Саша Ветрова, Юля Шеффер
Ты изменил меня

Глава 1

– Интересно, как там Сашенька, – произношу озабоченно, глядя на мелькающие за окном пейзажи заснеженного Подмосковья.

– Мы уехали два часа назад, вряд ли произошло что-что существенное, – отвечает муж иронично. – К тому же, твоя мать наверняка бы позвонила, если бы не нашла на нее управу.

– Да, но ты же знаешь характер нашей дочери…

– И именно поэтому ей полезно хоть на один день остаться в компании бабушки, – отрезает Паша. – Успокойся, Марина. С ней все будет хорошо.

Я киваю, понимая, что муж прав. Но волнение никуда не уходит – в конце концов, мы впервые оставили дочь с кем бы то ни было так надолго.

Сашеньке недавно исполнился год. И она из тех, кого называют беспокойный ребенок. Просыпается по десять раз за ночь, часто капризничает, не идет на руки ни к кому, кроме меня или Паши. По настоянию свекрови мы уже несколько раз показывали дочь разным специалистам, в том числе неврологам, но все уверяли, что у нее нет никаких патологий. Мама мне говорила то же самое – я, например, тоже была беспокойным ребенком, но свекровь это не убедило. Для нее младшая внучка была «с дефектом», и она почти не проводила с ней время, предпочитая близнецов Оксаны, старшей сестры Паши.

– Ты, наверное, прав, – бормочу я.

– Конечно, я прав! – отвечает муж с натянутой улыбкой. – Расслабься. В конце концов, мы едем отдыхать.

Назвать отдыхом все это мне сложно. Потому что для меня поездка с мужем в загородный дом на вечеринку к одному из его коллег – целое событие. И, если честно, я волнуюсь. Достаточно ли хорошо выгляжу? Не разучилась ли навыкам коммуникации в незнакомой компании? И главное – примут ли меня коллеги Паши, ведь до этого дня он на протяжении года посещал подобные мероприятия в одиночестве. Я была не против. В конце концов, для его карьеры полезно находиться в контакте с коллегами.

Он и сейчас планировал ехать один, но моя мама настояла, чтобы я отправилась с ним. Сказала, что пришло время и взяла на себя присмотр за Сашенькой на всю ночь, потому что вернуться мы должны завтра уже после обеда.

– Приехали, – сообщает муж, когда мы сворачиваем к большому дому, рядом с которым уже припарковано множество машин.

– Как я выгляжу? – я нервно поправляю волосы.

– Нормально, Марин. Хватит уже причитать, – с какой-то скучающей агрессией произносит муж. – Как будто ты в люди никогда раньше не выходила.

Его резкость меня ранит, но я не огрызаюсь в ответ. Потому что понимаю – я действительно замучила его вопросами. С тех пор, как мы решили ехать на этот праздник вместе, я места себе не находила. И, наверное, уже перегибаю палку.

В дом Паша заходит как себе домой. И с порога начинает обниматься с коллегами, пока я стою рядом.

– А ты Марина, да? – обращается ко мне один из мужчин, окидывая изучающим взглядом. – А то Пашка тебя прячет, как сокровище.

– У нас ребенок маленький, – недовольно произносит муж.

– Да понятно все. Я Анатолий. Можно просто Толик.

– Марина, – отвечаю я смущенно.

– Ну, веселись, Марина! – он подмигивает мне, прежде чем бросить на прощание: – Девочки сейчас в джакузи. Мальчики на первом этаже отдыхают.

Паша представляет меня еще нескольким парам. Среди них оказываются и хозяева дома – Дина и Сергей Голубевы, которые сразу берут нас в оборот. Сергей забирает Пашу в бильярдную, а Дина зовёт меня на цокольный этаж в бассейн.

– Не волнуйся, я тебя со всеми познакомлю, – тараторит Дина, пока мы спускаемся по лестнице. – У нас компания хорошая, дружная. Про твой приезд все знают – рады, наконец, познакомиться со второй половиной Морозова.

Мой ответ ее не слишком волнует, потому что следом она начинает рассказывать про дом и вспоминать бурные вечеринки, которые проходили здесь в прошлом. Я слушаю с интересом, но и с необъяснимой внутренней тревогой – Паша был здесь частым гостем, но никогда не посвящал меня в подробности. Теперь я понимаю почему.

В комнате с джакузи царит непринужденная атмосфера. До меня доносится оживленная болтовня и заливистый смех еще с лестницы. Но стоит нам с Диной появиться на пороге, все это стихает.

– Так, девочки! Марина Морозова – прошу любить и жаловать, – громко сообщает хозяйка дома, грозя пальцем одной из девушек, которая смотрит на меня с насмешливой ухмылкой. – Она в нашей компании новенькая. Так что старыми сплетнями пугать ее не будем, договорились?

В этот миг я ощущаю себя крайне неуютно. Словно за кулисами этой сцены происходит что-то важное, скрытое от меня за ехидными улыбками и взглядами.

Переодевшись в специальной комнате, я присоединяюсь к остальным. Красноречивая тишина сопровождает каждое мое движение.

– Алия… Света… Ольга… Кристина… – несмотря на волнение, стараюсь запомнить хоровод имен, чтобы в будущем не попасть в неловкую ситуацию.

– Ну, меня ты знаешь, – пьяно хохочет Дина. – Выпьем за нас красивых.

– И за них неверных, – насмешливо вставляет Алена, эффектная блондинка с родинкой над губой точь-в-точь как у Синди Кроуфорд. Она была той, что встретила меня ехидной улыбочкой.

Девушки громко смеются и чокаются. Я же могу выдавить из себя лишь подобие улыбки. Не понимаю я таких тостов. Тема верности для меня – это не повод для шуток. Это основа основ. Какой брак может быть, когда партнеры изменяют?

– Ну, расскажи, Марин, как там в декрете, – произносит Оля, глядя на меня хитрыми глазами с прищуром.

– Бывает по разному, – говорю честно. – Дочка маленькая еще. Расслабиться не позволяет. Бывает, всю ночь с Пашей не спим.

– Ну, Морозов отличается самоотверженностью, – прыскает Оля. – Это мы знаем.

И опять мне чудится во всем этом скрытый смысл, недоступный моему пониманию.

– Дин, а что там с мясом? – спрашивает Алия, меняя тему. – Мужики не наговорились? Может, их поторопить?

– Попробуй, – пожимает плечами хозяйка. – Паша только приехал, может, на него повлияешь. У него шашлык отличный выходит, знаешь же.

То, что мой муж хорошо жарит мясо, для меня – открытие. Не самое приятное. Потому что какие-то чужие женщины в курсе этого, а я – нет. На семейных встречах за мангал всегда отвечает мой отец, и Паша даже не пытается ему помогать. А дома готовлю я.

– А вот пойду и потороплю! – говорит Алия, поднимаясь из чаши джакузи.

– Я с тобой. Мне просто нужно забрать телефон из куртки, – вру я, чтобы не показаться невежливой, и в компании Алии поднимаюсь наверх, точно зная, что в джакузи больше не спущусь.

Некомфортно мне там – и все тут! Побуду поближе к мужу.

Не сказать, что Паша очень радуется моему появлению. Шепчет мне на ухо про «мужскую компанию», но я делаю вид, что не понимаю о чем он.

Возможно, приезжать сюда изначально было плохой идеей.

Вскоре наверх подтягиваются остальные жены. Мужчины жарят мясо. Я помогаю Дине и Алие накрыть на стол. Оля и Света танцуют под популярные в нулевых песни.

Когда время близится к десяти, я сижу в углу, держу нетронутый бокал с навязанным мне, несмотря на протесты, шампанским, и ловлю себя на том, что просто считаю минуты. Музыка давно перестала радовать, смех и громкие голоса стали раздражать, а лица – сливаться в одно размытое пятно вместе с мерцанием гирлянд на каминной полке.

Чувствую себя здесь неуместной и лишней. Я не вписываюсь в эту компанию задорных кутил, да и не хочу. Я приехала провести время с мужем, но за весь вечер мы едва ли провели вместе больше двадцати минут. Когда я подхожу, он обнимает меня за талию одной рукой, не прекращая разговор, или чмокает в щеку, говорит «все нормально, Марин, отдыхай» и снова растворяется среди мужчин.

– Ты чего такая кислая? – спрашивает Дина, подходя и присаживаясь на подлокотник моего кресла. – Расслабься, ну!

– Я в порядке, – натянуто улыбаюсь, не желая продолжать разговор.

К счастью, ее кто-то зовет, и хозяйка вечера быстро отстает от меня. Смотрю на часы – всего половина одиннадцатого, время будто застыло.

Ужасно хочется домой, к Сашеньке.

Подумав о дочери, я вспоминаю, что давно не проверяла телефон – может мама что-то писала. Нахожу свою сумку под лестницей, включаю экран и вижу частокол из уведомлений.

Три пропущенных вызова от мамы.

Пять сообщений от нее же.

Сердце гулко бухает в груди – Боже, что-то случилось?..

Все, что происходит вокруг, вдруг теряет цвет, звук, вкус. Устремляясь подальше от шума, набираю ей:

– Мам, что?! – не скрываю паники в голосе.

– Мариш, у Сашеньки температура под сорок. Я сбиваю, но она опять поднимается, – мама едва не плачет. – Не хотела тебя дергать, думала, спадет, но она хрипит во сне и… Может, вы все же приедете? Врача я вызвала.

– Конечно, приедем! – выпаливаю, не успев подумать. – Уже выезжаем.

Уже нажав отбой, соображаю, что Паша выпил и не сможет сесть за руль, а я… так себе водитель, хоть права у меня есть. Но к больной дочери я поеду без колебаний. А Паша будет моим штурманом – так спокойнее.

Сжимая телефон в руке, бегу искать мужа.

Накинув пуховик, мчусь к отдельно стоящей новой бане, построенной «по немецким технологиям», о которой Сергей говорил с гордостью – мужики ушли первыми ее опробовать, с пивом и сигарами.

Комната отдыха пуста, на столе закуски и бутылки, из парилки, дверь в которую приоткрыта, слышатся голоса. Я уже готова вбежать туда, но что-то – какой-то чертов инстинкт – останавливает меня.

И тогда я слышу голос Паши. Слышу ясно.

– Да, мужики, моя Клава – огнище! – он самодовольно смеется. – Нереально горячая штучка. Снимаю для нас люксы в командировках, вожу ее по дорогим ресторанам, и она в благодарность такоооое вытворяет… Вам и не снилось!

Глава 2

Сердце падает вниз.

Моя Клава?!

Я беззвучно глотаю воздух, как выброшенная на берег рыба, и не могу сдвинуться с места.

– Ну ты даешь, Пашка! – кто-то хлопает в ладоши, раздается одобрительный свист. – Гуляешь любовницу на корпоративные деньги?

– Классно устроился!

– Да если бы на корпоративные… – цокает муж. – Приходится свои тратить. Возрастная секретутка, приставленная тестем, бронирует мне стандарты.

– Это она зря, – раздается гогот.

– И, что, жена тебя еще не спалила?

– Как? – фыркает Паша. – Она понятия не имеет, сколько я зарабатываю.

Я стою, прижатая к стене, будто меня пригвоздило к ней выстрелом. Мир вокруг рассыпается на осколки – его тоже зацепило этим выстрелом, – а в ушах все еще эхо родного голоса. Наглого и лживого.

Воздух застревает в горле, пальцы леденеют. Внутри – обжигающая пустота, сердце бьется как при перегрузках, во рту горько. Я вжимаюсь спиной в деревянную стену, иначе, боюсь, упаду, потому что ноги дрожат.

Павел только что признался в измене? Рассказал друзьям о любовнице?!

Он хвастается этой… Клавой перед другими, как Сергей пару часов назад хвастался домом и баней.

И его приятели реагируют на его слова так, будто одобряют то, что у него любовница, и так, словно слышат про нее уже не в первый раз. Они все о ней знают!.. Все, кроме меня.

И тут же в голове включается защитный механизм – мозг начинает подкидывать варианты для самосохранения:

Может, я что-то не так поняла? Может, я слышу неправильно или Паша шутит, или, вообще, я задремала, и мне это снится?..

Но одобрительно-завистливый смех звучит снова, и я убеждаюсь – нет, не ослышалась. Потому что Павел сыплет подробностями своих сексуальных игрищ с любовницей, уничтожая меня.

Так вот почему так участились в последнее время его командировки, вот почему он возвращается из них воодушевленный и возбужденный… Он не работает. Он отдыхает.

Элитный отдых за счёт компании моего отца. И за мой с Сашей счет тоже – ведь выходит, что на любовницу он тратил наши семейные деньги.

У меня будто пелена перед глазами. Я хочу кричать. Хочу ворваться в баню, посмотреть мужу в глаза, ударить его, показать, что со мной так нельзя, что я…

Рука сама тянутся к ручке двери, но в этот момент я обнаруживаю, что все еще сжимаю в ней телефон, по которому я только что сказала маме, что приеду к ней.

Приеду, потому что мой ребенок сильно болен.

Я нужна своей малышке, нужна своей маме, а все остальное, включая разоблачение мужа, не так важно. С этим я разберусь потом, на холодную голову.

Тем более, вовсе не обязательно устраивать сцену на глазах у этих людей, совершенно чужих мне и, судя по всему, таких же аморальных, как и мой подлый муженек. Если сейчас я сорвусь и выплесну все, что думаю и чувствую, этим дам мужу повод назвать меня истеричкой, а этим его «друзьям» доставлю удовольствие наблюдать за нашими разборками из первого ряда, а потом они будут обсуждать нас и перемывать кости на каждой следующей такой вечеринке.

Сейчас главное – моя дочь, а Морозов пусть идет к черту!

Пока…

Рука, которая уже была готова дернуть на себя дверь, падает вниз сама собой. Гнев все еще бурлит внутри, но теперь он обретает стоп-сигналы, которые горят красным, предупреждая: нельзя.

Я делаю глубокий вдох. Руки дрожат, но в ногах появляется твердость. Я не задерживаюсь больше у этой двери в мой личный ад, не позволяю себе заглянуть в него. Просто разворачиваюсь и осторожно, но быстро ухожу.

Возвращаюсь в дом. Оставшись незамеченной другими забираю сумку, одеваюсь, на ходу вызываю такси – после того, что я только что слышала, я точно не в состоянии садиться за руль. Еще не хватало попасть из-за подлеца в аварию.

Оказавшись на улице, даже не чувствую холода, настолько полыхаю изнутри.

Такси подъезжает достаточно быстро. Я запрыгиваю в салон, дверь за мной хлопает, и дом с огнями, визит в который разделил мою жизнь на «до» и «после», остается позади. Дом, полный лицемерных людей, являющихся соучастниками измены мужа.

Теперь, когда я все знаю, мне становится понятным поведение женщин в джакузи: их косые взгляды и ухмылки, все эти странные шуточки и тосты на грани и за ней – все они были направлены в меня. Все они были обо мне. О дурочке-жене, всегда последней узнающей об измене мужа. Как их, должно быть, забавляла моя наивность.

Пока я гадала, что с ними не так и списывала их интерес к себе на то, что я новенькая, они просто смеялись надо мной. Это осознание обжигает, как кипяток.

Откинув голову на подголовник, я прикрываю глаза – ужасно узнать, что муж тебе врет и изменяет, но еще ужаснее то, что он этого даже не скрывает. Он как будто гордится тем, что у него есть любовница, выставляет это как какое-то достижение, этим еще сильнее унижая меня.

Телефон вибрирует в сумке, вынуждая меня открыть глаза и вернуться в реальность.

Смотрю на имя мужа на экране, и первая реакция – отдернуть руку, отбросить телефон, не отвечать. Но быстро понимаю: это не выход. Сейчас он ничего не подозревает, и мне нельзя выдавать себя. Скорее всего, он звонит, потому что просто потерял меня.

Я должна вести себя, как обычно, быть с ним такой, как всегда – спокойной и не доставляющей проблем. А прежняя я обязательно бы ответила на звонок любимого мужа.

Выдохнув, принимаю вызов.

– Да, Паш. Прости, что уехала, не предупредив, – говорю торопливо. – Мама позвонила, у Саши температура высокая, и я сразу поехала к ней.

– Высокая? А мне почему не сказала? Я бы отвез тебя, – рвется на подвиги мой самоотверженный муж.

– Ты выпил, – напоминаю я. – Все в порядке, я вызвала такси и уже почти доехала.

– Я тут закончу и приеду к вам.

– Не надо! – выпаливаю в ужасе и тут же снова смягчаю интонации: – Я справлюсь сама, и мама поможет. Не переживай. Отдохни там за нас обоих.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.