Андрей Гусев
Обыкновенное чудо жизни. Рассказы о ЭР.

Обыкновенное чудо жизни

Яркое солнце пробивалось сквозь окно купе, заливая всё вокруг золотистым светом. Колёса поезда ритмично постукивали, пытаясь убаюкать пассажиров своим однообразным звуком. За раскладным столиком сидели двое.

– Как ты говоришь, это твоё учение называется? – спросил Василий, поставив стакан с чаем на стол.

– Эзоагностика. Только это не учение, а скорее модель человека и направление для работы с тем чего нет.

– Как как можно работать с тем, чего нет?

– Очень даже можно, – рассмеялся Игорь, – некоторые вещи существуют, но они недоступны для нашего восприятия, вот это я и назвал то-чего-нет. Но это всё сложно, а я просто хотел сказать, что эзоагностика занимается не всякими чудесатыми практиками, а реальной жизнью, реальным взаимодействием людей и движением человека в глубину к самому себе.

– Реальным взаимодействием… – задумчиво произнес Василий

– Именно. Чудо жизни уже есть среди совершенно обыденных вещей, просто его никто не замечает, так как все озабочены лишь эффективностью своего функционирования на базаре жизни

– Да подожди про базар, лучше поясни, что ты имеешь в виду под реальным взаимодействием людей?

– Почему тебя так это заинтересовало?

– Да просто вспомнил один случай из моей жизни, который я никак не могу до конца понять… Это произошло много лет назад, когда я еще был молодым и работал в детском театре. Мне было за двадцать, и тогда мне это казалось лучшим в жизни. Я был молод, хорош собой, полон уверенности. Казалось, что я – важная для всех людей героическая фигура… Но это всё было иллюзией. Да, самообман. Детская аудитория благодарная, это правда. Они реагируют на всё: смеются, хлопают, пугаются… Но потом я понял, что всё это – лишь видимость. Знаешь, где это особенно остро почувствовалось? На гастролях. Мы приехали в детский дом для детей с психическими нарушениями. Это был такой детский дом для… тех, кого бросили. Они не реагировали так, как обычные дети. Обычные дети смеются, хлопают, пугаются в нужных местах. А эти… Эти смотрели на воспитательницу. Если она улыбалась – они улыбались. Если хлопала – они хлопали. И вот ты стоишь на сцене в своих красных сапогах, думаешь, что распространяешь доброе и вечное, а они… просто смотрят.

– И как ты себя чувствовал?

– Будто провалился в бездну. Спектакль закончился, мы поклонились – тишина. Ни одного аплодисмента. Потом воспитательницы им что-то сказали, и они начали хлопать. Мы вышли на второй поклон, получили цветы. Но ощущение пустоты не покидало. Там был мальчик… Он подошёл ко мне после спектакля. Такой странный, лет девяти. Подошёл сзади, тихо сказал: "Здравствуйте". Я повернулся, жду, что он сейчас похвалит спектакль, скажет, какой я герой. А он… прочитал мне стихотворение.

– стихотворение?

Игорь медленно, словно взвешивая каждое слово, чтобы точно вспомнить все слова начал говорить.

– Колокол звонит на башне золотой. На центральном рынке башня та стоит. Но никто не знает, где центральный рынок, Но никто не видел башни золотой.

– Он это сказал и просто ушел. Представь, восьмилетний мальчик, который даже не знает, что такое нормальная жизнь, потому что его бросили. Откуда у него это? Почему золотая башня? Почему рынок, которого нет? Я тогда не сразу это понял, а потом… потом меня накрыло. Это было больше, чем откровение. Это было как удар по голове. Всё, что я знал о философии, литературе, о жизни… Оно всё перевернулось. Мне вдруг показалось, что этот мальчик понимает мир лучше, чем я, со всеми моими знаниями. Он… как будто видел истину. Понимаешь, я читал Данте, Шекспира. Я знал про аллегории и символы. А он просто пришел и сказал. Без размышлений, без философии. Чистый поток сознания, но какой…

– Потрясающе, потрясающе, – глаза Игоря светились, на лице блуждала улыбка

– Вот только не надо мне парить всякие предположения и сказки, я уже всего этого наслушался, когда рассказывал этот случай разным людям

– Да какие предположения? тут всё чётко вписывается в мою модель человека. Конечно, можно порассуждать по поводу того, что значит это стихотворение. Например, золотая башня и есть аналогия того-чего-нет, которое существует, но которое нам не доступно для восприятия. Мы можем воспринимать только следствия в виде гармоничности, в виде озарения… в виде звона колокола. Но гораздо интереснее более подробно разобрать саму ситуацию, как это произошло и кто именно в этом участвовал

– Ну, я участвовал и не совсем обычный пацан о чём тут говорить

– В том-то и дело, что пацан не просто необычный он светлый…

– светлый?

– есть и другие термины для такого типа людей, например, неспящие, но тебя это только запутает. Давай называть его светлым!

– а другие что – темные?

– ну почему сразу темные… хотя и темные тоже есть, но их очень мало. Другие скорее серые – у них серые будни, серая жизнь с напускными радостями, они не живут, а функционируют. Они могут быть очень хорошими профессионалами, они наполнены эмоциями, некоторые пишут стихи и рисуют картины. Но все они все равно серые, так как в нашей жизни очень сложно проявить свет. Светлые же делают их жизнь светлее, дают им "обыкновенное чудо жизни"

– в смысле "обыкновенное чудо"?

– Они могут показать, что жизнь не ограничивается социальным заказом, беготней за счастьем, за карьерой, за деньгами, за впечатлениями от путешествий и посещения театра. Они как будто открывают окно в заформализованную картину мира человека, и через это окно веет свежий ветер от запроса на реально новое, от самой жизни как феномена реальности

– Какой, какой запрос?

– Если объяснять попроще, то у человека есть запрос от лимбической системы на то, чтобы жрать. Ещё в древнем Риме вывели формулу на потребность жрать «хлеба и зрелищ». Теперь у нас более цивилизованное общество и эта формула переросла в «потреблять и кайфовать», стремиться к впечатлениям. Но суть осталась прежней. Запрос же на реальное новое идёт от сущностного пространства человека, это интерес человека к самому феномену жизни, через постижение которой можно совсем по-другому смотреть и на окружающую жизнь и на свою собственную по направлению вопроса кто я. Об этом можно много и долго говорить, но в контексте твоей ситуации со стихотворением, светлый паренёк подарил тебе то, что можно назвать обыкновенным чудом жизни. То есть ситуацию, которая не вмещается в простую и понятную картину мира, которую обычно выстраивает для себя человек, чтобы запрос на реальное новое не мешал ему эффективно функционировать.

– Хмм…

– И тут есть очень важный момент, когда ты смог сохранить эту ситуацию, она вошла в резонанс с твоим глубоко внутренним запросом на реальное новое, что позволило тебе в дальнейшей жизни не свалиться в книжные знания или свои фантазии о том, что происходит вокруг тебя. Возможно, что это окно является самым важным, что произошло в твоей жизни

– Да ладно, – рассмеялся Василий, – в моей жизни было много значительно более важных событий, чем этот стишок

– Я говорю про важность оставаться живым во всей той важной беготне, который мы занимаемся на базаре жизни, не превратиться в функционирующий винтик социального механизма, не потерять самого себя.

– Я смотрю тебя крепко зацепил этот пацан и его стишок

– Очень, очень крепко! – улыбнулся Игорь. – Дело в том, что мне как раз очень сильно не хватало такого яркого примера сущностного взаимодействия людей чтобы показать как светлые привносят в нашу жизнь человечность. Здесь прекрасно сработала и формула время-место-люди. Согласись, что если бы к тебе вместо пацана подошёл профессор филологии и рассказал такой стишок, то вы вместе посмеялись бы, выпили рюмку чая и навсегда забыли бы этот момент. Но к тебе подошёл именно этот паренёк с признаками аутизма, и подошёл он именно в тот момент, когда ты был готов максимально эффективно этот стишок воспринять из-за той обстановки которая там сложилась. А паренёк просто чувствовал гармоничность ситуации, включая и твоё состояние. В ответ на эту гармоничность, он сваял этот стишок и рассказал тебе, потому что ты в нём нуждался, чтобы стать живым. Подчёркиваю, не твоя личность нуждалась в этом стихе, а именно ты сам, именно тот ты, которого фактически нет, так как его закрывает твоя личность со своими воображениями о себе. Ну а паренёк, безусловно, живой, он просто безупречно прожил этот момент своей жизни и сделал то, что делал всегда – сделал наш мир более живым, более человечным. Ему не нужно никакое окно, он там живёт – там, где ветер, где свобода, где реальная жизнь. Он сделал это не для того чтобы его похвалили или чтобы выпендриться, он сделал это потому, что так было нужно реальности и ему самому, так как он является частью этой реальности, которая значительно больше всего нашего мира не говоря уже про наш социум.

– Странно но действительно если хорошенько подумать то эта ситуация постоянно всплывала в разных моментах моей жизни. Например, чтобы я мог увидеть сложность и неопределённость там, где можно было бы всё закрыть каким-то простым объяснением… А что все аутисты-светлые?

– Конечно нет, я даже не уверен, что этот паренёк был аутистом. Возможно, он просто скопировал поведение окружающих его ровесников или просто хотел соответствовать тому, что от него ожидают взрослые. Чаще всего аутизм вызывается патологией в развитии мозга, но бывает и так что человек просто больше всего нашего мира, и иногда это не даёт ему выйти на адекватность восприятия, построить адекватную картину мира. И вместо реальной помощи, таких людей загоняют в стандартные рамки болезни, описанной в книжке. Да и без признаков аутизма светлые люди не вписываются в серую картину нашей жизни, с серыми людьми, с их серыми представлениями о том, как должно быть правильно. Представь, как изменился бы наш мир, если бы в социуме были какие-то фонды, поддерживающие светлых. Этот паренёк за свою жизнь мог бы дать зёрнышко человечности десяткам, а может и сотням людей. И ведь он не одинок, есть и другие светлые. Но увы, человечность в социуме не востребована, всем подряд навязывается социальный заказ, чтобы причесать, припудрить и привести в приличный вид ту лимбическую систему, которая выпирает из серых. Конечно, и у светлых тоже есть лимбическая система, но она у них не доминирует, не определяет их поведение. Именно такие люди и делают нашу жизнь более человечной, двигая эволюционный процесс всего человечества. Но этого никто не видит. Так что основная сложность в эзотерике состоит не в том, чтобы искать секретные практики и истинные учения, а в том, чтобы увидеть реальную жизнь прямо перед собственным носом. Сложность не в том, чтобы развивать сверхспособности, а в том, чтобы стать самим собой.

– Ты так думаешь, кто-то думает по-другому. Где истина?

– Нет никакой истины, есть степень адекватности, с которой наша картина мира соответствует реальности. Картина мира – штука солидная, многие ее называют субъективной реальностью. Вот у меня хорошее воображение, сейчас я представлю горящую свечку на нашем столе, и в моей картине мира эта свечка будет присутствовать.

– Чтобы говорить о реальности, нужно чтобы эта свечка не только в твоей голове была, – с сомнением в голосе сказал Вася

– Но сознание в моей голове находится где-то в Реальности, а значит и свечка тоже может быть реальной.

– А может и не быть, как ты это докажешь?

– Никак… в области эзоагностики что-то доказать вообще трудно…

Входная дверь громко распахнулась и в купе зашла красивая молодая женщина. Щурясь от света из окна, она сказала:

– Привет, я ваша новая попутчица. Что-то я плохо вижу… у вас что, свечка на столе стоит? Вроде бы открытый огонь нельзя в поезде… Сейчас очки одену… А что это вы на меня так смотрите???

Вася и Игорь застыли словно заворожённые, их глаза расширились до пределов возможного, а рты приоткрылись в немом изумлении.

Андрей Гусев, 11 ноября 2024 по мотивам произведения «Лента Мебиуса» Алексей Слюсарчук.