Сергей Чувашов
Мосты времени. Современный любовный роман

Глава 1: Новый старт

Дождь барабанил по асфальту, превращая узкие улочки в зеркальные лужи. Алина, с тяжёлым рюкзаком за плечами и зонтом, который то и дело выворачивало ветром, пробиралась к старому кирпичному дому на окраине города. Её кроссовки промокли насквозь, а настроение и без того было на нуле. Последние недели после разрыва с Димой были как бесконечный серый день: слёзы, сбор вещей, поиск нового жилья. Это объявление о сдаче комнаты она нашла случайно, пролистывая сайт в три часа ночи. "Сдаётся комната в двухкомнатной квартире. Порядок и тишина обязательны. 15 000 в месяц." Цена была приемлемой, а расположение – не так уж далеко от её мастерской. Она написала сообщение, даже не надеясь на ответ, но уже через час ей перезвонили. Голос на том конце был сухим, деловым: "Приходите завтра в шесть. Не опаздывайте."

Конечно, она опоздала. Часы на телефоне показывали 18:17, когда она, запыхавшись, нажала на звонок у двери с облупившейся краской. Дверь открылась почти мгновенно, и на пороге появился мужчина. Высокий, с тёмными волосами, аккуратно зачёсанными назад, и взглядом, который мог бы заморозить воду в трубах. Его рубашка была идеально выглажена, а руки скрещены на груди, как будто он уже приготовился к выговору.

– Вы Алина? – спросил он, даже не пытаясь скрыть раздражение. – Я сказал в шесть. Сейчас почти половина седьмого.

– Простите, – выдохнула она, пытаясь отряхнуть капли дождя с куртки. – Автобус задержался, а потом я немного запуталась с адресом. Но я здесь! Можно посмотреть комнату?

Он посторонился, пропуская её внутрь, но его взгляд говорил: "Ты уже провалила первый тест." Квартира пахла чистотой и чем-то едва уловимым, вроде свежесваренного кофе. Прихожая была минималистичной: вешалка, зеркало, ни одной лишней вещи. Алина почувствовала себя неуклюжей со своим рюкзаком и мокрыми следами на полу.

– Меня зовут Максим, – сказал он, ведя её по узкому коридору. – Если решите снимать комнату, есть правила. Никакого шума после десяти. Уборка по графику. И никаких гостей без предупреждения.

Алина кивнула, хотя внутри уже закипало раздражение. Она искала жильё, а не военную казарму. Но комната, которую он показал, оказалась неожиданно уютной: большое окно с видом на мокрый двор, старый деревянный стол, кровать с аккуратно заправленным покрывалом. За окном качались ветки старого клёна, а дождь рисовал узоры на стекле. Ей вдруг захотелось остаться здесь, несмотря на этого холодного типа, который, кажется, уже решил, что она – ходячая катастрофа.

– Я беру, – выпалила она, не дав себе времени передумать. – Когда можно въехать?

Максим посмотрел на неё с лёгким удивлением, но быстро вернул своё каменное выражение.

– Завтра, если подпишете договор. И внесёте оплату за первый месяц.

Она кивнула, чувствуя, как усталость накатывает волнами. Новый старт. Новый дом. И новый сосед, который, кажется, будет её личным испытанием. Алина не знала, что ждёт её впереди, но в тот момент, под шум дождя за окном, ей показалось, что это место может стать чем-то большим, чем просто крыша над головой.

Глава 2: Первые искры раздражения

Утро следующего дня выдалось неожиданно солнечным. Лучи пробивались сквозь тонкие занавески в комнате Алины, рисуя золотые полосы на деревянном полу. Она сидела на кровати, окружённая коробками с вещами, которые ещё не успела разобрать. Вчера, после подписания договора и передачи денег, Максим вручил ей ключ с таким видом, будто отдавал государственную тайну. "Не теряй," – бросил он напоследок, прежде чем скрыться в своей комнате. Алина только закатила глаза. Этот парень явно считал себя хозяином вселенной.

Она решила начать день с чего-то приятного – заварить кофе и послушать музыку, пока раскладывает вещи. Включив старенький Bluetooth-динамик, Алина выбрала плейлист с лёгким инди-роком. Гитарные аккорды заполнили комнату, и она, подпевая, начала вытаскивать из коробки свои краски и кисти. Её маленькая мастерская в углу комнаты постепенно обретала жизнь: мольберт у окна, баночки с акрилом на подоконнике, стопка эскизов на столе. За окном, во дворе, старый клён ронял последние жёлтые листья, и их медленный танец в воздухе казался почти магическим. Алина улыбнулась – впервые за последние недели ей было спокойно.

Но спокойствие длилось недолго. Дверь её комнаты внезапно распахнулась, и на пороге появился Максим. Его лицо было мрачнее тучи, а в руках он держал блокнот, будто собирался составить протокол.

– Ты можешь сделать потише? – его голос был ровным, но в нём чувствовалась сталь. – Я работаю. И, если ты не заметила, стены здесь тонкие.

Алина замерла с кисточкой в руке, чувствуя, как раздражение поднимается внутри. Она специально выбрала утреннее время, чтобы никому не мешать. И что, теперь ей нельзя даже музыку послушать?

– Серьёзно? – она повернулась к нему, скрестив руки на груди. – Сейчас десять утра. Это не полночь. И я не ору на всю катушку, если ты не заметил.

Максим прищурился, явно не привыкший к тому, что кто-то спорит с его "правилами".

– У меня видеозвонок с коллегами через полчаса. Мне нужна тишина. Это не так сложно понять, – он сделал паузу, окинув взглядом её комнату. – И, кстати, ты уже успела устроить тут бардак. Мы договаривались об уборке.

Алина проследила за его взглядом. Да, на полу валялись несколько пустых коробок, а на столе лежали разбросанные карандаши. Но это её комната! Какое ему дело?

– Это не бардак, это творческий процесс, – отрезала она, стараясь не сорваться на крик. – И я уберу, когда закончу. А ты можешь надеть наушники, если тебе так мешает моя музыка.

Максим сжал губы, явно сдерживая более резкий ответ. На секунду их взгляды встретились, и Алина почувствовала странное напряжение – не только раздражение, но и что-то ещё, необъяснимое. Его тёмные глаза смотрели на неё с такой интенсивностью, что она невольно отвела взгляд.

– Хорошо, – наконец сказал он, развернувшись к двери. – Но после десяти вечера – ни звука. И убери коробки из коридора. Они мешают.

Дверь закрылась с тихим щелчком, а Алина осталась стоять посреди комнаты, чувствуя, как сердце колотится чуть быстрее, чем нужно. Она выключила музыку, но не потому, что сдалась, а просто чтобы не давать ему повода для новых замечаний. "Какой же он зануда," – подумала она, возвращаясь к своим вещам. Но в глубине души её задело не столько его слова, сколько то, как он смотрел на неё – будто пытался разглядеть что-то за её защитной бронёй.

Час спустя, когда она вышла на кухню, чтобы сделать себе бутерброд, Максим уже был там. Он стоял у плиты, помешивая что-то в кастрюле, и выглядел сосредоточенным, как будто готовил не обед, а решал мировую проблему. Алина невольно отметила, как ловко он управляется с ножом, нарезая овощи. На кухне пахло чем-то аппетитным – кажется, томатным супом с базиликом. Она вдруг поняла, что не ела ничего нормального уже пару дней.

– Что готовишь? – спросила она, стараясь звучать нейтрально, чтобы не спровоцировать новый конфликт.

Максим бросил на неё короткий взгляд, но ответил без особой враждебности.

– Суп. Ничего особенного.

– Пахнет вкусно, – призналась она, доставая хлеб из шкафчика. – Ты всегда так серьёзно подходишь к готовке?

Он слегка усмехнулся – впервые за два дня она увидела на его лице что-то похожее на улыбку, пусть и едва заметную.

– Я просто не люблю полуфабрикаты. Если делать, то делать нормально.

Алина кивнула, чувствуя, что лёд между ними, кажется, чуть-чуть подтаял. Она села за стол, откусывая от бутерброда, и украдкой наблюдала за ним. Максим был странным: с одной стороны, педантичный до невозможности, с другой – в нём чувствовалась какая-то скрытая глубина. Почему он живёт один? Почему так одержим порядком? Её любопытство росло, но она тут же одёрнула себя. Ей не нужно лезть в его жизнь. Ей вообще не нужно ничего, кроме крыши над головой и спокойствия.

Однако, когда она подняла глаза, то поймала его взгляд. Он смотрел на неё всего секунду, но этого хватило, чтобы её щёки слегка порозовели. Алина быстро отвела взгляд, делая вид, что увлечена своим бутербродом. "Это просто усталость," – сказала она себе. Но в глубине души знала, что это утро – только начало их странного, полного противоречий сосуществования.

Глава 3: Правила и их нарушение

Прошла неделя с тех пор, как Алина въехала в квартиру. За это время она успела понять, что жить с Максимом – это как ходить по минному полю. У него были правила на всё: как ставить обувь в прихожей (строго параллельно стене), как складывать полотенца в ванной (в три сложения, не иначе), даже как вытирать пыль (сначала верхние полки, потом нижние). Алина, привыкшая к свободе и спонтанности, чувствовала себя как в музее, где нельзя ничего трогать. Но она старалась не спорить – по крайней мере, не каждый день. Ей нужно было это жильё, и она не хотела лишних конфликтов.

В то утро за окном снова моросил дождь. Серое небо нависало над городом, а мокрые листья клёна прилипали к стеклу, словно пытаясь заглянуть внутрь. Алина сидела за столом в своей комнате, допивая остывший чай и листая старый блокнот с набросками. Её мысли были далеко – она вспоминала свою последнюю выставку, улыбки друзей, объятия Димы. Тогда всё казалось таким правильным. А теперь? Теперь она здесь, в чужой квартире, с соседом, который, кажется, ненавидит саму идею её существования.

Её размышления прервал стук в дверь. Алина вздрогнула, едва не пролив чай на блокнот.

– Войдите, – сказала она, ожидая увидеть Максима с очередным списком претензий.

Так и оказалось. Он вошёл, держа в руках листок бумаги, на котором, как она сразу поняла, был напечатан какой-то график. Его лицо было, как всегда, непроницаемым, но в глазах читалось что-то вроде сдержанного раздражения.

– Я составил расписание уборки, – начал он без предисловий. – Мы будем чередоваться. Эта неделя – твоя очередь убирать кухню и ванную. И, пожалуйста, не оставляй свои краски на подоконнике в общей зоне. Они уже оставили пятна.

Алина почувствовала, как внутри закипает протест. Она не против уборки, но этот тон, будто она ребёнок, которому нужно всё объяснять, выводил её из себя.

– Хорошо, я уберу краски, – сказала она, стараясь говорить спокойно. – Но, может, ты перестанешь относиться ко мне как к нарушителю? Я живу здесь, как и ты. Это не твоя квартира, а наша.

Максим слегка прищурился, но не стал спорить. Вместо этого он просто положил график на её стол и кивнул.

– Посмотри расписание. Если что-то не устраивает, скажи. Но я не люблю, когда вещи выходят из-под контроля.

Он вышел, оставив за собой лёгкий запах одеколона – что-то свежее, с нотами хвои. Алина покачала головой, пробормотав себе под нос: "Контрольный фрик." Но, взглянув на график, она не могла не признать, что он составлен логично. Её раздражение немного улеглось, хотя она всё равно не собиралась слепо следовать каждому его правилу.

Вечером того же дня Алина решила нарушить одно из его "золотых правил" – просто чтобы проверить, насколько серьёзно он к ним относится. После ужина она оставила свою тарелку в раковине, не помыв её сразу, как он требовал. Это была мелочь, но она знала, что для Максима это будет как красная тряпка для быка. Улыбнувшись своим мыслям, она ушла в комнату, оставив кухню в лёгком беспорядке.

Не прошло и получаса, как она услышала шаги в коридоре. Дверь её комнаты снова открылась (он даже не постучал на этот раз), и Максим появился на пороге. Его брови были нахмурены, а голос звучал холоднее обычного.

– Ты оставила посуду в раковине, – сказал он, как будто это было преступление века. – Мы договаривались, что моем сразу после еды.

Алина, сидя на кровати с ноутбуком, посмотрела на него с наигранным удивлением.

– Ой, правда? Прости, забыла. Я сейчас домою, не переживай.

Но Максим не ушёл. Он стоял в дверях, явно борясь с желанием сказать что-то ещё. Наконец, он вздохнул и произнёс:

– Это не сложно, Алина. Просто уважай общие правила. Я не хочу каждый раз напоминать.

Она почувствовала укол совести, но тут же подавила его. Почему она должна подстраиваться под его идеальный мир? Её жизнь и без того была хаосом, и она не собиралась становиться такой же, как он.

– Хорошо, – ответила она, вставая с кровати. – Но, может, ты тоже иногда будешь идти на компромисс? Не всё должно быть по-твоему.

Их взгляды снова встретились, и на этот раз напряжение между ними было почти осязаемым. Алина заметила, как его челюсть слегка напряглась, будто он сдерживал более резкие слова. А она сама не могла отвести глаз, чувствуя странное тепло в груди. Это было не просто раздражение. Это было что-то другое, что она пока не могла назвать.

– Я иду на компромиссы, – наконец сказал он, голос стал чуть мягче. – Ты просто этого не замечаешь.

С этими словами он развернулся и ушёл, оставив её в растерянности. Алина стояла посреди комнаты, пытаясь понять, что он имел в виду. Компромиссы? Какие? Она покачала головой и направилась на кухню, чтобы помыть злосчастную тарелку. Но, стоя у раковины, она вдруг заметила, что её краски, которые она оставила на подоконнике, аккуратно сложены в стопку, а пятна от них стёрты. Максим убрал за ней, хотя мог просто сделать замечание.

Её губы невольно дрогнули в лёгкой улыбке. Может, он не такой уж и невыносимый? Но тут же она одёрнула себя. Нет, это просто его одержимость порядком. Ничего личного. И всё же, возвращаясь в комнату, она чувствовала, что их маленькие стычки начинают превращаться во что-то большее – в игру, где каждый пытается понять, где границы другого.

За окном дождь усилился, стуча по крыше, а Алина, лёжа в кровати, долго не могла уснуть. Её мысли крутились вокруг Максима, его слов, его взгляда. И, хотя она не хотела этого признавать, ей было любопытно, что скрывается за его холодной маской.

Глава 4: Случайное пересечение

Прошло ещё несколько дней, и Алина начала привыкать к странному ритму жизни с Максимом. Их ссоры по мелочам не прекращались, но стали чем-то вроде ритуала: она оставляла кружку на столе, он делал замечание, она огрызалась, он уходил с каменным лицом. Однако за этой рутиной она начала замечать мелочи, которые раньше ускользали от её внимания. Например, как он каждое утро ровно в семь часов включал кофеварку, как аккуратно складывал свои книги на полке в гостиной, как иногда, когда думал, что его никто не видит, смотрел в окно с задумчивым выражением, будто вспоминал что-то важное.

В то субботнее утро Алина проснулась раньше обычного. За окном было тихо, только редкие капли дождя, оставшиеся после ночного ливня, стекали по стеклу. Небо было бледно-серым, но в нём уже проглядывали проблески солнца, обещая ясный день. Она решила воспользоваться моментом и прогуляться до ближайшего парка, чтобы сделать несколько набросков. Осенние пейзажи всегда вдохновляли её: золотые и багряные листья, влажный запах земли, прохладный воздух, который обжигает щёки. Надев тёплый свитер и взяв с собой блокнот, она тихо вышла из квартиры, стараясь не разбудить Максима. Его дверь была закрыта, и из-под неё не пробивался свет – видимо, он ещё спал.

Парк находился в десяти минутах ходьбы. Алина шла по узким улочкам, вдыхая свежий воздух и чувствуя, как напряжение последних недель постепенно отпускает. В парке было почти безлюдно, только пара бегунов и пожилая женщина с маленькой собакой. Она выбрала скамейку у пруда, где поверхность воды отражала голые ветви деревьев, и начала рисовать. Её карандаш скользил по бумаге, вычерчивая контуры листьев и рябь на воде. В такие моменты она чувствовала себя свободной, как будто весь мир с его проблемами растворялся в линиях и тенях.

Она так увлеклась, что не заметила, как кто-то подошёл к её скамейке. Только когда тень упала на её блокнот, Алина подняла глаза и с удивлением увидела Максима. Он был в спортивной куртке и кроссовках, с наушниками в ушах, явно после пробежки. Его волосы были слегка растрёпаны, а на щеках играл лёгкий румянец от прохлады. Впервые он выглядел не таким собранным, и это почему-то сделало его… ближе.

– Ты? – вырвалось у неё, прежде чем она успела придумать что-то более остроумное.

Максим вытащил один наушник, посмотрев на неё с лёгким удивлением.

– А ты что здесь делаешь? – спросил он, оглядывая её блокнот. – Рисуешь?

Алина кивнула, чувствуя себя немного неловко под его взглядом. Она инстинктивно прикрыла набросок рукой, хотя там не было ничего личного – просто пейзаж.

– Да, люблю осенние парки. Они вдохновляют, – сказала она, стараясь звучать непринуждённо. – А ты, значит, бегаешь по утрам?

– Каждую субботу, – ответил он, садясь на край скамейки, но сохраняя дистанцию. – Это помогает разгрузить голову. Особенно после рабочей недели.

Они замолчали, и Алина вдруг поняла, что это их первый разговор, который не начался с упрёка или спора. Тишина между ними была странной, но не напряжённой. Она украдкой взглянула на него, замечая, как утренний свет подчёркивает резкие черты его лица. Максим смотрел на пруд, и в его глазах было что-то меланхоличное, почти уязвимое. Ей захотелось спросить, о чём он думает, но она сдержалась. Это не её дело.

– Красиво рисуешь, – вдруг сказал он, кивнув на её блокнот. Его голос был тише обычного, без привычной холодности.

Алина удивилась, но не смогла скрыть лёгкой улыбки.

– Спасибо. Это просто набросок. Я иногда готовлю эскизы для больших картин.

Он кивнул, как будто обдумывая её слова, а потом добавил:

– У тебя есть выставки или что-то такое? Ты ведь художница, да?

Её сердце ёкнуло. Это был первый раз, когда он проявил интерес к её жизни, а не к её "нарушениям". Она отложила карандаш и повернулась к нему, чувствуя, что этот момент может стать маленьким шагом к чему-то новому.

– Да, я участвовала в нескольких выставках. Ничего грандиозного, но это было важно для меня. А сейчас… сейчас я просто пытаюсь найти вдохновение. После всего, что было.

Она замолчала, не желая углубляться в тему разрыва с Димой. Максим, кажется, понял, что не стоит расспрашивать, и просто кивнул.

– Понимаю. Иногда нужно время, чтобы всё переосмыслить.

Его слова прозвучали неожиданно мягко, и Алина почувствовала тепло в груди. Может, он не такой уж и бесчувственный? Она хотела продолжить разговор, но Максим вдруг взглянул на часы и встал.

– Мне пора. Ещё дела, – сказал он, возвращаясь к своему привычному деловому тону. – Увидимся дома.

– Увидимся, – ответила она, провожая его взглядом, пока он не скрылся за поворотом аллеи.

Алина осталась сидеть на скамейке, чувствуя странное смятение. Этот короткий разговор, его неожиданная похвала, его взгляд – всё это выбило её из колеи. Она посмотрела на свой набросок и вдруг заметила, что невольно добавила в пейзаж фигуру человека у пруда. Высокого, с широкими плечами. Она покачала головой, быстро заштриховав фигуру, чтобы не думать о том, кого она нарисовала.

Возвращаясь домой, Алина чувствовала, что что-то изменилось. Не между ними – пока нет. Но в ней самой. Её раздражение на Максима начало смешиваться с любопытством. Кто он такой? Почему он так закрыт? И почему, чёрт возьми, она не может перестать думать о том, как он выглядел сегодня утром, сидя рядом с ней на этой скамейке?

Дома она застала его на кухне, где он разбирал продукты из пакета. Он бросил на неё короткий взгляд, но ничего не сказал. Алина тоже промолчала, но, проходя мимо, заметила, что он купил её любимый сорт чая – тот, который она упомянула вскользь пару дней назад. Совпадение? Или он действительно обращает внимание на мелочи? Она не знала, но это маленькое открытие заставило её сердце биться чуть быстрее.

Глава 5: Неловкие моменты

После встречи в парке Алина начала замечать, что её отношение к Максиму стало меняться. Она всё ещё раздражалась на его педантичность, но теперь в этом раздражении появилось что-то новое – интерес. Её взгляд невольно задерживался на нём, когда он проходил мимо, или когда он, сидя за столом в гостиной, что-то печатал на ноутбуке с сосредоточенным видом. Она ругала себя за это, напоминая, что ей не нужны новые сложности в жизни, особенно после Димы. Но мысли о Максиме упорно возвращались, как осенние листья, которые ветер снова и снова приносит к порогу.

В тот вечер за окном снова зарядил дождь. Тёмные тучи нависли над городом, а в квартире было тепло и уютно от мягкого света лампы в гостиной. Алина решила устроить себе небольшой отдых: заварила чай, достала старую книгу и устроилась на диване, подтянув колени к груди. Её волосы, ещё влажные после душа, падали на плечи, а в воздухе витал лёгкий аромат её шампуня с нотами лаванды. Она была так погружена в чтение, что не заметила, как Максим вошёл в комнату.

Он остановился в дверном проёме, держа в руках кружку с кофе. Его взгляд скользнул по ней, и на секунду он замер, как будто не ожидал увидеть её в таком расслабленном виде. Алина, почувствовав его присутствие, подняла глаза и тут же почувствовала, как щёки начинают гореть. Она была в старой футболке и шортах – ничего особенного, но под его взглядом вдруг ощутила себя почти обнажённой.

– Прости, не хотел отвлекать, – сказал он, быстро отводя глаза. Его голос звучал чуть хрипло, и Алина заметила, как он сжал кружку чуть сильнее, чем нужно. – Просто пришёл за книгой.

– Всё нормально, – ответила она, стараясь скрыть неловкость. Она указала на полку у стены. – Бери, я не против.

Максим кивнул и подошёл к полке, но его движения были менее уверенными, чем обычно. Он взял книгу, но вместо того, чтобы сразу уйти, задержался, будто хотел что-то сказать. Алина смотрела на него, чувствуя, как тишина между ними становится почти осязаемой. Дождь за окном стучал по подоконнику, и этот звук только усиливал странное напряжение в комнате.

– Ты часто читаешь? – наконец спросил он, кивнув на её книгу. Это был банальный вопрос, но в его тоне было что-то искреннее, как будто он действительно хотел знать.

– Да, когда есть время, – ответила она, улыбнувшись. – Это помогает отвлечься. А ты? Что читаешь?

Он показал ей обложку – это был какой-то технический справочник. Алина не смогла сдержать лёгкий смешок.

– Серьёзно? Даже вечером ты читаешь про инженерию?

Максим слегка усмехнулся, и этот намёк на улыбку снова сделал его лицо мягче, почти тёплым.

– Не всегда. Иногда беру что-то художественное. Но сейчас у меня проект, нужно быть в теме.

Она кивнула, чувствуя, что их разговор, пусть и короткий, становится всё более естественным. Но в этот момент её взгляд упал на его руку, всё ещё сжимающую кружку. Она заметила старый шрам, тянущийся от запястья к предплечью. Ей вдруг захотелось спросить, откуда он, но она сдержалась, понимая, что это слишком личное.

Максим, кажется, заметил её взгляд и быстро опустил руку, пряча шрам под рукавом рубашки. Его лицо снова стало закрытым, и он сделал шаг к двери.

– Ладно, не буду мешать, – сказал он, уже без прежней лёгкости. – Спокойной ночи.

– Спокойной, – ответила Алина, провожая его взглядом. Её сердце билось чуть быстрее, чем нужно, и она не могла понять, почему. Это был всего лишь момент, ничего особенного. Но почему тогда она чувствует это странное тепло внутри?

Она попыталась вернуться к книге, но мысли всё время возвращались к нему. К его шраму, к его неловкости, к тому, как он смотрел на неё, когда думал, что она не замечает. Алина вздохнула, отложив книгу. Ей нужно было отвлечься, и она решила заглянуть на кухню, чтобы сделать себе ещё чая.

Но на кухне её ждал ещё один сюрприз. На столе лежала записка, написанная его аккуратным почерком: "Купил твой чай. Если что-то нужно из магазина, пиши список, я захожу туда почти каждый день." Рядом стояла пачка того самого чая, который она любила. Алина замерла, чувствуя, как её губы невольно растягиваются в улыбке. Это был маленький жест, но он почему-то тронул её больше, чем она ожидала.

Она взяла записку, провела пальцем по строчкам и тихо прошептала: "Может, ты не такой уж и холодный, Максим…" Дождь за окном продолжал стучать, а в её груди разливалось тепло, которое она не могла игнорировать. Это было опасно – чувствовать что-то к человеку, который казался таким далёким. Но в тот момент она не хотела думать о последствиях. Ей просто хотелось узнать его чуть лучше.

Позже, лёжа в кровати, Алина смотрела в потолок, слушая, как капли падают на крышу. Её мысли крутились вокруг Максима, его шрама, его слов, его неожиданной заботы. Она знала, что не должна позволять себе увлекаться. Но сердце, как и осенний ветер, не подчиняется правилам. И, засыпая, она впервые за долгое время почувствовала, что, возможно, этот дом может стать чем-то большим, чем просто временным убежищем.

Глава 6: Общий вечер

Следующие дни прошли в странном, но уже привычном ритме. Алина и Максим продолжали спорить по мелочам – то из-за того, кто забыл выключить свет в ванной, то из-за её привычки оставлять кисти на кухонном столе. Но между этими стычками начали проскальзывать моменты, которые сбивали её с толку: его короткие, но искренние вопросы о её дне, его привычка незаметно убирать за ней мелочи, которые она оставляла в общей зоне. Алина старалась не придавать этому значения, но каждый такой жест оставлял в её душе маленький след, как капли дождя, которые медленно, но упорно точат камень.

В тот пятничный вечер за окном было особенно холодно. Ветер завывал в щелях старого дома, а стекла покрывались тонким узором изморози. Алина вернулась домой после долгого дня в мастерской, где она пыталась закончить эскиз для новой картины. Её пальцы были испачканы краской, а волосы растрепались от ветра. Она мечтала только о горячем душе и тёплом пледе. Но, войдя в квартиру, она услышала тихий шум из кухни и почувствовала запах чего-то аппетитного – кажется, жареного лука и специй.

Максим стоял у плиты, помешивая что-то в сковороде. На столе уже были нарезаны овощи, а рядом стояла открытая бутылка красного вина. Он выглядел расслабленным, насколько это вообще было возможно для него: рубашка с закатанными рукавами, лёгкая тень усталости на лице. Увидев её, он коротко кивнул.

– Привет. Я готовлю пасту. Если хочешь, присоединяйся, – сказал он, не отрываясь от плиты. Его тон был нейтральным, но в нём не было привычной холодности.

Алина замерла в дверях, не ожидая такого предложения. Они никогда не ели вместе – каждый готовил для себя, и их трапезы ограничивались случайными пересечениями на кухне. Но сегодня что-то было иначе. Может, это усталость после рабочей недели, а может, его взгляд, который на секунду задержался на ней чуть дольше, чем нужно.

– Звучит заманчиво, – ответила она, стараясь скрыть удивление. – Дай мне пять минут, я переоденусь.

Она быстро скинула куртку и ушла в свою комнату, чувствуя, как сердце бьётся чуть быстрее. Это был всего лишь ужин, ничего особенного. Но почему тогда она так волнуется? Переодевшись в удобный свитер и джинсы, Алина вернулась на кухню, где Максим уже раскладывал пасту по тарелкам. Аромат чеснока и базилика наполнял воздух, а вино в бокалах отражало тёплый свет лампы над столом.

Они сели друг напротив друга, и первое время ели молча. Алина чувствовала неловкость, но вино и тёплая атмосфера постепенно расслабили её. Она сделала глоток, наслаждаясь терпким вкусом, и наконец решилась нарушить тишину.

– Ты часто готовишь такие ужины? – спросила она, указав на тарелку. – Это правда вкусно.

Максим слегка улыбнулся – редкое зрелище, от которого у неё внутри что-то дрогнуло.

– Не часто. Но иногда хочется чего-то… нормального. После работы это помогает переключиться, – он сделал паузу, посмотрев на неё. – А ты? Готовишь или больше по кафе?

Алина рассмеялась, качая головой.

– Я? Готовлю только когда нет другого выхода. Обычно это что-то простое, вроде яичницы. Или заказываю доставку. Но твоя паста – это другой уровень.

Он кивнул, принимая комплимент, и их разговор потёк неожиданно легко. Они говорили о мелочах: о её работе в мастерской, о его проекте, который отнимал столько времени, о том, как осень в этом году кажется особенно долгой. За окном ветер продолжал завывать, но в кухне было тепло, почти уютно. Алина чувствовала, как её обычная настороженность по отношению к нему тает с каждым словом, с каждым его взглядом.

В какой-то момент, когда они уже допивали вино, Максим вдруг спросил:

– Почему ты переехала? Я имею в виду, что случилось, что тебе пришлось искать жильё так срочно?

Вопрос застал её врасплох. Она опустила бокал, чувствуя, как внутри поднимается знакомая боль. Ей не хотелось говорить о Диме, о предательстве, о том, как она чувствовала себя сломленной. Но в его глазах было что-то искреннее, не просто любопытство, а желание понять.

– Это… долгая история, – начала она, стараясь говорить ровно. – Скажем так, я рассталась с человеком, с которым жила. И мне нужно было начать всё с нуля. Вот я и здесь.

Максим кивнул, не настаивая на подробностях. Но его взгляд смягчился, и он тихо сказал:

– Понимаю. Иногда начать заново – это единственный выход.

В его словах было что-то личное, как будто он говорил не только о ней. Алина хотела спросить, что он имеет в виду, но не решилась. Вместо этого она просто кивнула, чувствуя, что между ними впервые возникла какая-то невидимая связь, тонкая, как паутина, но ощутимая.

Они замолчали, но тишина не была тяжёлой. Алина смотрела на него, замечая, как свет лампы падает на его лицо, подчёркивая тёмные тени под глазами. Ей вдруг захотелось протянуть руку, коснуться его, но она тут же одёрнула себя. Это вино, просто вино, сказала она себе. Но в глубине души знала, что дело не только в нём.

Когда ужин закончился, они вместе убрали со стола – впервые без споров о том, кто должен мыть посуду. Максим включил воду, а Алина вытирала тарелки, и их движения были почти синхронными. В какой-то момент их руки случайно соприкоснулись, когда он передавал ей мокрую тарелку. Это было мимолётное касание, но Алина почувствовала, как по коже пробежал ток. Она быстро отвела взгляд, надеясь, что он не заметил её смущения. Но, подняв глаза, увидела, что он тоже смотрит на неё – всего секунду, но этого хватило, чтобы её сердце заколотилось.

– Спасибо за ужин, – сказала она, стараясь звучать естественно. – Это было… неожиданно приятно.

– Не за что, – ответил он, и в его голосе было что-то тёплое, почти мягкое. – Спокойной ночи, Алина.

– Спокойной, – прошептала она, уходя в свою комнату.

Лёжа в кровати, она долго не могла уснуть. Ветер за окном утих, но её мысли продолжали кружиться. Этот вечер, его слова, его взгляд – всё это было слишком близко, слишком опасно. Она знала, что не должна позволять себе чувствовать что-то к нему. Но, закрывая глаза, она всё ещё ощущала тепло его руки на своей. И в этот момент она поняла, что их сосуществование уже никогда не будет прежним.

Глава 7: Трещина в броне

После того ужина Алина чувствовала, что невидимая стена между ней и Максимом начала рушиться. Их разговоры стали чуть длиннее, взгляды – чуть теплее, а мелкие ссоры – скорее игрой, чем настоящим раздражением. Но она всё ещё держала себя в руках, напоминая, что не готова к новым чувствам. Её рана от разрыва с Димой ещё не зажила, и она боялась, что любое сближение с Максимом может снова разбить ей сердце. Однако игнорировать его присутствие становилось всё сложнее.

В тот воскресный день за окном было на удивление ясно. Солнце, редкий гость в эту осень, заливало квартиру мягким светом, подчёркивая золотистые блики на старом паркете. Алина решила воспользоваться погодой и устроить генеральную уборку в своей комнате. Она включила музыку – на этот раз тихо, чтобы не раздражать Максима, – и начала разбирать вещи, которые до сих пор лежали в коробках. Её комната постепенно превращалась в маленький уголок хаоса: стопки книг, разбросанные эскизы, одежда, которую она не успела сложить. Но этот беспорядок был её, родным, и в нём она чувствовала себя дома.

В какой-то момент она услышала шаги в коридоре и, обернувшись, увидела Максима в дверном проёме. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на её комнату с лёгким неодобрением. Но в его глазах было и что-то другое – намёк на улыбку, который он пытался скрыть.

– Ты уверена, что это уборка, а не создание нового бардака? – спросил он, и в его голосе не было привычной резкости, только лёгкая насмешка.

Алина рассмеялась, отбрасывая прядь волос с лица.

– Это процесс, Максим. Сначала всё становится хуже, а потом лучше. Ты же инженер, должен понимать системный подход.

Он хмыкнул, но не ушёл, как обычно. Вместо этого сделал шаг внутрь, оглядывая её вещи. Его взгляд остановился на мольберте у окна, где стоял незаконченный эскиз – городской пейзаж с парком, который она рисовала после их встречи там.

– Это то, что ты рисовала в парке? – спросил он, подходя ближе. Его голос был тише, почти задумчивым.

Алина кивнула, чувствуя лёгкое волнение. Её работы были чем-то личным, и она редко показывала их кому-то, пока они не были закончены. Но Максим смотрел на эскиз с таким вниманием, что она не могла не ответить.

– Да, это набросок. Я хочу сделать из него картину. Там будет больше деталей, больше цвета… если вдохновение вернётся.

Он повернулся к ней, и их взгляды встретились. На секунду Алина почувствовала, что расстояние между ними стало слишком маленьким. Она могла разглядеть тёмные крапинки в его глазах, лёгкую щетину на подбородке, напряжение в его плечах. Её дыхание сбилось, но она быстро отвела взгляд, делая вид, что ищет что-то среди бумаг на столе.

– У тебя талант, – сказал он наконец, и в его словах не было ни тени сарказма. – Я не разбираюсь в искусстве, но это… цепляет.

Её щёки порозовели, и она пробормотала "спасибо", стараясь скрыть, как сильно её тронули его слова. Чтобы сменить тему, она указала на коробку с книгами.

– Хочешь помочь? Могу угостить кофе за помощь с тяжёлыми вещами.

Максим слегка прищурился, как будто обдумывая её предложение, но потом кивнул.

– Хорошо. Но только если кофе будет без сахара.

Они начали разбирать коробки вместе, и Алина с удивлением заметила, как легко им работалось. Он поднимал тяжёлые стопки книг, а она указывала, куда их ставить. Иногда их руки случайно соприкасались, и каждый раз она чувствовала лёгкий ток, который старалась игнорировать. Максим, кажется, тоже был чуть более напряжён, чем обычно, но не подавал виду.

В какой-то момент, когда они разбирали старую коробку с её вещами, из неё выпала фотография. Алина замерла, увидев знакомое изображение: она и Дима, смеющиеся, на фоне летнего заката. Её улыбка на фото была такой искренней, что сейчас это казалось почти чужим воспоминанием. Она быстро подняла снимок, надеясь, что Максим не заметил, но он уже смотрел на неё с вопросительным выражением.

– Это он? – спросил он тихо, без осуждения, но с какой-то странной интонацией, которую она не могла расшифровать.

Алина сжала фотографию в руке, чувствуя, как горло сжимается. Ей не хотелось говорить об этом, но что-то в его взгляде – не любопытство, а что-то более глубокое – заставило её ответить.

– Да. Это было… давно. Или кажется, что давно, – она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла вымученной. – Я думала, что всё убрала, но, видимо, не всё.

Максим кивнул, не отводя глаз. Он сделал шаг ближе, и на секунду ей показалось, что он хочет что-то сказать, может, даже коснуться её. Но вместо этого он просто сказал:

– Если хочешь, я могу помочь убрать такие вещи. Чтобы не напоминали.

Его слова были простыми, но в них чувствовалась забота, которую он, кажется, сам не хотел показывать. Алина покачала головой, пряча фотографию обратно в коробку.

– Спасибо, но я справлюсь. Нужно просто закрыть эту главу.

Они продолжили разбирать вещи, но атмосфера изменилась. Алина чувствовала, что Максим стал чуть мягче, будто её уязвимость приоткрыла что-то и в нём. Когда они закончили, она сварила обещанный кофе, и они сели на кухне, глядя на солнечный двор за окном. Золотые листья медленно падали с клёна, и их танец в воздухе казался почти гипнотическим.

– А у тебя? – вдруг спросила она, решившись на вопрос, который давно крутился в голове. – Было что-то такое… что заставило тебя так закрыться?

Максим замер, его пальцы сжали кружку чуть сильнее. Она сразу пожалела о своём вопросе, думая, что он не ответит или просто уйдёт. Но он, сделав глоток кофе, тихо сказал:

– Было. Но я не люблю об этом говорить. Скажем так, я научился держать всё под контролем, чтобы не повторять ошибок.

Его голос был ровным, но в нём чувствовалась старая боль. Алина не стала настаивать, просто кивнула, чувствуя, что этот момент – их первый настоящий шаг друг к другу. Они сидели молча, но это молчание было тёплым, как солнечный свет за окном. И в этот момент она поняла, что его броня, как и её собственная, не так уж непробиваема. Просто нужно время, чтобы найти трещины.

Глава 8: Неожиданный гость

Прошла ещё одна неделя, и Алина начала замечать, что её жизнь с Максимом приобретает странную, но приятную рутину. Они всё ещё спорили по мелочам, но эти споры стали скорее привычной частью их общения, чем настоящими конфликтами. Она ловила себя на том, что ждёт его возвращения с работы, чтобы обменяться парой слов на кухне, или чтобы просто услышать его шаги в коридоре. Её сердце всё чаще сжималось от его случайных улыбок, и она ругала себя за это, напоминая, что не готова к новым чувствам. Но чувства, как осенний ветер, не спрашивали её разрешения.

В тот вечер за окном снова моросил дождь. Серые тучи нависли над городом, а в квартире было тепло от включённого обогревателя. Алина сидела в своей комнате, работая над картиной, которую начала после их встречи в парке. На холсте уже проступали очертания пруда, золотые листья и тёмная фигура на заднем плане, которую она пока не решалась детализировать. Её кисть двигалась медленно, как будто она боялась слишком явно показать, кого именно рисует.

Вдруг раздался звонок в дверь. Алина вздрогнула, отложив кисть. Максим был на кухне, и она услышала, как он направился к двери. Её любопытство взяло верх, и она вышла в коридор, чтобы посмотреть, кто пришёл. На пороге стоял высокий парень с тёмными волосами и знакомой улыбкой, от которой у Алины внутри всё похолодело. Дима. Её бывший. Тот, кого она надеялась больше никогда не увидеть.

– Привет, Алин, – сказал он, как ни в чём не бывало, будто не он разбил ей сердце несколько месяцев назад. Его голос был мягким, почти ласковым, но в нём чувствовалась фальшь, которую она теперь видела насквозь.

Максим, стоявший рядом, бросил на неё вопросительный взгляд. Его лицо было, как всегда, непроницаемым, но в глазах читалось что-то вроде настороженности. Алина почувствовала, как её руки сжимаются в кулаки. Она не хотела, чтобы Дима был здесь, не хотела, чтобы он вторгался в её новую жизнь.

– Что тебе нужно? – спросила она холодно, стараясь держать себя в руках. Её голос дрожал, но она надеялась, что это не так заметно.

Дима сделал шаг вперёд, игнорируя Максима, как будто его здесь не было.

– Я хотел поговорить. Я знаю, что всё испортил, но… я скучаю по тебе. Дай мне шанс объяснить, – его взгляд был умоляющим, но Алина знала, что это лишь маска. Она слишком хорошо помнила его ложь, его измены, его равнодушие в те моменты, когда она нуждалась в нём больше всего.

– Уходи, – сказала она твёрдо, скрестив руки на груди. – Нам не о чем говорить. Я всё сказала, когда ушла.

Но Дима не сдвинулся с места. Он посмотрел на Максима, как будто только сейчас заметил его присутствие, и его улыбка стала чуть напряжённее.

– Это твой новый парень? – спросил он с лёгкой насмешкой. – Быстро ты оправилась.

Алина почувствовала, как кровь приливает к лицу. Она открыла рот, чтобы ответить, но Максим опередил её. Его голос был спокойным, но в нём чувствовалась сталь.

– Это не твоё дело. Она сказала уходить. Уважай её слова.

Дима прищурился, явно не ожидая такого ответа. Он перевёл взгляд с Максима на Алину, как будто оценивая ситуацию, а потом поднял руки в примирительном жесте.

– Ладно, ладно. Я уйду. Но подумай, Алин. Я серьёзно. Я хочу всё исправить, – с этими словами он развернулся и вышел, оставив за собой тяжёлую тишину.

Алина стояла, не в силах пошевелиться. Её сердце колотилось, а в груди нарастала смесь гнева и боли. Она не хотела, чтобы прошлое возвращалось, не хотела снова чувствовать себя уязвимой. Максим закрыл дверь и повернулся к ней. Его взгляд был серьёзным, но в нём не было осуждения, только что-то похожее на беспокойство.

– Ты в порядке? – спросил он тихо, делая шаг ближе. Его голос был мягче, чем обычно, и это почему-то сделало её ещё более растерянной.

Она кивнула, хотя чувствовала, что это ложь. Её руки всё ещё дрожали, и она быстро спрятала их за спиной.

– Да, всё нормально. Просто… не ожидала его увидеть. Спасибо, что вмешался.

Максим кивнул, но не ушёл, как она ожидала. Вместо этого он указал на кухню.

– Пойдём. Сделаю тебе чай. Или что-то покрепче, если нужно.

Алина слабо улыбнулась, чувствуя, как его забота, пусть и скрытая за привычной сдержанностью, согревает её. Они прошли на кухню, и пока он заваривал чай, она сидела за столом, глядя в окно. Дождь усиливался, стуча по стеклу, а её мысли крутились вокруг Димы, вокруг того, как хрупко её новое начало. Но присутствие Максима, его молчаливая поддержка, давали ей странное чувство безопасности.

Когда он поставил перед ней кружку, их пальцы случайно соприкоснулись, и она снова почувствовала этот знакомый ток. Она подняла глаза и встретилась с его взглядом. На секунду ей показалось, что он хочет сказать что-то большее, но он просто отвёл взгляд и сел напротив.

– Если он снова придёт, скажи мне, – сказал он, глядя в свою кружку. – Я не люблю, когда кто-то нарушает чужие границы.

Алина кивнула, чувствуя, как тепло разливается в груди. Это была не просто забота о соседе. Это было что-то личное, и она знала это. Но вместо того, чтобы пугаться, она вдруг почувствовала благодарность. Может, он и не был тем, кем казался на первый взгляд. Может, за его холодностью скрывалось что-то, что она только начинала понимать.

Дождь за окном не утихал, но в кухне было тихо и тепло. И в этот момент Алина поняла, что, несмотря на боль прошлого, она начинает чувствовать себя дома. Не из-за квартиры, а из-за человека, который сидел напротив неё.

Глава 9: Тени прошлого

После визита Димы Алина чувствовала себя как на карусели эмоций. Её мысли то возвращались к боли предательства, то цеплялись за тёплые моменты с Максимом, которые становились всё более значимыми. Она старалась отвлечься, погружаясь в работу над картиной, но каждый мазок кистью напоминал ей о том, как хрупко её внутреннее равновесие. Ей хотелось забыть прошлое, но оно, как тень, следовало за ней, напоминая о себе в самые неожиданные моменты.

В тот вечер за окном было темно и тихо. Осенний ветер утих, оставив после себя лишь редкие шорохи опавших листьев, которые скреблись о стекло. Алина сидела на диване в гостиной, завернувшись в плед, с кружкой горячего шоколада в руках. Её взгляд был устремлён в пустоту, а мысли крутились вокруг Димы. Почему он вернулся? Чего он хочет? И почему она, несмотря на всю боль, всё ещё чувствует укол тоски, когда вспоминает их хорошие моменты?

Максим вошёл в комнату, держа в руках ноутбук. Он собирался поработать, но, увидев её, остановился. Его взгляд скользнул по её лицу, и она заметила, как его брови слегка нахмурились. Он явно почувствовал, что с ней что-то не так.

– Ты выглядишь… задумчивой, – сказал он, садясь на другой конец дивана. Его голос был осторожным, как будто он боялся спугнуть её. – Всё ещё из-за того парня?

Алина вздохнула, сжимая кружку чуть сильнее. Она не хотела говорить об этом, но что-то в его тоне – не любопытство, а искреннее беспокойство – заставило её открыться.

– Да, – призналась она, глядя на тёмную жидкость в кружке. – Я думала, что всё осталось позади. Но его появление… оно всколыхнуло старое. Я злюсь на себя за то, что до сих могу просто забыть.

Максим кивнул, закрывая ноутбук и откладывая его в сторону. Он повернулся к ней, и в его глазах было что-то, чего она раньше не видела – понимание, смешанное с чем-то более глубоким.

– Забыть не так просто, – сказал он тихо. – Особенно если это было важно для тебя. Но иногда дело не в том, чтобы забыть, а в том, чтобы отпустить. Дать себе право двигаться дальше.

Его слова задели что-то внутри неё. Она подняла глаза, встретившись с его взглядом, и почувствовала, как её горло сжимается. Он говорил так, будто знал, о чём говорит, будто сам проходил через что-то подобное. Ей вдруг захотелось узнать больше, понять, что скрывается за его сдержанностью.

– А ты? – спросила она, голос был почти шёпотом. – Ты отпустил своё прошлое?

Максим отвёл взгляд, его челюсть напряглась. На секунду она подумала, что он не ответит, как обычно. Но он сделал глубокий вдох и сказал:

– Не совсем. Есть вещи, которые остаются с тобой, хочешь ты этого или нет. Я просто научился с ними жить. Держать под контролем.

Он замолчал, и Алина заметила, как его рука невольно коснулась запястья, где был тот самый шрам, который она видела раньше. Её любопытство вспыхнуло с новой силой, но она сдержалась, не желая давить на него. Вместо этого она просто кивнула, чувствуя, что их разговор, пусть и короткий, сблизил их ещё больше.

– Спасибо, – сказала она наконец, улыбнувшись слабой, но искренней улыбкой. – За то, что слушаешь. И за то, что не осуждаешь.

Максим посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то тёплое, почти уязвимое. Он слегка наклонился вперёд, как будто хотел сказать что-то ещё, но вместо этого просто кивнул.

– Не за что. Если что-то нужно… я здесь.

Эти слова, простые и искренние, заставили её сердце сжаться. Она почувствовала, как тепло разливается в груди, и на секунду ей захотелось придвинуться ближе, почувствовать его рядом. Но она сдержалась, боясь переступить невидимую черту, которую они оба, кажется, старались не пересекать.

Они сидели молча, но это молчание было комфортным, почти интимным. За окном осенние листья продолжали свой тихий танец, а в комнате было тепло от их общего присутствия. Алина сделала глоток горячего шоколада, чувствуя, как его сладость смешивается с горькими воспоминаниями. Но впервые за долгое время она почувствовала, что прошлое, возможно, не так уж сильно держит её. Не потому, что она забыла, а потому, что рядом был кто-то, кто, кажется, понимал её боль.

В какой-то момент Максим встал, чтобы взять себе воды, и, проходя мимо, его рука случайно задела её плечо. Это было мимолётное касание, но Алина почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Она быстро отвела взгляд, надеясь, что он не заметил её реакции. Но, вернувшись, он сел чуть ближе, чем раньше, и она почувствовала его тепло даже через расстояние между ними.

– Знаешь, – начал он, глядя куда-то в сторону, – иногда мне кажется, что ты сильнее, чем думаешь. Ты пережила многое, но всё ещё рисуешь, улыбаешься… Это не каждому дано.

Его слова застали её врасплох. Она повернулась к нему, чувствуя, как её щёки теплеют. Ей хотелось ответить, сказать что-то остроумное, но вместо этого она просто прошептала:

– Спасибо. Это… много значит.

Их взгляды встретились, и на этот раз ни один из них не отвёл глаз. В воздухе повисло напряжение, которое было почти осязаемым. Алина чувствовала, как её дыхание становится неровным, как её рука невольно тянется к нему, но останавливается на полпути. Максим, кажется, тоже боролся с собой, его пальцы сжались на краю дивана, как будто он сдерживал себя.

Но момент прошёл. Он кашлянул, отводя взгляд, и встал.

– Поздно уже. Пойду спать. Спокойной ночи, Алина.

– Спокойной, – ответила она, чувствуя странную смесь облегчения и разочарования.

Когда он ушёл, она осталась сидеть на диване, глядя на пустое место, где он только что был. Её сердце всё ещё колотилось, а мысли путались. Она знала, что не должна позволять себе чувствовать это. Но тени прошлого, которые так долго держали её, начали рассеиваться под светом чего-то нового. И, засыпая той ночью, она впервые за долгое время подумала не о Диме, а о Максиме – о его словах, его взгляде, его тепле.

Глава 10: Шаг навстречу

После их вечернего разговора Алина чувствовала, что что-то между ней и Максимом изменилось. Это было неуловимо, как первый намёк на весну в холодном осеннем воздухе, но она ощущала это в каждом их взгляде, в каждом случайном касании. Она старалась не думать об этом слишком много, боясь, что её воображение разыграется, но её сердце упорно тянулось к нему, игнорируя все её попытки держать дистанцию.

В тот субботний день за окном было пасмурно, но без дождя. Серое небо нависало над городом, а воздух был пропитан запахом влажной земли и опавших листьев. Алина решила, что ей нужно выбраться из квартиры, чтобы проветрить голову. Она предложила Максиму пойти вместе в тот самый парк, где они встретились в прошлый раз. К её удивлению, он согласился почти сразу, лишь коротко кивнув и добавив: "Только недолго, у меня ещё дела."

Они шли по узким аллеям парка, где золотые и багряные листья устилали землю, шурша под ногами. Алина вдыхала прохладный воздух, чувствуя, как он освежает её мысли. Максим шёл рядом, его руки были в карманах куртки, а взгляд устремлён куда-то вперёд. Он казался задумчивым, но не отстранённым, и это давало ей смелость заговорить.

– Знаешь, я рада, что ты пошёл со мной, – сказала она, глядя на пруд, который блестел под серым небом. – Иногда мне кажется, что ты вообще не любишь выходить из своей зоны комфорта.

Максим слегка усмехнулся, бросив на неё короткий взгляд.

– Может, и не люблю. Но иногда это полезно. Особенно если есть компания, – его голос был ровным, но в нём чувствовалась лёгкая теплота, которая заставила её сердце сжаться.

Они остановились у той самой скамейки, где она рисовала в прошлый раз. Алина села, доставая из сумки блокнот и карандаш, а Максим остался стоять, глядя на воду. Она начала делать набросок, но её взгляд то и дело возвращался к нему. Его силуэт на фоне серого неба выглядел почти как часть пейзажа – сильный, но с какой-то скрытой меланхолией. Ей вдруг захотелось нарисовать его, запечатлеть этот момент, но она сдержалась, боясь, что он заметит.

– Ты всегда рисуешь, когда приходишь сюда? – спросил он, повернувшись к ней. Его взгляд скользнул по её блокноту, и она быстро закрыла его, чувствуя себя пойманной.

– Не всегда. Но это место вдохновляет. Здесь тихо, можно подумать, – ответила она, улыбнувшись. – А ты? Что ты делаешь, чтобы отвлечься?

Максим задумался, а потом сел рядом с ней, оставляя между ними небольшое расстояние. Его близость всё равно чувствовалась, и Алина невольно напряглась, стараясь не показать, как сильно это на неё влияет.

– Бегаю. Или читаю. Иногда просто сижу и думаю, – сказал он, глядя на пруд. – Но, знаешь с тех пор, как ты появилась, стало… интереснее. Даже если ты постоянно нарушаешь мои правила.

Его слова застали её врасплох. Она повернулась к нему, чувствуя, как щёки теплеют. В его голосе была лёгкая насмешка, но за ней скрывалось что-то искреннее. Её губы дрогнули в улыбке, и она решилась на ответ, который раньше не осмелилась бы произнести.

– А может, твои правила как раз и нужно нарушать? Чтобы жизнь не была такой… предсказуемой.

Максим посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то, что она не могла расшифровать – удивление, интерес, может, даже что-то большее. Он слегка наклонился ближе, и на секунду ей показалось, что он хочет сократить расстояние между ними. Её дыхание сбилось, а сердце заколотилось так громко, что она боялась, он услышит.

Но он остановился, как будто передумал, и отвёл взгляд. Вместо этого он сказал:

– Может, ты и права. Но не всё так просто.

Его голос был тише, чем обычно, и в нём чувствовалась какая-то внутренняя борьба. Алина не знала, что ответить, но чувствовала, что этот момент – их первый настоящий шаг навстречу друг другу. Она не стала настаивать, просто кивнула, позволяя тишине снова окутать их.

Они сидели так несколько минут, глядя на пруд, где редкие утки лениво плавали по серой воде. Ветер шевелил листья, и один из них упал прямо на её колени. Максим заметил это и, не говоря ни слова, протянул руку, чтобы убрать лист. Его пальцы случайно коснулись её ноги через ткань джинсов, и это лёгкое касание заставило её вздрогнуть. Она быстро отвела взгляд, надеясь, что он не заметил её реакции, но, подняв глаза, увидела, что он тоже смотрит на неё – с какой-то странной смесью сдержанности и желания.

– Холодно становится, – сказал он наконец, вставая. – Пойдём домой?

Алина кивнула, чувствуя, как её щёки горят. Они пошли обратно, и на этот раз их шаги были почти синхронными. Она чувствовала его присутствие рядом, его тепло, и это было одновременно успокаивающим и волнующим. Ей хотелось взять его за руку, но она сдерживалась, боясь, что это разрушит хрупкий баланс, который они только начали строить.

Когда они вернулись домой, Максим остановился в прихожей, снимая куртку. Он повернулся к ней, и его взгляд был серьёзнее, чем обычно.

– Спасибо за прогулку, – сказал он. – Это было… хорошо.

– Не за что, – ответила она, улыбнувшись. – Может, повторим как-нибудь?

Он кивнул, и в его глазах мелькнула тень улыбки.

– Может, и повторим.

Когда он ушёл в свою комнату, Алина осталась стоять в прихожей, чувствуя, как её сердце всё ещё колотится. Она знала, что этот день стал поворотным. Они сделали шаг навстречу друг другу, пусть маленький, но значимый. И, глядя на серое небо за окном, она впервые за долгое время почувствовала, что, возможно, её будущее может быть светлее, чем она думала.

Глава 11: Ближе, чем кажется

После прогулки в парке Алина чувствовала, что между ней и Максимом установилась новая, хрупкая связь. Их разговоры стали чуть более открытыми, а взгляды – чуть более долгими. Она ловила себя на том, что ищет его присутствия, даже если это были мимолётные встречи на кухне или короткие фразы перед сном. Её страх перед новыми чувствами всё ещё был с ней, но он начал уступать место тихой надежде, которую она не могла игнорировать.

В тот вечер за окном снова зарядил дождь. Капли стучали по стеклу, создавая ритмичный фон, который смешивался с тихим гулом города. Алина сидела в гостиной, листая старый альбом с фотографиями своих работ. Её картины, выставки, моменты вдохновения – всё это напоминало ей, кем она была до того, как её жизнь перевернулась. Она пыталась найти в себе силы для новой работы, но мысли всё время возвращались к Максиму.

Он вошёл в комнату с чашкой кофе в руках, одетый в простую чёрную футболку и джинсы. Его волосы были слегка растрёпаны, а на лице читалась усталость после долгого рабочего дня. Увидев её, он остановился, как будто не ожидал застать её здесь.

– Не спишь? – спросил он, садясь на кресло напротив. Его голос был низким, с лёгкой хрипотцой, и это почему-то заставило её сердце сжаться.

– Нет, – ответила она, закрывая альбом. – Просто… думаю. А ты? Работаешь допоздна?

Максим кивнул, сделав глоток кофе.

– Да, проект нужно сдать к концу недели. Но иногда нужно сделать паузу, – он посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то тёплое. – Что за альбом?

Алина слегка замялась, но потом протянула ему книгу.

– Это мои старые работы. Фотографии с выставок, наброски… Просто напоминание, что я когда-то была продуктивнее, чем сейчас.

Он взял альбом, открывая его с осторожностью, как будто это было что-то хрупкое. Его пальцы переворачивали страницы, а взгляд внимательно изучал каждую фотографию. Алина наблюдала за ним, чувствуя странное волнение. Её искусство было частью её души, и то, что он смотрел на него с таким вниманием, трогало её больше, чем она ожидала.

– Это впечатляет, – сказал он наконец, поднимая глаза. – У тебя есть стиль. Что-то… живое. Почему ты перестала так много рисовать?

Его вопрос был простым, но задел её за живое. Она отвела взгляд, глядя на дождь за окном, и тихо ответила:

– После разрыва… я как будто потеряла часть себя. Вдохновение ушло. Но сейчас, кажется, оно начинает возвращаться. Медленно, но всё же.

Максим кивнул, как будто понимая её без слов. Он закрыл альбом и положил его на стол, а потом, к её удивлению, пересел на диван рядом с ней. Расстояние между ними было небольшим, и она почувствовала тепло его тела, даже не касаясь его. Её дыхание стало неровным, но она старалась не показывать, как сильно это на неё влияет.

– Знаешь, – начал он, глядя куда-то в сторону, – я не очень умею говорить о таких вещах. Но… если тебе нужно вдохновение, может, я могу помочь. Не знаю как, но… я бы хотел.

Его слова были неуклюжими, но искренними, и Алина почувствовала, как её губы растягиваются в улыбке. Она повернулась к нему, встретившись с его взглядом, и в этот момент что-то внутри неё щёлкнуло. Её страх, её сомнения – всё это вдруг показалось не таким важным. Она видела в его глазах желание быть ближе, и это отражало её собственное чувство.

– Спасибо, Максим, – сказала она тихо. – Это значит больше, чем ты думаешь.

Их взгляды задержались друг на друге, и напряжение между ними стало почти осязаемым. Алина чувствовала, как её рука невольно тянется к нему, но останавливается на полпути. Максим, кажется, тоже боролся с собой – его пальцы сжались на краю дивана, а дыхание стало чуть глубже. На секунду ей показалось, что он наклонится к ней, и её сердце замерло в ожидании.

Но он вдруг отвёл взгляд, кашлянув, как будто пытаясь вернуть себе контроль.

– Поздно уже, – сказал он, вставая. – Пойду спать. Спокойной ночи.

– Спокойной, – ответила она, чувствуя смесь разочарования и облегчения. Она смотрела, как он уходит, и её мысли путались. Почему он остановился? Почему она сама не сделала шаг? Её сердце всё ещё колотилось, а тепло его близости всё ещё ощущалось на коже.

Когда она осталась одна, Алина взяла альбом и открыла его на случайной странице. Её взгляд упал на старую фотографию, где она стояла рядом с одной из своих картин, улыбаясь. Но сейчас она думала не о прошлом, а о настоящем. О Максиме. О том, как его присутствие начало заполнять пустоту, которую она так долго пыталась игнорировать.

Дождь за окном продолжал стучать, но в её душе было что-то новое – искра, которая разгоралась с каждым днём. Она знала, что не может торопить события, но впервые за долгое время почувствовала, что готова сделать шаг навстречу. Не к прошлому, а к чему-то, что только начинало зарождаться.

Она легла спать с этой мыслью, и, засыпая, впервые за многие месяцы улыбнулась. Может, её сердце всё ещё было покрыто шрамами, но оно начало биться сильнее. И это было из-за него.

Глава 12: Неловкое утро

Утро после их вечернего разговора выдалось неожиданно светлым. Сквозь тонкие занавески пробивались солнечные лучи, рисуя золотые полосы на полу. Алина проснулась с лёгким чувством волнения, которое она не могла объяснить. Её мысли сразу вернулись к Максиму, к его словам, к тому, как близко они были к чему-то большему. Она ругала себя за то, что позволяет этим чувствам расти, но в то же время не могла их остановить. Это было как течение реки – медленно, но неумолимо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.