенную мне комнату, где оставила срамную футболку и полотенце, переоделась в своё родное — пусть не такое свежее, зато моё и приличное. Разорванную футболку заправила в пижамные штаны крест-накрест и отправилась на поиски кухни. Благо я запомнила, куда этот Алекс потащил мою сковородку.

Алекс… Бр-р-р! Сашка! Надо по-нашему!

И вот я — на кухне мечты… Такие видела только в кино. Одна эта кухня — размером с мою квартиру. Ни конца ни края. Белоснежная, аж глаза режет.

В реальности, если у тебя нет домработницы, драить её придётся с утра до ночи. Я только представила: прихожу после трудового дня, готовлю ужин — а потом ещё и это всё отмывать? Или тратить на это весь выходной? Так меня и передёрнуло.

Не моё. И отлично!

Бросила взгляд в поисках холодильника — и нашла. Двойной! Две двери. Надеюсь, не две мыши повесились там с голодухи.

Открыла — и словно в рай продуктовый попала. Чего тут только не было! Судя по всему, у Деда Мороза с его Бабой намечался новогодний пир на всю ночь. Всё уже разложено по красивым тарелочкам и аккуратно затянуто плёнкой. Явно не сами готовили.

Сделала вывод: у этих двоих есть как минимум домработница, а как максимум — ещё и личный повар.

А раз хозяева до завтра точно не вернутся (им предстоит мириться всю новогоднюю ночь), я решила: почему бы не поесть в гостиной — с видом на Эйфелеву башню?

Бросила взгляд на часы — и обрадовалась. До Нового года в Париже осталось полчаса. У меня будет второй Новый год! Надеюсь, получше, чем первый…

Я выгребла из холодильника салат, сырную нарезку с орехами, мясную, какие-то мини-бутерброды. Нашла даже бутылку шампанского.

А что? Имею право! Нечего было меня сюда притаскивать! Это — компенсация за моральный ущерб!

Но что удивительно — горячих блюд не было. Зато откопала два идеальных говяжьих стейка. Какое счастье, что я умею готовить! А вкусить жареный стейк — это же просто сказка.

А вот и сковородочка моя пригодилась! — рассмеялась я.

За пять минут до Нового года я уже сидела за столом, заставленным праздничным ужином, а в воздухе витал аромат жареного мяса, от которого я чуть не пустила слюни.

Взяла бутылку шампанского, открыла с хлопком — и, когда наливала себе в длинный фужер на тонкой ножке, чуть не отправилась к праотцам.

— А мне можно? — услышала я шепот над ухом. Резко развернулась с бутылкой в руках — и вылила часть содержимого прямо на Деда Мороза. Чтоб его снеговики прикопали во дворе! Нельзя же так пугать!

— Вообще-то я хотел шампанского в фужере, а не на себе, — смеясь, произнёс он, глядя, как по его брюкам расползаются мокрые пятна.

— А ты разве не должен сейчас со своей женой мириться? — наехала я на него, будто он припёрся в мою квартиру без спроса. Ну да, нагловато. А нечего так подкрадываться.

Александр… Пора уже прекращать звать его Дедом Морозом. Язык не поворачивается, когда гляжу на него.

Он оглядел свой испорченный вид и стал стягивать пиджак — тому тоже досталось от меня. Надеюсь, он от брюк не собирается избавляться?! Всё-таки раз уж выяснилось, что у него есть вторая половина, то пусть держится от меня подальше. Или я от него…

— Должен и даже очень хотел, — вздохнул он тяжело, — да вот только Ив сильно обиделась. Так что это первый Новый год, когда мы будем врозь… И она пока мне не жена.

Значит, всё-таки собирался делать предложение. Это судьба у меня такая — собирать вокруг себя в Новый год мужиков, которые планируют просить руки и сердца у других девушек?

Ну и ладно! Зато у меня Новый год будет в Париже!

С этой мыслью я заткнула свою жалость поглубже.

— Так ты не против, если я присоединюсь? — спросил Александр, глядя голодными глазами на стол.

А ведь он, наверное, устал? Бедняга — стольких детей осчастливил… и, возможно, сам голоден.

— Стейк будешь? — спросила я, вспомнив, что пожарила два. Будто знала.

— Если угостишь, — уголки его губ поползли вверх. Но в глазах мелькнула какая-то вселенская усталость.

— Чувствуй себя как дома! — смеясь, заявила я и отправилась на кухню.

Через пару минут я вернулась с тарелкой стейка и ещё одним фужером.

И тут — будто сам Париж решил отпраздновать за нас — небо взорвалось фейерверками. Не один, не два — со всех сторон сразу: над Сеной, над крышами, над куполами церквей. Красные, золотые, синие искры сыпались, как раскалённая мишура, а Эйфелева башня в ответ зажглась тысячью огней — медленно, торжественно, будто кланялась празднику.

Александр не растерялся: одной рукой схватил бутылку, ловко налил себе шампанское, а второй — мой фужер, который я даже не заметила, как поставила на край стола, — и протянул мне с такой лёгкой усмешкой, будто мы делали это каждую новогоднюю ночь.

— С Новым годом, Василиса Жарова! — его бокал коснулся моего — звонко, чисто, как первый колокольчик под ёлкой.

— С Новым годом, Дедушка Мороз, — хмыкнула я, но уже без яда.

И в этот самый миг — словно кто-то наверху услышал нас — за окном закружились снежинки. Не просто пошёл снег — они танцевали. Лёгкие, прозрачные, будто вырезанные из старинной сказки. Одна за другой, всё гуще, всё ярче на фоне огней… Как будто весь мир решил: «Пусть эта ночь будет особенной. Хотя бы для них двоих».

Поцелуй для полиции. (Глава 14).

Дед Мороз.

Физически я чувствовал себя настолько паршиво, что хотелось лишь добраться до кровати и вырубиться на пару дней. Все планы моей идеальной жизни рухнули в одну новогоднюю ночь, когда я встретил Василису. Казалось бы, вот она — виновница всех моих бед. Есть на кого злиться.

Но почему-то рядом с этой зеленоглазой Лисичкой я чувствовал себя так, словно оказался там, где должен быть, словно я дома: тепло, уютно… И что-то родное? Бред! Я просто в шоке после разговора с Ив. Она выслушала меня стойко, правда, не проронив ни слова. Если бы взглядом можно было убивать, пришлось бы уже искать нового Деда Мороза.

Но когда я опустился на одно колено прямо на улице, делая ей предложение и надеясь, что она всё же ответит «да», Ив просто молча села в машину, хлопнула дверью и уехала. Я не понимаю: если бы я был виноват хоть в чём-то… Но я ведь только и думал о нашем совместном будущем. И вот как теперь быть?

Не успел я сделать глоток шампанского, как в дверь позвонили.

Бедняжка Лисичка чуть не подавилась. Глаза расширились — огромные, испуганные, как у оленёнка, увидевшего охотника.

Неужели так боится мою невесту? Хотя… строго говоря, она пока даже не невеста.

— Это твоя жена? — почему-то прошептала она, чуть подавшись ко мне, будто Ив стоит за её спиной. — Ну, то есть… невеста. В смысле, твоя девушка Ив.

— Скорее всего, — пожал я плечами и поставил фужер на стол. — Больше я гостей не жду.

Звонок продолжал жалобно просить отозваться хозяина дома. Но я не спешил открывать. Подошёл к Василисе, дотронулся до её плеча — и меня пробило током до костей. Да что за реакция на эту девушку?

— Василиса, — взял себя в руки, — ты не переживай. Садись, ешь, пей, на нас внимание не обращай. Ты моя гостья, ничего не бойся, — зачем-то подмигнул ей.

На удивление, Лисичка открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыла и посмотрела на меня так тепло, что аж дышать стало труднее. Видимо, в доме и правда слишком жарко.

Встряхнув головой, чтобы отогнать странные ощущения, я поспешил к двери, в которую звонили так, будто за ней уже пожар.

А дальше у меня случился настоящий шок.

За дверью оказались двое полицейских, которые представились и показали свои удостоверения.

— Поступила жалоба, — говорил только один, второй молча кивал, будто статист в плохом сериале. — В этой квартире пьяный дебош, шум… и подозрительная девушка без документов.

Давненько я так не удивлялся. Правда, на смену шоку тут же подкралась злость — которую я, как истинный джентльмен (и будущий жених в глазах закона), быстро подавил.

— Это недоразумение, — выдал я на безупречном французском, натянув самую обаятельную улыбку. — Александр Мороз. Пробейте. Владелец фабрики Nuit Blanche в Страсбурге, отеля Hôtel des Rêves в 16-м округе. Дальше сами найдёте. Мы с невестой только вернулись с важного мероприятия — я даже смокинг снять не успел. Шум и дебош? Да мы и чайник не включали! И вы правда считаете, — голос стал чуть острее, взгляд впился в них, — что у такого человека невеста — «подозрительная девушка без документов»? Любимая, подойди, пожалуйста!

Второй полицейский, стоявший в стороне, уже что-то бормотал в рацию.

*****************************************************

Василиса Жарова.

Как только Александр открыл дверь и я услышала за ней громкое «полиция», тут же на цыпочках поспешила подслушивать. Да, некрасиво, но я-то в чужой стране. Вдруг это касается меня?

Вот никогда бы не подумала, что школьный французский, а потом и университетский, когда-нибудь пригодится. Между прочим, у меня по нему всегда была пятёрка. Поэтому я прекрасно поняла, о чём речь.

И, честно говоря, офигела, услышав знакомое fiancée — «невеста».

Но ясно понимала: это вынужденная мера. Александр просто спасает меня. Без документов меня посадят, и когда я оттуда выйду — неизвестно.

Поэтому я не злилась. Наоборот, была благодарна этому Деду Морозу.

Но вот когда он позвал меня, я, честно говоря, испугалась. Если полиция увидит меня в рваной футболке и затёртых пижамных штанах — точно примут за бомжиху. А я как-то не мечтала об экскурсии в местную полицию, пусть и парижскую.

Мозг заработал как сумасшедший. И вот я уже несу́сь в выделенную мне комнату, скидываю футболку и штаны, хватаю полотенце, обматываюсь — и мчу обратно.

— Любимая, ты там где? — донёсся крик, полный нетерпения.

— Что случилось, милый? — отвечаю, закидывая волосы на левую сторону, будто только что вышла из душа.

Рты раскрылись у всех! От Деда Мороза до полицейских. Последние уставились на меня с таким плотоядным взглядом, будто я — последний круассан в Париже. Александр тут же закрыл меня собой.

— Вот видите, моя невеста душ принимала.

Но мне-то надо было как-то помочь себе и ему. Так сказать, оставить приятное впечатление. Поэтому я вышла из-за его спины, улыбаясь так, будто от этого зависит моя жизнь. Полотенце норовило сползти — я вцепилась в него, как в спасательный круг.

— А не хотите с нами чай выпить, господа полицейские? — выдала я на ломаном французском. Voulez-vous… thé? — тут же поперхнулась собственным акцентом. Вот кто меня за язык тянул?! Совсем мозг от страха перестал работать. — С Новым годом вас!

Александр нервно рассмеялся. А потом резко притянул меня за талию и, глядя на полицейских, бросил:

— Теперь понимаете, почему я её люблю?! Она просто чудо!

И поцеловал. Нежданно. Крепко. И задержался явно дольше, чем положено для «дежурного» поцелуя. Да ещё и при свидетелях в форме.

Меня словно обожгло. Щёки вспыхнули, голова закружилась, звуки вокруг поплыли.

— Простите за беспокойство, мсьё Мороз, — донёсся сквозь гул в ушах голос одного из полицейских. — Вышла ошибка. Приносим извинения вам и вашей невесте. Хорошего вечера.

P.S. А вы бы предложили полицейским чай в полотенце? Или сразу убежали? Напишите в комментариях — Лисичка читает (и иногда отвечает, если не занята спасением Деда Мороза от французских стерв). 😉🦊

Соус и решётка. (Глава 15).

Дед Мороз.

Когда я ощутил её сладкий вкус губ, мир вокруг испарился. Я весь растворился в этом поцелуе, словно он был последним спасением для умирающего путника в пустыне. Услышав, что полицейские ретировались, схватился за ручку двери и, не отрываясь от манящих губ Лисички, захлопнул её. Двумя руками обхватил её талию и прижал к стене.

Сначала девушка никак не реагировала на мой поцелуй — только лёгкий шок. Но как только прижался к ней всем телом, она ответила.

Ответила!

Гори всё синим пламенем! К чёрту весь мир!

Я ощущал как каждая клетка моего тела жадно тянется к этой девушке, словно она была моей половинкой. Мозг отключился когда ее руки обвили мою шею.

И вдруг — звонок в дверь.

Я чуть не зарычал, как зверь, готовый разнести всё к чертям. Отпускать Лисичку не хотелось ни на секунду. Мне было плевать, кто там — хоть сам президент Франции. Но Василиса сама отстранилась, положив ладони мне на плечи. Тёплые. Дрожащие.

— Открой, — её щёки пылали, дыхание сбилось, а в глазах-изумрудах плясали огоньки смеха. — Это, наверное, снова полиция. Явно что-то забыли. А может, передумали и решили на чай зайти? — засмеялась она.

Этот смех, похожий на самую прекрасную мелодию, сводил с ума. Пришлось взять себя в руки и оторваться от самой желанной девушки на свете. Сердце билось так, будто только что пробежал марафон.

— Не вздумай их пригласить! — прошептал я ей на ушко, чувствуя её тепло. — И вообще не высовывайся. Не хочу, чтобы они пялились на тебя. Беги в гостиную!

Василиса придерживала полотенце одной рукой, а второй чётко приложила к виску, словно отдавая честь. Глаза блестели озорством. Тихонько хихикнула и, словно мышка, на цыпочках юркнула в гостиную, оставив за собой лёгкий след аромата.

Ну что за девчонка! Так и хотелось схватить её за талию, притянуть к себе и сорвать это проклятое полотенце.

Улыбнулся, встряхнул головой, глубоко вдохнул — и открыл дверь.

*************************************************

Василиса Жарова.

Во рту пересохло, сердце колотилось так, будто пыталось выскочить из груди. Тело ещё горело от его прикосновений, от этого горячего поцелуя. Не помню, как добралась до гостиной. Мне нужен был спасительный глоток шампанского. Обдумать произошедшее — позже.

Не успела я донести фужер до рта, как чуть не выронила его.

— Ив? — донёсся голос из прихожей.

Меня будто током ударило. Торопливо поставив фужер на стол, я рванула в свою комнату. Трясущимися руками натягивала пижамные штаны и рваную футболку — всё как во сне. Волосы собрала в небрежный пучок, не глядя в зеркало.

— Дура! Какая же я дура! — набатом било в голове. — У него же девушка! Он собирался сделать ей предложение! Он любит её! А ты — просто полуголая девица в доступном виде! Не каждый мужчина устоял бы. Я же не уродина... Дура! Он чужой мужик! Не твоё! Не трогай!

Чуть до истерики себя не довела, но вовремя взяла себя в руки и на цыпочках побежала обратно в гостиную. В прихожей стояла тишина. Я прильнула к дверному косяку и глянула одним глазком. Может, Ив всё-таки ушла?

Но то, что я увидела, заставило сердце сжаться до боли. Они стояли в коридоре и целовались — страстно, отчаянно, будто не виделись сто лет. Но он ведь только что там меня целовал! Глаза предательски покрылись пленкой слёз. Дура ты, Василиса! Просто дура! Соберись, тряпка!

Не знаю, какими усилиями воли, но я быстро прошмыгнула к столу, уселась на стул и схватила рукой целый стейк. Засунула в рот и принялась жевать с таким усердием, будто от этого зависела моя жизнь. Специально пачкаясь, обмазывая губы соусом, капая на футболку. Пусть Ив видит — я не та, о ком может мечтать её Алекс. Извазюкалась, как свинка, судя по липким ощущениям вокруг рта и на подбородке. Выглядела, должно быть, ужасающе — растрёпанная, в рваной пижаме, с соусом на лице. Но на то и расчёт.

Нечего забывать, что ты тут чужая. Чужая на этом празднике жизни. И моё появление не должно испортить их планы. Если мои отношения рухнули — не буду рушить их.

И вот когда я схватила перепачканными руками фужер с шампанским и выпила всё залпом — нервишки как-то надо было успокоить — я увидела её.

По сравнению со мной Ив выглядела богиней, сошедшей с Олимпа. Сияла, как начищенный до блеска чайник. Вся такая красивая, идеальная, в дорогом платье, с распущенными волосами, с безупречным макияжем. Точно такая, какой я её видела совсем недавно. Видимо, поездила, успокоилась и решила вернуться.

— Почему она ещё здесь? — удивлённо спросила она, обернувшись к Александру. В её голосе звенела лёгкая, почти незаметная нотка яда.

Александр молчал. Смотрел на меня странно — задумчиво, с прищуром, будто пытался разгадать загадку. Небось понял, какое я чудовище по сравнению с его будущей женой. Да и пофиг! Плевать! Это даже правильно. Нечего губы распускать, когда сам почти окольцован.

Но меня больше заинтересовала фраза Ив. Почему она думала, что меня здесь не должно быть?

Шестерёнки в голове заработали с треском, закрутились — и меня вдруг осенило. Будто молния ударила прямо в макушку. Кровь отхлынула от лица, в горле сжалось.

Это она вызвала полицию!

Иначе откуда они могли узнать о девушке без документов? Кто ещё знал, что я здесь?

Вот стерва! Из-за этой гадины я могла оказаться за решёткой — неизвестно насколько времени. В чужой стране. Без документов. Без помощи. Одна. В камере!

Пятьсот оленей. (Глава 16).

Дед Мороз.

Появление Ив отрезвило меня мгновенно. Сердце всё ещё колотилось как бешеное, никак не желая успокаиваться после поцелуя с Василисой. Губы горели, жаждая продолжения. Но разум упрямо не соглашался с ними.

Передо мной стояла та самая, которую я хотел видеть своей женой, матерью наших детей. Но почему же внутри было так паршиво?

— Прости меня, Алекс! — Ив бросилась ко мне, обвив руками шею. — Я просто безумно люблю тебя и... признаюсь, приревновала. Ну скажи честно — ты бы так же отреагировал на моём месте? Но я не хочу терять тебя из-за своих глупых подозрений. Я тебе доверяю. И... согласна стать твоей женой, любимый, — её губы коснулись моего уха.

Ив прекрасно знала, как отключить мой мозг. Её руки поползли вниз, к ширинке. Будь это до встречи с Василисой — я бы взял её прямо тут, в прихожей. Но сейчас я ничего не чувствовал.

Бред какой-то!

Ив всегда меня возбуждала. Между нами полыхал огонь. А тут — пустота. Лишь лёгкое разочарование.

Я толкнул дверь в квартиру, она захлопнулась. От этого звука внутри что-то лопнуло. Захотелось проверить — вдруг страсть ещё жива? Я жадно поцеловал Ив, будто это последний поцелуй в моей жизни. Она отвечала так же дико, так же страстно. Казалось, вот-вот загоримся...

Но я чуть не завыл от отчаяния.

Я ничего не чувствовал. Словно целовал пластиковую куклу.

Да что со мной творится? Почему девушка, с которой я знаком всего несколько часов, сводит меня с ума? Почему я хочу раствориться в ней? Почему схожу с ума от её, по сравнению с этим, невинного поцелуя?

Точно! Сковородка! Удар всё-таки сказался на моей голове. Завтра же найду себе хорошего невролога.

Всё это время Ив целовала меня, её руки скользили по моему телу. А я, как дурак, думал только о той, что ударила меня сковородкой. Даже не заметил, как мы оказались в гостиной.

— Почему она ещё здесь? — удивлённо спросила Ив, обернувшись ко мне. И в мгновение ока нежный ласковый котёнок превратился в хищную тигрицу.

Но всё моё внимание было приковано к милой, смешной Лисичке. Она сидела за столом в своей рваной футболке, с дурацким пучком на голове, из которого торчали волосы во все стороны. Лицо её было перепачкано соусом, но даже в таком виде меня тянуло к ней с необъяснимой силой.

Но почему? Что в ней такого?

— Алекс! — прошипела Ив, и я вернулся из своих мыслей.

— Василиса — моя гостья. И пробудет у меня столько, сколько ей будет нужно.

***************************************************

Василиса Жарова.

Первым желанием было выдрать этой лохудре все ее идеальные волосинки до единого. Вторым — влепить такой фингал этой красотке, чтобы она светила себе дорогу по ночам. Но здравый смысл вернулся вместе со словами Александра. Он не отрывал от меня странного взгляда и заявил своей Ив, что я останусь у него столько, сколько нужно, — таким тоном, будто вырос стеной между мной и этой тигрицей.

И я взяла себя в руки.

— Спасибо вам, Александр, за еду и гостеприимство, — я встала из-за стола. — Всё было очень вкусно. А теперь, с вашего разрешения, пойду спать. День выдался тяжёлый. Хорошего вечера с невестой.

С гордо поднятой головой я направилась в выделенную мне комнату, по дороге размышляя, как бы хорошо эти двое смотрелись на белоснежном ковре после увесистой сковородки. От этой мысли настроение тут же поднялось.

Как только я вошла в спальню, тут же закрыла дверь и заперла на замок. Хотелось поскорее смыть с лица этот размазанный соус и как следует пореветь в подушку.

И вот когда я уже лежала на этом каменном матрасе, собираясь пустить слезу, за дверью раздался мерзкий смех драконихи.

Потом — слишком громкий тост о счастливой жизни со своим любимым Алексом. Поздравление с тем, что они теперь жених и невеста.

Фу, блин! Аж скулы свело!

Я ведь ей ничего плохого не сделала. Даже ушла, оставила их наедине. А могла бы остаться и устроить ей представление. Но Сашку жалко. Хороший мужик ведь... И раз собирается жениться на ней, значит, любит. Может, с ним она идеальная, а это лишь ревность сочится из неё ядовитым змеиным жалом.

Переживу!

Но когда я услышала смех Александра, под ложечкой засосало. Стало так обидно, так жалко себя.

Вот за что мне такое?

— Тридцать первого декабря меня бросил Борька, с которым я уже видела себя его женой и матерью двух чудесных девочек, — всхлипнула я. — Потом меня поцеловал Дед Мороз из сказки. Подарил надежду... И тут же он её растоптал своим поцелуем с невестой...

Олень я с большими рогами...

Заведу себе двух очаровательных кошек, кучу лиан, как в ванной, и буду жить одна. Хочу — ем халву, хочу — пряники...

И слёзы покатились по щекам, пачкая наволочку, которая, между прочим, пахла шоколадом.

Спустя час я всё ещё лежала, уткнувшись лицом в подушку, пытаясь уснуть. За дверью уже стихло, зато из спальни Александра верезжала как пришибленная Ив:

— О, пупсик, какое шикарное кольцо! Какой огромный бриллиант! Этой ночью я не дам тебе спать!

Ну хоть кому-то повезло...

Я даже попыталась порадоваться за неё, честное слово. Стала спокойнее, примирилась со своим положением гостьи и начала считать оленей, чтобы уснуть. На пятисотом сбилась со счёта. Дикие стоны Ив прошлись по сердцу острым ножом. Всё спокойствие — коту под хвост!

Я знала Александра всего несколько часов и не могла в него влюбиться. Не могла!

Но почему же так было больно?

Заткнула уши, чтобы не слышать эти стоны. Но это не помогало. В итоге снова разрыдалась и, видимо, отключилась.

Проснулась от стука в дверь.

«Александр?» — первое и единственное, о чём я подумала.

Открыв глаза, я глянула в окно — уже светало. Соскочила с кровати. Как только открыла дверь, меня тут же втолкнули обратно и захлопнули за мной.

— Ив? — я удивлённо заморгала.

Репетиция первой брачной ночи.(Глава 17).

— Прости, что так грубо, — тихо произнесла Ив, хлопая длинными ресницами. — Боялась разбудить Алекса. Он только недавно уснул — так перетрудился за ночь.

Ну прямо ангел в плоти! Если бы не мужская рубашка, застёгнутая всего на пару пуговиц... Падший! А голосок сладкий, как мёд. Тьфу!

— Я пришла попросить у тебя прощения, — продолжила драконица, изображая кроткого котёнка. — Извини, что мы увлеклись. Не хотели, но так получилось. Сама понимаешь, предложение делается не каждый день, — она протянула руку, и на пальчике сверкнул бриллиант размером с лесной орех. — Вот и репетировали первую брачную ночь.

— Поздравляю, — выдавила я, натянув фальшивую улыбку.

— Спасибо, дорогая! — воскликнула она так, будто мы лучшие подруги. Не дай бог! — Алекс рассказал мне твою печальную историю. Прости, что так враждебно к тебе отнеслась. Всё-таки увидеть голую девицу на своём женихе вызывает лишь одно желание, — на её лице мелькнул звериный оскал, — разорвать её на лоскутки.

— Я понимаю, — сухо бросила я. От её приторных речей меня уже подташнивало.

— Так вот, — продолжила Ив, сверкая белозубой улыбкой, как фонарём в глаза. — Алекс рассказал мне, что ты туристка из России и в аэропорту попала на мошенника, который представился таксистом.

Она наклонила голову набок, изображая сочувствие.

— Боже, как это страшно! — прижала ладонь к груди. — Он украл все твои вещи и выкинул тебя посреди чужого города... Алекс сказал, что с утра купит тебе билеты домой. Но я решила не беспокоить его. Сейчас принесу деньги на билет, проезд, питание. И свои вещи дам. Мы с тобой примерно одной комплекции, — оглядела она меня, как товар на рынке. И товар явно бракованный. — Правда, у меня грудь побольше, да талия поуже. Но спортивный костюм у меня оверсайз, так что должен на тебя налезть.

Её губы дрогнули в снисходительной усмешке.

— Ты пока беги в ванную, приведи себя в порядок. — Она развернулась к двери. — Я всё принесу. А пока будешь переодеваться, вызову тебе такси до аэропорта. Там как раз должны быть утренние рейсы в Москву.

Шок? Нет! Я прекрасно её понимаю. Ив хочет поскорее избавиться от соперницы. И даже это льстит — значит, я для неё опасная конкурентка. С её-то внешностью!

Поэтому я даже обрадовалась. Не хотелось встречаться с Александром и смотреть ему в глаза после всего, что я наслушалась за ночь. Хочу домой!

— Спасибо тебе большое, — искренне поблагодарила я Ив. Ведь будь я на её месте, эти двое вылетели бы на улицу голышом, прямиком на мороз. И никакие оправдания про «голую девицу на женихе» я бы уже не слушала. Поэтому уважаю её за выдержку.

— Ну всё, беги в душ, я скоро вернусь, — Ив тихонько приоткрыла дверь и выскользнула на цыпочках.

Принимать душ не было ни малейшего желания. Хотелось поскорее покинуть этот дом, эту страну. И главное — не столкнуться с Александром.

Поэтому я просто умылась, собрала волосы в пучок и, как только вышла из ванной, в спальне уже стояла Ив. На кровати лежал белоснежный спортивный костюм с капюшоном, рядом — короткий пуховик такого же цвета и вязаная шапочка. А на полу стояли белые кроссовки с пушистым мехом.

Всё выглядело так, будто только что из бутика.

Надо же, чего только не сделаешь, лишь бы спровадить соперницу подальше от жениха. Но мне-то это только на руку!

— Вот, переодевайся, — сказала Ив. — Во внутреннем кармане пуховика деньги. Там должно хватить на всё, и даже чуть больше — на всякий случай. До дома точно доберёшься без финансовых проблем.

— Спасибо тебе большое, Ив. Я быстро, — схватила я костюм с кровати.

— Давай, я пока разберусь с такси, — сказала она и уткнулась в телефон.

***********************************************

Дежавю... Такси, я... Не хватает только бутылки вина. Слёз нет — всё-таки меня никто не бросал на этот раз. Но почему-то всё равно горько.

Зато одно радует: тушь не течёт ручьями по лицу. Косметики-то на мне нет. Везде надо искать плюсы!

Когда бы я ещё мчалась по улицам Парижа в тёплой уютной машине? Только во сне! А так — хоть что-то увижу. Жаль, рассказать никому не получится. А то точно в дурку попаду. Так что никаких минусов — одни плюсы! Новогоднее приключение за несколько часов.

Вот только почему-то перед глазами снова и снова всплывает лицо Деда Мороза, а губы до сих пор помнят вкус его поцелуя...

**************************************************

Дед Мороз.

Да что за адская боль? Хватаюсь за лоб, с трудом раскрывая глаза. Голова трещит и гудит, словно кто-то колотит по ней кувалдой. Оглядываюсь, пытаясь понять, где я. Спальня моя. Кровать. Поворачиваю голову и вижу рядом спящую Ив. Такое довольное, счастливое лицо, губы растянуты в самодовольной улыбке. Интересно, что ей снится?

И тут взгляд цепляется за блеск. Солнечный зайчик на её руке. Кольцо! Помолвочное кольцо, которое я собирался подарить Ив, сияет на её безымянном пальце.

Но как? Оно же лежит в кармане смокинга!

Последнее, что помню — как мы пьём с Ив в гостиной... Сначала было шампанское, но потом Ив захотела виски, и... Кажется, я зря смешал. Последнее, что помню — как Ив доводит меня до кровати, и я отключаюсь.

Кольцо я точно не дарил!

И вдруг накрывает — я больше не уверен, что вообще хочу эту свадьбу.

Отворачиваюсь от Ив и поднимаю взгляд к потолку.

Чего же я хочу на самом деле?

Лисичка!

Боже! Что она обо мне думает после всего этого?

Только я собираюсь вскочить с кровати, как в квартире раздаётся звонок.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.