Алексей Безруких
Нереальное мгновение

ЧАСТЬ 1. ТАЙНА БЕРМУДСКОГО ТРЕУГОЛЬНИКА

Пролог

Недалёкое будущее…

Русская научно-исследовательская группа вместе с репортёром, в сопровождении морских пехотинцев на частном самолёте с современным оборудованием и новейшими технологиями, отправляется в экспедицию на Бермудские острова с целью исследовать последний и самый загадочный участок земного шара – «Бермудский треугольник».

На Бермудах их должна встретить группа водолазов, с которыми они отправятся туда, где многие века таинственным образом пропадали корабли, самолёты и сотни человеческих душ, растворяясь в густых туманах Бермудского треугольника.

Об этом таинственном месте складывалось много различных легенд. Одни поговаривали об ужасном морском чудище, топившем корабли. Другие – о последнем пристанище пиратов, грабивших мимо проплывавшие суда. Рассказывали также о похищении людей инопланетянами, о подводных жителях Атлантиды, об искажениях и провалах во времени. Некоторые просто опровергали все вымыслы человеческого разума о паранормальных явлениях, ссылаясь на факты природных климатических явлений.

И вот в начале третьего тысячелетия человечество, на пике своего величия, отправлявшее космические корабли на дальние планеты солнечной системы, решило стереть с лица земли последнее белое пятно, которое стало роковым местом для огромного числа людей.

Глава 1. Собрание научно-исследовательской группы

Сон. В седьмой день от создания Мира по ясному, синему небу под лучами яркого солнца Бог Творец вместе с Денницей, пролетая над цветущей землёй, наполненной разной живностью, вёл беседу: Денница, всё, что ты видишь, Мне бесконечно дорого. Эту горячо любимую планету Я назвал «Земля», а тебя ставлю хранителем её мира. Я наделяю тебя силой и властью, начальствующей над всеми небесными духами. Отныне ты – Денница – «сын зари» будешь Моей правой рукой.

Денница, кротко улыбаясь и возрадовавшись всей своей сущностью, благодарил Господа за оказанную ему честь: с благоговением и трепетом я принимаю вверенную мне Тобой эту чудесную планету и обязуюсь охранять и беречь её всеми небесными силами и властью, что Ты дал мне.

И смиренно приняв своё предназначение, он отправился выполнять свой долг.

Денница был первым после Бога. Величественный, мощный Архангел в белоснежном одеянии, с золотыми длинными кудрями, лучезарным ликом и большими белыми крыльями.

Облетев Землю, Денница опустился на одно из деревьев Эдемского сада и стал наблюдать, как у берега реки среди райских животных Господь общался с Адамом. Повсюду царили мир, покой, радость и любовь. Адам сидел на траве с маленьким пушистым животным, положившим ему на ногу свою мордочку.

– Адам, как ты назвал это милое, белое животное? – ласково спросил Господь.

– Я назвал его ягнёнком, – улыбнулся Адам, поглаживая ягнёнка по спинке. – Я с ним недавно наперегонки бегал.

– И кто из вас быстрее бегает? – улыбнулся Господь.

– Пока что я! – порадовался Адам. – Но когда он вырастет, я за ним уже не угонюсь.

– А как ты назвал того, что в речке плещется? – кротко спросил Господь счастливого Адама.

– А этого я назвал осетром! – рассмеялся Адам, радостно заявляя. – Я с ним купаюсь, и он меня плавать учит. А ещё ко мне прилетает друг мой Денница и рассказывает мне о своих путешествиях по миру.

– Адам, – обратился Бог, заключая беседу, – ты видишь все великолепие мира и то, как премудро устроена жизнь! Знай, что ты – венец Моего творения. Обладай всею землею и владычествуй над ней, над рыбами морскими, над зверями земными, над птицами небесными.

И, по-доброму улыбаясь, Господь ласково смотрел на сотворенный мир. В этот момент глаза Денницы, доселе переполненные любовью, заботой и вниманием, внезапно стали тускнеть, наливаясь страшной завистью и гневом. Его лучезарный лик помрачнел. В глазах вспыхнуло адское пламя ненависти, и вся его белоснежная сущность изменилась, обретая страшное, звероподобное обличие. Ногти рук и ног почернели и приняли форму когтей, вонзаясь в ветви райского плодового дерева, к которому мгновенье назад он кротко прислонялся, созерцая беседу Бога с человеком. Из ран, причинённых когтями Денницы, в виде бесчисленных трещин по всему дереву, начала расползаться зараза, оставляя за собой чёрный след.

Господь, уловив лишь лёгкое колебание в гармонии жизненного цикла и почувствовав невыносимую боль от зарождения греха, обратил Свой печальный взор на Денницу и на его новое обличие. На мгновенье их взгляды встретились. И Бог снова обратился к Адаму, продолжая беседу: Я дал тебе всякую траву и всякое плодовое дерево, сеющее семя – это будет тебе в пищу. От всякого дерева в саду будешь есть, но от этого дерева!..

Указал Он десницей на тёмное, изуродованное плодовое дерево, с которого из-за серой листвы, присев, наблюдал за ними жадными глазами Денница: Не ешь! В день, в который ты вкусишь от него, смертью умрёшь.

После этих слов Денница, лишивший себя былой чести, славы, радости, любви, свободы и вечной жизни, взмахнул чёрными крыльями над Эдемским садом и умчался прочь.

Москва. Апрель. Понедельник. Время 7:00.

От звона будильника прервавшего загадочный сон, резко дёрнувшись в постели, проснулся в холодном поту до смерти напуганный Иван Петрович Казаков. В груди Петровича тревожно колотилось сердце, а его обострившийся взгляд без конца скользил по тёмной спальне. Придя в себя, отдышавшись, он перевёл дух и выключил будильник. На тумбочке возле будильника лежала Библия. Посмотрев на неё, Петрович прошептал: На ночь больше не читать…

И, протерев глаза, он поднялся с кровати, надел тапки и в пижаме направился в зал.

В зале находилась мебельная «стенка», в центре которой располагался телевизор. На полках лежали книги, три семейные фотографии в рамках. У противоположной стены стоял диван, рядом с которым находился стол с персональным компьютером и кресло с маленьким круглым столиком. На столике лежали сигареты, зажигалка, пепельница и пульт от телевизора. По привычке Петрович сел в кресло, включил телевизор и закурил.

Шли новости. Диктор рассказывал о конфликтах между западными странами и об очередных гражданских войнах.

– Обычный день, – сказал Петрович и, потушив в пепельнице сигарету, пошёл принимать душ. Его жена Варя встала вслед за ним, задёрнула шторы, застелила постель и отправилась на кухню готовить.

Петровичу тридцать лет, он – специалист в области современного оборудования и новейших технологий. Полтора месяца назад, после внезапной смерти его единственного сына, он уволился из крупной российской компании «Голиаф», где занимал должность ведущего программиста. Варе двадцать семь, она – воспитательница детского сада. Жили они вдвоём в двухкомнатной квартире в центре Москвы.

Бывший начальник Петровича, богатый и состоятельный человек – Сергей Сергеевич Мельников – заключил с ним контракт на круглую сумму. Новой обязанностью Петровича было следить за работой сложного оборудования, с которым он из личного аэропорта Мельникова должен отправиться вместе с научной группой на Бермуды. Все финансовые расходы Мельников брал на себя.

После душа, Петрович оделся, вызвал по телефону такси и пошёл завтракать.

Кухня была небольшой и удобной. В ней находилась кухонная стена, небольшой прямоугольный стол, три стула и холодильник, на котором стояла большая икона Богоматери с Младенцем Христом.

– Может быть, ты останешься? – тревожилась Варя, не отводя от Петровича трепетного взгляда. – Пусть он найдет кого-нибудь другого! У меня плохое предчувствие.

– Дорогая, всё будет нормально, – уверенно ответил Петрович и посмотрел в её встревоженные глаза. – Всего одна неделька.

За окном рассвело, намечался теплый апрельский день.

После завтрака, Петрович взял сумку с вещами и, крепко обняв, поцеловал Варю: Я скоро вернусь.

– Зайди в церковь, свечку поставь и попроси у Бога помощи! – предложила Варя, перекрестив Петровича.

– Хорошо, зайду! – улыбнулся Петрович и, выходя, закрыл за собой дверь.

Было слышно, как с верхних этажей спускается лифт. Петрович нажал кнопку и стал дожидаться. На пятнадцатом этаже лифт остановился и неторопливо открыл свои двери. В кабине стоял подозрительный незнакомец невысокого роста, в старом сером плаще и в такой же старой серой шляпе.

– Вам вниз? – прозвучал из-под шляпы вкрадчивый голос незнакомца.

– Да, мне на первый, – ответил Петрович и вошёл в кабину.

Благополучно спустившись на первый этаж, Петрович первым вышел из лифта и, не оглядываясь назад, поспешно вышел из подъезда. Увидев подъехавшее такси, он сел в машину и отправился в аэропорт Мельникова, где собиралась научно-исследовательская группа.

На дорогах как обычно были автомобильные пробки. Проезжая мимо храма, Петрович попросил таксиста остановиться и подождать его пять минут. В храме прихожан можно было по пальцам сосчитать. Петрович купил свечку и направился к Распятию. Перекрестившись, он зажёг её и поставил на подсвечник.

– Помоги в дороге и в исследовании, помоги положить этому треугольнику конец, – прошептал Петрович, развернулся и пошёл к выходу. Свечка за ним погасла.

Когда Петрович вышел из храма, он заметил, что голубое и ясное небо внезапно затянуло серыми облаками, и солнечное утро внезапно стало мрачным.

Аэропорт. Время 9:41

Приехав в частный аэропорт Мельникова, Петрович расплатился с таксистом, взял свою сумку и, минуя служебное здание, направился к самолету, у которого все собрались. Здесь были: сам Мельников – организатор экспедиции с двумя телохранителями, группа учёных с репортёром и видеооператором, и четверо морских пехотинцев. Петрович обменялся рукопожатием с Мельниковым и кивком головы поприветствовал остальных. Грузчики заканчивали погрузку оборудования в самолёт.

– Уважаемые господа и дамы! – обратился ко всей группе организатор экспедиции. – Вы собрались здесь, чтобы отправиться в дальний путь с целью исследовать тайну Бермудского треугольника – последнего, до сих пор еще неисследованного участка нашего Земного шара. Мои морские пехотинцы всю дорогу будут вас сопровождать и охранять. По вашему возвращении, каждого из вас будет ждать круглый счет в любом российском банке. Я желаю вам удачи в этой познавательной работе. Приятного полёта и скорого возвращения. Сотрите это белое пятно с карты нашей Земли!

И торжественно закончив свою речь, Мельников помахал всем рукой, провожая группу довольным взглядом. Ученые в ответ радостно захлопали в ладоши: Ура–а–а! После чего все стали подниматься на борт самолёта.

Предоставленный группе самолет был последним словом техники. Он был оснащён мощным компьютером, который выполнял команды не только пилотов, но и пассажиров, заменяя даже стюардессу. Поднявшись в небо и разогнавшись, самолет автоматически переключал двигатели в экономичный прямоточный режим, используя напор встречного потока воздуха. Салон был рассчитан на десяток пассажиров. В хвосте самолёта находились кабины с душевой и туалетом, а также багажный отсек, в котором поместили научное оборудование.

Разложив личные вещи в багажных отсеках под пассажирскими сиденьями, все заняли свои места.

Пассажирские кресла располагались в два ряда по одному друг за другом вдоль самолёта, пять с правого борта и пять с левого. У каждого из них со стороны прохода были прикреплены мини-буфеты. Они представляли собой белые металлические коробки. Сверху на буфете находилась панель управления, которая отвечала за подачу различных напитков и лёгкой закуски. А сбоку, со стороны пассажира, на уровне рук, открывался отсек, где находились стаканы под краниками с напитками и пластиковые контейнеры с заранее расфасованной пищей. В спинку сиденья на уровне глаз был встроен монитор с выдвигающейся клавиатурой. Под ней, по нажатию кнопки, выезжал мини-столик.

По правому борту расположились ученые. На вид им было лет по двадцать пять. На первом месте сидел метеоролог Андрей Семенович Ветров, на втором океанолог Ирина Семеновна Сухих, на третьем геолог Анна Максимовна Хвостик. По левому борту расположились репортер Анастасия Святославовна Пеньчук и видеооператор Фёдор Степанович Баранов, который должен был передавать исследовательское путешествие по прямому эфиру через спутниковую связь. Им было по двадцать семь. За ними сел Петрович. А последние места заняли морские пехотинцы.

Видеооператор включил камеру и пошел снимать пассажиров. Петрович включил встроенный компьютер, открыл в программе карту мира и спросил проходящего мимо видеооператора: Фёдор Степанович, не подскажете, сколько нам лететь?

Фёдор плавно обернулся к программисту и указал на Бермуды: Если погода внезапно не ухудшится, то к вечеру будем в точке сбора. Там нас встретит группа опытных водолазов с бывалым капитаном быстроходного и непотопляемого катера «Стрела». Переночевав, с самого раннего утра, вместе с ними мы отправимся исследовать тёмный и загадочный мир бермудского треугольника. Кстати, если Вы не против, перейдёмте сразу на «ты». Нам всё-таки вместе работать, так что можно просто Федя или Степаныч!

– Ясно, – улыбнулся Петрович, пожав его протянутую руку. – А меня тогда можно просто Ваня или Петрович.

Из динамиков, встроенных над окнами, раздался голос первого пилота, Геннадия Борисовича Макаренко: Прошу всех пассажиров пристегнуть ремни безопасности и выключить все ваши компьютеры и личные электронные приборы. Мы взлетаем.

– Про эти компы понятно, – оглядываясь по салону, спросил удивлённый Фёдор у Петровича, – но как он узнал про мою камеру?

– Вон там, видишь? – указал ему Петрович на мини-камеру над дверью кабины пилотов.

– Круто! – сказал Фёдор, помахав пилотам рукой в камеру, и пошёл выполнять прозвучавшую команду.

Глава 2. Рейс Москва – Бермуды

Самолёт, набрав скорость, плавно поднялся на нужную высоту.

– Итак, суперсамолёт легко поднялся в серое, безрадостное небо, – промолвил Фёдор, снимая экипаж на камеру, спустя пять минут после взлёта. – Подумать только, человек научился поднимать двумя руками не просто свой собственный вес, а тонны различных предметов, в общем, целый самолёт. И так, на борту этого судна находится первоклассный московский научный коллектив. На этих людей возлагается невыполнимая миссия – покончить с тайной бермудского треугольника!

– Не каркай! – сказала напряжённая Настя. – Если со мной что-нибудь случится, я тебя убью!

– Расслабься, – спокойно ответил ей оператор. – С нами ничего не случится. – Я вчера к гадалке заходил.

Петрович вдумчиво посмотрел в окно на крошечные леса, реки, поля, дороги и сёла, и слегка забеспокоился. Девушки, убирая ремни безопасности, невольно заметили его страх и похихикали между собой.

– Боишься? – спросила Ира программиста. Она сидела справа от Феди.

– Нет, – равнодушно ответил Петрович, поправляя на себе ремень безопасности. – Волнуюсь. Просто я давно не летал.

– Волноваться можно будет, когда мы будем плавать в Бермудском треугольнике, – добавила Аня, сидящая за Ирой справа от Петровича. – А сейчас ремень можно убрать.

– А чего там? – убрав ремень с насмешкой, Петрович обернулся к Ане. – Наткнёмся на местных пиратов?

– На инопланетян! – ужасающе промолвил Фёдор, продолжая снимать разговор на камеру. – Ну, или там каких-нибудь плавающих трупов.

– Если их в космосе нет, откуда им у нас-то взяться? – рассмеялся программист, кладя ногу на ногу и готовясь скоротать время в увлекательной беседе.

– Конечно, нет, – улыбнулась Ирина. – Иначе вместо нас туда бы отправили кого-нибудь из центральной службы США по вопросам паранормальных явлений.

– Я, правда, мало что знаю об этом месте, – заявил заинтересованный Петрович.

– Да брось! – изумлённо посмотрел Фёдор через объектив камеры на Петровича. – Все хоть немного слышали про это ужасное и зловещее место.

– Я слышал только сказки и легенды, – спокойно ответил ему Петрович и перевёл взгляд на учёных.

Метеоролог задумчиво смотрел в своё окно, а Ира включила свой мини-компьютер.

– Бермудский треугольник, – начала объяснять увлечённая беседой Аня, – это район юго-восточного побережья США между Бермудскими островами, полуостровом Флоридой и островом Пуэрто-Рико.

– В западной части Атлантического океана, – кивнул Петрович.

– Ещё в начале прошлого века, – продолжила Аня, – примерно в 1918 или 19 году там участились пропажи людей. Тогда люди ещё не могли объяснить этот феномен. Потому-то и выдумывали всякие легенды. И только спустя десятки лет, участники совместной советско-американской исследовательской программы 1978 года установили и зафиксировали там многочисленные редкие оптические явления. Такие как: нарушения земного магнетизма, водяные вихри, достигавшие двадцати-тридцати метров в высоту, и вихреобразные течения.

– Даже так? – удивился программист. – И в чём же оказался весь секрет?

– А весь секрет заключается в сложной системе Гольфстрима, – включилась в разговор Ирина. – Виноваты его вихри, образующие морские течения. Там были выявлены нарушения земного магнетизма, которые встречаются в принципе и в других районах океана. Но здесь сложилась уникальная система мелководий, коралловых рифов и проливов, через которые проходят приливные течения. Из-за чего тут непосредственно бушуют зимние штормы и летние ураганы. Наши предки изучали энергетический баланс Гольфстрима и другие проблемы, имеющие немалое значение для долгосрочных метеорологических прогнозов. Научные институты неоднократно посылали туда сотни экспедиций с целью исследования морского дна, температуры и солености воды, движения водных масс и других интересных возникающих перед ними вопросов.

– Ещё в пределах Бермудского треугольника находится ядро циркуляции водных масс Атлантического океана, – добавил Ветров, перебирая свои документы.

Все посмотрели на него.

– Да! – продолжил Ветров. – Кстати, на морском дне Бермудского треугольника располагается глубоководный желоб! Это самая глубокая часть океанского дна. По острову, с которым он соседствует, его называют желобом Пуэрто-Рико. На карте он выглядит как овальное черное пятно в правом нижнем углу треугольника. Так вот, в этом желобе отмечаются самые большие глубины во всём Атлантическом океане. Глубина его составляет примерно 8742… Короче, 14000 км, с копейками.

– Это максимальная глубина Атлантического океана, – добавила Ира.

Внимательно выслушав учёных, удивленный программист уважительно покачал головой.

– Я смотрю, вы все хорошо подготовлены! – похвалил Петрович выдающуюся молодежь. – Тогда я спокоен за себя. Ведь со мной летят будущие доктора и профессора! А что там насчет летних ураганов и зимних штормов? Надеюсь, сейчас нам ничто не угрожает?

– Наше оборудование показало, – продолжила Аня, – что у нас есть восемь спокойных дней. После чего возвращаемся домой! А если в ходе исследований произойдут какие-то климатические изменения, то мы об этом сразу же узнаем по нашим приборам.

– Но не стоит забывать! – подметил Фёдор, проходя мимо неё со своей включённой камерой. – И в тихом омуте черти водятся.

– Фёдор, закругляйся там уже со всеми своими байками и помоги мне разобраться с этим противным буфетом! – угрожающе крикнула Настя. – Как работает этот агрегат?

– Насть, ну ты чего! – рассмеялся оператор, указав на карточку под стеклом возле панели управления. – Вот же здесь есть инструкция!

– Да убери ты свою камеру! – рявкнула беспомощная Настя. – Я только что ногти накрасила. Хочешь, чтобы я их испортила об эту панель?

Фёдор недовольно убрал камеру.

– Ну вот, нажимаешь сюда, и выбираешь себе, чего хочется.

– Сам нажимай! – перебила Настя. – У тебя ногти не накрашены. Сделай мне жасминовый чай и картошечки!

– Да откуда здесь возьмётся эта твоя картошечка! – возмутился отрываемый от работы оператор.

– И давай побыстрей! – гаркнула утомлённая Настя.

Повернув голову и посмотрев на Аню с Ирой, втихаря смеявшихся над ними, Настя вздохнула: Ой, девчонки! Повезло же вам, что у вас такого парня нет, а то бы вы с ним с голоду померли.

Пока Федя маялся с буфетом, Аня вернулась к беседе с программистом.

– Мы только что аспирантуру закончили, и бац! – радостно заявила она. – Сразу появилась высокооплачиваемая работа! Здорово, правда?

– Вообще-то это наша первая такая серьёзная практика, – добавила Ирина.

– И что мы там будем изучать? – поинтересовался Петрович.

– Мы там будем изучать, – продолжила Аня, – сам Гольфстрим, влияние океанских вод на погодные условия, морское дно и его минеральные богатства, а также геологическое строение земной коры глубоко под дном океана.

– Это очень сложный район океана, – продолжила Ирина. – В нём соседствуют огромные мелководья и глубоководные впадины, сложная система морских течений и запутанная атмосферная циркуляция.

– В общем, – пожала Аня плечами, – будем изучать всё то же самое, что изучали наши предки!

– Так если всё уже давно известно и никакой тайны нет, зачем нужно проводить новые исследования? – спросил Петрович и, сделав удивлённое лицо, налил себе кофе.

– Значит, не всё! – заявила Ира. – И не забывайте, что в любом случае нам платят большие деньги!

– Просто тогда у наших предков не было такой аппаратуры и техники, как у нас, – добавила Аня. – И возможно мы выясним что-нибудь ещё.

– Да, у вас ещё целая жизнь впереди! – ухмыльнулся Петрович. – Вас ждут самые великие открытия! А вы успеете все изучить за это время?

– Конечно! – уверенно ответила Ирина. – Этого даже предостаточно.

Позади программиста раздался ровный голос морского пехотинца: Из-за всей этой карусели в декабре 1945 года пропали 5 самолетов-торпедоносцев типа "Эвенджер" звена 19. Погибло 14 человек. По официальной версии, самолёты одновременно потеряли ориентировку. Поисковый самолет "Маринер" с экипажем в 13 человек также бесследно пропал в том же районе.

Петрович развернулся к незнакомому пехотинцу. Тот внимательно смотрел в монитор.

– Меня зовут Иван Петрович Казаков, – протянул он руку занятому пехотинцу. – Можно просто Петрович. Будем знакомы.

– Будем, – вежливо ответил пехотинец и пожал ему руку, не отрываясь от экрана. – Тимур Игнатович Мамонтов, можно просто Мамонт.

Справа от Мамонта, не протягивая руки, к знакомству присоединился второй пехотинец, сидящий за Аней. Он, наклонив спинку кресла назад, лежал с закрытыми глазами.

– Григорий Егорович Тайфун, или просто Тайфун, – самодовольно пробормотал пехотинец. – Извини, казак, руки не подаю.

Мамонт и Тайфун были того же возраста, что и Петрович. Два других пехотинца на последних местах выглядели старше. Они были в солнечных очках и также как Тайфун, откинув спинки, лежали, но знакомства не разделили.

– Очень приятно! – оглядев их, Петрович насторожился, но не обиделся.

Аня, обведя всех взглядом, посмотрела на репортёра с оператором, а Мамонт продолжал смотреть в монитор.

– А откуда эта информация? – продолжил Петрович начатый разговор Мамонтова.

– Да вот по сети смотрю, – спокойно ответил Мамонтов. – Продолжить?

– Продолжай, – удобно устроившись в кресле, программист приготовился слушать.

Мамонтов глубоко вздохнул, похрустел шеей и продолжил читать дальше: Вскоре о Бермудском треугольнике возник миф. Как показали архивные сведения, подобные необъяснимые трагедии в треугольнике случались и ранее. С 1781 по 1812 год по непонятным причинам пропало 4 американских военных корабля. В 1909 году яхта знаменитого моряка Джошуа Слокама "Спрей" бесследно пропала. Он первым совершил кругосветное плавание в одиночку, за что и получил свою славу. Знавшие его люди уверены в его опытности и потому отрицают случайность. В 1918 году бесследно пропал углевоз "Циклоп". Экипаж составлял 309 человек. Углевоз был оборудован радиопередатчиком, но сигнал "SOS" с него не последовал.

Петрович задумчиво смотрел в окно.

– Так, вот здесь ещё, 2000 год, 2004 год, 2009 год, ну и список продолжается, – продолжал Мамонт просматривать Интернет. – Ага, вот заключение. В «Таинственном» треугольнике десятки судов и самолетов ежегодно терпят катастрофы. К несчастью, несмотря на такие аномальные явления, десятки авиалиний проложили трассы на курортные острова Карибского моря через «зловещий» треугольник.

– Мда… – вздохнул Петрович.

– И хотя в этом районе часто происходят тайфуны, – продолжил вещать Мамонт, мельком и с ухмылкой глянув на Гришу, а тот искоса глянул на него, – а вблизи побережий множество мелководья и рифов, всё же некоторые катастрофы до сих пор остаются непонятными…

– Хм… – хмыкнул Тайфун.

– Всё, конец, – сказал пехотинец, выключая компьютер. – Глаза устали.

– Что ж, спасибо за полезную информацию! – поблагодарил озадаченный Петрович военного информатора.

– Девчонки, у вас есть помада? – спросила Настя у учёных, рыская в своей сумочке. – А то я свою, кажется, забыла… Федь, ты её не брал?

Обалдевший Фёдор, сидя в кресле, выпучил глаза от услышанного и посмотрел вокруг на реакцию пассажиров. Все, улыбнувшись, тихонько засмеялись.

– Держи, – сказала Ира, передавая свою помаду через Федю.

Андрей достал из дипломата какие-то документы и, подсев на корточки к Ирине, начал обсуждать работу. К ним присоединилась Аня. Фёдор принялся выяснять отношения с Настей. Петрович долго глубокомысленно смотрел в окно, о чём-то размышляя, а потом спросил пехотинцев: Когда мы вернёмся обратно, чем вы будете заниматься?

– Для начала, я уволюсь, – ответил Мамонтов, с облегчением вздохнув.

– Мы уволимся! – поправил Тайфун.

– Да, мы уволимся, – согласившись, он ему кивнул. – А потом я открою своё дело.

– Мы откроем своё дело! – снова поправил Тайфун, ёрзнув в кресле.

– Да-да, мы откроем своё дело! – вновь согласился Тимур с поправкой напарника. – Суть в том, что мы больше не будем работать на Мельникова, а будем заниматься своим бизнесом.

– Понимаю, – положительно кивнул Петрович.

– А ты чем займёшься? – заинтересовался Мамонтов. – Ты ведь на него работал раньше, да? Я тебя в компании где-то видел.

– Да, я у него работал ведущим программистом, – неохотно вспоминая, Петрович снова кивнул.

– А что, уволился? – усмехнувшись, спросил Мамонтов. – Тоже надоело пахать на кого-то, да?

– Да, – согласился с ним Петрович. – Точно! Надоело постоянно слышать: «Сделай то, сделай это…». Тоже хочу поруководить!

Глубоко вздохнул Петрович, уклонившись от истинной причины, по которой он уволился. – Наверное, шеф решил меня отблагодарить за десять лет моей жизни, которые я проработал у него.

– Понятно, – продолжил Мамонтов. – Мы тоже по десять лет на него работаем. В девятнадцать лет, как дембельнулись из армии, сразу по контракту пошли. Потом появилась эта компания «Голиаф», и мы устроились к нему. Сначала охранниками, потом телохранителями, а теперь сам видишь, его людей охраняем. Как и тебя.

– Ну и ну… – удивился Петрович. – Десять лет вместе работали, и только сейчас встретились и познакомились.

– Да, жизнь удивительная штука! – пробормотал полусонный Тайфун, не открывая глаз. – Я невероятно счастлив, что мы, в конце-то концов, встретились в спокойной обстановке и завели эту задушевную братскую беседу.

Петровичу и Мамонтову стало смешно.

Из динамиков связи с пилотом прозвучал голос Кирилла Евгеньевича Панамина, второго пилота: «Предлагаю вам посмотреть кино или прослушать спокойные мелодии до прибытия в аэропорт».

– Ну, наконец-то, – довольно прокряхтел Тайфун, завалившись набок. – Можно и отдохнуть спокойно!

Пассажиры, надев наушники, принялись кто смотреть видео, а кто отдыхать. Петрович от занимательных бесед и упоительной классики в скором времени заснул и увидел очередной таинственный сон.

Сон. Петрович спускается вниз по каменной, длинной и широкой лестнице в тёмный пустой подвал вместе с Мамонтовым и какими-то людьми, которые друг с другом что-то обсуждают и постоянно спорят. Их не удалось разглядеть, но голоса похожи на голоса учёных: Андрея, Ирины, Ани, корреспондента Насти и видеооператора Феди, пилотов – Геннадия и Кирилла, и пехотинца Григория. Другие два незнакомых ему пехотинца молча идут впереди всех и несут, держа за ручки, какой-то железный, чёрный ящик. Со спины их трудно разглядеть.

Спустившись в подвал, Петрович испуганно начал оглядывать его. В груди быстро колотилось сердце, предчувствуя ужасную беду. Внезапно раздались торжественные крики и визг, повсюду вспыхнул огонь. Этот подвал оказался огромным залом, посреди которого стояла шестиметровая мощная клетка, в которой едва умещался огромный страшный чёрный крылатый зверь. В его глазах пылал огонь. А вокруг него радовалась целая армия подобных мутантов, но меньших размеров. Два пехотинца подошли к клетке и, достав из ящика какой-то предмет, принялись её открывать.

– Нет! – дико закричал Петрович, вытаращив от страха глаза и задрожав всем телом.

Пехотинцы резко обернулись, посмотрев на него с презрением красными, как угольки, глазами и оскалившись, зарычали миллионами звериных голосов. Они не были людьми. Они оказались одними из мутантов. А в это время, из открывшейся клетки, разрывая мощные цепи, со страшным рёвом вырывался огромный мохнатый зверь.

Глава 3. Крушение

Петрович проснулся от дикой боли в груди и сильной тряски самолёта. Вся группа была встревожена. Аня и Ира, вцепившись в ручки сидений, запаниковали. В глазах военных был заметен страх. Все как один начали пристёгивать ремни безопасности.

– Сохраняйте спокойствие, – раздавался голос Капитана из динамиков. – Это обычная турбулентность.

За окном уже темнело, но никакого аэропорта и самих островов не было видно, только туманная гладь Атлантического океана.

– Что происходит! – тревожно спросил Петрович испуганного оператора. – Где мы?

– Понятия не имею! – с вымученной улыбкой обернулся Фёдор к обеспокоенному Петровичу. – Капитан сказал, что это обычная турбулентность.

Самолет вибрировал над океаном. Давление упало, и все как один надели кислородные маски, которые выпали сверху. Свет начал мелькать и внезапно погас, датчики перестали работать, и самолёт наклонился носом вниз. Капитан прокричал: Самолёт неуправляем!

– Держитесь все, мы падаем!!! – закричал его помощник.

Члены группы, в ужасе оглянулись друг на друга, словно виделись в последний раз. От страха учёные закричали, зажмурив мокрые от слёз глаза, и приготовились к смерти…

На высокой скорости самолёт рухнул на что-то смягчающее. Со всех сторон раздался страшный треск. После первого удара корпус резко развернуло вправо и подбросило вверх. Перевернувшись вверх дном, самолёт с грохотом врезался в землю…

Спустя какое-то время, когда шум утих, прозвучал голос пехотинца Мамонтова: Живые есть?!

– Кажется, есть, – прохрипел Петрович, приходя в сознание и оглядываясь вокруг себя.

Он лежал на потолке перевернутого самолёта в окровавленной и порванной рубашке возле кабины пилотов. Голова гудела. Всё вокруг было в дыму и воняло гарью. Дышать было почти нечем. Повсюду валялись обломки корпуса, кресел, буфетов, пищи, кислородные маски и битое стекло. Рядом с ним приходил в чувства Фёдор. Настя, Аня и Ира лежали рядом неподвижно. Придавленная оторвавшимся креслом Ира пару раз простонала и утихла.

Тимур, откашливаясь от дыма, подобрался к девушкам и начал проверять их пульс.

– Что с ними? – пытаясь подняться, спросил Фёдор, всё ещё держа в руке разбитую видеокамеру. – Они живы?

Мамонтов отрицательно помотал головой, но повнимательней прислушавшись, с нескрываемой радостью произнес: Вроде бы дышат! Пойдёмте, нужно вынести всех отсюда и разобраться, где мы, пока ещё хоть что-то видно.

– А пилоты? – Петрович поднялся на ноги и, обернувшись назад, замер. Из стены кабины летчиков торчали ствол и ветки сломанного дерева.

– Полный капец! – взглянув на разбитую видеокамеру, выругался Фёдор и бросил её в сторону.

Вместе с оператором и морпехами, вытащив пострадавших из самолёта через багажный отсек в хвостовой части, Петрович увидел под ногами землю и песок. Вокруг валялись мелкие горящие обломки самолёта. А метрах в десяти от них, среди поломанных деревьев, валялась искореженная хвостовая часть самолёта с разбросанным багажом. Вся техника, оборудование и другие принадлежности были вдребезги разбиты.

Взглянув ещё раз на фюзеляж, Петрович увидел, что самолёт на два метра зарылся в береговой песок. От воды, покрытой водорослями, до макушек деревьев растянулся капюшоном туман, который рассеивался с заходом солнца.

На первый взгляд это был обычный остров с джунглями, из которых доносились крики незнакомых животных. Некоторые деревья были похожи на пальмы, повсюду была высокая трава, росли странные экзотические растения и кусты.

Оттащив метров на пять от дымящегося самолёта окровавленные тела раненых, Петрович обернулся к Тимуру.

– Мы где, на Бермудах? – спросил он, вытирая кровь с лица.

– Странно, – оглянулся пехотинец вокруг себя, – но вероятнее всего, это так.

– У тебя кровь на лице, – заметил Петрович.

– У тебя тоже, – тяжело вздыхая, ответил Мамонтов.

– Надо поискать аптечку, – предложил Петрович, глядя на раненых.

– Лови! – крикнул Тайфун, кидая серую металлическую коробку с красным крестом, вынутую из разбросанного багажа.

Коробка упала к ногам Петровича, он подобрал и открыл аптечку. Мамонтов достал из грязного кителя спутниковый телефон. Телефон не подавал сигнала. Следом за ним он проверил сотовый телефон. Он тоже не работал.

– Странно! – внимательно разглядывал Мамонтов свои нефункционирующие средства связи.

– Что странно? – спросил Петрович, посмотрев на него.

– У кого-нибудь работают приборы связи? – спросил Мамонтов, не отрывая глаз от своего коммуникабельного телефона.

Тайфун, Программист и видеооператор вытащили свои мобильные телефоны, которые тоже не работали.

– Может, аккумуляторы сдохли? – предположил видеооператор.

– У всех сразу, да! – пробормотал Мамонтов, разбирая рацию. – И у самолёта, наверное, тоже батарейки сели, да?!

– Посмотрите на свои часы, – воскликнул Тайфун, постукивая по наручным часам. – Они тоже стали, а ведь у меня противоударные.

У программиста и оператора наручных часов не было. Мамонтов посмотрел на свои, но они тоже не работали.

– Кто-то из учёных говорил про магнитные аномалии, – вспомнил Петрович.

– Магнитные аномалии в треугольнике! – поправил Мамонтов. – А мы вообще с другой стороны подлетали.

Андрей зашевелился и, застонав, приподнял голову, прижимая к ней руку.

– Метеоролог! – нервно крикнул Тайфун, направляясь к нему. – С добрым утром! Как спалось?!

– Что случилось? – расспрашивал ослабленный Андрей, ощупывая свою ногу. – Где мы?

– Это ты нам скажи, что случилось и где мы! – нервно дёрнулся Тайфун. – Ты же учёный?!

– Отвали от него, Тайфун! – возразил Мамонтов. – Он ещё в себя не пришёл!

Я тоже не пришёл! – крикнул Тайфун, переведя острый взгляд с Мамонтова на Петровича с Фёдором. – А ты пришёл? Или, может быть, вы?

Петрович достал бинт из аптечки и начал перематывать кровоточащие раны Ани. Фёдор, обмакнув ватку нашатырным спиртом, приводил в чувства Настю.

– Капитан до падения сообщил, что была турбулентность, – начал входить в ситуацию Ветров. – Что-то случилось с самолётом. А что вы на меня с вопросами налетели, вы у пилотов спрашивайте?!

– Пилоты мертвы, – сказал Мамонтов и направился к оторванному хвосту самолёта.

Метеоролог обернулся к самолёту и обомлел от увиденного. Врытый в песок самолёт был перевёрнут, а из кабины пилотов торчали ветки сломанного дерева.

На руках у оператора очнулась Настя, она начала отворачиваться от невыносимо вонючей ватки.

– Жива! – закричал Фёдор, гладя свободной рукой Настю по голове. – Жива моя грозная Настюха!

Все к ним обернулись и тут же увидели, как пошевелилась Аня. Ира продолжала тихонько дышать, оставаясь без сознания. Андрей с Петровичем принялись вытирать с них кровь.

– Где мы? – с трудом выговорила Настя. – Федь, мы долетели?

– Тихо-тихо! – успокаивал он её. – Долетели! Теперь всё будет в порядке! Главное, что мы на земле и мы живы! Нам всем невероятно повезло!

Тайфун недоверчиво глянул на оператора, а Петрович и Андрей – с глубокой надеждой.

– Это ты «накаркала» со своей невыполнимой миссией, – прохрипела Настя. – Баранов…

– Да тихо ты! – тихонько заплакал от радости Фёдор и, прижав её к себе, стал покачиваться и незаметно одной рукой отирать слёзы. – Вот подлечимся, и домой вернёмся. Обещаю! Я буду ухаживать за тобой.

К ним подошёл Мамонтов и, оглядываясь по сторонам, что-то планировал.

– Мы где-то на Бермудах, – посмотрел он на Петровича и Фёдора. – Надо отправиться на поиски людей и привести медицинскую помощь.

– Местные должны были видеть падение нашего самолёта, – добавил Петрович. – Думаю, нас уже ищут, но нужно ускорить этот процесс.

– Здравая мысль, – поддержал Тайфун.

Мамонтов посмотрел на оператора и перевёл взгляд на метеоролога: Ты как, учёный? Идти сможешь?

– Перелома нет, – начал он приподниматься, – но наступать больно.

Мамонтов перевёл взгляд на встревоженного видеооператора.

– Я её не оставлю! – возразил опьяневший от всего случившегося Фёдор. – Идите без меня!

– К несчастью, ситуация сложилась не лучшим образом, – озлобившись, повысил голос Мамонтов. – И так как я отвечаю за вашу безопасность, с этого момента я здесь командую! Выполнять приказ!

– Да пошёл ты! – выкрикнул ему в ответ Фёдор. – Я не твой служащий!

– Да он!.. – возмутившись, Тайфун пошёл с кулаками на оператора.

Мамонтов не менее возмутившись, резко вобрал в себя воздух и, схватив резвого вояку за руку, остановил Тайфуна. Настя, приоткрыв глаза, посмотрела на него, потом на Аню с Ирой, и тихо сказала: Иди, найди людей и приведи помощь к нам. Да только так, чтоб одна нога была здесь, другая там.

– Ладно, – кивнул ей Фёдор, – Я быстро! Я приведу!

Не спуская глаз с немощной Насти, он аккуратно положил её на траву, встал, поправил на себе одежду и молча развернулся к Мамонтову. Мамонтов отпустил возмущённого Тайфуна, поправил на себе автомат, вытащил охотничий нож из пояса и подал Петровичу.

– Отряд, слушай мою команду! – скомандовал Мамонтов и посмотрел на каждого. – Делимся на две группы. Петрович, идёшь со мной. Фёдор, отправишься с Тайфуном.

– Ну ты, Мамонт, выкинул! – возмутился Тайфун. – Сдался мне этот борзый! Раз такой расклад, я лучше один пойду!

– Безоговорочно выполнять мои приказы здесь касается всех, кроме тебя, Тайфун! – переглянулся с ним Мамонтов. – Но пока мы не в безопасности, тебе стоит ко мне прислушаться.

– Нет, Мамонт! – усмехнулся Тайфун. – Он мне только мешаться будет!

– Четыре глаза лучше двух, – настаивал на своём Мамонтов. – Сечёшь?

Тайфун недовольно посмотрел на видеооператора, прищурил глаза и поправил на себе автомат.

– Если он меня достанет, я его сложу! – предупредил пехотинец, указав на Фёдора рукой. – А достать меня легко, ты сам знаешь.

– А что делать мне? – спросил метеоролог, вытянув голову из грязной рубашки.

– Останешься здесь с остальными и будешь ждать нашего возвращения, – обернулся Мамонтов к Тайфуну. – А мы расходимся. Я с Петровичем пойду по берегу налево, а ты с Фёдором направо. И так будем идти, пока кого-нибудь не обнаружим.

– Пошли, барашек, – грозно посмотрел на оператора Тайфун. – И не отставай от меня.

– Дай ему нож, – сказал Мамонтов и направился в свою сторону.

– Может, мне ему ещё и автомат отдать? – недовольно крикнул Тайфун Мамонтову в след.

– Оператор посмотрел вслед уходящим с грустью и перевёл взгляд на вспыльчивого морпеха.

– На, держи! – неохотно протянул он Фёдору нож. – И не строй мне глазки.

Видеооператор взволнованно принял здоровый наточенный нож.

Глава 4. Поиск спасения

Под растворявшимся над головой туманом, вдоль берега в разные стороны шли две команды, обходя остров в поисках признаков жизни и людей. Солнце зашло, небо стемнело, и лишь луна и тысячи звёзд освящали путь, а из джунглей доносились непривычные звуки природы. От воды веяло холодом.

– Странно? – завёл разговор Петрович, спотыкаясь об ветки, торчащие из песка. – В апреле к ночи здесь так холодает?

– Не знаю, – шёл впереди Мамонтов, разглядывая туманный берег. – Я здесь впервые. Странно то, что мы до сих пор не наткнулись ни на одного «бермутянина»?

– Да, действительно! – согласился Петрович, волоча ноги по песку. – Здесь должны быть курортные зоны, куда туристы прилетают отдыхать.

– Здесь даже местной молодёжи не видно, – оглядываясь на Петровича, настораживался пехотинец. – В кино показывали, что они любят компаниями зависать в таких отдалённых местах. Днём позагорать, вечером выпить, травку покурить. А мы их чего-то так и не обнаружили.

– Это они, наверное, из-за погоды, у себя дома сидят, – логично рассудил программист, оглядываясь то на хмурое море, то на тёмные джунгли. – Кто здесь в такую погоду тусоваться будет?

– Всё верно, – рассуждал слегка подмерзший пехотинец. – Только я надеялся, что здесь потеплее будет, чем в Москве.

Мамонтов остановился, присел на корточки, словно увидел что-то угрожающее.

– Стой! – вполголоса сказал он, махнув Петровичу рукой вниз, чтобы тот тихо присел.

– Что случилось? – шёпотом спросил растерянный Петрович, не зная, то ли бояться, то ли радоваться. – Ты увидел кого-то?

Мамонтов внимательно посмотрел на сдуваемый ветром туман, медленно отвёл взгляд в сторону джунглей, поднялся и продолжил ход.

– Показалось, – спокойно ответил пехотинец, – будто бы кто-то из воды выскочил и умчался в джунгли.

– Так может быть, это местные? – обрадовался Петрович. – Надо догнать их!

– Не надо, – вздохнул огорченный Мамонтов. – Люди так не передвигаются. Это какой-нибудь зверь или птица.

– Скверно! – вздохнул огорченный программист. – Сколько же нам ещё идти-то? Ни тебе пляжа, ни людей, никаких строений. Кстати, у тебя фонарика нет?

– Был до посадки, – ответил Мамонтов, оглянувшись на программиста. – Не уцелел.

Петрович хмыкнул и положительно кивнул.

– Ты в армии служил? – спросил пехотинец. – Если да, то в каких войсках и где?

– Не приходилось, – преспокойно ответил программист.

– А по тебе не скажешь… – обернулся Мамонтов к Петровичу. – Здоровый, серьёзный мужик. А что так? Отмазался?

– Я учился хорошо, в институте, – усмехнулся Петрович.

– А! – усмехнулся Мамонтов в ответ Петровичу. – Значит, в армии собираются одни недоумки?!

– Тебе виднее, – ответил программист. – Ты был там, знаешь больше меня.

– А ты скользкий тип, Петрович, – улыбаясь, Мамонтов оглянулся на него.

– Да, наверное, – усмехнулся он взаимно и, вспомнив о пострадавших, ускорил ход.

В это время, бороздя берег незнакомого острова в другую сторону, двигалась вторая поисковая группа.

– Не отставай! – не оборачиваясь назад, крикнул пехотинец оператору. – Я тебя ждать не буду!

– Я уже давно понял, – запыхавшись, крикнул в ответ оператор, догоняя пехотинца. – Что ты меня не любишь!

– Я никого не люблю, кроме себя! – перебил его самолюбивый Тайфун. – И вообще, что это за базар! Ты что, гомик?

– Я не гомик! – рявкнул оператор. – Мне отлить надо.

– И ты что хочешь, чтобы я бросил умирающих девчонок и стал дожидаться, пока ты наконец-то справишь свою нужду? – обернулся возмущённый Тайфун. – А может быть, ты хочешь, чтобы я тебе в этом помог?!

– Нет! – обиженно ответил оператор. – Просто подожди минуту.

– Валяй! – крикнул возмущённый Тайфун, и, не желая останавливаться, продолжал идти. – Да только не мочись в воду, а то местным водным обитателям это может не понравиться!

Фёдор повернулся спиной к уходящему Тайфуну и начал делать своё дело. Тайфун продолжал идти, жалуясь на свою судьбу. Туман почти рассеялся, но это не радовало, так как землю покрывала ночная тьма.

– Чтоб меня! – закричал за спиной пехотинца перепуганный оператор.

Тайфун остановился и недовольно повернулся к убегающему, словно от преследования, оператору.

– Ну, что ещё! – спросил раздражённый пехотинец у оператора.

Федор, оголив нож, с выпученными глазами подбежал к Тайфуну и, обернувшись назад, указывал ножом на то место, где он был.

– Там-там! – завопил оператор. – Пока я это самое делал, из воды что-то вылезло и на меня посмотрело! Мутант какой-то!

Пехотинец, наведя автомат, внимательно посмотрел туда, прищурил глаза и, никого не увидев, спокойно пошёл дальше.

– Я же предупреждал тебя насчёт водяных! – с насмешкой напомнил Феде Тайфун. – Не порти воду!

– Я воду не портил! – оправдывался оператор. – Я на песок.

– Ну вот! – продолжил Тайфун обвинять Федю. – Тебе было бы приятно, если бы у тебя перед носом кто-нибудь начал такое вытворять?

– Ты мне не веришь, да?! – взвёлся оператор, идя подальше от воды, поближе к джунглям. – Ты думаешь, что я всё выдумал! Да нет, ты просто смеёшься надо мной, да?!

Тайфун напряжённо продолжал идти, а измотанного оператора начал охватывать психоз. Падение самолёта, катастрофа, раненые люди, целый час бесполезного пути в поисках помощи. Наступает холодная и голодная ночь, а вокруг ни души. Обезумевший Фёдор начал словесно налетать на эгоистичного пехотинца.

– Ты просто осёл! – рыкнул оператор, отходя в сторону от возможного удара пехотинца.

– Не выводи меня из себя! – грозно предупредил нахмуренный Тайфун, продолжая идти, не оглядываясь на сумасшедшего оператора.

– Ты что думаешь?! – продолжал налетать оператор. – Если подогнал себе такую кликуху, значит можно на людей рычать, да?! Ха-а, я всё понял! Ты никакой не Тайфун! Ты просто стрёмная выскочка с автоматом! Да нет! Это я пошутил! Ты же типа конченого утырка! Ты понял, кто ты!

– Я тебя предупреждал, – остановился пехотинец, снял с плеча автомат и резко развернувшись к надоедливому оператору, остолбенел.

К спине оператора из джунглей тянулись две живые лианы. На концах у них было что-то, напоминающее змеиные головы. Пехотинец застыл, не веря своим глазам. Степанович стоял в трёх метрах от таинственных джунглей.

– Ага, вот за тупого меня ещё подержи?! – добавил оператор и, заметив движение возле своей головы, начал медленно поворачивать её влево. Разглядев возле своей шеи зубастую башку лианы, он отчаянно заорал.

Лианы, разинув зубастые пасти, вцепились ему в шею и в правое бедро. Тайфун только и успел передёрнуть затвор, как хищные лианы утащили оператора в свою непроглядную обитель. Оттуда из высокой травы раздались крики ещё пяти-шести каких-то диких голодных зверей, дерущихся друг с другом за добычу. Шокированный пехотинец открыл беспорядочный огонь в сторону, где раздался обрывистый крик оператора. Крик Фёдора утих, а обезумевший пехотинец со всех ног без оглядки бросился бежать дальше вдоль берега, придерживаясь дистанции между водой и джунглями.

Тем временем, из самолёта метеоролог Андрей Ветров вытаскивал пятое сорванное кресло с буфетом. Аня очнулась и постаралась принять сидячее положение. Настя сидела возле неподвижной Иры. Заметив, что Аня зашевелилась, она подала ей пластмассовую бутылку с водой.

– Анюта, ты как, нормально? – поинтересовалась Настя.

– Мы упали, да? – опустила она голову на колени и накрыла её руками. – Аспирин есть? Голова трещит.

– Да, конечно, есть, – Настя достала из своей сумочки две таблетки и протянула Ане. – На, возьми.

– Спасибо, – взяла Аня дрожащей рукой таблетки и запила водой. Потом посмотрела на Иру. – А, что с Иркой?

– Похоже, ей повредило позвоночник, – ответила Настя, отведя взгляд на самолёт. – Возможно перелом.

Аня заплакала, оглядываясь вокруг, не понимая, где она, и где все остальные.

– А кто ещё выжил? – спросила она и принялась вытирать слёзы протянутым ей носовым платком Насти. – Живые ещё есть?

– Да, конечно живые есть! – успокаивала Настя напуганную Аню. – Вот Андрей идёт. Два пехотинца, Федя и программист, разделились на две группы и пошли искать людей. Но пилоты, к сожалению…

С грустью вздохнула она. Андрей притащил кресло и поставил возле остальных кресел.

– Аня, ты очнулась! – обрадовался он. – Ну, сейчас я костёр разведу, согреемся! Я только ветки соберу и что-нибудь из самолёта возьму.

Сказав, он поспешил сделать обещанное.

– А где мы, на Бермудах? – поинтересовалась Аня, вспоминая карту бермудского треугольника.

– А где же нам ещё быть-то? – уверенно ответила Настя.

– Мы их пролетели, – прозвучал голос капитана самолёта Геннадия Борисовича, подошедшего со стороны джунглей.

– Вы живы?! – обернулась к нему Настя и посмотрела в джунгли. – Капитан, но как вы оказались там?

– Наверное, меня выбросило из кабины во время удара, – задумчиво вспоминал он ужасную катастрофу.

– Если мы их пролетели? – продолжала расспрашивать корреспондент. – Тогда куда мы упали?

– Не знаю, – задался вопросом капитан. – Мы летели строго по курсу на бермудские острова. Ещё острова не появились, как вдруг самолёт затрясся и датчики сбились. Мы отклонились от курса.

– Может быть, мы на Багамских островах или на Пуэрто-Рико? – разволновалась Настя.

– Нет, до них мы не долетели, – как-то равнодушно промолвил Борисович.

– Тогда где же мы? – испуганно спросила Настя, доставая фотографии, сделанные со спутника за день до отправления в экспедицию. – На снимках больше нет никаких островов.

– А второй пилот? – нетерпеливо спросила Аня, оглянувшись на самолёт, в надежде, что сейчас и второй пилот объявится. – Он жив?

– Не знаю, – спокойно ответил Борисович и направился к зарытой кабине самолёта. – Ничего не знаю.

– Какой-то он странный! – шепотом сказала Настя Ане, подозрительно посмотрев вслед уходящему капитану. – Слишком спокойный, и даже не поинтересовался про остальных!

– Весь в крови, рваный и даже не забинтовался? – согласилась Аня. – Может, он ещё не отошёл от шока?

В это время на другом берегу острова.

– Слушай, Мамонт, а куда делись другие два пехотинца? – спросил программист, вспоминая время до падения самолёта.

– Какие ещё другие? – нахмурился Мамонтов, оглядываясь на Петровича с удивлённой физиономией.

– Я про тех, которые сзади всех сидели в солнечных очках, – ответил Петрович, мгновенно что-то заподозрив. – Они весь полёт ни с кем не разговаривали.

– Да не было сзади нас никого? – с насмешкой посмотрел Мамонтов на программиста. – Там пустые места были, на которые я и Тайфун бросили свои вещи! Ты, наверное, здорово ударился головой, Петрович!

– Не знаю, – почесал голову Петрович. – Возможно, ты прав…

Внезапно они услышали, как будто кто-то бежит к ним навстречу. Обрадованные, что наконец-то наткнулись на людей, они бросились вперёд к своему спасению. Но силуэт бегущего к ним человека вдруг стал знакомым, и они, возмутившись, остановились.

– Тайфун!!! – воскликнул Мамонтов. – Что случилось?! Ты как здесь оказался?

– Бегите отсюда! – оглядываясь назад, крикнул в ответ Тайфун.

Куда бежать?! – остановил его Мамонтов, вцепившись в его китель. – Ты людей видел?!

– Нет! – с криком выдернулся из его рук запыхавшийся и перепуганный напарник. – Здесь, похоже, нет никаких людей!

Петрович, ничего не понимая, бросал взгляд с одного пехотинца на другого.

– А где оператор? – спросил Мамонтов у Тайфуна, отводя обострённый взгляд ему за спину.

– Его сожрали!!! – выкрикнул пехотинец и нервно указав на джунгли автоматом пустил короткую очередь. – Сожрали эти чудовищные джунгли!!!

Почувствовав неладное, Мамонтов подозрительно посмотрел Тайфуну в глаза и направил на него автомат.

– Мамонт, ты чего?! – обомлел Тайфун, осознавая ситуацию. – Сдурел что ли?!

– Последний раз ты был в таком состоянии, когда на задании случайно убил мирного жителя, – воинственно настроился Мамонтов. – Мы все слышали, как ты у самолёта угрожал оператору!

– Да, я угрожал ему! – продолжил разъярённый пехотинец. – И клянусь своим автоматом, я хотел его убить! Но меня опередили эти проклятые джунгли!

Возбужденный ситуацией Петрович невольно посмотрел назад и случайно заметил, что на песке после них не осталось следов.

– Мамонт, смотри сюда, – обратился к нему программист.

Мамонтов посмотрел назад, куда указывал Петрович.

– Следов нет, – сказал программист и приподнял свою ногу.

Вдавленный след от подошвы приподнялся и сровнялся с поверхностью. Тайфун оглянулся на свои следы и тоже их не увидел.

– Чтоб мне пусто было! – выпучил глаза Мамонтов, проделав то же самое.

– Это место проклято! – уверял Тайфун «Фому неверующего». – И никогда больше не направляй на меня ствол!

И в эту секунду что-то пронеслось недалеко от них в джунглях, издавая дикий рык и разрывая траву, словно большая газонокосилка. До смерти напуганные, все трое бросились бежать обратно вдоль берега к самолёту. Небо чернело, звёзды светили ярче, и большая луна верно продолжала освящать им путь.

Глава 5. Возвращение к самолёту

У самолёта, в креслах лицом к берегу сидели Аня, Настя и Андрей, дожидаясь возвращения поисковых групп. Перед ними горел разведенный костёр. Ира лежала на спине возле Ани, её дыхание участилось, и она тихонько начала стонать.

– Надо ей дать что-нибудь обезболивающее! – предложила Аня, посмотрев на Настю. – Чтоб она не мучилась!

– Да! – растерянно закрутилась Настя, оглядываясь вокруг себя. – В аптечке был шприц и обезболивающий препарат в капсулах! А куда же она делась?!

– Она здесь! – наклонился Андрей и достал её из травы. – Только меня не просите ей его вкалывать! Я не умею.

– Я сама сделаю! – Аня взяла аптечку и, зарядив шприц ампулой, присела к Ирине. – Моя сестра, медицинский работник. Я у неё кое-чему научилась.

Настя и Андрей встали вокруг Иры наблюдать, как Аня заботливо ставит ей обезболивающее.

– Ну, вот и всё, – с облегчением сказала Аня, убрав шприц в аптечку. – Теперь боль утихнет.

Они все сели на прежние места и сочувственно смотрели на неподвижную Ирину. Ира постепенно успокаивалась и перестала стонать. Ее дыхание выровнялось, а потом и вовсе прекратилось. Тело неподвижно застыло, а глаза чуть приоткрылись.

Стиснув зубы, Андрей медленно подошел к ней и закрыл её веки. Аня развернулась к Насте и, прижавшись лицом к её груди, заревела. Обняв Аню, Настя поглаживала её по голове и успокаивала, периодически вытирая рукой с лица свои слезы.

– Мы больше ничем не могли ей помочь, – шептала Настя, сдерживая в себе истерику. – Здесь её уже ничто не могло спасти. А нас будут искать и обязательно найдут! Даже если на острове не окажется людей, наши, нас по приборам найдут. На самолёте есть радиомаяк, по нему вычислят место нашего крушения и уже утром за нами прилетят или приплывут спасатели!

– О чём это ты? – спросил метеоролог, как будто не понимая. – Мы же на Бермудах… Здесь полно людей, курортных зон!

– Мы их пролетели, – удивленно ответила Настя. – Тебе что, капитан ничего не рассказал?

– Какой капитан? – удивился Ветров. – Он же погиб вместе со вторым пилотом? У них в кабине ствол от дерева. От кабины ничего не осталось!

– Подожди! – еще больше удивилась Настя. – Ты что, его не видел? Его при ударе из окна выбросило. Он из джунглей вышел и говорил с нами, а потом пошёл к тебе в самолёт второго пилота искать.

– Ты тогда кресло принёс, – пробормотала Аня, пытаясь взять себя в руки. – И вернулся в самолёт обломки корпуса собирать для костра.

– Вы его обе видели? – спросил Андрей, не веря их словам. – Я был в самолёте и с вами постоянно был, но никого кроме вас не видел. А сейчас он где?

Аня, собравшись силами, села и задумалась.

– Он ушёл к тебе, и мы его больше не видели, – утверждала Настя, оглядываясь по сторонам. – Может быть, он тоже пошёл за помощью?

– А что он сказал насчет того, где мы находимся? – поинтересовался Ветров.

– Он сам не знает, – ответила Настя. – Мы тут смотрели снимки, сделанные со спутника, и не нашли никакого острова, кроме белого размытого пятна на одном из снимков, похожего на туман. Вероятно, именно туда, то есть сюда, мы и упали. В самый центр бермудского треугольника.

– Тогда это объясняет, почему туман днём скрывает остров, – сообразила Аня. – Аномальное явление.

– А как же Багамские острова, Пуэрто-Рико? – помотал головой Ветров, предполагая отрицательный ответ.

– А до них мы не долетели, – ответила Аня.

– Тогда мы встряли! – подвел итог метеоролог.

– Почему это встряли? – возмутилась Настя.

Ветров поднялся с кресла и, схватив себя за голову, начал ходить с места на место.

– Сомневаюсь, что радиомаяк работает, – пояснил расстроенный метеоролог. – Маяк работает на электропитании, а мы потерпели аварию из-за полного отключения всех электроприборов. Их вывело из строя нарушение земного магнетизма, которое, согласно заблаговременно проведённым операциям в научно-исследовательском центре, никто никак не ожидал в ближайшие восемь дней.

– За перемещением самолёта должны были наблюдать, – обнадеживающе сказала Аня. – И водолазы по тревоге должны будут нас найти.

– Да, именно про это я вам и говорила! – подтвердила Настя Анины слова.

– Возникает один только вопрос, – задумчиво посмотрел метеоролог на смышлёных девушек. – Каким образом мы пролетели мимо бермудских островов и залетели прямо в бермудский треугольник?

– Капитан сказал, что мы сбились с курса, – вспоминала Настя. – Помните, перед падением самолёт затрясло из-за турбулентности? Наверное, датчики уже тогда вышли из строя.

– Что ж, надеюсь, к утру нас найдут, – заявил Ветров. – Еда в буфетах рассчитана на один перелёт. Потом пищу придется искать в джунглях.

– Кстати насчёт джунглей, – спохватилась Настя. – Мне нужно отлучиться по неотложному делу, которое больше не может терпеть отлагательства.

– Да-да, конечно, – ответил Ветров, доставая из своей сумки ветровку, которой накрыв тело Иры, присел к Ане молча смотреть на костёр.

Настя тихо ушла по своим делам. Секунд через десять послышались голоса, и из-за врытой в песок кабины самолёта выбежали запыхавшиеся пехотинцы с программистом.

– Метеоролог! – злобно выкрикнул Тайфун. – Да ты тут целый кинотеатр построил! И что мы будем смотреть?! Старый добрый сериал «Как остаться в живых»?!

Обрадовавшись возвращению поисковой группы, метеоролог и геолог вскочили с кресел.

– Это не Бермуды! – заявил Ветров. – Мы на необитаемом острове!

– Да что ты говоришь! – рыкнул раздражённый Тайфун. – А давай поспорим?!

– Правильно, что костёр разожгли! – широким шагом Мамонтов прошёл к расставленным сидениям у костра и посмотрел на накрытую ветровкой Иру. – Что с ней?

– Она скончалась, – заикаясь, прошептала Аня, переведя взгляд с Мамонтова на Иру.

– А где оператор? – спросил у пришедших Ветров.

Мамонтов вынул из костра горящую палку и повернулся к учёным.

– Всем собраться у костра и взять по горящей палке, – не отвечая на вопрос, потребовал Мамонтов. – Это приказ!

– Да где оператор-то? – повторил вопрос Ветров.

– В гостях у сказки! – проходя мимо него, промолвил Тайфун. – С её чудовищными обитателями…

– А где репортёр? – осматривая учёных, спросил Мамонтов.

– Она отошла в туалет, – сказала Аня, указав на джунгли.

– Отошла? – покосился на неё Тайфун, взяв горящий предмет из костра. – В какой ещё туалет?

– А, что происходит? – с удивлением спросила она.

В джунглях с того места, куда указала Аня, раздался душераздирающий крик Насти и зверское рыканье хищных существ. У Ани сразу сдали нервы, и она, впав в истерику, заорала как сумасшедшая. Все в ужасе смотрели в сторону резко оборвавшегося крика и незамедлительно схватили по одной-две огненные ветки из костра.

– Что это было?! – выкрикнул Ветров. – Что происходит?!

– Это, Ветрило, твой «необитаемый остров»! – ответил Тайфун, размахивая ружьём по сторонам. – Оператор, кстати, тоже в туалет отошёл…

От ужаса учёных судорожно затрясло.

– А откуда вы узнали про то, что на острове нет людей? – спросил их Петрович.

– Мы с Настей видели капитана самолёта! – сквозь слёзы выговаривала Аня. – Он сказал, что мы Бермуды пролетели, а куда упали, он сам не знал!

– А где же он сам?! – возмутился Мамонтов, метая прицел автомата на шелест травы. – Куда он делся?!

– Я не знаю! – прокричала Аня, размахивая горящими ветками перед собой. – Он пропал бесследно! Этого острова нет ни на картах, ни на снимках со спутника. Из-за тумана о нём никто ничего не знает.

– А те, кто узнал, сгинули в смердящих пастях диких мутантов! – недовольно крикнул возмущённый Тайфун в сторону чёрных джунглей.

Внезапно с моря как ураган подул ветер, донося чьи-то невнятные голоса.

– Это спасатели! – радостно закричала Аня, заметив недалеко от берега плывущий белый катер с водолазами. – Это «Стрела»!

Все обернулись к морю и, увидев катер, стали размахивать руками и радостно кричать: Сюда!

Море разбушевалось, поднимая высокие волны и подкидывая катер как щепку. Катер «Стрела» со спасателями, как подбитый самолёт, на скорости вдруг ушёл под шипящую воду. Все в группе, не веря глазам и разинув рты, от отчаянья начали терять рассудок. Деревья закачались со страшной силой. Над обезумевшей группой закружили еле заметные летающие хищные твари, издавая мерзкие крики.

– Какого лешего!!! – выругался Тайфун, направляя на них автомат.

– Это призраки! – закричал обезумевший Ветров.

– Всем распределиться вокруг костра! – скомандовал Мамонтов, посмотрев на кресла от самолёта.

Пока все принялись выполнять его команду, он, схватив одно из кресел, поджёг от пылающего костра и отбросил на два метра от себя. – Всем сделать то же самое! Немедленно!

Они сделали, как приказал Мамонтов, и приготовились к худшему, понимая, что остров, на который они упали, не собирается принимать их радушно, и что до утра им не дотянуть.

– Да что здесь происходит?! – в отчаянии Ветров обернулся к Мамонтову. – Кто потопил катер?! Кто за нами охотится?! От кого вы убегали?

Из джунглей, шевеля высокую траву, начали выползать звероподобные твари и окружать растерянных незнакомцев.

– От них, – черствым голосом ответил ему Тайфун, готовясь расстреливать неведомых зверюг.

Море утихло, ветер прекратился, деревья перестали качаться, птицы исчезли в листве деревьев, а хищники все как один притаились в высокой траве. Наступила гробовая тишина, и только треск костра и горящих кресел нарушали её.

В сердца выживших пассажиров проник небывалый страх. Они бок о бок стояли спиной к костру лицом к смерти. Мамонтов возле мертвой Иры, Андрей слева от него, Петрович справа, возле Ани. Между Аней и Андреем стоял Тайфун.

– Понимаете, что это? – спросил группу вникнувший в ситуацию Тайфун. – Это затишье перед бурей.

– Тайфун, у тебя сколько патронов осталось? – спокойно спросил Мамонтов, медленно передавая Петровичу одной рукой два пистолета с двумя обоймами.

Петрович аккуратно взял оружие и передал один пистолет с обоймой Ане.

– Три магазина, брат, – также спокойно ответил Тайфун, перезаряжая ружьё.

– Всего одну потратил, – обрадовался Мамонтов. – Передай свои стволы и магазины от них Ветру.

– Здравая мысль, – согласился пехотинец и протянул два пистолета с обоймами Андрею. – Да только у Ветра руки заняты. Держи Метеор. Надеюсь, стрелять и перезаряжать умеешь.

– М-м-м! – промычав Ветров, медленно присел на корточки, положил перед собой горящие ветки и, поднявшись, принял протянутые пистолеты с дополнительными патронами.

– Ты же знаешь, я даже не солдат… – обратился Петрович к Мамонтову, сомневаясь в своей пользе.

– Это да… – согласился с ним Мамонтов. – Но каждый из вас, принявших оружие для защиты себя и всех нас, по определению стал воином! Так что, дерзайте!

Петрович, Аня и Ветров от услышанной речи воодушевились.

– Хвостик, – усмехнулся Тайфун, глянув на дрожащую Аню, – держись меня и будешь жить!

Аня испуганно вытерла слёзы с глаз и, увидев впереди передвижение, направила туда пистолет.

В трёх метрах от себя она увидела чьи-то ужасные глаза, сверкающие из травы, как угольки, прожигающие её душу. От страха её тело оцепенело так, что она не могла даже пошевелить пальцем. По её телу пробежали мурашки. В какой-то момент учёный геолог почувствовала себя с пистолетом и горящей веткой в руках беззащитной как младенец с игрушками перед зверем. Зверь продолжил бесшумно подкрадываться к ней. Широко открыв глаза, она почувствовала холод, пронзающий её насквозь, словно десятки ледяных копий вонзились в её плоть. И она, сжав пистолет всеми пальцами, открыла огонь.

Все звери, окружавшие группу людей, как по команде, с ужасающим рёвом набросились на свои жертвы, обходя огненные препятствия. А несчастная группа в отчаянии вела по ним прицельный огонь.

– Сдохните, твари! – размахивая автоматом из стороны в сторону закричал Тайфун. – На–а-а, вам!

Петрович, как и Аня, одной рукой отмахивался огненной палкой, а другой отстреливал подскакивающих хищников из пистолета. Ветров успешно отстреливал их двумя пистолетами. Пехотинцы разили всех наповал. Раненые звери убегали обратно. В небе, под шум выстрелов, закружились хищные твари, и, словно камни, они начали стремительно падать на головы незваных гостей. Раздирая их острыми когтями, они возвращались обратно в небо.

Выстрелив по летунам всю обойму, Мамонтов стал перезаряжать автомат. Пока кто-нибудь из группы перезаряжал патроны, другие его прикрывали. Но в этот момент никто не мог прикрыть Мамонтова, каждый защищал себя сам. Внезапно прямо на него выскочил здоровый зверь, похожий на льва, и остановился. Мамонтов оцепенел. Но зверь, отвернувшись от него, посмотрел на труп Иры и, схватив её, рванул обратно в джунгли. Перезарядив автомат, Мамонтов уже хотел продолжить стрельбу, но ни одна из звериных тварей на них уже не нападала. Все ошарашенно смотрели вокруг, не находя ни одного раненого или убитого зверя.

– А где же их трупы?! – спросил обезумевший Тайфун. – Я лично завалил десятка два, но их нет!

– Мы победили их! – выкрикнул Ветров, радостно оглядываясь вокруг.

– Они вернутся, – огорчённо сказал Петрович и посмотрел на свой пистолет. – У меня закончились патроны.

Аня, потеряв дар речи, уронила пустой пистолет себе под ноги. От безнадёги и в ожидании неминуемой смерти она присела на землю, продолжая держать в руке огненную палку.

– Мамонт, у тебя сколько осталось магазинов? – спросил Тайфун.

– Последний, – ответил Мамонтов, недоумевая, почему мутант его не разорвал.

– М-да… – тяжело вздохнул Тайфун. – И у меня последний.

– И у меня тоже закончились патроны! – растерянно посмотрел Ветров на пехотинцев.

Разглядев в траве, за догорающим креслом, красную канистру с бензином, он резко метнулся к ней.

– Бензин! – радостно закричал Ветров.

– Стой! – закричали ему вояки. – Вернись обратно!

– Мы оградим себя огнём, тогда звери не пройдут! – оглянулся Ветров. – Прикройте меня!

Мамонтов и Тайфун побежали к нему. Ветров добежал до канистры, открыл её и побежал по кругу, расплёскивая бензин. Пехотинцы прикрывали его с двух сторон. Закончив чертить круг, он схватил горящую ветку из костра и бросил её в траву. Обнадёживающий круг загорелся и на миг вспыхнул красным пламенем. Это странная вспышка их удивила.

– Теперь они побоятся к нам соваться! – радовался метеоролог.

– Сомневаюсь, – возразил Тайфун. – Огонь догорит и что тогда? Даже отстреливаться нечем. Безумие какое-то…

Из джунглей снова послышался шум и шорох от приближающегося скопища голодных тварей. Обречённая группа, взяв горящие ветки, безнадёжно смотрела в чёрные джунгли. Шокированная Аня не нашла в себе сил даже пошевелиться.

– Ну вот, – произнес вполголоса Петрович, приготовив нож Мамонтова к бою. – Зализав раны, они опять вышли на охоту, а мои раны до сих пор кровоточат.

Терпи, казак, атаманом будешь, – подбодрил его Мамонтов.

– Это мистика какая-то, – заплакал Ветров. – Я не верю в этот бред…

– Слышь, Мамонт? – сказал Тайфун, направляя автомат в сторону звуков. – Как же мне хочется сейчас оказаться возле К-5.

Мамонтов огорчённо глянул на Тайфуна. Звери окружили толпу и снова притаились. Ситуация накалилась до предела.

– Ну, вот нам и конец, мужики, – с трудом вздохнув проговорил Петрович.

– Ну-так и уйдём как мужики! – воодушевлял на последний бой их командир.

– Не поминай лохом, брат, – закончил Тайфун.

Со всех сторон с диким рёвом, не опасаясь огня, разъяренные звери и птицы как яростный ураган сквозь шум выстрелов несколько раз пронеслись через беззащитную горстку людей. И каждый, оторвав свою долю, возвращался в свою тёмную обитель.

Не прошло и минуты, как мерзкие твари разбежались, оставив после себя хаос. На месте кровавой бойни остались лишь два отчаянно сражавшихся бойца. Обезумевший Петрович, вцепившись руками в уже потухшие ветки, с сорванным голосом продолжал ими размахивать вокруг себя и орать. Рядом с ним пошатываясь, стоял оцепеневший Мамонтов. Всё вокруг них было залито кровью, и ни одного тела – только рванная одежда, трава и разбросанный, гаснущий костёр. Мамонтов упал на колени в попытке принять разумом реальность.

– Тебя они тоже не тронули? – спросил он вполголоса программиста.

– Что?! – крикнул в ответ, слегка оглушенный Петрович. – Куда все подевались?!

– Они нас даже не тронули! – прокричал Мамонтов и, подскочив, схватил Петровича за шиворот. – Ты знаешь, что это значит?!

– Я тебя слышу! – прохрипел Петрович, пытаясь вырваться из цепких рук пехотинца. – Что это значит?!

– Мы должны уничтожить этот Богом забытый остров! – воскликнул Мамонтов, отпустив программиста.

– Уничтожить?! – удивился Петрович, приходя в себя. – Но как?!

– Иди за мной! – сказал пехотинец и, собрав в кулак всю свою волю, направился в джунгли.

Озадаченный Петрович обронил погасшие ветки и, ничего не понимая, поспешил за морпехом. Под лунным освящением, доведённые до безумия, они шли сквозь заросли вглубь смертельных джунглей, безбоязненно разгоняя ужасную живность. По пути им в глаза бросились обглоданные человеческие черепа, кости и один нетронутый скелет. Им показалось это странным, но они стремительно шли выполнять свою миссию. Через пару минут они дошли до какого-то железного, чёрного полуметрового ящика и, взяв его за ручки, отправились обратно к самолёту.

– Мамонт, что это за ящик? – спросил Петрович. – Откуда ты узнал про него и что в нём? Здесь килограммов двести.

– Здесь атмосферная бомба класса К-5, – довольно улыбаясь, ответил Мамонтов.

– Что? – удивился Петрович. – Откуда она здесь?

– Она с самолёта, – продолжил пехотинец. – Я и Тайфун должны были доставить её в бермудский аэропорт, а там её должны были забрать военные из Майями. На этом наша работа завершалась.

– Значит, Мельников занимается перевозкой контрабандного оружия, а вся исследовательская экспедиция всего лишь прикрытие? – догадался программист.

– Ты быстро всё схватываешь! – ухмыльнулся пехотинец. – Похвально! Когда самолёт упал, я подумал, что мы все уже на том свете. Всё было в дыму, дышать было нечем, но я понял, что ещё жив. Потом меня кто-то вытащил из самолёта и положил на траву. Это был Тайфун. На свежем воздухе я быстро пришёл в чувства и вместе с ним мы унесли от посторонних глаз её сюда в джунгли. Потом мы вытащили вас.

Добравшись до самолёта, Мамонтов взломал ящик и, достав из него дистанционное управление, сделал глубокий вдох.

– Постой! – возразил Петрович. – Нам незачем взрываться вместе с этим островом! Мы можем вернуться домой. Или хотя бы добраться до Бермуд и оттуда уже взорвать его.

– Я тебя прекрасно понимаю, – нервно усмехнулся Тимур. – У тебя семья, тебе есть к кому вернуться. Ты хочешь жить. Но как ты сможешь спокойно вернуться домой и жить после всего этого? И вообще, ты уверен, что ты сможешь выбраться с этого острова?

– Нет, не смогу, – опомнился Петрович. – Ты прав.

– И я не смогу, – грозно рыкнув, махнул пехотинец рукой на джунгли. – Да мне и возвращаться не к кому! Тайфун из детдома был мне братом. Пусть и не родным, но он был моей семьёй. И сколько ещё должно здесь погибнуть людей? Я клянусь, я этот остров не покину. Я его уничтожу вместе с собой и этими несусветными тварями.

– Всё, хватит! – согласился Петрович. – Давай покончим с этим! Взрывай!

– Прощай! – успокоился Мамонтов. – Не поминай лихом!

– И ты меня! – ответил Петрович.

И собравшись с духом, пехотинец нажал на кнопку. Но ничего не произошло. Пехотинец выпучил глаза на пульт и постучал по нему, но пульт не работал.

– Что случилось? – удивился Петрович. – Почему бомба не взрывается?

– Ха-ха-ха! – нервно засмеялся Мамонтов, подняв лицо вверх. – Пульт на аккумуляторе!

– На аккумуляторе? – переспросил Петрович и тоже рассмеялся. – Точно, нарушение магнетизма!

И оба, присев к бомбе, продолжали смеяться.

– Вот так ирония, – сквозь смех и слёзы проговорил пехотинец. – Ни пожить, ни сдохнуть! Бре-е-ед!

– И впрямь, бред! – оглядываясь на бомбу, смеялся Петрович. – Тимур, слышь, а ты не знаешь, что это за циферки мигают?

Мамонтов, проглатывая слюну, посмотрел на таймер бомбы, а потом на программиста и ещё сильней рассмеялся.

– У меня нет слов! – Швырнул пехотинец пульт в сторону моря, и программист рассмеялся вместе с ним.

– Наверное, от удара часовой механизм сработал. – Продолжал смеяться Мамонтов.

– А на чём он сработал?! – Сильней засмеялся Петрович.

– Ха-ха-ха!!! – С обезумевшим лицом взглянул Тимур на Петровича и перевёл взгляд на море.

Просмеявшись, пехотинец наконец успокоился и, зажмурив глаза, начал массировать большими пальцами рук свои виски, а Петрович уставился в потрепанную землю.

– Это время… – добавил Петрович, – время отведённое нам Богом на покаяние.

Глава 6. Разгадка тайны Бермудского Треугольника

Время 59 минут до взрыва.

Обречённые на смерть программист и пехотинец, прислонившись спинами к бомбе К-5, в глубоком раздумье смотрели на звёздное небо, вспоминая прожитую жизнь.

– Вань, знаешь, – начал разговор Мамонтов, – меня вот один вопрос в покое не оставит.

– Какой? – поинтересовался Петрович.

– Почему нас звери не сожрали, как остальных? – удивлялся пехотинец, почёсывая макушку. – Мы ведь с тобой не самые лучшие, согласись? Они могли хотя бы девчонок оставить, а оставили нас?

Знаешь, Тим, – продолжил разговор Петрович. – Я поначалу в шоке был и мало что понимал, но тоже задавался этим вопросом. А когда увидел тот целёхонький скелет среди других обглоданных костей, заметил кое-что.

– Ну и! – заинтриговался Мамонтов. – Что заметил?

– Я на скелете цепочку с крестиком разглядел, – пояснил Петрович. – И на мне тоже крестик есть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.