Ольга Гороховская
Свинарник, гейзеры и другие чудеса

Юбилейный

«Чудеснейшая Долина гейзеров, расположенная в Кроноцком заповеднике на Камчатке, — одно из крупнейших в мире скоплений гейзеров…» — дописав строку, Николаенко отложил перьевую ручку и откинулся на спинку стула. «„Чудеснейшая“ — неподходящее слово», — пожал плечами и, сказав вслух: «Хотя, чёрт знает этих американцев, может, понравится», — встал из-за стола.

В деревянном двухэтажном доме, где Виталий Александрович жил несколько десятилетий, было просторно. Он был равнодушен к удобствам, презирал вещизм и любил книги. Свою библиотеку исследователь перевёз из города ещё в далёком семидесятом. С тех пор она почти не пополнилась— вылазки в город случались редко.

Николаенко был крепким, ладно скроенным мужиком, голубоглазым, улыбчивым, лёгким на подъём и на шутку. Его открытое лицо украшали густые брови и борода длиной в два пальца. Друзья любили его за весёлый характер, ясный, пытливый ум, смелость, смекалку и фанатичную любовь к делу.

Хмурившееся с утра небо наконец разразилось ливнем. Вдалеке слышались раскаты грома. Дождь стучал по крыше, карнизу, железному ведру, позабытому с вечера на крыльце, шумел в листве деревьев, бежал ручейками по камням. Николаенко подошёл к окну и, наблюдая, как струйки воды рисуют кривые дорожки на стекле, меланхолично улыбался.

Вдруг в проёме окна возникла медвежья морда. Виталий, испугавшись, отпрыгнул в сторону и выругался:

— Добрыня, твою дивизию! Разве ж можно так? — и погрозил кулаком.

Медведь то ли стряхивая с себя капли воды, то ли отвечая на вопрос замотал головой.

— Вот и я говорю! — засмеялся мужчина и стал искать взглядом фотоаппарат. — Позируй, красавец, позируй, — шептал он, делая снимки.

Но зверю, видимо, наскучило, и он ушёл.

Вскоре послышался шум приземляющегося на площадке вертолёта. Хозяин дома, торопясь, сделал ещё несколько кадров, когда услышал на крыльце топот ног и человеческие голоса. Отложив фотоаппарат, он подошёл к двери и, распахнув её настежь, нос к носу столкнулся с долгожданными гостями.

— Приветствую, Виталий Саныч, — пробасил Егор, снимая капюшон. — Ну и дождина! Давненько такого не было. Вот, принимай гостей. Американцы, — добавил он шёпотом.

— Ну проходите, — жестом пригласил в дом Николаенко и так же шёпотом спросил: — По-русски говорят?

— Говорят, — ответил долговязый парень. Сняв брезентовый плащ, он поспешно вытер руку о джинсы и протянул её хозяину: — Джон. Не очень хорошо, но говорим.

— Споёмся, значит, — приветливо улыбнулся Виталий.

Гости расположились за столом, тихо переговариваясь. Егор помогал готовить угощение.

— Виталий, мы когда подходили к дому, увидели большого медведя. В России много можно увидеть медведя?

— Конечно! Особенно в Москве, — шутливо ответил Виталий и поставил на стол самовар. — Смотрите, какую реликвию припас — традиция.

Гости удивлённо переглянулись.

— Москва? — подал наконец голос второй гость.

— Да, это столица нашего государства. Там на велосипедах ездят, машинам не проехать, людям не пройти, — с серьёзным выражением лица говорил Николаенко.

— Да шутит он, шутит, — вмешался в разговор Егор и протянул американцам вилки. — Угощайтесь. Здесь — каша гречневая с тушёнкой, здесь капуста квашеная, здесь солёные огурцы.

— А, шутка! — воскликнул второй американец и неестественно засмеялся.

— Водка пить будем? — поинтересовался Джон.

— Ноу, — сказал Николаенко. — Не время распивать, да и нет ничего, — развёл руки в стороны.

Американцы с уважением посмотрели на него.

За обедом гости были молчаливы. Вопросы задавали скупо, и по всему было видно, что смущались. Егор рассказывал о делах, передавал поклоны от общих знакомых и после обеда, выгрузив провизию, улетел.

Дождь тем временем закончился.

Открыв дверь, американцы остановились на крыльце, восхищённо рассматривая местность. Джон даже рот открыл от удивления, а хозяин дома с гордостью наблюдал за ними.

Край и вправду удивительный, что и говорить. Долину окружают могучие горы со снежными вершинами. Животные, озеро, гейзеры опять-таки. Каждый со своими свойствами — так просто не подберёшься. Даже извержения одного и того же источника каждый раз выглядят по-разному и всегда неповторимо. Взять, например, Жемчужный. Расположенный в многоцветном окружении горячих источников на берегу реки Гейзерная, он извергается минут по пять каждые четыре часа. Им можно любоваться до бесконечности.

А есть ещё гейзер Спящий. По самому названию можно догадаться о характере этого источника. Николаенко с особенной жалостью и сочувствием к нему относился. Жизнь в Спящем замедленная — ни восхищения, ни любви. Долгое время этот гейзер не давал покоя Николаенко, пока он не разгадал его тайну.

Птицы после дождя запели ярко, с переливами.

— А там что? — спросил второй американец, указывая на смотровую площадку.

— Пойдёмте, — исследователь пригласил гостей пройти по сложной тропе среди высокой травы. — Только с тропинки не сворачивать, — предупредил он. — Экологическая система здесь сложная, должны понимать. След человеческой ноги может на десятилетия остаться. И если каждый начнёт землю топтать, испортим природную красоту. По-хорошему, дорожки надо сделать, но денег нет. Вот там камнями выложили — по ним ходите.

Гости понимающе закивали. Джон расчехлил фотоаппарат, а второй что-то записал в блокноте.

— Потрясающе, — восхищался второй. — Никогда человек такое не создаст.

«Надо же, понимает», — поразился Николаенко.

Перед ними расстелилась бирюзовая гладь реки. На правом холмистом берегу плотной стеной стоял лес. Гейзеры на левом берегу извергали струи кипятка и пара. Джон снова защелкал фотоаппаратом, а второй иностранец замер словно истукан, стараясь запечатлеть в памяти открывшийся перед ними вид.

Большой гейзер с грохотом выплюнул струю кипятка, окутанную густыми клубами пара, на пятнадцать метров вверх. Толчками источник выплёскивал воду, пока, перелившись через края грифона, она не залила гейзерную площадку.

— Вау! — хором закричали американцы.

Поздно вечером, уложив гостей спать, Николаенко взялся за отчет. Утром должна была приехать оставшаяся часть экспедиции. Продумывая план, Виталий старался ничего не упустить: и грязевые котлы показать, и свои наработки, и к Голубой лагуне отвести, и к Вратам Ада. Да и про Дальнее озеро, что находится в кальдере вулкана Узон, не забыть. Один лишь Спящий оставался не удел.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.