Ольга Березовская
Ёлка желаний, или Как не влюбиться в мага

Глава 1. Странный заказ

Алина проснулась от странного тревожного ощущения. За окном темно, но это же не показатель в декабре. Зиму она любила. А вот поздние рассветы и раннюю темноту – не очень. Она потянулась к телефону на тумбочке. И тут случилась первая пакость. Телефон не реагировал ни на что. Алина нажимала одну кнопку, другую. Пыталась перезагрузить. Бесполезно – экран оставался чёрным. Когда только разрядиться успел?

Алина вылезла из тёплой постели. Первым делом посмотрела на часы. Если верить зелёным цифрам, время было 7.45. Не проспала, почти. Хорошо хоть показов с утра нет. На самом деле, это не хорошо, а плохо. Её финансы пели романсы, как любит говорить бабушка. А впереди праздники и обязательные платежи… Телефон на зарядке подмигнул издевательским «100%». Но включаться отказался.

Алина поплелась на кухню. Надо же себя выдернуть из полусонного состояния чашечкой ароматного кофе. Пакость номер два не заставила себя долго ждать. Кофемашина хрюкнула, фыркнула и замигала красным «ERROR: ma». Да что ж это такое? Ошибка какая-то неизвестная. Разбираться с кофеваркой некогда. Алина тяжело вздохнула и полезла на верх за керамической туркой. Пока добралась до турки, обнаружила формочки для печенья, глиняные горшочки, жюльенницы, керамическую кофейную пару. «Это всё не может быть моим! – сокрушалась Алина. – Мне подкинули!». Турка нашлась. Кофе заваривался. Надо хоть какой-то бутерброд к кофе. К счастью, пара кусочков тостового хлеба и съедобный сыр в холодильнике нашлись. Но холодильник словно безмолвно кричал: «Наполни меня продуктами!»

Завтрак удался. Кофе получился очень крепким и даже чуть горьковатым. Но именно такой напиток и был нужен Алине, чтоб окончательно проснуться. Оставалось нанести простой базовый макияж, и можно выходить из дома. Тюбик с тушью выпал из рук и приземлился точно на телефон.

Под громкое «Ой» экран вспыхнул заставкой, и телефон загрузился. Радости Алины не было предела. Телефон разрывался уведомлениями. Первым делом она открыла рабочее приложение. Лучше б не открывала. В её планере появились два показа в 10 и 11 утра на другом конце города. Ещё вчера их не было! Вот кто так делает?

Алина в спешке оделась и выбежала из квартиры. На лестнице чуть не сшибла соседку. Извинилась, а всё равно много интересного о себе узнала. В последний момент заскочила в автобус. Еле успела выдернуть сумку с из пасти закрывающихся дверей. Плюхнулась на свободное место и выдохнула. А ведь день только начинается…

Похоже, где-то в небесной канцелярии поломался ручка, регулирующая странности. Точнее, её заклинило на отметке максимум. Ничем другим оправдать сегодняшний парад сюрреализма Алина не могла. Всё было как-то чересчур.

Первые клиенты – семейная пара с мальчиком лет семи-восьми. Алина решила усадить ребёнка на диван в одной из комнат. Уже вроде бы не совсем малыш, может без родителей посидеть. Они осмотрели санузел и кухню. По взглядам потенциальных покупателей было видно – эта часть квартиры им понравилась. Но возвращение в комнату чуть не довело Алину до обморока. Мальчик, вооружившись маркерами, методично украшал белоснежные стены квартиры драконами и космическими кораблями. Алина ахнула.

– Ребёнок, что ты делаешь? – они с мамой мальчика крикнули одновременно.

– Рисую! Тут же белые стены, – невозмутимо ответил юный художник, выводя очередного зубастого дракона. – Белые стены – это огромный альбомный лист. На альбомных листах рисовать можно.

– У нашего сына талант художника! – важно произнёс папа мальчика.

– Очень за него рада! – со стальными нотками и ехидцей ответила Алина. – Только этот талант совершенно неуместен на стенах чужих квартир.

Сумка осталась в прихожей. Алина вернулась за ней и спешно достала оттуда пачку влажных салфеток. Попутно молилась всем известным и неизвестным богам, чтоб художества оттёрлись. В голове включился калькулятор: во сколько же обойдётся перекраска стен?

– Эти маркеры отлично отмываются, – попыталась успокоить её мама. – Сто раз уже рисунки Денискины убирала.

– Очень надеюсь, – буркнула Алина в ответ.

– Мы с Денисом посмотрели всё, – оказывается, папа с сыном вышли из комнаты. – Подумаем и сообщим о своём решении.

Когда семья покинула квартиру, Алина с облегчением выдохнула. Не клиенты, а самая настоящая катастрофа. Неужели один мелкий мальчишка за пять минут смог изрисовать половину стены? Как? К счастью, маркеры отмывались. Мама мальчика не обманула. До следующего показа ещё есть пятнадцать минут. Форс-мажор можно устранить. Лишь бы влажных салфеток хватило.

Следующим клиентом оказался мужчина в возрасте. Кашемировое пальто, безупречный костюм, дорогая трость. Казалось, мужчина сошел с обложки журнала или с телеэкрана. Он, молча, ходил по квартире следом за Алиной и очень внимательно всё осматривал. Потом присел на диван и выдал тоном, не терпящим возражений:

– Мне всё подходит. Но мне нужна скидка в полмиллиона.

Алина аж сама присела от такой наглости.

– Во-первых, это очень большая скидка, – девушка нацепила профессиональную улыбку и стала перечислять. – Во-вторых, такие вещи обсуждаются с собственником. В-третьих, в объявлении было написано большими буквами «БЕЗ ТОРГА».

– Я ветеран фронта ЖКХ! – заявил мужчина. – Тридцать лет в кооперативе прослужил, все трещины в домах знаю наизусть. Полагаются мне льготы!

Он достал из внутреннего карман какую-то потрёпанную книжицу с печатями и помахал ею. Алина сдерживалась из последних сил, чтоб не расхохотаться.

– Льгот в агентстве недвижимости не предусмотрено, – категорично заявила девушка. – Никаких.

– А я говорю – скидка должна быть! За выслугу лет! За знание всех подводок и стояков! – мужчина постучал пальцем по виску. – Я вам таких косяков насчитаю в этой квартире, что сами скидку предложите!

Следующие полчаса превратились в марафон по переубеждению. Алина изо всех сил старалась мило улыбаться и при этом гнуть свою линию. Мужчина же с энтузиазмом перечислял все возможные недостатки квартиры, которые «обязательно обнаружатся, если хорошенько поискать». Скидки он, конечно же, не добился, но пообещал написать жалобу куда следует.

Алина вернулась в офис в надежде, что остаток дня пройдёт спокойно. Увы… Не успела она включить компьютер, как в их кабинет вошла начальница. Она словно сошла с обложки глянцевого журнала. Все напряглись: Марина Викторовна хвалила исключительно в рабочем чате, а вот устраивать выволочки приходила лично.

– Алина! – её голос звенел от негодования. – Твои показатели – как мой маникюр после стройки. Обломаны и без блеска. Что это за цирк с рисованием на стенах и ветеранами‑ревизорами?

Алина открыла было рот для объяснений, но слушать её никто не собирался. Марина Викторовна уже разворачивалась к выходу:

– К пятнице жду твой план по исправлению ситуации. И желательно, чтобы он не напоминал детский рисунок маркером на стене!

Рабочее приложение отозвалось новым уведомлением: «Срочный показ квартиры. Клиенты: семья с двойняшками». У Алины задёргался глаз. Пожалуй, она сделает вид, что не заметила уведомление. Следом пришли ещё два более адекватных уведомления. Вот их Алина взяла в работу. Детей на сегодня с неё хватит.

Вечером Алина все же зашла за продуктами. Правда уведомление от банка «Ваш баланс: 142 рубля. Поздравляем с предновогодним аскетизмом!» после покупок как-то совсем не порадовало. «Предновогодний аскетизм», – мысленно повторила она. – Это они ещё мягко сказали. Это уже не аскетизм. Это провал.»

Есть перехотелось. Но от ужина Алина отказываться не стала. Если сейчас чего-то не съесть, то к Новому Году точно можно в призрака превратиться. И продукты, купленные на последние деньги, пропадут. А это совсем не дело.

После ужина она вооружилась карандашом и блокнотом, разложила квитанции и открыла банковское приложение. Колонка «Расходы» увеличивалась с ужасающей скоростью. Ипотека. Коммуналка. Интернет. Транспорт. Лекарства для мамы. Пара подписок, которые всё забывала отменить. Цифры складывались в удручающую картину.

Она откинулась на спинку стула, закрыла глаза и попыталась придумать выход. Варианты возникали самые абсурдные. Но они настолько явно проплывали в голове, что не задуматься было невозможно. Устроиться, что ли ночным сторожем в какой-нибудь магазин? Например, в зоомагазин. Там с рыбками, птичками, хомячками хоть поговорить можно. Интересно, за ночной уход за животными доплачивают? Алина, опомнись, какой ночной сторож? Работая круглосуточно, только нервный срыв заработать можно. Но не деньги. Может, библиотеку продать? Там мало того, что коллекционные издания, так они ещё и с дарственными надписями. Кто такое купит? А может сдать квартиру? Вот только самой где жить? В маминой малогабаритной однушке на коврике под дверью?

Алина ещё раз посмотрела на столбики цифр в блокноте. Вздохнула. Включила компьютер и решительно набрала в поисковике «вакансии с частичной занятостью». Через час у неё уже была целая таблица с вариантами для подработок. Выбирать самую подходящую Алина решила уже завтра. Всё-таки слишком насыщенный день выдался.

Телефонный звонок не дал ей выключить компьютер. Неизвестный абонент. Почти в десять вечера. Да ещё и на личный номер, не рабочий. Отвечать или нет?

– Слушаю, – устало произнесла Алина.

– Добрый вечер, – раздался в трубке мужской голос. Спокойный, малость насмешливый, будто собеседник знал какую‑то забавную тайну. – Мне нужна квартира на три недели.

Алина машинально потянулась к календарю. «Три недели… как раз до Нового года…»

– Хорошо, – сказала она, открывая базу объектов. – Какой район вас интересует? Бюджет?

– Улица Волше, дом 13, – ответил клиент так уверенно, будто это была самая обычная адресная строка.

Рабочая база была запущена ещё, когда зазвонил телефон. На автомате. Пальцы Алины забегали по клавиатуре.

– Простите, не нашла такого адреса в нашей базе. Вы уверены, что он существует?

– Абсолютно, – в его голосе зазвучала лёгкая усмешка. – Поверьте, вам стоит приехать именно сюда.

– Но… – Алина попыталась собраться с мыслями. – Я не могу выезжать на объекты, которых нет в системе. Это противоречит регламенту. И, честно говоря, географии. Адреса даже на картах не существует. Давайте я подберу другие варианты. Прямо сейчас.

– Понимаю ваши сомнения… – спокойно продолжил клиент. – Но иногда самые интересные возможности прячутся там, где их не ждут. А у вас, судя по всему, как раз сейчас не самый простой период.

Алина нахмурилась. Откуда он знает?

– Вы о чём?

– О том, что три недели до Нового года могут изменить всё. Если приедете. Или ничего. Если откажетесь. Выбор за вами.

Повисла пауза. Алина смотрела на экран, где всё ещё горела таблица с вакансиями. Унылая череда из «кассир», «официант», «курьер».

– Ладно, – неожиданно для самой себя сказала она. – Где и когда встречаемся?

– Завтра в семь вечера. Улица Волшеб… Улица Волше, дом 13. И да… возьмите с собой что‑нибудь к чаю. У меня как раз заканчивается печенье.

Причем здесь печенье? Прежде чем Алина успела задать этот и другие вопросы, звонок завершился. Она уставилась на погасший экран, потом на часы.

– Улица Волше, дом 13, – повторила она вслух. – Ну, конечно. Почему бы и нет?

В глубине души вспыхнуло странное чувство. Нет, не страх и не раздражение. Что‑то похожее на предвкушение. Словно, где‑то далеко хлопнула дверь. И впустила в жизнь Алину щепотку безумия и горсточку чудес.

***

На следующий день Алина проснулась с твёрдым намерением отказаться от сомнительного просмотра. Но зачем-то зашла в супермаркет у дома и купила маленькую пачку печенья. Телефон сообщил о балансе на карте после покупки каким-то непонятным звуком. Словно сказать хотел: «Совсем с ума сошла».

По дороге в офис Алина изучала карту. Вот она улица Волше. Что за название такое дурацкое? Улица всё же существует. И дома на ней есть. Последний номер – 10. Такое не было редкостью в их городе. Старые дома сносились, нумерация обрезалась. Но факт оставался фактом: дома номер 13 не существует в природе.

Рабочее приложение напомнило о себе уведомлениями. Три показа. И на всех трёх хотели видеть именно её. Мысли о загадочном доме отошли на второй план. Алина быстро построила маршрут и списалась с клиентами. Только бы не повторение вчерашних показов! Пожалуйста! Она, как в детстве, скрестила пальцы на удачу. И это помогло. Показы прошли идеально. На все три квартиры заключили договоры аренды. Алина не верила своему счастью.

По дороге в офис ещё раз промелькнула мысль не ехать по загадочному адресу. Алина даже нашла в переписках номер загадочного Максима. А ведь он вчера даже не представился. Но не позвонила. Почему? Да просто передумала.

«Молодец! Можешь ведь работать!» – пришло сообщение от Марины Викторовны. Во второй половине дня в офисе было немноголюдно. Алина быстро оформила отчеты. Заварила кофе и принялась искать информацию про таинственный дом. Залезла во все мыслимые и немыслимые оцифрованные архивы. Но информации не было. Улицу могли переименовать, но таких упоминаний тоже не было. Хотя нет. Вот карта конца позапрошлого века. На месте нынешней улицы – тонкая линия с изящной подписью «Волше…», а на пересечении с переулком – крошечный прямоугольник с номером 13. Дом всё-таки существует! Радости не было предела.

На рабочую почту пришло письмо. На автомате Алина открыла его. И не поверила прочитанному.

«Таинственное исчезновение: особняк купца Морозова пропал в ночь на 31 декабря

По свидетельствам очевидцев, в канун Нового года дом 13 на улице Волше… окутался странным сиянием, после чего буквально растворился в воздухе. Полиция и городские власти провели расследование, но не обнаружили ни следов поджога, ни признаков демонтажа. Место, где стоял особняк, осталось пустым – будто дом и не существовал никогда. Владельцу, купцу И. М. Морозову, так и не удалось вернуть своё имущество…»

Алина перечитала заметку трижды.

– Ну конечно, – прошептала она. – Дом, который исчезает. Что может быть логичнее?

Алина уставилась на экран. Сначала на письмо. Потом на карту, где сто лет назад существовала улица с домом, которого теперь нет.

– Ладно, – сказала она вслух, собирая вещи. – Допустим, дом 13, действительно, где‑то есть. Допустим, там действительно нужно снять квартиру на три недели. Допустим, это не розыгрыш и не начало психиатрического диагноза. Но если я не заключу этот договор, лично найду исчезнувший дом и постучусь к купцу Морозову с претензией.

Алина вышла из офиса с твёрдым намерением добраться до улицы Волше, дом 13. Пусть даже эта улица существовала только в воображении странного клиента. Она глянула на часы: 16:37. До встречи ещё полно времени, но нужно ещё понять как же туда добираться. Карты на этот вопрос внятного ответа не дали.

Остановка автобуса была в двух минутах ходьбы от офиса. Алина встала на привычное место и достала телефон – проверить расписание. Из‑за поворота вынырнул синий автобус с нужным номером, плавно подкатил к остановке… и проехал мимо, лишь слегка притормозив. Алина отчаянно замахала руками. Водитель открыл окно и крикнул:

– Сегодня не мой маршрут!

– Но это же маршрут № 17! – крикнула Алина вслед.

– Был! – донеслось из удаляющегося автобуса. – Теперь он № 17‑бис, с объездом через Северный проспект!

Алина уставилась на пустую дорогу. Чудесно. Просто чудесно. Оставалось два варианта: вызвать такси или идти по пешком. Она вызвала такси. Через пять минут подъехал серебристый седан. Водитель, молодой парень в смешной вязаной шапке, глянул на адрес в приложении и побледнел.

– Улица Волше, дом 13? – чуть ли не заикаясь, переспросил он. – Э‑э‑э… знаете, я, пожалуй, откажусь. Туда даже Яндекс.Карты боятся заходить. У меня навигатор уже три раза перезагрузился, пока к вам на заказ ехал, и предложил вернуться на базу.

– Вы серьёзно? – Алина попыталась сдержать смех. – Это же город, а не Заколдованный лес!

– А вы попробуйте туда доехать! – тяжко вздохнул таксист. – У меня дядя однажды поехал по этому самому адресу. И не доехал до него. Вернулся через два часа. Говорил, что кружил вокруг одного и того же фонтана. Девушка, вы простите меня, пожалуйста. Я лучше следующий заказ возьму. И не вызывайте другую машину. Только время потеряете. Никто туда не поедет.

Он уехал, оставив Алину стоять посреди тротуара. Что ж, остался только один вариант – пешком. Хорошо хоть время позволяет. Путь оказался неблизким. Сначала Алина свернула с оживлённого проспекта на тихую улочку. Потом – в переулок. Он, судя по карте, должен был вывести к нужному микрорайону. Но чем дальше она шла, тем сюрреалистичнее становилась уличная атмосфера. Дома словно сдвигались и норовили не пустить Алину дальше. Переулки петляли, как зайцы. А указатели внезапно скрывались под свежими граффити: «Не ходите сюда!». Руки бы поотбивать этим горе-художникам!

На очередном повороте Алина не заметила скрывшийся под снегом бордюр и с глухим звуком плюхнулась в сугроб.

– О‑о‑ох… – простонала она, валяясь звездой в сугробе. – Если это розыгрыш, я продам этого Максима на Авито. С доставкой. И с гарантией, что он больше никогда не будет назначать встречи в несуществующих местах.

Кое‑как Алина выбралась, отряхнулась и пошла дальше, оставляя за собой цепочку следов на чистом снежном полотне. Ветер свистел в ушах. Снег бил в лицо. А где‑то вдали – то ли в воображении, то ли на самом деле – раздавался тихий перезвон колокольчиков.

«Не хватало ещё заблудиться здесь! – думала Алина, вглядываясь в смутные очертания домов впереди. – И только бы в семь там действительно оказался кто‑то. И этот кто-то обязательно объяснит, что всё это значит. Иначе я точно начну верить в магию. А это уже серьёзно. И на диагноз смахивает».

Алина устало брела по заснеженной тропе. Она проклинала свою доверчивость и каблуки зимних ботинок. Снег и ветер даже не думали утихать. Колокольчики продолжали призрачно звенеть – то громче, то тише, словно дразнили. Алина остановилась, тяжело дыша, и подняла глаза. Перед ней стоял дом. Не пустырь. Не руины. Не туманное видение. Настоящий, тёплый, уютный дом. С резными деревянными наличниками, высокой трубой, из которой лениво струился сизый дым, и гирляндой золотых шаров, мерцающих в темноте. Шары едва заметно пульсировали, будто живые, и отбрасывали на снег причудливые блики. Алина моргнула. Потом ещё раз. И ещё раз. Дом не исчез.

На крыльце, прямо над дверью, висела деревянная табличка с витиеватой резьбой: «Здесь исполняются мечты». Под надписью примостился маленький колокольчик, который тихо звякнул, словно приветствуя Алину.

Дверь была приоткрыта. Золотистая полоска света из щели и аромат словно зазывали. Букет из запахов манил нотками корицы, чего-то пряного и ароматом имбирного печенья. Но было что-то ещё. Это что-то давало ощущение лёгкого покалывания в воздухе, словно кто-то не печенье выпекал, а старательно готовил магию.

Алина медленно подошла к крыльцу. Ступени не скрипнули. Они будто мягко прогнулись под её весом, приглашая войти. Она остановилась в проёме, не решаясь переступить порог.

– Ну что, – прошептала она самой себе, сжимая ремешок сумки, – либо я сошла с ума, либо это самый странный рабочий день в моей жизни… И, кажется, он только начинается.

Глубоко вдохнув аромат волшебства и печенья, она шагнула внутрь.

Глава 2. Встреча с магией

Алина замерла на пороге тёмного холла. Каждое её нервное окончание умоляло одновременно «Беги отсюда!» и «Заходи скорей!». Мысли метались от «Это ловушка!» до «Это же шанс». Шанс на что? На сделку с сумасшедшим клиентом? На погружение в безумие? Или, может быть, на что‑то большее – то, о чём она даже не смела мечтать?

Холл внезапно озарился светом. На стенах мерцали тени, складываясь в причудливые узоры, а где‑то вдали, в глубине дома, слышался тихий перезвон – то ли колокольчиков, то ли хрустальных нитей. Ещё сильнее запахло имбирным печеньем, корицей и книжными страницами.

К ручке двери, ведущей неведомо куда, была привязана записка. Белоснежный лист, перевязанный тонкой серебряной нитью. Алина осторожно взяла его, развязала узел. На бумаге от руки было выведено всего две фразы: «Ты пришла. Теперь всё начнётся».

Сразу открыть дверь она не решилась, а зачем-то подошла к окну. На улице всё ещё падал снег. Но теперь каждая снежинка, касаясь земли, превращалась в крошечную золотую блестяшку. Они не таяли, а оставались лежать, переливаясь в свете уличных фонарей. Словно кто‑то рассыпал по тротуару звёздную пыль. От созерцания этой картины Алину отвлёк непонятный звук. Она обернулась, и взгляд скользнул к массивным настенным часам – старинным, с медными гирями и маятником. До этого они стояли: стрелки застыли на 9:47, а маятник не двигался. Но теперь… Теперь часы тикали. Тик‑так. Тик‑так. Звук был мягким, почти ласковым, словно дом дышал в унисон с её сердцем.

Алина ещё раз окинула взглядом комнату: невидимый камин в стенах, записка, золотые блёстки за окном, промелькнувшая тень кота. Всё это было одновременно и реальным, и невозможным. «Что же ты такое?» – мысленно спросила она у дома. Она решительно взялась за ручку двери, ведущей неведомо куда, резким движением распахнула её и сделала шаг.

И тут же едва не потеряла дар речи. Под ногами раскинулся ковёр. И он был… живой. Причудливый узор двигался. Алина присмотрелась внимательнее. Это же не просто узор, а узор из пельменей. Сотни крошечных пельмешек выплясывали на ворсе замысловатый танец. Один танцор даже подпрыгнул, сделал пируэт и шлёпнулся на место с едва слышным «плюх!». «Это, вообще, что такое?» – возмущённо пробормотала Алина, осторожно переступая особо ретивого пельменя.

Она только начала приходить в себя от пельменного шока, как её внимание привлекла ёлка в дальнем углу комнаты. Ель себя крайне неприлично для праздничного дерева. Зелёные раскидистые лапы подрагивали в нетерпении. Рассыпанные вокруг неё игрушки тоже изнемогали от ожидания. Не выдержав, они по очереди стали прыгать и брать штурмом зелёные ветви. Стеклянный шарик вообразил себя спринтером: с разгону влетел на макушку и повис, раскачиваясь. Серебряные шишки и прозрачные сосульки последовали его примеру. Мишура и гирлянды извивались, как живые лианы, и оплетали каждую еловую веточку. «Вот это номер!» – восхищенно выдохнула Алина, осматривая огромную комнату.

Её внимание привлёк стол. На гладкой деревянной поверхности из ниоткуда возникли две чашки с чаем. Одна мирно дымилась, вторая… ворчала.

– Я – с лимоном, а ты – без сахара! – пробурчала одна чашка другой, слегка подпрыгивая на блюдце. – Не тянись ко мне, не то посахарю.

Алина замерла, переводя взгляд с ёлки на стол, со стола на ковёр, где пельмени продолжали свой безумный хоровод.

– У меня галлюцинации или я, правда, попала в магическое место, – произнесла она, пытаясь ущипнуть себя за руку.

– Второе, – раздался спокойный голос за спиной.

Ёлка в углу издала торжествующий звон. Последняя игрушка заняла своё место. А чашки с чаем громко подпрыгнули на блюдце, изображая аплодисменты. Алина резко обернулась. Из‑под дивана неторопливо выплыл кот. Не просто кот, а котище. Пушистый, дымчатый, с изумрудными глазами и выражением бесконечного превосходства на усатой морде. Он потянулся и вальяжно улегся прямо на танцующих пельменей, будто это был самый обычный ковёр.

– Может быть, ты мне объяснишь, что тут происходит? – поинтересовалась Алина у кота.

Но тот лишь лениво зевнул и посмотрел на неё с явным неодобрением. Словно говорил: «Ну вот, опять эти люди с их наивными ожиданиями», – и снова погрузился в царственный сон.

Алина осматривала комнату с видом детектива. Всему происходящему должно быть какое-то научное объяснение. Её внимание привлекли картины в витиеватых рамах. Алина приподняла первую картину, заглянула за неё, потом за вторую. Ни проводов, ни камер за ними не было. Только лишь гладкая стена и лёгкий запах сосновой смолы. Ну конечно! Прятать камеры за картинами – это банально. Тут нужна фантазия. Она начала методично обходить комнату, постукивая по стенам костяшками пальцев. Звук был везде одинаковый – плотный, глухой, без намёка на пустоты или скрытые механизмы.

– Где тут кнопка «выключить магию»? – Алина достала из сумки телефон, чтоб включить фонарик и всё ещё раз хорошенько проверить. – Ну хоть какая‑нибудь панель? Рычажок? Волшебный камень с надписью «нажать в случае паники»?

В этот момент кто-то потёрся о её ноги. От неожиданности она уронила телефон. Кот! Как можно было забыть о пушистом дымчатом чуде? Алина замерла, наблюдая за ним. Кот обнюхал её телефон, лежавший экраном вверх, и с царственным видом улегся прямо на него, прикрыв лапой дисплей.

– Эй! – Алина шагнула вперёд. – Это мой телефон!

Кот лишь прищурился и издал низкое, многозначительное «мрр‑мяу». Она осторожно попыталась вытащить телефон из‑под пушистой тушки. Но кот прижал его лапой ещё крепче и демонстративно зевнул. Он перекатился на другой бок, так что телефон оказался полностью скрыт под его пушистым брюхом. Все попытки вытянуть телефон были безуспешны. Алина уже отчаялась. В этот момент её взгляд упал на экран, видневшийся из‑под кошачьего бока. На нём красовалось: «Заряд: ∞%». И фото, которого не существовало в природе. Алина в профиль, освещённая мягким золотым светом, а на голове – едва заметный силуэт короны, будто сотканной из лунных лучей.

– Это что… фотошоп или нейросеть? – она снова попыталась дотянуться до телефона, но кот издал предупреждающее «мяу» и прижал аппарат ещё сильнее.

– Отлично! – сказала она вслух, сдаваясь. – Теперь я не только в доме‑психбольнице, но и в роли сказочной принцессы. А ты – мой придворный шут, судя по всему.

Алина схватила сумку и решительно направилась к двери – той самой, через которую вошла. Взялась за ручку, потянула… но дверь не поддалась. Она нажала сильнее, потом толкнула плечом – безрезультатно. Поверхность двери стал меняться, словно расплавленное стекло, принимая новые очертания. Через несколько секунд вместо двери стояла массивная книжная полка от пола до потолка, уставленная толстыми книгами в кожаных переплётах. На корешках мерцали золотые буквы, складываясь в непонятные названия: «Справочник по межпространственным переходам», «Чай и его влияние на реальность», «Почему пельмени танцуют только по вторникам».

– Всё, – Алина подняла руки и резко обернулась. – Я сдаюсь.

В этот момент дверь старого дубового шкафа распахнулась. Из неё, отряхивая с плеч серебристую пыль, вышел парень. Он слегка улыбнулся:

– Ой, это не мой выход. Но раз уж ты здесь…

Алина села в кресло и, молча, уставилась на него. Парень выглядел обычно, если не считать деталей. На нём был объёмный свитер с оленями, которые… подмигивали по очереди, перемигиваясь между собой, как заговорщики. Один из них даже показал Алине крошечный язычок.

– Ты… ты только что вышел из шкафа, – наконец выдавила она. – И это ты мне назначил встречу?

– Да – это ответ на все вопросы. Максим, – представился парень, оправляя свитер. – Но давай считать этот выход художественным жестом. Для атмосферы.

Он сделал шаг вперёд. В тот же миг в комнате что‑то хлопнуло – негромко, но ощутимо. Две чашки на столе подпрыгнули, звякнули. Чай в них забурлил крошечными воронками, будто внутри закипали мини‑ураганы.

– Ну что, – Максим широко улыбнулся, – готова поверить в магию?

Алина перевела взгляд с чашек на его свитер. Там олени устроили целую пантомиму. Она нервно рассмеялась:

– Поверить в магию – это попасть в психбольницу в виде квартиры с дизайнерским ремонтом, танцующими пельменями и бешеной ёлкой? Наверно, готова.

Максим рассмеялся, подошёл к столу и осторожно притронулся к одной из чашек. Чай тут же успокоился, а олени на свитере замерли в благопристойных позах, будто ничего и не было.

– Видишь ли, – он сел в кресло напротив, – магия – это как кофе. Можно долго спорить, как он работает, откуда берётся аромат и почему бодрит. А можно просто выпить и сказать: «Вау, как вкусно».

– То есть ты предлагаешь мне перестать задавать вопросы и начать пить чай? – Алина приподняла бровь.

– Именно. – Он подвинул к ней чашку. – И да, если вдруг увидишь, что чай танцует – не пугайся. Это просто он рад знакомству.

– Ну и представление вы тут устроили, – произнёс кот низким голосом. – Можно было обойтись и без спецэффектов. Девушка и так уже почти поверила.

Алина замерла с приоткрытым ртом. Котейшество ещё и разговаривает. Точно, филиал дурдома!

– Это… это… – она указала на кота.

– Ах, да, – Максим небрежно махнул рукой. – Это Бархат. Наш местный эксперт по магии и главный критик. Если он говорит, что что‑то лишнее, значит, так оно и есть. Кстати, Бархат, верни гостье телефон.

– Лишнее – это твоё театральное появление из шкафа, – фыркнул Бархат и подкинул лапой телефон прямёхонько в руки Алине. – Мог бы просто войти через дверь. Или через окно. Или материализоваться в воздухе. Вариантов масса.

– Но так веселее, – возразил Максим с улыбкой.

– Веселье – это когда все ведут себя естественно, – назидательно произнёс кот, облизывая лапу. – А не когда один выпрыгивает из шкафа, а чай устраивает мини‑цунами.

– Ладно, – Алина глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. – Допустим, я верю, что кот умеет говорить. Что дальше?

– Дальше? – Бархат приподнял бровь (по крайней мере, Алине показалось, что именно это он и сделал). – Дальше вы пьёте чай, а я наблюдаю. И, возможно, комментирую. Если сочту нужным.

– Замечательно, – пробормотала Алина, беря чашку. – Теперь у меня есть личный комментатор‑кот.

– Не личный, а общедомовой, – уточнил Бархат, устраиваясь поудобнее. – И я не просто кот. Я хранитель баланса. И если кто‑то начнёт перегибать палку с магией…

– Мы всё поняли, – поспешно сказал Максим, поднимая руки в примирительном жесте. – Никаких лишних спецэффектов. Только чай и разумные разговоры.

Бархат довольно кивнул, закрыл глаза и принялся мурлыкать. Он явно давал понять, что теперь он готов наблюдать за развитием событий из состояния полудрёмы.

Алина сделала глоток чая, который на этот раз остался совершенно спокойным, и посмотрела на Максима:

– Ладно. Пусть будет магия. Но кто ты такой? И зачем меня позвал? Квартира и так твоя. Риэлтор тебе точно не нужен.

Максим вздохнул, провёл рукой по волосам и будничным тоном произнёс:

– Я просто хранитель ёлки, которая исполняет желания. Ну, или пытается. Иногда она ведёт себя… капризно.

– Хранитель ёлки? – Алина нервно рассмеялась. – То есть ты хочешь сказать, что это не дом, а филиал сказочной резиденции?

– Можно и так сказать… – Максим сделал паузу, будто припоминая. – Дело в том, что ваша ёлка – особенная. И да, она только что съела ваше печенье из сумки.

– Ёлка действительно ест печенье, – включился в беседу Бархат. – И ёлка действительно ест печенье. Это её способ подзаряжаться. Как люди кофе пьют.

Алина потянулась к сумке, висевшей на спинке кресла. Заглянула в неё – внутри было пусто. От пачки печенья не осталось ни следа. Зато из‑под ёлки донеслось отчётливое чавканье – тихое, но явственное, будто кто‑то жевал с наслаждением, не торопясь, смакуя каждый кусочек. Алина обхватила голову руками и пробормотала:

– Я не сумасшедшая. Я точно не сумасшедшая. Я просто… просто…

– Просто оказалась в нужном месте в нужное время, – закончил за неё Максим, пододвигая чашку с чаем. – И да, если вдруг решишь проверить, есть ли у ёлки зубы – не советую. Они есть, и достаточно острые.

– И очень цепкие, – добавил Бархат, прищурившись. – Одна моя знакомая кошка пыталась стащить у ёлки карамельку. До сих пор вспоминает с содроганием.

Из‑под ёлки раздался довольный вздох. А следом – тихий, почти ласковый шелест хвои, будто дерево улыбалось.

– Ладно, – пробормотала Алина, глядя на говорящего кота, загадочного Максима и странную ёлку. – Допустим, я готова поверить. Но если завтра тут появится единорог, я точно сойду с ума.

– Единорог? – Бархат зевнул, показав розовый язычок и аккуратные клыки. – По сравнению с тем, что тут бывает, единорог – это просто милый бонус.

Максим лишь улыбнулся и сделал жест в сторону чашки:

– Пей чай. Он помогает. Особенно когда встречаешься с говорящими котами и прожорливыми ёлками.

Алина сидела в кресле, сжимая в руках чашку чая. Она смотрела на Максима так, будто он был последним здравомыслящим человеком в этом безумном мире.

– Допустим, – медленно произнесла она, – допустим, я поверю, что всё это не розыгрыш. Но мне нужны доказательства. Конкретные. Науч… то есть магические.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.