Анастасия Куценко
Ласка и охотничий пес

Глава 1

Рога трубили раскатисто, чтобы в каждом уголке поселения их услышал всякий. Девушки вскочили, не понимая, что происходит. Жители за стенами громогласно орали, будто призывая к чему-то.

– Нападение? – спросила Ада Яс, поглаживая по голове прижимающуюся к ней дрожащую Кайлу.

Соланка отрицательно мотнула головой.

– Кто-то сбежал.

Женщина быстро начала осматриваться. Одна из лежанок оказалась пуста.

– Присмотри за ней.

Ада доверила Ясмин младшую, сама кинувшись к выходу.

На улице властвовала утренняя темень, мрак разгонял свет факелов на стенах домов и в руках метавшихся воинов. Выбежав из амбара, побежала за толпой, никто не задержал ее. Остановились на границе деревни, и в тумане она различила удаляющийся силуэт.

– Нет! – заметив натянутый лук, северянка рванула к стрелку, сбив стрелу и та ударила куда-то в землю.

Громила отбросил женщину с диким ревом, долбанув носком сапога поддых, выбивая весь воздух из легких. Чтобы вздохнуть и подняться, потребовалась пара долгих секунд, и их хватило, чтобы заново привести в готовность тетиву и отправить острый наконечник в полет.

Сухо щелкнуло и резвая смерть устремилась вперед, разрезая мглу металлическим росчерком. Все следили за ее полетом, усмирив дыхание. Один, два, три… Приглушенный вскрик. Стрела нашла свою цель.

Ада лежала на земле, стискивая зубы от досады, наблюдая, как бездыханное тело тащат обратно. Вирия, девочка того же возраста, что и Кайла, смотрела в облачное небо невидящими глазами, из груди торчал наконечник, пробив плоть насквозь.

Рывком Аду подняли и повели обратно, не забывая подталкивать в спину. В другое время она бы огрызнулась, но сейчас перед ее взором было лишь бледное лицо ребенка, на месте которого могла оказаться младшая.

Рабынь выгнали из амбара, собрав на площади, в окружении местных жителей. Девушки нервно оглядывались, перешептывались, пытаясь понять, что произошло. Женщине не дали присоединиться к ним, до боли сжав запястья за спиной. С Кайлой все было в порядке. Она кинула на сестру испуганный взгляд, уже хотела было подбежать, но Яс крепко перехватила ее за талию, останавливая. Ада благодарно кивнула, наблюдая за развернувшейся сценой исподлобья.

Труп выволокли на середину и кинули в грязь. Миловидное личико тут же утонуло в ней. Шепотки усилились, переходя в неприкрытые разговоры.

– Вот что бывает с теми, кто не испытывает благодарности за пищу и кров! – криво пророкотал стрелявший на всеобщем. – Запомните! – и плюнул на тело.

Сцепив зубы, беловолосая чувствовала, как первобытное бешенство клокочет в груди. Ненависть ко всему, что ее окружает, к бесславным ублюдкам, порочащим и оскверняющим труп, к тем, кто спокойно смотрит и мирится, пропитала все нутро. Вот-вот сорвется с цепи, убежит с поводка и вырвется.

– А если вам понадобится напомнить, – громила вырвал из толпы первую попавшуюся девчонку.

До боли сжав предплечье так, что Кайла пискнула, достал страшный нож из-за пояса и приставил к тонкой шее. Ублюдок перестарался и кровь росой выступила на бледной коже. В этот момент Ада отпустила поводок.

Совершив прыжок, откинула голову назад, ощутив, как затылок с характерным хрустом ломает носовую перегородку, пальцы на запястьях расслабляются, тут же раздается звериный вопль. Пока тупая боль не исчезла, вырвалась вперед, замечая, как к ней бросаются другие варвары, пытаясь схватить, но те слишком неповоротливы, а она быстрее. Урод, держащий Кайлу, выкидывает руку вперед, задевая женщину лишь изгибом локтя, после чего ребро ладони настигает его бычью шею, находя тот самый мягкий участок. Глаза его заваливаются, сам он падает навзничь. А Ада тем временем начинает месить его рожу, сбивая костяшки. Слюна перемешанная с кровью летит в стороны, мажет по лицу, попадает в рот. И останавливают разъяренную только другие пары рук, оттаскивая от полуживого мертвеца. Напоследок она успевает сплюнуть на ненавистное лицо его же кровью.

– Что здесь происходит? – расталкивая толпу, на середину выбирается давняя «подруга», Фариза. – Что это?!

Она замечает распластанное тело воина, переводит озадаченный взгляд на труп девочки, затем на женщину. А та нагло улыбается ей в ответ, щерясь багровыми зубами. Кажется, дикий вид смог пронять ее, лицо вытягивается в отвращении.

Девушка выкрикивает слова на гортанном языке, кивает в сторону пленницы и уходит.

Последнее, что Ада успевает запомнить – бледное лицо растерянной Кайлы.