Таормина Феникс
Итальянцы и русские

Глава 1

Глава 1 Когда мало радостей – радуешься всему, чего не было раньше.

Я смотрела на белый огромный круизный лайнер в порту Неаполя и мысленно видела себя с Кристианом в креслах на балконах номеров. Как бы мне хотелось проехаться на лайнере с моим любимым мужчиной!

Чтобы лунная дорожка освещала наш путь и звезды сияли от счастья, глядя на нас. Я бы угадывала каждое желание моего любимого и делала все, чтобы он был счастлив. Если бы только он мне позволил…

На борт лайнера поднимались туристы и я с мечтательной тоской смотрела им вслед. Может быть наступит день, когда я также как они, взявшись за руки с моим любимым мужчиной, поднимусь на борт такого же лайнера? Когда лайнер отчалил от берега я загадала это желание.

– Таня, пойдем. В Палаццо Реале опоздаем. – отвлекла меня от созерцания лайнера подруга.

Моей подруге, с которой мы наслаждались красотами и достопримечательностями Неаполя, было 52 года. Она была моей тезкой.

До Италии она работала учительницей английского языка, а в Италию она приехала выходить замуж за итальянца. Вернее за наполитанца. Они познакомились по интернету. Наполетанец держал ферму в горах и ему нужна была помощница по хозяйству.

Моя подруга была разведена. Ее муж женился на однокласснице их дочери. Подруга сильно переживала из-за измены мужа и решила утешиться в замужестве за итальянцем.

Жених предложил узнать друг друга до свадьбы и нагрузил ее тяжелой работой на своей ферме. Моя подруга стремилась произвести на него впечатление и сорвала спину. После того как она слегла и не смогла поднимать тяжести ее жених предложил расстаться. Ему была нужна сильная и здоровая батрачка. Больная жена в его планы не входила.

Моя подруга уехала от жениха и пошла работать сиделкой. Её бабушка жила в Поцуоли. В квартире с панорамными окнами и видом на море. Она была состоятельной наполетанкой.

В выходные дни мы набирали еды, вина и отправлялись на экскурсии. Насладившись историческими красотами мы забредали в какой-нибудь парк или находили свободную лавочку, чтобы удобно поесть, выпить и обсудить увиденное.

Нам было очень хорошо вместе. У нас было одинаковое образование, одинаковая профессия и мы понимали друг друга с полуслова. Как же мне повезло с ней!

Однажды мы не нашли другого места для распития вина, кроме лавочки напротив мэрии Неаполя. Я решительно сказала, что именно тут мы будем напиваться! Под носом у жандармов. В этом весь кайф!

Мы распивали вино из одноразовых стаканчиков, тайком наливая его из пакета, обсуждали входящих и выходящих посетителей, сотрудников, полицейских из здания городской мэрии и чувствовали себя великими конспираторами, а заодно шаловливыми школьниками, списывающими диктант под носом учителя. Нам было весело и мы напрочь забыли о том, что временно работаем сиделками. Не родились же мы сиделками, в конце концов! У нас образования будет побольше, чем у наших бабулек вместе с их отпрысками.

Мы временно спустились в долину к простым наполетанцам, чтобы взять то, зачем приехали и уехать прочь навсегда. Униженными мы себя не ощущали. Мы просто работали, чтобы оплачивать наши путешествия, изучать язык и позволять себе то, что было нам недоступно в нашей жизни в России.

Незадолго до Нового года я накупила две сумки подарков маме: итальянские сапоги, туфли, ортопедические тапочки, шейные платки, 12 кофточек и джемперов, нижнее белье, оливковое масло, макароны, сыр, прошутто крудо, колбасу, гриссини из цельнозерновой муки, шоколадные конфеты и отправила их домой украинскими бусами. Ровно через неделю мама распаковывала подарки и сильно ругала меня по телефону за расточительность.

Именно в Неаполе я полюбила дарить маме подарки и получать удовольствие от ее строгих выговоров за "нецелевое расходование денежных средств". Моя мама, как большинство советских женщин, считала расходы на себя лишними. А я считала, что моя мама ничем не хуже Джузеппины и даже лучше. Поэтому, я начала приучать ее к итальянским хорошим вещам и продуктам. Зря что ли я вид на жительство получаю? Пусть маме тоже перепадет радости. Она заслужила.

Тем временем, моя жизнь у Джузеппины становилась с каждым днем все невыносимее. Джузеппина раздражалась из-за всего подряд и впадала в истерику.

Она начинала на меня кричать, обзывать меня наполетанскими ругательствами, придираться к каждой мелочи.

Особенно ее раздражали мои привычки в еде. Она считала, что я слишком много ем.

От скуки я действительно ела больше обычного. Джузеппина считала, что я ее объедаю. И зря.

Джузеппина готовила пасту, покупала хлеб, сливочное масло, фрукты и овощи.

Шоколад, прошутто, мороженое, вино и некоторые другие продукты я покупала себе сама. Кроме того, я обнаружила, что от той еды, которой меня кормит Джузеппина у меня развивался стоматит в ротовой полости. Из-за кислого томатного соуса и крепкого кофе у меня появилось одновременно 4 язвочки во рту. Тот, кто знает как болит хотя бы одна язвочка может представить как болят одновременно четыре.

Я полоскала рот содой, но язвы не проходили. Только мороженое облегчало мои страдания. Мороженое в Неаполе очень вкусное. Это самое вкусное мороженое, которое я когда-либо ела. Причем, частные кафе-мороженое готовят настолько необыкновенное лакомство, что в Афраголу за мороженым приезжают даже из Неаполя.

Это дорогое мороженое, которое стоило 2,5 евро за порцию. Его я покупала себе сама на мои личные деньги.

Кроме мороженого я готовила себе картофельное пюре с салатом из огурцов.

Наполетанская картошка почти не содержит крахмала и настолько мягкая, что ее можно размять вилкой. Если оставить очищенную наполетанскую картофелину на столе, то она не почернеет даже если будет лежать на столе целый день.

Я варила себе гороховый суп на курином бульоне с сельдереем и петрушкой. Аромат горохового супа раздражал Джузеппину. А еще больше ее раздражал расход газа.

– Газ дорогой! Один баллон стоит 13 евро! – упрекала меня Джузеппина.

– Тебе надо есть так, как едим мы! Утром чашка кофе с печеньем, в обед паста, на ужин 1 фрукт и все! Больше ничего есть не надо! Ты обжора. Ты очень много ешь. Ты все время ешь! – ругалась Джузеппина.

Джузеппина была категорически против того, чтобы я готовила мою еду и ела ее.

– Это от твоей еды у тебя стоматит! Ты ешь картошку и сырые огурцы! Огурцы – жарят! А ты не умеешь есть и поэтому у тебя стоматит! Ты должна учиться есть как мы.

Зять Джузеппины поддерживал ее.

– Таня. Если ты приехала в Италию, то ты должна есть наши продукты и есть как мы. На завтрак итальянцы пьют кофе 30 дней из 30 в месяц. И ты должна есть так же как мы.

Джузеппина жалуется, что ты не завтракаешь по-итальянски. Разве тебе трудно выпить кофе утром, а потом, когда Джузеппина не видит, ты можешь съесть что-то твое? И готовить твою еду тебе не нужно. Джузеппина прекрасно готовит на вас двоих.

У меня было ощущение, что меня насилуют всей семьей. Даже в тарелку ко мне залезли! Оказывается, баданта не имеет права есть то, что ей нравится. Баданта обязана есть только то, что ей разрешают хозяева. Даже покупать себе продукты на мои деньги я право не имею в этой семье!

Разве так может быть в свободной и демократичной Италии? Это же диктатура, деспотизм и самодурство!

В один прекрасный день я не выдержала и позвонила Зине.

– Зина, добрый день. Вы не могли бы помочь советом что мне делать?

– Что случилось? – спросила Зина.

– Меня заставляют есть еду, которую готовит Джузеппина. Если я ем что хочется мне, то Джузеппина скандалит. А у меня весь рот в стоматите. Я не могу есть помидоры, кофе, помидорный соус, а Джузеппина и ее родня меня заставляют. Им все равно, что у меня язвы по всему рту от их еды. Подскажете что делать?

– Я зайду в четверг. Когда родственники бабушки будут дома. Поговорю с ними.

Зина зашла в четверг и мило побеседовала с Джанной, ее мужем Антонио и Джузеппиной. Наполетанцы искренне недоумевали почему я отказываюсь есть по расписанию ту еду, которую они мне покупают. Зина еле убедила их разрешить мне ту еду, которую я готовлю себе сама до тех пор, пока у меня не заживет стоматит.

– Таня, тебе надо потерпеть. Ешь их еду пока не получишь документы. Получишь пермессо и уйдешь от них. А сейчас тебе надо их слушаться. – уговаривала меня Зина.

– Это рабство какое-то. Никогда не думала, что в Италии я не смогу есть ту еду, которую могу сама себе купить. – удивлялась я.

– А что ты хочешь? Это же мы к ним приехали. Это мы от них зависим. Здесь мы живем по их правилам. Не расстраивайся. Получишь пермессо и освободишься от них навсегда.

– Мне кажется я никогда не дождусь пермессо. – сокрушалась я.

– Тебе повезло. Твои документы уже делаются. А я вот 5 лет ждала пока закон о квоте выйдет. – делилась воспоминаниями Зина.

На самом деле она лукавила. Квота о виде на жительство для нелегальных эмигрантов выходила каждые 3 года. И Зине не было необходимости есть вредную для ее организма еду целых 5 лет. Он проработала бадантой несколько месяцев и ушла зарабатывать деньги уборкой. 5 лет с такой как Джузеппина не выдержит ни один человек. Не то, что я.