Дмитрий Котешов
Тихое утро

Капли

Третий день просыпаюсь под звуки дождя: похоже, Батуми превращается в Макондо, где дождь лил четыре года одиннадцать месяцев и два дня. Жаль, в доме нет механических часов, я бы послушал, как маятник соревнуется в точности со стучащими по подоконнику каплями.

Но какие тут грозы! Воздух пахнет горами, разряды звучат упруго, и их эхо так пугает уличных собак, что они остервенело гавкают в небо после каждого выстрела. В квартире же тишина. На столе стынет суп, я смотрю на дымок, завернувшись в одеяло. Октябрь, ты создан для уюта, растянутых домашних свитеров, фильмов по вечерам, и для того, чтобы заглянуть внутрь себя без спешки.

В дожде нет двух одинаковых капель, как нет двух одинаковых людей, но если первые разбиваются о крыши, то вторые о безразличие. Надежда в том, что у капель нет выбора, а у нас есть.

Надежда

Два раза я покупал себе экземпляр "Игры в классики", чтобы он был под рукой, когда захочется перечитать. И дважды его одалживали безвозвратно, продолжая миграцию любимых книг в природе – явление хоть и неоднозначное, но необходимое. С надеждой всё проще: ей тяжело стоять на полке, она хочет чтобы её дарили, что и происходит время от времени с каждым из нас.

Недалеко от моего дома есть кофейня, где живёт кот, которого хозяева подобрали с улицы. Когда он на меня смотрит, ему не нужно ничего говорить. Люди, конечно, не бездомные котята, но принцип тот же. Делитесь книгами, надеждой, вниманием – чем можете. Мне кажется, сейчас самое время.

Ноктюрн

У прилагательного "ночной" есть особенность: оно добавляет к словам, не требующим декора, ореол таинственности. Например, в Грузии говорят, что гость – подарок от бога, но "ночной гость" звучит, как предложение заглянуть за кромку ночи, узнать себя в другом полуночнике.

"Ночной полёт" представляется чем-то сродни концерту органной музыки в небе, неспешным путешествием навстречу рассвету. А "ночной поезд" становится "Восточным экспрессом", в котором купе-люкс перегружены убранством иного века и пассажирки, похожие на Дельфину Сейриг, курят сигареты с мундштуком, не обращая на тебя внимания.

А ночные прогулки, что дарят на память картины спящих городов? Кто в Минске не смотрел на огни "Коммунарки", отраженные в Свислочи? Кто не прислушивался к звукам редких машин в Серебрянке? Не ловил эхо шагов в знаменитом подземном переходе по улице Володько? Конечно, еще есть вазы и бабочки, ведь из песни слов не выкинешь. Но главное, что ночь в городе – это время, когда рождаются смелые идеи, те, что поначалу оставляешь для себя, чтобы утром проснуться с картой, на которой отмечено крестиком: иди сюда, тут будет интересно.

Кеды

Решил сегодня выбросить кеды, и пока шёл до мусорки, вспомнил, что купил их сразу по приезду в Батуми – почти три года назад. Хорошие были кеды: Wrangler, цвета морской волны, с белой подошвой. Где я только в них не бродил, фотографии не дадут соврать.

Шоппинг я не люблю, но некоторые вещи словно вростают в тебя, возвращают в момент, когда стоишь у зеркала в примерочной и думаешь: "Эх, свитерок, мы с тобой столько ещё увидим, с этого момента я твой, а ты мой".

Поэтому я положил их на землю бережно, как цветы к памятнику, из уважения ко всем исхоженным дорогам. Покойтесь с миром, мне будет что о вас рассказать.

Радио полей

Если закрыть глаза, то с балкона виднеются не горы, а снежное поле в тумане – отпечаток январской Беларуси в подкорке. Воспоминания о ней становятся тёплыми, как хлеб, и я вижу, как по трассе Минск-Гродно едет машина по направлению к Ивью.

В салоне запах кофе с заправки, поскрипывают дворники, рука крутит магнитолу, чтобы услышать "на хвалях канала "Культура" гучалі творы Клода Дэбюсі. Далей у праграме узгадаем жыццёвы шлях народнага мастака Беларусі Віталя Цвіркі."

С "Культурой" хотелось ехать не разговаривая, настолько полной была картина. Шум дороги и магия дикторского голоса создавали палитру, в которой каждый элемент раскрывал другой, и, настроившись на волну слушателя, природа отвечала на вопросы, что сидели глубоко внутри. Это было радио совсем другого толка, связь с чем-то далёким, древним, тем, что остаётся внутри на долгое время.

Я закрываю глаза и вижу: спит поле у дороги, худые деревья гнутся на ветру. Поток машин проносится мимо, вороны кричат им вслед, и эхо медленно, как снег, оседает в пологе чёрного леса.

Линч

В начале нулевых я пригласил друзей – девушку и двух парней – посмотреть в видеосалоне "Голову-ластик". Сам я уже успел причаститься, и вёл их в эту хмурую комнатку, как в пещеру Аладдина – за чудесами. Однако фильм мы не досмотрели: на середине девушка, не справившись с внутренним миром Дэвида, расплакалась. Так плачут люди, которых очаровали и напугали одновременно, и таких эмоций от кино я больше не встречал. До метро мы шли в неловком молчании, но история запомнилась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.