Александр Шевцо
Власть. Роман в сказках

Серия «Пойди туда, не знаю куда»

Власть. Роман в сказках. / Шевцов А. Иваново: Издательство «Роща», 2023

© Шевцов А.А., 2023

© Издательство «Роща», оформление, 2023

* * *

Люди почему-то считают, что знают, что такое Власть. О ней пишут философы. О ней пишут практики, крутившиеся рядом с Властью. О ней не пишут люди Власти, но они не сомневаются, что знают Власть. И даже владеют ею…

Я боюсь, они все правы, но совсем не понимают, о чем говорят. Эта болезнь – Власть – поразила Землю, причем, не всю землю, а теплый пояс, где зарождались первые цивилизации и воплощались величайшие мудрецы, когда Зевс начал свою битву за низвержение титанов. Это было тысяч тридцать лет тому назад. И с тех пор Власть захватила даже богов…

Но это так страшно, что об этом даже трудно рассказывать…

Автор

Часть первая
Смотрящий

Все развивалось стремительно. Они действовали слаженно, словно были единым телом. И врата Небес – Великие врата, перед которыми встают в замешательстве даже боги, пали перед ними и открыли им путь к величию…

Но дальше начались странности, словно мир стал тягучим и медленным.

И он понял, что спит…

Точнее, он еще спал, по крайней мере, тело было совсем не здесь. Но он словно бы вышел из глубокого сна и начал понимать, что спит. Удивительная вещь – сны! Чего только не привидится! Откуда приходят эти поразительные образы, если в твоей жизни ничего подобного не могло быть? Вот как можно увидеть себя в дружине богов штурмующим Небеса, если ты простой…

– Кстати, кто? – подумал он и не смог вспомнить ничего. Какое-то время помучил себя, силясь припомнить, но пришел к мысли, что во сне всегда трудно думать и вспоминать, и успокоился на том, что вспомнит, когда проснется.

Но состояние было странным, у него словно бы отсутствовало тело, и он не мог припомнить ничего подобного. Поэтому он начал изнутри осматривать сам себя и нашел, что не может ощутить тело, потому что висит в воздухе. Несколько мгновений он всерьез рассматривал такую возможность, пока не понял, что и это ему снится!

Сон продолжался, и он просто из одного сна перешел в другой! От этого сразу стало легче, и он вздохнул свободнее. И тут же заметил, что вздохнул, но не вдохнул: ему действительно словно вздохнулось с облегчением, но дыхания не было!

Очень странное ощущение: вздохнуть с облегчением без дыхания! Он вдруг осознал, что снова ощущает себя пробудившимся, но тут же забыл об этом, потому что еще важнее пропавшего дыхания стало для него это странное облегчение!

Что-то ощутилось внутри него вздохом, приносящим облегчение. То есть стало легче? Но он был таким легким, что даже не чувствовал тела, о какой тяжести могла идти речь?!

Медленно, преодолевая сопротивление спящих мозгов, он заставил себя вглядеться в те слова, которые появились в его сознании: вздохнул с облегчением…

Вздохнуть – это не вдохнуть и не выдохнуть… Вздохнуть – это ведь и вдох, и выдох вместе! Значит, до этого он совсем не дышал, но не просто не дышал! Он словно задерживал дыхание, потому что вздох – это не обычный вдох, вздох должен накопиться желанием дышать. И получается, облегчение связано не с тяжестью, оно связано с трудностью. Было трудно дышать… или не дышать, но вот стало можно, и оно вздохнулось!

Тут он запутался, и его сонный разум начал засыпать от этого усилия, и ему пришлось удовлетвориться последней мыслью: раз вздох связан с облегчением, значит, речь в его мыслях шла не о дыхании, а о силе… Дыхание не вернулось, зато сила пришла…

И он почти провалился в сон без сознания, как вдруг почувствовал биение сердца. Но почувствовал его в руке, в середине ладони. И это было так странно, что он снова пробудился внутри своего сна и начал рассматривать это ощущение.

Его сердце не могло биться в ладони и не биться больше нигде. Но сколько он ни рассматривал свое тело, он не мог найти ни сердца, ни его биения. А ладонь продолжала отзываться на легкие удары какого-то сердечка…

Но это были слишком легкие удары! Он вдруг вспомнил, что знает свое сердце, знает, как оно бьется, ему не раз доводилось чувствовать его биение в своем теле, особенно в ранах, когда они начинают заживать. Его сердце билось иначе! А сейчас оно не билось! Об его ладонь билось чужое сердце!

Чужое?! Нет, он не ощущал его чужим, это было родное сердце, но это было не его сердце!

От этой пронзительной мысли вспышка света пробежала по всему его телу, и он сумел разглядеть его границы. Слава богам, тело все же появилось, и он был уверен, что лежит на спине. Но теперь по всему телу, от макушки до ступней ног, побежали всполохи, и начался трепет. Словно крошечные воротца открывались последовательно от самого верха головы и до промежности, а потом до ступней…

Сердечко, что билось об его ладонь, вдруг тоже затрепетало, нежная рука сжала его ладонь, и он почувствовал, что то тело, которое можно сжимать, тоже не пропало. Просто он потерял его ощущения. Рука же, сжимавшая его ладонь, будто послала внутрь его руки вспышку, и эта вспышка искоркой проскочила вдоль по всей руке, вошла через плечо в шею и по ней, как стрела, метнулась вверх и через макушку вылетела наружу.

Но снаружи его тело не кончалось, как это ни странно! Над макушкой все еще был он. И в локте от макушки искорку втянуло во что-то, что тоже было им. Но очень незнакомым. Таких ощущений он не помнил и погрузился в них, будто вместе с искрой всего его теперь удерживали в этом самом месте над макушкой…

– Ну что ты так волнуешься? – произнес тихий мужской голос и негромко засмеялся. – Ты все равно ничего не можешь сделать.

Рука, сжимавшая его ладонь, вздрогнула, и женский голос, показавшийся ему родным, ответил:

– Ты… я буду сражаться!

– Я знаю, – ответил мужской голос. – И это тоже нужно. Сражайся. Но все предопределено, и ты не можешь этому помешать.

– Я ненавижу тебя!

– Неправда. Когда все завершится, ты будешь мне очень благодарна. Но ты богиня, и простое бабье счастье не для тебя.

– Почему именно он?

– А ты сама не знаешь?

– Я хочу знать, что в нем такого ценного для тебя.

– Чтобы потом удалить это из него?

– Вырвать с корнем! Чтобы ты больше никогда не мог в нем нуждаться!

– Ты будешь неприятно удивлена: мне нужно именно то, за что богиня могла полюбить человека: он все забывает, но всегда помнит главное.

– Что главное?

– То, что где-то есть та, которую он любит, кроме нее для него нет ни одной женщины, и он должен найти дорогу, чтобы вернуться.

– Как я тебя ненавижу!

– Тем не менее я забираю его, он окажется в мире, куда тебе нет хода. Прощайся.

И рука, сжимавшая его ладонь, затрепетала слезами. Он никогда не думал, что женская рука может плакать…

Глава 1
Проводы

Тихий мужской голос произнес, слегка посмеиваясь:

– Ну, вот здесь и попрощаемся!

Вместе с голосом ощущения тела и мира обрушились на него, так что он даже слегка присел, будто его колени были не готовы удерживать обрушившийся на них вес. Он обернулся на голос.

Небольшой человечек невзрачной внешности, но с большим тесаком на поясе, стоял перед ним, и загадочная улыбка играла на его губах. На миг показалось, что за ним серебрящиеся струи водопадов падают с темных скал множеством потоков, дающих начало таинственной реке… Но это были не скалы и не потоки, а березы на фоне темных строений небольшого хутора…

– Мне кажется, я уже слышал твой голос… – растерянно произнес он, чувствуя, что с этим голосом связано для него очень многое и очень важное.

– Сынок, ты что? – улыбнулся человечек. – Как ты мог не слышать голос собственного отца?

– Действительно, – подумал он, – если это мой отец, то понятно…

Крохи сомнений все равно остались, но он заглушил их.

– Дальше не пойду, уж извини. Будем прощаться здесь.

– Конечно!

– Сын мой! – произнес человечек торжественно, и каждое слово, произнесенное им, прибавляло уверенности, изгоняя сомнения, и делало мир вокруг плотнее. – Мы дворяне. Пускай мы однодворцы, но мы благородные люди. Ты Федот, да не тот, не простой какой-нибудь Федот из мужиков! Ты сын дворянский Федот Огневук. Поэтому у тебя конь и меч, и полагающееся дворянину второе имя – Нетот! Никому, кроме короля, не называй своего настоящего имени, а представляйся этим. Надеюсь, это имя станет тебе привычно!

– Нетот… Нетот… – несколько раз произнес он про себя, словно сживаясь с этим именем, и вдруг ощутил, что и на самом деле это имя ему привычно. Правда, что такое Огневук, он вспомнить не смог. Зато он точно был Нетотом! Все стало на место: Я Нетот! Как можно было это забыть?!

Последние сомнения испарились из его сознания: это точно был его отец, и было бы непочтительно не принять его напутствия, как полагается воспитанному сыну.

– Сын мой, – между тем продолжил человечек свою речь, – меч этот принадлежал еще твоему прадеду, – и Нетот непроизвольно ощупал перевязь на боку и рукоять тесака в кожаных ножнах. – А конь этот увидел свет в доме вашего отца лет тринадцать назад и все эти годы служил нам верой и правдой, что должно расположить вас к нему. А вот в эту сумочку у вас на поясе ваша матушка положила несколько монет и бумаги, удостоверяющие ваше благородное происхождение.

Нетот поглядел на коня и увидел старого мерина желтовато-рыжей масти с облезлым хвостом и опухшими бабками. Пощупал кожаную сумку у себя на поясе.

– При дворе, – продолжал отец Нетота, – в том случае, если вы будете там приняты, на что, впрочем, вам дает право древность вашего рода, – мы ведь из первых, кто присягнул королю! – поддерживайте ради себя самого и ваших близких честь вашего дворянского имени, которое с достоинством носили ваши предки. Не покоряйтесь никому, за исключением короля. Но всегда ищите друзей! И не жалейте ради них ни денег, ни своего меча!

Только мужеством – слышите ли вы, единственно мужеством! – дворянин в наши дни может пробить себе путь. Кто дрогнет хоть на мгновение, возможно, упустит случай, который именно в этот миг ему предоставляла фортуна. Не опасайтесь случайностей и ищите приключений. И деритесь, как только появляется возможность. Тем более что дуэли запрещены!..

Нетот поклонился.

– Король собирает лучших бойцов нашего королевства, чтобы испытать вас. Вы знаете, что победитель займет место дядьки королевича, и знаете, как это было бы важно для нашего рода! Я надеюсь, что вы не подведете ожиданий моих и вашей матушки!

Нетот поклонился еще раз и поискал глазами матушку, но ее не было.

– Вам могут предложить и дуэль на пистолетах. Поэтому я вручаю вам наш родовой пистолет. Его нашел в старом бункере еще ваш прадед. Это «Вальтер ППК». К сожалению, в нем остался всего один патрон. Но я уверен, что вам для победы этого хватит!

И человечек торжественно вручил Нетоту старый пистолет времен Второй мировой войны.

– Научитесь его выхватывать так быстро, как это делали ковбои в фильмах, которые я вам показывал. Вы же тренировались?

– Я умею, отец! Я много тренировался… – услышал Нетот собственный голос, но не смог вспомнить, как же он тренировался. Он непроизвольно задумался, откуда родились эти слова. Но пока он об этом думал, воспоминания о том, как он учится выхватывать пистолет и посылать его в цель, заполнили его сознание и стали живыми.

– Вот и прекрасно, мой сын, – сказал человечек. – Вам обязательно надо занять это место при королевиче. Вы ведь знаете, что значит быть дядькой королевича?

Нетот хотел ответить, что не имеет ни малейшего понятия, но снова в его сознание пролились воспоминания, ожили и стали его знаниями:

– О, в первую очередь, королевича надо охранять. Во вторую, его надо учить драться. И играть с ним, чтобы ему не было скучно.

– Правильно, мой сын, вы прекрасно усвоили урок и справитесь с играми власти! Вы уже достаточно взрослы, чтобы четырнадцатилетний мальчик принял вас наставником, но еще достаточно молоды, чтобы быть ему интересным в качестве наперсника в играх. Но если вы станете дядькой королевича, скорее всего, вам будет поручено доставить его в Империю для обучения. Помните ли вы, как искать дороги в таких местах?

– Э… – неуверенно протянул Нетот, но человечек остановил его, подняв ладонь.

– Самое главное – довести королевича до границы. На границе вам нужно будет показать подорожную, в которой указаны города, через которые вам дозволено ехать в Империи. Это проще. Но чем ближе вы будете подъезжать к Педагогической провинции, тем хитрее станут дороги. Вот там вам снова пригодится ваш дар искать пути. Итак, вспоминайте, – и он показал на дорогу позади Нетота.

Нетот обернулся и поглядел на дорогу. Дорога как дорога – пыль, трава и листья. Но вдруг посредине ее легонько засветилось что-то вроде струйки света.

– Молодец! – воскликнул отец. – Я вижу, что не зря вкладывался в ваше воспитание. Не забывайте, мой сын, время от времени включать свой дар даже при дворе. Это будет приводить вас в нужные места и откроет двери тех комнат, за которыми ждут возможности.

– Спасибо, отец, – поклонился Нетот. – Я ощущаю себя прекрасно подготовленным к жизни, в которую вы меня отправляете.

– Главное, не будь слишком доверчивым, сынок, – засмеялся человечек, переходя с торжественного звучания на более сердечное. – Помни, тебе придется ехать с королевичем по тому узкому перешейку между нашим королевством и Империей, что зовется Кишкой. Если ты будешь неосторожен, в вас начнут стрелять. Из-за этого это место удобно, чтобы устранить вас обоих.

– Почему, отец?

– Ты же не забыл, как родилось наше королевство? Благородный человек должен знать историю своего возвышения. Помнишь, я тебе рассказывал, что, когда Россия решила снова стать Империей, все окрестные государства пришли в движение.

– Почему?

– Польша не могла снести, что Россия – Империя, и раздувалась, пока не вернула имя Речи Посполитой, наш северный сосед превратился в Великую социалистическую Белую Русь! А южный стал Соединенными Штатами.

– Да-да… – неуверенно пробормотал Нетот. – Я помню…

– Эти знания истории просто необходимы при дворе, поскольку там действуют проштатовские, просоциалистические, пронатовские, и проимперские партии. Любая из них может захотеть вас устранить, если почувствует ваше влияние на наследника. Ты ведь понимаешь, почему?

– Мне стыдно признаться, – пробормотал Нетот, – но я никак не могу вспомнить…

– О, Буферное королевство родилось тогда, когда Соединенные Штаты и Белая Русь решили начать войну за спорную территорию, которая внезапно обнаружилась между ними. Тут, между двумя речками, в развалинах одного из древнейших замков Европы поселились гулящие люди, бежавшие от режимов своих стран. Это была вольница, и соседи подозревали, что за вольницей стоит враг. Отличный повод начать войну. Со стороны Соединенных Штатов подошли полки теробороны. А со стороны Социалистической Белой Руси – части полиции особого назначения.

Нетот покивал, все отчетливее вспоминая эти события.

– Поскольку мир к тому времени изменился, у всех их были неправильные карты, они не дошли до спорного пограничья, посчитали местом столкновения разные реки, которые были удобны для обороны, и окопались так, что появились мощные линии укреплений. Когда выяснилось, что противник еще далеко, между ними осталась большая земля, а в события уже вмешались иные силы.

– Как это возможно, отец?!

– Возможно, мой сын. На их картах все было правильно, просто земля однажды раздвинулась, река разделилась на две, а в промежутке из земли появился замок, который был спрятан много столетий… И это большая тайна, ради которой вам необходимо там побывать!

– Я понял, отец!

– Что ж, как только запахло кровью, Гиена Европы затеяла возле границ Натовские учения. В ответ Империя подтянула к своей границе десантные части и ракетные войска. Тут инициаторы войны поняли, что это не будет простой мордобой, и запросили помощи третейских. Так и было решено объявить эту землю буферной зоной. И сделать самостоятельным государством. Нас, коренных жителей, собрали, и мы решили, что это должно быть королевство. И избрали своего короля. Ну, ты же все помнишь?

– Теперь действительно помню, – подтвердил Нетот, с удивлением наблюдая за тем, как обогащается и прибывает его память.

– И понимаешь, как опасна будет твоя жизнь?

– Конечно, отец!

– В таком случае, дай я тебя обниму, – сказал человечек, троекратно целуя Нетота в щеки. – И помни: как только тебе понадобится совет, позови меня, и я приду к тебе хотя бы во снах. И спасу тебя, как спасал в детстве!

Нетот вскочил на своего странного скакуна, прищурился, ухватился за свечение на дороге и потрусил, следя за световым потоком, в сторону столицы, где ему предстояло выдержать испытания и занять место, которое навсегда поднимет их увядающий дворянский род.

Глава 2
Дорога

Вдохновленный напутствием отца, дворянский сын Федот Огневук, звавшийся Нетотом, ехал по лесной дорожке в столицу Буферного королевства, где собирался вызвать на дуэль саму удачу. Лошадка трусила легкой рысью, и на все попытки наездника послать ее в галоп отвечала полным равнодушием. В конце концов Нетот смирился и успокоился. А для любого наездника не тайна: если успокоиться под мерную качку бредущей лошади, то на тебя нахлынут мысли и даже грезы…

С мыслями в его сознание не проникло ничего, и они стихли, став сонными. Но как только появились грезы, сквозь них стали просачиваться вопросы, словно бы в радужной картине мира, оставшейся после напутствия отца, появились щелки, из которых текли струйки сомнений. И чем дальше отъезжал он от места прощания, тем этих сомнений становилось больше, словно он был защищен от памяти и обычных мыслей, но не от тех, что проникают сквозь все защиты, как только разум оказывается на грани сна…

Сначала Федот вяло, как это бывает с засыпающими, вспомнил, как отозвалось у него прозвище Нетот, словно оно было родным. Но успокоил себя тем, что оно, вероятно, и вправду было для него привычным. В том состоянии это ленивое отношение к вопросам казалось самым естественным. Но даже сквозь дремотную лень, как птенец сквозь скорлупу, проклюнулся вопрос, почему он не помнит этого?..

Но вопрос как-то не сложился, завязнув, словно желторотый птенец, в очевидном рассуждении: раз ощущаешь родным, значит, привык, что тебя так звали… Поэтому Федот отбросил усилия и почувствовал, что стало легче. Оставалось только выбрать, что ему ближе: Федот или Нетот. И он понял, что хочет зваться Нетотом и может себе позволить заснуть.

Но как только он приступил к засыпанию, в щель между бодрствованием и сном протиснулся новый вопрос: почему матушка не провожала его до околицы?

– Наверное, она проводила меня в доме… – подумал он, и это снова показалось ему разумным. И казалось таким, пока не появилась ехидная мыслишка: красивое рассуждение!

– Рассуждение как рассуждение, – вяло отмахнулся от нее Нетот. – Не понял, по какому поводу ехидство?

– Действительно, – изобразила серьезность та же мыслишка. – Если матушка не провожала за околицу, наверное, она простилась еще в доме. Что тут может быть неверно?

– Ну да! А что еще можно предположить? – возмутился он.

– И правда, что еще можно предположить, когда нечего предположить?! Только самое простое и очевидное!

– Ну! И в чем подвох?

– Очевидное – это, наверное, когда очами видишь? – ядовито поддела ехидная мыслишка и звучно замолчала.

Он ехал, не в силах ни уснуть, ни проснуться, и довольно долго недоумевал, к чему это она смогла прикопаться в его рассуждении! Все ведь точно: если матушки не было здесь, то, очевидно, она была там! Но постепенно жар его спора с ехидной мыслишкой спал, и он перестал играть в здравый смысл и вдруг спросил сам себя: а почему я не помню, как она провожала меня в доме?

От этого вопроса вспышка сполоха проскочила сквозь все его тело, и он выскочил из дремы с широко распахнутыми глазами. Этот вопрос напугал его: а вдруг матушки у него совсем нет?! Вдруг она уже померла?! Но затем он осознал, что вообще ее не помнит! Ни до смерти, ни на похоронах! Ее совсем не было в его сознании…

Тут начал он вспоминать, как странно вливались в его сознание остальные воспоминания, стоило его отцу напомнить о них, и вдруг понял, что, кроме этих воспоминаний, в его сознании не было больше ничего, пустота… Он был чист от воспоминаний, ничего лишнего, только то, что он должен поехать в столицу, победить в испытаниях и стать дядькой королевича… Человек одной мысли!

После некоторых усилий всплыло еще, что надо драться со всеми, кто попытается его оскорбить, унизить или просто проявить неуважение, потому что он дворянин и благородный человек. И никаких сомнений, что именно так и должен поступать дворянин!

– И все? – спросил он сам себя. – Я живу лишь двумя мыслями?

Память же уточнила: и заводить друзей!

Так Нетот осознал, что у него есть цель и два обязательных требования: заводить друзей и драться при любом намеке на унижение.

– Это просто, – решил он. – Это я смогу! Вот только достаточно ли для жизни этих простых правил?! Неужели это все, чем снабдили меня отец и мать, отправляя в этот опасный поход?

И не смог вспомнить ничего сверх этого!

Он достал из кожаной сумочки на поясе бумаги, подтверждающие его дворянство, и перечитал их. Там было его имя, имена отца и деда. А также название их поместья, как торжественно именовался в бумагах их хутор, и рассказывалось, что дворянство было получено их дедом, в числе первых присягнувшим на верность отцу нынешнего короля при учреждении Буферного королевства…

Бумаги должны были успокоить его, но этого не произошло, потому что теперь он подозревал подвох во всем…

Убрав бумаги, он достал из-за пояса пистолет, вспомнил, что отец назвал его «Вальтер ПэПэКа», рассмотрел и вдруг почувствовал, что одна его часть воспринимает это оружие как само собой разумеющееся, а другая странно восхищается его видом и размерами, словно ожидала, что оружие должно быть больше и тяжелее… И вообще другим!

Он изучил пистолет, научился вынимать обойму, в которой был лишь один патрон, снимать с предохранителя и ставить на него, передергивать затвор. Несколько раз прицелился, взвешивая пистолет в руке, несколько раз выхватил его из-за пояса. Пистолет притерся и охотно шел в руку, словно она ему нравилась…

Он убрал пистолет, достал тесак из ножен, повертел его, проверил заточку. Тесак выглядел потертым, но заточен был на удивление хорошо. Он сломал небольшую веточку, подбросил в воздух и рассек тесаком. Веточка разошлась на две части, но они даже не разлетелись в разные стороны и упали вместе. Тесак был непрост…

И как только он это подумал, у него зачесалась левая рука от локтя до кисти. Он закатал рукава и обнаружил длинное родимое пятно на предплечье. Он хотел его потрогать, но в руке был тесак, и он нечаянно прикоснулся им к родимому пятну. И тесак вдруг уменьшился до размеров большого ножа и спрятался в пятно. Нетот непроизвольно потянулся за ним рукой, и тесак, вернее, нож выскочил из пятна и снова оказался у него в руке…

И это было знакомо, словно он всегда носил свой кинжал у себя в руке! Никаких неудобств он от этого не испытывал, как если бы в руке нож терял свои углы и грани. Убрав нож в эти странные ножны, Нетот задумался и понял только то, что с оружием у него имеется какое-то родство, раз уж оно прячется в его тело. А значит, оружие его не подведет… Само по себе владение таким волшебным оружием должно было бы надолго смутить человека, но тут новое ощущение отвлекло его.

Он словно бы знал, что его ждет впереди. Когда он думал о будущем, он будто глядел в какое-то сумрачное пространство, где ничего не было, и в то же время знал, что оттуда движется. В какой-то миг, проезжая под ветвистыми деревьями, он почувствовал, как его тело нагнулось, и понял, что заранее знал, что сейчас впереди появится ветка, от которой надо уклониться…

Похоже, он предвидел будущее! Словно бы мог смотреть вперед, в будущее, как в пространство! Недалеко, как он вскоре понял, но как раз достаточно, чтобы выжить в неожиданных обстоятельствах. А в прошлое? Ведь это так просто и так естественно поглядеть в свое прошлое!

Он попробовал и не увидел ничего! У него не было прошлого, не было детства, родителей, и даже отца не было, за исключением прощания и того, что отец рассказал ему! Он даже не был уверен, что это отец!

И тут он вспомнил, что слышал голос своего отца во сне, который приснился ему недавно. В том сне он словно висел в воздухе, а два голоса – женский и мужской – говорили о нем. И ее сердечко билось в его ладони. Но сон уже почти растворился в его сознании, тем более что в этом сне не было образов. И все, что у него осталось, это ощущение, что где-то его ждет та, что любит, и он должен вернуться и найти ее…

Поэтому он выпятил челюсть и почувствовал, как в нем рождается решимость пройти все препятствия и победить. А поскольку назад дороги не было, то он сказал себе: «Вперед! Только вперед! Выход из этой ловушки впереди!»

Сердце его наполнилось решимостью и словно бы заточилось ратным духом. Нетот вдруг понял, что дальше он может рассчитывать только на самого себя и свои силы, и позади нет никакого отца, и никого, кто может за него вступиться. Как ни странно, от этого стало легче. Это собрало его, сделало плотным и упругим, как если бы до этого он действительно был ребенком и в одночасье повзрослел.

– Драка? – вдруг проснулся в нем тот, кого звали Нетотом. – Пусть будет драка! Похоже, я себя не знаю, но как-то это мне знакомо! Цель и всего два условия успеха: заводить друзей и драться за свою честь! Проверим, хватит ли этого для победы. Ну-ка, куда ведет меня дорога? – и он настроился на то видение, которому его научил отец или не отец, кто бы он там ни был!

Видение охотно откликнулось, и струйка света побежала перед ним, заставив даже его вялую лошадку ускориться.

И уже через несколько мгновений сын дворянский Федот Огневук по имени Нетот увидел деревянные стены крепости, появившейся из-за деревьев.

Это и был Стольный град Буферного королевства, через который пролегала его Дорога Домой.

Глава 3
Столица

Дворянский сын Федот Огневук, горделиво подбоченясь одной рукой, подъехал к воротам города. Ворота были открыты, и поэтому возле них толпился какой-то люд, кто торговал, кто воровал, кто охранял сами ворота. Стражники явно скучали, млея на солнышке, поскольку ворот, в сущности, не было, а были лишь столбы, обозначавшие въезд в столицу.

Заметив Нетота на коне, стражники взбодрились. Особого уважения они своим ленивым видом у Нетота не вызвали, тем не менее, он остановил лошадь, когда один из стражников шагнул ему навстречу, потребовав спешиться и предъявить удостоверения. Нетот не понял, что такое удостоверения, но спрыгнул, достал из сумочки бумаги и протянул их стражнику.

– Цель приезда? – спросил стражник.

– Королевские испытания, – ответил Нетот.

Стражник с сомнением смотрел то на бумаги, то на Нетота, то на его разноцветную лошадку. В это время зеваки, тёршиеся возле ворот, тоже заинтересовались этим удивительным животным и решили поупражняться в остроумии насчет ее масти и ездовых качеств.

– А как думаете, ей подковы не тяжелы? – оскалился малый вороватого вида, пытаясь оказаться поближе к переметной суме, в которой у Нетота была дорожная еда.

– Не мой конь, – задумчиво покачал головой нищий. – Я бы на такого не сел…

– Не мой коня? В смысле, не мытый? Или лучше и не мыть, чтобы краска не сошла? – подхватил вороватый малый.

Нетот понял, что это та самая возможность подраться, молча повернулся и заехал в зубы. Шутник улетел от этого удара через придорожную канаву и затих, только ноги подергивались. Сразу же затихли и остальные. Нетот, расстроившись, что драка не получилась, повернулся к стражнику с вежливым вопросом в глазах, надеясь, что тот вступится хотя бы за порядок. Но стражник сразу поменялся и почтительно вернул бумаги с легким поклоном:

– Проезжайте, господин дворянин. Вон там за воротами есть постоялый двор. А испытания завтра во дворе замка. Вам надо сегодня дойти до королевской канцелярии и заявиться на испытания.

– А где эта канцелярия? – спросил Нетот, убирая бумаги в сумку.

– Так во дворце же. Там покажут.

Федот взобрался на свою лошадку и, провожаемый взглядами и ухмылками, гордо направился к постоялому двору, ориентируясь по шпилям древнейшего замка Европы, которые торчали над крышами остальных домов.

Постоялый двор он узнал по привязанным к столбам коновязи коням и странным железным коляскам на двух колесах, стоявшим у входа. Впрочем, на вывеске над входом недвусмысленно красовался толстый повар, держащий в руках дымящийся окорок. И хоть Нетот и не едал никогда дымящихся окороков, он понял, что здесь кормят. Поэтому он привязал своего коня к коновязи рядом с другими конями и колясками и было направился к дверям.

Но тут его лошадка вызвала новый приступ остроумия у пары здоровенных парней, сидевших на железных двухколесных колясках.

Один из них, весь перетянутый цепями, поздоровее и понаглее на вид, сплюнул на землю и спросил соседа:

– Гришка, ты на лошадях ездишь?

– Не-а, я даже не знаю, как они заводятся…

– Как думаешь, дадут за такую красоту полцарства?

– Не меньше…

– На таком ковре-самолете только покорять столицу… Бегать-то она вряд ли может…

Федот почуял новую возможность подраться, остановился и в упор уставился на шутников. Те же принялись орать, вызывая желающих полюбоваться этим чудом природы. На их крик из дверей постоялого двора вывалилось еще несколько таких же громил, одетых в кожаную одежду, украшенную блестящими железными цепями.

Все принялись гоготать и выкрикивать шутки по поводу друга семьи, верно служившего отцу Нетота почти полтора десятка лет. Вслед за молодчиками на крыльцо вышел и хозяин постоялого двора, вытирая руки о фартук. Он прислонился к столбу и флегматично наблюдал, что это за шум вдруг разыгрался возле его заведения, подозревая, что любой шум может быть полезен для торговли.

Нетот какое-то время слушал, потом обратился к первому шутнику:

– Кажется, моя лошадь вас повеселила?

– И что? – спросил тот, нагло ухмыляясь. – Че-то я тут и лошади-то не вижу!

Все загоготали.

– Справедливо будет повеселиться и мне, – улыбнулся Нетот. – Скажите, как называется эта уродина, на которой вы сидите?

– Ты слышал?! – завопил молодчик, спрыгивая с коляски. – Он обозвал мой байк уродиной! Нет, вы слышали?

Все загудели, радостно ожидая драку. Нетот тоже улыбнулся, понимая, что ему повезло, и он, наконец, сможет подраться.

– Ты чего лыбишься, урод?! – закричал молодчик и пошел на Нетота.

Ростом он был повыше, весом потяжелее, хотя Нетот тоже был не из малорослых. К тому же Нетот совершенно не представлял, что надо делать, когда дерешься. Но зато это знало его тело. Он не вставал в стойки, не скакал и не отбивал удары противника. Он вдруг увидел, как в том появилось намерение удара, слегка сместился, так что противник потерял его, и коротко ударил по челюсти сбоку.

Здоровяк рухнул, словно тряпка, которую выпустили из рук – прямо вниз, словно кулак Нетота прострелил его насквозь. Толпа, очевидно, знала толк в драках и могла оценить хороший удар. Она сначала замолкла, потом одобрительно загудела. Никаких порывов заступиться за своего не было. Это несколько удивило Нетота, но дало представление о местных нравах. Они явно были более миролюбивыми, чем он привык.

– Скажите, сударь, – обратился Нетот ко второму молодцу, который было поднялся вслед за другом, а теперь стоял в нерешительности, – а этот ваш конь хорош?

– Угу, – растерянно ответил тот и снова уселся в седло.

– А он быстрее обычного коня?

– Еще бы! Раза в три-четыре на обычной дороге. А на трассе и быстрее может!

– А чем он хуже?

– Бензин дорожает…

Нетот уважительно покивал головой, хотя и не понял, что такое бензин, понял, что драка завершилась, и направился к хозяину постоялого двора:

– Милейший, я бы хотел снять комнату!

– Ничего нет, – ответил хозяин, выпрямляясь. – Хотя… Есть одна комната, в которой живет дворянин, который вторую неделю не платит, только пьет, жрет и бьет посуду! Вы дворянин?

– Я дворянин.

– Ну, избавьте меня от этого постояльца, и комната ваша, – повернулся он, увлекая Нетота внутрь. Толпа уважительно расступилась перед ними.

По дороге Нетот взял его под локоть и негромко спросил:

– Любезный, а не поможете ли вы мне продать моего коня?

Хозяин дико покосился на него, но кивнул:

– Устроим… Только дорого за него не дадут!

Комната с буйным постояльцем была на втором этаже. Хозяин подвел Нетота к дверям и осторожно постучал. За дверью раздался рев хуже звериного, и о дверь тут же грохнуло что-то тяжелое.

– Вот видите? – воскликнул хозяин, испуганно тараща глаза на Нетота. – Его даже байкеры боятся…

Федот похлопал его по спине:

– Продайте моего коня! – и толкнул дверь, слегка удивляясь собственной решительности. Он не представлял, что делать, но как-то чуял, что все сделает хорошо.

Дверь приоткрылась нешироко, ее чем-то подперли. Нетот надавил плечом, и дверь начала со скрежетом открываться. С той стороны тут же послышалась брань, и в дверь снова что-то полетело. Судя по звону разбитого стекла, это были бутылки. Хозяин, с которого слетел важный вид, отбежал в конец коридора и наблюдал оттуда, готовый сразу скатиться вниз по лестнице.

Нетот между тем ударом ноги распахнул дверь так, что стало можно пролезть в щель, протиснулся внутрь и обнаружил себя в довольно просторной комнате, где стояли две кровати, стол и пара стульев. Повсюду валялись бутылки и какой-то хлам, а на кровати лежал огромный человек, с лицом, исполосованным шрамами.

– Что?! – заорал он при виде Нетота. – Ты кто такой? Как ты посмел?!

Он спустил ноги в сапогах на пол, поднялся во весь свой громадный рост и оказался головой под потолок. Кого-то он напомнил Нетоту, словно ему уже приходилось сталкиваться с существами такой породы. И хоть никаких оснований для этого не было, Нетот сразу перестал считать хозяина комнаты обычным человеком. Он даже смутно помнил, как таких звали, но не мог выговорить…

– Позвольте представиться, – попытался поклониться ему Нетот, но почуял, что этот бык сейчас бросится на него, и отошел с пути.

Громадина действительно помчалась вперед, плохо соображая, что там уже никого нет. Вместе с ним мимо Нетота пролетело облако застарелого перегара. Нетот взял со стола самую большую и толстую бутылку и стукнул остановившегося в недоумении великана по затылку.

Это его не свалило, но он развернулся, пошатываясь, поморщился, тупо уставился на Нетота и уважительно покивал головой:

– Чую руку благородного человека!

Нетот собирался врезать еще раз, но чувство опасности пропало. И действительно, великан жестом хозяина предложил ему сесть к столу и сам плюхнулся на стул. Нетот поставил бутылку на стол, поднял валявшийся стул и сел напротив хозяина номера.

Тот взял бутылку, которой Нетот его успокоил, повертел в руках, понюхал горлышко, сморщился и отбросил ее к двери. Нетот спокойно наблюдал за ним. Великан поднял на него мутные глаза:

– Предлагаю разделить со мной трапезу!

– С удовольствием, – ответил Нетот.

– Ну и? – вопросительно развел тот руки.

Нетот понял, что он ожидает трапезу, захохотал и крикнул в сторону двери:

– Хозяин!

Хозяин оказался стоящим прямо за дверью, видно, подслушивал.

– Что у тебя есть сегодня из горячего?

– Жареная курица… – неуверенно пробормотал тот, рыская глазами по комнате. – Но господин дворянин столько задолжал…

Великан вытаращил глаза, надул щеки и начал приподниматься со своего стула, но Нетот придержал его жестом руки и подмигнул хозяину:

– Так продай моего коня подороже, уважаемый, если хочешь, чтобы с тобой расплатились. Две жареные курицы! И бутылку вина для моего соседа!

Великан довольно заурчал и заулыбался.

– То есть вы заплатите за это все… – хозяин неопределенным жестом обвел комнату, непроизвольно расплываясь в улыбке.

– Коня! И я снимаю эту койку на ближайшее время. Вы же не будете возражать, если я займу свободную кровать? – обратился он к великану.

Великан торжественным жестом протянул ему огромную ладонь:

– Горыныч!

– Нетот, – пожал ее дворянский сын Федот Огневук, вспоминая совет отца заводить друзей. – А вы, часом, сударь, не из Болотов? – вспомнил Нетот странное имя.

Великан вскинул на него удивленные глаза, поперхнулся, но сделал вид, что не расслышал, и крикнул вдогонку хозяину:

– И пришли, мошенник, пару справных девок здесь прибраться! Благородные люди не могут жить в такой грязи!

Глава 4
Сначала надо вооружиться

Первыми прибежали горничные девушки и, опасливо сторонясь Горыныча, принялись прибираться в номере. Горыныч проявлял к ним явный интерес, норовя шлепнуть по заднице, поэтому они жались к Нетоту, словно ожидая, что он защитит их. Однако лучшей защитой оказалась жареная курица.

Как только куриц принесли и поставили на стол, добавив к этому хлеба, лука, разных трав и соусов в чашках, Горыныч схватил курицу руками, разорвал на части и принялся смачно поедать. Нетот съел одну ножку, отломил вторую и, пока подносил ее ко рту, увидел, что его сосед доедает свою курицу, обсасывая последние косточки.

Нетот положил ножку на тарелку, воткнул в свою курицу вилку и нож, приподнял курицу над тарелкой и спросил:

– Вы не откажетесь мне помочь, мой друг? Что-то эта ноша кажется мне тяжела!

– О, я не ем так много, – ответил Горыныч, – но если ради спасения друга надо пожертвовать здоровьем, то Горыныч всегда к вашим услугам!

И как только Нетот переложил курицу к нему на тарелку, принялся за нее так, будто еще ничего не ел. Ел он при этом сосредоточенно, не отвлекаясь даже на застольные разговоры, так что чувствовалось, что делает важное дело. Даже зады горничных не могли его отвлечь. Однако, как только курица была доедена, он вытер руки полотенцем, бросил полотенце на пол, откупорил бутылку, налил себе и Нетоту, отвалился на спинку стула и произнес философическим тоном:

– Ну-с, господин Нетот, что же вас привело в эту дыру?

– Хочу пройти испытания, что объявил наш король, – ответил Нетот, отваливаясь и ковыряя в зубах зубочисткой.

– Наш король! – воскликнул Горыныч скептически, но развивать эту тему не стал и признался. – Получается, мы с вами соперники. Я тоже здесь ради этих испытаний. Говорят, они позволят выехать из этой дыры в Империю! Да что же вы не пьете вино?

– Так испытания, – объяснил Нетот. – Сейчас надо идти в канцелярию.

– Чего спешить?! Без нас не начнут!

– Испытания завтра, а записаться надо сегодня, как мне сказали, – ответил Нетот.

У Горыныча отвисла челюсть.

– Как завтра?! Это я… Мой друг, вы посланы мне Провидением! Если бы не вы, Горыныч завяз бы в этой дыре. Можете всегда рассчитывать на мою руку, – и он отставил бутылку в сторону. – Когда доходит до дела, я всегда могу удержаться от таких слабостей! Пойдемте!

– Вот еще вопрос, – сказал Нетот, поднимаясь. – Там наверняка потребуется показать навыки обращения с оружием. А у меня вот такой пистолет без патронов. Вы не подскажете, где я смогу купить патроны?

– О, тут есть хороший оружейный магазин. Это королевство хорошо тем, что в нем разрешена контрабанда, включая торговлю оружием. – И Горыныч достал из-под мышки огромный револьвер. – Мой «Питон»! Вам надо что-то такое!

Они вышли на улицу, где по-прежнему толпились байкеры. Те два молодца, что пытались цеплять Нетота, тоже были здесь. Нетот прямо подошел к тому, которого уложил, и встал перед ним, выжидательно рассматривая. Байкер стал чуточку меньше ростом. Все остальные замолчали, ожидая, что будет.

– Все в порядке? – спросил Нетот, помолчав.

– Все ровно, – ответил байкер.

– Без обид?

– Все было честно, – ответил байкер и посмотрел на своих.

Те дружно закивали Нетоту.

– Не знаю, увидимся ли мы еще, но мне нравится твой конь, – сказал Нетот байкеру. – Хотел бы я иметь такого. Но на нем, наверное, надо учиться ездить с самого детства!

Байкер расслабился и заулыбался:

– Приходи, научу! – и протянул Нетоту руку.

Остальные тоже пожали ему руку, но Горыныча осторожно обошли стороной, словно он был зверем, вроде носорога. Нетот попрощался с ними, кивнул Горынычу, и они под уважительные взгляды байкеров пошагали по улице в сторону королевского замка.

Улица, что вела к замку, была прямой, но не путь Нетота. Когда впереди показался тот знаменитый магазин оружия, тонкая струйка света вдруг повела Нетота вправо, через улицу в переулок. Он остановился и спросил Горыныча:

– А в том переулке, часом, нет оружейного магазина?

– Откуда вы знаете, сударь? – вытаращил глаза Горыныч. – Я начинаю подозревать, что вы не простой человек! Там, правда, не совсем оружейный, так, антиквариат…

– Антиквариат?

– Старье разное! Но если уж продавать вашу пукалку, то лучше не придумать! Как я сразу не сообразил?!

В это время из-за угла вывалились на улицу пяток пьяных солдат в форме спецназа, явно искавших, к кому прицепиться. Горыныч сделал стойку, радостно раздувая ноздри:

– Армейский спецназ!

– Отличный повод подраться, – сказал Нетот, взвешивая возможности. – Но я боюсь опоздать в канцелярию. Мой друг, если я оставлю вас, вы не посчитаете, что я вас бросил в беде?

– Бегите, сударь, бегите! Вооружайтесь! – ухмыльнулся Горыныч. – Вы найдете меня вон там, а вокруг будут отдыхать многочисленные поклонники армейской рукопашки!

Нетот немного поколебался, но, увидев, как Горыныч уверенно пошагал навстречу приключению, поспешил в переулок и вскоре увидел лавочку, на которой висела вывеска «Антиквар», и был изображен дедушка с лупой в руке.

Он вошел в лавочку и обнаружил точную копию дедушки с вывески. Тот поднял очки на лоб и приветливо заулыбался:

– Чего изволите, молодой человек?

Нетот показал свой Вальтер ППК:

– Мне бы купить к нему патронов!

Дедушка зацокал языком, раскачивая головой при виде его оружия:

– Какая вещь! Позвольте, я посмотрю год? – взял у Нетота пистолет и принялся что-то рассматривать с лупой. – Даже номер не затерт! Какая удача! – он поднял на Нетота глаза. – Боюсь, с патронами ничего не выйдет. Родных патронов для Вальтера почти невозможно найти! И стоят они целое состояние. Только богатые коллекционеры могут позволить себе такое!

– Э-э… – растерялся Нетот. – А я думал, что такое старье должно стоить дешевле, чем хорошее оружие!

Дедушка рассмеялся, но стал серьезным:

– Зато у меня есть вам выгодное предложение. Вы отдаете мне ваш Вальтер вместе с последним патроном, а я нахожу для вас хорошее оружие и полный боекомплект. В обмен. Бесплатно. Мне как раз один такой богатей заказал Вальтер ППК этого года выпуска!

– Это семейное оружие, еще от моего прадеда… – нахмурился Нетот.

– Тогда я дам вам еще наплечную кобуру и две запасные обоймы!

– Три! – сказал Нетот.

– Люблю людей, которые умеют торговаться. Выбирайте! – заулыбался антиквар, выкладывая на прилавок различные пистолеты.

Нетот плохо понимал, что это за оружие, и потому изобразил вдумчивость и ткнул в крупный пистолет, который чем-то ему приглянулся:

– В хорошем состоянии?

– О, да вы знаток оружия. Это Стечкин! Девять миллиметров. Любимое оружие офицеров ГРУ и Че Гевары! В идеальном состоянии! Если вы любитель точной стрельбы, то это ваше оружие! К тому же к нему полагается не три, а четыре запасных обоймы по двадцать патронов! К сожалению, без кобуры-приклада! Зато прицельно можно стрелять до ста метров!

– Беру! – сказал Нетот, надевая кобуру. – Патроны?

Антиквар выложил на стол несколько пачек с патронами и схватил Вальтер:

– Удачи в Империи!

– Откуда вы знаете?

– А зачем еще брать советское оружие, созданное до Империи?

– До Империи?

– Ну да, он был создан даже до Российской Федерации, еще во времена Советского Союза!

Федот вышел на улицу, ощущая приятную тяжесть у себя под мышкой, и покачал головой: что за череда событий произошла с этой страной? И почему это его занимает, словно для него всегда была лишь одна Российская Империя? Он словно бы что-то помнил, хотя в его сознании не было ни малейших воспоминаний…

– Очень странно, – решил он, – и заслуживает того, чтобы в этом покопаться!

Глава 5
Поход в канцелярию

Что может быть безопаснее похода в канцелярию? Какие там могут подстерегать опасности? Полка с бумагами на тебя упадет? Чернила забрызгают белоснежную манишку? Только Нетот вышел от антиквара, как сразу почувствовал опасность. Он бегом бросился из переулка на главную улицу и обнаружил, что посреди улицы идет большая потасовка.

Спецназовцев за время его отсутствия значительно прибавилось, словно где-то поблизости была армейская пивнушка. Человек десять лежало в разных картинных позах там, где обещал их разложить Горыныч. Но еще с десяток насело на великана, словно собаки на медведя, и Горыныч едва держался на ногах. Тем более что его левая рука сильно кровоточила.

Нетот подбежал и, молча, чтобы его не заметили, принялся выключать бойцов ударами по затылку. Спецназовцы заметили его, когда еще пяток уже лежал бездвижно на земле. Они бросили Горыныча, который без сил привалился к стене дома, и навалились на Нетота. Но он вдруг начал заранее видеть, что они собираются сделать, и быстро перебил оставшихся.

Затем он подбежал к Горынычу и сразу же схватил его за кровоточащую руку и закатал рукава и куртки, и рубахи. Предплечье левой руки было сильно располосовано, и кровь из раны била струйкой.

– Исподтишка полоснул! – попытался улыбнуться великан, но лицо у него было бледным.

Нетот достал из кармана большой платок, который, видимо, положила туда его матушка, и тут же жестко перетянул руку выше локтя. Кто-то из собравшихся зевак сказал:

– К врачу бы надо…

– Где тут врач?

– Ближайший вон на той улице, но он только за деньги лечит.

– Веди! – сказал Нетот и взвалил Горыныча себе на плечи.

Горыныч было попытался что-то пробормотать, но Нетот только приказал:

– Молчи. Береги силы! – и прикрикнул на зеваку. – Бегом!

И помчался с огромной тушей на спине, сам удивляясь, откуда у него берутся силы. У врача в приемной сидели пара человек, но Нетот прошел прямо в кабинет, где врач в белом халате с тоскливым видом слушал полную даму, излагавшую ему свои страдания.

– Вон! – сказал Нетот даме и так зыркнул, что она подхватилась и выпорхнула из кабинета.

– Срочно шей! – приказал Нетот врачу.

– Это стоит денег, – попытался сохранить достоинство врач.

– Плачу, шей! – ответил Нетот. – Куда нести?

Врач вскочил и быстро провел Нетота в операционную, показал на высокий лежак и сказал растерянно:

– У меня закончились обезболивающие…

– Шей, – прохрипел Горыныч, – вытерплю!

Врач вдруг преобразился, быстро вымыл руки, выдавливая что-то из особого пузырька на ладони, приказал Нетоту тоже вымыть их с тем же составом:

– Будете ассистировать!

Нетот не понял, что такое ассистировать, но молча закатал рукава, вымыл руки и встал рядом с Горынычем. Врач подкатил под раненую руку маленькую тележку, разложил на особом столике инструменты, заранее вдел нитки в иголки, показал на них Нетоту:

– Буду показывать пальцем, подавайте.

Нетот кивнул. Врач надел маску, развязал окровавленный платок и швырнул его в ведро возле столика. Нетот вынул платок из ведра и спрятал в карман. Врач тем временем наложил на руку Горыныча резиновый жгут, сунул ему в рот скрученный валиком бинт и принялся колдовать над рукой, бормоча:

– Артерию задели… немного… и вена перерезана…

Горыныч хрипел, кряхтел, иногда выл, скрипя зубами, но в целом выдержал операцию хорошо. В общей сложности она заняла почти час. Когда все закончилось, Горыныч спросил:

– Жить буду?

– Теперь будете. Хотя опоздай вы на полчаса, и не выжил бы… – ответил врач.

Горыныч покачал головой и отключился, пробормотав:

– Я тут посплю маленько?

Врач вышел в свой кабинет, а Нетот раскрыл на поясе Горыныча сумочку, нашел в ней бумаги, похожие на свои, положил в свою сумку и вышел следом за врачом.

– Сколько с нас? – спросил он врача.

Тот назвал сумму. Нетот выгреб все, что было в его сумке, и отдал врачу.

– Позже принесу остальное. Подержи его тут часок.

Врач кивнул, попросил Нетота сказать посетителям, чтобы приходили попозже, уселся за свой стол, достал початую бутылку и нервно закурил.

Нетот вышел на улицу. Был уже вечер. Он бегом бросился в сторону королевского дворца и проскочил внутрь, на ходу бросив страже:

– В канцелярию.

Стражник показал ему направление.

Замок был отреставрирован и был величествен, как и должен быть такой древний королевский замок. Но Нетоту было не до красот.

В канцелярии служащие уже собирались по домам.

– Я должен заявиться на завтрашние испытания, – сказал Нетот.

Служки переглянулись затравленно, помялись, потом один сказал:

– Поздно! У нас уже рабочий день закончился.

Нетот достал из кармана окровавленный платок, выбрал сухое место и вытер лоб. Одежда с левого бока, где висела рука Горыныча, топорщилась от засыхающей крови.

Служащие как-то сдулись, словно из них вышел воздух, и дружно расселись по своим местам.

– Давайте ваши бумаги!

Нетот подал свои, а затем еще и Горыныча.

– Две заявки? А где сам претендент?

– Трупы хоронит, – ответил Нетот.

Служащий снова схлопнулся и молча записал обоих в какую-то книгу:

– Сумеете за своего приятеля расписаться?

Нетот недоуменно пожал плечами.

– Ну, поставьте крестик…

Нетот лихо расписался за себя, с удивлением наблюдая за своей рукой, затем поставил большой крест за Горыныча. Подумал и провел по кресту еще раз, чтобы сделать его больше.

Служащий отправил его к другому столу, и там другой служащий выдал ему два картонных билета с коронами и вернул документы.

– Благодарствую, – сказал Нетот. – К сожалению, платить нечем, отдал все деньги врачу, – он снова показал платок.

Служка отпрянул и развел руками:

– Что вы, что вы! Это наша обязанность! Мы же видим, что вы настоящий претендент! И драться умеете. Надеемся, у вас все будет успешно!

Нетот поблагодарил и направился к двери. Потом опомнился и спросил:

– А где все это будет проходить? Я тут в первый раз…

Служащие, явно испытывавшие облегчение от того, что он уходит, впервые заулыбались:

– Вот вы к нам заходили через одни ворота дворца. А завтра обойдите дворец кругом и зайдите в точно такие же ворота с другой стороны. Там будет дворик. Вот там и дождетесь, когда вас вызовут!

Нетот тоже улыбнулся, поблагодарил и побежал обратно к врачу за своим приятелем.

Горыныч при звуке его шагов приоткрыл один глаз, изображая, что хитро наблюдает за ним.

– Ну что, пойдемте домой, мой друг! – сказал Нетот. – Как вы себя чувствуете?

Горыныч сел на лежаке, поморщился:

– Голова чего-то…

Осторожно спустил ноги на пол и встал, слегка пошатываясь.

– Идти смогу.

– А драться?

– Опять?

– На испытаниях наверняка придется драться, – объяснил Нетот.

– Какие испытания… – печально ответил Горыныч. – Я же не зарегистрировался…

Нетот протянул ему билет и его бумаги:

– Зарегистрировался!

– Ну, брат Нетот, – поводил Горыныч головой и громко выдохнул, – ну, брат! Считай, ты сегодня меня два раза от смерти спас. По гроб жизни тебе благодарен буду! Можешь на меня рассчитывать!

Глава 6
Испытания

Испытания нас собирают и заставляют хоть короткие мгновения жить настоящей жизнью, то есть так, как мы способны. Но насущные заботы не дали Нетоту озаботиться завтрашними испытаниями, за них он почему-то не волновался, а вот за Горыныча переживал. И не мог понять, с чего бы… Казалось, светящаяся дорожка пролегала прямо сквозь раненого великана, словно связывала их…

Вернувшись на постоялый двор, Нетот тут же велел позвать к себе хозяина, а сам уложил раненого товарища на кровать. Хозяин прибежал и поглядывал на Горыныча с опаской. Он, оказывается, умудрился к этому времени продать лошадку Нетота и принес остаток денег, вычтя все, что задолжал ему буйный постоялец. Вычесть-то вычел, но держал их при себе на случай, если обманут и потребуют.

– Господин не обманывает? – осторожно спросил он, кланяясь. – Он платит за всё?

– Плачу! – ответил Нетот, не поняв вопроса. – И принеси-ка, любезный, густого красного вина. Надо кровь восстанавливать, – показал он на Горыныча.

– А если я ему грога с пряностями сварю?

– Ты умеешь? Вари. Но вина принеси. А утром разбуди нас пораньше, у нас дела во дворце! И принеси мне несколько кусков сахара.

Радостный хозяин умчался делать грог, а в заднем кармане его брюк позвякивала желтая лошадка Нетота.

Весь вечер Нетот поил Горыныча грогом и виноградным вином, а сам разбирал и собирал свой пистолет под присмотром более опытного товарища. Горыныч сам затребовал показать приобретение, выдал Нетоту ружейное масло, ершик и шомпол вместе с мягкой тряпочкой и велел учиться. Покупку он одобрил. И при всей своей безалаберности, оказался очень строгим учителем оружейного дела и хмурился, глядя на Нетота:

– Была бы рука в порядке, показал бы, как надо чистить оружие!

При этом восстанавливался он на удивление быстро, так люди не выздоравливают…

Наутро хозяин постоялого двора сам разбудил их, видимо, очень надеясь, что избавится от опасных постояльцев. Они оделись, Горыныч довольно умело справлялся с одеждой одной рукой:

– Не впервой!

Так же одной рукой умудрился проверить свой револьвер и поднял на Нетота задумчивые глаза:

– Брать ли оружие в королевский дворец?

– Мы дворяне, – ответил Нетот. – Как нам без оружия?

– Ну да, – согласился Горыныч, – в конце концов предложат сдать на входе… А зачем тебе сахар? – спросил он, заметив, как Нетот кладет сахар в карман.

– Пока не знаю, – признался Нетот, отчетливо предчувствуя, что это знание ждет его впереди, – но есть у меня ощущение, что пригодится…

Стоявшие на входе во дворец гвардейцы оружие не отобрали, а как раз наоборот, проверив билеты, спросили, есть ли с собой оружие, и удовлетворенно кивнули, пропуская в заполненный претендентами дворик.

– Стрелять будем, – предположил Горыныч.

Однако начали не со стрельбы, начали с рукопашного боя. Вернее, вышли из дверей замка спецназовцы в таких же формах, в каких были вчерашние противники Горыныча.

Друзья переглянулись и насторожились. Затем вышло несколько важных господ и офицер в форме спецназа с большими звездами на погонах, видимо, полковник. Один из вышедших громко объявил:

– Сейчас мы начнем испытания. Вы все собрались, чтобы стать дядькой королевича. Это предполагает, что вы можете его защитить, вы можете быть помощниками в его учебе, и вы можете его развлекать, ему с вами не скучно. Но если вы не сберегли подзащитного, развлекать будет некого! Поэтому сначала будет жесткий отбор в рукопашном бое. Все, кто проиграл, отсеиваются, – и он показал на выход. – Биться сначала будете между собой. А те, кто победит, – с нашими спецназовцами, – и он показал на полковника. – Затем прошедшие покажут свое умение ездить. По выбору: на коне или машине. Затем будут стрелять, а потом лучшим будет дано право поговорить с Их Величеством и Их Высочеством, и показать свое остроумие!

Нетот посмотрел на перевязанную руку Горыныча, который не стал вешать ее на перевязь, скрыв бинты под рукавом, но держал все же приподнятой, засунув в проем куртки. Горыныч перехватил его взгляд и показал правой рукой: «Все будет хорошо, не волнуйся!» Видя, что в его щеки вернулась краска, Нетот успокоился.

Между тем всю толпу претендентов построили в одну шеренгу и заставили рассчитаться на первый-второй. Федот предусмотрительно встал через человека от Горыныча, чтобы оказаться с ним в одном ряду, чем вызвал сначала недоумение, а потом уважение великана. Первые бои они прошли легко: просто подошли к своим противникам и ударили по разу. Их тут же отвели в сторонку, куда отводили всех, кто победил быстро.

Некоторые, правда, завязли в своих поединках и не могли явно одержать победу. Если они при этом дрались хорошо, их останавливали и отводили в сторону вместе.

Проигравших проводили до ворот и приготовили площадку для следующего тура испытаний. Претендентов осталось больше полусотни. Два десятка здоровенных спецназовцев, раздевшись до тельняшек, вышли на площадку и разминались, в ожидании противников. Но устроители чего-то ждали.

Наконец двери замка открылись, и мажордом торжественно объявил:

– Их Величество король Буферного королевства Август с Их Высочеством наследным принцем и королевичем Янушем!

В окружении гвардейцев появился король, одетый, вопреки ожиданиям Нетота, не в мантию с короной, а в европейского кроя костюм, и с ним худощавый мальчонка лет четырнадцати, тоже в костюме, белой рубахе и с бабочкой, которая, по ощущениям, была ему неприятна, хотя носил он ее привычно. Выглядел он сообразительным.

Придворные тут же согнулись в поклонах, спецназовцы встали на одно колено, приложив правые руки к сердцам. Видимо, это был ритуальный знак верности. Глядя на них, претенденты просто рухнули на колени, и Нетот с Горынычем обнаружили себя посреди толпы одиноко стоящими прямо. Поозиравшись, они все же изобразили поклоны, чем вызвали довольную улыбку у королевича.

Всем приказали подняться и приготовиться к поединкам. Но в это время произошла заминка.

Офицер из числа спецназовцев подбежал к полковнику и что-то принялся ему шептать, озираясь на Нетота и Горыныча. Затем полковник подошел к королю и также принялся рассказывать что-то, глядя на друзей. Король поднял брови, качая головой, королевич захихикал. Король нахмурился и зыркнул на королевича так, что тот тут же надел приличное лицо. Затем он что-то сказал, и полковник подозвал офицера и приказал:

– Этих двоих сюда!

Офицер кивнул нескольким спецназовцам, и вместе с ними бегом бросился к Нетоту и Горынычу. Их окружили и повели к королю. Гвардейцы сразу же стали стеной перед королем. Но король отодвинул их и шагнул навстречу, а королевич за ним, в глазах его было явное любопытство.

– Мне доложили, что вы, – обратился король к друзьям, – устроили драку на главной улице столицы, избили моих спецназовцев и семерых отправили в больницу. Жизнь одного до сих пор под большим вопросом!

Горыныч опустил голову и шагнул вперед, чем заставил спецназовцев передернуть затворы своих ружей.

– Это все я, Ваше Величество… – пробормотал он, закрывая собой Нетота.

Но Нетот тоже шагнул вперед и прямо поглядел в глаза королю:

– Ваше Величество, они толпой били одного, – кивнул он на Горыныча, – невозможно было не вступиться!

– Ну, так уж и били! – воскликнул Горыныч, вскидывая голову. – Мы бы еще посмотрели, кто кого!

– Прощу прощения, – поклонился ему Нетот, – нисколько не покушаюсь на славу лучшего!

Королевич вдруг захохотал:

– Их вправду было двадцать человек?

Король зыркнул на него, понуждая вести себя подобающе, но Нетот уцепился за любопытство во взгляде королевича, пожал плечами и развел руки, мол, не считал. Глаза королевича заискрились.

– Ну что ж, – продолжил король, – у меня выбор: отдать вас под суд за членовредительство либо дать вам возможность показать, так ли вы хороши. Что выбираете?

– Ваше Величество, где же тут выбор? – ответил Нетот и покосился на королевича. Тот снова заулыбался.

– Действительно! – улыбнулся и король. – Какой еще выбор может быть у дворянина. Разве что между вами, – он повернулся к королевичу. – Кого выбираешь?

Королевич показал на Нетота. Король кивнул и сделал приглашающий жест Нетоту выходить на бой. Спецназовцы переглянулись, решая, кто будет драться. Но полковник показал на офицера, стоявшего в его окружении. Видимо, это был учитель боя, потому что весь спецназ одобрительно загудел.

Офицер снял мундир и остался в тельняшке. Он был высок, мускулист и очень в себе уверен. Спецназовцы заулыбались, когда он показал Нетоту жестом, чтобы тот подходил. Нетот снял свою куртку и портупею с пистолетом, отдал их Горынычу и спокойно пошел навстречу противнику. Он не кружил, не делал обманных движений, просто медленно шел прямо на него.

Противник поднял руки и приготовился. Нетот вдруг почувствовал, что что-то меняется в нем, и он стал очень медленным внутри. Впрочем, может быть, это мир стал медленным и тягучим снаружи. Зато на этой скорости появилась возможность видеть намерение противника, и Нетот начал заглядывать в будущее…

Он увидел, что противник задумал нанести удар ногой навстречу, и едва заметно сместился. Удар не сложился. Хороший боец не может бить мимо, это плохой драчун может махать руками, как получится. Хороший боец просто не будет наносить удар мимо, это сделает его уязвимым. Поэтому он будет искать возможность для точного удара.

Точный удар не получился, и противник тут же перестроился. Перестраивался он очень быстро, можно сказать, мгновенно, как могут только очень хорошие бойцы, которые способны поменять удар или прием, как только условия изменились хоть чуть-чуть.

Он перестроился, и Нетот увидел, что пойдет удар ногой с разворота в голову. Но он снова сместился вбок, так что удар чуточку не доставал до головы, и противник тут же почувствовал это и передумал. Нетот даже восхитился тем, как тонко противник чувствует расстояние удара. Тот же почувствовал, что для ног расстояние стало неудобным, приготовился к ударам кулаками. Но Нетот читал все его намерения и уходил с линии всех ударов, так что и эти удары тоже не получились.

Это еще не расстроило противника, хотя он уже явно испытывал недоумение, не понимая, что происходит. Однако у него была в запасе борьба, и он хотел нырнуть с захватом в ноги. Нетот убрал переднюю ногу, и противник отменил и это движение. Вот теперь он растерялся, отступил, еще отступил, каждый раз пытаясь найти способ добраться до Нетота. Но не нашел, на лице его появилось отчаяние, а когда Нетот прошел внутрь его защиты и оказался стоящим вплотную, он вдруг присел и закрыл голову руками, сжатыми в кулаки.

Нетот не бил, он просто стоял прямо перед противником и ждал. Тот опомнился, встал, и в глазах его мчались, сменяя друг друга, множественные образы. Он явно пытался понять, что происходило, и, кажется, понял. Он вдруг поклонился Нетоту, прижимая руки к бокам, затем повернулся к королю и сказал:

– Ваше Величество, это мастер. Мне не стыдно проиграть такому. Я хотел бы, чтобы он учил наш спецназ, и я сам хотел бы учиться у него!

Спецназовцы дружно загудели. Нетот поклонился в ответ на эти слова и вернулся на свое место. Король вытаращил глаза, пожевал губами и спросил:

– А стреляете вы так же хорошо, как деретесь, дворяне?

Друзья дружно потянулись за своими пистолетами, чем вызвали приступ ужаса у гвардии, и новый взрыв хохота у королевича.

– Ладно-ладно, верю! – замахал руками король. – Пропустим. Что у вас с ездой? Конь или машина?

– Я бы лучше машину, – сказал Горыныч.

– Ая предпочитаю коня, – ответил Нетот.

– Почему? – спросил король.

– Ловкость развивает, осанку благородную… – ответил Нетот, и в этот раз они вместе с королем поглядели на королевича.

– А я что?! Я не против! – закричал тот. – Просто это же несовременно!

– В Империи аристократы любят конные прогулки. Это хороший тон. Коней сюда! – приказал король.

Конюхи тут же вывели несколько породистых жеребцов, которые при виде толпы занервничали.

– Не против – вот идите и покажите, как надо ездить! – сказал король королевичу и велел вызывать желающих.

Из всей толпы претендентов, желающих ездить на конях, вызвалось всего три человека. Нетот постарался оказаться рядом с королевичем, когда они пошли к коням.

Было видно, что эти кони королевичу незнакомы, и он нервничает. Нетот незаметно вложил ему в руку пару кусочков сахара. В итоге кони приняли только их двоих. И поскольку жеребцы были высоченными, Нетот незаметно придержал за узду жеребца королевича, чтобы тот смог забраться в седло. А когда сам взлетел на своего, второй конь уже спокойно шел за конем Нетота.

Так они с королевичем и оказались бесспорными победителями этого испытания к радости короля и королевы, которая, как оказалось, наблюдала за своим сыном из окна дворца. И как только матери чуют, когда надо быть рядом?!

Глава 7
Собеседование

Когда дошло до завершающей части испытаний – собеседования, претендентов осталось лишь пять человек. Всех остальных отправили по домам, а избранных мажордом пригласил во дворец и величаво повел по коридорам. Пока они шли, из одной из боковых дверей вышел королевич и остановился, пропуская всех вперед.

Претенденты, включая Горыныча, поклонились и по инерции прошли мимо королевича. Нетот, однако, остановился перед ним и полупоклоном головы показал королевичу, что пропускает его. Королевич улыбнулся и пошел рядом с ним. Он посматривал на Нетота и явно хотел что-то спросить. Но не успел. Они подошли к большой двери приемной короля.

Перед ней претенденты наконец догадались пропустить королевича вперед, однако Нетот незаметно придержал его за локоть, показав остальным, чтобы они вошли первыми. Но тут претенденты решили упереться и начали пропускать королевича. Один Горыныч, поглядев на Нетота, что-то смекнул и шагнул первым в приоткрытую дверь. И в тот же миг из-за двери раздались удары, а затем один за другим кубарем вылетело трое ряженых террористами гвардейцев. Четвертого Горыныч вывел за шиворот и показал королевичу:

– Засада!

Королевич засмеялся и жестом отпустил «террористов», а потом спросил Нетота:

– Как ты догадался?

– Всю жизнь королевичей охранял, – скорчил Нетот рожу крутого телохранителя.

Тем временем из дверей вышел король с парой гвардейцев, поглядел на растерянных претендентов, которые так и не успели сдвинуться с места, и велел пристроить их в охрану замка. После этого собеседование стало бессмысленным, и король сказал королевичу:

– Развлеки пока наших друзей, я скоро вернусь, – и ушел во внутренние покои.

Королевич пригласил Нетота и Горыныча за стол и приказал принести закуски. Горыныч обрадовался, уселся за стол и набросился на еду. Нетот же огляделся по сторонам, обошел стол и выбрал стул поближе к королевичу, так, чтобы за спиной была глухая стена, зато он мог бы видеть все двери в помещении. У дверей, правда, стояли гвардейцы, но теперь Нетот им не очень доверял.

Затем он дождался, когда сядет королевич, сел сам и спокойно ждал, что будет. Принесли напитки и почти сразу горячее. Королевич потянулся к своему бокалу, но Нетот остановил его и сказал, улыбаясь:

– Ваше Высочество, ни разу не пробовал, что пьют королевичи. Вы не позволите мне попробовать ваше питье?

Королевич сначала вытаращил глаза, Горыныч тоже недоуменно уставился на Нетота. Но Нетот продолжал ждать, так же спокойно улыбаясь. Королевич вдруг догадался, вскинул брови и засмеялся:

– Конечно! Я же должен помочь тебе освоиться во дворце!

– Вы, Ваше Высочество, вообще должны взять на себя обязанность просвещать ваших необразованных слуг, чтобы вам при случае не было стыдно за нас! – сказал Нетот и отпил глоток из бокала королевича, подержал напиток во рту, смакуя некоторое время, не почувствовал ничего настораживающего и поставил бокал перед королевичем:

– Кажется, это прекрасный напиток!

– А мою еду пробовать будешь? – спросил королевич.

– О, я не знал, как попросить о такой чести! И я признателен, что вы предложили это сами! – ответил Нетот, взял вилку и попробовал по очереди из всех тарелок, что слуги поставили перед королевичем. Посидел, смакуя, и кивнул. – Однако, Ваше Высочество, ваши повара великолепны!

Королевич захохотал и спросил:

– А в чем я должен тебя просвещать?

– Я бы хотел знать историю королевства и вашей династии. И хотел бы знать именно то, что может показать вас с лучшей стороны, и то, что стоит обойти в разговоре или отшутиться, чтобы случайно не наговорить глупостей.

– Ну да, – вдруг посерьезнел королевич, – над нами часто смеются, что мы – карманное королевство. Даже в Лихтенштейне почти пятьдесят тысяч населения. Не говорю уж про другие королевства, вроде Иордании или Аравии. А у нас меньше всех! К тому же нас до сих пор не признал Евросоюз!

– А нам нужно, чтобы он признал? Ничего, что я говорю «нам»?

– Отлично. Именно так и должен говорить настоящий подданный! Тогда король чувствует себя не одиноким! – воскликнул королевич, смутился и добавил. – Отец так все время говорит… А Евросоюз… конечно, нужно. Нас пока признали только другие королевства, Великая Белая Русь еще несколько стран в Африке, Азии и Латинской Америке. Сейчас идут переговоры с Мексикой…

– И как ускорить признание?

– Мой дед пытался войти в Евросоюз, но безуспешно. Они не хотят нас кормить. Отец очень расстроен, говорит, что зря потратили кучу лет. Поэтому он решил сменить курс и получить признание Империи, чтобы она ввела нас в число тех стран, с которыми у нее хорошие отношения. Если это получится, то признание наше станет настолько широким, что нас уже нельзя будет игнорировать. Да мы и выйдем на такие рынки, что нам будет почти все равно!

– О, интересно! Я так глубоко не вижу. А как получить эту поддержку Империи?

– Мы поедем в Империю учиться в Педагогической провинции. Там обучаются все аристократы Восточного блока. А они связаны с аристократией Запада. Настоящая власть выше границ. Мы должны завести дружбу со всеми, кто может быть полезен в будущем! – глаза юного королевича загорелись внутренним огнем, пока он это говорил, так что даже Горыныч оторвался от еды и внимательно к нему прислушался.

Нетот поглядел на Горыныча, потом на королевича:

– Кажется, у вас врожденный дар зажигать сердца, Ваше Высочество.

– Слушай, кончай! – вдруг воскликнул королевич. – Все эти этикетные формулы меня затрахали! Пока мы одни, называй меня просто Януш. Или лучше Ян!

– Как прикажете, Ваше Высочество Ян! – улыбнулся Нетот с полупоклоном.

– Приказываю! – заулыбался и тот. – А чего ты ничего не ешь?

– Так я потому и просил меня просвещать, – ответил Нетот. – Черт его знает, как надо есть за королевским столом! Никто же не учил!

Королевич залился смехом.

– А меня задолбали формулами и этикетом! Ты не представляешь, сколько всякой чуши я знаю про эти тряпки и плошки! – он обвел рукой то, что стояло на столе, а потом еще и на слуг. – Хочешь, я буду тебя учить?

– Еще бы! – ответил Нетот. – И если можно, прямо сейчас, а то я что-то проголодался после всех этих испытаний.

– О, и меня, если можно, поучите! Только я, как до еды доходит, тупой очень… – вскинулся Горыныч.

Через некоторое время король осторожно приоткрыл щелку в дверях и заглянул в помещение, чтобы посмотреть, как идет общение. Нетот почувствовал его приближение еще за дверью и сразу же встретился с ним взглядом, но, не желая выдавать, едва заметно улыбнулся и продолжал брать урок этикета у королевича. Король постоял немножко и прикрыл дверь.

Когда он появился в следующий раз в сопровождении королевы, разговор шел уже по поводу игр, которые предпочитает королевич. И он вовсю учил Нетота, как пользоваться телефоном.

При появлении короля и королевы, все поднялись на ноги и почтительно склонили головы.

– Позволь представить тебе дядьку нашего королевича, – сказал король королеве и повернулся к Нетоту. – Дворянский сын, под каким именем ты бы хотел быть представлен?

– Ваше Величество, – поклонился Нетот королю, – Ваше Величество, – поклонился он королеве, – если мне выпала эта честь – быть дядькой вашего сына, я бы хотел давать как можно меньше поводов для досужих пересудов, и потому прошу принять меня под именем без истории – Нетот.

– Нетот? – вскинула брови королева, усаживаясь за стол. – Необычно. Но почему бы нет? Скажи-ка, Нетот, какие задатки и интересы ты выявил в моем сыне?

– Ваше Величество, знакомство наше с наследником слишком коротко, но то, что я определенно заметил в нем, так это боль за судьбу государства и страстное желание сделать все, чтобы это государство получило уважение других стран. Мне кажется, в этом он даже излишне жертвенен и пойдет на все.

Король и королева переглянулись, и король вскинул бровь, внимательно вглядываясь в собственного сына, который тут же привычно изобразил подростка.

– Кроме того, у нас с вашим сыном, Ваше Величество, выявился общий интерес к истории, дипломатическому этикету и… – Нетот нахмурился, – как это… безопасности чего?

– Компьютерной безопасности! – подсказал королевич, показывая родителям свой телефон.

– Вот! – подхватил Нетот. – Компьютерной безопасности! Поскольку, насколько я понимаю, эта штучка, – он показал на телефон, – может заменить любых предателей и шпионов в окружении королевича!

– И вы способны это предотвратить? – спросил король.

– Ну что вы, Ваше Величество! Зато Их Высочество любезно согласился обучить меня и компьютерной безопасности, и истории, и этикету. И пока мне кажется, он прекрасно владеет всеми этими искусствами, включая безопасность.

– Но только если ты научишь меня, как это ты делал с этим бойцом, что он тебя даже ударить не мог! – закричал королевич, вдруг становясь из наследника простым мальчишкой!

– О да, Ваше Высочество, – поклонился ему Нетот. – Это, так сказать, неизбежно! Человек на вашем месте должен чувствовать опасность заранее.

Король и королева еще раз переглянулись.

– Я вижу, вы тут спелись! – сказала она.

Нетот и королевич переглянулись и оба пожали плечами в знак недоумения, сделав невинные глаза, так что королеве пришлось скрывать улыбку.

– А что же с вашим товарищем? – спросил король. – Куда мне его определить?

– Ваше Величество, – повернулся к нему Нетот. – Есть одна загвоздка в моем назначении. Я, конечно, неплохо езжу на коне, но ведь королевича надо возить. А я не только не знаю истории, этикета и этой…

– Компьютерной, – подсказал королевич.

– … компьютерной безопасности, – кивнул Нетот, – но я еще и пока не умею водить машину. И мне потребуется какое-то время, чтобы научиться. Может быть, вам не будет лишним еще один водитель машины, который мог бы закрыть своим телом вашего сына?

Горыныч распрямился во весь свой огромный рост и расставил руки, так что стал шире двери. Все засмеялись.

– Решено! – объявил король Август. – Вы оба приняты. Мажордом отведет вам комнаты. А вы, молодой человек, – повернулся он к королевичу, – берете на себя досуг этих господ!

Глава 8
Победу надо готовить

Внезапно все напряжение, связанное с испытаниями, спало, и Нетот ощутил, что свершилось чудо: он оказался по ту сторону черты, отделяющей народ от короля. Теперь эта черта отделяла его от народа – он оказался обитателем королевского замка, и все заботы о его содержании взяла на себя казна.

Это ощущение взгляда то с одной стороны черты, то с другой всколыхнуло в Нетоте смутные воспоминания, как если бы ему случалось вот так пересекать какие-то границы миров… Но сколько он ни пытался его ухватить, ощущение только лучше пряталось. Поэтому Нетот решил отбросить его и собраться на главном – на том, как пройти этот мир насквозь и оказаться в Империи.

Друзьям отвели комнаты в том крыле дворца, где жил королевич. Комната Нетота оказалась недалеко от покоев королевича. Горыныча разместили у выхода во двор, где находился гараж с двумя машинами, принадлежавшими королевичу.

Как только они расположились и обустроились, король вызвал королевича и Нетота к себе. Королева тоже присутствовала на этой беседе. Беседовали доверительно, при закрытых дверях и за чашкой кофе. Запах кофе тревожил Нетота не меньше, чем ощущения черты между мирами, словно какое-то очень важное воспоминание стучалось в его сознание, и даже удивительной красоты глаза, вроде, мелькнули перед его внутренним взором, но это отвлекало, и он отодвинул все воспоминания.

– Ну что, господа, – обратился король к сыну и его дядьке, – не буду вдаваться в лишние околичности, сразу к делу. Наша задача: нам нужно, чтобы Империя признала королевство. Для этого необходимо, чтобы Януш вошел в близкие отношения с имперской аристократией, и чтобы имперские власти поняли, что мы однозначно хотим быть в сфере влияния Империи. Это понятно?

Королевич поглядел на Нетота. Нетот кивнул.

– Понятно, – продолжал король, – что мы, со своей стороны, будем продолжать дипломатические усилия. Но, если вы помните, Империя неохотно принимает в свой состав чужие территории, поскольку это ведет к войне…

– Ваше Высочество, – обратился Нетот к королевичу, – вы должны будете меня просветить насчет таких исторических событий.

Королевич охотно кивнул, словно заполучил новую игрушку, а его мать улыбнулась, видя его рвение.

– В нашем случае, – продолжал король, – Империя также тянет с признанием, но мы подозреваем, что причины иные. Не сложность международных отношений. Во многом они связаны с ориентацией моего отца на Евросоюз. Империя не чувствует к нам доверия. Вот поэтому мы и посылаем вас, – он склонил голову в сторону королевича, – на учебу в Педагогическую провинцию, где учится вся имперская элита.

– Эти люди однажды станут властью в Империи, – пояснил королевич Нетоту, – и тогда мы добьемся своего не дипломатически, так личными отношениями!

Король кивнул, а Нетот приподнял брови:

– Однако государственное строительство дело не быстрое…

– О да! – засмеялся король. – Государства живут раз в двадцать дольше людей, поэтому они раз в двадцать медленнее!

– А что мы можем предложить Империи? – спросил Нетот. – Чем мы можем быть ей интересны?

Король задумчиво поглядел сначала на королевича, потом на королеву:

– Хороший вопрос. Ну-ка, сынок, объясни дядьке.

– Это наше слабое место, – сказал королевич. – Мы почти ничего не имеем. У нас нет ископаемых, во всяком случае, разведка не велась, нет промышленности, сельское хозяйство неплохое, но крошечное в силу размеров самого королевства. Для Империи оно – капля. Нас можно использовать в качестве рычага при давлении на другие страны. Но в таком случае нас лучше не признавать…

– То есть самой Империи мы не нужны? – спросил Нетот.

Король задумчиво покивал, покачал головой и произнес:

– Так, да не так… Что-то у нас есть, что влечет некоторых имперских сановников, вот только мы пока не смогли понять, что это… а потому и не можем использовать.

– То есть мы можем оказаться нужны кому-то лично?

Королева изобразила похлопывание ладошкой по тыльной стороне кисти и сказала:

– Вот видите, у меня появился союзник! Я постоянно вам говорю: эту задачу надо решать через личные связи!

Нетот поклонился королеве и добавил:

– Или интересы. Может, они здесь отдыхать захотят. Или есть что-то, запрещенное у них в Империи, а мы разрешим?

– Мы постоянно ищем такие интересы имперской аристократии, – печально улыбнулся король, – но пока не можем нащупать. Собственно говоря, вы и едете в Педагогическую провинцию, чтобы выявить подобные возможности.

Нетот склонил голову, показывая, что задачу понял.

– В таком случае, Ваше Величество, – сказал он, – я подозреваю, наша задача разбивается на две самостоятельные части. Их Высочество…

– Да хватит уже высочествовать меня! – воскликнул королевич. – Мы же договаривались!

Нетот поглядел на королеву с вопросом, она улыбнулась и кивнула ему, разрешая большую простоту в обращениях.

– Королевич Януш, – продолжил Нетот, – в таком случае решает задачу установления личных связей. А я, оказавшись среди таких же дядек, как я сам, как ожидается, должен буду вести разведку и выяснять тайные интересы и детей, и их отцов… Я верно понимаю?

Король с королевой переглянулись и засмеялись.

– Они и хотели тебе это предложить, – хмыкнул королевич, – только не знали, как подступиться.

– Он прав, – подтвердил король, – нам очень нужен разведчик, но мы не могли послать никого из своего окружения, поскольку народу мало, у нас все на виду, и их сразу вычислят. Нам нужны были люди, вроде вас, кто неизвестен, поскольку жил в глуши. Но не подумайте, что я вас вербую в шпионы. Если вы откажетесь, мне будет достаточно, что вы обеспечите охрану моего сына.

– Я не откажусь, – сказал Нетот. – Эта задача кажется мне интересной… Хотя я чую, что не представляю, во что лезу. Но я должен сразу предупредить: у меня нет ни малейшего навыка в таких делах. И к тому же я ощущаю, что не в силах предать человека… – он виновато улыбнулся и развел руками. – Поэтому, если я почувствую, что добывание каких-то сведений подведет меня к предательству, мое тело выдаст меня. Я знаю по себе, что стану весьма… подозрительным и… неестественным. И меня раскусят, я полагаю.

Король, королева и королевич переглянулись. Помолчав, король сказал:

– Давайте решим так: вам не надо специально шпионить там. Скорее, вам придется слушать и работать аналитиком.

– Аналитиком?

– Просто размышлять о том, что услышали, вместе с Янушем, пытаться понять, что это значит и почему. Вот взял и сказал вам какой-то другой дядька что-то о своем королевиче – задайтесь вопросами: а почему он это сказал, почему вам, он сам сказал, или ему велено сделать так, чтобы эти слова дошли до Януша… Понимаете?

– Вот теперь понимаю, – заулыбался Нетот. – Вы мне сильно облегчили душу. И я бы сразу хотел обсудить способы и шаги. В моем сознании звучат слова какого-то мудрого человека: победу надо готовить. Януш, – повернулся он к королевичу, – в рамках моего обучения истории не могли бы вы подготовить рассказ об интересах имперцев, чтобы я мог их понимать? Мне было бы легче вести разведку.

Королева опять похлопала по тыльной стороне ладони и с выражением сказала королевичу:

– Что, Ваше Высочество, ваше детство закончилось?

– А что я буду за это иметь? – спросил королевич.

– Отменяю все остальные занятия, – ответил король, – и вы с дядькой теперь сами решаете, чем заниматься, а чем нет!

– Ура! – сказала королева насмешливо.

Королевич покачал головой, выпятив нижнюю губу, и сказал:

– Вынужден признать, предложение заманчивое! Мы обдумаем!

– В таком случае, – поднялся со своего кресла король, тем самым вынуждая подняться всех остальных, – я официально объявляю о назначении дядьки. И помните, – повернулся он к Нетоту, – все слуги во дворце будут считать вас главным и подчиняться вашим приказам. Гвардейцы, конечно, приказы ваши будут исполнять избирательно, но, в общем и целом, вы оказываетесь выше их и почти вровень с начальником королевской гвардии.

Нетот поклонился королю.

– Да, кстати, – добавил король, – командование спецназа после вашего вчерашнего выступления на испытаниях пребывало в шоке, но сегодня выздоровело и просило вас провести у них занятия по ближнему бою. Я не могу настаивать, но просил бы вас не отказывать им в этой просьбе.

– Конечно, Ваше Величество, – склонил голову Нетот. – Еще вчера я даже на приказы короля не мог рассчитывать, а уж дожить до просьбы!.. Сочту за счастье!

– Меня возьмешь? – спросил королевич.

– А ты пойдешь? – воскликнул Нетот. – Тогда я буду объяснять, что буду делать. Бойцам-то мне объяснять не хочется пока, а ты запомни, что я буду кратко говорить, а потом мы разберем.

– Я запишу! – воскликнул королевич, показывая свой телефон.

– Как запишу?! – удивился Нетот. – Вот этим?

Все засмеялись.

– Тогда после рукопаши запрашиваю урок по компьютерной безопасности! – сказал Нетот, и они с королевичем ударили по рукам, чем заставили королеву отвернуться, чтобы никто не видел выражения ее глаз.

Глава 9
Ночная жизнь королевского дворца

Ночная жизнь королевского дворца так же сильно отличается от ночной жизни его обитателей, как ночная жизнь короля отличается от ночной жизни его подданных. Вы думаете, короли так же ложатся в постели, читают книжку на ночь, гасят свет и тихо засыпают, чтобы спать спокойно, видеть счастливые сны, а утром встать полными сил и приступить к государственным делам? Ночи во дворце тревожны, потому что королевские дворцы – это места силы!

А у дворцов своя жизнь, отличная от жизни королей, и свои сны. И не думайте, что у вас будут такие же ночи, как раньше, если вам довелось ночевать во дворце! Особенно в древнем дворце, который через века всплыл из-под слоев времени и земли, чтобы проснуться к новой жизни!

Нежданно-негаданно дворянский сын Федот Огневук оказался придворным человеком, почти сановником по имени Нетот, и сам теперь ощущал, что он не тот, поскольку не понимал, как это все с ним случилось. Вида он не подавал, но в душе ощущал вполне определенную растерянность, словно его должны были очень скоро разоблачить.

Однако, в первую же ночь, которую он спал во дворце, ему были даны подсказки. Сначала он провалился в сон, который снился дворцу, и в этом сне огромное и могучее божество тревожно ворочалось в недрах дворца, словно переживало кошмар перед пробуждением. Оно было столь огромно, что Нетот начал задыхаться, не в силах охватить сознанием величие этого существа.

И мог бы задохнуться, но к счастью, к нему пришла поддержка. Ему приснился небольшой человечек невзрачной внешности с тихим голосом и мерцающей улыбкой, и видения непомерного существа тут же ушли в сумрак. Во сне Нетот сразу понял, что это очень важное существо, но не смог вспомнить, кто это. Человечек устранил все его сомнения, заговорив:

– Сын мой, я доволен тем, как вы исполняете повеления вашего отца!

И Нетот вспомнил, что этот человечек провожал его недавно в поход, желая, чтобы он занял место дядьки королевича. Он поклонился и сказал:

– Я смог, отец, я стал дядькой!

– Да, мой сын, ваша матушка вами гордится и велела вас поцеловать. Но мы ведь избежим этих церемоний? – улыбнулся он.

Нетот согласился, вспоминая, что что-то хотел спросить про свою мать, но во сне это ему не далось, и он промолчал.

– Ну а если без церемоний, – продолжил человечек, переходя на доверительный тон, – я знаю, ты волнуешься и не уверен в себе.

– Я в самом деле ощущаю себя самозванцем и не знаю, что делать, – с облегчением признался Нетот.

– Я же говорил тебе, что всегда буду рядом! И я помогаю в сложных случаях склонить чашу весов в твою пользу. Но это хорошо в таком молодом королевстве, где еще не овладели искусством власти. А в империи люди опытнее, и кто-то из них может заметить мое вмешательство. Поэтому тебе пришла пора учиться.

– Учиться? Да тут сплошная учеба! – воскликнул Нетот.

– Да, мир полон возможностей и для познания, и для учебы. Ты понимаешь разницу?

– Какую разницу?

– Между познанием и учебой.

– Э-э… – растерялся Нетот, – похоже, я никогда не задумывался…

– Это потому, что искусство познания владело тобой. Ты много времени потратил на то, чтобы овладеть познанием, и потому тебе легко удается входить в новые миры. Через пару месяцев тебе придется отправиться в Империю, и я не сомневаюсь, что ты поймешь тот мир и освоишься в нем. Но нужно, чтобы ты сделал это быстрее. Время уходит.

– Какое время?

– Молодец, ты задаешь правильные вопросы. Это твое умение познавать сказывается. Уходит то Время, в котором хранится наша книга Судеб. Если придет другое Время, мы утратим все преимущества, и нам придется сражаться на равных. А мы не равны тем, кто будет хозяевами того мира, мы проиграем… Нельзя упускать свое Время, надо течь по мирам вместе с ним!

Нетот понял, что ему дают урок, который не предназначен для простых смертных, но все, что он смог почуять в словах человечка, его не удовлетворяло.

– Ты говоришь о Времени… о Временах, словно это имена, – сказал он.

– Это не совсем имена, как слово Бог – это не имя бога. Но это часть его имени. Так и Время – это часть имени каждого отдельного Времени. Но мы не будем об этом. У тебя есть чутье на Время, теперь оно усилится, и ты сможешь не упускать своего. Ты будешь делать все вовремя. Этого достаточно. Сегодня другой урок.

– Но о Времени – это очень важно!

– Важно-важно, но тебе достаточно чувствовать, что ты находишься в густом времени, и каждый раз, когда ты будешь ощущать, что время вокруг тебя истощается, и в нем происходит меньше событий, чем нужно тебе для наслаждения жизнью, ты просто будешь на ощупь возвращаться в густоту.

– Но! – попытался возразить Нетот.

– Никаких «но»! – остановил его человечек. – Хочешь овладеть Временем – начни прямо сейчас чувствовать, что это не время для пустых расспросов! Бывают времена для продвижения вверх, бывают для битвы, а бывают для учебы. У тебя такое время. И это будет твой первый урок Времени. Ты не ходок по временам. Пока ты еще только ходок по мирам.

– А… – вырвалось из Нетота, но он даже не смог выразить свой новый вопрос.

– Именно так! – улыбнулся человечек. – Тебе это понравится. Ты всю жизнь ходил по мирам, и теперь пришло Время осознать это и шагнуть в искусство хождения по временам. Так вот, мало входить в миры и проходить их насквозь. Это может любой путешественник. Проскочить сквозь мир легко, тем более, когда ты идешь по его слабой части.

– А у миров есть сильные части?

– Именно так! Хочешь стать Гостем – должен уметь привлечь внимание тех, у кого сила, то есть хозяев мира. Они должны заинтересоваться тобой и пригласить в гости. Вот сейчас король этого карманного королевства пригласил тебя в гости. Как думаешь, почему?

– Ну, ему же нужен кто-то, кто будет сопровождать его сына…

– Сопровождать?

– Сопровождать. Защищать. Учить…

– Любой человек сможет защитить другого человека?

– Ну… смотря как сложится.

– А королевича? Есть разница в том, как защищать обычного человека и королевского сына?

– О! – воскликнул Нетот. – Действительно! На обычного человека нападут разве что случайно или такие же. А королевского могут захотеть убить… А поскольку его охраняют, то приготовят большие силы, чтобы это получилось.

– Значит, тот, кто будет защищать его, должен обладать…

– Силой! – воскликнул Нетот.

– Причем, изрядной силой, с запасом, чтобы противостоять большим силам! Скоро тебе подбросят лишней силы, я устроил…

– Как это?

– Как попадаешь в Империю, все поймешь, – перекрыл человечек его вопросы ладонью.

Нетот кивнул.

– Так кого приглашают в гости короли?

– Я простой дворянин, без денег, без связей, я не великан, вроде Горыныча!.. Но меня пригласили…

– Следовательно, когда король на тебя глядит, он глядит не на твой рост, не на твой кошелек, он глядит куда-то или как-то… Попробуй встать на его место и поглядеть на того, кого ты возьмешь защитником своего сына.

Нетот попробовал ощутить себя королем, рассматривающим других людей, и как только он понял, что ему нужен человек для защиты сына, он вдруг начал видеть этого воображаемого человека не здесь и сейчас, а во времени и в разных положениях, когда требуются разные способности. И каждый раз, когда то, что потребуется, менялось, он смотрел на главное: хватит ли у человека силы, чтобы решить и такую задачу.

– О-о! И это ведь разные силы! – воскликнул Нетот.

– Что, разные силы? – переспросил человечек.

– Ему потребуются разные силы! Иногда телесная, иногда скорость, иногда сообразительность будет нужна, а для нее особая сила. Иногда нужно будет мужество, чтобы броситься и закрыть. И для этого тоже нужна особая сила…

– Плохо! – сказал человечек.

Нетот удивленно распахнул глаза.

– Плохо! Ты смотришь на обычных людей, а должен смотреть на людей силы. Смотри не из короля, смотри на короля! Какая сила ему нужна?

– Точно! – воскликнул Нетот. – Ему нужна сила, чтобы видеть все это!

– Что это?

– Силы! Разные силы!

– Вот чем отличаются существа силы от обычных людей, – сказал человечек. – Они потому и хозяева силы, что видят ее. Кто видит силу, того и сила!

– Значит, выбирая меня, король все время смотрел не на меня, а на мои силы?

– А что есть ты?

– Что ему от меня надо? Личность?

– А что есть личность? Как ее оценить?

– Ну, по живости, по склонности к предательству, по веселости, по целеустремленности…

– Попробуй разглядеть личность как орудие. Особый орган по управлению силами. И тогда ты увидишь, что разные личности создают разный рисунок сил человека. А королю нужно, чтобы твоя личность сработала в любой неожиданной ситуации так, чтобы защитить его сына.

– И он способен заранее увидеть… или представить себе все возможные случаи?

– Не просто случаи, а то, как потечет в них твоя сила, а значит, как ты будешь действовать. Этим и отличается хозяин силы от простого человека.

– А мне предстоит столкнуться именно с такими… И они будут видеть меня насквозь. Я даже не смогу спрятаться от их глаз.

– Да, сынок, именно так. Не все эти люди будут осознавать, что смотрят именно на токи твоих сил и смотрят на них во времени. Но они, осознанно или неосознанно, будут это делать. Пока ты столкнулся с неопытными игроками. Но даже они, когда задают вопросы, создают такие игровые условия, в которых видно, как поведут себя твои силы. С ними я могу добавлять тебе нужные силы в такой миг. И они считают, что это ты такой.

– Ты играл вместе со мной?

Человечек только хмыкнул в ответ.

– Но когда ты попадешь в мир больших игроков, они будут видеть, на что ты способен. И как только я добавлю тебе нужной силы, они заметят, что ты не мог добыть эту силу сам. Тогда они поймут, что сквозь тебя кто-то играет. И это будет для тебя конец…

– Как же быть?! – воскликнул Нетот, потрясенный.

– У тебя есть несколько месяцев. Учись! Помнишь, один не очень умный король сказал: «Королевство – это я!» Любой король – это все его королевство, как любой хозяин – все его хозяйство. Изучи хозяйство короля, и ты поймешь, из чего он состоит, и какие силы ему нужны, чтобы этим управлять.

– А значит, какие задачи он может мне подсунуть…

– Или зачем ты ему на самом деле нужен… Примерно то же будет и в Империи со всеми людьми Власти. Только там это будет изощренней и безжалостней… К тому же там есть люди, сквозь которых тоже играют…

Пока Нетот видел этот странный сон, король сидел с начальником своей тайной полиции и решал его судьбу, обдумывая, стоит ли им пожертвовать, изобразив покушение на сына, чтобы ввести жесткий режим. А сын дворецкого подслушивал их совершенно секретный разговор…

Ночная жизнь дворца не менее богата, чем дневная!

Глава 10
Дневная жизнь королевского дворца

Даже самая заурядная квартира живет не так, как представляет себе ее хозяин. Поставьте видеокамеру, и вы убедитесь, что у вашей тихой квартирки есть тайная жизнь. Как есть своя жизнь и у ваших животных. Что же говорить про королевский дворец! Вы глубоко заблуждаетесь, считая, что дворец – это нечто единое, что укладывается в название «королевский дворец»! У каждого жителя дворца свой дворец! И каждый теми же словами «королевский дворец» называет совсем иное!

У короля был свой королевский дворец, у его жены – свой, а у их сына – свой. И когда сын впоследствии будет вспоминать дворец, в котором он жил, он вспомнит совсем не дворец своего отца. Но свой дворец был и у гвардии, его охранявшей. И она знала про дворец такое, что никогда не узнает король или его сын. Свой дворец был у мажордома, и его задачей было сделать так, чтобы король ничего не знал о другом дворце. Просто ради того, чтобы он мог заниматься королевскими делами. А остальное мажордом сделает для своего короля.

А если мы вспомним, что по-русски мажордом – это дворецкий, то станет понятно, что дворецкий ощущает себя лицом на теле дворца! Лицом дворца, конечно. Примерно так же, как король ощущает себя лицом на теле королевства. Но что такое королевство? Может, это кусок земли с границами? Или это народы, живущие на этой земле и постоянно между собой грызущиеся? А может, это всего лишь машина, аппарат управления, который возглавляется королем?

Так вот и дворец для дворецкого – это тело, которое вложено в здание дворца, но не здание, потому что должно обслуживать своего короля. И если это тело будет работать плохо, король будет думать о дворце, а не о государственных делах. Поэтому дворецкий должен скрыть от короля как можно больше того, что плохо во дворце, и сохранить лишь самую поверхность огромного айсберга. И он скрывает, скрывает и скрывает!

А как выглядит дворец для сына дворецкого? Возможно, не все знают, что у мажордомов есть не только ливрея, но и жена, и множество детей. Это потому, что дворецкий должен скрывать все лишнее, а дети на посту – это лишнее. Но у мажордома точно был пятнадцатилетний сын, которого Нетот отловил наутро возле своей двери. Он прибежал, чтобы следить за дядькой королевича и передать дворецкому, что дядька проснулся.

Нетот почувствовал его присутствие за дверью еще во сне, проснулся и какое-то время прислушивался к своим ощущениям. Понял, что за дверью кто-то есть и не собирается уходить, встал, надел штаны и босиком бесшумно подошел к двери, тихонько ее приоткрыл, просунул руку и схватил прислонившегося к косяку мальчишку за волосы. Тот взвыл, но Нетот втянул его в свою комнату и захлопнул дверь.

– И что ты тут делаешь?

– Меня прислал отец следить за вами! – ответил напуганный мальчишка.

– И кто наш отец?

– Мажордом!

– И зачем ему следить за мной?

– Ему не надо. Как только вы проснетесь, к вам пришлют портного, чтобы обмерить.

– О, следить, оказывается, это полезно! – улыбнулся Нетот. – А я думал, что следят только враги!

Мальчик расслабился и тоже улыбнулся.

– Не-а, я не враг!

– Тогда друг?

– А можно? – у мальчишки даже глаза вспыхнули.

– А тебе хочется?

– Если вы попросите отца, я буду вашим слугой!

– А ты ловкий?

– О да!

– И замок знаешь?

Мальчишка захохотал, чем вызвал у Нетота недоумение.

– Я его так знаю, что меня даже отец найти не может.

– И покажешь мне все?

– Вам? Конечно!

– Ну, тогда беги, скажи отцу, что мне нужен смышленый мальчик лет пятнадцати, чтобы королевичу было с кем тренироваться!

– А помочь вам одеться?

– Я, вроде, не раненый. Лучше сбегай еще к Горынычу, ну, ты понимаешь кто это, и скажи, что я бы хотел выпить с ним кофе. Где тут можно выпить кофе?

– Кофе и завтрак вам сейчас принесут прямо в спальню.

– Ты принесешь?

– Нет, я только скажу, что вы встали, и горничная принесет. Вам назначили горничную, конюха и слугу.

– Ну, пусть несут, – сказал Нетот и пошел умываться. На ходу спросил. – Да, как тебя зовут?

– Ваньком! – крикнул мальчишка, убегая.

Пока Нетот был в ванной, пришла горничная, сервировала стол, заправила его постель, прибралась в комнате. Когда он вышел из ванной по пояс голым, она стояла возле двери, скромно опустив глаза.

– Оп-па! – воскликнул Нетот, обнаружив девушку. – Я не смутил даму своим видом?

Она зыркнула на него из-под бровей, снова опустила глаза и тихо ответила:

– Нет, что вы! Нам не положено смущаться. Ваш завтрак. Вам еще что-то нужно?

– Одеться, разве что…

Горничная тут же стукнула в дверь, из-за нее появился слуга, моложавый человек лет тридцати, лакейской внешности и с надетой на лицо маской услужливости, поклонился и предложил:

– Помочь вам одеться?

– Нет, дружок, скажи лучше, как тебя зовут?

– Петро, – ответил он.

– Петро, я бы хотел по утрам делать утреннюю зарядку прямо у себя в комнате. Ты сможешь достать мне какие-нибудь снаряды?

Маска услужливости сползла с лица парня, он впервые прямо посмотрел на Нетота и слегка растерянно спросил:

– Гантели подойдут?

– Что такое гантели?

Петро с недоумением посмотрел на горничную, которая с интересом прислушивалась к этой беседе, и показал руками:

– Такие чугунные штуки с шарами на концах.

– Тащи, – ответил Нетот, берясь за рубаху.

– Позвольте, я помогу одеться!

– Бегом за гантелями! – ответил Нетот.

Пока он одевался, слуга притащил пару гантелей, держа по одной в руке. Нетот взял одну, добавил к ней вторую, недоуменно посмотрел на горничную:

– Тебя как зовут?

– Оксана… – скромно ответила она.

– Оксана, это что за фигню он мне принес? Нормальный мужик может этими игрушками баловаться?

Оксана фыркнула, сдерживая смех. У слуги появилось на лице недоумение.

– Петро, а что, в замке нет настоящих гантелей?

– Это настоящие… – пробормотал он.

– Настоящие должны хоть что-то весить.

– Они тяжелые!

– С сегодняшнего дня ты по утрам будешь заниматься гимнастикой вместе со мной. И я буду тебя поднимать вместо гантелей. Хочешь?

– Не…

– Тогда иди и найди мне гантели, которые хоть как-то приличны для мужика.

– А кто будет разливать вам и вашему гостю кофе?

– Ты, прохвост, уже и про гостя знаешь?

– Конечно, это моя обязанность.

– Обязанность знать все?

Слуга кивнул.

– Петро, ты мне нравишься. Мы с тобой должны будем о многом поговорить. Оксана, ты нальешь нам кофе?

– Конечно! – радостно отозвалась она.

– А ты, Петро, не в службу, а в дружбу, разыщи в замке что-нибудь такое, что сам поднять не сможешь. Как доставить это ко мне, сообразишь?

– Конечно!

– Ну, беги, я жду тебя на беседу.

Петро ушел, Оксана налила кофе Нетоту и предложила ему еды, но Нетот не чувствовал с утра голода и предложил Оксане выпить чашечку вместе с ним.

– Ой, что вы, – покраснела она, – нам нельзя с господами!

– Дядька королевича – это господин?

– Конечно! Вы же дворянин.

– Брось, Оксана, дворянин – это человек служилый. Значит, тоже слуга. Короля и королевича. Верно?

– Верно, но…

– Тут какие-то сладости. Я не ем сладости, а вот мой товарищ сожрет все и вкуса не почувствует. Пока он не пришел, давай мы съедим самое вкусное!

Когда в комнату ввалился Горыныч, Нетот и Оксана пили уже по второй чашке кофе, и Оксана рассказывала Нетоту о том, как устроена женская половина дворца, и что входит в женские обязанности. При виде Горыныча она было подскочила, но Нетот показал ей, чтобы она села и спокойно пила свой кофе.

Горыныч, как всегда, был голоден, и Нетот попросил Оксану, чтобы она приносила ему побольше еды, потому что Горыныч сначала будет завтракать у себя в комнате, а потом у него будет второй завтрак у Нетота. И поэтому обязанность Оксаны следить, чтобы Горыныч был сыт. Оксана смотрела на Горыныча с легким ужасом, но проявила себя вполне остроумно:

– А его можно накормить?

Друзья дружно расхохотались и оба честно признались, что не знают.

– Оксана, а ты понимаешь, что значит служить дворянину? – спросил Нетот.

– Ну, наверное… – ответила она.

– Дворянин, – объяснил Нетот, – это такой зверь, который постоянно дерется, а потом вечно ходит в ранах. И тут любая женщина обречена лечить его раны. Ты умеешь?

– Даже не знаю.

– Тогда ты начинаешь учиться прямо сейчас. Достань перевязочное тряпье и смени ему повязку.

– Сейчас! – вскочила она на ноги, как только Горыныч показал ей свое забинтованное предплечье, где проступали пятна крови. – Но я дворцового лекаря приведу!

– Умница, – сказал Нетот. – А во дворце есть свой лекарь?

– Конечно. Тут свой медицинский кабинет.

– Слушай, Оксана, когда Петро придет ко мне поговорить, приходи тоже. Я хочу понять, как тут все устроено. Будешь моим учителем?

– Ой, чему тут учить? Конечно, буду, – засмеялась она и порхнула к двери.

И вовремя, потому что дверь перед ней распахнул сам мажордом. Она сразу же надела серьезное лицо, сделала ему книксен и степенно прошла мимо. Мажордом строго проводил ее взглядом, повернулся к Нетоту и Горынычу и церемонно поклонился им одной головой. Нетот встал и поклонился ему в ответ, что с очевидностью было верно, поскольку лицо мажордома несколько смягчилось. Горыныч посмотрел на Нетота, подумал, встал и тоже поклонился.

– Господа, мне поручили выдать вам жалование за первый месяц, – и он вручил им по конверту, которые нес на серебряном подносе.

Нетот снова поклонился:

– Весьма признателен. Благодаря вам это место ощущается очень правильным. Я в дороге весьма истратился, так что ощущаю вас своим спасителем!

Мажордом пробормотал что-то невнятное, нахмурился, чтобы не улыбнуться, и продолжил официальным тоном.

– Вас, господин Нетот, сегодня ждут в помещении спецназа, желательно до обеда.

– Я понял, господин мажордом.

– Понадобится ли вам проводник?

– О, да, я бы попросил, чтобы вы приставили ко мне вашего сына – Ваню. Он показался мне сообразительным мальчиком. А мне понадобится мальчик, чтобы проводить занятия с королевичем. Вы не против?

Это предложение окончательно смутило дворецкого, видимо, он очень хотел пристроить своего сына, но не мог делать это явно.

– Иван вполне знает расположение помещений во дворце, – ответил он.

– Так вы не против, что я буду считать его прикрепленным ко мне? А значит, доступным в любое время суток? Мало ли какие прихоти бывают у королевичей.

– Я всегда буду помнить о вашей доброте, – внезапно произнес мажордом, поклонился настоящим поклоном и вышел из комнаты Нетота.

Глава 11
Армейская прописка

После завтрака Нетот послал Ванька разузнать, поднялся ли королевич. Как только королевич был готов, они вчетвером отправились к спецназовцам. Казарма спецназа примыкала к королевскому дворцу, выходя на улицу зданием командования. Командования, как оказалось, было всего один полковник, один майор, несколько лейтенантов и девушек в форме, которые скучали за бумажками.

Собственно, спецназовцев была одна рота, разделенная на две полуроты и десять взводов, во главе которых стояли лейтенанты. Спецназ был всей армией Буферного королевства, а поскольку военных конфликтов у него не было, спецназовцы постоянно бездельничали. Учения и редкие драки, вроде той, что подарил им Горыныч, были желанным развлечением. В остальное время они либо проходили муштру, либо тренировались в зале, который был пристроен к казарме.

Командование, в лице полковника и майора, который и был тем самым мастером боевых искусств, с которым дрался Нетот на испытаниях, завидев Нетота и королевича из окон, выбежало им навстречу. Их сначала провели в кабинет полковника и тут же предложили на выбор кофе или коньяку. Горыныч выпил обе стопки коньяка, что им налили, а Нетот долго нюхал кофе, будя воспоминания. Запах кофе действовал на него чарующе. Кофе готовила одна из девушек в форме, и это женское присутствие добавляло какую-то тонкую струйку к запаху напитка…

Но командование отдало приказ еще до того, как встретило гостей. И потому через пять минут на пороге кабинета появился лейтенант и доложил, что все собрались и построены.

– Если вы не против, перенесем нашу встречу в зал? – предложил полковник. – Я, если честно, горю желанием убедиться, что все именно так, как говорил мой заместитель, – он показал на майора.

Они прошли в зал, где сотня бойцов в камуфляже тут же вытянулась по стойке смирно.

– Бойцы! – обратился к ним полковник. – Вольно! Сегодня у нас в гостях уважаемые люди. Перед одним из них спецназ в долгу. Вы знаете, я сквозь пальцы смотрю на ваши драки во время увольнительных. И даже горжусь вами, когда вы побеждаете достойных противников, вроде байкеров. Но применять нож против невооруженного противника у нас всегда считалось бесчестным, я верно понимаю?

Все одобрительно загудели.

– Один из нас сделал это. Он хорошо наказан и лежит в больнице. Но я хочу вас спросить: место ли такому человеку среди нас? Сможем ли мы в бою считать его братом и доверить ему свою спину?

– Нет! – дружно отозвались спецназовцы.

– В таком случае мы изгоняем его из своих рядов?

– Да! Гнать его.

Полковник кивнул одной из девушек в форме:

– Готовь приказ!

А затем повернулся к Горынычу и с легким поклоном головы сказал:

– От лица всего спецназа прошу принять наши извинения.

Горыныч от такого засмущался и замахал здоровой рукой, потом поклонился полковнику и всем спецназовцам и сказал, чуть не со слезами:

– Ну, братцы, ну спасибо! Если что, вы только скажите…

Спецназовцы дружно засмеялись, приветствуя Горыныча.

Полковник между тем продолжил:

– Ну а теперь к тому, ради чего собрались. У нас в гостях человек, которого ваш учитель боя назвал мастером. Он согласился учить вас. В мастерстве ваших командиров вы не сомневаетесь?

– Не-эт! – дружно прокричали спецназовцы, потирая ушибы и ссадины. Видимо, командиры изрядно над ними работали, чтобы занять и отвлечь от безделья.

– Тогда наш гость поработает сначала с командирами. Вы не против? – повернулся полковник к Нетоту.

Нетот совершенно не представлял, как учить бою и как вообще учить, но решил, что просто расскажет, как он уходит от ударов. Поэтому он лишь пожал плечами:

– Не уверен, что я настолько хорош, но сделаю все, что могу. Одно предложение: я работаю с кем-то, а майор мне помогает.

Полковник посмотрел на майора, тот заулыбался. Роль учителя ему нравилась больше, чем быть противником Нетота.

– Переодеваться! Бегом! – скомандовал майор.

Вся рота бегом бросилась к скамейкам, стоявшим по стенам, и сбросила на них верхнюю часть мундиров, оставшись в десантных ботинках, камуфляжных штанах и тельняшках. Переодевание заняло секунды. Полковник, девушки в форме и королевич с Горынычем уселись на стулья, приготовленные для этого, а Нетот вызвал первого из лейтенантов, пригласив майора стоять рядом с ними.

– Готов? – спросил Нетот лейтенанта, и как только тот кивнул и поднял руки, сжатые в кулаки, пошел к нему навстречу.

Повторилось то, что было с майором. Сначала было видно, как лейтенант готовится к определенным действиям, вроде ударов ногами и руками, а кончилось тем, что он, в точности как майор до этого, сел и закрыл голову руками. Майор захохотал, словно почувствовал сильное облегчение. Да и то сказать: одно дело, если это он не смог биться, и совсем другое, если Нетот действительный мастер, против которого не устоять.

Нетот же не стал разбирать, что он делает, а проделал то же самое со всеми лейтенантами. Последний из лейтенантов все же попытался прыгнуть Нетоту в ноги, но Нетот просто обошел его и так же спокойно шагнул следом. Когда лейтенант понял, что промахнулся, и попытался повернуться, ладонь Нетота лежала у него на лбу, и стоило ему слегка надавить на лоб противника, тот сел на зад, поскольку положение его было крайне неустойчивым.

– Нет, не может быть! – раздался тут голос полковника. – Хочу пробовать!

– Во-во! – засмеялся майор. – Тряхните стариной! Незабываемые ощущения!

Полковник, не снимая кителя с орденскими планками, вышел и встал перед Нетотом.

– Надеюсь, вы проявите сострадание и уважение, – показал он на орденские планки, – и мне не придется испачкать мундир в пыли и позоре!

Нетот поклонился ему с улыбкой и предложил приготовиться к бою. Но полковник, не дожидаясь, вдруг бросился на него бегом. Нетот одним коротким движением ушел вбок и тут же оказался за спиной у полковника. Движение было таким быстрым, словно вспышка, что полковник какое-то время стоял и недоуменно водил головой, ища Нетота. Когда же обнаружил его у себя за спиной, было поднял кулаки, чтобы продолжить, но одумался и принялся качать головой:

– Однако! Не ожидал! – а потом повернулся к майору. – А ведь ты не обманул! Мастер…

– Хотите ли вы, господа, чтобы я рассказал, что делаю? Весь зал загудел, и даже девушки захлопали в ладоши.

– В таком случае я попрошу сначала майора, а потом Их Высочество королевича Януша помочь мне, если они, конечно, не против?

Майор сразу шагнул вперед, потирая руки. Королевич поднялся, неуверенно глядя по сторонам. Народ в зале вскочил на ноги и отдал ему честь по-армейски. Королевич поклонился и снова сел, но остался неуверенным в себе.

– Ваше Высочество, мы с вами проделаем то же самое, что сейчас я буду делать с майором. Вы справитесь. Но если не захотите, мы сначала сделаем это во дворце. А делать мы будем следующее, – повернулся он к майору и подозвал одного из лейтенантов, который ему показался посообразительнее. – Лейтенант приготовится вас бить, но! – Нетот подчеркнул это «но». – Не будет бросаться вперед слишком рано, поскольку господин майор еще только осваивает это упражнение?

Последнее предложение прозвучало как вопрос, и лейтенант вслушался в него и кивнул.

– Сильно бить тоже не надо, – добавил Нетот.

– Да пусть бьет! – воскликнул майор.

– Нам сейчас это не потребуется, – улыбнулся ему Нетот. – Мы должны понять суть. А суть проста: прежде чем человек нанесет удар, он выбирает, какой удар подойдет, и тогда у него появляется намерение удара. И это намерение можно видеть.

Нетот осознал, что говорит так, будто всегда обучал рукопашному бою и все слова для него привычны. При этом он с удивлением наблюдал за собой говорящим и понимал, что за мгновение до этого не помнил ни одного слова из сказанного им. «Чудо какое-то…» – мелькнула у него удивленная мысль, но он отогнал ее и продолжил.

– Догадываюсь, что вы все сомневаетесь, что такие вещи, как намерение, можно видеть? – бойцы в зале загудели, подтверждая. Майор тоже покивал. – Вот мы и попробуем сейчас, можно или нельзя. Лейтенант, ты гляди по обстоятельствам, по бою, и наноси свой удар майору. Но потом бой не продолжай. Мы будем разбирать.

Лейтенант кивнул и приготовился. Нетот поставил майора перед лейтенантом на расстоянии шагов в пять, встал сзади него и взял за плечи.

– Майор, сейчас вы не бьетесь, как привыкли, вы делаете усилие, чтобы понять меня. Вы всегда видите намерение другого бойца, но просто не верите себе, что это оно. Я буду вас сдвигать с удара, как только у него появится намерение. А вы глядите в себя и пробуйте почувствовать, когда ощутили то, что заставляет двигаться. Мои руки подскажут. Хорошо?

– Хорошо!

Нетот медленно и мягко повел майора навстречу лейтенанту. В какой-то миг тот понял, что сможет достать майора прямым ударом ноги, и приготовил этот удар. В тот же миг Нетот слегка сместил майора с линии удара. Для хорошего бойца недопустимо, чтобы удар шел хоть чуть-чуть мимо, это поражение – ударить в пустоту. Поэтому лейтенант тут же отказался от удара ногой и перешел на удар рукой. Нетот точно так же сдвинул майора с линии удара. И так сдвигал его, пока они не подошли вплотную к лейтенанту, и у того на лице не появилось отчаяние!

После этого Нетот отпустил плечи майора и пожал руку лейтенанту. Майор же снова сел на корточки и закрыл лицо руками. Так он сидел какое-то время, потом поднялся и поглядел на полковника:

– Всю жизнь мечтал однажды встретиться с таким…

Они повторили это со всеми лейтенантами сначала с майором, потом с королевичем. Королевичу хлопали в ладоши, он раскраснелся, и глаза у него после упражнений горели бойцовским огнем.

– Вот для первого раза, я думаю, хватит, – повернулся Нетот к полковнику.

– Понял, – сказал полковник, поднимаясь. – Первая часть прописки прошла хорошо. Зачисляем дядьку королевича в спецназ?

– Зачисляем! – дружно загудели бойцы.

– Пора приступать ко второй, – засмеялся полковник. – К самой трудной. Это у меня в кабинете. Девушки, бегом накрывать! Все свободны.

Бойцы в зале загудели и бросились к лейтенанту расспрашивать о том, что было.

Глава 12
Попойка

По пути в свой кабинет полковник намекнул Нетоту, что хорошо бы было отправить королевича во дворец после того, как они посидят у него в кабинете. В кабинете все было приготовлено в стиле делового совещания – кофе, бутылка коньяка, хорошая закуска. Присутствовали только полковник и майор, если не считать девушек в форме.

Полковник разлил коньяк, поблагодарил Нетота за урок, порадовался дружбе, которая завязалась, и высказал надежду, что она продлится. Выпили. Нетот лишь пригубил, и заметивший это Горыныч незаметно подменил его бокал своим и допил за него коньяк. А Нетот с девушками еще и поднял чашку кофе.

Затем полковник попросил королевича сказать несколько напутственных слов их начинанию. И королевич произнес какую-то ритуальную формулу из тех, что произносил король на светских раутах. Все были очень довольны, девушки захлопали в ладоши, слегка смутив королевича. Выпили еще. Горыныч опять незаметно допил коньяк Нетота.

– Должен извиниться, господа, но служба есть служба, – поднялся полковник с третьим коньяком. – Ввиду новых обстоятельств, – он показал на Нетота, – нам придется пересмотреть свой учебный план, и поэтому я собрал совещание, где мы сейчас должны будем заняться корректировкой нашей стратегии в отношении ближнего боя. Поэтому я прошу поднять со мной еще по одному бокалу за успех нашей новой учебной программы и извинить меня, поскольку я вынужден буду откланяться. Майор и мастер, – поглядел он на Нетота, – вам придется пойти со мной в комнату заседаний.

Все поднялись, выпили стоя, после чего королевич посмотрел на Нетота:

– Я так понимаю, ты должен будешь задержаться?

– Похоже. И довольно надолго, – улыбнулся в ответ Нетот. – Проводить до дворца?

– Что я, сам не дойду?!

Но Нетот поглядел на Горыныча, и тот тут же шагнул вперед:

– Я провожу! Только придержите мне местечко.

К ним подошел полковник, отдал короткий поклон королевичу и сказал:

– Я отрядил двух бойцов, они помогут.

Королевич, Горыныч и Ванек ушли, полковник тут же расслабился и плюхнулся обратно в кресло:

– Ну, детскую часть прописки, это что с мордобоем, ты прошел! Теперь начнется мужская! Посмотрим, как ты держишь удар!

И они все направились в совещательную комнату, где стояли столы, и на них было больше вина, чем закуски. Нетот по дороге успел шепнуть одной из девушек, которая предпочитала кофе, а не коньяк: «Мне бы кофеек поближе!» Девушка улыбнулась ему заговорщицки:

– Сделаем! Не против, если я сяду рядом?

– Буду признателен.

В совещательной собрались все офицеры и начали с того, что поделились впечатлениями от виденного в зале. Полковник снял китель, майор разрешил лейтенантам тоже «принять застольную форму одежды». Все наперебой пытались задавать Нетоту вопросы, но он только успевал переводить глаза с одного на другого и улыбаться. Впрочем, этого оказалось достаточно.

Тут полковник заставил всех замолчать и принялся за долгую речь о том, как это могло быть унизительно для спецназа так проиграть сначала в драке, а потом в испытаниях, если бы Нетот не оказался настоящим мастером и находкой для них всех…

Пока он говорил, вернулся Горыныч и уселся рядом с Нетотом, потирая руки. Тут полковник высокопарно приказал «наполнить бокалы», и все принялись разливать вино во что нашлось. Горыныч наклонился к уху Нетота и шепнул, показывая взглядом на бокал:

– Мой друг, моя помощь не кажется вам неуместной? Мне показалось, вы сегодня не хотите… ослаблять себя этим напитком?

– Что вы, сударь, я не знаю, как вас и благодарить!

И полилось вино, как оно может литься только на армейских гулянках. Нетот поднимал все бокалы и стаканы, ко всем прикладывался губами, но ставил их на стол, да не прямо перед собой, а ближе к Горынычу. Тот выпивал свой стакан, а потом и стакан Нетота. А Нетот с девушкой в форме принимался за кофе.

Как ни странно, но вид пустого стакана у Нетота успокаивающе подействовал на всех. В обычных условиях то, что кто-то не пьет с вояками, может им показаться вызовом и пренебрежением, но тут почему-то все охотно приняли, что Нетот пьет мало, но парень компанейский и свой. И не прошло и половины попойки, как полковник прогнал девушку в форме и сам уселся рядом с Нетотом, чтобы высказать ему все, что думает о нем.

Собственно, ничего нового, чего бы не сказал в своей речи, он и не сказал, но Нетот его сочувственно выслушал, подливая ему в бокал и поддерживая, чтобы он не свалился со стула.

Выговорившись, полковник махнул майору, мотнул головой Нетоту, чтобы шел следом, и сказал одной из девушек:

– Открой нам!

Девушка убежала вперед, а Нетот с майором пошли вслед за шатающимся полковником. Вел он их в комнату с табличкой на двери: «Спецсвязь». Девушка открыла перед ними дверь и тут же за ними закрыла и заперла снаружи.

Полковник сразу несколько протрезвел, уселся за стол, отодвинув какой-то аппарат, предложил садиться. Майор и так был не слишком пьян, а тут собрался.

– Я знаю, – сказал полковник Нетоту, – тебя скоро с королевичем отправят в Империю…

Нетот кивнул.

– У нас есть интерес… Нет, нам, конечно, очень хочется, чтобы ты поучил наших бойцов всем этим штучкам в бою! Да! Это круто! Но у нас, – он показал на себя и майора, – есть интерес в Империи. Мы оттуда кое-что получаем.

– Оружие? – спросил Нетот.

Полковник поперхнулся, вытаращил на него глаза, потом подумал и кивнул:

– Скажем, оружие… Собственно, отлично звучит: оружие! Да и не важно. Чем меньше ты лично будешь знать, тем меньше опасностей, дружище. Важно одно: Буферное королевство не запрещает любую контрабанду, поэтому у спецназа налажены связи со всеми окрестными странами.

– И, соответственно, пути во все, – добавил майор.

– Поэтому мы можем переправить все что угодно. Оружие! – заговорил снова полковник. – Но нам предложили кое-что поинтереснее. Однако, нам нужно передать подарочек… и понадобится человек, который будет на месте поддерживать контакты с нужным человечком. Всего лишь передавать ему записки и всякую мелочь…

– Деньги? – спросил Нетот.

– Ну что ты! Деньги ходят другими путями. Нет, ничего криминального, просто личные письма. Быть может, баночку меда или грибков. Не больше. Мог бы ты сделать для нас такое дело?

– Почему бы и нет? – ответил Нетот, смеясь. – Я всего лишь бедный дворянский сын, и если это принесет мне чуточку… разнообразия в жизни, то я охотно помогу в любой задумке!

– Принесет-принесет! Более того, этот человек сам из спецов…

Нетот недоуменно вскинул брови.

– Ну, вроде нас. Там он в авторитете, – сказал майор, но поняв, что Нетот опять недоумевает, пояснил, – важный человек.

– То есть, если что, он тебя еще и прикроет. Так что, по рукам?

– По рукам, даже без вопросов! – ответил Нетот. – Хотя один вопрос: а если что, вы и человека можете переправить в Империю?

– Да запросто! – ответил полковник. – Мы туда грузовики гоняем. Нарядим в форму, посадим в сопровождение, и там!

Нетот протянул руку, и все трое закрепили свой союз рукопожатием.

После этого полковник снова резко стал пьяным, достал из-под стола ящик с бутылками, и они направились обратно в комнату для совещаний продолжать прописку Нетота.

Глава 13
Тайная жизнь королевского дворца

Нетот с Горынычем вернулись в замок уже ближе к вечеру. Горыныча штормило, но он не позволял себя обхватить за пояс, поэтому обтер все стены в коридорах, пока добрался до своей комнаты. Руки у него при этом были заняты, потому что вояки дали ему с собой в дорогу две большие бутылки какого-то крепкого пойла.

Нетоту тоже дали бутылку хорошего вина и коробку конфет. Их он вручил Петру, который стоял под его дверью в ожидании, и приказал спрятать в буфет.

– В бар, – поправил его Петро, но под удивленным взглядом Нетота сник и юркнул вперед него в комнату, чтобы убрать бутылку. Только спросил. – Кушать изволите?

Нетот есть не хотел, а сразу направился в ванную и принял сначала горячий, а потом холодный душ. Выйдя из душа, спросил:

– Принес гантели?

Петро гордо показал две гири:

– Пудовые.

Нетот, раздетый по пояс, взял гирю и покрутил ею:

– А потяжелее не было?

– Были двухпудовые. Тяжелее не бывает.

– Замени на двухпудовые, – потребовал Нетот и начал искать чистую рубашку.

Петро почти оттолкнул его от шкафа с одеждой, как если бы Нетот покушался на его священные права, и сам нашел свежую рубашку и помог ее надеть. Нетот смирился, приняв, что в роли царедворца должен научиться одеваться с помощью слуги. Затем он сел за стол и потребовал открыть бутылку.

Петро отобрал бутылку, открыл и поставил один бокал.

– Два! – сказал Нетот, налил в оба и приказал. – Садись. Пей.

Петро пожеманился, но, похоже, выпить он любил, и опрокинул бокал в себя, стоя и странно зажав нос:

– Ваше здоровье, господин дядька!

Нетот, как и у вояк, пригубил свой бокал, но пить не стал и повторно приказал:

– Садись. Мы с тобой хотели побеседовать.

Петро сел, и было видно, что щечки у него зарозовели с одного бокала. Нетот налил ему еще один.

– Мне нужен твой совет, Петро, – сказал Нетот. – Я тут никого не знаю и доверять могу только твоему уму. Выпей, расслабься и помоги мне.

От этих слов Петро вытаращил глаза, но от вина отказаться не смог, выпил, крякнул, промокнул губы кружевным платочком, поморгал слезящимися глазками и сказал:

– Я вас слушаю, господин дядька.

– Да брось ты эту церемонность! – возмутился Нетот. – Господин дядька, господин дядька! Сегодня господин, завтра никто. Скажи-ка мне лучше, кто здесь во дворце кто, кто важные люди, и с кем нужно дружить.

Петро кивнул и принялся рассказывать. Он явно старался быть сдержанным. Но Нетот налил ему третий бокал, и Петро прорвало.

– В общем, все это чушь! Вам надо сдружиться с главой Секретной службы! Это единственный человек, который может что-то сделать! Если он что пообещает, он всегда выполняет! Ему единственному можно доверять.

– А кроме него, с кем еще стоит иметь дело?

Петро назвал еще несколько человек, но после очередного бокала язык его начал заплетаться, и он понес какую-то околесицу про всех подряд, так что стало ясно, что он ненавидит всех, начиная от дворецкого и до последней служанки. И уважает только главу Секретной службы и еще двух-трех человек. Нетот спросил его, а они – люди главы Секретной службы? И Петро, изобразив самодовольство, дал понять, что это так.

После этого Петро выпил еще бокал и принялся рассказывать все дворцовые сплетни: кто с кем спит, кто с кем в ссоре, кто против кого дружит. В общем, всю тайную жизнь дворца Нетот начал видеть как на ладони и понял, что ему от этого становится скучно и даже тоскливо…

Тут в дверь стукнули, и в комнату Нетота заглянула Оксана. Увидела Петро, изобразила, пока он не видит, ужас и выразительно обвела комнату взглядом. Нетот подмигнул ей и спросил Петро:

– А вот эта служаночка, что ко мне приставлена, она вроде с мозгами?

– Оксанка-то! – икнул Петро. – Дура. Я ей предлагал… Она кобенится. Я ее и с главой Секретной службы хотел познакомить. Так она ни в какую! Дура!

– Заходи, Оксана, – сказал Нетот.

Оксана зашла, Петро попытался подняться, но упал на стул, пробормотал:

– Мне пора, – и попробовал заснуть.

Нетот поднял его со стула и отправил за дверь:

– Ну, Петро, ты мне сильно помог! Иди теперь поспи. Ты мне больше сегодня не понадобишься.

Когда Петро ушел, Нетот попросил Оксану сделать кофе и раскрыл коробку конфет. Оксана незаметно прижала палец к губам и обвела стены тем же взглядом, что при виде Петро.

– Вина не хочешь? – спросил Нетот.

– Не, нам не полагается. Если дворецкий запах учует, тут же вылетишь!

– Ну, выпьем кофейку, – улыбнулся Нетот, запечатывая почти пустую бутылку. – Горыныч допьет!

Они засмеялись.

– Хороший человек наш Петро, столько мне нужного про дворец рассказал, – усмехнулся Нетот, отпивая из своей чашки.

Оксана улыбнулась со значением, опуская глаза вниз, и подтвердила:

– Да, он много чего знает. И нас девушек опекает… И друзья у него все важные люди… – и еще раз пробежала взглядом по стенам. – А как у вас прошло в спецназе?

– Ты уже знаешь?! – подивился Нетот.

– Во дворце тайн нет! Мы тут все про всех знаем!

– Что ж, хорошо прошло. Оказалось, что это было не знакомство, а прописка. Нас с Горынычем как бы зачислили в их часть, внештатно, но как своих! Для этого Горынычу пришлось выпить не меньше трех литров!

Оксана засмеялась:

– Так много!

– Ну, он же еще и за меня пил!

– А вы только кофе?

– Я честно пробовал из каждой стопки, что мне наливали! – засмеялся и Нетот. – В общем, эта их прописка состоит из двух частей. В первой тебе бьют морду и смотрят, как ты это переносишь. Если как мужик, то переходят ко второй и поят тебя на убой. И тоже смотрят, можно ли с тобой идти в бой.

– Никогда не понимала мужчин! – призналась Оксана.

– Завтра я пойду объезжать коней, тебе стоит сходить со мной и мне помочь.

– А как я могу там помочь?

– Возьмешь с собой корзину еды и будешь меня кормить, когда я устану.

– Это я с удовольствием! – засмеялась она и встала, поглядывая в сторону ванной. – Я вижу, там у вас грязное белье появилось. Вы позволите, я займусь своими обязанностями?

Нетот рукой показал ей, чтобы занималась, подошел к двери, тихонько приоткрыл ее и просунул руку. Ванек стоял на своем месте возле двери. Нетот не стал его втаскивать, как в первый раз, а просто открыл дверь:

– Заходи!

Ванек зашел, зыркнул в сторону стола с конфетами и чашками, в сторону ванной, где хозяйничала Оксана, и сходу предложил:

– Пойдем, я дворец покажу!

– А не поздно? – спросил Нетот.

– Не, самая жизнь только начинается. Только нам бы запасных свечей…

– А фонарика на телефоне не хватит?

– Свечи лучше, – выразительно поморщился Ванёк.

Нетот прежде всего взял из коробки конфету и дал мальчишке. Тот от такой щедрости обалдел и тут же засунул конфету в рот. А затем они выключили телефоны, запаслись свечами, которые повынимали из подсвечников, и отправились изучать дворец.

– Сначала, – шепнул Ванек, – покажу сам дворец. А потом тайные ходы, ага?..

– Ага! – только и смог ответить на это Нетот.

Глава 14
Тайные ходы внутри величия

Королевство, даже маленькое, – очень большая и сложная вещь. Его трудно удержать в голове целиком со всеми его сложностями. Ведомства – поменьше, но и их обычному человеку целиком своим сознанием не охватить. Да что там ведомство, любой руководитель предприятия, даже маленького, знает, что работники всегда найдут лазейку, чтобы нарушить его расчеты, а то и поживиться за счет предприятия.

И не уследишь!..

Король считает, что королевский замок принадлежит ему, и уж тут-то он у себя дома, защищен и спокоен. И даже тот простой исторический факт, что королей убивают чаще всего именно в их уютных и защищенных замках, не может разубедить в этой уверенности. Как трудно разубедить его и в том, что король действительно знает свой замок.

Думая так, король непроизвольно ощущает через замок свое величие. Но его величие насквозь пронизано дырами и ходами, как изъеденный кусок сыра. Король этого не чувствует по той простой причине, что ему это не надо знать, а потому эти ходы, пронизывающие его величие, и не показывают королям.

Нетот не был королем, и потому сразу понимал, что не знает замка, но ему очень хотелось знать, как же устроена эта часть королевской власти. Поэтому он охотно пошел за Ваньком, предвкушая приключение.

А Ванек вывел его из его комнаты и спокойно и неспешно пошагал по коридору, миновав комнаты королевича, и пошагал дальше, рассказывая, мимо чего они проходили.

Ну, вылитый экскурсовод, знакомящий с достопримечательностями. У одной большой и красивой двери из дуба недалеко от королевских покоев Ванек сделал простецкое лицо и сказал:

– Кабинет главы Секретной службы, – и шепнул. – Только не смотри на него прямо.

А в дальнем конце первого этажа, куда уходил коридор, он остановился, повернувшись в обратную сторону, и тихо прошептал:

– Дальше все Секретная служба. Целое крыло. Повернись, как будто мы обсуждаем, куда пойдем дальше.

Так они обошли весь замок, начиная с нижнего этажа и до третьего. Запомнить все обилие комнат и их предназначение было невозможно, и поэтому Нетот попросил:

– Ты потом мне еще раз все расскажешь.

Ванек охотно согласился, засмеявшись.

На третьем этаже он спросил:

– Познакомимся со службами? Тут есть черная лестница, которая ведет прямо на кухню.

Нетот кивнул, и они свернули в какую-то нишу, а в ней обнаружили небольшую дверку. Но Ванек не пошел в нее, а остановился и заговорил шепотом:

– Там по всем коридорам видеонаблюдение. А тут камеру не поставили.

– Что такое видеонаблюдение и камера? – спросил Нетот.

Ванек удивленно распахнул глаза, но объяснил:

– Такие приборчики, которые за нами следят.

– Сами следят?

– Нет, конечно, они передают изображение в Секретную службу, а там сидят люди и смотрят. В коридорах они замаскированы, так что я их тебе даже показать не мог. А вот на этой лестнице они висят в открытую. Наверное, чтобы держать обслугу в страхе. И ты сможешь на такую камеру посмотреть. У камеры есть глазок, ты его сразу узнаешь, он стеклянный. Через него камера все снимает. Но глазок охватывает не весь коридор. Есть задняя часть и боковая. И поэтому от глазка можно спрятаться. Сейчас мы будем учиться, как исчезать с экранов! – хихикнул Ванек.

– Здорово! – откликнулся Нетот.

– Здорово, но надо знать, когда можно это делать, а когда нельзя. Иначе спецы заподозрят, что ты специально спрятался. Когда я хожу по замку, им на меня наплевать. Ну, потеряли и потеряли. Кто я такой! А вот за тобой следят плотно!

– Да ну!

– Зуб даю! Тебя сейчас пробивают по всем статьям. И я тебе покажу потом. У тебя в комнате куча камер, и люди за тобой ходят, когда ты в город выходишь. Топтуны. И телефон твой отслеживают.

– Вот почему Оксана обводила комнату взглядом, – вспомнил Нетот.

– В общем, ты должен запомнить все камеры. Но еще важнее, запомнить все их мертвые зоны, где они тебя не видят, – подмигнул Ванек и зажег свечку. – Сейчас они знают, что мы задержались, но думают, что мы долго зажигаем свечи.

На лестнице стоял полумрак, горел только крошечный огонек на свисавшей с потолка камере. Нетот успел рассмотреть, что с того бока, которым камера была обращена к стене, был виден стеклянный глазок. Камера медленно поворачивалась в их сторону, глядя в стену. Ванек подмигнул Нетоту и шагнул к противоположной стене лестницы, так что оказался сзади камеры, и по стенке проскользнул вниз. Нетот за ним.

– Сейчас они нас не видели, но видели, как появился свет, поэтому успокоились, – показал Ванек свечку.

Пролетом ниже, когда верхней камеры уже не было видно, он приостановился и осторожно выглянул из-за перил вниз, а потом подозвал Нетота пальцем:

– Видишь, она сейчас смотрит в эту сторону, но начала отворачиваться?

Нетот осторожно выглянул из-за перил и увидел самую макушку камеры, которая медленно двигалась вбок. Ванек обождал несколько секунд и начал спускаться. И опять обошел камеру сзади.

– Вот так! И так надо ходить всегда, когда ты не хочешь, чтобы про тебя знали, что ты куда-то пошел. А теперь пойдем спокойно.

И они зашагали вниз, не обращая внимания на камеры. И так спустились в кухню. На входе Ванек остановился:

– Здесь тоже нет камер. На всю кухню только одна на том входе.

– А почему мы сначала прятались, а потом перестали?

– А зачем нам зря тревожить ос? Мы их приучаем, что можем пропадать с экранов, но это не страшно, просто камеры нас не видели. Потом можно будет пропасть надолго, а они не всполошатся! Хитро?

– Хитро! – искренне оценил Ванька Нетот. – Молодец!

– Научишь меня, как подходить к противнику, чтобы он дернуться не мог?

– Конечно! Даже не сомневайся. Лишь бы у тебя способностей хватило.

– Я способный! – засмеялся Ванек и потащил Нетота дальше, к небольшой дверке, за которой была лесенка, ведущая вверх и вниз.

– Вниз – в подвал, – объяснил он. – Там припасы. Вверх – на второй этаж, где личные покои короля и королевы. На самом верху еще одна камера. Пошли. Покажу, как ее обойти.

Они поднялись на один пролет, Ванек осторожно выглянул из-за перил и показал Нетоту пальцем вверх:

– Вон она! Но нам не туда. Только тихо, – и он повернул бронзовый подсвечник, криво висевший на стене.

Пока подсвечник висел криво, его вытянутое основание лежало сразу на двух досках стены. Но как только Ванек повернул его, основание соскочило со второй доски, а та, к которой подсвечник был прибит, зашаталась. Он надавил на доску, и она отошла в сторону.

– Пройдешь? – спросил Ванек, проскальзывая в щель в стене.

Нетот порадовался, что пошел гулять в одной рубахе, и юркнул в стену вслед за Ваньком, в густой запах пыли и штукатурки. Вот тут свечи точно были нужны, поэтому он зажег еще одну. Деревянная стенка шла вдоль каменной стены до пересечения со следующей каменной стеной. Но в этом месте вверх и вниз уходили деревянные стремянки, и Ванек ловко вскарабкался вверх. Нетот поднялся следом.

Здесь было то же самое: деревянные стены, в щелях которых была видна обрешетка и комки штукатурки, шли в обе стороны от лаза. Местами в эти щели пробивались лучики света снаружи. Ванек заскользил вдоль по коридору, временами показывая Нетоту на очередную щелку. Нетот припадал к ней и видел, что они движутся вдоль того коридора, которым они шли из его комнаты.

Затем Ванек замер и приложил палец к губам, показывая, что за стеной кто-то есть. Они тихонько прильнули к щелкам и увидели Петро, который не очень трезво выговаривал Оксане:

– …юбкой-то перед ним крути, но чтобы мне докладывала обо всем!

– О чем?

– О чем угодно! Все, что в глаза бросится. Что делает, о чем говорит! Привычки у него какие! Особые приметы на теле! Поняла?

– Угу.

Он схватил ее за лицо и наклонился вплотную:

– Поняла?! Мигом у меня вылетишь с этого места! Думаешь, других желающих нет?

– Да поняла я! – отбросила она его руку.

Петро попытался ухватить ее за грудь, но она развернулась и ушла. Он постоял, глядя ей вслед, развернулся и, качаясь, ушел в другую сторону.

– Вот! Понял? – сказал Ванек Нетоту. – У нас тут непросто… – но встряхнулся и опять весело посмотрел на него. – Фокус!

Сделал несколько шагов дальше и показал, что стенка перестала состоять из досок со штукатуркой.

– Это задняя стенка шкафа, – прошептал Ванек. – В нем хранятся всякие ведра и щетки. А теперь мы делаем вот так… – он повернул металлический крючок, который цеплялся за поперечную доску вверху, а потом такой же, который цеплялся за вертикальный стояк, и перед ними открылась щель.

Ванек задул свечку, Нетот тоже. Они осторожно открыли заднюю стенку шкафа, отодвигая ею инструменты, вышли, и Ванек показал Нетоту, как поворачивает крючки, на которых висели какие-то тряпки. Дверка снова превратилась в заднюю стенку шкафа для ведер и швабр.

– А теперь мы с тобой проскользнем мимо вот этой камеры, – показал он в коридор. – У нее мертвая зона прямо по стенке…

Они, прижимаясь к стенке, прошли мимо едва приметного глазка вверху, под самым потолком, и дошли так до лестницы, поднимавшейся снизу.

– Это лестница с кухни. Там на выходе камера тоже крутится. Могла нас и проморгать. А в коридоре камера неисправна. И вот мы появляемся прямо на пути домой!

И он вышел обратно в тот коридор, которым они только что крались, но оживленно размахивая руками и нисколько не скрываясь.

– Вот такая у нас кухня! – говорил Ванек. – Если тебе ночью взголоднется, ты можешь спуститься туда и найдешь там, чего поесть. Вот только Горынычу не стоит это показывать, а то он слопает все!

– О да! – засмеялся Нетот, незаметно бросая взгляд на камеру. – Но я думаю, что я буду просто ходить вечерами и приносить ему чего-нибудь перекусить, а то ведь меня съест!

– Ну, это можно, – отвечал Ванек. – Королевич так всегда делает! А вот и твоя комната!

Глава 15
Образ жизни королевского дядьки

Отъезд королевича в Педагогическую провинцию предполагался в конце августа, чтобы устроиться на месте до первого сентября. В Педагогическую провинцию опаздывать не рекомендовалось. На дворе стоял июнь. Так что у Нетота было почти три месяца, чтобы освоиться с должностью дядьки.

Он завел такой распорядок дня: с самого утра они втроем с королевичем и Ваньком занимались зарядкой, размахивая гантелями. Сам Нетот крутил двухпудовые гири, а парни, сделав общую разминку, били удары с гантелями, чтобы развить силу удара. Затем Нетот заставлял их бороться.

Надо признать, королевич хорошо принял Ванька в качестве своего напарника в борьбе, а Ванек был достаточно сообразителен, чтобы не поддаваться, но и не ронять королевича и его достоинство. Правду сказать, Нетот это ему постоянно внушал, готовя парня в телохранители будущего короля.

Затем они шли в конюшню, и Нетот учил парней, как чуять лошадь, как с ней разговаривать, как взлетать в седло, и как в нем держаться, сливаясь с лошадью в одно целое. Иногда у мальчишек выскакивало: «Откуда ты столько знаешь?» И Нетот, хоть и делал таинственное лицо, сам недоумевал, но отвечал только: «С детства на коне!» Детства он не помнил…

После этого они шли в гараж, и уже королевич вместе с Горынычем учили Нетота водить машину. Королевич неплохо водил, но Горыныч был асе и, как ни странно, при обучении вождению преображался в очень терпеливого учителя. Постепенно они добавили к вождению простейшие навыки механика и заодно учились, как обращаться с пистолетом и другими видами оружия, которые Горыныч добывал у гвардейцев для королевича.

Затем они все вместе шли в зал спецназа, и там Нетот обучал бою. В его присутствии у всех стало получаться чуять намерения противника. Все прекрасно смещались, исчезая из восприятия приготовившегося бить бойца. Но стоило ему уйти, как раздавались шлепки и крики тех, кому досталось. Нетот начал подозревать, что в его присутствии его видение передается другим, но с ним и уходит…

Тем не менее, продолжая учить видению намерения, он понял, что и сам способ, которым он уходит от удара, тоже не дается легко. Он вдруг вспомнил, что этот способ называется соскок или соскок вспышкой, хотя, где и кем называется, оставалось скрытым. Ему казалось, что это очень простое передвижение одновременно за пределы видения противника и на такое расстояние от него, чтобы сразу его уронить. Но спецназовцы либо ходили, а не соскакивали с линии удара, либо прыгали подальше, да так, что теряли и противника, и равновесие…

Поэтому он учил и соскоку, показывая, что он должен быть таким точным, чтобы только обтечь будущий удар, но как можно теснее к противнику, чтобы после него твоя рука естественно ложилась на ближнее к тебе плечо противника, да так, чтобы он не мог к тебе повернуться. Это оказалось совсем трудным. У Нетота противники становились в руках мягкими и послушными, так что он вдруг вспомнил еще одно выражение: противник должен таять у тебя в руках, как горящая восковая свеча! А вот друг с другом спецназовцы мгновенно переходили в борьбу.

Пришлось долго объяснять, что, накладывая руку, надо отобрать у противника силу, для чего его – еще одно новое слово – надо подседмать, то есть ссадить с опор. Как только прозвучало это понятие «опоры», Нетоту пришлось вспоминать, что такое пора, или пбрая сила, из которой и состоят опоры. И, как ни странно, это довольно легко вспоминалось у него, так что ему на каждом занятии было что не только рассказать, но и показать…

После занятий боем они возвращались в замок, обедали, и после обеда уже королевич обучал Нетота. Они проходили современную историю, пользование компьютером и компьютерную безопасность, а также устройство власти в Империи. Поскольку Нетот умудрялся задавать точные и нужные вопросы, королевичу этот предмет нравился все больше, и он начать добывать в Сети снимки всех, с кем им предстоит столкнуться.

Увидев снимки, Ванек вдруг сказал:

– Так у главы Секретной службы наверняка есть на них всех досье…

Королевич даже приоткрыл рот от удивления, затем мотнул головой Нетоту:

– Пойдем-ка к отцу, пора тебя познакомить с главой Секретной службы.

И они пошли к королю, который смог их принять без задержек, и королевич объяснил ему свою просьбу. Король подумал, кивнул и велел вызвать главу Секретной службы.

Глава оказался невзрачным, полнеющим человечком, одетым в костюм, который так и хотелось назвать дорогим. На пальцах у него было несколько золотых перстней с драгоценными камнями. Ботинки были из натуральной кожи и с высокими каблуками.

– Гетман, – сказал король, – позволь представить тебе дядьку королевича.

Нетот поклонился:

– Нетот.

Глава протянул ему руку с вяло висящими пальцами то ли для пожатия, то ли для поцелуя.

– Нэстор Иванович! – и кривовато ухмыльнулся. – Как Махно… – и добавил подчеркнуто скромно. – Мазепа. Друзья в шутку зовут гетманом…

Нетот подержал его пальцы в своей руке и тоже легонько улыбнулся, как будто понял шутку про Махно, хотя понятия не имел, кто это такой. А вот про Мазепу он смутно что-то помнил, но все, что смог извлечь из своей памяти, было одной стихотворной строчкой: «Мазепа козни продолжает…»

– Так вот, господин гетман, – продолжил король, – молодежь готовится к поездке в Педагогическую провинцию и изучает влиятельных лиц Империи. Особенно их, конечно, интересуют отпрыски людей власти. Предоставь им полные досье на всех, кто может понадобиться.

Гетман поклонился:

– Едва ли в этом есть смысл… но приказ понял, и все будет выполнено. Пусть заходят ко мне перед каждым занятием, и я буду выдавать досье на того, кто им нужен. Но после занятия папка в целостности должна быть возвращена. Нет, не так, я, пожалуй, приставлю к ним человека, который будет обеспечивать их материалами и следить за секретностью. Пусть заглянут ко мне, я их познакомлю с их куратором.

Король кивнул, гетман раскланялся и ушел, а королевич и дядька поблагодарили короля и отправились вслед за гетманом. Двери в его кабинет Нетот уже видел. Внутри отделка была не хуже, чем в покоях короля, а стол, за которым сидел гетман, был резным и огромным. Гетман долго изучающее неприязненно смотрел на Нетота, но не задал ни одного вопроса, вызвал одного из своих служащих и поручил ему обеспечивать учебу королевича материалами, а заодно и секретностью.

Они вышли, и даже королевич вытер пот со лба. Нетот только и мог, что мотать головой: однако!

– Теперь за нами будет официальный присмотр, – прошептал королевич, но, когда Нетот хотел что-то ответить, обвел глазами стены, так что Нетот понял, что он тоже знает о видеонаблюдении.

– Думаю, в Империи эта школа нам пригодится, – ответил Нетот, и эта мысль их рассмешила и дала облегчение…

После занятий с королевичем чаще всего они вдвоем шли к королеве, и Нетот докладывал ей, как идет подготовка сына. А она всегда расспрашивала о тех имперских людях, кого они изучали, и часто дополняла картину такими деталями, которых не было ни в одном досье. Она действительно была заинтересована в успехе сына, и Нетот проникся к ней невольным уважением.

Случалось, королева звала Нетота к себе и пытливо выспрашивала то, что он не мог сказать при королевиче. И ей очень нравилось, когда Нетот понимал, какие черты характера королевича стоит развивать особо, поскольку они позволят ему влиться в подрастающую элиту империи. Особо она просила обратить внимание на то, чтобы королевич не спешил ссориться с теми, кто ему не нравится. И даже попросила найти таких для тренировки. Нетот тут же вспомнил Петро.

Изредка Нетота вызывал на доклад и король, но выглядели эти встречи довольно сухими, и ощущалось, что король знает все, что ему нужно знать, от королевы и разговаривает с Нетотом только по ее просьбе.

И вообще, слушая короля, когда он начинал говорить о королевстве, Нетот никак не мог совместить сказанное с тем, что он видел вокруг. Складывалось ощущение, что существуют два королевства, и чтобы стать приближенным к королю, надо начать видеть его королевство не таким, каким оно было, когда гуляешь по улицам…

В остальное время Нетот проводил вечера с Горынычем в той забегаловке, где гуляли спецназовцы. Там они были желанными гостями, им всегда радовались. И даже то, что Нетот не пил, а за него пил Горыныч, всеми было принято и никого больше не смущало.

Но когда на замок опускались сумерки, Нетот начинал искать, что у него имеется из еды, и не найдя ничего существенного, громко возмущался и отправлялся на кухню. А по дороге исчезал с камер видеонаблюдения, нырял в стенной шкаф и пускался в путешествие по тайным ходам замка, где его уже поджидал верный проводник Ванек.

Глава 16
Вечерние занятия королевского дядьки

Изучать изнанку дворца оказалось для Нетота настоящим наслаждением. Ванек же был счастлив, что получил, наконец, товарища, перед которым можно было похвастаться своими знаниями. Не расскажешь же папе-дворецкому, что можешь подслушать любого, кто живет во дворце!

Дворец был трехэтажным. На первом этаже находились разные службы, начиная с большой кухни и казарм королевской гвардии. Там же жила прислуга. На втором была приемная короля, покои королевича, кабинеты главы Секретной службы и нескольких министров, а также целое крыло занимала сама Секретная служба. На третьем находились покои короля и королевы, спальни фрейлин и непосредственных слуг их величеств. Там же было несколько потайных помещений, где хранился золотой запас королевства и всяческий дорогой антиквариат, вроде редких картин. Большая часть комнат здесь, однако, пустовала.

Восстанавливая дворец, строители закрыли почти всю каменную кладку, поскольку она была битой и с утратами, которые, за неимением старинного, пришлось восстанавливать обычным кирпичом, чтобы скрыть эти заплаты. Поэтому перед этими стенами стояли деревянные стены, покрытые дорогими обоями и позолотой. Но поскольку они были тонкими, то все, что висело на стенах, крепилось не на гвозди, а на болты, которые надо было закручивать с внутренней стороны. А значит, нужно было обеспечить к ним доступ.

В этих узких проемах всюду были поставлены деревянные стремянки, которые Ванек звал драбинами. По ним можно было подняться на следующий этаж либо спуститься ниже. Нетот с Ваньком свободно скользили по внутренней части замка, научившись быть бесшумными и гибкими, находя выходы наружу в самых неожиданных местах.

Над третьим этажом, то есть на чердаке, можно было передвигаться свободно, но ходить надо было только по балкам. Наступать на потолки было опасно. Доски перекрытия были толстыми и выдержали бы, но с них могла посыпаться лепнина. Поэтому здесь они ползали особенно тихо, стараясь быть очень легкими. Нетоту это давалось даже проще, чем Ваньку, словно он мог немножечко летать.

Ванек показал ему несколько щелей, под которыми растрескалась штукатурка потолка в королевских покоях. И они иногда слушали, о чем говорят король и королева. Также показал он и сходы, по которым можно было спуститься прямо к спрятанным дверкам в покои королевской четы. Но туда спускаться они не рисковали.

Слышимость через щель была плохая, но все же они разобрали из одного разговора, что в королевстве не все так спокойно, и по докладам Мазепы, в стране зреет недовольство, готовое перерасти в заговор. Заговорщикам очень не нравилось то, что король отошел от ориентации на Евросоюз и склоняется к Империи. К тому же они прознали, что он хочет отправить сына в Империю, и были готовы этого не допустить.

Это насторожило обоих, и они вернулись со своей прогулки в тот вечер весьма задумчивыми…

Между тем время шло, и наступил август, а значит, отъезд стал совсем близким. Это ускорило события.

Обычный распорядок дня королевского дядьки был по-прежнему плотным, к тому же они добавили к нему с Ваньком еще одно упражнение. Ванек знал все камеры видеонаблюдения во дворце и показывал их Нетоту. Нетот же решил не запоминать, а научиться чуять камеры заранее, и потому, когда Ванек предупреждал, что дальше камера, он останавливал его и старался определить, где она спрятана. И ему это стало удаваться, хотя вряд ли он мог бы объяснить, что именно можно чуять в камере наблюдения или подслушивающем устройстве.

Научившись этому, он смог обнаружить видеокамеры в спальнях и короля, и королевы. А поскольку они с Ваньком намеренно учились находить у камер мертвые зоны, то скоро Нетот знал, где в спальнях все видно, а где камеры слепнут.

Но более всего ему нравилось слушать, что творится в кабинете главы Секретной службы. В его кабинете камер не было, но зато были дырки в стенах, через которые можно было смотреть. И друзья подсмотрели, как в один из дней после их знакомства с Мазепой он вызвал к себе того куратора, которого приставил к ним.

– Ну и как они?

– Гаденыши действительно вовсю готовятся к учебе в Империи, – усмехнулся куратор.

Мазепа тоже засмеялся.

– Надеюсь, досье основных игроков ты им не даешь?

– Само собой. Но они некоторых из них вычислили по публикациям и требуют.

– Ну, убери оттуда ключевые места… Явно не отказывай. Впрочем… – и Мазепа хмыкнул. – Будто они до них доберутся! Не занимайся ерундой, давай то, что требуют, а сам займись главным.

– Занимаюсь. Катаются каждый день. Маршрутов у них всего четыре. Обсуждают, куда поедут, часто накануне. Так что мы вполне сможем подготовиться. Дайте только отмашку.

– Пока еще рано. Надо все подготовить. Начиная с нашего павлина… Нам ведь нужен террор и хаос, а?

– Да, будет хаос, никто и не заметит, как кто-то лишний исчез…

– Хаос мы создать можем, а вот террор нам вручить может только он! Сегодня пойду обрабатывать. Скажу о том, что на гаденыша готовится покушение. Но сказать надо умно, а то он его запрет в замке, и не доберешься. Хотя на этот случай есть у меня одно чудесное средство… Но к помощи чудес лучше прибегать пореже, дорогое удовольствие. Так что постараемся обойтись своими силами. Вот я и решаю, как это так сказать, чтобы и напугать, и не подтолкнуть к действиям…

– А что наши друзья?

– Сегодня должен быть человек от них. Пока все стабильно. Если подтвердит, что Евросоюз примет меня в качестве главы, то действуем…

Этот разговор по-настоящему напугал друзей, но они решили пока никому о нем не говорить. Однако на следующий день Нетот, проходя по дворцу, случайно увидел, как Мазепа пошел в сторону королевских покоев. Наплевав на то, что был день, Нетот развернулся и направился на кухню, но как только пропал из обзора камер, юркнул в шкаф и по привычным теперь ходам помчался к кабинету короля.

Король сидел за своим письменным столом, подняв голову от бумаг, Мазепа стоял перед ним. Они беседовали.

– В общем, донесения очень смутные, – говорил глава Секретной службы, – похоже, мы только начинаем нащупывать что-то… Но они пронюхали, что вы собираетесь отправить принца в Педагогическую провинцию.

– Как они могли пронюхать?! – воскликнул король. – Все же держалось в тайне.

– Может, дядьке говорили об этом?

– Ну, дядьке говорили… конечно.

– Ничего не хочу сказать, но в этом дворце и у стен есть уши. Слуги могли подслушать. А на кого они работают, мы не знаем. Факт один, проевропейская партия явно недовольна сменой курса и, возможно, готовит даже переворот.

Король вскинул брови, но Мазепа поднял ладони в успокаивающем жесте:

– Это я по обязанности предполагаю самое худшее. Мне благодушие не полагается по должности. Но в одном из сообщений звучит, что они готовы устранить принца, только бы не дать укрепить связи с Империей.

– Как устранить?! – воскликнул ошарашенный король.

– Не знаю. Но предполагаю, что отравить. Видимо, у них есть кто-то среди слуг.

– Тогда его надо отправлять как можно быстрее.

– Спешка также опасна. Я бы предпочел арестовать кого-то из оппозиции и допросить для начала.

– Да, это надо.

– Возможно, после этого вскроются такие вещи, что арестовывать придется многих. Причем даже из числа близких к вам людей. Готовы ли вы к такому сценарию?

Король опустил голову и задумался. Потом поднял глаза на Мазепу:

– Ну, если потребуется, действуйте, гетман.

– Что бы я еще посоветовал. Я вам представлял человека из моей службы, которого поставил куратором к принцу. Если вскроется, что утечка идет от дядьки, а мне этот выскочка совсем не нравится, причем, не лично, а профессионально, то я бы порекомендовал этого куратора на роль дядьки. По крайней мере, мы всегда будем знать, что происходит с принцем, где бы он ни был.

– Да, конечно, – согласился король, явно думая о чем-то ином

– В таком случае, позвольте мне откланяться, – поклонился Мазепа.

Король кивком головы отпустил его, но как только дверь за Мазепой закрылась, вызвал к себе слугу:

– Где сейчас Ее Величество?

– У себя, – ответил слуга и был отпущен.

Король задумчиво поднялся и пошел к выходу. А Нетот помчался по переходам на чердак, чтобы послушать, о чем будет говорить королевская чета.

Глава 17
Опасный месяц август

Наступил август, до отъезда осталось меньше трех недель, и вокруг королевича и его дядьки началась какая-то возня. Почувствовав опасность, Нетот теперь накануне утренней поездки громко предлагал, куда ехать завтра. А на следующий день ехал туда, куда ему указывала светящаяся дорожка. Он научился видеть ее даже из машины. В итоге все проходило тихо.

Но это тоже было нехорошо, потому что враг оказывался как бы невидим, и мог придумать что-то неожиданное. Поэтому однажды утром Нетот не свернул туда, куда вела дорожка, а поехал так, как они решили накануне. Вел машину он сам. К этому времени водил он уже хорошо, хотя понимал, что еще отстает в знании правил дорожного движения.

В эту поездку он взял с собой Горыныча и перед самым выездом объявил, что это тренировка на случай возможных опасностей, поэтому заставил всех надеть бронежилеты и взять оружие. Горыныч сразу насторожился, а королевич отнесся ко всему с улыбкой, но все требования выполнил и даже пристегнулся. Горыныч прихватил с собой автомат и стальной щит, который ему подарили в спецназе, и уселся на заднее сиденье.

Но в этот раз Нетот не проверял, может ли водить на скорости или совершать крутые повороты. Он вел осторожно и не разгонялся. Световая дорожка несколько раз показывала ему, что надо свернуть на какие-то другие дороги, но Нетот упорно вел машину вперед, пока не увидел, что навстречу едет огромный грузовик. Он тут же прикинул, где можно свернуть с дороги, увидел боковой съезд впереди, понял, что успеет, и ускорился, чтобы успеть до встречи с грузовиком.

Грузовик начал разгоняться, и Нетоту приходилось гнать машину все быстрее. Горыныч и королевич сразу поняли, что происходит что-то опасное, и Горыныч тут же приготовил щит, чтобы закрыть королевича, если из грузовика начнут стрелять. Но грузовик был предназначен не для стрельбы, он нацеливался на лобовое столкновение и ехал посередине дороги, а прямо перед встречей начал смещаться навстречу.

Нетот, однако, успел. Сначала он показал, что уходит влево, на встречную полосу, вынудив грузовик дернуться вслед за ним, но на самом деле он лишь увеличил себе радиус поворота и резко ушел на боковую дорогу, так что даже не слетел в кювет.

Грузовик с ревом промчался мимо, вильнул несколько раз, чтобы не слететь с дороги, и это замедлило его ход. Нетот и Горыныч тут же выскочили из машины, и Горыныч дал очередь по кабине. Нетот же прицелился в переднее колесо и выстрелил, когда пришло чувство, что попадет. И попал. Нагрузка на колесо была так велика, что от попадания его разорвало, и грузовик пошел боком и улетел с дороги, начав кувыркаться.

Когда они все втроем подбежали к нему, грузовик лежал на боку, колеса вращались, но из кабины никто даже не выглядывал. Горыныч тут же осторожно обошел кабину с автоматом наготове и кивнул Нетоту:

– Готовы.

Нетот тоже поглядел в переднее окно. В кабине было двое, и они лежали в невозможных позах друг на друге с неестественно вывернутыми ногами и руками. Нетот вспрыгнул на капот грузовика, добрался до двери и проник внутрь кабины. Там он обыскал обоих, но не нашел даже документов. Единственное, что было ценным, это фотография королевича…

Он выбрался из кабины, спрыгнул на землю и показал фото королевичу. Тот вытаращил глаза и спросил:

– И что это значит?

– Э, Ваше Высочество, – хмыкнул Горыныч, – а вы в большой опасности!

После этого они сели в машину и вернулись обратно во дворец. И королевич впервые не улыбался, словно резко повзрослел. Перед самым дворцом Нетот сказал:

– Отцу доложи о покушении, а про фото никому ни слова. Про покушение все подробности, а про фото не надо.

– Даже отцу? – спросил королевич.

– Ему особенно. Похоже, он слишком доверяет тем, кто хотел тебя убить… Не надо, чтобы они раньше времени заподозрили, что мы что-то знаем. Не расстраивайся, я кое-что придумал. Если не сглупим, все будет хорошо.

Покушение на королевича развязало руки не только главе Секретной службы, но, как ни странно, и Нетоту. Теперь он чувствовал, что может действовать. Для начала, правда, он просто проник тайными ходами за стену королевского кабинета и долго слушал, что там происходило. А происходило следующее.

Королевич, как они и договаривались, сразу пошел с Горынычем к королю и рассказал про происшествие на дороге. Горыныч все подтвердил. На вопрос, где дядька, они ответили, что сразу же куда-то убежал. Король велел прислать к нему Нетота, как только он вернется, отпустил королевича, а сам вызвал главу Секретной службы и сходу ошарашил его:

– Гетман, ты знаешь, что сейчас было совершено покушение на королевича?!

– Никак нет! – ответил Мазепа, несколько растерянно. – И как? Все благополучно?

– К счастью, благополучно. Его охранники справились. Пошли своих людей, пусть все обследуют.

– Сей секунд! – отрапортовал Мазепа и по телефону отдал приказ, чтобы ехали на ту дорогу, где было покушение, и провели полное расследование. А потом повернулся к королю:

– Мне нужно больше полномочий, Ваше Величество! Мне нужно больше полномочий! Враги начали действовать, значит, скоро они могут совершить покушение на вас!

– Будут тебе полномочия, готовь указ. Я подпишу. Иди и действуй!

Мазепа, раскланиваясь, вытек из двери королевского кабинета, а Нетот стремительно помчался по пыльным переходам к кабинету главы Секретной службы. Когда он глянул в дырку в стене, Мазепа сидел за своим столом, заканчивая какой-то разговор по телефону, стоявшему у него на столе. Нетот успел услышать только:

– …обстоятельствах надо действовать. Жду вас завтра на нашем месте.

Тут в его кабинет вошел их куратор, Мазепа положил трубку и какое-то время в упор глядел на него. Потом вздохнул и сказал:

– Не справились твои профи. Эти уроды, похоже, их перестреляли.

– Какие уроды?

– Дядька и тот здоровенный дебил, что у него охранником.

– Хреново, – сказал куратор.

– Хреново, но не очень… Король напуган и готов подписать указ об особых полномочиях. Но гаденыша все равно надо кончать. Иначе у него всегда останется право на престол. А ты знаешь Евросоюз, они фиг утвердят меня на власть, если жив законный наследник. Демократы долбанные!

– Сделаем. А когда самого убирать будем?

– Павлина надо убрать в результате народных волнений. Чтобы выглядело, будто из толпы выстрелили. Иначе я буду плохо выглядеть, а это не полезно для спасителя государства. Да и Евросоюз диктаторов не любит…

– Значит, у меня две задачи: подготовить народные волнения и пару стрелков, чтобы могли снять батьку из толпы.

– Пару в толпу, а одного со снайперской винтовкой на крышу, чтобы уж наверняка.

– Это проще всего. Сложнее зарядить народный бунт. Что может быть движущим лозунгом?

– Начни с социалки, с уровня жизни, с пенсий, в конце концов…

– Может, сделать митинг проевропейским?

– И тогда получится, что стреляли в него сторонники Евросоюза? Вот они нам благодарны будут. Лучше сделай его проимперским, собери тех, кто за Империю, натрави, и у нас появится право их всех убрать.

– Ну да, заодно сразу и выявим всех, кто может поднимать бучу за Империю…

Нетот вернулся к себе, переоделся и направился к королю. Рассказывая о происшедшем, он все время наблюдал за королем и понял одну вещь: король ожидает, что его Секретная служба защитит и спасет его и его семью. Высказать хоть какое-то сомнение в Мазепе без железных доказательств было смерти подобно. И он спокойно принимал благодарности короля и королевы за то, что спас их сына.

Глава 18
Визит к королеве

С утра, как обычно, Нетот сделал зарядку и остальные дела, чтобы никто не заметил, что в их распорядке дня хоть что-то изменилось. Но королевича он с собой в этот раз не брал, а Горыныча и Ванька оставил при нем, строго настрого приказав глаз с наследника не спускать.

У спецназовцев он показывал тот вид борьбы, когда ты работаешь не с телами, а с силами, то есть с опорами. В этой борьбе было запрещено бросаться в ноги и требовалось свалить противника из стойки одними руками.

Кто-то из спецназовцев сказал, что борьба – это самый сильный вид единоборств, без которого нельзя, все боксеры и каратисты проигрывают борцам! На что Нетот ответил:

– Самообман. Это хорошо на соревнованиях. А на улице переход в борьбе на землю означает, что ты сам себя уложил спиной кверху, да еще и связал противником. Подбегут его товарищи и запинают или заколют, верно? В бою вы должны ценить выше всего именно свободу и подвижность. Вот и учитесь, как ронять противников и не падать самим!

Сам Нетот укладывал спецназовцев, словно складывающиеся картонные игрушки, а они друг с другом упирались и не могли чего-то нащупать. Тогда он предложил им попробовать свалить его сначала вдвоем, потом втроем, а потом и большой толпой. И когда увлеченные бойцы таскали его по всему залу, не в силах уронить на пол, странное воспоминание ворвалось в его сознание, будто все это уже было, только те бойцы были одеты в старинные стрелецкие одежды…

После занятия Нетот сказал майору:

– Есть разговор к вам с полковником.

Майор кивнул и повел его наверх, в кабинет полковника. Там он мотнул головой в сторону Нетота:

– Разговор.

Полковник, поднявшийся, чтобы пожать Нетоту руку, тут же крикнул девушке в форме:

– Открой нам!

И они снова перешли в защищенное помещение спецсвязи. Там Нетот сразу перешел к делу:

– Все ускоряется.

– Слышали уже. Покушение? Кажется, вы с Горынычем хорошо отстрелялись!

Нетот кивнул, но не стал на этом задерживаться.

– Я хочу уехать в Империю как можно скорее, пока они не добрались до королевича.

– А что, есть ощущение, что это не последняя попытка?

– Определенно. И не ощущения, а разведданные, как у вас говорится.

Полковник с майором переглянулись и вопросительно уставились на Нетота.

– Когда у вас пойдет очередной транспорт, с которым вы нас с королевичем сможете отправить?

– Нам потребуется несколько дней, чтобы все устроить. Ну, хотя бы пара. Продержишься?

– А куда деваться? – усмехнулся Нетот, и спецназовцы посмеялись вместе с ним. – Да у меня еще и есть кое-какие дела, так что это как раз.

Они пожали руки, и Нетот отправился к себе.

Во дворце Нетот до вечера занимался с королевичем изучением досье людей власти из Империи и делал это рьяно, так что королевич даже спросил его:

– Мы скоро уезжаем?

– Не говори об этом, но надо уезжать как можно быстрее. Поэтому постарайся добыть из нашего куратора папки на тех, кого мы высчитали как скрытую власть. И изобрази, что мы небрежно листаем папки, не читая, а так, в основном запоминаем фотки. Поэтому нам надо больше папок.

Королевич молча кивнул, и было видно, что в его душе поселилась тревога. Но в то же время то, что Нетот действует, отзывалось в глазах королевича надеждой. Пролетевшая рядом с ним смерть заставила его безвозвратно поумнеть.

Кроме того, Нетот отправился с Горынычем в гараж, где последнее время брал у него уроки простейшей механики, чтобы в пути смочь починить доступные поломки машины. Сделал это так, чтобы все наблюдение знало, что они в гараже.

Но как только появилась возможность, взял бутылку воды и юркнул в пыль тайных ходов замка. Там он поднялся на третий этаж и быстро нашел метку – палочку с привязанной к ней веревочкой, которую Ванек воткнул по его просьбе над тем местом, где на стене возле покоев королевы была коробка распределения. Как они выяснили, камеры наблюдения питались отдельным проводом, который шел из этой коробки.

Ванек раскопал в потолке дырку, через которую был видна коробка, а ее верхний край неплотно прилегал к стене – тоже работа Ванька. На крыше же над этим местом светилась крошечная звездочка – дырочка в кровле. И от нее, как бы случайно, опускалась доска, подходившая почти к дырке над коробкой.

Нетот дотянулся как можно выше и полил доску из бутылки. Вода стекла по доске, впитываясь в ее сухую поверхность, так что на ощупь доска стала влажной, а на поверхности потолка образовалась лужица, которая медленно всасывалась в доски перекрытия.

Дождавшись, когда вся лужица впиталась вокруг той дырки, что вела к распределительной коробке, Нетот стал осторожно лить воду в дырку так, чтобы тонкая струйка стекала по стене к коробке. Вода всасывалась в штукатурку стены, и штукатурка темнела. Нетот не спешил, давая возможность стене обрести вид старой промочки. Предыдущей ночью шел дождь, поэтому промочка выглядела естественно.

Но как только она стала достаточно большой, Нетот принялся капать воду прямо в коробку через щель возле стены. Сначала ничего не происходило, а потом раздался треск, появились искры, и все стихло. Нетот тут же засыпал дырку мусором и полил его сверху водой, а сам пошел к той стене, где был спуск.

Там он посмотрел в покои королевы. Ее не было в гостиной. Он перешел к спальне. Но и там ее не было. Она сидела в кресле в своей библиотеке и что-то читала. Именно в библиотеке один из шкафов был дверкой в покои королевы.

Нетот отпер замочек, который держал шкаф плотно, словно он всего лишь книжный шкаф, и осторожно приоткрыл его. В этой комнате были установлены две видеокамеры. И Нетот чувствовал, что они умерли. Также здесь были рассованы жучки подслушивания. Но они тоже питались от сети, и потому должны были умереть. Риск, правда, все равно был, но Нетот посчитал, что в этом случае стоит рискнуть.

Королева, услышав шорох, с удивлением подняла на Нетота глаза. Он приложил палец к губам и осторожно проскользнул в кабинет, не закрывая за собой шкаф. Не приближаясь к королеве, поклонился и тихо сказал:

– Ваше Величество, простите меня за эту дерзость, но обстоятельства вынуждают. Мне есть что вам сказать, а другого способа поговорить с вами тайно не было.

– Вы могли просто прийти ко мне на прием, и все осталось бы между нами. Или вы мне не доверяете? – сказала королева, и Нетот чувствовал по ее голосу, что она сердита.

– Ваше Величество, и ваши покои, и покои короля сплошь уснащены видеокамерами и жучками, тайно там не поговоришь…

– Бросьте! Мой муж постоянно требует от Службы безопасности, чтобы они проверяли наши покои на предмет прослушки. И они каждый месяц лазают по стенам со своими приборами.

– И ставят новых жучков? – спросил Нетот, подошел к тому месту в стене, где ощущал камеру, и показал королеве крошечный стеклянный глазок прямо в центре цветка на обоях.

Она поднялась, подошла и принялась рассматривать глазок вплотную, потом взяла из стола лорнет и еще раз рассмотрела его под увеличением:

– Такой крошечный! Я думала, они хотя бы с ноготь…

Нетот не стал поддерживать этот разговор, достал снимок королевича и протянул королеве.

– Ну? – спросила она, посмотрев на фото.

– Он был у водителя того грузовика, что пытался нас сбить.

– Они охотились именно на него?!

Нетот только кивнул.

– А Мазепа сомневается, что это вообще было покушение…

– Я не вправе высказывать свои сомнения королю, меня взяли, чтобы я охранял королевича. Но могу сказать вам, чтобы вы поняли всю серьезность происходящего. Можете не принимать это к сведению, но примите это объяснением моей тревоги. Мне удалось подслушать разговоры, из которых ясно, что Мазепа готовит государственный переворот. Он уже договорился с Евросоюзом, что станет главой государства, когда все произойдет…

– Да бросьте, Мазепа предан нам!

Нетот молча показал на глазок и продолжил:

– Я считаю, что если наследник останется жив, то получить власть, убрав короля, станет чуточку сложнее. Поэтому я хочу увезти королевича в Империю как можно скорее. И сделаю это тайно. Но мне нужно, чтобы вы сделали нам подорожную, обеспечили королевича деньгами на время учебы и устроили так, чтобы по ту сторону границы нас ждала машина.

– Это все?

– Все, насколько это вижу я.

– А загранпаспорта?

– Паспорта?..

– Иногда вы поражаете меня своей мудростью, а иногда полным отсутствием знаний современной жизни. Мне часто хочется спросить: кто вы такой?

– Ничего сверх того, что вы про меня знаете и выяснила Секретная служба, сказать не могу, потому что и сам не знаю. Но пока вам достаточно знать, что я – дядька вашего сына, а первая задача дядьки – его защита. И я выполню все, что принял, как свои обязанности. Вероятно, его высочеству там понадобятся слуги и охрана. И поэтому, если возможно, сделайте паспорта еще и на Ванька и Горыныча.

– По условиям учебы в Педагогической провинции с собой можно иметь только одного наставника или дядьку. Вам придется как-то пристраивать этих двоих снаружи.

– Думаю, выживут. Они ловкие. А вот выживут ли они здесь, я не уверен.

– Как быстро вам это все надо?

– Как можно быстрее. Каждый день опасность нового покушения возрастает. И, чтобы вы знали, короля попытаются застрелить во время беспорядков, которые устроят якобы сторонники Империи. Причем, стрелков будет несколько, один из них снайпер.

Королева с ужасом поглядела на Нетота. Похоже, теперь она ему верила.

– Ну и желательно сделать это все так, чтобы до нашего исчезновения никто не пронюхал.

– Я женщина. Можете не напоминать о тайне.

– Тем не менее, не забывайте, все ваши служанки, и все слуги короля работают на Службу безопасности.

– Как вы можете это знать?

– Я их видел там на докладах.

– Как вы могли это видеть?

– Вот так же, – он показал на открытый шкаф, через который пришел. – Поэтому, если в этих делах это может понадобиться, я бы прислал вам девушку, которая будет предана только вам.

Королева помолчала какое-то время задумчиво, потом вздохнула:

– Присылайте.

– Тогда используйте это время, чтобы попрощаться с сыном. Я не уверен, что вам будет просто с ним увидеться снова…

– Как жаль, что ты не дядька моего короля, – тихо прошептала она, глядя вслед Нетоту, исчезающему за книжным шкафом.

Глава 19
Тяжелая ночь

Перед сном Нетот сделал перестановку мебели у себя в гостиной, тем самым оборвав питание с пары жучков. Третий пока оставил. После этого позвал к себе Горыныча и сказал, что намерен учить еще и фехтованию на коротких клинках

– Да что стоит твой клинок против пистолета! – закричал Горыныч.

– А ну доставай свою пушку! – воскликнул Нетот, выхватывая дедовский тесак.

Горыныч потянулся за пистолетом, но Нетот одним прыжком оказался у него сбоку, так что мог отрубить правую руку. Они начали скакать по комнате – Горыныч, пытаясь вынуть пистолет, а Нетот, предупреждая его действия. Пока они так скакали, Нетот случайно проткнул картину, за которой находился третий жучок, и перерезал его провода.

Повредив картину, они покачали головами, поцокали и уселись есть ветчину, которую Нетот прихватил, возвращаясь от королевы. Все выглядело естественно. Жуя ветчину, Нетот попросил Горыныча завтра же сделать что-нибудь, чтобы Петро надолго загремел в больницу, но чтобы это выглядело как несчастный случай.

– Пришли его ко мне в гараж что-нибудь забрать из машины, – ухмыльнулся Горыныч улыбкой злого великана.

Нетот вручил ему всю ветчину и отправил к себе. А сам позвал Оксану. И пока она поила его кофе, сказал:

– Я тебе сейчас кое-что скажу, но ты продолжай улыбаться, как будто ничего не происходит, пей кофе, ешь конфеты. Прослушки нет, а видеокамеры тебя видят.

Она кивнула.

– Я видел, как Петро тебя подбивал пойти на службу к Мазепе.

Она изобразила лицом что-то такое, что должно было означать согласие.

– Не пошла пока?

– Нет, конечно!

– Вот и не ходи. Завтра выбери случай проскользнуть к королеве, когда других служанок нет, и скажи, что тебя прислал я. Будешь пока девушкой для тайных поручений. И работай после этого только на нее.

Лицо у Оксаны начало вытягиваться, но Нетот тут же сунул ей конфетку, и она благодарно запихнула ее в рот целиком, хотя до этого всегда откусывала по кусочку.

– Пошли-ка ко мне Петро! – сказал он Оксане, отправляя ее.

Петро прибежал быстро. Видно, терся возле двери.

– Петро, – приказал Нетот, – с утра сбегаешь в гараж к Горынычу, я выронил где-то колечко. Может, в машине. Обыщи всю.

– Будет исполнено, – ответил Петро с поклоном и испарился.

После этого Нетот лег спать, но сон в эту ночь был тревожен. Сначала он услышал голос своего отца, но голос этот прорывался, словно сквозь помехи, и разобрать его было невозможно. Все, что осталось в сознании Нетота: начинается!

Затем отец совсем перестал быть слышен, хотя Нетот и ощущал, что он не ушел, зато поползла какая-то тьма. Тут же за окном завыли собаки, так что Нетот слышал их сквозь сон. Тьма, похоже, была огромной, и задевала Нетота лишь самым краешком. Но даже этого хватало, чтобы испытывать жуть. Опять же откуда-то издали к нему прорвалось имя: Геката…

Он не знал, чье это имя, и кто такая Геката, хотя догадывался, что это какое-то божество из темных. И самое неприятное, он не понимал, враждебна ли она, или же это божество дружественное. Но тут он сквозь закрытые веки почувствовал, что в окно заглянула Луна, и это его сразу успокоило.

Геката, между тем, шла по городу, и все новые собаки начинали выть по мере ее движения. Вскоре завыли сторожевые псы, которых гвардейцы держали для охраны дворца, и болонки фрейлин. Нетот силился проснуться, но что-то его удерживало спящим на самом краю пробуждения. И тут Геката подошла ко дворцу и начала расти, и доросла до окна спальни Нетота. Здесь она протянула руку, сотканную из мрака, и туманным ногтем поскребла о стекло.

Нетот наконец вырвался из сна, подпрыгнул и бросился к окну. Но там уже никого не было, только Луна ласково улыбалась ему с неба. Он поклонился ей, хотя и сам не понимал, зачем это делает, и принялся одеваться. В его сознании крутилось лишь одно слово, оставшееся от Гекаты: тревога…

Одевшись и проверив, легко ли выскакивает из родимого пятна на руке дедов тесак, он направился к спальне королевича и постучал в дверь. Внутри было тихо, и это его тревожило. Он постучал еще и еще. Ничего не происходило. Тогда Нетот достал уже давно изготовленную в гараже отмычку и сам отпер дверь. Заперев ее за собой, он приставил к ней кресло и тихо пошел в спальню Януша.

Королевич спал детским сном в своей постели, был жив, и ничего страшного с ним не происходило. Нетот нашел в шкафу покрывало, отодвинул большое кресло, стоявшее у стены, в самую тень и устроился дремать, положив тесак себе на колени. Так он дремал, пока снова начавшийся вой собак не встревожил его. Выли где-то далеко, будто Геката лишь подавала ему знак.

Он снял покрывало, чтобы не мешало, взял в руку тесак и приготовился. Не прошло и нескольких мгновений, как снаружи раздался шорох, и чья-то рука раскрыла незапертое окно. Нетот было хотел впустить врага внутрь, но не захотел рисковать жизнью королевича, тихо поднялся и, оставаясь в тени, перешел по стене поближе к окну. И как только на раме окна появились пальцы руки, раскрывавшей его, провел тесаком сверху вниз, отсекая все пальцы.

Из отрубленных пальцев полыхнул синий свет, тварь, что пыталась пробраться внутрь, взвыла, перестав себя скрывать, и, несмотря на раны, рванулась внутрь. Но у Нетота было то преимущество, что она не приготовила оружие, пока открывала окно. Он переместился, встав прямо перед окном, и ударил противника по запястью, как только тот схватился за свой клинок.

Кисть и с ней короткий клинок, размером с палаш Нетота упали на пол. Тварь на миг замерла, и Нетот тут же приставил ей к горлу острие палаша. Выглядела тварь почти как человек, но, когда на ее лицо упал луч лунного света, Нетот понял, что это существо не человеческой природы. Он резко вонзил палаш в горло, но тварь извернулась и с огромной раной на шее спрыгнула с окна. Было слышно, как она, воя, убегает, а вокруг лают и без того взбудораженные собаки.

На эти звуки проснулся королевич, сел в кровати и удивленно смотрел на Нетота, стоявшего у окна:

– Что случилось?

– Кажется, Ваше Высочество, нам дан намек, что наше пребывание в королевстве затянулось… – ответил Нетот потрясенно.

Он не сел в свое кресло, а закрыл окно и пошел в ванную, где включил свет и рассмотрел свой тесак. По его лезвию бежали разводы крови. Он смыл их горячей водой и обнаружил, что разводы остались на металле клинка, словно гравировка. Выглядело это так, как если бы клинок был кованным из Дамаска.

– Что же это за тварь такая? – подумал Нетот, уступая место у раковины королевичу.

– Я так понял, что это было еще одно покушение? – спросил королевич, засунув в рот зубную щетку.

– Покушение… – кивнул Нетот, все еще ошарашенный. – Сказать: «Покушение», – это ничего не сказать…

– А что не так? – спросил королевич.

Но Нетот не стал ничего отвечать, вышел в спальню, включил свет и пошел к окну. В глубине души он ожидал, что отрубленные пальцы, кисть и клинок сразу же исчезнут. Но они лежали разбросанными возле окна. А кровь, вытекавшая из них, проела ковер и немножко пол.

– Думаю, – сказал Нетот королевичу, – вам стоит позвать сюда вашу мать.

– Не отца? – спросил королевич, вставая рядом и с удивлением рассматривая трофеи.

– Пока нет. С отцом лучше поговорит она.

– Это верно, – согласился королевич и отправился сам за своей матерью.

– А я пока прослежу, куда эта тварь ушла, – сказал Нетот и быстро пошел на ту сторону дворца, куда выходили окна королевича.

Там он нашел явные следы крови той же твари и пошел по ним. Следы уходили в маленькое окошечко в цоколе здания, ведшее в подвал. Во всех подвальных окнах стояли решетки, а в этом их не было…

Нетот не стал спускаться в подвал, поскольку следы этой крови нельзя было просто стереть с камней или затоптать, а вернулся в комнату королевича, чтобы не оставлять его одного. Он ни к чему не прикасался, пока не пришла королева. Сам по себе факт покушения потряс ее. Но вид странных когтистых пальцев, похоже, даже не поддавался осмыслению.

– Что это?! – только и смогла прошептать она.

Нетот поднял короткий клинок, стряхнув с него вцепившуюся кисть. Обтер его полотенцем, подержал в руках. Клинок был выкован из единого куска металла в виде змеи, у которой от хвоста вверх тянулся то ли острый плавник, то ли гребень. Дальше змея свивалась в клубок и, продолжая виться, переходила в рукоятку, а за ней превращалась в кольцо, внутри которого пряталась маленькая треугольная головка. Он вполне уютно сидел в руке. Ощущалось, что это не простое оружие.

После этого Нетот посмотрел на свой палаш и опять подумал о том, что это тоже оружие непростое.

– Завтра начнем учиться фехтованию на коротких клинках, – сказал Нетот, давая королевичу рассмотреть боевой трофей, и тут же обратился к королеве. – Ваше Величество, вы ведь сможете устроить так, чтобы завтра после завтрака никого из ваших служанок не было в ваших покоях? Я пришлю вам свою девушку, примите ее для того, чтобы она обслуживала нас.

Королева молча кивнула. А Нетот поднял покрывало и показал на свое кресло:

– Решите сами, пожалуйста, как с этим быть и что рассказывать королю. Но с сегодняшнего дня я сплю здесь.

Глава 20
В осаде

Еще до прихода королевы Нетот взял в руки пульт от телевизора, что выглядело так, будто у него какой-то прибор для поиска жучков, и вырвал из стен все камеры и микрофоны. Его чутье обострилось, и он теперь находил любые скрытые приборы. Поэтому с ней он разговаривал свободно.

Сразу после ее ухода он выглянул за дверь, обнаружил, как и ожидал, околачивающегося под ней Ванька и отправил его слушать все, что будут говорить у главы Службы безопасности, попросив прислать к нему Горыныча.

Горыныч примчался с грохотом, явно почуяв драку, и как только увидел следы нападения, предложил, что будет спать на коврике поперек двери, чтобы никто не вошел. Нетот засмеялся и сказал, что они поступят проще. И нарисовал, как сделать железный засов на дверь. Горыныч был туповат по жизни, но как только дело касалось боя или драки, соображал хорошо. И уже вскоре он принес все необходимое, вырезав все части засова в гараже.

– Да, сударь, должен сообщить вам печальную весть, – сказал он, раскладывая части засова на столике возле двери. – Вы остались без слуги. Ваш Петро случайно попал сначала под карданный вал, а потом на него упала еще и стойка с железом… Я его предупреждал, что в гараже надо быть осторожней…

– И как серьезны повреждения? – спросил Нетот, косясь на королевича.

– О, несколько внутренних переломов рук, ног и ребер и, похоже, сильный ушиб печени. Может быть, разрыв. Она у него, кажется, была нездорова…

– Что говорят врачи?

– Прогноз в целом положительный: жить будет. Но придется полежать в больнице несколько месяцев, потому что есть такие повреждения, которые потребуют нескольких операций…

– Да, ужасно! – покивал Нетот, принимаясь за двери.

Они с Горынычем поставили под наблюдением королевича на двери его покоев такой засов, который нельзя было открыть снаружи, и сделали глазок, через который можно было посмотреть, кто стучится. И Горыныч тут же обмерил окна и побежал делать на них решетки.

– Мы прямо как в осаде! – воскликнул Королевич, и Нетот вынужден был с ним согласиться.

Тут в дверь постучали, Нетот крикнул:

– Кто там?

И голос Оксаны ответил:

– Ее Величество королева!

Нетот открыл дверь и с поклоном впустил в покои королеву, вслед за которой вошла и Оксана. Королева осмотрела засов и глазок, слегка поморщилась и сказала:

– А если вы откроете глазок, а через него в вас выстрелят? Может, вам завести какой-то особый стук для своих?

– Конечно, Ваше Величество, – ответил Нетот, – и мы будем благодарны, если вы лично предложите такой стук.

Королева придумала, как им всем стучать, а потом спохватилась:

– Да, я позаимствовала вашу горничную. Мои девушки все заняты, поэтому еду вам будет носить Оксана. Она, так сказать, будет выполнять мои особые поручения. Если что, можете через нее передавать мне весточки, Ваше Высочество, – улыбнулась она королевичу. – Насколько я понимаю, ваш дядька ей полностью доверяет.

Нетот склонил голову.

Королева пригласила их с королевичем в другую комнату и раскрыла дамскую сумочку:

– Тогда вот вам для начала немного денег, – сказала она и выложила на стол две толстенные пачки, в которых были купюры и с русскими надписями, и с иностранными. – Остальное по возможности буду перекидывать вам вот на эту карточку, – и отдала ему пластиковую кредитную карту. Это кредитка Центробанка Империи, так что там у вас не будет проблем с обналичиванием.

Королевич взял карточку, одну пачку денег отдал Нетоту:

– На оперативные расходы.

Королева кивнула и протянула Нетоту еще одну карту:

– Это ваша. Тут положена некоторая сумма на всякий случай, чтобы обеспечить вас деньгами на время учебы наследника. Но если будет возможность, вы будете по-прежнему каждый месяц получать свою зарплату.

Нетот поклонился.

Затем она внимательно посмотрела на Нетота, словно призывая его быть внимательным, и снова сказала королевичу:

– Я не знаю, как будут развиваться события в нашей стране. Поэтому я отдаю вам доступ еще к одному счету в Империи. На нем резервный фонд нашего государства. Это довольно большие деньги. Не трогайте их, пока не поймете, что без этого нельзя.

– А как я это пойму? – спросил королевич.

– В сущности, этими деньгами имеет право распоряжаться только король… А король поймет, – ответила она, развернулась и ушла, махнув Оксане, чтобы она оставалась.

Оксана очень по-женски тут же заперла за ней дверь на новый засов и спросила:

– Господа хотят поесть?

Только тут Нетот с королевичем сообразили, что забыли про завтрак.

– Конечно! И не забудь, что скоро придет Горыныч!

Она засмеялась, сказала: «Закройте за мной», – и упорхнула на добычу.

– Похоже, ей нравится это, – сказал королевич, провожая ее взглядом.

Нетот вынужден был согласиться, понимая, что Оксана сделала резкий скачок вверх, и теперь уже никакой Петро не сможет ее обидеть. Хотя, конечно, найдутся другие, которые постараются сломать девчонку, занявшую и такое высокое положение.

Но не успели они расслабиться, как в дверь снова постучали, и это оказался сам король Август.

– Ваша мать рассказала мне, что ночью у вас были приключения? – обратился он к наследнику, кивнув склонившемуся перед ним Нетоту. – Рассказывайте!

– Лучше показывать, – ответил королевич и провел его в спальню.

Там он показал трофеи – короткий клинок змеистого вида, отрубленную кисть, когтистые пальцы, больше похожие на птичьи, и изъеденную кровью твари раму окна и сожженный ею ковер.

– Как вам, сударь, удалось справиться с такой… с таким… – король даже не нашел слов.

Нетот достал свой тесак, на котором явственно проступали разводы от крови твари, и показал их королю:

– Честно говоря, нам помогали, Ваше Величество, и мне кажется, у нас есть союзники, о которых мы не подозреваем…

– Это следы его… ее крови? – спросил король, проводя пальцем по разводам на клинке.

Нетот кивнул.

– Что ж, я начинаю доверять вам все больше. Сохраните моего сына. Какая помощь вам нужна?

– Объявите официальную дату отъезда через две недели. Запустите в работу подготовку. Снабдите нас средствами. Все остальное мы решим. Да, и желательно, чтобы вы создали такую возможность связи, про которую будете знать только вы с королевичем.

Король кивнул:

– А для себя вы ничего не просите?

– Ну, разве что сделайте это в тайне от главы Службы безопасности. Это будет лучшим подарком.

Король внимательно поглядел на Нетота:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.