Оборонная промышленная база США и Китая
Александр Михайлович Губинский

© Александр Михайлович Губинский, 2026

ISBN 978-5-0069-3882-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Введение

Военно-политическое руководство США рассматривает Китай в качестве основного противника своему экономическому, технологическому и военному доминированию. Такой подход находит свое отражение в официальных документах, таких как Стратегия национальной безопасности, опубликованная в ноябре 2025 года (National Security Strategy 2025), Стратегия национальной безопасности 2022 года (National Defense Strategy 2022), Стратегия национальной обороны 2022 года (National Defense Strategy 2022), Национальная стратегия развития оборонной промышленности 2024 г. (National Defense Industrial Strategy, NDIS), План реализации Национальной стратегии развития оборонной промышленности на 2025 год (National Defense Industrial Strategy Implementation Plan, NDIS-IP), Проект военного бюджета 2026 года (National Defense Authorization Act for Fiscal Year 2026 (NDAA 2026)) и др.

В Стратегии национальной безопасности 2022 года, отражающей взгляд администрации президента Байдена, говорится, что Китайская Народная Республика (КНР) является единственным конкурентом Соединенных Штатов, обладающим намерением и возможностью изменить международный порядок. Развивая этот тезис, Стратегия национальной обороны 2022 года определяет КНР как «главную задачу» для министерства обороны США. Поскольку КНР стремится к «национальному возрождению» к своему столетию в 2049 году, лидеры Коммунистической партии Китая (КПК) считают современную, боеспособную и «мирового класса» армию необходимой для достижения своих ревизионистских целей и преодоления того, что Пекин считает все более нестабильной международной обстановкой.

В своем докладе Конгрессу в 2024 году министерство обороны США отметило, что КНР продолжает реорганизацию своей оборонной, научной и коммерческой отраслей, чтобы обеспечить армии Китая доступ к ресурсам и технологиям, необходимым для военного превосходства над Соединенными Штатами и развития потенциала для сложных будущих военных операций.

Администрация президента Трампа, практически во всех случаях противопоставляющая себя администрации Байдена, в данном вопросе вполне с ней солидаризируется.

В Стратегии национальной безопасности, опубликованной в ноябре 2025 года уже при Трампе, критикуются методы, которыми США пытались поставить Китай в подчиненное положение, но основная цель: сохранение американского доминирования в Индо-Тихоокеанском регионе, оставляется неизменной. Причем, в качестве ключевого условия такого доминирования, помимо экономического и технологического превосходства, указывается превосходство военное.

Обращает на себя внимание своеобразная, характерная для трамповской администрации, стилистика указанного документа: «Президент Трамп в одиночку опроверг более чем тридцатилетние ошибочные представления Америки о Китае: а именно, что, открыв наши рынки для Китая, поощряя инвестиции американского бизнеса в Китай и переведя производство в Китай, мы облегчим вхождение Китая в так называемый «мировой порядок, основанный на правилах». Этого не произошло. Китай разбогател и стал могущественным, используя своё богатство и власть в своих интересах.

Индо-Тихоокеанский регион уже сейчас является источником почти половины мирового ВВП по паритету покупательной способности (ППС) и одной трети по номинальному ВВП. Эта доля, несомненно, будет расти в течение XXI века. Это означает, что Индо-Тихоокеанский регион уже является и будет оставаться одним из ключевых экономических и геополитических полей битвы следующего столетия.

В долгосрочной перспективе сохранение американского экономического и технологического превосходства самый верный способ сдержать и предотвратить крупномасштабный военный конфликт.

Благоприятный баланс в обычных военных силах остаётся важнейшим компонентом стратегического соперничества. Тайваню уделяется особое внимание, отчасти из-за его доминирования в производстве полупроводников, но главным образом потому, что Тайвань обеспечивает прямой доступ ко Второй островной цепи и разделяет Северо-Восточную и Юго-Восточную Азию на два отдельных театра военных действий. Учитывая, что треть мировых морских перевозок ежегодно проходит через Южно-Китайское море, это имеет серьёзные последствия для экономики США. Следовательно, предотвращение конфликта из-за Тайваня, в идеале путём сохранения военного превосходства, является приоритетом. Мы также будем придерживаться нашей давней декларативной политики в отношении Тайваня, что означает, что Соединённые Штаты не поддерживают никаких односторонних изменений статус-кво в Тайваньском проливе».

Проект военного бюджета 2026 года (National Defense Authorization Act for Fiscal Year 2026 (NDAA 2026)), утвержденный конгрессом США в декабре 2025 года в качестве одного из основных приоритетов определяет сдерживание Китая, включая ускорение поставок вооружения Тайваню и укрепление военно-технологического сотрудничества с союзниками в Индо-Тихоокеанском регионе. Для достижения заявленных целей, помимо прочего, предусматривается, ускорение развития оборонной промышленной базы.

Оборонная промышленная база является той основой, которая должна обеспечить достижение заявленных военно-политическим руководством США целей. К оценке как собственной оборонной промышленной базы, так и оборонной промышленной базы потенциального противника, Китая, привлекаются лучшие аналитические центры США.

Некоторые результаты работы этих центров можно видеть в опубликованных ими отчетах и других аналитических материалах.

В настоящей работе, представленной заинтересованно читательской аудитории, дается обзор относящихся к рассматриваемой проблематике материалов.

Важно отметить, что представленные в книге материалы отражают точку зрения преимущественно американских авторов, что позволяет оценить рассматриваемую проблематику, что называется «изнутри», так, как её видят сами американские эксперты и лица, принимающие решения.

Анализ представленных материалов позволит получить наглядное представление как об основных проблемах, стоящих перед оборонной промышленной базой США и Китая, так и о намечаемых путях их решения.

Представленная работа является продолжением ранее изданных книг автора «Управление технологическим развитием в сфере обороны и безопасности России, США и Китая: исторические аспекты и современный опыт (в 3 томах). Том II. США и Том III. Китай» и «Оборонная промышленная база США: современное состояние, проблемы и стратегия противодействия специальной военной операции России и сдерживания Китая».

1. Подготовка США к военному конфликту с Китаем

Подготовка к военному конфликту с Китаем ведется по разным направлениям.

В январе 2023 года одна из ведущих американских аналитических структур, Центр стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies, CSIS), специализирующийся на вопросах обороны и безопасности, опубликовал отчет, посвященный анализу состояния и перспективам развития оборонной промышленной базы США с учетом опыта проводимой Россией специальной военной операции на Украине и перспектив участия США в военном конфликте с Китаем.

По мнению авторов исследования, в настоящее время оборонная промышленная база США недостаточно подготовлена к для реагирования на существующие и возникающие проблемы в сфере обороны и безопасности. Оборонная промышленность работает в темпе, лучше подходящем для условий мирного времени. В крупном региональном конфликте, таком как война с Китаем в Тайваньском проливе, использование США боеприпасов, вероятно, превысит текущие запасы министерства обороны США, что приведет к проблеме «пустых складов».

Согласно результатам проведенного Центром стратегических и международных исследований моделирования возможных военных действий, у Соединенных Штатов в конфликте с Китаем в Тайваньском проливе отдельные виды боеприпасов, такие как дальнобойные высокоточные боеприпасы, закончатся менее чем за неделю. Из-за этой проблемы Соединенным Штатам будет чрезвычайно трудно обеспечивать ведение боевых действий в случае затяжного конфликта, и, что не менее важно, эта проблема подрывают возможность сдерживания Китая.

Проведенное моделирование показывает, что оборонной промышленной базе США не хватает резервных мощностей для масштабной войны. Эти проблемы вызывают особую тревогу у американцев, поскольку Китай, согласно некоторым оценкам правительства США, вкладывает значительные средства в вооружение и приобретает высокотехнологичные системы вооружений и военную технику в пять-шесть раз быстрее, чем Соединенные Штаты.

Кроме того, некоторые программы и нормативные требования США, такие как Программа продажи вооружений за границу (Foreign Military Sales, FMS) и Правила международной торговли оружием (International Traffic in Arms Regulations, ITAR), устарели для условий военного времени и требуют создания возможности более быстрой поставки систем вооружения ключевым союзникам и партнерам. Растущая стратегическая конкуренция с такими странами, как Китай и Россия, которые активно развивают свои системы вооружений и технологии, угрожает свести на нет американское военное доминирование.

Оборонные промышленные базы многих союзников и партнеров США в Европе также не готовы к большой войне, сильно зависят от Соединенных Штатов и хронически недофинансируются.

История промышленной мобилизации показывает, что оборонной промышленной базе потребуются годы, чтобы произвести и поставить достаточное количество критически важных систем вооружения и боеприпасов, а также восстановить израсходованные запасы. Для строительства объектов, инфраструктуры и изготовления оборудования может потребоваться еще больше времени, поэтому важно начинать эту работу как можно скорее. Длительные сроки приемлемы в мирное время, но не в условиях подготовки к полномасштабной войне, которые существует в настоящее время. Военные службы США в свое время недостаточно инвестировали в системы вооружений и боеприпасы для конвенциальных боевых действий, в результате чего сейчас закупающие структуры министерства обороны сталкиваются с проблемами в создании стимулов для промышленности вкладывать средства в создание достаточных запасов ключевой военной продукции.

Как показывает проводимая Россией специальная военная операция на Украине, война между крупными державами, скорее всего, будет затяжным конфликтом промышленного типа. Для этого нужна мощная оборонная промышленность, способная производить достаточное количество боеприпасов и вооружения. Необходимо готовиться к затяжной войне, если сдерживание не сработает. Эффективное сдерживание частично зависит от наличия достаточных запасов боеприпасов и современных систем вооружения. Эти вызовы не новы. Однако нынешняя ситуация отличается тем, что Соединенные Штаты напрямую помогают Украине против России в войне промышленного типа с применением обычных вооружений – крупнейшей наземной войне в Европе со времен Второй мировой войны, – а в Индо-Тихоокеанском регионе растет напряженность между Китаем и США. Сроки начала возможной большой войны сокращаются.

Интенсивное потери вооружения и расход боеприпасов на Украине вынудили оборонную промышленную базу США активизировать производство боеприпасов и систем вооружений. Поскольку многие системы вооружений и боеприпасы поступили на Украину непосредственно из запасов США, это истощило запасы, которые создавались, чтобы использовать их для обучения, будущих непредвиденных обстоятельств или других оперативных нужд.

Несмотря на имеющиеся трудности, есть признаки активизации развития оборонной промышленной базы США, особенно по направлениям, связанным с поставками на Украину. Высокопоставленные представители министерства обороны США публично признали проблемы с промышленной базой и наметили шаги по их устранению.¹,²,³

Но проблемы остаются. Согласно исследованию министерства обороны, одна из трудностей включает «обременительные бизнес-процессы и нормативные требования», в которых требования министерства обороны к бухгалтерскому учету и другие формальности создают «некомпенсированные дополнительные расходы по сравнению с более прибыльными возможностями коммерческих закупок».⁴

В некоторых случаях между промышленностью и ответственными за закупки структурами министерства обороны ведутся переговоры о новых закупках. Но запросы министерства обороны не всегда превращаются в контракты, как предусмотрено в рамках процесса программно-целевого планирования, реализуемого посредством системы «Планирование, программирование, бюджетирование, исполнение» (Planning, Programming, Budgeting, and Execution, PPBE).⁵ В рамках указанного процесса вначале военные должны сформулировать свои требования, которые затем анализируются и после этого доводятся до производителей, которые представляют свои предложения по их выполнению. Но после начала Россией специальной военной операции на Украине Пентагон не всегда мог четко сформулировать свои требования, которые, с учетом текущей обстановки, часто меняются. Эти изменения вызывают задержки и не позволяют оборонным подрядчикам подготовиться к увеличению производства.⁶

В более широком смысле военные действия на Украине продемонстрировали американскому военно-политическому руководству, что конкуренция и конфликты между крупными державами потребуют усиления оборонной промышленной базы в Соединенных Штатах и в ключевых странах-союзниках и странах-партнерах. Усилия по развертыванию, вооружению, обеспечению продовольствием и снабжению вооруженных сил являются монументальной задачей, а резкий рост потребности в вооружении, боеприпасах и транспортных средствах требует расширения оборонной промышленной базы для обеспечения текущих нужд и пополнения запасов. Проводимая Россией специальная военная операция на Украине также показала, что война между крупными державами или надежное сдерживание потребуют наличия вооружений, позволяющих наносить удары на большие расстояния с воздушных, наземных и морских платформ.

В большинстве случаев системы вооружений, необходимые для войны США с Китаем в Индо-Тихоокеанском регионе (которая, вероятно, будет войной в воздухе и на море), отличаются от тех, которые Соединенные Штаты поставляют Украине (где в первую очередь ведутся воздушно-сухопутные боевые действия). Война в Индо-Тихоокеанском регионе столкнется с проблемой расстояния. Остров Гуам, где расположена одна из крупнейших военных баз США находится в 1600 милях от Тайваня, а Гавайи – в более чем 5000 милях. Основная проблема здесь заключается в том, что оборонная промышленная база США в настоящее время не готова для ведения затяжной войны в таких условиях с применением обычных вооружений.

Украина – это лишь малая часть картины. Более тревожным вызовом для США является степень готовности оборонной промышленной базы к ведению одной или нескольких будущих войн, в том числе в Индо-Тихоокеанском регионе. В условиях растущей конкуренции между Соединенными Штатами и Китаем вооруженные силы США должны быть готовы вести как минимум одну крупную войну (или даже две войны одновременно).⁷

Для надежного сдерживания потенциального противника необходимы значительные боевые возможности. Можно выделить два основных типа сдерживания. Сдерживание путем воспрепятствования включает в себя недопущение противника к совершению действия, делая действие неосуществимым или маловероятным, тем самым лишая противника уверенности в достижении его целей. Сдерживание с помощью наказания включает в себя недопущение действий противника путем наложения серьезных издержек в случае их совершения.⁸ В обоих случаях сильная оборонная промышленная база США – с достаточными запасами боеприпасов и систем вооружения – имеет решающее значение для сдерживания действий Китая.

Однако Соединенные Штаты не готовы к войне, что подрывает эффективность сдерживания. В настоящее время неясно, каковы сроки китайского вторжения на Тайвань – если это вообще произойдет. Но в целях планирования Соединенные Штаты должны быть готовы в этому уже сейчас.⁹ Учитывая время, необходимое для подготовки промышленного производства, оборонной промышленности, вероятно, будет слишком поздно наращивать производство, одновременно с началом войны. Сделать это нужно заранее.

В крупных региональных конфликтах будет израсходовано значительное количество боеприпасов, что, вероятно, превысит объемы, запланированные министерством обороны США.

В почти двух десятках сценариев возможных военных действий, рассмотренных Центром стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies), в ходе моделирования войны США и Китая в Тайваньском проливе, Соединенные Штаты обычно расходовали более 5000 ракет большой дальности за три недели конфликта: 4000 высокоточных крылатых ракет класса «воздух – поверхность» (Joint Air-to-Surface Standoff Missile, JASSM), 450 противокорабельных ракет большой дальности (Long Range Anti-Ship Missile, LRASM), 400 противокорабельных крылатых ракет «Гарпун» (Harpoon) и 400 крылатых ракет «Томагавк» для поражения наземных целей (Tomahawk land attack missile, TLAM). В качестве одного из наиболее важных средств предотвращения захвата Китаем всего Тайваня рассматривались высокоточные ракеты большой дальности, в том числе ракеты, запускаемые с американских подводных лодок. То же самое относится и к необходимым для корабельных боевых систем боеприпасам, таким как зенитная ракета СМ-6 (Standard Missile 6, SM-6), которые будут расходоваться в больших количествах.

Рассмотрим пример оценки предполагаемого расхода высокотехнологичных и сложных в изготовлении боеприпасов на примере ракет LRASM. В каждом сценарии возможных военных действий Соединенные Штаты расходовали свои запасы LRASM в течение первой недели конфликта. Эти ракеты были особенно полезны из-за их способности поражать военно-морские силы Китая из-за пределов досягаемости китайских средств ПВО. Как показала военная игра, китайская оборона, вероятно, будет мощной, особенно в начале конфликта, что не позволит большинству американских самолетов подойти достаточно близко, чтобы сбросить боеприпасы малой дальности.¹⁰,¹¹,¹² А стратегический бомбардировщик нового поколения B-21 Raider, обладающий возможностями наносить удары с большого расстояния, будет введен в строй только в течение следующих нескольких лет.

Производство ракет LRASM занимает почти два года. В бюджете на 2023 финансовый год предлагается закупить только 88 ракет LRASM.¹³ На рисунке 1.1 показаны результаты моделирования расхода ракет JASSM, JASSM-ER, LRASM во время возможной будущей войны США и Китая. Этот сценарий предполагает, что только половина бомбардировщиков B-52 и B-1 ВВС США (примерно 41 самолет) используется для запуска JASSM, JASSM-ER и LRASM. Кроме того, предполагается, что на складах США находится значительно больше ракет JASSM и LRASM, чем их производитель – компания Lockheed Martin, поставила в настоящее время.¹⁴

Рисунок 1.1 – Результаты моделирования расхода ракет JASSM, JASSM-ER, LRASM во время возможной будущей войны США и Китая

Как видно из рис.1.1 запасы ракет LRASM, JASSM и JASSM-ER, которые промышленность США способна произвести в будущем, могут быть израсходованы во время войны против крупной державы примерно за неделю.

Будущая война также, вероятно, будет отличаться от прошлых и текущих войн. Например, военные действия на Украине иллюстрируют растущее использование беспилотных авиационных систем для разведки, наведения на цель, ударов, радиоэлектронной борьбы и информационных операций.¹⁵ В будущих войнах будут активно использоваться различные типы барражирующих боеприпасов, беспилотные подводные аппараты, гиперзвуковые ракеты и другие системы вооружений, рост потребности в которых может потребовать увеличения их производство и накопление запасов.

Соединенные Штаты – не единственная страна, столкнувшаяся с проблемой недостатка высокотехнологичных и сложных в производстве боеприпасов. В проведенной в апреле 2021 года военной игре под названием «Warfighter 21—4» с участием войск США, Великобритании и Франции, 3-я дивизия Великобритании истощила национальные запасы важнейших боеприпасов чуть более чем за неделю.¹⁶,¹⁷ Генерал-лейтенант США (в отставке) Бен Ходжес (Ben Hodges), бывший командующий сухопутными войсками США в Европе, отметил, что «примерно за восемь дней учений, все ключевые боеприпасы в арсенале британской армии были израсходованы». Он продолжил, что у Соединенных Штатов и их союзников «абсолютно не хватает критически важных боеприпасов, которые нам нужны, особенно высокоточных боеприпасов».¹⁸ Другие исследования пришли к аналогичным выводам.¹⁹,²⁰,²¹

В возможной войне США и Китая нехватка боеприпасов не является единственной проблемой. В отличие от Украины, где западная граница страны широко открыта для поставок оружия, Тайвань – остров. Китайская блокада и возможность вести огонь на дальней дистанции затруднят – и, возможно, сделают невозможным – доставку систем вооружения и боеприпасов в этот район после начала войны. Война в Индо-Тихоокеанском регионе, вероятно, потребует большего количества боеприпасов дальнего действия, а также большего запаса боеприпасов на театре военных действий, чтобы компенсировать сложность доставки после начала войны.

Но при решении этой задачи оборонная промышленная база сталкивается с несколькими проблемами.

Во-первых, оборонные компании, как правило, не желают брать на себя финансовые риски без контрактов, в первую очередь многолетних. Создание большего количества боеприпасов или систем вооружений без гарантии спроса и финансовых обязательств не является разумным бизнес-решением, особенно с учетом необходимых для этого больших капиталовложений и потребности в персонале.²² Это неприятие риска усугубляется, если компаниям приходится делать дополнительные капитальные вложения, особенно инвестиции в оборудование, инфраструктуру и инструменты. Согласно одному из исследований министерства обороны США, «производители выигрывают от стабильных или предсказуемых заказов, а непоследовательность и отсутствие четких планов закупок министерства обороны усугубляют проблемы, с которыми сталкиваются поставщики».²³ До середины 2022 года министерство обороны США не подавало промышленности четких сигналов о необходимости наращивания производства и создании запасов.²⁴ К концу 2022 – началу 2023 года ситуация стала меняться.²⁵

Частью проблемы резкого увеличения производства вооружения и боеприпасов является сложность прогнозирования будущего спроса. Например, что, если боевые действия на Украине прекратятся после урегулирования путем переговоров? Что, если нынешняя или будущая администрация потеряет интерес к поддержке еще одной «вечной войны»? Или что, если Конгресс откажется выделить средства на конкретную военную продукцию?

Хотя министерство обороны заключает многолетние контракты на корабли и самолеты, но на большинство боеприпасов такие контракты не заключается. В 2022 году министерство обороны запросило одобрение Конгресса на перераспределение части средств для увеличения производства РЗСО HIMARS, управляемых реактивных систем залпового огня (GMLRS) и 155-мм боеприпасов.²⁶ Хотя это шаг может привести к достижению требуемого результата, министерству обороны необходимо рассмотреть возможность принятия контрактных обязательств на длительный срок, чтобы оправдать отраслевые инвестиции в резервные мощности, включая необходимую инфраструктуру.

Во-вторых, существуют также ограничения в рабочей силе и цепочке поставок, препятствующие увеличению производства систем вооружения и боеприпасов, необходимых для большой войны. Компании должны нанимать, обучать и удерживать работников. Также необходимы стабильные, диверсифицированные и безопасные цепочки поставок. Но в настоящее время цепочки поставок для оборонного сектора США не так безопасны, как должны быть: некоторые американские предприятия закрываются или перемещают производство за границу, в недружественные страны. В этой связи особенно уязвимыми являются технологии гиперзвукового оружия и оружия направленной энергии, хранение энергии и батареи, отливки и поковки, а также микроэлектроника. Кроме того, в некоторых случаях для ключевых компонентов и узлов имеется только один поставщик. Производство Javelin, например, опирается на ракетный двигатель – усовершенствованный твердотопливный двигатель компании Aerojet Rocketdyne – которая является единственным поставщиком на данный момент. Единственная компания, Williams International, производит турбовентиляторные двигатели для большинства крылатых ракет, таких как JASSM, JASSM-ER и LRASM. Также только одна компания, PacSci EMC, производит энергетические элементы для большинства ракет. Имеется только один литейный цех, который может производить большие титановые отливки для некоторых важных систем вооружения.

Существуют и значительные уязвимости в сфере обеспечения редкоземельными металлами, на которые Китай имеет почти монополию и которые имеют решающее значение для производства различных ракет и боеприпасов. Китай доминирует в цепочке поставок современных аккумуляторов и необходимого для их производства сырья и материалов. Как показано на рис. 1.2, Китай является мировым лидером в производстве литых изделий и производит больше, чем следующие восемь стран вместе взятые, в том числе в пять раз больше, чем Соединенные Штаты. Оборонная промышленная база США зависит от иностранных поставок, включая Китай, в отношении крупных литых и кованых изделий, которые используются в некоторых оборонных системах, станках и производственных линиях.

Рисунок 1.2 – Объемы литейного производства в ведущих странах²⁷

Кроме того, существуют уязвимые места в цепочке поставок титана, алюминия и других металлов, полупроводников, ракетных двигателей, высокотемпературных материалов и микроэлектроники. Несколько промышленных площадок, таких как Холстонский армейский завод боеприпасов в Кингспорте, штат Теннесси (Holston Army Ammunition Plant in Kingsport, Tennessee), и ракетный завод в Трое, штат Алабама (Troy, Alabama), производят уникальную продукцию. Будущая война с Китаем из-за Тайваня также может спровоцировать глобальную нехватку полупроводников, что приведет к серьезным последствиям, в том числе нарушит динамику спроса и предложения чипов, вызовет резкие скачки цен и дефицит в цепочках поставок.

В-третьих, существенным ограничением является время выполнения военного контракта. Согласно исследованию Центра стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies, CSIS), например, потребуется в среднем 8,4 года, чтобы восполнить запасы в рамках Программы крупных оборонных закупок (Major Defense Acquisition Programs, MDAP) при резком увеличении расхода.²⁸ Наибольшее время восполнения запасов приходится на ракеты, космические системы и судостроение. Производство некоторых типов ракет, таких как ракеты-перехватчики PAC-2 или PAC-3 для ЗРК «Пэтриот» (Patriot), крылатые ракеты пятого поколения Tomahawk Block V, высокоточные крылатые ракеты класса «воздух – поверхность» (Joint Air-to-Surface Standoff Missile, JASSM) и высокоточные ударные ракеты большой дальности (Precision Strike Missile, PrSM), может занять около двух лет. Причем, это время поставки первой партии ракет, а не завершения поставки.

Восполнение запасов требует стабильных многолетних инвестиций, а также точных прогнозов скорости расходования. Кроме того, для возобновления изготовления снятой с производства военной продукции и для расширения текущего производства стоящих на вооружении образцов необходимо соответствующее оборудование и оснастка, которых может не быть в наличии, поскольку их производители, ввиду отсутствия перспективного спроса, свернули производство или переключились на изготовление другой продукции. Может потребоваться от 18 до 24 месяцев после осуществления инвестиций, чтобы нарастить мощности для удовлетворения растущего спроса. Кроме того, время выполнения оборонного заказа увеличилось из-за Covid-19, военных действий на Украине и кадровых проблем, таких как привлечение и удержание высококвалифицированной рабочей силы. Проверка соблюдения установленных требований и логистика также могут повлиять на время выполнения заказа.

Существуют и потенциальные проблемы при расширении некоторых объектов, таких как заводы по производству боеприпасов, поскольку должно быть обеспечено достаточное пространство между заводом и прилегающей территорией для защиты гражданских лиц от случайных взрывов. Строительство более крупного завода может потребовать покупки дополнительной земли, получения разрешений, покупки дополнительной страховки и принятия других мер, требующих времени и денег.²⁹ В настоящее время имеется лишь несколько основных заводов по изготовлению боеприпасов, таких как Камден, штат Арканзас (Camden, Arkansas); Хантсвилл, Алабама (Huntsville, Alabama); Ракетный центр в Западной Вирджинии (Rocket Center, West Virginia); и Элктон, Мэриленд (Elkton, Maryland).³⁰

В-четвертых, инфляция увеличила затраты и риски для оборонных компаний и поставщиков, особенно для контрактов с твердо фиксированной ценой (firm-fixedprice contracts), подписанных несколько лет назад. Уровень инфляции в 2022 году превысил 7 процентов, что влияет на долгосрочные контракты, делая невыгодным производство согласованного количества вооружения.³¹ Часть оборонной промышленности США уже испытывает трудности.

Есть некоторые сопутствующие проблемы, которые необходимо учитывать. Например, дополнительная стоимость хранения избыточных запасов. Хотя расходы на хранение ракет ниже, чем кораблей или самолетов, эти расходы могут возрасти из-за необходимости расширения складских помещений и увеличения расходов на техническое обслуживание, поскольку боеприпасы должны быть готовы к использованию. Существует также проблема компромисса между закупкой существующих боеприпасов и разработкой более совершенных. Например, следует ли министерству обороны возобновить производство старых «Стингеров» в краткосрочной перспективе или подождать развертывания производства и закупить новые современные образцы? Или попытаться сделать и то, и другое? В некоторых случаях, таких как «Стингеры», скорее всего, нет смысла ждать новых возможностей, на создание которых может уйти от пяти до семи лет.

Эти компромиссы важно продумывать в каждом конкретном случае. Но реальность такова, что сроки принятия решений сокращаются в условиях растущей конкуренции в сфере международной безопасности и возрастания угрозы начала полномасштабной войны. Оборонная промышленная база США, в том числе база по производству боеприпасов, хотя и предпринимает активные усилия по пополнению запасов некоторых образцов, но не в состоянии полностью удовлетворить потребности военного времени.

Программа продажи вооружения и военной техники иностранным государствам (Foreign Military Sales, FMS) может быть полезна для американской оборонной промышленной базы, но зарубежные продажи слишком формализованы и имеют слишком много различных, не всегда оправданных ограничений. Особенно это затрагивает ключевых союзников и партнеров. Программа FMS – это форма помощи в области безопасности, в рамках которой Соединенные Штаты могут продавать оборонные товары и услуги зарубежным странам. Государственный департамент США определяет, какие страны будут участниками программы, министерство обороны выполняет программу, а Конгресс в конечном итоге утверждает все поставки военной продукции за границу.³² Продажи за рубежом имеют несколько преимуществ.

Во-первых, экспорт оружия США союзникам и партнерам помогает поддерживать оборонную промышленную базу США. Стабильность и предсказуемость заказы в рамках FMS может помочь планированию объемов и темпа производства, а также увеличить эффект масштаба и снизить производственные затраты. Продажи за рубежом компенсируют стоимость систем вооружения для Соединенных Штатов и поддерживают рабочее состояние производственных линий.

Во-вторых, зарубежные продажи могут укрепить союзников и партнеров США за счет оружейных систем или деталей американского производства. Зарубежные продажи позволяют союзникам и партнерам США участвовать в реализации американских планов, так что Соединенным Штатам не приходится действовать в одиночку. В некоторых случаях удается даже вообще напрямую не участвовать в боевых действиях, как на Украине. Продажи за рубежом также могут улучшить взаимодействие между Соединенными Штатами и их союзниками и партнерами за счет унификации типов боеприпасов и систем.

В-третьих, экспорт вооружений может предотвратить на потенциальных рынках продажу вооружения противника (России и Китая). Растущая конкуренция с такими странами, как Китай и Россия, которые иногда разрабатывают и продают современное вооружение по более низкой цене, чем Соединенные Штаты, угрожает свести на нет конкурентное преимущество США в гонке за поддержкой союзников и партнеров по всему миру.³³

Однако в настоящее время система FMS США не оптимальна для сегодняшней конкурентной среды – среды, в которой такие страны, как Китай, создают значительный объем военной продукции и все чаще стремятся продать его за границу.³⁴ FMS не склонна к риску, неэффективна и медлительна, что вызывает особую озабоченность у ключевых союзников и партнеров, которым необходимо играть решающую роль в сдерживании и боевых действиях против таких стран, как Китай. Например, в одном случае решение продать Тайваню конкретную систему вооружений через FMS, а не через прямую коммерческую продажу, добавило два года к дате поставки – помимо двухлетнего срока производства – в общей сложности четыре года. Это критично, учитывая продолжающуюся напряженность в Тайваньском проливе.

Опасения по поводу продажи части чувствительной технологии могут замедлить продажу на годы. Должностные лица могут тщательно проверять вооруженные силы страны, чтобы увидеть, есть ли у них компетентные специалисты для эксплуатации оборудования и средств защиты для его безопасности. Такой медленный темп может лишить некоторые страны уверенности в том, действительно ли они нужны Соединенным Штатам в качестве партнеров, и это рискует подтолкнуть их к другим странам для покупки оружейных систем и технологий. Но Соединенные Штаты должны одержать победу в глобальной конкуренции с Китаем, которая часто измеряется тем, кто может продать лучшую, самую сложную военную продукцию быстрее и по самой низкой цене.

В этом же контексте важным вопросом являются Правила международной торговли оружием (International Traffic in Arms Regulations, ITAR), нормативный акт США, который контролирует производство, продажу и распространение товаров и услуг, связанных с обороной и космосом.³⁵ Но в нынешних условиях процесс ITAR является слишком медленным для обмена техническими данными, связанными с обороной, с ключевыми союзниками и партнерами, даже такими, как Австралия и Великобритания. Процесс ITAR со всеми документами может занять от 12 до 18 месяцев. Пытаясь предотвратить попадание военных технологий в руки противников, Соединенные Штаты ввели режим регулирования, который слишком медлителен для работы с критически важными прифронтовыми странами.³⁶

Существуют и другие процедуры, такие как Закон о переговорах (Truth in Negotiations Act, TINA), которые важны для обеспечения того, чтобы министерство обороны закупало товары и услуги у ответственных источников по справедливым и разумным ценам.³⁷ Но этот процесс может быть неэффективным и медленным. Бремя предоставления предложения, соответствующего требованиям TINA, может продлить срок заключения контракта не менее чем на шесть месяцев.

FMS, ITAR и другие программы и процедуры важны для защиты конфиденциальных технологий США и обеспечения справедливости. Но им нужно быть более гибкими в текущей ситуации. Как продемонстрировал AUKUS – пакт о безопасности между Австралией, Великобританией и Соединенными Штатами о сотрудничестве в области чувствительных технологий, включая атомные подводные лодки, – существует настоятельная необходимость найти способы более эффективного и действенного сотрудничества между ключевыми союзниками и партнерами.

Ни одна из этих проблем не имеет быстрого или простого решения. Но время торопит. Соединенные Штаты должны подготовиться до начала широкомасштабного военного конфликта. Для решения этой задачи американские аналитики из Центра стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies, CSIS) подготовили ряд предложений.³⁸

По их мнению, наиболее значительный спрос на продукцию оборонной промышленной базы в будущей масштабной войне, вероятно, будет связан с интенсивно расходуемыми боеприпасами и износом оружейных систем и военной техники. Министерство обороны США должно уже сейчас оценить потребности военного времени в ключевом наборе систем вооружения и боеприпасов, а также установить более определенные перспективы для производителей в части планируемого к закупке объема и номенклатуры военной продукции. Общая цель должна заключаться в создании или поддержке производственных мощностей, необходимых для того, чтобы позволить Соединенным Штатам и их союзникам и партнерам сдерживать и, если сдерживание не сработает, вести и выиграть по крайней мере одну крупную войну на театре военных действий. Принципы современного производства «Точно в срок» (Just in Time) и «Бережливое производство» (Lean manufacturing) должны быть сбалансированы с дополнительными производственными мощностями, чтобы обеспечить рост производства в случае войны. Дополнительные возможности также важны для сдерживания противников, таких как Китай, и достоверной демонстрации того, что Соединенные Штаты, их союзники и партнеры способны вести продолжительную военную кампанию, если это необходимо. Увеличение промышленных мощностей также поддержит усилия министерства обороны США по предоставлению дополнительных возможностей европейским и индо-тихоокеанским союзникам и партнерам.

Министерство обороны в сотрудничестве с Конгрессом должно разработать план, который включал бы в себя принятие мер в чрезвычайной ситуации военного времени для оптимизации производства, закупок, пополнения запасов, корректировку FMS, ITAR и других нормативных требований и процедур. Соединенные Штаты не могут позволить себе начать разрабатывать этот план после начала войны. В частности, следует рассмотреть несколько шагов для создания более устойчивой оборонной промышленной базы. Срочности имеет решающее значение.

Необходимо оценить общую потребность в боеприпасах. Ключевые вопросы о боеприпасах, которые следует задать – и ответить на них – включают в себя соответствие планирования производства реалиям высокоинтенсивных боевых действий на одном – или более чем одном – театре военных действий, например, в Европе, Индо-Тихоокеанском регионе или, возможно, на обоих. Это может включать, например, моделирование темпов расходования критически важных управляемых боеприпасов сухопутными, военно-морскими и воздушными силами в крупном конфликте разной степени интенсивности, включая время, необходимое для возобновления или увеличения производства критически важных управляемых боеприпасов. Вместо того, чтобы спрашивать промышленность о возможности производить конкретные боеприпасы или системы вооружений, лучше спросить, что нужно министерству обороны на основе оперативных планов, сценариев и анализов военного времени.

Конгресс мог бы провести слушания, а также потребовать от минобороны и независимых организаций провести секретное исследование, чтобы оценить, сколько дней потребуется, прежде чем вооруженные силы США истощат свои запасы ключевых боеприпасов в одной или нескольких крупных войнах. Исследование должно включать поставки союзникам и партнерам, поскольку их военные планы часто предполагают использование запасов США. В Законе об ассигнованиях на национальную оборону от 2023 года (2023 National Defense Authorization Act) были предприняты некоторые полезные шаги для улучшения возможностей министерства обороны по поддержке производства и накопления боеприпасов, в том числе посредством отчетов перед Конгрессом, хотя Конгрессу необходимо будет контролировать министерство обороны.³⁹

Требуется переоценить потребности в восполнении израсходованных боеприпасов. Необходимо задать важные вопросы – и ответить на них: какова способность оборонной промышленной базы пополнять критически важные запасы вооружения? Каково состояние запасов ракет и боеприпасов, цепочек поставок и способности США пополнить эти запасы в случае необходимости? Подобно переоценке общих потребностей в боеприпасах, Конгресс мог бы провести слушания, а также предложить министерству обороны провести секретное исследование потребностей в пополнении критических запасов вооружения и боеприпасов в крупной войне.

Кроме того, Конгрессу и министерству обороны следует рассмотреть способы сокращения сроков подачи запросов на перераспределение финансирования по программам производства боеприпасов и систем вооружения, предполагающих изменение порядка использования средств, что Соединенные Штаты и сделали во время войн в Афганистане и Ираке.⁴⁰

Создать стратегический запас боеприпасов. Закупить резервные партии промежуточной продукции с длительным сроком изготовления, такой как металлы, энергетические элементы и электроника, для важнейших боеприпасов, чтобы сократить время выполнения заказа с 24 до 12 месяцев во время кризиса. Поскольку сроки производства настолько длительны, было бы полезно рассмотреть вопрос о стратегическом резерве боеприпасов. Существует Закон об оборонном производстве (Defense Production Act) для облегчения стратегического накопления запасов и сокращения времени реагирования в случае неотложной необходимости. Государственные структуры, указанные в Законе об оборонном производстве, могут помочь в увеличении поставок критически важных и стратегических материалов для использования промышленной базой.⁴¹

Необходимо подготовить план стабильных закупок боеприпасов для удовлетворения текущих и будущих потребностей. Растет необходимость сосредоточить внимание на инвестициях в конкретные системы вооружений, такие как ударные, противовоздушные и противоракетные. Боеприпасы должны быть важнейшим приоритетом, и это должно учитываться в любых процессах, используемых военными службами при установлении приоритетов оборонных закупок. В настоящее время существуют значительные производственные мощности для некоторых программ вооружений, таких как AMRAAM, SM-6, JASSM, JASSM-ER, AARGM, LRASM, GMLRS, ATACMS, ракета класса «воздух-воздух» малой дальности AIM-9X Sidewinder, TLAM и высокоточная планирующая бомба воздушного базирования Stormbreaker. Конгресс мог бы также, например, возложить на заместителя министра обороны по закупкам и материально-техническому обеспечению (Under Secretary of Defense for Acquisition and Sustainment, USD (A&S)) ответственность за объемы запасов вооружения и боеприпасов и обязать его представлять Конгрессу ежегодный секретный отчет о размере запасов в США и их достаточности для ожидаемых непредвиденных обстоятельств.

Военные службы США также должны упорядочить руководящие принципы и методы закупок высокоточных боеприпасов, адаптировав их к существующим условиям. Многие из запрашиваемых данных и требований соответствия, предъявляемых министерством обороны при закупке кораблей и самолетов, предъявляются и при закупке высокоточных боеприпасов, даже несмотря на то, что высокоточное оружие практически не требует затрат на содержание и является расходным материалом. Министерству обороны следует также изучить целесообразность разумных отклонений от требований Закона о переговорах (Truth in Negotiations Act, TINA), чтобы ускорить процесс заключения контрактов и запуск производства.

Необходимо расширить подходы к закупкам и проявлять большую гибкость в процессе заключения контрактов. Важно использовать такие инструменты, как предварительные контракты и многолетние контракты. Эти инструменты обычно использовались только для крупных программ, таких как программы закупки кораблей и самолетов, но они могли бы быть полезны и при закупках ракет и боеприпасов. Подписание многолетних контрактов на поставку боеприпасов помогло бы выйти предприятиям на максимальную производительность за счет длительного выпуска больших объёмов однотипной продукции. Заместитель министра обороны США по закупкам и материально-техническому обеспечению Уильям ЛаПланте (LaPlante) признал: «Мы покупаем боеприпасы и многое другое за один год. Мы не заключаем многолетние контракты. Мы заключаем многолетние контракты при закупке кораблей и самолетов, [но] мы не делаем этого для боеприпасов. Нам нужно это сделать, потому что это стабилизирует цепочку поставок. Это послужит сигналом для промышленности показав, что эта тенденция надолго, и мы можем взять на себя долгосрочные обязательства».⁴²

Необходимо инвестировать в цепочки поставок на всю глубину кооперации. Министерству обороны необходимо сосредоточиться на наращивании потенциала не только компаний первого уровня, но и компаний следующих уровней кооперации, чтобы повысить эффективность всей цепочки поставок за счет целевых инвестиций. В большинстве случаев инвестиции, которые приходят на заводы, дают отдачу только через 18—24 месяца, поэтому начать инвестировать надо уже сейчас. Надежные инвестиции также обеспечат будущие потребности при резком росте военного спроса. Эти шаги потенциально могут быть выполнены путем рассмотрения вопроса об обновлении и расширении полномочий в рамках Закона об оборонном производстве (Defense Production Act), что позволит обеспечить дополнительное финансирование и продление сроков выполнения заказов, расширение и модернизацию производственных.

Нужно оптимизировать Программу продажи вооружений за границу (Foreign Military Sales, FMS) и Правила международной торговли оружием (International Traffic in Arms Regulations, ITAR) для ключевых союзников и партнеров. Система FMS остро нуждается в реформировании. FMS должна позволять ускорить поставки вооружения ключевым союзникам и партнерам, хотя Соединенным Штатам необходимо иметь достаточные запасы для собственного использования в войне. Растет необходимость ускорить продажу американского оружия конкретным иностранным союзникам, особенно в Европе и Индо-Тихоокеанском регионе, чтобы лучше конкурировать с Китаем и Россией и пополнить арсеналы дружественных стран, которые оказали военную помощь Украине.

То же самое и с правилами ITAR, которые должны быть более эффективными для ключевых союзников и партнеров. Также целесообразно разработать программу, в рамках которой более старое оружие, которое снято с вооружения в США, например, противокорабельные ракеты «Гарпун», будет передано определенным союзникам и партнерам.

Нужно создавать больше совместных с союзниками производств и искать возможности для «поддержки союзников». Совместное производство может иметь множество преимуществ, включая укрепление союзников и партнеров, увеличение экономии за счет масштаба производства и поддержку оборонной промышленной базы США. Имеется несколько недавних примеров совместного производства, которые стоит изучить более подробно, в том числе HIMARS с Польшей, PrSM с Австралией, Naval Strike Missile с Норвегией, а также компоненты SM-6 и Tomahawk с Японией и Австралией. Это примеры того, что называется «союзнической опорой» – поддержка экономического партнерства с ключевыми союзниками и партнерами.⁴³,⁴⁴ Кроме того, минобороны должно оценить плюсы и минусы создания нескольких дополнительных производственных линий для ключевых систем вооружений и боеприпасов.⁴⁵

По мнению американских аналитиков, в некоторых структурах Пентагона и Конгресса, по-видимому, начинается осознание проблем с оборонной промышленной базой и её неготовностью к условиям военного времени, которая существуют сейчас. Пентагон недавно создал целевую группу из высокопоставленных чиновников для изучения исторически сложившейся неэффективности системы продаж оружия США зарубежным странам. Эта группа ищет способы, с помощью которых министерство обороны упростит порядок передачи вооружений США партнерам и союзникам. Также растет признание проблем процесса закупок, которые препятствуют быстрому наращиванию производства.

Эти шаги полезны. Но на более низких уровнях министерства обороны и военных служб по-прежнему больше разговоров, чем действий. Продолжающиеся военные действия на Украине и эскалация напряженности в отношениях с Китаем, в том числе в Тайваньском проливе, подчеркивают, что США больше не находятся в условиях мирного времени. В 2022 году президент Байден указал, что Соединенные Штаты поддержат применение силы для защиты Тайваня, если он подвергнется нападению со стороны Китая, хотя многое в конечном итоге будет зависеть от контекста кризиса.⁴⁶

В своей истории оборонного производства США во время Второй мировой войны под названием «Кузница свободы» Артур Херман (Arthur Herman) документирует решающую роль оборонной промышленности США в победе над Германией и Японией.⁴⁷ Но оживление оборонной промышленной базы не произошло в одночасье для Соединенных Штатов или их союзников.⁴⁸ Поскольку нагрузка на оборонную промышленную базу сейчас возросла, пришло время подготовиться к эре конкуренции, которая уже наступила. Неспособность внести, даже в связи с угрозой начала широкомасштабных военных действий, адекватные изменения в сложившуюся практику можно, согласно военному аналитику Фрэнку Хоффманы (Frank Hoffman) определить как «предсказуемое событие, которое игнорируется из-за когнитивных предубеждений старшего руководителя или группа лидеров, пойманных в ловушку мощными институциональными силами».⁴⁹

2. Оценка состояния оборонной промышленной базы США

2.1 Общий обзор

Американское военно-политическое руководство внимательно следит за происходящими изменениями геополитической обстановки и принимает меры для сохранения американского доминирования. Направленность предпринимаемых усилий видна из принятой в октябре 2022 года новой Стратегия национальной безопасности (United States’ National Security Strategy).

Как отмечено в Стратегии, Специальная военная операция, проводимая Российской Федерацией на Украине, подчеркивает важность поддержания мощной оборонной промышленной базы для Соединенных Штатов, их союзников и партнеров. Она должна быть не только способна быстро разрабатывать и производить системы вооружения, необходимые для защиты от агрессии противника, но и иметь возможность вводить новшества и творчески разрабатывать решения по мере развития новых форм ведения боевых действий. По мере того, как новые технологии трансформируют методы ведения войны и создают новые угрозы для Соединенных Штатов, американских союзников и партнеров, США инвестируют в ряд передовых технологий, включая приложения в кибер- и космической областях, средства поражения ракет, надежный искусственный интеллект и квантовые системы. США также стремятся устранить барьеры для более глубокого сотрудничества с союзниками и партнерами, включая вопросы, связанные с совместной разработкой и производством вооружения, необходимого для сохранения общего преимущества в военно-технической сфере.⁵⁰

Для реализации заявленных в Стратегии целей предусматривается значительное увеличение бюджетного финансирования в период до 2027 года (рис. 2.1.1).⁵¹ В военном бюджете на 2023 год финансирование оборонной промышленной базы, наряду с инвестициями в космические программы, искусственный интеллект и кибербезопасность, указано в качестве одного из важнейших приоритетов.

Рисунок 2.1.1 – Планируемая динамика роста военных расходов СЩА в период до 2027 года в рамках реализации Стратегии национальной безопасности 2022 года

Фактический проект военного бюджета 2026 года (National Defense Authorization Act for Fiscal Year 2026 (NDAA 2026))⁵², утвержденный конгрессом США в декабре 2025 года, значительно превышает приведенные выше прогнозные значения и составляет уже 901 млрд долл.

В качестве одного из основных приоритетов в проекте военного бюджета на 2026 год определено сдерживание Китая, включая расширение региональной системы военного взаимодействия, усиление обороноспособности Тайваня, укрепление военно-технологического сотрудничества с союзниками, а также «устранение Китая из цепочек поставок». Для достижения заявленных целей, помимо прочего, предусматривается, ускорение развития оборонной промышленной базы, увеличение производства военных беспилотных систем, совершенствование противоракетной обороны, включая создание многоуровневой системы Golden Dome («Золотой купол»).

В очередном отчете Конгрессу о состоянии оборонной промышленной базы⁵³, подготовленном в январе 2021 года Заместителем министра обороны по закупкам и материально-техническому обеспечению (Under Secretary of Defense for Acquisition and Sustainment, USD (A&S)),⁵⁴ отмечается, что американская армия по-прежнему остается самой мощной в мире. Ведущие компании оборонной промышленности по-прежнему являются мировыми лидерами в области инноваций и производства вооружений. Министерство обороны по-прежнему является единственным крупнейшим покупателем товаров в правительстве США. Но если промышленная и производственная база, которая разрабатывает и производит эти товары, не модернизируется и не приспособится к новым мировым геополитическим и экономическим реалиям, Америка столкнется с постоянно растущими проблемами в сфере национальной безопасности.

Перед оборонной промышленной базой стоят проблемы, которые требуют в предстоящее десятилетие постоянного и усиленного внимания на национальном уровне, и которые нельзя решить, если допустить отставание в передовых технологиях, таких как автономные системы и искусственный интеллект (ИИ), 5G и квантовые технологии, микроэлектроника, космические, кибернетические, ядерные и гиперзвуковые технологии, а также более традиционные технологии, на которых основаны уже стоящие на вооружении боевые системы.

При этом, передовые технологии опираются на производственный комплекс, который должен быть надежно защищен для обеспечения безопасности наиболее важных цепочек поставок оборонной продукции.

Для решения стоящих проблем необходимо:

1. Восстановить оборонную промышленную базу и цепочки поставок, начиная с микроэлектроники, и восстановить судостроительную базу.

2. Подготовить современную производственную и инженерную рабочую силу и базу для исследований и разработок (НИОКР).

3. Продолжать модернизировать процесс оборонных закупок, чтобы он соответствовал реалиям 21 века.

4. Найдите новые способы объединения инноваций частного сектора с ресурсами и спросом государственного сектора.

Заместителем министра обороны рассматривает проблемы, стоящие перед оборонной промышленной базой, в контексте четырех основных процессов, продолжающихся более полувека, каждый из которых, по мнению чиновника, требует ускорения изменений и реформ.

Во-первых, это неуклонная деиндустриализация Соединенных Штатов за последние пять десятилетий, включая рабочую силу и производственные инновации. С 40 процентов валового внутреннего продукта (ВВП) США в 1960-х годах производство сократилось до менее чем 12 процентов сегодня, при этом только с 2000 по 2015 год было сокращено более пяти миллионов производственных рабочих мест (рис.2.1.2.) Всего пятьдесят лет назад в обрабатывающей промышленности было занято 36 процентов работающих мужчин. Сегодня в обрабатывающей промышленности занято менее 11 процентов всех рабочих (рис.2.1.3). При этом, общий объем производства за этот период вырос (рис. 2.1.4), отчасти благодаря трудосберегающим технологиям, но рабочая сила, от которой зависело бы возрождение оборонной промышленности, фактически резко уменьшилась.⁵⁵

Рисунок 2.1.2 – Занятость в обрабатывающей промышленности (миллионы рабочих)

Рисунок 2.1.3 – Доля производства в общей занятости

Рисунок 2.1.4 – Чистый объем производства

(в ценах 2009 г.)

Эти тенденции оказали особое влияние на ключевой элемент успешной производственной экономики: станкостроение. Из двадцати одного крупнейшего производителя станков в мире сегодня только два являются американскими: Gleason и Haas Automation. Напротив, восемь базируются в Японии и шесть в Германии. И в то время, как американский станкостроительный сектор приходит в состояние упадка, идущий к мировому лидерству Китай стал крупным покупателем станков. Станкостроение заложило в США основу для мобилизационного чуда Второй мировой войны, когда в кратчайшие сроки удалось резко нарастить выпуск военной продукции, но в настоящее время Америка позволила своему станкостроительному сектору превратиться из национального актива в уязвимость национальной безопасности.

Вторым событием стало окончание холодной войны, которое сделало избыточным необходимость поддерживать оборонную промышленную базу в масштабах, необходимых для вооруженного противостояния с равным противником, которым был Советский Союз. Распад Советского Союза и окончание напряженности изменило приоритеты времен холодной войны и привело к интенсивному переосмыслению роли и потребностей министерства обороны, включая фундаментальные изменения в структуре его производственной базы. Одним из изменений, которое имело место, была резкая консолидация крупнейших оборонных подрядчиков с пятнадцати до пяти, что, среди прочего, снизило конкуренцию, которая ранее были ключевым фактором контроля затрат и стимулирования инноваций.

Война с терроризмом, с ее акцентом на уничтожение террористических ячеек и убежищ, а также операции по борьбе с повстанцами и обеспечению стабильности, задержали на решающие полтора десятилетия адаптацию американской оборонной промышленной базы к новым геополитическим и военным реалиям, включая неуклонный подъем «агрессивного и воинственного Китая и непримиримой России» (отметим, что такая характеристика России и Китая дана высшим американским военным руководством в конце 2020 – начале 2021 года – т.е задолго до начала Специальной военной операции).

Третьей важнейшим процессом стало появление высокотехнологичных и передовых цифровых технологий, от персональных компьютеров, сотовых телефонов и твердотельных датчиков до Интернета и беспроводной технологии 5G, а также искусственного интеллекта и квантовых вычислений.

Эти технологии есть и будут оставаться движущей силой экономики США и мировой экономики, а также будут определять военный баланс будущего, в то же время создавая критические угрозы безопасности в мирное время посредством кибер-преступлений, кражи интеллектуальной собственности и информационной войны, не говоря уже о будущих сценариях, связанных с квантовыми компьютерными атаками на важные гражданские и оборонные объекты инфраструктуры.

Более того, эти технологии создают новые проблемы для оборонных подрядчиков и для Пентагона в обеспечении надежной цепочки поставок критически важных товаров, таких как обработанные редкоземельные элементы и микроэлектроника, где непредвиденные перерывы могут быть вызваны потерей единственного поставщика, произошедшей помимо чисто экономических причин, ещё и в результате эмбарго или военных действий противника. События такого типа могут поставить под угрозу устойчивость оборонной промышленной базы.

Руководители Пентагона осознают, что технологическая революция потребует серьезного изменения основных требований вооруженных сил к ведению войны, но также потребует и налаживания отношений с промышленной базой, сильно отличающейся от той, которая десятилетиями обеспечивала его потребности в оборудовании, т.е. с новыми компаниями, такими как как Google, Oracle и многие другие фирмы Кремниевой долины. Чтобы облегчить адаптацию к новым технологическим возможностям, министерство обороны запустило стратегию «Третьего оффсета» (Third Offset)⁵⁶, используя, по словам чиновника министерства обороны, «комбинации технологий, оперативных концепций и организационных структур – различные способы организации вооруженных сил, чтобы поддерживать способность США проецировать боевую мощь в любую область в любое время и в любом месте по нашему выбору».⁵⁷

Однако концепция «Третьего оффсета» Пентагона не превратилось в надежную стратегическую доктрину. Военные службы использовали традиционно понятный и более узкий подход, обычно применяя передовые технологии для удовлетворения текущих оперативных потребностей. Это означало, что возможность более масштабного систематического переосмысления и реорганизации оборонной промышленной базы была упущена или, как минимум, отсрочена. Сегодня происходит наверстывание утраченных позиций.

Четвертым важнейшим процессом, оказывающим влияние на американскую оборонную промышленную базу, является подъем Китайской Народной Республики. Подъем Китая рассматривается военно-политическим руководством США в качестве двойной угрозы, как военной (китайский флот, насчитывающий 350 кораблей, в настоящее время является крупнейшим в мире), так и экономической, что угрожает критическим цепочкам поставок, а также бросает вызов американской политике экспортного контроля, иностранных инвестиций и передачи технологий. Впечатляющий рост Китая, как второй по величине экономики мира хорошо известен: с 1978 года ВВП растет в среднем на 9,45 процента в год, и теперь Китай готов стать крупнейшей экономикой мира к 2040 году. Рост военных расходов Китая также впечатляет – за последние два десятилетия он увеличился почти в двадцать пять раз, с более чем 10 миллиардов долларов в 1999 году до более чем 250 миллиардов долларов в 2019 году. В настоящее время Китай тратит на оборону больше, чем Япония, Южная Корея, Филиппины и Вьетнам вместе взятые, и уступает только США по своему военному бюджету.

Предыдущая оценка состояния американкой оборонной промышленной базы ранее была дана в отчете Конгрессу, подготовленному в марте 2017 года Заместителем министра обороны по закупкам, технологиям и логистике (Under Secretary of Defense for Acquisition, Technology and Logistics, USD (AT&L)) и Заместителем помощника министра обороны по вопросам производства и промышленной базы (Deputy Assistant Secretary of Defense for Manufacturing and Industrial Base Policy).⁵⁸

В отчете указывалось, что в целом, оборонная промышленность остается жизнеспособной и конкурентоспособной. По мере того, как производственная база продолжает диверсифицироваться, подрядчики министерства обороны должны постоянно модернизировать и перестраивать бизнес-процессы, конкурируя за капитал на рыночных условиях. По состоянию на март 2017 года крупные оборонные компании оставались прибыльными; они эффективно управляют акционерной стоимостью за счет выкупа акций, сокращения долга, сокращения капитальных затрат и оптимизации рабочей силы. Снижение затрат, повышение прозрачности и подотчетность в расходах привели к повышению эффективности. Кроме того, инновационные технологии финансировались и разрабатывались за пределами традиционного процесса закупок министерства обороны.⁵⁹

Рисунок 2.1.5 – Финансовые индикаторы состояния различных групп компаний оборонного сектора⁶⁰

Компании, составляющие оборонную промышленную базу, могут быть разделены на четыре различных сегмента: системные интеграторы, крупные поставщики подсистем, крупные поставщики компонентов и поставщики сервисных услуг. Как показано на рис. 2.1.5, все сегменты оборонной промышленной базы являются прибыльными по таким параметрам, как операционная прибыль, доналоговые расходы и амортизация (Earnings Before Interest Taxes Depreciation and Amortization (EBITDA)), которые являются стандартными финансовыми индикаторами структурного здоровья компании. Исключая такие расходы, как налоги и проценты по кредитам, эти параметры фокусируются на основных коммерческих доходах и расходах.

Динамика развития сектора оборонной промышленности показана на рис. 2.1.6. В среднем сектор оборонной промышленности значительно превзошел общий рынок за десятилетний период, показав уверенность рынка в её будущем развитии.

Рисунок 2.1.6 – Динамика развития сектора оборонной промышленности⁶¹

В то же время, необходимо отметить, что рост сектора оборонной промышленности не означает автоматического повышения мобилизационных возможностей, поскольку он, в данном случае, опирается на широкую международную кооперацию, которая является уязвимой при возникновении требующей промышленной мобилизации чрезвычайной ситуации.

Повышения мобилизационных возможностей должно основываться на росте национальной оборонной промышленной базы.

В целях обеспечения такого роста, в июле 2017 года президент США Д. Трамп издал указ «Оценка и укрепление производственной и оборонной промышленной базы и повышение отказоустойчивости цепочки поставок».⁶²

В указе отмечено, что здоровая производственная и оборонная промышленная база и устойчивые цепочки поставок имеют важное значение для экономической мощи и национальной безопасности Соединенных Штатов. Способность США поддерживать боеготовность и оперативно реагировать на чрезвычайные ситуации напрямую связана с возможностями американской промышленности и отказоустойчивостью производственной и оборонной промышленной базы и цепочек поставок. В современном глобальном мире цепочки поставок часто бывают очень длинными. Их разрыв представляет угрозу для способности Соединенных Штатов производить продукцию, имеющую решающее значение для национальной обороны и безопасности. Следовательно Соединенные Штаты должны поддерживать и развивать собственную производственную и оборонную промышленную базу и контролировать цепочки поставок критически важного сырья и компонентов.

Потеря более 60 000 американских заводов, ключевых компаний и почти 5 миллионов производственных рабочих мест с 2000 года угрожает подорвать возможности удовлетворения потребностей национальной обороны промышленностью Соединенных Штатов. Это вызывает озабоченность руководства США по поводу здоровья производственной и оборонной промышленной базы. Продолжающаяся потеря промышленных компаний, заводов или элементов цепочки поставок может нанести ущерб внутренним возможностям по созданию, поддержке, расширению или восстановлению промышленных возможностей, необходимых для национальной безопасности.

Производственные мощности и оборонная производственная база Соединенных Штатов были ослаблены не только потерей промышленных предприятий, но одновременно, вместе с потерей рабочих мест, были утеряны и многие профессиональные навыки и производственные специальности, необходимые для национальной обороны.

Таким образом, важнейшим национальным приоритетом является стратегическая поддержка активного внутреннего производственного сектора, укрепление производственной базы промышленности и формирование устойчивых цепочек поставок.

Для более глубокого анализа и выработки мер поддержки оборонной промышленности министерству обороны и другим профильным государственным структурам было поручено:

– определить номенклатуру военной и гражданской продукции, сырья, материалов и других товаров и услуг, которые имеют важное значение для национальной обороны;

– определить производственные возможности, необходимые для производства идентифицированной выше продукции;

– определить непредвиденные обстоятельства военного, террористического, экономического, природного, геополитического или иного характера, которые могут привести к нарушению или разрыву в цепочке поставок товаров, идентифицированных выше;

– оценить отказоустойчивость и производственный потенциал оборонной промышленной базы и цепочек поставок, включая оценку:

(i) производственных мощностей Соединенных Штатов и потенциала оборонной производственной базы, включая их способность модернизироваться для удовлетворения будущих потребностей;

(ii) пробелов в национальных производственных возможностях, связанных с национальной безопасностью, включая изначальное отсутствие, утрату или угрозу утраты или перепрофилирования критически важных производственных мощностей;

(iii) цепочек поставок с критическим звеном, отказ которого приводит к разрыву всей цепочки или цепочек поставок с ограниченной отказоустойчивостью, особенно у поставщиков третьего уровня и ниже;

(iv) потребления энергии и возможности повышения отказоустойчивости за счет лучшего управления энергопотреблением;

(v) наличия квалифицированной рабочей силы и системы её подготовки;

(vi) исключительного или доминирующего предложения критически важных для оборонной промышленности товаров (или их компонентов), странами, которые являются или могут стать недружественными США или внутренне нестабильными;

(vii) наличия заменителей или альтернативных источников для критически важной продукции;

– подготовить рекомендации по внесению изменений в законодательство и предложения президенту или руководителям федеральных структур, по устранению выявленных проблем.

В упомянутом выше отчете Конгрессу о состоянии оборонной промышленной базы, подготовленному в январе 2021 года⁶³ оценка оборонного сектора дается на основе анализа шести крупнейших основных поставщиков оборонной продукции (Lockheed Martin, Boeing, Northrop Grumman, Raytheon, General Dynamics и BAE Systems) вместе известных как «Большая шестерка» (Big Six). В 2019 году на их долю приходилось 32 процента всех контрактов министерства обороны США. Эта компании также являются крупнейшими в мире по доходам, получаемым от реализации оборонной продукции. Таким образом, состояние «Большой шестерки» позволяет оценить общее состояние всего оборонного сектора США.

По мнению авторов отчета, «Большая шестерка» финансово здорова, ее доля на рынке продолжает увеличиваться, доходы в целом увеличились, а средневзвешенный комбинированный годовой темп роста рыночной капитализации (Market Capitalization Weighted Average Compound Annnual Growth Rate) составил 5,6% в период с 2014 по 2019 год (рис. 2.1.7).

Непрерывный рост в оборонном секторе дополнительно иллюстрируется средневзвешенным значением темпа роста рыночной капитализации 25 американских оборонных поставщиков среднего уровня, включенных в список 100 ведущих компаний Defense News на 2020 год.⁶⁴ На эти 25 компаний приходилось девять процентов всех основных контрактных обязательств министерства обороны США в 2019 году.

Средние доходы этих компаний ежегодно достигали примерно четверти средних доходов «Большой шестерки» и в целом увеличивались при средневзвешенном среднегодовом темпе роста рыночной капитализации на уровне 5,9% в период с 2014 по 2019 год (рис. 2.1.7).

Рисунок 2.1.7 – Рост доходов американских оборонных поставщиков в период 2014 -2019 гг. (Source: Refinitiv Eikon)

«Большая шестерка» также является прибыльной, демонстрируя положительные результаты по таким параметрам, как операционная прибыль, доналоговые расходы и амортизация (Earnings Before Interest Taxes Depreciation and Amortization, EBITDA), хотя за последние пять лет маржа варьировалась в зависимости от компании (рис. 2.1.8). Крупные поставщики продукции оборонного назначения в среднем за последний год наблюдали растущий спрос на их продукцию и услуги, что способствовало росту продаж и расширению масштабов, а также помогло снизить затраты и повысить конкурентоспособность. 25 поставщиков оборонных товаров среднего уровня (25 Mid-Tier Defense Suppliers) также демонстрируют стабильную прибыльность, хотя и с более низкой маржой, чем «Большая шестерка». Средневзвешенный среднегодовой темп роста капитализации 25 компаний среднего уровня по EBITDA в период с 2014 по 2019 год составил 1,9 процента.

Рисунок 2.1.8 – Маржа EBITDA [Маржа EBITDA – показатель операционной прибыли компании в процентах от ее выручки] американских оборонных поставщиков в период 2014 -2019 гг. (Источник: Refinitiv Eikon)

Однако для поддержания роста выручки и смягчения цикличности оборонных расходов США некоторые фирмы продолжат диверсифицировать свою клиентскую базу, привлекая международных и не связанных с обороной клиентов. За последние несколько лет «Большая шестерка» сохранила относительно стабильную долю продаж за пределами США (рис. 2.1.9). Несмотря на минимальные изменения в процентах от общего дохода, международные продажи «Большой шестерки» увеличились в годовом исчислении на 2,3 процента за последние шесть лет. Продажи вне США сохранили более высокую долю от общего объема продаж 25 поставщиков оборонных товаров среднего уровня, в основном благодаря включению 12 зарубежных поставщиков оборонных товаров в список из 25 (рис. 2.1.10). Продажи «Большой шестерки» и 25 поставщиков среднего уровня в США выросли примерно на три процента в годовом исчислении с 2014 года. Продажи 25 поставщиков среднего уровня были не такими постоянными, но в годовом исчислении увеличились на 4,3 процента с 2014 по 2019 год.

Рисунок 2.1.9 – Соотношение продаж «Большой шестерки» на американском и зарубежном рынках в период 2014 -2019 гг. (Источник: Refinitiv Eikon & Defense News Top 100)

Рисунок 2.1.10 – Соотношение продаж группы «25 Mid-Tier DoD Suppliers» на американском и зарубежном рынках в период 2014 -2019 гг. (Источник: Refinitiv Eikon & Defense News Top 100)

Исторически сложилось так, что «Большая шестерка» имела тенденцию к росту доходов, не связанных с обороной. В 2019 году доля выручки от бизнеса, не связанного с обороной, снизилась для этой группы компаний, в первую очередь из-за потерь коммерческих продаж Boeing в результате прекращения эксплуатации самолетов 737-Max и исторической реорганизации бизнес-сегмента после слияния United Technologies и Raytheon (рис. 2.1.11).

Рисунок 2.1.11 – Соотношение оборонных и необоронных продаж «Большой шестерки» и группы «25 Mid-Tier DoD Suppliers» в период 2014 -2019 гг. (Источник: Refinitiv Eikon & Defense News Top 100)

Как видно из приведенных материалов, оборонная промышленная база: США в целом, по экономическим показателям, демонстрирует устойчивый рост. Вместе с тем, оборонная промышленная база предназначена для обеспечения национальной безопасности, а для достижения этой цели экономические показатели не являются единственно важными. Ключевое значение имеет возможность оборонной промышленной базы, в случае угрозы национальной безопасности, оперативно осуществлять мобилизационное развертывание и быстро наращивать объемы производства военной продукции. Для этого могут быть задействованы и внеэкономические стимулы и методы управления. Также, и проблемы оборонной промышленной базы не всегда носят чисто экономический характер и то, что выгодно с точки зрения получения прибыли не всегда эффективно с точки зрения обеспечения национальной безопасности. Сюда относятся такие характерные для американской оборонной промышленной базы проблемы, как концентрация и монополизация оборонного рынка и проблемы безопасности цепочек поставок и зависимости от импорта сырья и материалов. Концентрация и монополизация оборонного рынка с одной стороны приводит к повышению прибыли ключевых оборонных поставщиков, но с другой стороны уменьшает конкуренцию, что, в свою очередь, приводит к отсутствию стимулов у производителей повышать качество выпускаемой продукции и вкладывать ресурсы в инновационное развитие. Проблемы безопасности цепочек поставок и зависимости от импорта сырья и материалов важны, поскольку с точки зрения бизнес-процессов, американским компаниям выгодно размещать производство и закупать сырье за рубежом, но для национальной безопасности такая стратегия приводит к критической зависимости от иностранных поставщиков, которые могут, в случае необходимости, разорвать сложившиеся цепочки поставок.

Среди проблем, с которыми сталкивается оборонная промышленная база США, выделяется группа рисков, которые вызывают повышенное беспокойство у министерства обороны, как у основного заказчика (табл. 2.1.1).

Таблица 2.1.1 – Риски оборонной промышленной базы США, вызывающие повышенное беспокойство у министерства обороны

Таблица 2.1.1 – Риски оборонной промышленной базы США, вызывающие повышенное беспокойство у министерства обороны (продолжение)⁶⁵⁶⁶

2.2 Оценка состояния и готовности к развертыванию оборонной промышленной базы. Исследование 2022 года

2.2.1 Методика исследования

Оценка состояния и готовности к развертыванию оборонной промышленной базы проводится Национальной ассоциацией оборонной промышленности США (National Defense Industrial Association, NDIA) ежегодно. Результаты очередной оценки опубликованы в феврале 2022 года.⁶⁷ Оценка проводится по единой методике и это позволяет анализировать динамику происходящих процессов. Рассмотрим подробнее эту методику, а далее обратимся к результатам использования этой методики для оценки американской оборонной промышленной базы.

Сложность и масштабы оборонной промышленной базы ставят исследователя перед необходимостью тщательного отбора оцениваемых факторов и показателей, которые могут быть полезны для их оценки. Рассматриваемая методика основана на подходе, предложенном Статистическим управлением и Управлением по науке, технологиям и промышленности (Statistics Directorate and the Directorate for Science, Technology and Industry) Организации экономического сотрудничества и развития (Organisation for Economic Cooperation and Development, OECD), совместно с Отделом эконометрики и прикладной статистики Объединенного исследовательского центра (Econometrics and Applied Statistics Unit of the Joint Research Centre) Европейской комиссии (European Commission).⁶⁸ Указанный подход предполагает использование составных (интегральных) показателей для оценки ситуации в таких областях, как конкурентоспособность промышленности, устойчивое развитие, глобализация и инновации.

В рамках рассматриваемой методики предлагается использовать интегральные показатели для оценки таких сегментов, как: «спрос», «производственные ресурсы», «инновации», «цепочки поставок», «конкуренция», «промышленная безопасность», «политические и нормативные факторы», «потенциал наращивания производства» и «новые технологии».

В каждом из сегментов выделяется группа ключевых факторов, которые, по мнению авторов методики, в совокупности позволяют оценить состояние и готовность оборонной промышленной базы государства. Интегральные показатели упрощают задачу интерпретации влияния отдельных факторов за счет их объединения в итоговую оценку на основе обобщенной модели (рис. 2.2.1).

Факторы оцениваются по одному или нескольким показателям более низкого уровня. Например, при расчете интегрального показателя для оценки сегмента «Производственные ресурсы», помимо прочих оценивается фактор «Доступ к стратегическим материалам». Для оценки этого фактора рассматриваются показатели «Средние цены на редкоземельные элементы (цены биржевых инвестиционных фондов (Exchange Traded Funds (ETF))», «Доля страны в мировом добыче редкоземельных элементов» и «Чистая зависимость страны от импорта в процентах от внутреннего потребления».

Всего в рассматриваемой методике анализируется более 50 показателей, значения которых могут быть получены из общедоступных статистических материалов или рассчитаны на их основе.

Рисунок 2.2.1 – Обобщенная модель оценки состояния и готовности оборонной промышленной базы

Баллы для оценки показателя рассчитываются на основе сравнения среднего значения этого показателя и контрольного базового значения, оцениваемого в 100 баллов. Базовые значения представляют собой либо исторические пиковые значения (максимальное значение показателя за прошлые годы), либо, в некоторых случаях, когда это концептуально приемлемо, идеальные стандартные значения.

Оценка каждого фактора рассчитывается путем нахождения среднего арифметического всех показателей, используемых для оценки данного фактора, а интегральный показатель для оценки сегмента рассчитывается как среднее арифметическое всех используемых для его оценки факторов. Аналогичным образом, путем усреднения оценок всех сегментов, рассчитывается итоговая оценка состояния и готовности оборонной промышленной базы.

Авторы рассматриваемой методики предлагают следующую интерпретацию полученных рассмотренным выше способом оценок.

Состояние оборонной промышленной базы оценивается как позитивное, если итоговая оценка находится в диапазоне 70—100 баллов и как негативное при итоговой оценке менее 70 баллов. Внутри этого деления предусмотрена более детальная градация (рис. 2.2.2)

Рисунок 2.2.2 – Визуализация оценки состояния оборонной промышленной базы

Методика разрабатывалась для оценки состояния и готовности оборонной промышленной базы США, но может быть применима, после соответствующей адаптации, к оценке оборонной промышленной базы любой страны. Представленный подход позволяет получить объемную картину состояния оборонной промышленной базы. Отслеживание изменений итоговой оценки на отдельных временных интервалах (например – ежегодно, как это делает Национальная ассоциация оборонной промышленности США, табл. 2.2.1) позволяет анализировать динамику изменений и формировать обобщенную статистическую информацию.

Таблица 2.2.1 – Изменения итоговой оценки оборонной промышленной базы США по годам. Интерпретация оценки и её цветовой индикатор (столбцы 2—4) приводятся в соответствии со шкалой на рис. 2.2.2

Изменение оценки в 2021 году относительно 2020 года (столбец 5) приведено в соответствии со следующей шкалой:

Помимо своих аналитических преимуществ, предложенный подход, за счет своей наглядности, способствуют использованию полученных результатов не только экспертным сообществом, но и более широким кругом заинтересованных специалистов и лиц, принимающих решения.

Рассмотрим подробнее подходы к оценке отдельных сегментов.

Сегмент «Оценка спроса»

Масштабы спроса на продукцию оборонных компаний, как внутри страны, так и за рубежом, являются важнейшим фактором, влияющим на состояние оборонной промышленной базы; без надежного рынка государственных контрактов и зарубежных продаж спрос будет недостаточным для поддержания её динамичного развития. Стабильность и предсказуемость спроса на товары и услуги оборонного назначения напрямую влияют на готовность компаний выделять ресурсы как на оборонное производство, так и на исследования и разработку важнейших технологий.

Министерство обороны США является крупнейшим покупателем оборонных товаров и услуг в мире. Спрос министерства обороны на товары и услуги является основным двигателем производства и стимулом для инвестиций в оборонную промышленную базу. Изменения в объеме и номенклатуре закупаемой продукции, отражаемые в контрактах министерства обороны, можно рассматривать в качестве фактора, напрямую влияющего на активность компаний в отношении их участия в оборонной промышленной экосистеме, на производство определенных видов товаров и услуг, на распределение ресурсов, выделяемых на исследования и разработки, и на роль этих компаний в более широких цепочках поставок.

Поскольку министерство обороны является основным потребителем продукции предприятий и организаций оборонной промышленной базы, его контрактные обязательства можно использовать для оценки спроса на военную продукцию.

В рассматриваемой методике, для оценки спроса со стороны министерства обороны, используется показатель «Стоимость годовых контрактных обязательств министерства обороны США». Этот показатель объединяет общую стоимость новых контрактов министерства обороны на закупки; контрактов на исследования, разработки, испытания и оценку (research, development, testing, and evaluation, RDT&E); и контрактов в рамках Программы продаж вооружения и военной техники иностранным государствам (Foreign Military Sales, FMS), курируемой министерством обороны США.

Таблица 2.2.2 – Факторы и показатели, используемые для оценки сегмента «Спрос»

Сегмент «Производственные ресурсы»

Стоимость и доступность ресурсов, используемых при производстве товаров и оказании услуг, в значительной степени влияют на способность оборонной промышленной базы обеспечивать государство необходимой военной продукцией. Производство конечной продукции в значительной степени зависит от товаров и услуг, которые потребляются в процессе её производства (промежуточный спрос), от наличия достаточного количества высококвалифицированной рабочей силы и от наличия и доступности сырья и материалов. Тенденции в стоимости и доступности этих ресурсов позволяют оценить способность оборонных предприятий приобретать ресурсы, используемые в производстве, по цене и в масштабах, необходимых для выполнения контрактов.

В сегменте «Производственные ресурсы» рассматриваются следующие ключевые факторы, влияющие на оборонное производство: стоимость товаров, услуг и стратегических материалов (редкоземельных элементов); производительность труда; уровень заработной платы; разнообразие рабочей силы; наличие кадрового инженерно-технического резерва; и безопасность (допуск персонала к секретной информации). Показатели стоимости товаров, услуг и стратегических материалов основаны на данных индекса цен производителей Федерального резервного банка США в Сент-Луисе (Producer Price Index (PPI) data from the U.S. Federal Reserve Bank of St. Louis). При оценке рассматриваемого сегмента в качестве базового показателя стоимости промежуточных⁶⁹ товаров и услуг и стратегических материалов используются не максимальные значения за предыдущие годы, как при оценке других сегментов, а скорость изменения этих значений от года к году. По сути, это уровень инфляции стоимости товаров и услуг, который можно сравнить с рекомендуемым Федеральной резервной системы уровнем в 2%. Данные для индикатора цен на редкоземельные элементы основаны на данных VanEck Vectors® Rare Earths/Strategic Metals Exchange Traded Fund (REMX ETF) и данных Геологической службы США (U.S. Geological Service). Данные об общей занятости, средней заработной плате, разнообразии и кадровом резерве получены из Статистического управления министерства труда США (U.S. Bureau of Labor Statistics) и Национального научного фонда (National Science Foundation). Данные для оценки процесса обеспечения безопасности получены от Консультативного совета Национальной программы промышленной безопасности (National Industrial Security Program Advisory Council).

Численность рабочей силы и производительность были объединены в единый показатель производительности рабочей силы (скорректированная производительность труда (Productivity Adjustmen)). Расчет осуществляется путем умножения численности рабочей силы на годовую производительность труда. Исходные данные для расчета также получены из Федерального резервного банка США в Сент-Луисе.

Таблица 2.2.3 – Факторы и показатели, используемые для оценки сегмента «Производственные ресурсы»

Сегмент «Инновации»

Одной из важнейших составляющих государственной политики США в сфере обеспечения технологического превосходства американских вооруженных сил является опора на частные компании, которые активно осуществляют исследования и разработки и внедряют новые инновационные технологии. Такое положение дел определяет важность анализа и оценки тенденций в отношении ресурсов, результатов и конкурентоспособности американской инновационной экосистемы. В рамках рассматриваемого исследования состояние оборонных инноваций в частном секторе оценивается на основе анализа тенденций в области инвестиций в промышленные исследования и разработки, конкурентоспособности инноваций и патентной активности.

Для оценки тенденций в области инвестиций в промышленные исследования и разработки анализируются корпоративные расходы на НИОКР. Конкурентоспособность инноваций оценивается на основе патентных данных Всемирной организации интеллектуальной собственности (World Intellectual Property Organisation, WIPO) и сравнительных данных о международных расходах Организации экономического сотрудничества и развития (Organization for Economic Cooperation and Development, OECD). Масштаб инновационной активности оценивается по объему создания интеллектуальной собственности, на основе данных о ежегодных патентных заявках Национального научного фонда США (National Science Foundation, NSF).

Показатели, используемые для оценки указанных факторов, приведены в табл.2.2.4.

Таблица 2.2.4 – Факторы и показатели, используемые для оценки сегмента «Инновации»

Сегмент «Цепочки поставок»

Надежность цепочек поставок влияет на оценку состояния оборонно-промышленной базы. Для выполнения государственных контрактов сети оборонных поставщиков должны опираться на хорошо функционирующую систему отношений между компаниями.

Оценка цепочек поставок производится на основе данных, полученных из отчетов о закупках основных видов вооружения и военной техники (Selected Acquisition Reports, SAR), которые ежегодно представляются министерством обороны Конгрессу одновременно с бюджетным запросом президента на очередной финансовый год. Эти отчеты содержат информацию о программах крупных оборонных закупок (Major Defense Acquisition Programs, MDAP) и программам среднего уровня оборонных закупок (Middle Tier of Acquisition, MTA). Очередной отчет SAR представлен Конгрессу в сентябре 2022 года одновременно с бюджетным запросом президента на 2023 финансовый год.⁷⁰

В сегменте «Цепочки поставок» оценивается общая эффективность цепочек поставок оборонного назначения, на основе анализа частоты невыполнения контрактов, финансовых показателей цепочки поставок, управления запасами и управления затратами. Частота неисполнения контрактов рассчитывается на основе данных о расторжении контрактов по уважительной причине, которые могут быть получены из Федеральной информационной системы результатов выполнения контрактов и добросовестности исполнителей (Federal Awardee Performance and Integrity Information System, FAPIIS). Для финансовых показателей и управления запасами рассчитывается отраслевой цикл оборачиваемости денежных средств и коэффициент оборачиваемости запасов соответственно. Эти расчеты основаны на данных, исследовательской компании Govini, а также на отчетах, требуемых Комиссией по ценным бумагам и биржам (Securities and Exchange Commission), о ежегодных заявках 100 крупнейших получателей оборонных контрактов. Показатель для оценки управления затратами получен на основе анализа превышений расходов на оборонные программы по методу Нанна-МакКарди (Nunn—McCurdy Amendment).⁷¹

Таблица 2.2.5 – Факторы и показатели, используемые для оценки сегмента «Цепочки поставок»

Сегмент «Конкуренция»

База оборонно-промышленного комплекса состоит из многих тысяч компаний, выполняющих контракты с министерством обороны и конкурирующих между собой. Конкурентоспособный оборонный сектор может быть как выгодным для заказчика, так и привлекательным для предприятий – выгодным в том смысле, что конкуренция может стимулировать инновации и эффективность при создании образцов ВВСТ при меньших затратах, и привлекательным тем, что рыночные стимулы и предполагаемые возможности будут удерживать производителей в этом секторе, а также привлекать в него новые фирмы.

В сегменте «Конкуренция» оцениваются такие факторы, влияющие на состояние оборонной промышленной базы, как прибыльность, наличие ликвидности, капитальные затраты, концентрация рынка и доля иностранных фирм на рынке. Показатели, используемые для оценки указанных факторов, приведены в таблице 2.2.6. Их численные значения рассчитываются на основе финансовых данных 100 крупнейших публичных подрядчиков министерства обороны.

Таблица 2.2.6 – Факторы и показатели, используемые для оценки сегмента «Конкуренция»

Сегмент «Промышленная безопасность»

В сегменте «Промышленная безопасность» рассматриваются такие факторы, как «Нарушение прав интеллектуальной собственности» и «Угрозы информационной безопасности», которые оцениваются на основе анализа показателей: количество расследований Федерального бюро расследований (ФБР) по нарушениям прав на интеллектуальную собственность, среднегодовой уровень выявленных ИТ-уязвимостей в киберпространстве, а также степень серьезности выявленных ИТ-уязвимостей.

Используется два источника для получения данных об уязвимости киберпространства: корпорация MITRE (MITRE Corporation) ведет Базу данных публично раскрытых уязвимостей кибербезопасности (Common Vulnerabilities and Exposures (CVE) List), которая служит наиболее авторитетным источником знаний о известных брешах в безопасности аппаратных и программных продуктов. Кроме того, Национальный институт стандартов и технологий (National Institute of Standards and Technology, NIST) публикует ежегодную версию списка CVE, включающую оценку серьезности для каждой уязвимости.

Таблица 2.2.7 – Факторы и показатели, используемые для оценки сегмента «Промышленная безопасность»

Сегмент «Политические и нормативные факторы»

Для оценки «политико-нормативных» факторов, влияющих на формирование бизнес-среды оборонного производства, использованы показатели, характеризующие: общественное мнение, бюджетный процесс Конгресса и нормативную нагрузку.

Общественное мнение важно для оценки оборонной промышленной базы, поскольку оно во-многом определяет готовность высококвалифицированного инженерно-технического персонала работать в оборонной сфере и влияет на объемы финансирования Конгрессом оборонных программ. В качестве примера значимости общественного мнения можно отметить, что в результате военных действий и последующего поражения США во Вьетнамской войне в 70-х годах ХХ века, изменения в коллективном сознании гражданского общества снизили ценностную значимость оборонной проблематики. Среди ведущих американских ученых и среди студентов университетов стали преобладать антивоенные настроения, что привело к резкому падению престижа работы в оборонной сфере. На фоне негативного общественного мнения Конгресс США был вынужден сократить финансирование оборонных программ.

Бюджетный процесс Конгресса и нормативная нагрузка влияют на процесс планирования бизнеса, поскольку от этого зависят сроки заключения оборонных контрактов и стабильность финансирования.

Показатели, характеризующие общественное мнение, основаны на общедоступных данных опросов, проведенных Gallup Organization. Бюджетные данные могут быть получены из материалов, опубликованных Исследовательской службой Конгресса (Congressional Research Service, CRS). Оценка нормативной нагрузки предоставлена в исследованиях аналитической компании Govini.

Таблица 2.2.8 – Факторы и показатели, используемые для оценки сегмента «Политические и нормативные факторы»

Сегмент «Потенциал наращивания производства»

Оборонная промышленная база должна быть готова реагировать на резкое увеличение, в случае необходимости, спроса на различные товары и услуги. Потребность в увеличении оборонного производства может возникнуть внезапно, оставляя поставщикам мало времени для наращивания производства, чтобы удовлетворить резкое увеличение спроса. Сильный производственный потенциал и готовность к резкому наращиванию производства при скачке спроса имеют решающее значение для национальной безопасности. Оценка производственного потенциала показывает, в какой степени национальная экономика может увеличить свои возможности, чтобы удовлетворить рост спроса на оборонные товары и услуги.

В этом сегменте производственный потенциал и готовность к резкому увеличению спроса оцениваются путем анализа интенсивности использования основных средств и эффективности производства. Балл интенсивности использования основных средств рассчитывается на основе оценки использования производственных мощностей для производства товаров длительного пользования, а балл эффективности производства рассчитывается с использованием показателя разрыва между фактическим и потенциальным объёмом промышленного производства. Первый может быть взят из ежемесячных данных Федеральной резервной системы «G.17 Промышленное производство и использование производственных мощностей» (Federal Reserve’s monthly G.17 Industrial Production and Capacity Utilization); второй представляет собой годовой показатель, предоставляемый Бюджетным управлением Конгресса (Congressional Budget Office).

Таблица 2.2.9 – Факторы и показатели, используемые для оценки сегмента «Потенциал наращивания производства»

Сегмент «Новые технологии»

Министерство обороны США уже давно сталкивается с противоречиями между поддержанием стареющих систем вооружения и необходимостью серьезной модернизации обороны. Сегодня в качестве угрозы для США выступает ускорение технологических инноваций со стороны стратегических конкурентов – Китая и России, – которые вложили значительные инвестиции в свою оборонную промышленность, что позволило сделать её более эффективной и устойчивой. Осознавая растущую угрозу американским национальным интересам, министерство обороны определило 11 приоритетов модернизации в ключевых областях новых технологий, которые обеспечат технические возможности, необходимые военным для того, чтобы сохранить лидерство в военной сфере.⁷² Эти технологические приоритеты включают: искусственный интеллект (ИИ), биотехнологии, автономные системы, кибербезопасность, направленную энергию, полностью сетевые управление и связь (Fully Networked Command, Control, and Communications, FNC3), микроэлектронику, квантовые науки, гиперзвук, космос и 5G – все это будет играть жизненно важную роль в том, как министерство обороны будет формировать свою следующую стратегию национальной обороны.

Члены Конгресса все больше внимания уделяют разработке новых технологий для укрепления национальной безопасности США и для того, чтобы идти в ногу с ведущими конкурентами.⁷³

Это обстоятельство используется для оценки фактора «Новые технологии». Показатель оценки внимания Конгресса к каждой технологии разработан на основе анализа количества слушаний в Конгрессе в год, на которых соответствующий термин упоминался не менее пяти раз.

2.2.2 Результаты исследования

В соответствии с рассмотренной выше методикой Национальная ассоциация оборонной промышленности США (National Defense Industrial Association, NDIA) провела в 2022 году очередное исследование состояния и готовности американской оборонной промышленной базы.⁷⁴ Оценка проводилась в таких сегментах, как: «спрос», «производственные ресурсы», «инновации», «цепочка поставок», «конкуренция», «промышленная безопасность», «политические и нормативные факторы», «потенциал наращивания производства» и «новые технологии». Результаты оценки отдельных сегментов сводились в обобщенный показатель, значение которого далее интерпретировалось по шкале «позитивно-негативно» (рис. 2.2.2 выше).

Рассмотрим подробнее результаты исследования.

Сегмент «Оценка спроса»

Важнейшее значение для оценки состояния и готовности оборонной промышленной базы США имеет спрос на товары и услуги со стороны министерства обороны. Для оценки этого спроса в рассматриваемом исследовании анализировались изменения в общем объеме оборонных закупок и в распределении контрактов по категориям финансирования. Объемы финансирования по категориям, в период 2019—2021 гг., приведены на рис. 2.2.3.

Рисунок 2.2.3 – Объем годовых контрактных обязательств министерства обороны США за период 2015—2019 гг.⁷⁵

Для оценки спроса на товары и услуги со стороны министерства обороны использовался показатель «Общая стоимость годовых контрактных обязательств министерства обороны США», объединивший в себе общую стоимость новых контрактов министерства обороны на закупки; контрактов на исследования, разработки, испытания и оценку (research, development, testing, and evaluation, RDT&E); и контрактов в рамках Программы продаж вооружения и военной техники иностранным государствам (Foreign Military Sales, FMS), курируемой министерством обороны США.

Результаты оценки фактора «Спрос на товары и услуги со стороны министерства обороны США», которые в дальнейшем будут использоваться для обобщенной оценки оборонной промышленной базы США, представлены в табл. 2.2.10.

Таблица 2.2.10 – Оценка спроса на товары и услуги со стороны министерства обороны США

На рисунке 2.2.4 показана оценка в баллах общей стоимости годовых контрактных обязательств министерства обороны США в период 2019—2921 годов. За 100 баллов приняты контрактные обязательства министерства обороны в 2011 году (базовое значение) – как самый высокий показатель за один год, а оценка последующих лет сопоставлялась с уровнем 2011 года. При оценке данного показателя проводилась корректировка стоимости контрактных обязательств с учетом инфляции. Таким образом в 2021 году была получена оценка 94 балла, что на шесть пунктов больше, чем в 2020 году, что продолжило тенденцию 2019—2020 годов.

Рисунок 2.2.4 – Оценка в баллах стоимости годовых контрактных обязательств министерства обороны США по годам

Оценка 94 балла (табл.2.2.10) по предложенной в рассмотренной выше методике шкале оценки баллов является высоким результатом (оценка «отлично»). Значительный вклад в этот результат внесен контрактами в рамках Программы продаж вооружения и военной техники иностранным государствам (рис. 2.2.5)

Рисунок 2.2.5 – Объем зарубежных военных продаж

Как видно из рис. 2.2.5, зарубежные военные продажи продемонстрировали рост с 2019 по 2020 год, увеличившись более чем на 30% и составив более 50 миллиардов долларов США. Такое положение дел представляет собой значительный отход от тенденции предыдущих нескольких лет, когда общий объем продаж составлял немного более тридцати миллиардов долларов.

Сегмент «Производственные ресурсы»

В сегменте «Производственные ресурсы» оценивались следующие ключевые факторы, влияющие на оборонное производство: стоимость промежуточных⁷⁶ товаров и услуг и стратегических материалов (редкоземельных элементов); производительность труда; уровень заработной платы; разнообразие рабочей силы; наличие кадрового инженерно-технического резерва; и безопасность (допуск персонала к секретной информации).

Результаты оценки производственных ресурсов приведены в таблице 2.2.11

Таблица 2.2.11 – Оценка ключевых факторов в сегменте «Производственные ресурсы»

Таблица 2.2.11 – Оценка ключевых факторов в сегменте «Производственные ресурсы»

Стоимость промежуточных товаров и услуг

Оборонные подрядчики используют промежуточные товары и услуги при выполнении своих оборонных контрактов, и рост этих затрат может негативно сказаться на их производственном потенциале. Увеличение производственных затратах может заставить производителей адаптировать свои производственные планы, изменив структуру затрат на единицу конечной продукции, или изменив (уменьшив) объемы производства или переложив возникающие дополнительные расходы на государственного заказчика.

Интегральный показатель, измеряющий стоимость промежуточных товаров и услуг, в 2021 году упал до 58 баллов, что на 14 пунктов меньше, чем в 2020 году (табл.2.2.11). Этот вывод основан на данных Статистического управления министерства труда США и Федерального резервного банка США, оценивающих изменения стоимости промежуточных товаров и услуг, которые составили -2,8%⁷⁷ и 0,4% ⁷⁸соответственно.

Рисунок 2.2.6 – Оценка в баллах стоимости промежуточных товаров и услуг в США

Интегральный показатель рассчитывается на основе определения средних цен, с которыми сталкиваются конечные производители товаров и услуг в одном секторе. В рассматриваемом исследовании индекс стоимости промежуточных услуг в 2021 году набрал 98 баллов, что фактически на двадцать четыре пункта больше, чем в 2020 году (рис. 2.2.6). Индекс стоимости промежуточных товаров, наоборот, показывает падение; в 2021 году он получил оценку 18 баллов, что на пятьдесят два пункта меньше, чем в 2020 году.⁷⁹ Падение индекса стоимости промежуточных товаров свело на нет рост в секторе промежуточных услуг при расчете интегральной оценки фактора «Стоимость товаров и услуг», которая, в итоге потеряла 14 пунктов по сравнению с 2020 годом. Это падение является одним из самых больших эффектов, которые можно наблюдать в связи с COVID-19, и его последующие изменения будут важнейшим индикатором, характеризующим состояние американской оборонной промышленной базы.

Доступность стратегических материалов

Закон о национальной обороне 2021 года (National Defense Authorization Act, NDAA-2021) содержит положение, которое требует от министерства обороны отчет о необходимых для производства продукции военного назначения стратегических и критических материалах [Критические материалы (минералы) – нетопливные минеральные ресурсы или элементы, вещества или материалы, необходимые для экономической или национальной безопасности США, цепочка поставок которых может быть нарушена. Критические материалы имеют ключевое значение при производстве продукции, отсутствие которой имело бы серьезные негативные последствия для экономики или национальной безопасности⁸⁰, к числу которых относятся, в том числе, и редкоземельные элементы, используемые многими оборонными компаниями для производства продукции военного назначения.⁸¹ Редкоземельные элементы представляют собой группу из 17 химических элементов таблицы Менделеева, критически необходимых, в частности, для производства микроэлектроники, светодиодов, магнитов и аккумуляторов. В феврале 2022 года Геологическая служба США (United States Geological Survey) опубликовала обновленный список из 50 полезных ископаемых (стратегических и критических материалах), имеющих решающее значение для экономики и национальной безопасности США.⁸²

В военном бюджете на 2023 год предусматривается проведение анализа пробелов и уязвимостей в цепочке поставок редкоземельных элементов.⁸³

Для оценки доступности стратегических материалов использован индекс (MVIS Global Rare Earth/Strategic Metals Index) биржевого инвестиционного фонда VanEck Vectors Rare Earth/Strategic Metals ETF (REMX), специализирующегося на инвестициях в редкоземельные и стратегические материалы. Стоимость редкоземельных элементов сопоставлена с базовой годовой ценой REMX ETF на 2016 год в размере 39,50 долларов США.

Интегральный показатель, измеряющий доступность стратегических материалов, в 2021 году увеличился до 43 баллов, что на 8 пунктов больше, чем в 2020 году (табл. 2.2.11).

Рисунок 2.2.7 – Оценка в баллах доступности стратегических материалов

Доля США в мировом производстве редкоземельных элементов и зависимость США от иностранного производства оценивались по сравнению с исходными показателями в 32% в 1994 году и 6% в 1995 году соответственно. В эти годы анализируемые величины имели максимальные значения. Проведенные расчеты показали, что доля США в мировом производстве редкоземельных элементов увеличилась с 10 баллов в 2019 году до 39 баллов в 2021 году (рис. 2.2.7). При этом, зависимость от импорта в процентах от внутреннего производства осталась неизменной по сравнению с 2019 и 2020 гг. – 6 баллов. Эти оценки показывают, что несмотря на заметный рост внутреннего производства редкоземельных элементов в Соединенных Штатах, продолжает сохраняться и значительная зависимость от импорта.

Производительность труда

Для оценки производительности труда использованы коды Североамериканской системы отраслевой классификации министерства обороны (DoD North American Industry Classification System (NAICS)) по контрактным обязательствам и проведено извлечения данных по тем же кодам NAICS из базы данных программы ежеквартальной переписи занятости и заработной платы Статистического управления министерства труда США.⁸⁴

Рисунок 2.2.8 – Оценка в баллах производительности труда

Занятость в оборонной промышленной базе оценивалась для различных секторов путем взвешивания их долей в контрактных обязательствах за год и последующего суммирования. После чего каждое годовое значение умножалось на общую факторную производительность за соответствующий год.⁸⁵ Это дало скорректированную производительность рабочей силы, которая сопоставлялась с максимальными значениями, достигнутыми в 1985 году. Такой подход позволил получить более точную оценку, чем только при оценке рабочей силы. Результаты анализа полученных данных показали, что хотя количество людей, работающих на предприятиях оборонной промышленной базы, значительно сократилось, это сокращение отчасти компенсируется ростом производительности труда. В 2021 году показатель составил 63 балла, что на один балл меньше, чем в 2020 году (рис. 2.2.8). Основной причиной является уменьшение количества рабочей силы за прошедший год.

Оплата труда

Уровень оплаты труда оказывает значительное влияние на возможность оборонной промышленности привлекать к работе высококвалифицированных специалистов, которые вносят существенный вклад в производство товаров и оказание услуг в рамках оборонных контрактов. Динамика среднего уровня оплаты труда отдельных категорий работников указывает на их востребованность. Повышение заработной платы, которое, как правило, является очень позитивным явлением для работников, может указывать на жесткую конкуренцию на рынке труда.

Для оценки средневзвешенной годовой заработной платы на одного работника в отраслях, связанных с обороной и выявления имеющихся тенденций использованы данные о заработной плате, собираемые Статистическим управлением министерства труда США. Среднегодовая заработная плата на одного работника была сопоставлена с базовым значением в 100 500 долларов США, что представляет собой уровень годовой заработной платы с поправкой на инфляцию на пике оборонного строительства в 1985 году.⁸⁶

Рисунок 2.2.9 – Оценка в баллах оплаты труда

Оценка оплаты труда составила 97 баллов в 2021 году, что на пять баллов больше по сравнению с 92 баллами в 2019 году и на два балла по сравнению с 95 баллами в 2020 году (рис. 2.2.9). Эти баллы основаны на оценке Национальной ассоциации оборонной промышленности (National Defense Industrial Association, NDIA) среднегодовой заработной платы на одного работника в сфере обороны и смежных отраслей, составившей в год около 96 994 долларов США. Оценка оплаты труда рассчитана по тому же алгоритму что и оценка численности рабочей силы, описанная выше.

Разнообразие рабочей силы

Оборонная промышленная база США черпает свои возможности за счет профессиональных навыков своей рабочей силы и благодаря способности привлекать таланты из всех слоев американского общества. Разнообразие включает различия в возрасте, этнической принадлежности, поле и расе. Разнообразие рабочей силы увеличивает широту знаний, навыков и способностей, присутствующих в рабочей силе. По мнению американских исследователей смешанные группы сотрудников принимают лучшие решения.

Рисунок 2.2.10 – Оценка в баллах разнообразия рабочей силы в сфере занятости в оборонных отраслях промышленности

Фактор «Разнообразие рабочей силы» в 2021 году набрал 76 баллов (Таблица 2.2.11), что на один балл больше, чем в 2019 году. Этот балл основан на оценке Национальной ассоциации оборонной промышленности (NDIA) значения индекса разнообразия рабочей силы (индекс разнообразия Симпсона (Simpson’s Diversity Index, SDI)) для занятости в оборонных отраслях в зависимости от возраста, пола, расы и этнической принадлежности. Примечательно, что эта оценка включает в себя общее количество сотрудников и не сегментирована по статусу сотрудника (например, исполнитель, менеджмент, руководитель).

Индекс разнообразия Симпсона служит индикатором уровня разнообразия, представленного в оборонной промышленной базе.⁸⁷ Значения индекса Симпсона показывает вероятность того, что любые два члена системы, выбранные случайным образом, будут принадлежать к одной группе.⁸⁸ В данном исследовании уровень разнообразия оценивался относительно значения индекса Симпсона 0,5 – порогового значения для разнообразия популяции.

Растущее разнообразие рабочей силы в отрасли отражает как демографические тенденции, так и растущее признание важности разнообразия и инклюзивности рабочей силы. Опрос, проведенный в 2016 году одной из крупнейших в мире аудиторско-консалтинговой компанией Ernst and Young, показал, что 54% специалистов по персоналу в ведущих мировых аэрокосмических и оборонных компаниях назвали «отсутствие разнообразия на разных уровнях организации» главной проблемой управления талантами в отрасли.⁸⁹ Опрос ведущих аэрокосмических и оборонных компаний США, проведенный журналом Aviation Week & Space Technology в 2017 году выявили резкое увеличение доли представителей меньшинств в рабочей силе с 15% до 21%.⁹⁰ В 2020 году издание Aviation Week сообщило о значительном увеличении доли женщин и представителей меньшинств на руководящих должностях. Кроме того, в 2019 г. 37,3% новых сотрудников назвали себя представителями меньшинств.⁹¹

Кадровый резерв в сфере естественных наук, технологий, инжиниринга и математики

Наличие научно-технических специалистов влияет на производственные возможности оборонной промышленной базы, поскольку такие работники обладают очень ценными техническими навыками, которые необходимы для проектирования, разработки и производства сложных товаров и услуг.

Рисунок 2.2.11 – Оценка доли научно-технических специалистов в общей занятости

Оценка кадрового резерва научно-технических специалистов в отрасли в 2021 году составила 95 баллов, что на три балла выше, чем в 2020 году (рис. 2.2.11). В рассматриваемом исследовании для оценки резерва научно-технических специалистов использовалась оценка их среднегодовой доли в общей занятости в США по данным Статистического управления министерства труда США.⁹²

Растущий размер отраслевого кадрового резерва научно-технических специалистов оборонной промышленной базы отражает влияние нескольких факторов. Во-первых, в последнее время больше студентов бакалавриата выбирают специальность в сфере естественных наук, технологий, инжиниринга и математики, чем десять лет назад.⁹³ Во-вторых, научно-технические специалисты оборонной промышленной базы получают надбавку к заработной плате по сравнению с работниками других отраслей или профессиональных групп.⁹⁴

Несмотря на имеющийся рост, лидеры отрасли и представители правительства говорят о нехватке специалистов в сфере естественных наук, технологий, инжиниринга и математики в структуре рабочей силы США.⁹⁵ Занятость в данной области сталкивается с ситуацией, при которой растущее число выпускников научно-технических специальностей не успевает за растущим спросом на высококвалифицированную рабочую силу, при этом существующая в данной сфере рабочая сила стареет.⁹⁶ В оборонной промышленной базе существует заметный дефицит научно-технических специалистов как на производстве, так и на инженерных должностях.⁹⁷

Рисунок 2.2.12 – Оценка сложности поиска специалистов

Исследование дефицита научно-технических специалистов, проведенное международной сетью компаний, оказывающих услуги в области консалтинга и аудита Deloitte и Производственным институтом (Manufacturing Institute) в 2018 году, показало, что 2,4 миллиона открытых производственных вакансий останутся незаполненными в период с 2018 по 2028 год из-за нехватки квалифицированной рабочей силы.⁹⁸ Многие руководители оборонных предприятий, указывая на растущую нехватку инженеров и техников в ситуации возрастания технологической конкуренции, отметили сложность поиска этих специалистов (рис. 2.2.12) и заявили о необходимости принятия срочных мер для исправления сложившейся ситуации.⁹⁹

Допуск к секретной информации

Работа по оборонным контрактам часто требует от привлеченного к этой работе персонала прохождения процесса проверки безопасности. Необходимость получения допуска влияет на наличие квалифицированной рабочей силы в оборонной промышленной базе, поскольку не все работники согласны с налагаемыми допуском ограничениями. Кроме того, получение допуска вновь привлеченным к работе персоналом требует продолжительного процесса проверки биографических данных. Также много времени занимает повторная проверка уже работающего персонала. Все это может стать ограничением для способности оборонных подрядчиков выполнять в заданные сроки заказы по оборонным контрактам.

Рисунок 2.2.13 – Оценка прохождения процесса проверки безопасности

Процессы проверки безопасности получили в 2021 году оценку 36 баллов, что на восемь баллов выше, чем в 2020 году (табл. 2.2.11). Оценка прохождения процесса проверки безопасности в период 2018—2020 годы представлена на рис 2.2.13. Показатели для оценки включают: среднегодовое количество дел, связанных с проверкой безопасности (218 900 дел); продолжительность первоначальных проверок на допуск к секретным сведениям (183 дня); и продолжительность периодических повторных проверок (240 дней). Среднегодовое количество дел, связанных с проверкой безопасности было сопоставлено с базовым уровнем 2010 года (~ 162 000 дел); продолжительностью первоначальных проверок на допуск к секретным сведениям (100 дней); и продолжительностью периодических повторных проверок с целью выявления раскрытия секретных сведений (180 дней).¹⁰⁰

Сегмент «Инновации»

США рассматривают оборонную промышленную базу как важный источник технологических инноваций. Отрасли, связанные с наиболее высокотехнологичными товарами и услугами, приобретаемыми министерством обороны, являются источником значительных капиталовложений в оборонные исследования и разработки. Анализ тенденций инвестиций промышленных компаний в НИОКР, конкурентоспособности инноваций и патентной активности помогают оценить состояние оборонных инноваций.

Результаты оценки инновационной составляющей оборонной промышленной базы приведены в таблице 2.2.12.

Таблица 2.2.12 – Оценка ключевых факторов в сегменте «Инновации»

Расходы на инновационные исследования и разработки

Инвестиции оборонной промышленной базы в инновационные исследования и разработки играют ключевую роль в продвижении и совершенствовании технологий, связанных с обороной. В общей структуре финансировании НИОКР в США, преобладают инвестиции частного сектора, на которые приходится почти 70% всех расходов. Исследовательская служба Конгресса классифицирует финансирование НИОКР по характеру работы, которую оно поддерживает: фундаментальные исследования, прикладные исследования и разработки, а также проекты развития, направленные на создание новых или улучшение существующих продуктов или процессов. Частный сектор доминирует в финансировании как проектов развития, так и прикладных исследований, на которые приходится 85,2% и 54,3% расходов соответственно. На долю федерального правительства приходится большая часть финансирования фундаментальных исследований.¹⁰¹

Рисунок 2.2.14 – Оценка расходов американских компаний на НИОКР

В 2021 году расходы на исследования и разработки оцениваются в 75 баллов, что на 2 балла меньше, чем в 2020 году. (табл. 2.2.12) Этот общий балл рассчитан на основе данных о доле американских компаний в среднегодовых мировых затратах на НИОКР.¹⁰² Учитывались расходы США на НИОКР по трем категориям:

1) отдельные промышленные товары длительного пользования (Selected durable industrial goods manufacturing (NAICS codes: 326, 327, 331, 332, 333, 335, 336? 3251, 3252, 3255, 3259, 3336));

2) информационные и коммуникационные технологии (Information and Communication Technologies goods and services (NAICS codes: 242, 333, 334, 517, 518, 5112, 5415));

3) разработки, направленные на создание новых продуктов или процессов (Scientific R&D Services NAICS code: 5417).

Как видно из рис. 2.2.14 имеет место тенденция, указывающая на сокращение затрат на разработки, направленные на создание новых продуктов или процессов. Это объясняется тем, что оборонный сектор не имеет тех же стимулов для НИОКР, что и более широко понимаемая общая промышленная база. Оборонный рынок США является высокомонополизированным, что, при закупках министерством обороны у единственного поставщика, не создает стимулов для инвестиций в оборонные НИОКР другими компаниями. Новые инновационные технологии часто внедряются в результате слияний и поглощений крупными корпорациями более мелких успешных инновационных компаний. Этот эффект требует дополнительного изучения.

С 2022 года компании должны амортизировать свои расходы на НИОКР в течение пяти лет в соответствии с Законом о сокращении налогов и увеличении занятости от 2017 года (Tax Cuts and Jobs Act of 2017 (TCJA)). С 1954 года и до введения TCJA компаниям разрешалось вычитать соответствующие расходы на НИОКР в соответствии с разделом 174 Налогового кодекса (Section 174 of the Internal Revenue Code). Требование к компаниям капитализировать и амортизировать расходы на НИОКР равнозначно значительному увеличению налогов, что отрицательно скажется на инновациях.¹⁰³

Конкурентоспособность инноваций

Для расчета оценки инновационной конкурентоспособности использованы такие показатели, как «Доля США в глобальных инвестициях в НИОКР», которая в период 2019—2021годов составила в среднем за три года 29%¹⁰⁴ и «Доля патентов США от общего числа патентов в мире».¹⁰⁵ Измерение затрат на НИОКР и конкурентоспособности инноваций является важным показателем, который определяет текущее состояние оборонной промышленной базы.

Рисунок 2.2.15 – Оценка конкурентоспособности инноваций

Итоговая оценка конкурентоспособности инноваций (табл. 2.1.12) составила 73 балла в 2021 году, что совпадает с оценкой 2020 года и на два балла меньше, чем в 2019 году, когда этот фактор набрал 75 баллов.

В 2021 году показатель патентной активности США несколько улучшился по сравнению с двумя годами ранее (рис. 2.2.15).

Растущая конкуренция как с Китаем, так и с Россией требует сохранения и расширения технологического превосходства США. Однако в последние годы инвестиции США в НИОКР резко сократились в процентном отношении к мировым расходам. В 1995 г. на США приходилось почти 40% мировых НИОКР, но к 2019 году эта доля упала до 29%. В то время как интенсивность международных исследований среди развитых стран продолжала расти, США отстают в этой сфере. По состоянию на 1995 г. США занимали четвертое место по совокупным расходам на НИОКР в процентах от ВВП, а к 2019 году они опустились на десятое место.¹⁰⁶

Количество патентных заявок

Оценка создания интеллектуальной собственности показывает, насколько хорошо инновационная система США генерирует новые решения проблем, позволяет создавать новые товары и услуги. Патентные заявки являются эффективным показателем эффективности изобретений и инноваций. Они также помогают сопоставить новые технические решения с их коммерческим использованием. Однако выдача патентов включает только те инновации, которые соответствуют требованиям патента и на которые были поданы заявки, а это означает, что они отражают не все продуктивные результаты инноваций.

Количество патентных заявок, по аналогии с фактором «Финансирование НИОКР», оценивалось на основе трех показателей, привязанных к ежегодным подачам патентных заявок на изобретения, связанных с 1) производством товаров длительного пользования, 2) информационными и коммуникационными технологиями и 3) разработками, направленными на создание новых продуктов или процессов.¹⁰⁷

Рисунок 2.2.16 – Оценка количества патентных заявок

Итоговая оценка фактора «Количество патентных заявок» в 2021 году составила 59 баллов, что является небольшим увеличением по сравнению с 56 баллами в 2020 году.

В рассматриваемом исследовании среднегодовое общее количество патентных заявок сопоставлено с рядом базовых показателей, имеющих максимальные значения: в 2013 г. было подано 71 202 патентных заявки на производство товаров длительного пользования; в 2008 г. 64 665 – в сфере информационных и коммуникационных технологий; и 7 072 заявки в 2008 г., связанных с разработками, направленными на создание новых продуктов или процессов.

Анализ бюджета министерства обороны и его расходов на инновации дают еще одну возможность для оценки инновационных тенденций. С 2016 финансового года бюджетные запросы министерства обороны США на исследования и разработки выросли, причем особенно резкий рост запланирован на 2023 г. – на 16% по сравнению с 2022 годом.

Таблица 2.2.13 – Динамика военных расходов США и расходов на НИОКР¹⁰⁸,¹⁰⁹

Особое внимание уделяется финансированию работ в области микроэлектроники, 5G, технологиям гиперзвука, направленной энергии и комплексного зондирования и кибернетики.

Сегмент «Цепочки поставок»

Надежные сети снабжения жизненно важны для текущего функционирования и мобилизационного развертывания оборонной промышленной базы, о чем свидетельствует, например, нехватка полупроводников, поразившая все отрасли промышленности во время пандемии. Таким образом, надежность и эффективность цепочек поставок напрямую влияют на способность отрасли предоставлять доступные, своевременные и высококачественные товары и услуги для оборонных заказчиков.

В рассматриваемом исследовании цепочки поставок оцениваются на основе анализа таких факторов, как: уровень невыполнения контрактов, финансовые показатели, управление запасами и управление затратами. Результаты оценки приведены в таблице 2.2.14.

Таблица 2.2.14 – Оценка ключевых факторов в сегменте «Цепочки поставок»

Неисполнение контрактов

Все федеральные агентства, включая министерство обороны, имеют возможность полного или частичного расторжения контрактов в случае невыполнения поставщиком своих обязательств. Но в большинстве случаев этот механизм может быть использован только после длительного юридического процесса, включающего официальные претензии заказчика и ответы подрядчика.

Статистика расторжения контрактов позволяет оценить состояние дел в этой сфере. Таким образом, расторжение контракта служит полезным показателем для понимания проблем в экосистеме управления контрактами министерства обороны США. Количество расторжений контрактов оценивалось по сравнению с базовым показателем 135 расторгнутых контрактов в 2014 году, который стал первым годом, за который доступны соответствующие данные.

Рисунок 2.2.17 – Оценка показателя «Неисполнение контрактов»

Оценка показателя «Неисполнение контрактов» оборонной промышленностью в 2021 году составила 37 баллов, что означает значительное увеличение на 10 баллов по сравнению с 27 баллами в 2020 году (рис. 2.2.17). Значительный рост количества баллов связан с таким же значительным снижением среднего количества расторжений контрактов по уважительной причине. В 2019 году по уважительной причине было расторгнуто 394 контракта; в 2020 г. их было всего 164.¹¹⁰

Финансовые показатели цепочки поставок

Цикл оборачиваемости денежных средств показывает, насколько хорошо функционируют цепочки поставок, указывая время, необходимое компании для того, чтобы вернуть инвестиции, вложенные в товарные запасы, в виде денежных поступлений. Преобразование инвестиций, вложенных в товарные запасы, в денежные поступления включает в себя все этапы цепочки поставок оборонной промышленной базы, что позволяет оценить состояние этих цепочек. Тенденции продолжительности цикла оборачиваемости денежных средств предполагают либо улучшение, либо ухудшение эффективности цепочки поставок.

Цикл оборачиваемости денежных средств помогает осветить условия ликвидности цепочки поставок. Компании полагаются на денежные средства, полученные от продаж, для финансирования производства дополнительных товаров. В то время как более короткий цикл оборачиваемости денежных средств помогает компаниям финансировать операции без дополнительного доступа к рынкам капитала, более длительный цикл указывает на то, что компаниям сложнее полагаться на продажи в качестве источника ликвидности, необходимой для финансирования критически важных операций.

Рисунок 2.2.18 – Оценка финансовых показателей цепочки поставок

Оценка финансовых результатов цепочек поставок основана на средневзвешенном цикле оборачиваемости денежных средств для компаний. По этому показателю оборонная промышленность набрала в 2021 году 38 баллов (рис. 2.2.18). Это представляет собой очень резкое снижение, на 36 пунктов по сравнению с 2020 годом, и объясняется проблемами, которые поставила в этой сфере пандемия COVID-19.

Управление запасами

Увеличение запасов может защитить производителей от потенциальных узких мест и проблем у поставщиков более низкого уровня, но при этом отрасль рискует потерять как гибкость цепочки поставок, так и оборотный капитал.¹¹¹ Исторически сложилось так, что оборонные производственные фирмы создают дополнительные запасы из-за сложности своих цепочек поставок и длительных сроков производства.¹¹²

Рисунок 2.2.19 – Оценка управления запасами

Управление запасами оценивалось по показателю «средневзвешенный коэффициент оборачиваемости запасов» и получило 75 баллов за 2021 год, что на восемь пунктов меньше, чем в 2020 году. (рис. 2.2.19)

Рисунок 2.2.20 – Результаты опроса по проблемам поставок

Проблемы цепочки поставок также выявлены в результате проведенного опроса. (рис. 2.2.20) При ответе на вопрос: «С учетом текущих условий, как вы думаете, будет ли сеть поставщиков вашей компании более надежной, менее надежной или примерно такой же по поставке товаров, материалов и услуг, необходимых для выполнения контрактов с министерством обороны?»¹¹³ только 12% считают, что их сети поставщиков будут более надежными.

Управление затратами

Эффективное управление затратами в цепочке поставок является важным признаком работоспособности и готовности оборонной промышленной базы. Затраты в цепочке поставок могут возрастать по самым разным причинам. Управление затратами на программы основных закупок вооружения и военной техники (Major Defense Acquisition Programs, MDAP) десятилетиями вызывало озабоченность у законодателей и политиков. Закон Нанна-Маккарди 1983 года¹¹⁴ создал механизмы для оповещения Конгресса, когда затраты в рамках MDAP превышает пороговую стоимость. Отслеживание нарушений по правилу Нанна-Маккарди позволяет получить важный показатель для оценки тенденций управления затратами в цепочке поставок в отрасли.

Рисунок 2.2.21 – Оценка управления затратами

Показатель управления затратами оборонной промышленности в 2021 году набрал 100 баллов (рис. 2.2.21). За последнее десятилетие было не более нескольких случаев превышения расходов на оборонные программы, подпадающих под нормативное требование Нанна-МакКарди.

Сегмент «Конкуренция»

Состояние конкуренции между фирмами оказывает сильное влияние на оборонные компании, побуждая их повышать свою эффективность и развивать новые технологии. В рамках рассматриваемого исследования для оценки конкуренции анализировались: рентабельность, ликвидность, уровень использования заёмных средств, капиталовложения, концентрация рынка и доля иностранных фирм на рынке. Исследование проводилось на основе анализа общедоступных документов Комиссии по ценным бумагам и биржам (Securities and Exchange Commission), содержащих информацию о 100 крупнейших получателей оборонных контрактов (табл. 2.2.15).¹¹⁵

Таблица 2.2.15 – 100 крупнейших получателей оборонных контрактов в 2020 году

Результаты оценки конкуренции в оборонной промышленной базе приведены в таблице 2.2.16.

Таблица 2.2.16 – Оценка ключевых факторов в сегменте «Конкуренция»

Рентабельность

Оборонная промышленная база оставалась в 2021 году прибыльной, и ее показатели соответствовали общей корпоративной прибыли США за 2020 год. Рентабельность увеличилась по сравнению с 2020 годом на два пункта с 73 в 2020 году до 75 в 2021 году (табл. 2.2.16). Это увеличение произошло, несмотря на уменьшение показателей рентабельности продаж (Return on Sales, ROS) и рентабельности собственного капитала (Return on Equity, ROE), уменьшившиеся на 17 и 12 пунктов соответственно, которое было компенсировано ростом рентабельности активов (Return on Assets, ROA) на 31 пункт и прибыли на акцию (Earnings Per Share, EPS) – на 5 пунктов (рис. 2.2.22).

Рисунок 2.2.22 – Оценка рентабельности

Эти четыре показателя являются средневзвешенными. Показатели отдельных компаний были рассчитаны с учетом доли соответствующих компаний на оборонном рынке (табл. 2.2.16). Такой подход позволяет избежать искажения оценки, возникающей за счет наличия у крупных оборонных компаний значительных сегментов бизнеса, не связанных с обороной. Оценка рентабельности активов основана на исследовании Defense Financial and Investment Review. Оценка рентабельности продаж и рентабельности собственного капитала основаны на сопоставлении с данными за 2019 год, а прибыли на акцию – за 2020 год, когда данные показатели имели максимальные значения.

Ликвидность

Оценка ликвидности в 2021 г. составила 82 балла (табл. 2.2.16), что на 11 пунктов меньше, чем в 2020 г. Для оценки ликвидности использовались такие показатели, как средневзвешенный свободный денежный поток, норма ликвидности и коэффициент оборотного капитала (коэффициент текущей ликвидности) (рис. 2.2.23).

Рисунок 2.2.23 – Оценка ликвидности

Свободный денежный поток представляет собой денежные средства, доступные кредиторам или инвесторам. В совокупности эти показатели показывают, что с момента начала пандемии COVID-19 некоторым предприятиям оборонного промышленного комплекса было сложно выполнять свои непогашенные финансовые обязательства, особенно те, которые имели значительный обязательства перед коммерческим рынком.

Уровень использования заёмных средств

Уровень использования заёмных средств оценивался по таким параметрам, как коэффициент платежеспособности и соотношение долга к собственному капиталу (рис. 2.2.24). Коэффициент платежеспособности оценивает доход по отношению к обязательствам, а соотношение долга к собственному капиталу показывает относительное соотношение собственного капитала и заемных средств, используемых для финансирования текущих активов компании. Вместе эти два показателя характеризуют способность компаний покрывать как долгосрочные, так и краткосрочные долги и хорошо иллюстрируют, насколько закредитованными являются компании оборонного промышленного комплекса.

Рисунок 2.2.24 – Оценка уровня использования заёмных средств

Уровень использования заёмных средств оценивается в 87 баллов за 2021 год, что означает снижение на четыре пункта по сравнению с 2020 годом (табл. 2.2.16). В качестве базовых для расчета коэффициента платежеспособности и соотношения долга к собственному капиталу использовались соответственно 2017 и 2018 годы, когда рассматриваемые показатели имели максимальное значение. До пандемии COVID-19 увеличение показателя «Уровень использования заёмных средств» было обусловлено увеличением отношения долга к собственному капиталу с 1,07 до 1,09 и повышением коэффициента платежеспособности с 0,125 до 0,13.

Капиталовложения

Для оценки капиталовложений используется отношение капитальных затрат к общему доходу (коэффициент капитальных затрат), которое позволяет устранить искажения, возникающие из-за разницы в размерах между компаниями в списке 100 крупнейших подрядчиков министерства обороны США (табл. 2.2.16), и позволяет более взвешенно оценить капитальные вложения оборонной промышленной базы.

Рисунок 2.2.25 – Оценка капиталовложений

Капиталовложения в 2021 году набрали 77 баллов (рис. 4.4.25), что на пять пунктов меньше, чем в 2020 году; это отражают ситуацию, в которой капитальные вложения по сравнению с доходами из года в год снижаются. Падение выявлено после переоценки данных прошлых лет с использованием того же показателя. Базовым годом для оценки этого фактора является 2016 год.

Концентрация рынка (монополизация)

Общий балл монополизации рынка не изменился по сравнению с 2020 годом и составил 100 баллов (рис. 2.2.6. Этот балл получен на основе расчета индекса Херфиндаля-Хиршмана (Herfindahl-Hirschman Index, HHI) с базовым значением индекса 1500 баллов (в случае чистой монополии, когда отрасль состоит из одной фирмы, HHI = 10000, для двух фирм с равными долями HHI = 5000, для 100 фирм с долей в 1% HHI = 100). Индекс Херфиндаля-Хиршмана реагирует на рыночную долю каждой фирмы в отрасли и используется для измерения концентрации рынка. Высокий показатель HHI иллюстрирует отрасль, в которой доминируют несколько фирм. Для здоровья оборонной промышленной базы низкая концентрация рынка, как правило, предпочтительнее высокой концентрации. Рынки с низкой концентрацией характеризуются большей конкуренцией, конкурентоспособными ценами и большим количеством инноваций. HHI является стандартной статистической мерой для оценки концентрации рынка и широко используется государственными структурами.¹¹⁶

Рисунок 2.2.26 – Оценка концентрации рынка (монополизации)

В 2021 году HHI оборонной промышленной базы составлял 400 пунктов, что значительно ниже порога, определенного министерством юстиции в 1500 пунктов для умеренно концентрированной отрасли. При этом, HHI оборонной промышленной базы, рассчитанный для 2021 года, значительно выше, чем в 2020 году (276 пунктов), что показывает тенденцию к повышению степени концентрации рынка (росту монополизации). Низкий HHI оборонной промышленной базы указывает на то, что общая сумма обязательств по контрактам по-прежнему широко распределяется между подрядчиками, что предполагает высокую степень конкуренции внутри оборонной промышленной базы. Оценка общей концентрации оборонно-промышленной базы указывает на наличие конкурентного рынка в настоящее время.

Рисунок 2.2.27 – Результаты опроса

При анализе результатов оценки монополизации рынка необходимо учитывать, что из-за проблем с наличием исходных данных и секретностью информации в рассматриваемом исследовании HHI рассчитывался не для всех сегментов оборонного рынка. Очевидно, что некоторые сегменты оборонного рынка могут быть сильно монополизированы и эта тенденция продолжает усиливаться (например, в сегменте производства взрывателей), в то время как в других сегментах конкуренция очень высока (например, транспортные услуги). Это также подтверждается проведенным опросом, в ходе которого почти 30% респондентов (рис. 2.2.27) заявили, что они являются единственными поставщиками продукции для министерства обороны США.¹¹⁷

Несмотря на невысокую общую концентрацию рынка, имеют место некоторые тревожные признаки. Наблюдается снижение как общего числа поставщиков министерства обороны, так и количества новых предприятий и организаций, относящихся в оборонной промышленной базе. По данным исследовательского центра Govini число поставщиков в оборонной промышленной базе сократилось с 58 000 в 2020 году до 55 000 в 2021 году. Для сравнения: в 2016 году было 69 000 поставщиков.

Также наблюдается сокращение числа новых поставщиков. Количество новых участников оборонной промышленной базы снизилось с примерно 6500 участников в 2019 финансовом году до 6300 в 2020 финансовом году.¹¹⁸ Сохранение этой тенденции вызывает беспокойство. Чрезмерная зависимость от ограниченного количества участников может привести к дефициту производства или инноваций в будущем; новым участникам может быть отказано в участии в конкурсах на поставку продукции министерству обороны, что может ограничить способность оборонной промышленной базы оперативно и эффективно реагировать на угрозы.

Несмотря на относительное отсутствие общей монополизации отрасли по стандартам министерства юстиции, некоторые сегменты промышленной базы рискуют иметь только одного поставщика. Например, производственная база взрывателей сократилась с 30 предприятий в 1995 году до трех в настоящее время. Несмотря на такую быструю консолидацию, планы министерства обороны по закупкам могут привести к тому, что к 2023 году в Соединенных Штатах останется только один внутренний поставщик взрывателей для авиабомб. Наличие только одного поставщика взрывателей для авиабомб может создать неприемлемые риски для цепочки поставок. Образовавшуюся пустоту, скорее всего, заполнят иностранные производители взрывателей.

В качестве комментария к приведенным данным американских исследователей, необходимо отметить, что концентрация (монополизация) в американской оборонной промышленной базе очень значительна. Основная масса оборонных контрактов приходится на так называемую «Большую шестерку» крупнейших концернов. А в рассматриваемом исследовании оцениваются усредненные показатели по всему количеству поставщиков.

Доля иностранных фирм

Доля иностранных фирм на рынке – это процентная доля компаний оборонной промышленной базы, которые не базируются в Соединенных Штатах, среди 100 крупнейших публичных оборонных компаний. Оценка основана на сопоставлении с периодом с конца 1970-х до середины 1980-х годов. В 1981 году Главное бюджетно-контрольное управление США (Счетная палата) (Government Accountability Office, GAO) оценивало долю иностранной собственности в объеме 9,4%, что представляет собой самый высокий уровень иностранной собственности по доступным данным.

Рисунок 2.2.28 – Оценка доли иностранных фирм

Доля иностранной собственности в оборонно-промышленной базе составила 5,4% в 2020 г., что свидетельствует о её снижении по отношению к 2019 г. (8,7%). Возможные причины этого снижения включают сложности с зарубежными цепочками поставок из-за пандемии COVID-19. Оценка фактора «Доля иностранных фирм» составила 100 баллов в 2021 г. (рис. 2.2.28), как и в 2019 и 2020 гг.

Конкуренция за контракты

Фактор «Конкуренция за контракты» получил оценку 92 балла в 2021 году, как и в 2020 году (рис. 2.2.29). Этот фактор оценивался по количеству фирм, конкурирующих за заключение контрактов с министерством обороны. Контракты могут быть заключены по итогам конкурсных торгов или иных установленных процедур.

Рисунок 2.2.29 – Оценка конкуренции за контракты

В разбивке по типу конкурса, среднее количество участников в конкурсных процедурах типа «Полная и открытая конкуренция» ¹¹⁹и «Упрощенная процедура закупок»¹²⁰ немного снизились по сравнению с 2019 финансовым годом. Количество участников процедур типа «Полная и открытая конкуренция» сократилось в среднем с 5,6 предложений на один контракт до 5,38, а процедур типа «Упрощенная процедура закупок» – уменьшилось с 3,71 до 3,7. Увеличение среднего количества участников произошло в конкурсных процедурах типа «Полная и открытая конкуренция после исключения одного или нескольких потенциальных участников»¹²¹ с 5,55 предложений до 6,15.

В разбивке по сегментам закупок в категория «Транспортные и логистические услуги» имеет место наибольшая конкуренция со средним числом 12,16 предложений на один контракт в 2020 финансовом году. В категории «Услуги, связанные с оборудованием» в 2020 году конкуренция была минимальна, со средним числом предложений всего 2,42. Немного выше конкуренция в сегментах авиастроения, кораблестроения и наземных транспортных средств со средним числом предложений 2,55 на один контракт.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Under Secretary of Defense (Acquisition and Sustainment) LaPlante and Deputy Under Secretary of Defense (Policy) Baker Hold a Media Roundtable on the Recent Meeting of the National Armaments Directors Under the Auspices of the Ukraine Defense Contract Group», U.S. Department of Defense, September 30, 2022

Вернуться

2

«Pentagon’s Top Buyer Is «Worried’ About Small Suppliers», Defense News, September 7, 2022

Вернуться

3

«Secretary of Defense Lloyd J. Austin III and Chairman of the Joint Chiefs of Staff General Mark A. Milley, Press Conference Following the Ukraine Defense Contact Group Meeting», U.S. Department of Defense, October 12, 2022

Вернуться

4

Office of the Under Secretary of Defense for Acquisition and Sustainment, State of Competition within the Defense Industrial Base (Washington, DC: U.S. Department of Defense, February 2022)

Вернуться

5

Brendan McGarry W. DOD Planning, Programming, Budgeting, and Execution (PPBE): Overview and Selected Issues for Congress, CRS Report no. R47178 (Washington, DC: Congressional Research Service, July 2022

Вернуться

6

Gordon Lubold, Nancy A. Youssef, and Ben Kesling, «Ukraine War Is Depleting U.S. Ammunition Stockpiles, Sparking Pentagon Concern», Wall Street Journal, August 29, 2022

Вернуться

7

David Ochmanek et al., U.S. Military Capabilities and Forces for a Dangerous World: Rethinking the U.S. Approach to Force Planning (Santa Monica, CA: RAND, 2017)

Вернуться

8

Thomas Schelling, Arms and Influence (New Haven, CT: Yale University Press, 2008)

Вернуться

9

Michael Horowitz, «War By Timeframe: Responding to China’s Pacing Challenge», War on the Rocks, November 19, 2021

Вернуться

10

Mark F. Cancian, Matthew Cancian, and Eric Heginbotham «The First Battle of the Next War: Wargaming a Chinese Invasion of Taiwan». Washington, DC: Center for Strategic and International Studies, 2023

Вернуться

11

Warren Strobel P. «War Game Finds U.S., Taiwan Can Defend Against a Chinese Invasion», Wall Street Journal, August 9, 2022

Вернуться

12

Tony Capaccio, «What-If DC War Game Maps Huge Toll of a Future U.S.-China War Over Taiwan», Bloomberg, August 8, 2022

Вернуться

13

Office of the Under Secretary of Defense (Comptroller) / Chief Financial Officer, Program Acquisition Cost By Weapon System (Washington, DC: U.S. Department of Defense, April 2022)

Вернуться

14

Mark Gunzinger A. Affordable Mass: The Need for a Cost-Effective PGM Mix for Great Power Conflict, Mitchell Institute for Aerospace Studies, November 2021

Вернуться

15

Seth G. Jones, Jake Harrington, Christopher K. Reid, and Matthew Strohmeyer, «Combined Arms Warfare and Unmanned Aircraft Systems: A New Era of Strategic Competition» (Washington, DC: CSIS, November 2022)

Вернуться

16

Murielle Delaporte, «U.S., France, UK Hammer Out Multinational Corps Warfighting», Breaking Defense, June 3, 2021

Вернуться

17

Evan Ruchotzke, «Warfighter 21—4 Concludes, Strengthens Collaboration with British and French Forces», U.S. Army, April 21, 2021

Вернуться

18

Lieutenant General (ret.) Ben Hodges, «Testimony Before the Defence Committee, UK House of Commons», July 6, 2021

Вернуться

19

David A. Deptula and Mark A. Gunzinger, «Decades of Air Force Underfunding Threaten America’s Ability to Win», Mitchell Institute for Aerospace Studies, September 2022

Вернуться

20

David Ochmanek, «Restoring the Power Projection Capabilities of the U.S. Armed Forces», (Santa Monica, CA: RAND, February 16, 2017)

Вернуться

21

Elbridge A. Colby and David A. Ochmanek, «How the United States Could Lose a Great-Power War», Foreign Policy, October 30, 2019

Вернуться

22

«Under Secretary of Defense (Acquisition and Sustainment) LaPlante and Deputy Under Secretary of Defense (Policy) Baker Hold a Media Roundtable on the Recent Meeting of the National Armaments Directors Under the Auspices of the Ukraine Defense Contract Group», U.S. Department of Defense

Вернуться

23

U.S. Department of Defense, Securing Defense-Critical Supply Chains (Washington, DC: U.S. Department of Defense, February 2022)

Вернуться

24

Interview with Northrup Grumman CEO Kathy Warden in Sylvia Pfeifer and Steff Chávez, «U.S. Defence Industry Boss Calls for Clarity on What Arms Ukraine Needs», Financial Times, July 17, 2022

Вернуться

25

John Ismay and Eric Lipton «Pentagon Will Increase Artillery Production Sixfold for Ukraine», New York Times, January 24, 2023

Вернуться

26

«Subject: Ukraine Replacement Transfer Funds Tranche #6, FY 22—38 IR», U.S. Department of Defense, 2022 «Subject: Ukraine Replacement Transfer Fund Tranche #7, FY 22-39-IR», U.S. Department of Defense, 2022

Вернуться

27

«Volume of Global Casting Production from 2018 to 2020, by Country», Statista, April 26, 2022

Вернуться

28

Mark Cancian et al. Industrial Mobilization: Assessing Surge Capabilities, Wartime Risk, and System Brittleness (Washington, DC: CSIS, January 2021)

Вернуться

29

U.S. Army Combat Readiness Center, U.S. Army Explosives Safety Handbook (Washington, DC: U.S. Army, January 2018)

Вернуться

30

Brian Bender, «The Struggling Arkansas Town That Helped Stop Russia in Its Tracks», Politico, September 9, 2022

Вернуться

31

William LaPlante in David Vergun, «Defense Official Speaks on Supply Chain Investments», DoD News, September 7, 2022

Вернуться

32

Paul K. Kerr, «Arms Sales: Congressional Review Process», CRS Report no. RL31675 (Washington, DC: Congressional Research Service, June 10, 2022)

Вернуться

33

Gordon Lubold, Vivian Salama, «Pentagon Aims to Speed Arms Sales to Allies to Better Compete With China», Wall Street Journal, Sept. 2, 2022

Вернуться

34

Vasabjit Banerjee and Benjamin Tkach, «The Coming Chinese Weapons Boom», Foreign Affairs, October 11, 2022

Вернуться

35

Directorate of Defense Trade Controls, «ITAR and Export Controls», U.S. Department of State

Вернуться

36

Loren Thompson, «Beijing’s Blockade Of Taiwan Is The Latest Sign Washington Needs To Streamline Its Defense Trade With Allies», Forbes, August 5, 2022

Вернуться

37

«PGI 215.4—Contract Pricing», U.S. Department of Defense, October 28, 2022

Вернуться

38

Seth Jones G. Empty Bins in a Wartime Environment: The Challenge to the U.S. Defense Industrial Base. Center for Strategic and International Studies (CSIS), January 2023

Вернуться

39

Title XVII, «Munitions Replenishment and Future Procurement» (including Sections 1701—1705)

Вернуться

40

«Budget Execution», U.S. Department of Defense, Undersecretary of Defense (Comptroller)

Вернуться

41

Mike Gallagher, «Gallagher Outlines Vision to Deter CCP Invasion of Taiwan», Congressman Mike Gallagher, October 18, 2022

Вернуться

42

Valerie Insinna «Multi-year procurement for munitions would help stabilize industry: LaPlante», Breaking Defense, September 07, 2022

Вернуться

43

Elaine Dezenski and John C. Austin, «Rebuilding America’s Economy and Foreign Policy with «Ally-Shoring’», Brookings Institution, June 8, 2021

Вернуться

44

Elaine Dezenski and John Austin, «Re-Forge Strategic Alliances and Check China Abroad, Rebuild Economy at Home», Newsweek, July 13, 2020

Вернуться

45

U.S. Congress, Senate Committee on Armed Services, Hearing to Consider the Nomination of Honorable William A. LaPlante, Jr. to be Under Secretary of Defense for Acquisition and Sustainment, March 22, 2022

Вернуться

46

Zolan Kanno-Youngs and Peter Baker, «Biden Pledges to Defend Taiwan if It Faces a Chinese Attack», New York Times, May 23, 2022

Вернуться

47

Arthur Herman «Freedom’s Forge: How American Business Produced Victory in World War II» (New York: Random House, 2012)

Вернуться

48

Phillips Payson O’Brien, «How the War Was Won», New York: Cambridge University Press, 2015

Вернуться

49

Frank Hoffman, «Black Swans and Pink Flamingoes: Five Principles for Force Design», War on the Rocks, August 19, 2015

Вернуться

50

National Security Strategy. White House. Washington. October 12, 2022

Вернуться

51

United States Department of Defense Fiscal Year 2023 Budget Request, March 2022

Вернуться

52

S.2296 – National Defense Authorization Act for Fiscal Year 2026 https://www.congress.gov/bill/119th-congress/senate-bill/2296/text

Вернуться

53

Industrial Capabilities Report to Congress for Fiscal Year 2020. Office of the Under Secretary of Defense for Acquisition and Sustainment (OUSD (A&S)), January 2021

Вернуться

54

До 2018 года эта обязанность была возложена на Заместителя министра обороны по закупкам, технологиям и логистике (Under Secretary of Defense for Acquisition, Technology and Logistics, USD (AT&L)), должность которого, в соответствии с Законом об ассигнованиях на национальную оборону на 2017 финансовый год (National Defense Authorization Act for Fiscal Year 2017) с 1 февраля 2018 года была разделена на две отдельные: Заместителя министра обороны по исследованиям и разработкам (Under Secretary of Defense for Research and Engineering, USD (R&E)) и Заместителя министра обороны по закупкам и материально-техническому обеспечению (Under Secretary of Defense for Acquisition and Sustainment, USD (A&S))

Вернуться

55

Stephen J. Rose, Manufacturing Employment: Fact and Fiction. Urban Institute, April 2018

Вернуться

56

Third Offset, букв. «третий противовес». Концепция компенсационной стратегии «offset strategy», суть которой в том, что преимущества потенциального противника должны ассиметрично компенсироваться своими сильными сторонами. Предыдущие два «противовеса» во времена холодной войны компенсировали преимущество СССР в обычных вооружениях за счет американского ядерного оружия (первый оффсет) и технологий малозаметности и высокоточного оружия (второй оффсет)

Вернуться

57

Public Remarks, Deputy Secretary of Defense Robert Work at the Royal United Services Institute, Whitehall, London, September 2015, https://www.defense.gov/Newsroom/Speeches/Speech/Article/617128/royal-unitedservices-institute-rusi/

Вернуться

58

Annual Industrial Capabilities. Report to Congress, Office of the Under Secretary of Defense for Acquisition, Technology and Logistics, Office of the Deputy Assistant Secretary of Defense for Manufacturing and Industrial Base Policy, March 2017

Вернуться

59

Annual Industrial Capabilities. Report to Congress, Office of the Under Secretary of Defense for Acquisition, Technology and Logistics, Office of the Deputy Assistant Secretary of Defense for Manufacturing and Industrial Base Policy, March 2017

Вернуться

60

Там же

Вернуться

61

Там же

Вернуться

62

Executive Order 13806 «Assessing and Strengthening the Manufacturing and Defense Industrial Base and Supply Chain Resiliency of the United States» of July 21, 2017

Вернуться

63

Industrial Capabilities Report to Congress for Fiscal Year 2020. Office of the Under Secretary of Defense for Acquisition and Sustainment (OUSD (A&S)), January 2021

Вернуться

64

Список «25 Mid-Tier Defense Suppliers» включает в себя 25 американских и иностранных поставщиков министерства обороны США, которые торгуются на бирже: L3Harris Technologies). Inc, Leidos Holdings Inc, Airbus SE, Thales SA, Huntington Ingalls Industries Inc, Leonardo SpA, Rolls-Royce Holdings PLC, Qinetiq Group PLC, General Electric Co, Elbit Systems Ltd, Ball Corp, Science Applications International Corp, ViaSat Inc, Textron Inc, Moog Inc, Curtiss-Wright Corp, Oshkosh Corp, Aerojet Rocketdyne Holdings Inc, TransDigm Group Inc, Singapore Technologies Engineering Ltd, Serco Group PLC, Rheinmetall AG, Melrose Industries PLC, Saab AB, Safran SA

Вернуться

65

Assessing and Strengthening the Manufacturing and Defense Industrial Base and Supply Chain Resiliency of the United States. Report to President Donald J. Trump by the Interagency Task Force in Fulfillment of Executive Order 13806, September 2018

Вернуться

66

Defense Industrial Base: DOD Should Take Actions to Strengthen Its Risk Mitigation Approach, GAO-22-104154, Publicly Released: Jul 07, 2022

Вернуться

67

Vital Signs: The Health and Readiness of the Defense Industrial Base, National Defense Industrial Association, February 2, 2022 https://www.ndia.org/-/media/vital-signs/2022/vital-signs_2022_final.ashx

Вернуться

68

Nardo M., Saisana M., Saltelli A., Tarantola S., Hoffmann A., Giovannini E. Handbook on Constructing Composite Indicators: Methodology and User Guide. Paris (France): OECD publishing; 2008. JRC47008 https://www.oecd.org/els/soc/handbookonconstructingcompositeindicatorsmethodologyanduserguide.htm

Вернуться

69

Промежуточные товары и услуги – товары и услуги, используемые не для конечного потребления, а для дальнейшего производства товаров и услуг

Вернуться

70

Department of Defense Selected Acquisition Reports (SARs) – President’s Budget 2023, Immediate Release U.S. Department of Defense, Sept. 23, 2022

Вернуться

71

Nunn—McCurdy Amendment – правовой механизм правительства США, предназначенный для сокращения дополнительных затрат на программы закупки вооружения. В соответствии с этим механизмом о любом превышении расходов более чем на 15% должен быть проинформирован Конгресс, а программа должна быть прекращена, если общие дополнительные расходы по ней превышают 25% от первоначально запланированного уровня

Вернуться

72

Modernization Priorities – DOD Research & Engineering. Office of the Under Secretary of Defense for Research and Engineering. https://www.cto.mil/modernization-priorities

Вернуться

73

Emerging military technologies: Background and issues for Congress. Congressional Research Service, R46458 (2021). https://crsreports.congress.gov/product/pdf/R/R46458/8

Вернуться

74

Vital Signs: The Health and Readiness of the Defense Industrial Base, National Defense Industrial Association, February 2, 2022 https://www.ndia.org/-/media/vital-signs/2022/vital-signs_2022_final.ashx

Вернуться

75

Vital Signs: The Health and Readiness of the Defense Industrial Base, National Defense Industrial Association, February 5, 2021

Вернуться

76

Промежуточные товары и услуги – товары и услуги, используемые не для конечного потребления, а для дальнейшего производства товаров и услуг

Вернуться

77

U.S. Bureau of Labor Statistics, «Producer Price Index by Commodity: Intermediate Demand by Commodity Type: Services for Intermediate Demand [WPUID63],» retrieved from FRED, Federal Reserve Bank of St. Louis. Accessed November 14, 2021, https://fred.stlouisfed.org/series/WPUID63

Вернуться

78

U.S. Bureau of Labor Statistics, «Producer Price Index by Commodity: Intermediate Demand by Commodity Type: Processed Goods for Intermediate Demand [WPUID61],» retrieved from FRED, Federal Reserve Bank of St. Louis. Accessed November 14, 2021. https://fred.stlouisfed.org/series/WPUID61

Вернуться

79

Board of governors of the Federal Reserve System, «Why Does the Federal Reserve Aim for Inflation of 2% over the Longer Run?» Federal Reserve. Accessed October 8, 2021. https://www.federalreserve.gov/faqs/economy_14400.htm

Вернуться

80

Section 7002, Title VII – Critical minerals of the Energy Act of 2020 (Public Law №116—260) https://www.directives.doe.gov/ipt_members_area/doe-o-436-1-departmental-sustainability-ipt/background-documents/energy-act-of-2020/@@images/file]

Вернуться

81

U.S. Congress, House, William M. (Mac) Thornberry National Defense Authorization Act for Fiscal Year 2021, HR 6395 116th Cong., https://www.congress.gov/bill/116thcongress/house-bill/6395/text

Вернуться

82

2022 Final List of Critical Minerals, U.S. Geological Survey, Department of the Interior https://d9-wret.s3.us-west-2.amazonaws.com/assets/palladium/production/s3fs-public/media/files/2022%20Final%20List%20of%20Critical%20Minerals%20Federal%20Register%20Notice_2222022-F.pdf

Вернуться

83

S.4543 – James M. Inhofe National Defense Authorization Act for Fiscal Year 2023.117-th Congress (2021—2022)

Вернуться

84

Quarterly Census of Employment and Wages 2020 Average Annual. Bureau of Labor Statistics https://www.bls.gov/cew/publications/employment-and-wages-annual-averages/2020/home.htm

Вернуться

85

Nonfarm Business Sector: Labor Productivity (Output per Hour) for All Employed Persons [OPHNFB]. U.S. Bureau of Labor Statistics, retrieved from FRED, Federal Reserve Bank of St. Louis. Accessed November 14, 2021. https://fred.stlouisfed.org/series/OPHNFB

Вернуться

86

David K. Henry and Richard P. Oliver «The defense buildup, 1977- 85: effects on production and employment». Monthly Labor Review, 1987 https://www.bls.gov/opub/mlr/1987/08/art1full.pdf

Вернуться

87

Knudsen E. Simpson’s Diversity Index: The Diversity Metric You Aren’t Tracking Yet. The Namely Blog, December 8, 2020. Accessed December 8, 2021. Https://blog.namely.com/blog/the-diversity-metric-you-arent-tracking-yet

Вернуться

88

Royal Geographical Society, «A Guide to Simpson’s Diversity Index». Accessed December 8, 2021. https://www.rgs.org/CMSPages/GetFile.aspx?nodeguid=018f17c3-a1af-4c72-abf2-4cb0614da9f8&lang=en-GB

Вернуться

89

Top 10 risks in aerospace and defense. Ernst and Young. Accessed December 8, 2021. https://assets.ey.com/content/dam/ey-sites/ey-com/en_gl/topics/manufacturing/ey-top-10-risks-in-a-d.pdf?download

Вернуться

90

AIA, «2017 Aviation Week Workforce Report,» Aviation Week, November 30, 2017. Accessed October 12, 2021. https://www.aia-aerospace.org/report/2017-aviationweek-workforce-report/

Вернуться

91

AIA,«The Face of Aerospace & Defense,» Aviation Week, September 25, 2020. Accessed October 12, 2021. https://aviationweek.com/aerospace/face-aerospace-defense

Вернуться

92

Bureau of Labor Statistics, «2020 Current Population Survey (CPS) Table 11b» https://www.bls.gov/cps/tables.htm

Вернуться

93

Yadoo Jordan «American College Students Are Swapping Shakespeare for STEM», Bloomberg News, September 14, 2018. https://www.industryweek.com/talent/article/22026345/american-college-students-areswapping-shakespeare-for-stem

Вернуться

94

«7 facts about the STEM workforce», FACTANK, Pew Research Center, January 9, 2018 https://medium.com/@pewresearch/7-facts-about-the-stem-workforce-fe2a9fb87cad

Вернуться

95

Xue Yi and Richard C. Larson «STEM crisis or STEM surplus? Yes and yes». Monthly Labor Review, U.S. Bureau of Labor Statistics, May 2015 https://www.bls.gov/opub/mlr/2015/article/stem-crisis-or-stem-surplus-yes-and-yes.htm

Вернуться

96

Kramer, Mark et al. «The Global STEM Paradox». FSG and the New York Academy of Sciences, 2015 https://www.nyas.org/media/15805/global_stem_paradox.pdf

Вернуться

97

Aerospace Industries Association and the American Institute of Aeronautics and Astronautics, «2016 National Aerospace & Defense Workforce Summit: Proceedings Report & Recommendations», 2016 http://static.politico.com/88/1f/4bdfa7e04063a94044eecf1c7f21/2016-national-aerospacedefense-workforce-summitproceedings-report-recommendations.pdf

Вернуться

98

Giffi, Craig et al. «2018 Deloitte and the Manufacturing Institute skills gap and the future of work study», Deloitte Insights, 2018. https://www.themanufacturinginstitute.org/research/2018-deloitte-and-the-manufacturing-institute-skills-gap-and-future-of-work-study/

Вернуться

99

Hewson Marillyn «We must close the skills gap to secure our future», FoxNews.com, July 19, 2018 https://www.foxnews.com/opinion/we-must-close-the-skillsgap-to-secure-our-future

Вернуться

100

Ogrysko, Nicole, «Agencies on Deadline to Enroll Security Clearance Holders in Continuous Vetting,» Federal News Network, April 21, 2021. https://federalnewsnetwork.com/defense-industry/2021/04/agencies-on-deadline-to-enroll-security-clearance-holders-in-continuous-vetting/

Вернуться

101

U.S. Research and Development Funding and Performance: Fact Sheet. Congressional Research Service, October 4, 2021 https://sgp.fas.org/crs/misc/R44307.pdf

Вернуться

102

National Science Foundation, «Business Enterprise Research and Development Survey (BERD).» December 16 2020. Accessed September 5, 2021. https://ncses.nsf.gov/pubs/nsf21312

Вернуться

103

Atkinson Robert D. The Case for Repealing the R&D Amortization Provision in the 2017 Tax Cuts and Jobs Act. Information Technology and Innovation Foundation, September 7, 2021 https://itif.org/publications/2021/09/07/case-repealing-rd-amortization-provision-2017-tax-cuts-and-jobsact

Вернуться

104

«Main Science and Technology Indicators». Organization for Economic Cooperation and Development (OECD), Accessed November 9, 2021. https://www.oecd.org/sti/msti.htm

Вернуться

105

«WIPO IP Statistics Data Center». World Intellectual Property Organization, Accessed October 29, 2021. https://www3.wipo.int/ipstats/

Вернуться

106

«Second Place America? Increasing Challenges to U.S. Scientific Leadership», The Task Force on American Innovation, May 2019. http://www.innovationtaskforce.org/wp-content/uploads/2019/05/Benchmarks-2019-SPA-Final4.pdf

Вернуться

107

«Business Enterprise Research and Development Survey (BERD)», National Science Foundation, December 16 2020 https://ncses.nsf.gov/pubs/nsf21312

Вернуться

108

FY2023 NDAA: Summary of Funding Authorizations, Congressional Research Service, IN11990 · Version 4, August 19, 2022

Вернуться

109

RDT&E Programs (R-1), Department of Defense Budget, Fiscal Year 2023, April 2022, Office of the Under Secretary of Defense (Comptroller)

Вернуться

110

«The Federal Awardee Performance and Integrity Information System (FAPIIS)» General Services Administration, Accessed October 25, 2021. https://www.fapiis.gov/fapiis/#/reports

Вернуться

111

«A&D Edge: Supply chain management in aerospace and defense», EY, February 2018 https://assets.ey.com/content/dam/eysites/ey-com/en_gl/topics/manufacturing/ey-AD-Edge-Supply-chain-management-in-aerospace-and-defense.pdf?download

Вернуться

112

Mayer Abby «Supply Chain Metrics That Matter: A Focus on Aerospace & Defense», Supply Chain Insights LLC, March 18, 2014 https://www.kinaxis.com/sites/default/files/2017-12/metrics-that-matter-aerospace-and-defense-supply-chain-insights-research.pdf

Вернуться

113

NDIA, «Vital Signs 22 Survey,» data collected in August 2021

Вернуться

114

Nunn—McCurdy Amendment – правовой механизм правительства США, предназначенный для сокращения дополнительных затрат на программы закупки вооружения. В соответствии с этим механизмом о любом превышении расходов более чем на 15% должен быть проинформирован Конгресс, а программа должна быть прекращена, если общие дополнительные расходы по ней превышают 25% от первоначально запланированного уровня

Вернуться

115

Top 100 Defense Contractors 2020, Forecast International https://dsm.forecastinternational.com/wordpress/2021/02/02/top-100-defense-contractors-2020/

Вернуться

116

Rhoades, Stephen A. «The Herfindahl-Hirschman Index», 79 Fed. Res. Bull. 188, (1993) https://fraser.stlouisfed.org/files/docs/publications/FRB/pages/1990-1994/33101_1990-1994.pdf

Вернуться

117

Interagency Task Force in Fulfillment of Executive Order 13806, «Assessing and Strengthening the Manufacturing and Defense Industrial Base and Supply Chain Resiliency of the United States», September 2018 https://media.defense.gov/2018/Oct/05/2002048904/-1/-1/1/assessing-andstrengthening-the-manufacturing-and%20defenseindustrial-base-and-supply-chain-resiliency.pdf

Вернуться

118

Based on DoD contract obligation data provided by Govini

Вернуться

119

Полная и открытая конкуренция (Full and Open Competition) означает, что всем участникам разрешено подавать закрытые заявки или конкурентные предложения по закупкам. Это предпочтительная форма заключения контрактов, которая включает в себя заключение контрактов посредством закрытых торгов, переговоров и других процедур (см. Положение о федеральных закупках (Federal Acquisition Regulation (FAR), 48 CFR 2.1)

Вернуться

120

Упрощенная процедура закупок (Simplified Acquisition Procedures, SAP) – это метод заключения контрактов, предназначенный для оптимизации процесса закупки товаров и услуг. В рамках этого метода процесс заключения контрактов менее формализован, что позволяет снизить затраты как для подрядчика, так и для правительства. (см. Положение о федеральных закупках (Federal Acquisition Regulation (FAR), Part 13)

Вернуться

121

Полная и открытая конкуренция после исключения одного или нескольких потенциальных участников (Full and Open Competition After Exclusion of One or More Sources) используется, когда правительство США исключает некоторых потенциальных участников торгов из рассмотрения при заключении контракта, чтобы привлечь или сохранить альтернативных участников (см. 48 CFR 6.202 – Establishing or maintaining alternative sources). Наиболее часто используется для привлечения к участию в закупках малого бизнеса или предприятий малого бизнеса, находящихся в неблагоприятном финансовом положении, в рамках специальной программы поддержки (Small Business Administration’s 8 (a) program)

Вернуться