Друг на крыше
Светлана Горбунова

Корректор Галина Кривицкая

© Светлана Горбунова, 2026

ISBN 978-5-0069-3114-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Новый город, новый дом, новая школа – это всегда не просто, особенно, если в старой жизни для счастья было всё, и это «всё» досталось тяжким трудом. В жизни, которая приходит с переездом, приходится всё начинать с нуля. Кто-то принимает такие перемены с восторгом, как увлекательное жизненное приключение, а кто-то уверен, что ничего хорошего из это не выйдет, и не беспричинно.

– Данька, ну что, ты готов? – крикнул из прихожей статный мужчина с красивыми скулами, блестящими тёмными волосами и гордой ухмылкой на лице. Он стоял перед зеркалом и повязывал на шее галстук.

– Готов, – ответил унылый голос. Вскоре из дальней комнаты выполз, еле шевеля ногами, мальчик.

– Что такой невесёлый? Не бойся! Школа классная. Учителя хорошие, программа… Мы с мамой оба выпускники. Лучшие годы я провёл в этой школе!

– А вот я туда вряд ли впишусь.

– Что за вздор?

– А ты посмотри на меня!

Данил был низок ростом. В его возрасте мальчики вытягиваются, а он не подрос ничуть за последние два года, и в свои пятнадцать выглядел на двенадцать.

– Хоть представляешь, как с таким ростом тяжело друзей найти?

– Сынок, вот я в твоём возрасте был душой компании.

– Ты и сейчас душа компании, – мама вышла в прихожую проводить мужа. Она была высокая, стройная, а её идеальные каштановые волосы были завиты кольцами и красиво уложены на затылке.

– Разумеется! Ведь без меня компания обанкротится! – папа улыбнулся собственной шутке, поправил борта пиджака и взял в руки кейс. Он уже шагнул в двери, но увидел поникшее лицо сына и задержался. – Эй, старик, не хандри. Хочешь секрет? Я тоже был самый маленьким в классе. Но никому не позволял себя дразнить. Я был твёрд, уверен с себе, и в итоге стал тем, с кем хотел дружить каждый. Всё дело в том, как ты себя поставишь. Только… не вздумай никого дразнить, понял? Я тебя уверяю, это плохая идея. Я уверен, что мой сын от меня не отстанет и даже превзойдёт!

Получив от жены прощальный поцелуй, мужчина вышел за дверь.

– Дорогой, тебе тоже пора, – мама хотела обнять сына на прощание, но Данил отстранился.

– Не надо, мама!

– Что с тобой?

– Не хочу чувствовать себя малышом, упираясь тебе головой в грудь.

Данил пришёл в класс за пару минут до начала урока. В кабинете было очень шумно. Мальчишки носились между парт и швырялись линейками; один из одноклассников царапал на доске кривыми буквами «Школа – последний круг ада».

«Отличный класс, спасибо, папа!» – сказал Данил, но его слова заглушал гомон.

На передней парте, самой ближайшей к выходу, сидел мальчик в очках и с пышными кудрями – очевидно, интеллектуал. Данил подошёл к нему со стороны свободного места и протянул руку:

– Привет. Я Данил.

– Слава, – сказал парень с ответным рукопожатием, – но тут занято.

Данил продолжил поиски. На ряду, ближайшем к окну, он заметил ещё одного мальчика со свободным местом рядом. Но и мальчик заметил новичка. Он быстро поставил на стул свою сумку, показав тем самым, что ему и одному хорошо, либо, что такое соседство ему не нужно. «И на что я надеялся!» – подумал Данил. Поступок одноклассника его задел, и он больше не хотел испытывать судьбу. Он встал в углу, дожидаясь начала урока.

Звонок прозвенел, но гам не стих, пока в класс не вошла учительница. По пути к своему столу она захватила Данила и вытащила его из угла к доске, поставив перед всем коллективом.

– Класс, с сегодняшнего дня с нами будет учиться новый ученик. – учительница обратилась к Данилу взглядом, чтобы он представился.

– Данил Яблоков, рад познакомиться, – Данил радушно улыбнулся. Вдруг его искренность привлечёт к нему хоть кого-то!

Его посадили на свободную парту в середине класса. Данил решил сразу, как его посадят за парту, пожать руку соседу и познакомиться. Но соседа у него не было. Вокруг почти все сидели парами, перешёптывались, а Данил сидел один, посреди просторного класса, будто изгой, с которым никто не дружит.

Урок начался, учительница отвернулась, чтобы написать на доске тему урока, и Данил почувствовал, как что-то прилетело со спины и ударилось ему в плечо. Это оказался комок бумаги. Он упал на пол между ножек стула.

«Привет, коротыш», – гласила записка. Даниил обернулся. Одноклассник с последней парты улыбался ему. Данил улыбнулся в ответ и помахал рукой. Одноклассник беззвучно засмеялся, а его сосед и ещё двое с парты перед ним поддержали. Даниил нахмурился и отвернулся: «Это не потенциальные друзья, это просто придурки!»

– Так! Кто это написал? – строго спросила учительница, заметив на доске провокационную надпись.

– А это новенький, зарабатывает себе статус в обществе, – насмешливо заявил тот самый мальчик с последней парты. По классу пробежался одобрительный смешок.

– Да-да! Будто я не узнаю твой почерк, Илья! Девятый класс, а пишешь всё ещё как первоклассник.

И снова по кабинету эхом разнеслось хихиканье. Эта шутка учителя Данила ободрила, он даже улыбнулся, но на этом позитивные моменты закончились.

Остаток урока Данил вертел головой, изучая одноклассников. Многие на него исподтишка смотрели, а некоторые открыто пялились. К кому к первому подойти познакомиться на перемене – Данил не мог решить. Кажется, все здесь уже разбились на пары, группы и дополнительный человек им был не нужен.

Выбор не был сделан и к концу урока. Звонок прозвенел, класс перебрался в другой кабинет. Все расселись в точно таком же порядке, а Данил занял свою парту отшельника. Он решил написать своей подруге из старой школы. Их дружба теперь вряд ли долго будет длиться, но это всё же лучше, чем чувствовать себя изгоем общества.

– Кому пишешь?

Данил и понять ничего не успел, как его телефон оказался в руках того самого парня с последней парты. Он был высок, худощав и имел пышную неухоженную шевелюру.

– Ксюша? У-у-у! Слушайте, у нашего коротыша девчонка!

В классе поднялся гул. Несколько человек поддержали своего лидера:

– У-у-у!

– Это подруга. Отдай телефон!

– А, подруга? Я-то уж думаю: насколько некрасивой надо быть, чтоб отчаяться и начать встречаться с тобой!

Илья, пользуясь преимуществом в росте, поднял телефон на вытянутой руке. Данил не стал унижаться и прыгать, чтобы его достать. Он рванул к последней парте, схватил рюкзак задиры и свесил его за окно.

– А ну поставь на место! – Илья изменился в лице.

– Отдай мой телефон!

– Да ты не посмеешь! У меня там такие вещи, за которые твоим родакам почки продавать придётся! Отправлю-ка я твоей Ксюше сердечко. Забавно будет посмотреть, как она тебя отошьёт!

Данил расцепил пальцы. Через несколько секунд рюкзак издал глухой: Бдыщ!

– Ты что, дебил, страх потерял?! У меня там повер, наушники… Платить придётся, малыш.

– Размечтался!

Телефон Данила Илья кинул через плечо. Он легко перенёс падение, но тут же со всех сторон набежали приспешники задиры и начали его пинать и топтать ногами.

– Девочки, закройте глаза. Сейчас я надеру малышу задницу! – Илья картинно хрустнул костяшками, запугивая свою жертву, но Данил вовсе не испугался. «Маленький – не значит трусливый!» – вспомнил он отцовские слова. Холодок по спине пробежал, но вовсе не от угроз, а от того, что ни единая душа не поддерживала его, будто всё общество было против, и в драке на его стороне биться не будет никто.

Девочки советом не воспользовались, а наоборот уставились на своего лидера и его жертву. Илья подошёл, схватил Данила за грудки.

– Это что здесь такое?! – вошёл престарелый учитель. В серебристой бороде гнулась возмущённо линия губ, а бледные глаза уставились на учеников.

Обидчик отступил, начал выдумывать отговорку, а Данил, разозлённый из-за обиды и из-за того, что его спасли, не дав проявить мужественность, толкнул одноклассника и вылетел из класса.

Он побежал, не разбирая дороги, по незнакомым коридорам, сбивая на ходу людей; вылетел на лестничную площадку и, не задумываясь, побежал вверх. Внутри всё кипело. Теперь все будут думать, что его спас приход учителя, что, если б не он, Данила бы избили, не получив ответа – это не так! Данил не слабый и не нуждается в защите!

Лестницу освещали окна высотой в несколько этажей, но чем выше Данил поднимался, тем становилось темнее и теснее. Так высоко не поднимался никто. Здесь перила покрывала пыль, а лампы не горели. Было совершенно темно.

Данил начал уставать, эмоции пошли на спад. Он остановился, чтобы отдышаться. Его дыхание эхом отскакивало от давящих стен и неровных лестниц. Здесь пахло совсем иначе – пылью и сырым бетоном, а голоса учеников заменял вой откуда-то из-за стен. Когда глаза привыкли к темноте, Данил увидел, что лестница осталась позади, он стоял на площадке перед металлической дверью. Вой звучал за ней – вой ветра. Данил повернул ручку, и его тело тут же обдало прохладой; рубашка на груди заструилась, а лёгкие наполнил осенний воздух; яркие белые лучи солнца ударили в глаза.

Это был выход на крышу. Снаружи располагалась небольшая площадка, огороженная парапетами. Прекрасное место для уединения! Но это место оказалось занято.

На парапете сидела девочка, на вид ровесница Данила, и смотрела вдаль. Данилу она показалась знакомой, что не удивительно: они же в одной школе учатся, наверняка, виделись в коридоре.

– Привет, – сказала она и улыбнулась.

– Привет.

Данил надеялся побыть один, чтобы успокоиться, но от этой улыбки всю злость как рукой сняло. Хоть один человек не смотрел на Данила как на мишень для издевок.

– Если хочешь, посиди со мной. Я не против.

Данил сел. Сердце всё ещё рвалось выскочить из груди, и Данил старался его успокоить, вдыхая полной грудью. Прохлада сентября приятно покалывала кожу.

– Тебя кто-то обидел? Ты выглядишь расстроенным, – девочка смотрела на Данила изучающе, её взгляд был непринуждённый и очень спокойный.

– У меня сегодня первый день, а одноклассники – дебилы.

– Понимаю. Мне очень жаль, что тебе так не повезло.

– А ты почему здесь? Тоже обижают?

Девочка покачала головой в знак согласия, но не с обидой, а совершенно безразлично, будто этот факт ни на что не влиял. Данил счёл это спокойствие своеобразным защитным механизмом, помогающим справиться с трудностями. В душе ей, наверное, так же больно, как и ему.

– Я Данил, – он протянул руку.

– Прости, но своего имени я не назову, – сказала девочка, и руки не пожала. – Ты будешь смеяться.

– Не буду.

– Все смеются, и ты будешь. Мне всегда нравилось имя Наташа, можешь меня так называть.

Данилу не нравилась идея называть новую знакомую чужим именем, но из чувства такта он согласился.

– Ладно, как скажешь. Так тебя из-за имени?..

– Не только. Посмотри, какие у меня волосы.

Гладкие рыжеватые локоны, собранные ободком, аккуратно лежали на плечах. Наташа взяла их в охапку и продемонстрировала Данилу то, что получилось.

– Они у меня очень тонкие. Девочки говорят, что на крысиный хвост похоже. Ещё и рыжие.

Внутри у Данила мысли собирались в комок. Будто клубок змей они пускали яд в разум, и злость нарастала.

– Не слушай их. Они просто дуры! – не смотря на все усилия собраться с мыслями, это всё, что что смог выдать его затуманенный злостью разум.

– Не злись, пожалуйста. Я не обижаюсь. Мне уже… надоело обижаться.

– А зачем тогда приходишь сюда?

Наташа медленно пожала плечами. Данил решил, что спросил лишнего, потому что Наташа резко перевела тему, сказав:

– Может, поиграем? А то одной тут скучно.

– Ну, давай. А во что?

– В города можно.

Наташа начала с Бирмингема, и чем дальше продвигалась игра, тем больше она поражала Данила объёмом знаний. Она раз за разом кидала малоизвестные названия городов, большинство из них Данил «вроде когда-то слышал». Азарт рос. Данилу хотелось победить в этой интеллектуальной схватке.

У Наташи был акцент, еле уловимый, но после двадцати минут беспрерывной беседы он стал казаться очень даже заметным. Она произносила звонкие согласные звонко даже в конце слова, некоторые звуки произносила твёрже, а некоторые, наоборот, мягче, чем принято в русском языке.

Данилу было весело. Он уже забыл об Илье, о том, что телефона лишился, и улыбался, хватаясь за каждое слово, что вылетало из уст девочки. Когда прозвучало Колчестер, он открыто засмеялся:

– Что? Нет такого города!

– Нет есть. Он в Англии.

– Откуда ты знаешь?

– Я там родилась.

Данил замер на пару секунд, шокированный услышанным. Почему-то он верил Наташе. Ему казалось, что такая добрая девочка не может врать.

– Что, серьёзно? И… как там?

– Я уже не помню. Мне было семь лет, когда мама с папой разбились на машине. Я какое-то время жила в приюте, а потом меня удочерили русские.

– Оу… Мне очень жаль.

– О, не переживай. Эти русские хорошие. Они меня как родную приняли.

– Совсем не переживаешь? Из-за… родителей…

– Уже нет. Просто их время прошло. Я не грущу. Я стараюсь вспоминать лишь хорошие моменты, но… уже мало что осталось.

Наташа выглядела и правда спокойно. Вряд ли Данил смог бы так легко пережить утрату. Как она это делает?! Она страдает в душе – Данил был в этом уверен. И решил перевести тему. Он ободряюще улыбнулся и сказал:

– Теперь понятно, откуда у тебя такой интересный акцент.

– Интересный? Правда? – Наташа была тронута. – Оксана Малинина выбрала другое слово.

– Экзотичный?

– Клоунский.

– Смотрю, твои одноклассники не лучше моих.

– Просто у меня слишком много недостатков, за которые можно зацепиться.

– Недостаток – мозгов в головах наших одноклассников. Нет ничего смешного ни в твоём акценте, ни в волосах. Про имя мог бы сказать то же самое, если бы ты его назвала.

Наташа помотала головой.

– Это не важно, – продолжал Данил. – Они не правы. Не расстраивайся из-за них.

Общество Наташи было Данилу приятно. Она была для него родственной душой, переживала то же, что и он, понимала его. Ей было точно хуже, чем ему, но она научилась так искусно прятать свою боль! Может, она и его научит?

Данилу пришлось вернуться в класс и отучиться остаток дня. Он не был таким приятным и умиротворяющим, как время, проведённое на крыше. Подколы на переменах, комки бумаги с издёвками, одна за другой бьющиеся о спину нового ученика, «случайные» удары в плечо, подножки или толчки на переменах. Учебный день будто бы длился вечно. Домой Данил вернулся в дурном расположении духа.

Он не стал расстраивать маму тем, что первый день выдался не самым лучшим. Она, разумеется, сходу спросила, как прошёл день, но Данил притворно улыбнулся и сказал:

– Ничего.

Он сразу ушёл в свою комнату делать домашнее задание. От папы же он скрывать правды не стал.

Папа вернулся домой, когда за окном было уже темно. После недолгой беседы с супругой в прихожей, он пришёл к сыну.

– Тук-тук! Чем занят?

– Привет, пап. Уроки делаю.

– Ух ты! Уроки! Мама заставила? Я думал, ты предпочтешь весь день на своего лучшего друга потратить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.