Инга Энгель
Эндорфин

Эндорфин Глава 1

Анна стояла у огромных окон аэропорта, вглядывалась в даль, думала, что она будет делать, когда прилетит в родной и любимый город. Ей очень нужно было показать своим детям, что она в порядке, чтобы дети перестали ее опекать, следить за каждым ее шагом, менять свои планы, для того, чтоб быть с ней рядом. Два последних года и дочь, и сын были заняты именно этим. Все, хватит. У них своя жизнь, работа, любимые люди, друзья. Но после смерти отца, они все задвинули на второй план, и только заботились о матери. Прошло два с половиной года. Бесконечность … без человека, который окутывал ее любовью и заботой, кажется, всю свою жизнь.

– Мам, нашу посадку объявили.

Макс летел с ней. Он хотел все устроить для мамы, убедиться, что она снова заинтересуется любимым проектом, что она нормально себя чувствует в любимом доме, но теперь без отца. И еще он хотел поговорить с тетей Ритой.

Рита весь день бегала по разным делам, натерла до блеска полы в доме сестры, заполнила ее холодильник продуктами, испекла пирог. И теперь ехала в аэропорт встречать сестру. Она очень соскучилась и переживала за нее, и теперь так рада, что наконец Анна прилетит. У Риты, кроме сестры и племянников, никого нет. Они – ее семья. Эти два года дались Рите очень тяжело. Все свои отпуска она летела к племянникам. Даже пришла к мысли, что, если Анна не вернется к нормальной жизни, она переедет к племянникам и сестре, будет жить с ней и приглядывать. Но теперь, слава богу, Анна возвращается. Это самое лучшее, что могло произойти. Рита понимала, что сестре плохо. Конечно, хорошо себя чувствовать она не может без него. Но… у каждого страдания есть предел, проходит время, и чувства притупляются. Рита это знала хорошо из собственной жизни, да и по роду своей профессии тоже. В конце концов, кому в этом разбираться, как не врачу. Она, конечно, не психиатр, она – гинеколог, но тем не менее … Сейчас она ждала, когда ж увидит сестру, и думала, что с первого взгляда определит, норм ее состояние или нет.

– Моя Аннушка!

Рита обняла сестру и не отпускала долго.

–Теть Рит, я думал, ты меня первого обнимешь. Кто у тебя любимчик, а?

– Сынок!!!

Макс и правда был ее любимчиком. Первый ребенок в их семье, первая неизмеримая радость. Бесконечное количество ночей она провела, качая на руках маленького Максика.

– Нет ты посмотри на него, а … Ты что стал еще выше? Я не понимаю, люди до какого возраста растут?

–Теть Рит!

– А борода, борода… И этот твой бас… Макс, как девушки на твоей работе могут спокойно работать рядом с тобой, а?

– Еще как работают, теть Рит, очень хорошо работают!

– Так это они тебе хотят понравится! 100%! Ань, ну правда же? Скажи…

– Рита, Рита, я рада, что ты не меняешься с годами, все та же тарахтелка.

– А что мне серьезной быть? Зачем? Нам одной тебя – сурьееезной – с лихвой хватает! Все поехали. Сейчас увидишь, что твоя сестра-тарахтелка сделала, сейчас увидишь, какая я супер-хозяйка, супер-садовник, супер-сантехник, да и вообще я супер-сестра!

– Теть Рит, ты еще супер-тетя, да и вообще супер!! Я так считаю!

Рита подмигнула сестре, которая уже сидела на переднем сидении ее авто.

– Теть Рит, ты все так же гоняешь?

– Конечно! Разве ты не знаешь, что я еще супер-водитель?

Анна смотрела на знакомые улицы, и думала, что что-то изменилось, то ли осень убрала краски яркие, то ли солнце село, поэтому ей кажется город каким-то тусклым что ли…

Рита тарахтела всю дорогу. И Анне от этого стало так тепло на душе. «Нет, все-таки я правильно сделала, что прилетела, Рита же тоже не должна быть одна, она не может жить без меня и детей» – думала Анна.

– Смотри, какой стал наш стадион. Смотри, какие дома, новые.

Анна смотрела на новый жилой комплекс на большом холме.

– Какие красивые дома!

– Да, этот жилой комплекс крутой. Это «Лучи». Только, чтоб купить там однушку, нужно продать не одну почку.

– А представляешь какой вид из этих окон! Весь город у твоих ног! И название прям в точку.

Анна не могла оторваться от этих завораживающих зданий. Три высотки стояли на крутом холме. У всех зданий окна были в пол, голубого цвета, и все смотрели на город, где солнца уже не было. А эти дома расположены высоко, и в них попадали и отражались последние лучи солнца. Этот контраст очень понравился Анне. «Ну вот, я радуюсь красивому виду, все со мной норм» – думала она про себя.

– Ань, видишь сколько бутиков на этой улице открылось… Люкс, между прочим. Вот придем сюда завтра, послезавтра, погуляем, присмотримся, может, наконец, сменим твои столетние брюки и футболки. Посмотри на себя, Ань! Это все нужно выкинуть! Во-первых, этим вещам больше лет, чем нашему дедушке было бы сейчас. Во-вторых, они тебе большие! Ты как вешалка для своих футболок!

– Теть Рит, как ты права! Я не ошибался, когда думал, что ты мне в этом вопросе тоже поможешь. Вот невозможно ее переубедить!

– Ой спелись, как спелись, а… Отстаньте от меня. У меня все нормально. Мне нравятся мои футболки! В них комфортно.

– Только окружающим твоим не очень комфортно! Не обсуждается! Все сама выкину! Да и в салон я тебя записала.

– Какой еще салон? Ни за что!

– Самый обыкновенный! Что, ты собираешься идти на встречу с инвесторами, архитекторами в растянутой футболке и кедах с хвостом и ноль косметики? Здесь тебе не Америка! Здесь встречают по одежке.

– Футболки – согласна, уговорили. Но салон – ни за что!

– Теть Рит, ты – волшебница! Это такой шаг вперед! Только ты так можешь.

– Учись, молодежь, пока я даю бесплатные уроки.

Рита тараторила без остановки.

Зазвонил телефон Макса.

– Это Лея. Привет, Лей. Да, все норм, да нет не норм, а отлично. Прикинь, тетя Рита за две минуты уговорила маму сменить ее футболки на что-то приличное. Ага, сам в шоке. Не, Рите не дам трубку, она за рулем. А мне страшно ездить с ней даже когда она не говорит по телефону. Так что твое восхищение и благодарность я передам ей.

– Макс, как ты собираешься это делать? Ну, в каком виде это будет выражаться? Это типа брюлики или типа тортики, а? Или ты просто скажешь мне – теть Рит, ты лучшая? В общем, хочу тебе сказать, что я не против первого варианта.

– Теть Рит, ты правда – лучшая!

– Ну вот, отделался самым легким вариантом…

Подъехали к дому. Анна вышла из машины. Краем глаза и Макс, и Рита следили за ней. Она это понимала. Но слезы не слушались. Просто катились друг за другом. Макс потянулся обнять ее, но она отстранилась. Молча пошла первой, открыла калитку, вошла во двор и остановилась от неожиданности. Ее вьющиеся розы распустились в таком количестве, что закрыли собой всю беседку. Запах их пьянил. Она думала, дом будет пустой и безжизненный. А он встречает ее миллионом роз, будто показывает, как он рад ее возвращению.

Анна не могла надышаться. И уже не понимала, почему она плачет. От печали или радости …

Она открыла входную дверь. Остановилась, вглядывалась в знакомые предметы. Из кухни шел запах пирога. «Вишневый? Вишневый! Рита, Рита, как же я тебя люблю! Как же тут хорошо!» Анна не понимала, как она могла оставить свой дом. Дом, который построил он для нее.

Она зашла в гостиную. Медленно прошла вдоль длинного дивана. В углу у каминной печки лежал любимый большой пуф, он тоже ждал ее. Анна плюхнулась в него. И теперь точно – слезы были от радости!

Рита уже суетилась на кухне. А Макс заносил чемодан.

– Мам, как же тут хорошо! Я хочу здесь жить! Нигде я не чувствую себя так же спокойно и хорошо, как здесь!

– Да, сынок, очень хорошо.

– Вот заработаю кучу денег и приеду сюда навсегда!

– Да, сынок, конечно, приедешь.

– Ну что, мои любимые, как вам, а? Посмотрите на стол. Как вам, а?

– Теть Рит, ты просто волшебница! Это чем так вкусно пахнет? Ничего себе! Маам, подойди!

– А ты думал, что… Тетя Рита может только ЭКО делать? Тетя Рита все может! Я тут и дымоход чистила, веришь? Посмотрела на ютюбе, как это делается, и сделала. Хахаха. Правда потом пришлось весь дом отдраивать, но ничего, в следующий раз не буду трубы отцеплять друг от друга в доме.

– Ты что сажей засыпала мой диван?

– Ага, засыпала, все засыпала! Пришлось клининг вызывать.

Рита еще долго рассказывала свои приключения. Уж что-что, а рассмешить всех она умела всегда.

– Макс, растопи печку. Я хочу сегодня спать на своем пуфе. Чтоб смотреть на отсвет огня по комнате и слушать треск дров. Кайф! Ну и как раз проверим, как Рита прочистила дымоход.

– Отлично я прочистила! Увидишь. Думаешь, я не проверяла? Хахаха. Макс, сиди, я сама растоплю. Как растоплю тут все, и печку, и ваши сердца! Думаешь, не умею? Ох, сколько я сердец по жизни растопила….

Рита не могла остановиться… Говорила и говорила. Всех накормила, убрала со стола, растопила печку.

– Риит, сядь уже, иди к нам.

Рита выключила свет, забралась с ногами на диван. Макс обнял ее. Она, наконец, замолчала. Свет от огня завораживающе играл на каждом предмете в комнате. Не хотелось ничего говорить… Только треск дров… Так тепло, уютно, сладкий запах вишневого пирога…

Утром Анна встала раньше всех и пошла в сад. Сад был большой у них, ухоженный, с красивыми дорожками, с гамаком под тутовым деревом. Сколько летних прекрасных вечеров здесь провела вся семья. Все деревья посадил Алекс собственными руками.

«Его нет, а дом есть, сад есть, и деревья усыпаны плодами, как будто им все равно… я есть, дети есть, как будто нам все равно…»

Через два часа сын нашел ее сидящей под яблоней.

– Макс, сколько здесь запахов, чувствуешь от яблок? Я раньше не замечала. Каждое дерево пахнет по-своему и так приятно.

Макс сел рядом.

– Да, мам. Здесь все по-другому. Наверно, только для нас так.

– Ну, где вы там?

Рита звала всех за стол.

– Мам, давай пойдем. У нас много дел на сегодня и завтра. Ты ж знаешь, я не могу остаться надолго.

– Да, сыночек, пойдем.

Рита за это время испекла стопку блинов.

– Теть Рит, еще один такой завтрак, и я все, увольняюсь и не еду никуда.

– Оказывается, это было так легко? Все, завтра на завтрак будут блинчики с икрой!

– Ну все, мам, можем не спешить, я считай уволился.

–Так, теперь серьезно, давайте все спланируем. Макс, мы сегодня поедем к папе, а потом уже все остальное. Рит, ты сегодня работаешь?

– Да. Но в 2 часа уже освобожусь. Я хочу с вами на кладбище.

– Нет, в этот раз мы поедем вдвоем. А с тобой еще успеем сто раз. После обеда у нас встреча с Гариком.

– Ань, ты не можешь поехать на рабочую встречу в таком виде!

– Я тебя умоляю, это ж Гарик! Какая еще рабочая встреча!

– Мам, то, что он ваш давнишний друг, не отменяет того факта, что он еще и партнер по работе, к тому ж с ним будут еще оба архитектора, которые занимаются нашим проектом.

– Макс, я сейчас не в состоянии ходить по магазинам.

– Ок, Ань, тогда выбери из моих вещей, а потом купим.

– Ну все, поехали к теть Рите, потом каждый по своим делам.

– А вы на чем собираетесь передвигаться? Давайте я вас завезу на кладбище, а обратно уже на такси придется.

– Да, разочек проедемся на такси, что такого… А потом заберем у дядь Гарри мамину машину. Да, Мам?

– Да.

–А с папиной что будем делать? Мам, она тебе нужна? Может продадим? Хотя, можем так и оставить у дядь Гарри, я буду на ней ездить, когда буду приезжать.

– Продавать не будем. Пусть пока… Потом решим.

Ритины вещи тоже оказались большими, но терпимо…

– Ань, какой у тебя размер вообще?

– Фиг знает.

– Надо тебя откормить.

День был солнечный. И город уже не казался тусклым. «Какая архитектура у нас все-таки!» – Анна старалась думать обо всем на свете, кроме того, что сейчас поедет к нему. Пульс 120 и рядом Рита без остановки что-то рассказывает. Анна закрыла глаза и как будто выключилась на минуту. Тут же очнулась, приоткрыла глаза и увидела золотое море. « как хорошо…высоко…красиво…море уносит меня…золотые волны» Она очнулась полностью и поняла, что деревья за окном в золотом убранстве создавали такой эффект. «Слава богу, это деревья»– подумала она. В другой раз Анна поворчала бы, чтоб Рита сбросила скорость, но сейчас ей так не хотелось нарушать это чувство опьянения и небольшого головокружения.

Доехали.

– Макс, если че, звони, я все брошу…– тихонечко шепнула Рита. Макс кивнул, помог маме выйти из машины, обнял ее за плечи и повел.

Глава 2

«Почему я не могу повлиять на смерть… я могла создавать жизни… могла менять жизни… каждый может…могла дарить счастье…а могла и сделать несчастным…разве это не больше, чем какая-то физиологическая смерть…»

С мраморного камня на нее смотрел ее Алик. Александр. Смотрел, как всегда, красивыми светлыми и добрыми глазами.

«Я здесь, видишь… я буду здесь… всегда… ты похож на ангела… всегда был похож… прости, что долго меня не было…теперь я никуда не уеду… обещаю… ты рад? … конечно рад…я тебя знаю…прости меня…прости…как же я люблю тебя…»

Ей казалось, что слышит его голос, что он ей отвечает.

«Хочешь, я буду приходить каждый день… нет? … а я буду…я хочу…мне ж нужно знать, что ты скажешь завтра… почему смеешься? …я ж не слушалась тебя и раньше…ты видишь, что я не плачу…знаешь, как расцвели твои розы…беседки не видно…дома все хорошо…и мне там хорошо…не переживай…Макс хочет там жить…правда…можешь спросить у него…я здесь теперь буду…как я могла уехать… зачем ты меня здесь оставил…»

–Маам, хватит.

–Да, сынок. Я сейчас.

«Алик, помоги мне…или забери меня…прошу тебя… помоги, пожалуйста…если я должна быть тут, дай мне сил не сойти с ума»

Гарри изменился. Поправился. Поседел. Но лоска не потерял. Настоящий лев.

– Аня, как я рад!

– Я тоже, Гарик. Обещаю, больше не уеду!

– Я очень рад! Только ты мне не нравишься…

– Вот не начинай, пожалуйста… Мне вон Риты хватает по горло… Я норм. Я ж лучше знаю…

– Оооо, узнаю нашу Аню… Макс, не ну ты посмотри на него, борода какая, мужчина, понимаешь!

– Здравствуйте, дядь Гарри! Я очень рад вас видеть!

– Макс, мама норм? Мы ж ее не будем слушать, мы сами решим…

– Уже норм, дядь Гарри, но … не расслабляемся.

– Ну, давайте, рассказывайте, как вы…

– Да что рассказывать, Макса вон видишь, все девушку не выберет никак. А выбрать-то есть из кого… Он все тормозит.

– Макс, как так? Твой отец совсем не раздумывал. Увидел Аню и все, взял в охапку и привез к себе. Не думал и не сомневался ни секунды.

– Это ж моя мама! Думаю, она много сердец разбила в свое время. А папа оказался самым решительным. Вот и я ищу такую, чтоб не сомневаться и не думать. Если встречу такую, думаю пойму. А уж взять в охапку… это я быстро…

Все смеялись. Макс обладал искренностью, которая в сочетании с внешним видом большого сурового дяди, очень подкупала.

– Хороший мальчик у тебя, Ань. Макс, надумаешь сюда переехать, я первый об этом должен знать. Теперь, скажи пару слов, как Лея.

– Вот у кого все правильно, так это у моей сестры. Она умеет все спланировать, расставить по местам и раздать всем роли. Так что, все замечательно.

– Да, характер у нее от Ани. Молодец.

– Дочка же у нее, Гарик, такая лапочка. Вот кто на меня похож, так это маленькая Софийка. Скоро привезу ее сюда, увидишь, что это за чудо!

– Ну если она на тебя похожа, то не сомневаюсь, что чудо! А зять?

– А вот зять, как ты, с утра до вечера в делах, сегодня дома, завтра в Китае. Но Лею любит сильно, я вижу. Поэтому мне спокойно. Ты про себя скажи. Как семья? Как Лина? Дети?

– Вроде, все по-старому. А ты приходи, Анечка. Лина рада будет тебе, и дети тоже. Вот спокойно посидим, поговорим, рыбку пожарим на гриле твою любимую.

– Конечно, немного освоюсь и начну по гостям ходить да рыбки кушать. Гар, давай теперь о делах. Как наша стройка? Расскажи. Да и что ты вообще думаешь про это дело. Только честно.

– Ань, я когда-нибудь был нечестен с вами?

– Да нет, я просто думаю, что ты сейчас будешь меня успокаивать, говорить, что все отлично, а ведь за два года многое могло измениться.

– Ну, изменения на рынке есть, конкуренция выросла. Но не думаю, что это в корне может поменять твои планы. И вообще, остальные гостиницы, они друг другу конкуренты, не тебе. Если, конечно, ты хочешь продолжать дело.

– Хочу, Гар, все сделаю, чтоб довести до ума наш проект.

– Хорошо, очень хорошо. Ты одна будешь здесь?

– Да, дядь Гарри, но я в любой момент прилечу.

– Твоя мама справиться, сынок. Да и у нее есть я, вся моя компания, Серж, Роб, все на своих местах. Ань, когда сможешь поехать посмотреть стройку? Я ж ее заморозил. Но в любой момент можем начать.

– Дядь Гарри, а архитекторы?

– Да, Макс, я им сказал приехать через час. Хотел ваше настроение сначала понять.

– Можем хоть сейчас поехать. Да и Макс через пару дней улетает, поэтому чем раньше, тем лучше.

– Ну тогда поедем, архитекторов позову на объект.

По пути на стройку Гарри показал два больших торговых центра, которые построила его компания за последний год.

– Круто, Гарик. Что сейчас у тебя в процессе?

– Решил переключиться на жилые комплексы. Спрос большой. Один на завершающем этапе, он возле малого парка. Место отличное. Все квартиры уже выкуплены. Думаю, я немного ошибся, нужно было проект побольше утвердить. Но ладно. И другой, на стадии котлована. Вот там я разгуляюсь.

– А этот комплекс где?

– У стадиона со стороны проспекта. Кстати, его спроектировали ваши Рома с Лизой. Они, конечно, крутые ребята. У меня для них еще есть работка. Ну и вашу гостиницу, конечно, дострою.

– Гарик, ты лучше мне про конкурентов скажи. Или лучше знаешь, есть у тебя аналитик? Я б заказала ему срез сделать по моим конкурентам.

– Ну вот, Макс, твоя мама взялась за дело. Хахаха , теперь конкуренты в жопу ужаленные будут бегать, хахаха. Есть, Ань, хороший у меня мальчик есть, сидит дома в своем ноутбуке, а все про всех знает. Если вдруг не знает, то не заснет, пока не узнает. Он мне знаешь какие отчеты готовит, ууу, с таблицами для сравнения, с оборотами компаний, с именами лучших специалистов у конкурентов и суммами их зарплат. Вот так вот.

– Даа, дядь Гарри, не зря папа говорил, что у Гарика хватка питона.

– Хахаха, питона… Только так можно оставаться на гребне, Макс, если ослабить эту хватку, начнет все разваливаться потихоньку.

Так ребята, вот и приехали.

Анна не могла оторвать глаз от своего детища. Это был впечатляющий комплекс зданий. Практически законченный. Крышей все перекрыто. Только вместо окон в пол – большие черные дыры. От каждого окна наружу выдвигался, на первый взгляд, балкон, только странный немного, большой и без стен по периметру, только пол, как будто там еще одна комната должна была быть, но от нее построили только пол и все. Это по просьбе Анны спроектировали Рома с Лизой в каждом номере гостиницы оранжереи или зимние сады. Весь проект пропитан идеей природы и снаружи, и внутри. Всего в комплексе одно большое здание и два по бокам поменьше. Расположены полукругом, в центре и на заднем плане – большое здание, а по бокам маленькие выдвинуты вперед. Большая территория напротив центрального здания планировалась как парк. И также каждое здание имеет большой внутренний двор, а вернее внутренний парк. Алекс хотел посадить в этих внутренних дворах какие-то немыслимые деревья.

Приехали Рома с Лизой. Молодые, горячие, любящие свое дело и друг друга. Этот гостиничный комплекс был их любимым проектом. Они, конечно, мечтали довести дело до конца. У Лизы в голове за два года простоя скопилось столько интересных идей для Анны. Мужчины поняли, что они потеряли Лизу и Анну на ближайшие пару часов.

– Анна, смотрите, я все перерисовывала сто раз уже. Видите эти переходы из одного корпуса в другой. Так вот мне важно знать, какие деревья здесь у нас будут по центру. Потому что от этого зависит какой мост-переход мы сделаем. Давайте определимся с деревьями. Мне бы хотелось хотя бы в одном корпусе чтоб были большие лианы. Знаете, они есть, вырастают большими и толстыми, как деревья. Если мы их утвердим, то переходы в этом корпусе будут каркасами для лиан. Понимаете?

– Да, моя девочка, понимаю. У тебя всегда крутые идеи. Давай я подумаю над всем этим. Обещаю долго не думать. Но пару недель мне нужно. А вот эти круги я не поняла, что это?

– А, это место вывода водопровода, если вы захотите сделать какие-то водоемы. Но вот это тоже зависит от концепции насаждений в парковой зоне. Вот у меня есть проект с двумя маленькими водоемами, еще есть с одним большим, ну и еще вот без воды. Как вы думаете, посмотрите.

– Лиз, я это все должна изучить подробно. Как буду готова, встретимся и обсудим то, что я выберу, да и мне кучу всего будет не понятно, вот объяснишь мне.

Анна подумала, что для начала нужно посмотреть аналитику по городу, потом уже поймет, что меняет в проекте или добавляет.

– Ань, я вас отвезу на базу, а оттуда вы уже на своей, да?

– Да, Гарик, а Алекса машина пусть пока постоит.

– Да сколько нужно, столько и постоит.

Анна села за руль своего Ровера. Свето-бежевый кожаный салон – любовь. Его тоже выбрал Алекс. Аня хотела небольшую красивую машинку, но Алекс настоял на внедорожнике. Так безопаснее.

«Он выбрал меня, а потом выбирал все для меня…а ведь я всегда была уверена, что я выбираю по жизни…»

Анна от вождения получала особое удовольствие, никогда не спешила, не нервничала. Если попадались на дороге идиоты (а они практически каждый день попадаются), она спокойно, даже ласково говорила: «Ну куда ты лезешь, дорогой, а, ну что пропустить тебя что ли, идиотов нужно пропускать» или «Кыш, курочки, кыш, сейчас я проеду, ну, давайте, кыш отсюда».

– Мам, что думаешь по стройке?

– Думать нечего, Макс, нужно делать, мы и так вон сколько простояли. Я рада, мне некогда будет думать о чем-то другом. Вот получим аналитику и решим, что да как.

– Мам, нужно еще присмотреться к ценам на материалы. Я спрашивал дядь Гарри, он говорит, в пределах разумного. Но, думаю, нам нужно знать все-таки. Он может не говорить, не менять наш договор, и сам покрыть разницу.

– Да, это он может.

– Я сегодня прозондирую и, если динамика роста приличная, будем менять договор.

Вечером, пока Анна была в душе, Рита позвала Макса во двор в беседку.

– Сынок, у меня разговор есть.

– Ха-ха-ха. И у меня есть, теть Рит.

– Да? Ну ты начинай тогда.

– Нет, пока я не услышу твое, не скажу!

– Ладно, сынок, как ты смотришь на то, чтобы уговорить маму жить у меня, ну может хотя бы первое время?

– Ха-ха-ха-ха, я с каждым днем все больше убеждаюсь, что мне нужна девушка, такая, как ты, теть Рит. У нас же мысли сходятся с тобой. Я ровно это же хотел тебе предложить. Только, думаю, к тебе она не пойдет. Нужно тебе собирать вещи, теть Рит, и к нам.

– Тут ты прав, мммм, но, думаю, даже при таком раскладе, нам нужно ее уговаривать. Сейчас начнется – я могу прекрасно одна – не меняйте из-за меня привычный уклад и тд и тп

– Это я возьму на себя! Спасибо, моя супер-тетя!

– Ха-ха-ха, где мой брюлик, Макс?

На удивления обоих Анна быстро согласилась с переездом Риты к ней. Просто, она всегда хотела этого, сердце всю жизнь болело из-за одиночества сестры. Но раньше при Алике Рита бы не согласилась на переезд. А сейчас как раз время, да и не молодеем же…

– А я сама хотела так! – заявила она, – Бесплатный повар кому не нужен, а …

– Так, да? Видишь, Макс, зачем я ей нужна?

– Теть Рит, за это я тебе отдаю свою комнату! Она, между прочим, лучшая! И еще никто не удостаивался такой привилегии!

– Нет, дорогой, я буду тут внизу в гостевой.

– Нет. Ты будешь в комнате Макса. Потому что я буду внизу. В своей я спать не буду. Меня вообще пуф устраивает лучше всего. Наверх я не пойду и это не обсуждается. Да и думаю, там сделаю другой ремонт в моей спальне, и дальше, Макс, она твоя, но с одним условием – ты туда заезжаешь с женой.

Это был спокойный, но ставящий точку во всех ситуациях, тон Анны. И окружающие его знали хорошо.

– Ой, лучшая идея! Макс, теперь у тебя нет здесь места, пока не женишься! Ха-ха-ха Супер, мне прям нравится!

Глава 3

Следующие пару дней прошли в суматохе переезда Риты. Свою квартиру она решила сдавать, а для этого ее нужно было подготовить. Макс перевозил вещи, Анна ворчала, как их много, и как они вообще помещались в ее маленькой квартире.

Настал день отъезда Макса. Рита собрала большой чемодан подарков для Леи и ее семьи.

– Теть Рит, у меня билет без багажа, как я все повезу?

– Это вот меня совсем не волнует… надо ж додуматься купить билет без багажа…

Пришлось докупать багаж.

– Мам, я в любой….

– Я все знаю. – перебила его Анна.

В 6 утра Макс улетел. Две женщины, одна – с хвостом золотых с проседью волос, другая – с непослушными разлетающимися каштановыми волосами долго сидели у огромных окон аэропорта. Они не разговаривали. Со стороны смотрелись, как мать и дочь.

«Все хорошо…все правильно…я справлюсь…»

Потом так же молча встали, пошли на стоянку, сели в машину Риты и молча поехали на кладбище.

– Сыночек мой, пусть у тебя все будет замечательно. – протяжно сказала Рита. Аня чувствовала головокружение, и в какой-то момент поняла, что сейчас отключится…

– Рит, я посплю.

Рита что-то сказала, но Аня уже не слышала. Ее уносила волна горячей и почему-то горькой на вкус воды. Много разных рыб плавало вокруг нее, больших и маленьких, красивых и страшных, и их становилось все больше… Аня присмотрелась – у рыб человеческие лица. И они толкались и зажимали ее. Анна гребла в противоположную сторону, но волны и эти рыбы-люди были сильнее…

Очнулась. Ее тормошит Рита.

– Аня, что с тобой?

– Ничего.

– Аня!

– Я ж сказала посплю. Не начинай, все нормально.

– Двадцать секунд? Аня, ты сейчас пытаешься обмануть врача. Ты потеряла сознание!

– Ладно, Рит, кого я обманываю… это со мной бывает, не переживай. Ничего серьезного нет. Я обращалась там в клинику, мне все сделали, МРТ, КТ, анализы, все норм. Не переживай.

– Боже, Аня, не переживай? Да я сейчас чуть инфаркт не получила? Что тебе сказали в итоге?

– Ну… пришли к выводу, что это такая защитная реакция организма…индивидуальная… ну… когда я переживаю, организм выключается, чтоб сберечь себя от инфаркта, например, ну… или еще чего там…ты лучше знаешь…

– А почему я об этом не знала?

– Никто не знает, Рит, не вздумай детям сказать.

– Что? Ты хочешь сказать, что ты, живя у них, ходила к врачам, без них, и они не догадывались? Ты меня за кого держишь?

– Да, Рит, без них, ходила. А что ты хочешь, чтоб они совсем с ума сошли? Я все сделала, чтоб они не узнали!

– Покажешь мне бумаги!

– Покажу, покажу.

– Нет, ты одна ездишь за рулем, это … это… нельзя так…

– Рит, за рулем или когда работаю, такого не случается. Видимо, мозг занят другим. Это происходит, когда я ничего не делаю, как сейчас. Ты ж за рулем. Вот была бы я, все б нормально было. И вообще, это редко случается. Вот первый раз после приезда. И это мне надо сильно переживать, чтоб такое случилось. Я просто не думала, что отъезд Макса так подействует на меня.

Аня подумала, что ведь это и правда так, хотя сейчас она все придумывала на ходу, но то, что ее отключения не случаются во время работы или за рулем, это правда.

– Покажешь бумаги, мне нужно увидеть!

– Покажу, покажу, успокойся.

Рита все расспрашивала, у каких врачей была, какие исследования делали, как это происходит, что она чувствует перед потерей сознания.

Подъехали к кладбищу.

– Если ты будешь реветь, я сейчас же еду обратно.

– Нет, Рит, я и прошлый раз не плакала.

« Ты что сегодня такой улыбающийся…ааа…Риту увидел? …все правильно…она много сюда ходила без меня, да… вижу, что ходила…Макс улетел…это хорошо…мне так нравится, что ты улыбаешься…поговори с Гариком… что мне сделать для него…помоги мне…давай всегда будешь так улыбаться…я сказала, что Макс улетел? …хочешь, я каждый раз буду Риту привозить? … Алик, помоги мне…»

Рита ругала сестру, а сама стояла за ней в слезах.

– Ань, вот поеду на работу с красным носом. Что подумают люди?

– Думаю, они привыкли тебя такой видеть…

Дома Аня сказала сестре, что бумаги с клиники она выбросила, чтобы детям не попались. Рита, само собой, не поверила.

– Завтра ты едешь со мной ко мне на работу! И это не обсуждается!

Ну вот, у Риты оказывается тоже есть этот тон. Аня взглянула на нее и поняла, что не надо перечить. Как бы она не боялась и не хотела идти к врачам, но теперь придется… Да и сама узнает, что происходит. Больше всего боялась МРТ.

На удивление Ани, все действительно оказалось так, как она выдумала на ходу. Ни МРТ, ни другие обследования не выявили каких-либо причин ее такого состояния. Подруга Риты, а по совместительству невролог их клиники, сказала, что еще поговорит с психиатром, а потом только скажет все Рите. Психиатр захотел сам посмотреть на Аню. Но Аня в этот раз наотрез отказалась.

– Вот, ты мне не поверила, и повела опять облучаться. А я ведь тебе правду говорила. Я все это уже проходила! Убедилась? И у психиатра я была, говорю же. И заключение его я тебе тоже сказала!

Не согласиться Рита не могла. Все выдохнули.

Аня подумала, что интересным образом оказалось правдой все, что она выдумала. Может ее организм выключается и правда оберегая саму себя от большего. Но только она прекрасно понимала, что не от инфаркта оберегает она саму себя, точно не от инфаркта.

Будучи подростком, лет с пятнадцати, Аня производила на окружающих странное впечатление, будто в ней какая-то тайна, которую никто не мог понять. На самом деле она все происходящее в жизни переживала настолько глубоко, что, когда закрывала глаза, у нее появлялись видения. Иногда это были фантастические существа, которые вырастали из маленькой точки в большие и взрослые, их становилось все больше, они пыхтели и толкались, стараясь занять как можно больше места в голове Ани.

Иногда это были наложенные друг на друга геометрические фигуры, чаще круги, которые пульсировали и, если в них вглядываться, то они начинали расти. Аня очень старалась не смотреть на них, но мозг ее не слушался.

Иногда просто темное тягучее вещество, которое все тяжелело и тяжелело, и Аня чувствовала, что это она и есть, и если сейчас не остановить этот процесс, то она продавит и кровать, и пол, и землю. Часто она ощущала себя в воде, и волны уносили ее от берега, она гребла, что есть силы в обратную сторону, но это не помогало, постепенно вода становилась клейкой массой и грести в ней было все сложнее и сложнее…

Реальные галлюцинации, вызывающие море ощущений, от которых она плакала или у нее сжималось горло, и начиналось удушье. Эти видения начинали расти в размерах и уже не помещались в голове, именно в этот момент она паниковала, старалась мысленно их продвинуть ниже в грудную клетку, от этого начиналась тахикардия. Она не могла никому сказать об этом. Понимала, что ей нужен врач, но сказать об этом никому так и не смогла. В моменты сильного удушья она выходила на улицу на свежий воздух, особенно это помогало зимой, когда в лицо резко бил морозный воздух, удушье отступало.

В какой-то критический момент с тахикардией она мысленно громко сказала себе – ты можешь это победить! Заставила себя дышать глубже и реже, не думать о том, что у нее перед глазами, понимая, что чем больше она об этом думает, тем больше растут ее видения. И еще в какой-то момент с удушьем, она начала разговаривать с Богом. Не молиться, а разговаривать. Это успокоило ее и помогло отвлечься. С каждым днем она все больше разговаривала. Это спасало. Но начались бесконечные проверки – а слышит меня Бог или нет сейчас. Это у нее проверялось просто ощущением, как-то она понимала, когда он ее слышит, а когда нет. И если не слышит, она старалась сконцентрироваться на мыслях и своих обращениях к нему. В любом случае эти разговоры подвинули галлюцинации в ее голове и стало легче.

Аня научилась держать себя подальше от переживаний, не принимать какие-то события или каких-то людей очень близко к сердцу, не подпускала никого и ничего ближе определенной ею черты. Она не смотрела триллеры и психологически сложные фильмы. Выбирала для общения людей спокойных и рассудительных. Длилось такое ее состояние много лет. Через лет пять видений стало меньше, не каждую ночь, потом еще меньше. Последние галлюцинации у нее были перед рождением Макса. Все, с рождением детей это все прошло и не напоминало о себе ни разу.

Сто лет. Пока не умер Алик.

После его смерти вернулись галлюцинации, но они другие. Во-первых, это все происходит днем. Во-вторых, эти ее состояния иногда даже приятные, не страшные. И вместо Бога теперь она разговаривает с Аликом. Ну и она после пары секунд видений отключается. Анна видела четкую связь между состоянием ее ранней молодости и сейчас. Но не сильно переживала, потому что вырастила детей, а дальше … будь что будет…станет невмоготу, она знала, какие таблетки ей выпить, чтоб не проснуться.

Глава 4

Октябрь закончился. С деревьями так и не решила Анна. Вот Алик бы сразу решил, что сажать и куда. А она… сказала Лизе пусть закладывает в проект, как сама решит. В итоге в обоих боковых зданиях заложены лианы, фиг пойми теперь, где их купить. А в центральном – много разных кустарников. Для парка на улице Анна наняла другую компанию. Дел было много. По отчету аналитика Гарика, Анна поняла, что хороших гостиниц в городе много. Особенных мало. В принципе, как и пару лет назад. И еще нет гостиницы с очень крутым СПА. А в концепцию ее проекта СПА вписывался замечательно. Поэтому, все члены семьи поддержали идею Анны отдать подвальный этаж большого здания под СПА, а для склада, который там раньше планировался, построить отдельный блок. Анна дала детям задание разведать все крутые СПА-салоны у себя. А Рите – то же самое у них. Домой Анна приходила поздно. Утром – на стройку, вечером – к Алику, а потом домой. Дома по вечерам хорошо, Рита тарахтит, как всегда, Анна отчитывается за день Лее.

– Дочь, ну, когда ты мне доверишь Софийку, а? Я очень хорошо себя чувствую. Вон Риту спроси. Я целый день работаю. На кладбище не езжу.

– Мам, кого ты обманываешь?

– Лей, вот как хочешь, а я, когда закончу этот этап стройки, вылетаю за Софийкой.

– Хорошо, мам. Ты закончи пока.

– Мы ж здесь с Ритой по очереди будем пылинки сдувать с малышки.

– Конечно, мам, я может сама ее привезу. Да и соскучилась я, приеду с вами побуду немного.

На этом и договорились.

Рита следила за сестрой, как могла. Понимала, что Анна чуть ли не каждый день на кладбище. Не могла решить, как же это прекратить. Никакие аргументы не помогали. «Я быстро поговорила с ним и назад, что ругаться» Но Рита видела, что это зависимость. Детям говорить не хотела, потому что это ничего не изменит, а только они еще больше переживать будут.

– Не будешь меня слушать, Ань, начну тебя таблетками кормить.

– Ха-ха-ха, как ты себе это представляешь? Сегодня на обед кветиапин, пожалуйста, приятного аппетита.

– Ань, я серьезно, Лее скажу, получишь ты потом от детей.

– Нет смысла, Рит, я сама все понимаю. Я очень стараюсь это прекратить, поверь.

– Ань, давай я тебе легенькие таблеточки дам. Ты легче выйдешь из этого состояния. Я самые безобидные дам.

– Нет, я справлюсь, обещаю.

На следующий день Анна по привычке после работы поехала к нему. День был мрачный, в пять вечера темно было, как будто уже десять. Да и дождь собирался.

« Вот видишь, Алик, все настаивают на том, чтоб я не ездила к тебе…дети…и Рита…и ты…я же столько тебя не видела…Алик, помоги мне…я завтра не приеду…и послезавтра…ты этого хочешь?…»

У нее первый раз после приезда потекли слезы.

« Алик, помоги, пожалуйста… Алик …я не справляюсь…хотя всем обещала…и тебе обещала…и себе…помоги»

Анна не заметила, как начал моросить дождь. Она присела на камень, поближе подвинулась к Алику.

« Так темно…я не вижу тебя…»

Дождь усилился.

«Алик, ты что плачешь…Алик…»

Анна положила голову на мраморную плиту и отключилась.

Каждый раз, когда такое случалось, она быстро приходила в себя. И сейчас пришла в себя, но только не понимала, что происходит. Ее кто-то нес на руках, громко приговаривая: «Вот, что ты делаешь, Аня, а, что ты делаешь? Ведь умная ты девочка, но что ты делаешь, а»

«Алик?.. я умерла, наверно…»

–Где твои ключи? – мужчина приставил свою ногу к машине Анны, посадил ее на ногу, одной рукой придерживал ее, другой взял ее сумочку, нашел там ключи. Посадил ее на переднее сидение, сам сел за руль. Все это время он приговаривал: «Ну вот что ты делаешь, а, вот что мне теперь делать, а, Ань»

Анна в машине пришла в себя окончательно. Ясно, что она в машине и не может унять дрожь в руках и ногах. Руки сцепила вместе и пристально посмотрела на мужчину рядом.

– Дэн?

– Что, Ань, что? Вот что ты делаешь? Ты умереть хочешь? Что ты хочешь? Скажи мне. Посмотри на себя. Все, хватит, больше я так не могу. Мы едем в больницу.

Анна потерялась совсем. Она его не видела ну лет пять точно. Да и не общались они нормально сто лет. Откуда теперь он взялся?

– Отвези меня домой, пожалуйста.

Дрожь не унималась.

– Аня, ты вся мокрая и дрожишь, ты заболеешь. Мы едем в больницу.

– Нет. Дома Рита. Отвези домой.

Этот спокойный, но непоколебимый тон Дэну был знаком. Она ровно таким тоном сто лет назад сказала ему – Нет.

– Аня, думаешь я это так оставлю? Я найду номера твоих детей. Сегодня же найду. Они узнают, сколько времени ты на кладбище проводишь. Я тебе не Рита.

– Дэн, ты следил за мной?

– Почему сразу следил? Я проезжал мимо. А могила Алекса видна с дороги, вообще-то. А на улице вон что, апокалипсис.

– Ден, ты следил за мной.

Ден замолчал. Она все поняла.

– Аня, я умру с тобой. Ты же знаешь.

Аня закрыла дрожащими руками лицо.

Дальше ехали молча.

Рита услышала шум машины, выбежала на встречу с зонтом. Удивлению ее не было конца, когда из машины сестры вышел мужчина ростом под два метра весь мокрый. Он быстро обошел машину, открыл дверь, взял Аню на руки и понес к дому. У Риты замерло сердце.

– Божечки, что случилось?

– Все хорошо, Рит, не бойся. Где у вас тут душ?

– Дэн?

У Риты в голове все перемешалось. Она побежала за ним. Как? Что случилось?

– Открой горячую воду.

Дэн поставил Аню под горячую воду прямо в одежде. Держал ее двумя руками, чтоб она не упала. Рита смотрела на них круглыми глазами.

– Я норм. Дэн, отпусти меня.

Он не отпускал, он не мог ее отпустить. Просто смотрел на нее, как вода бежит по ее лицу.

– Дэн!

Он отпустил. Вышел из ванной.

– Аня, что случилось?

– Рит, принеси мне одеть что-нибудь.

Рита вышла из ванной. Дэна не было нигде. Она пошла в комнату, взяла вещи и вернулась. Его не было. Он ушел.

Аня все рассказала сестре.

– Это очень плохо, Рит, очень плохо.

– Да, Ань, не представляешь, как мне его жалко. Я хорошо представляю себе, что значит любить всем сердцем человека, но знать, что никогда ты с ним не будешь. Сейчас увидев, как он смотрел на тебя, я поняла, он не забыл, не забывал ни минуты. Мое сердце разорвалось в клочья. Раньше я думала, у него тоже семья, ну пусть он женился, потому что надежду потерял. Да и жена его, как зовут-то ее, все ж знали, что она по уши в него всегда была влюблена. Вот он и решил, пусть хоть кто-то будет счастлив. Потом у него дочь родилась. Я подумала, что вроде все не так уж и плохо.

– Да, замечательная дочь у них.

– Ань, как он смотрел на тебя…

– Что делать, Рит? Что делать?

– Не знаю… С другой стороны, Ань, вот если бы не было такой ситуации, как сегодня, может ничего бы и не произошло. Он же увидел ужасную картину, ты упала на камень и лежала под дождем. Ну, ведь его реакция понятна. Ты сама довела, в первую очередь себя и потом его тоже до этого. Может, дальше ему хватит благоразумия не вмешиваться в твою жизнь. Конечно, если больше не увидит тебя в таком состоянии. Знаешь, меня больше ты беспокоишь. Думаю, ты не оцениваешь свое состояние реально.

– Ты права. Я похоже не очень справляюсь.

Зазвонил телефон.

– Это Лея. Рит, возьми трубку, я не могу сейчас. Она поймет, что что-то не то.

– Алло.

– Теть Рит?

– Да, мое солнышко. Мама уже заснула. Сегодня поздно пришла с работы, на улице дождь, промозгло. А она согрелась на пуфе у печки и заснула. Не хочу ее будить.

– Ааа, хорошо, теть Рит, как вы, вообще, может мама сильно устает?

– Неет, это сегодня только так заснула, не переживай.

– Хорошо. Я знаешь, чего звоню то? На радостях звоню! Не могу держать в себе. Я… прилечу к вам с Софийкой…на Рождество!!! О-о-о-о-о!

– Ух ты! Ничего лучшего я не могла услышать сегодня! Девочка моя, как я рада! Ура-ура-ура! Слушай, раз так получилось, что ты мне сказала, может, маме сюрприз сделаем?

– Точно! Теть Рит, ты супер!

– Вот заладили племянники, супер пупер, я и сама знаю, что лучше меня нет.

– Получается через месяц, теть Рит, а сможем столько времени держать все в тайне? Сейчас Максу позвоню скажу, чтоб не проговорился.

Рита положила трубку, посмотрела на Аню.

– Рит, дай мне твои легенькие. Они сработают через месяц?

– Завтра проконсультируюсь у нашего психиатра.

Глава 5

Дэн шел пешком. До машины. На кладбище. Дождя он не замечал. Всю дорогу у него перед глазами было лицо Ани, по которому льется вода.

Ему было 22, когда он первый раз увидел ее. В тот день он купил себе дорогой мотоцикл, впервые в жизни он сам заработал на такую покупку. Радость переполняла его. Он погонял немного. Потом показал всем своим друзьям. Потом опять поехал кататься. Решил погонять по холмам у речки. Ветер в лицо его пьянил. Он быстро спустился до речки. А вот обратно наверх уже сложно было. Проехал, где мог. Остановился передохнуть и решить, как дальше ехать.

Тут увидел на дороге наверху компанию ребят. Они явно шли на речку. С краю шла девушка и… и, как будто, светилась. Он не мог оторвать от нее взгляда. У нее были длинные, почти до пояса, волосы золотого цвета. Именно золотого, не рыжая, не блондинка, а именно золотая. Она весело подпрыгивала время от времени. И ее волосы разлетались и еще больше искрились. Компания быстро сравнялась с ним. Кто-то крикнул: – Привет, Дэн, пошли с нами на речку!

Дэн судорожно вдохнул воздух. Он понял, что не дышал все это время. Острая боль кольнула под ребро. Еще раз вдохнул, вроде полегче.

Ребята отдалялись. Он догнал их у речки. Все побросали сумки, кепки, разделись и смеясь побежали в воду. Дэн сел на траву и наблюдал за ними. Вернее, за ней. Ребята веселились, толкали друг друга, кричали и смеялись. Дэн не слышал ничего. Его звали в воду, а он улыбался им и ничего не отвечал, потому что не слышал. Он смотрел, как худенькая девочка в голубом купальнике хохотала пока лезла на большой камень и с него прыгала бомбочкой в воду. Выплывала, и по ее лицу и волосам текла вода.

Той ночью Дэн не смог заснуть. Он четко понимал, что пропал. Закрывал глаза и видел, как она спускается к нему, подпрыгивая, и солнце светит сквозь ее волосы.

Утром он разузнал про нее все. И его жизнь обрела смысл и цель. Ему нужна Анна. Он должен добиться ее любви.

Нужно сказать, что к тому моменту у Дэна была интересная ситуация на личном фронте. Уже пару лет, как он, и все друзья видели и понимали, что в него влюбилась Лара, девочка из их компании. Девочка красивая. Эта ситуация, конечно, льстила его самолюбию. Но какие-то шаги он не делал. Она всячески показывала Дэну свое отношение. А недавно прямо сказала ему все. Он обнял ее, посмеялся, и сказал, что рано еще ей об этом думать.

– Ты сначала школу закончи.

– Да мне год последний остался!

– Вот через год и поговорим.

Так и ждала она разговора и представляла, как он ей делает предложение. А потом … потом она услышала, что Дэн начал ухаживать за Аней. И что она его отшивает вроде.

Лара не могла с этим смириться.

Многое произошло в следующие пару лет между этими тремя. Лара не раз разговаривала с Дэном. Ему пришлось честно сказать, что влюбился.

– Но ведь она тебя не любит! Зачем она тебе?

– Она просто пока не знает. Я добьюсь.

Лара даже разговаривала с Аней. Аня посмеялась.

– Если он тебе не нужен, почему не отпускаешь?

– В смысле не отпускаешь? Да забирай с руками и ногами! Я его никогда и не держала, я посылаю его каждый раз. Это он не понимает.

– Значит, пошли так, чтоб понял!

Аня и правда его отшивала. Она всех отшивала. Лет с шестнадцати.

Подростком она была самым обычным. Особо ранних ухаживаний она не получала, как остальные девочки-подростки.

До 16 лет. Как-то в это время она резко изменилась внешне, похорошела, расцвела. Бабушка стала ее Царевной называть. Ее яркая красота в сочетании с серьезным, решительным характером была приправлена какой-то загадочностью. У друзей и подруг складывалось впечатление, что она – героиня какого-то фильма из параллельной жизни, которая намного красочнее, чем настоящая. Но она никого не пускала настолько близко, чтоб можно было понять, что это за героиня и чем она живет. Никто и не представлял себе, с какими внутренними демонами сражается этот маленький человечек.

В это время и посыпались на Аню ухажеры. А она и растерялась. Всех отшивала на всякий, потому что в душе то она не изменилась, все тот же серьезный подросток. Так и пошло. Вот тогда-то и встретился ей Дэн. Но… ей никто не нужен был тогда.

Дэн страдал, но надеялся. Сколько безумств он совершил за три года, сколько парней побил, кто на Аню посмел смотреть… Он ждал ее везде, у дома, на учебе, вечером, куда б она не ходила. Специально подстраивал, чтоб оказаться в том месте, в той компании, где она. Он дарил подарки, которые она не принимала. Он ходил за ней тенью. Так прошел год, потом следующий, потом еще… Аня избегала его и уже устала от этой ситуации. Дэн терял надежду и сходил от этого с ума.

Как-то летом он ждал ее у дома. Она появилась вдалеке. Волосы ее были собраны в пучок. Сарафан в мелкий белый цветочек. Дэн представил, что она идет к нему, сейчас он ее обнимет и нащупает, чем заколоты ее волосы. Он вышел навстречу.

– Дэн, ты тупой?

Аня негодовала. Он тоже разозлился неожиданно сильно. Схватил ее за руку и потащил до ближайшей стены. Понял, что она сильно испугалась, но не отпустил. Зажал у стены так, чтоб она не могла вырваться. Волосы ее выбились и закрывали лицо. Он одной рукой отвел волосы назад. Посмотрел в ее испуганные глаза. Нежность подступила к горлу.

– Ты – моя жизнь. Понимаешь? Ты – моя радость, Ань. Я не хочу без тебя жить. Без тебя нет смысла ни в чем.

– Ден, мне все это… не нужно.

– Ань, я дошел до края. Не хочешь, по-хорошему, будет по-плохому.

Он это тихо сказал. Она ему тихо ответила:

– Ты, конечно, можешь это сделать. Но как ты будешь дальше жить, зная, что я… тебя… не хочу?

Его облили ледяной водой…

Аня прошла под его рукой. Он не видел ничего, только стену. Эта стена встала перед ним и не пускала его дальше. Он хотел ее пробить. Бил долго … до крови. Но не смог.

Очнулся он, когда ему сделали укол в плечо. Утром он сбежал с больницы.

Больше они не виделись. Через две недели Ден купил кольцо. И пришел к Ларе. Он много работал. Очень много. Как-то смотрел на спящую жену рядом, и подумал, что все правильно сделал. Хоть кто-то теперь счастлив из них. Но он всегда знал где Аня, что делает и как себя чувствует. Только так мог жить. Только так мог дышать. Потом появились дочь. И она, конечно, подвинула Аню в его сердце. Ему стало легче.

Производство свое он основал в другом городе. Поэтому пару дней он был дома с семьей, потом уезжал на завод на неделю. Так прошло 25 лет, пол сердца у него занимала дочь, в другой половине жила она. За эти годы он видел Аню раз десять, почти всегда либо с мужем, либо с детьми. Сердце колотилось, но вида он не подавал. Все проходило чинно и спокойно.

А два года назад Дэн узнал о смерти Алекса. Все внутри перевернулось. Он не думал, сел в машину и поехал к ним. Как она? Дома у них было много людей. Ани не было. Он нашел Риту, но она не могла говорить. От других узнал, что Аня с детьми в больнице. Приехал туда, нашел врача, который занимается ими. Сунул в карман ему все деньги, что были у него, попросил сделать так, чтоб они не страдали.

Потом Аня уехала к детям. Дэну это не нравилось. Он все время думал о ней. Дома практически не бывал. Дочь, которая была его смыслом жизни, выросла, у нее свои дела и переживания. Дэн все больше возвращался к состоянию своей молодости. Он прекрасно понимал, что Ане не нужен. Но все равно ждал ее.

И вот она тут, спустя два с половиной года. Ден приехал домой, сказал жене, что теперь будет чаще приезжать, работа позволяет. Лара так обрадовалась. Они, наконец, будут нормальной семьей.

Дэн увидел Аню первый раз после приезда с сыном у дома. Сердце сжалось. Худая, с белыми прядями волос.

Он не мог теперь не следить за ней. У кладбища проводил весь день. Ругал себя, но по-другому не мог. Нутром чуял, что ей плохо.

И вот … он дошел до кладбища и теперь сам стоит перед Алексом. Слез его не видно из-за дождя.

– Я не смогу ее оставить, Алекс. Прости меня…

Алекс смотрел на него ласковыми добрыми глазами. Казалось, он рад был этому.

Дэн пришел домой поздно, мокрый до нитки. Жена ждала его.

– Что, что случилось?

– Ничего, колесо менял под дождем.

Ночью Дэн проснулся от жара. Следующую неделю он провел в постели. Дочь не отходила от него. Дэн смотрел на нее и расплывался в улыбке. Его малышка, красотка Майя и умница. У них всегда были особенные отношения. Дэн был так рад, когда этот маленький комочек с первых же дней подвинул Аню в его сознании. Маленький комочек вырос в красивую девушку, в этом году она заканчивала ординатуру. Дэн знал, что у нее появился парень, но она не знакомила их. Он переживал, может она не уверена в нем, или думает, что папе не понравится ее выбор. На самом деле, Майя была к этому готова, но не могла поймать удобный момент. А в последнее время настроение отца ее пугало. Она не понимала, что с ним происходит. Но что-то происходит точно.

Дэн поехал на кладбище в пять вечера, но Аня не пришла в этот день. Весь следующий день он тоже провел там, думая, может в другое время приходит. Но нет, ее не было. Проехал мимо ее дома, машина была во дворе. Он успокоился.

Дома он старался держаться, как раньше. Но жена задавалась вопросом, где он весь день. Каждый раз у него находились причины для отсутствия. Но она понимала, что-то не то. Раньше все было ясно, его нет дома, значит на заводе, приедет через неделю. Так было много лет, всю жизнь. А теперь на заводе он бывает мало, но домой приезжает вечером. Она должна была радоваться, муж приходит домой каждый вечер, но его отстраненность не давала покоя. Лара пыталась выяснить у него, что происходит, он молчал, разговаривала с его друзьями, с братом, но все безрезультатно. И она стала подозревать наличие любовницы у мужа. Ей просто не давал покоя тот факт, что, работая далеко от семьи и фактически живя там же, много лет он не вызывал у нее таких подозрений. И когда он сказал, что теперь больше будет дома, радости ее не было предела. Раньше Дэн приезжал домой, был занят весь день ребенком. Теперь дочь выросла, в родителях так не нуждается. Поэтому Лара ждала большего сближения с мужем. А вышло все наоборот. Он вроде с ней, но уходит спать быстро, и ничего ему больше не надо. Ну и она была не из тех, кто будет долго терпеть такую ситуацию. Поэтому вечерние выяснения отношений происходили все чаще. Дэн стал приходить все позже. Лара в отчаянии поговорила со своим братом, у него были нужные связи. Он обещал выяснить. И выяснил. Когда Дэн в очередной раз уехал на завод, у Лары оказался полный отчет, где была машина ее мужа в предыдущие три дня. Она была, мягко говоря, удивлена, не могла понять, что он делает так много времени на кладбище. Но, что бы то ни было, хорошо, что не любовница.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.