Виола Редж
Дракон для Александры

*****

– Ан Дьерс брез Аркван, – дракон обозначил приветствие резким кивком.

– Рад встрече. Жаль только, что поводом к ней послужило очередное нарушение Равновесия, – ответил ему немолодой изящно сложенный человек в цивильном костюме коричневого цвета, при галстуке и в дорогих ботинках.

Только аура его была явно не человеческой: слепила так, что дракон с трудом сдерживался от попытки сморгнуть. Встречаться с Пастырем закрытого мира Земля Повелителю не хотелось, но чего не сделаешь ради Равновесия и единственной дочери?

– Ради восстановления Равновесия я и просил о встрече.

– Я слушаю, – благосклонно кивнул Пастырь.

Арканов терпел и смотрел, не моргая.

– Я помню, все драконы уходят отсюда рано или поздно. Однажды уйду и я. Но прежде необходимо исправить вред, нанесённый моим подданным одной из ваших Привратниц.

Кажется, он смог удивить этого… это существо с ослепляющей аурой.

– Прошло уже много времени, – Пастырь склонил голову набок, будто прислушиваясь к чему-то. – Привратницы тоже грешат, я склонен смотреть на это сквозь пальцы.

Лицемер! Как дракон виноват, так извольте, исправляйте, Равновесие превыше всего! А как ведьма – так сквозь пальцы?!

– Но я несу ответственность за своих подданных. Нельзя оставить такой вопиющий случай без внимания. Дракон должен вернуть долг Привратнице.

– Наш мир закрыт, и ещё один дракон только усилит дисбаланс, – жёстко возразил Пастырь.

– Дело в том, – дракон всё-таки сморгнул, – что моя дочь сделала предсказание. Вы знаете, какой силой она обладает.

– Ника, – голос Пастыря смягчился. – Ладно. Один дракон и возврат долга. Под вашу ответственность.

ГЛАВА 1. Ведьма Александра из рода Птицыных

«Здравствуй, Книга. Сегодня мне исполнилось семнадцать, вот бабуля и дала сделать первую запись. Я ведьма Александра…»

Тут я задумалась, писать ли про род: книга-то и есть родовая, всех ведьм Птицыных разом. Я с детства любила этот толстенный талмуд размером с хороший альбом. Самым прекрасным в нём было то, что записи велись сзади наперёд. Открыв книгу, сразу за титульным листом я всегда видела пустую страницу. А листая дальше, находила записки сестры Катьки, рецепты молодой бабушки, детские каракули прабабушки… Не было тут только записей мамы. И не потому, что судьба обделила её ведьминским даром: мама вполне себе удачно колдует. Просто она делает это только для личной выгоды, сейчас вот какого-то бизнесмена приворожила и уехала с ним на Дальний Восток.

Книга эгоисток не любит, ей подавай ведьм таких, чтоб людям помогали, подвиги свершали, ну и другое всякое. Вот, например, пра-прабабка Алевтина изобрела зелье от подагры со стопроцентной гарантией. А совсем древняя, кажется, из восемнадцатого века ведьма Агриппина придумала отвращающее заклятье, до смешного простое – я его с первого раза запомнила.

Самые странные и старые записи прятались в конце, читать их было очень трудно, да и бабушка ругалась, требуя уважения к тайнам ведьм-прародительниц.

А тайны были. Однажды я углубилась в книгу так далеко, что с удивлением прочитала, как ведьма Устинья влюбилась… в дракона. Жаль, что бабушка заметила и книгу отобрала.

– Бабуля, – ныла я весь вечер, – ну дай дочитать… Ну чем там закончилось-то?

– А чем? – сердилась она непонятно на что. – Чем там могло закончиться? Улетел тот дракон восвояси, драконы у нас не живут.

– А Устинья?

– А что Устинья? Чай, не померла, дожила до ста двух лет, деток нарожала, от дракона-то родишь разве?

Одинадцатилетняя я подумала-подумала и согласилась. Драконы – они же большие, а ведьмы – маленькие. То есть обычные. Так на картинке нарисовано.

– Дурочка, – беззлобно усмехнулась бабушка. – Драконы-то тоже людьми оборачиваются. А от оборотней что? Одни беды для ведьм.

Если бы я тогда послушала бабушку… Если бы твердила себе днём и ночью: «от оборотней одни беды», может быть, кто знает, этих бед удалось бы избежать.

Но тогда я была наивным ребёнком, да и после не особо поумнела. Всё верила, что встречу настоящего принца.

– Не нужны тебе никакие приворотные зелья, – всегда говорила сестра Катька. – В зеркало погляди.

Катька права, конечно, но зелья варить мне всегда нравилось больше, чем учить географию с алгеброй. Когда я поступила в эконом (по её стопам, кстати), переехала в город, а Книга осталась у бабушки. Поэтому иногда я варила зелья по памяти, а иногда изобретала новые, втайне надеясь, что в родовой памяти сохранятся и мои рецепты.

В институте было скучно. Подружки остались в деревне, городские девчонки поглядывали настороженно, а парней – таких, чтобы с ними можно было хотя бы разговаривать, – на первом курсе не было. Или озабоченные идиоты с сомнительными комплиментами, или ботаны, увлечённые только своими смартфонами.

Катька советовала ходить в театры и консерваторию, но там было тоже невесело. В клубы я сама не рвалась: была пару раз, но там же не расслабишься. Вместо того, чтобы развлекаться, подливая экспериментальные зелья в чужие стаканы, нужно всё время следить, как бы что не подсыпали в твой.

В общем, однажды я возвращалась после одинокой поздней прогулки по набережной и чуть не нос к носу столкнулась с соседом Вовкой. Днём тот был типичным папенькиным-маменькиным сынком, а сейчас спрыгнул с козырька подъезда прямо передо мной, ловко развернулся, одним прыжком перемахнул палисадник, засыпанный первым ноябрьским снежком, и исчез за углом так быстро, что я только глазами похлопала.

Мне стало интересно. Почти так же, как делать новые зелья. Родители Вовки жили этажом ниже прямо под той квартирой, которую я снимала. Теперь я вечерами целенаправленно гуляла у подъезда, но мелкий паразит больше не появлялся. Пока через две недели я не поймала его на балконе.

– Отпусти, ненормальная, – прошипел он.

В темноте ему было не видно, что я использовала не верёвочную удавку, а заклинание боевой ведьмы Веринеи. Я обещала, что отпущу, если он не сбежит и расскажет, куда собрался на ночь глядя.

– Тебе зачем? – набычился пацан. – Предки наняли следить?

– Не-а, – возразила я, со всеми предосторожностями перелезая на его балкон. – Выше бери.

– Да ладно, Варан от полиции всех отмазал, – не поверил он.

Тут мне стало ещё интересней. Оказалось, что в нашем скромном губернском N можно жить без скуки, если попасть в команду паркурщиков. Правда, Вовка от такого названия скривился и выдал, что он и его команда занимаются руфингом. Руферы прыгают по крышам, выполняют там экстремальные трюки и не в ладах с полицией, потому как это незаконно.

– Меня возьми, – сказала я, вложив в голос всю силу ведьминского убеждения.

Он уставился на меня как тот баран на те ворота, а потом начал гнусненько хихикать.

– Ты бы себя видела, когда ко мне через балкон лезла. Детка, руфинг не для таких слабачек, как ты.

Ах так!

– Посмотрим. Раз так, ты тоже никуда не идёшь. Давай, разворачивайся, поговорим с твоими родителями.

Старый добрый шантаж никогда не подводит. Вовка подёргался немного, но выхода не было. Он привёл меня в команду, где верховодил всем довольно взрослый парень по кличке Варан.

Он действительно чем-то напоминал крупную ящерицу – скупыми движениями и внезапностью. Ещё он умел долго сидеть в полной неподвижности и сливаться с окружающим ландшафтом, как хищник, поджидающий свою жертву. Осторожен был тоже как хищник.

– Вована поймала? Наблюдательная. А ещё что умеешь?

Я встала и прошлась вперёд-назад. По двускатной крыше, где проходило моё собседование в команду. Мальчишки фыркали и кривились, и только Варан заметил, что на мне сапожки на высоком каблуке. Правда, чтобы ходить в них по крыше, пришлось придумать зелье для усиленного сцепления со скользкой поверхностью.

– С равновесием всё в порядке, – оценивающе посмотрел командир. – Ну а спрыгнуть в этом с пятого этажа сможешь?

– Левитировать не умею, – сказала я чистую правду.

– Пацаны, покажите девушке правильный прыжок, – распорядился Варан.

Шесть мальчишек, и Вовка первым, беззвучно спрыгнули с крыши. У меня от восторга засосало под ложечкой! Я тоже так хочу!

– Слушай, Саша, – задушевно начал Варан, как только мы остались вдвоём. – Ты мне нравишься, и потенциал есть. Давай сделаем так: ты походишь на скалодром, займёшься прыжками, а через полгода…

– Чего? – возмутилась я. – Какие полгода? Я так прыгать научусь завтра, в крайнем случае послезавтра. И нафига мне скалодром?

– Как бы тебе объяснить… – задумался он. – Вот, допустим, я: мастер спорта по фристайлу. Пришёл в руфинг три года назад. За первый же год два перелома, а уж мелких травм без счёта. Ты учишься или работаешь? Готова лежать в гипсе по полтора месяца?

Я раскипятилась. Во-первых, со мной такого точно не случится. Я хоть и не мастер спорта, зато потомственная ведьма. Во-вторых, в Книге был рецепт прабабки Софьи, ускоряющий сращивание костей. Так что даже если поломаюсь, полтора месяца точно лежать не буду!

Но Варан как будто не заметил моего возмущения и рассказал про Вовку. Оказывается, шкет с четырёх лет занимался хоккеем, пока из-за каких-то там недостаточных ростовесовых показателей его не выгнали из юниорской команды.

– Хоккей – тяжёлый спорт, – продолжил разъяснения Варан. – У парня была отличная подготовка, и я взял его в прошлом году. Но до первого зачёта он по четыре часа занимался на скалодроме, а через день проходил большую полосу препятствий.

– Короче, в команду не возьмёшь, – окончательно разозлилась я. – Так бы сразу и сказал.

– Саша, я возьму тебя в команду. Через полгода, если сможешь за это время как следует подготовиться, – возразил он, наблюдая за тем, как на крышу возвращаются мальчишки. – Пойми, если убьёшься, никому от этого лучше не будет. Ни семье, ни команде, ни твоему парню.

– Нет у меня парня, – буркнула я, не желая слышать никаких рациональных доводов.

– А обувь нормальная есть? – резко сменил тему он. – Сейчас пацаны начнут тренировку, а я покажу тебе полосу препятствий.

Этот ящерицеобразный был сложен для понимания. Вроде бы не отказывал, но в то же время как будто тянул резину. Неужели, чтобы попасть в команду, мне придётся до весны бегать по полосе препятствий и прописаться на скалодроме? Должен же быть более простой путь!

– Я вашу полосу препятствий и на каблуках пройду, – пообещала я.

Зря, что ли, зелье варила?

Варан раздал мальчишкам указания и развернулся к входу на чердак. Пришлось идти за ним.

Полоса препятствий впечатляла. Там были штабеля деревянных ящиков, какие-то трубы, стойки, тумбы, бетонная коробка наподобие шахты лифта, крупная сеть, растянутая от пола до потолка. Высоко, метрах в пяти – шести от пола висели цепи, заканчивающиеся оранжевыми пластиковыми кольцами.

Командир сбросил куртку и махнул рукой, мол, вперёд. Я слегка прищурилась и присмотрелась. Самые яркие энергетические следы были на сетке, значит, тут начало полосы и конец. Подъём и спуск. Я тоже скинула куртку и полезла по сетке наверх. Что дальше? Вижу, дальше надо цепляться руками за трубы и двигаться к ящикам. Это было не так легко, как я думала, даже с новым экспериментальным зельем, увеличивающим силу мышц. Но Варан удивился, что я вообще смогла удержаться на этих трубах. Он даже начал махать руками и кричать, что не ожидал такого от девчонки.

Я загордилась и чуть не промазала с прыжком на тумбу. Каблуки выдержали с трудом. Дальше были те цепи с кольцами, на которых надо было не просто висеть, а перемещаться назад, к сетке. А руки устали ещё после труб. Пришлось немножко помочь магией, заставив цепи качаться в мою сторону. Я добралась до сетки и спустилась так быстро, как только смогла.

– Молодец, – скупо похвалил Варан. – С потенциалом у тебя порядок, но руки-ноги слабенькие. Кроме скалодрома, походишь в зал, – и он протянул мне бумажку с адресом. – Вторник и четверг – твои дни тут.

– Ты же не ожидал, что девчонка вообще продержится хоть сколько-то? – спросила я подозрительно. – А я все препятствия прошла.

Оказалось, что прошла я не всё. Он поднялся по сетке за какой-то миг, попрыгал с одной стойки на другую, быстро пролетел на руках до ящиков, спрыгнул, запрыгнул обратно и вернулся на руках назад. Повторил свои кульбиты ещё раза три, потом перешёл к цепям с кольцами и там «пробежался» несколько раз, а спускаться, оказывается, надо было по лифтовой шахте с гладкими бетонными стенками. И он даже не запыхался!

– Буду звать тебя сенсей, – сообщила я ему.

– Зови как хочешь, – кивнул он. – На крышу всё равно не пущу.

Это мы ещё посмотрим. В голове уже зрел рецепт зелья для ускоренного обучения крышелазанью. И, кстати, не будет ведь ничего плохого, если я и для него сделаю зелье. Не приворотное, нет, зачем мне такие проблемы. Зелье надо сделать убедительное, чтобы Варан согласился: мне можно на крышу прямо сейчас, а не через полгода.

ГЛАВА 2. Ведьма Александра из рода Птицыных

– С ума сошла? Мы по кафе не ходим, мы…

Ну да, конечно. В жизни не поверю. Я пыталась расколоть шкета Вовку на предмет места «случайной» встречи с Вараном. Выясняла, где тусят пацаны в свободное от крышелазанья время.

– А пивасик?

– Дура, – буркнул Вовка. – За это Варан из команды сразу выгонит.

Строгий какой. Но что поделать, он мне нужен. Ведь чтобы подлить человеку зелье, необходим доступ к телу. И чтобы у тела в руке был стакан с любимым напитком. Ещё желательно, чтобы тело расслабилось, а не зыркало по сторонам. Не звать же Варана к себе?

– Но где-то же вы общаетесь?

– В чате, само собой, – кивнул пацан. – Попадёшь в команду, попадёшь и в чат.

Тьфу. На скалодроме я побывала, в зале тоже, полосу препятствий прошла – уже не на каблуках. Ускорительное зелье попробовала, но пока результат был не особо заметен. А для испытаний (впрочем, я была уверена в успехе!) убедительного зелья требовался Варан. Кончалась вторая неделя после моего единственного подъёма на крышу, и с тех пор мы с ним не виделись.

Пришлось взять в подопытные Вовку. Тут я могла заслуженно гордиться: пацан сразу перешёл на мою сторону. И обещал устроить мне встречу с сенсеем!

Устроил. Если бы я знала, что из этого получится… Всё убедительное зелье ушло на то, чтобы парнишка остался в команде, потому что, как оказалось, Варан расценивал неожиданности вроде нашей встречи как нарушение дисциплины. Я даже подумала, по пути ли мне с таким негибким человеком.

– Она меня шантажировала, – очень правдоподобно соврал Вовка. – Обещала, что предкам расскажет.

– Саша, я всё тебе объяснил. Думал, ты поняла, – покачал головой Варан.

– Просто я очень хочу на крышу, – я решила немного поныть, вдруг прокатит.

Всё-таки он под убедительным зельем. Ну а вдруг не всё ушло на исправление ситуации с Вовкой?

– Хорошо, – неожиданно легко согласился Варан. – Пока не лёг снег, можешь прийти посмотреть на тренировку.

Я завизжала и бросилась обниматься.

– Посмотреть, – отстраняя меня одной рукой, постановил Варан. – И учти, за нарушение дисциплины – то есть моих приказов – попрощаешься с крышей навсегда.

Я поклялась, что буду послушной. Искренне верила, что у меня получится. Я же ведьма, а нам без дисциплины никак. Сколько терпения надо, чтобы собрать нужную траву в нужное время, потом высушить её по всем правилам, потом добыть другие нужные ингредиенты и сварить зелье по рецепту! А уж удержаться и не проклясть какую-нибудь вредную бабку, обожающую поучить молодых жизни, вообще за пределами человеческих сил. Так что самоконтроль – моё второе имя!

Собралась я сильно заранее. Потом прыгала у соседской двери, поджидая Вовку. Потом мы наперегонки мчались к нужному дому. В общем, я была полна предвкушений. Может, прыгнуть Варан и не даст, зато я похожу по кровле, подышу ароматами наступающей зимы и адреналина, услышу свист ветра…

Почти так и получилось. Тогда мне показалось, что это лучший вечер в моей жизни. Ведь я встретила Его.

Сначала Варан отправил команду на прыжки, а потом со вздохом спросил:

– А ты не из этих?

– Из каких? – уточнила я слегка нервно.

Он же не мог догадаться, что я ведьма? Книга учила, что мужчины такие вещи никогда не замечают, они на другое смотрят.

– Ну да, ты же не скажешь, – широко улыбнулся он. – Впрочем, это уже неважно. Я решил кое с кем тебя познакомить.

– В каком это смысле? – я едва не подбоченилась с видом базарной бабы (обычно так делала бабушка, когда к ней с претензией обращался кто-нибудь из деревенских).

– В смысле личного тренера, – ответил сенсей. – Тебе явно не хватает стимула для занятий, а я ходить с тобой на скалодром и в зал просто физически не успею. Так что будет у тебя…

– Личный тренер, – сообщил новый персонаж, появившийся из чердачного выхода.

У Него был обыкновенный голос, но я расслышала его даже сквозь сильный свист ветра. А когда я смогла Его рассмотреть, меня словно встряхнуло ударом тока. Оборотень. То есть анимал с глубокими карими глазами и очень мужественной, но в то же время изящной татушкой на виске, уходящей куда-то под завитки тёмных растрепанных волос.

– Привет, Влад, – поздоровался с ним Варан. – Это Саша, знакомься.

Я смотрела на Его крепкую ладонь, которую парень протянул для рукопожатия, и понимала, что подвисаю. А когда Он улыбнулся – только и исключительно мне, – я ощутила такое… такое, чего ещё никогда не ощущала. Тёмное небо словно осветилось сотнями взрывающихся розовых сердечек.

– Ну а меня кто-нибудь спросил? – сказала я слегка охрипшим голосом. – Нафига мне тренер, да ещё такой…

– Какой? – серьёзно переспросил Влад. – Красавчик, ты хотела сказать?

– Ну… в целом да, – буркнула я, благодаря ночь и темноту за то, что не виден мой румянец.

– А ты не обращай внимания, – так же серьёзно продолжил Он. – Так нам обоим будет проще, ведь я тоже не знал, что ты красавица.

– А идите вы уже с крыши, – предложил Варан, которого я расслышала с большим трудом: уши после комплимента Влада просто отказывались воспринимать другие звуки.

– Погоди, как это? – возмутился Влад. – Саша сомневается, зачем ей т а к о й тренер, я должен показать, на что способен. Подержишь? – Он скинул куртку и протянул её мне.

Я автоматически взяла, а Он разбежался и прыгнул. Но не вниз, а вверх, сделал сальто, приземлился на руки и, оттолкнувшись ими от крыши, сорвался в полёт. В этот миг у меня замерло сердце.

– Саша, закрутишь с ним роман, не просись в команду. Поняла? – строго спросил Варан.

Он стоял за спиной, а казалось, что где-то далеко-далеко. Я вдыхала фантастически-мужской аромат куртки Влада и видела как наяву его прыжок и полёт.

– Ты поняла? – снова спросил приставучий Варан.

– Да поняла, поняла, – скороговоркой бросила я. – Посмотрим ещё, чему твой тренер сможет меня научить.

– Для начала – как правильно проходить полосу препятствий. И начнёте вы сегодня же, так что можешь спускаться вниз, – приказал ящерицеобразный.

Я помахала рукой возвратившимся мальчишкам и пошла к чердачному выходу. Роман. Фу, как пошло. Влад… он же… просто Совершенство.

Когда Он показывал, как правильно проходить полосу препятствий, я думала то же самое и во все глаза смотрела на широченные плечи, тугие мышцы, перекатывающиеся под боксёрской майкой, необычайно точные и экономные движения.

А потом на сетку полезла я. Нервничала страшно, боялась, что анимал просто посмеётся. Но Он похвалил. Спросил, где я раньше занималась. Не поверил даже, когда я выдала «сама, всё сама».

– Варан говорил, что ты способная, но я даже подумать не мог, насколько.

– А ещё он говорил, что у меня ручки-ножки слабые, – наябедничала я.

– Ты же девочка, – сказал Влад с улыбкой. – Он привык с мальчишками, вот и ляпнул. Но в зал ты всё-таки походи, не повредит.

От Его улыбки и ласкового «девочка» я снова чуть не покраснела. А Он объявил, что на сегодня всё, время позднее, пора по домам. А завтра мы созвонимся.

Я предупредила, что с утра на парах, и разговор совершенно незаметно свернул на учёбу. Влад считал, что хорошее образование – это вклад в собственное будущее. Я слушала и убеждалась: Он совершенство во всём. И сердце ёкало, и я даже не заметила, как мы дошли до моего временного дома.

Прощаться и отпускать Его не хотелось, но я напомнила себе, что как-никак ведьма. И самоконтроль – моё второе имя. Помахала рукой и вошла в подъезд.

На следующий день встреча в режиме тренировки повторилась. И на следующий тоже. Влад комплиментов больше не делал, гонял по полосе и требовал, чтоб я не филонила. Когда я попыталась помочь себе магией, просёк на раз.

– Можно подумать, ты не знал, что я ведьма, – буркнула я.

– Ты тоже поняла, что я анимал, – не стал отнекиваться тренер. – Спускайся, обсудим.

Спускаться? Да я на середине полосы, до бетонной шахты ещё ползти и ползти.

– Прыгай, я поймаю, – Он был серьёзен.

Нет уж. Доползу как-нибудь. Тем более разговор заранее не вдохновлял.

– Трусиха.

И ничего я не трусиха. Просто не так представляла себе наше объяснение. Он бы взял меня за руку и сказал, что сходит с ума, а я бы сказала, что влюбилась с первого взгляда… А вместо этого – ты ведьма, а ты анимал.

– Ладно, всё равно на сегодня закончили.

Я слезла, прямо сказать, кое-как. Руки дрожали – не то от нервов, не то от усталости, и упираться ими как следует в гладкий бетон получалось хуже обычного. Нога тоже как-то неловко повернулась… Влад подхватил меня, вовремя оказавшись рядом.

– Воспитывать будешь?

– Тебя? А это реально? – улыбнулся Он очень близко от моего лица.

Внутри стало горячо, воздух куда-то пропал, а от его рук и всего остального тела, с которым я была в тесном контакте, меня встряхивало, как электрическим разрядом.

– Ты дрожишь? Испугалась? Саша! – переполошился Он.

Я обхватила его за шею, зажмурилась и поцеловала. Это было сладко, безумно и очень, очень долго. Он целовался восхитительно, нежно и страстно одновременно, все прежние мои парни и рядом не стояли.

– Саша, ты ведьма, – сказал он чуть погодя, когда мы оба всё же вспомнили о воздухе.

– Я знаю, – согласилась я со счастливой улыбкой.

Потом наступил период полного умопомрачения: Влад заполнил мою жизнь целиком. Мы вместе гуляли по крышам, ели и спали тоже вместе. Каждый миг рядом с ним был куда круче любого адреналинового взрыва, каждый миг был волнующим и острым, как то наслаждение, которое дарили его руки и прочие части совершенного тела. Куда там крышелазанью. Я про него даже не вспоминала.

Впервые за всю свою сознательную жизнь я не поехала к бабушке на Новый год. Позвонила и сказала, что подхватила вирус. Остатки здравомыслия требовали не сообщать родне, что мой парень – анимал. Конечно, не мешало бы заглянуть в Книгу, потому что там был рецепт специального противозачаточного зелья. Но Влад обещал, что позаботится об этом сам, и пока всё было в порядке.

А с бабушкой долго объясняться не пришлось. Она позвонила как-то днём, я как раз ждала Влада, и спросила в лоб:

– Внуча, ты в себе? Хочешь быть клановой анимальской ведьмой?

– А ты откуда знаешь, что… – начала я.

– Да уж знаю, – ответила бабушка. – Совсем он тебе голову задурил, Шурка. Или ты не потомственная ведьма?

Я отмахнулась. У нас же ЛЮБОВЬ! Бабушка тяжело вздохнула:

– Не любовь это, внуча. Анимальский животный магнетизм и твоя пустая черепушка.

Я даже собралась обидеться, но тут появился Влад, поцеловал, как всегда, сладко до безумия, я едва успела нажать отбой. Наши поцелуи надолго не затягивались, мы сразу переходили на другой уровень – на заднем сиденье его ниссана, в кабинке примерочной, в крошечной прихожке моей временной квартиры, не говоря уж про мягкий ковёр в спальне и прочие горизонтальные поверхности.

Влад был милым и романтичным, дарил плюшевых мишек, розовые сердечки (торты, конфеты, печенья, атласные подушечки, шкатулки), алые розы и при любой возможности таскал меня на руках. И при этом его животной ипостасью был тигр! Правда, с семьёй знакомить не спешил. Тут мы были единодушны, потому что и я желанием не горела. Просто была счастлива.

Бабушка – та нет, не была. Она не пилила, не капала на мозги и вроде бы ничего не запрещала, но и не одобряла. Всё пыталась объяснить, что анималы живут стаями, как будто я сама этого не знала.

– Раз знаешь, о какой семье говоришь? – в очередной раз возмутилась бабушка. – У них главный – вожак. И с ним тебе лучше не общаться, уж ты мне поверь. Может, внуча, тебе отворотного сварить?

Я тоже возмутилась – какое отворотное?! Я счастлива, и пусть родные за меня порадуются. Бабушка вздохнула и пригрозила рассказать всё Катьке. Старшенькая знала, конечно, что у меня парень. Просто не знала, какой. И она не бабуля, разговорами бы не обошлось. Прилетела бы из столицы, устроила разборки, насильно бы отворотным напоила. Как ни крути, как ведьма она опытней.

– Не надо говорить Катьке, – попросила я жалобно.

Бабушка обещала, что не скажет, но только если я продолжу тренироваться в ведовских премудростях. Снова буду варить зелья и повторять боевые заклинания. И тут я внезапно поняла, что с ноября ничего не варила.

– Грехи наши тяжкие, – бабушка снова вздохнула. – Ничего, Шура, прорвёмся. Я пришлю тебе подходящие записи, звонить буду и контролировать.

Потом я поняла, зачем бабуля гоняла меня всё свободное время. И главное, наука пригодилась…

В угаре страсти закончилась зима. Пролетела весна. Началось лето, а с ним и сессия. Влад начал заговаривать о том, чтоб съехаться и жить вместе – он и так почти поселился в моей съёмной квартире, помогая с подготовкой к экзаменам. Меня всё устраивало и без того, но особенно возражать не хотелось. Пусть всё идёт, как идёт, главное, он рядом.

Когда я сдала последний экзамен, Влад пригласил отпраздновать в ресторан. Там была летняя веранда, но мы прошли внутрь, туда, где маленький живой оркестрик играл сальсу и бачату. Пока ждали заказ, кто-то передал нам бутылку шампанского. Влад покрутил головой, а потом обрадованно сообщил:

– Это Артур, вожак моей стаи. Я должен вас познакомить!

Но сначала мы выпили шампанского (я только пригубила, не люблю брют, хоть и дорогой), и я махнула рукой – знакомиться так знакомиться.

Вожак оказался хищником с замашками бывалого ловеласа, яркой внешностью и нетрадиционными увлечениями. Неожиданно было узнать, что тигр заправляет собственным рестораном (это оказался его ресторан, с ума сойти!) и обожает танцы. В частности, латино.

– Ты танцуешь, Саша? Влад, позволь пригласить твою девушку.

Я не слишком хотела танцевать с посторонним мужи… анималом, но Влад лучезарно улыбнулся, а Артур уже протянул мне руку.

– Я рад знакомству, – начал светское общение вожак, – честно, уж переживать за Влада начал – всё думал, кого он от меня прячет. А оказывается, ты просто сдавала сессию?

Я подтвердила, что сессия была сложной. И потом, что значит – прячет? Разве у Влада не может быть личной жизни?

– Мы же семья, Саша, – задушевно сообщил Артур. – У нас нет тайн друг от друга: мы анималы, мы так устроены. Если ты хочешь быть с Владом, ты тоже должна стать частью семьи.

Вожак был очень пластичным, выделывал замысловатые па, то прижимая, то отталкивая от себя. Но мне это не мешало. Вот был бы на его месте Влад, я бы, наверное, уже не смогла соображать, а в животе распорхались бабочки. Я посмотрела на своего анимала, и тот ободряюще улыбнулся.

– Я… не уверена, что к этому готова, – ответила я по возможности обтекаемо.

– Так давай я помогу, – немедля предложил вожак. – Поговорите, объяснитесь. Уверен, вы с Владом будете счастливы.

Он резко крутанул меня в последний раз и подвёл к Владу. Подмигнул ему и сказал с одобрением, что я – отличный партнёр. Влад громко ответил, что знает, и я опустила взгляд и даже, кажется, слегка покраснела.

– Саша, не красней, это меня заводит, – прошептал мой анимал, как только вожак отошёл от нашего столика.

Я довольно улыбнулась. Какой же он романтичный… Сунула в рот пару ложек чего-то из тарелки (принесли, пока я танцевала), глотнула шампанского и шепнула в ответ, что в ресторане у нас ещё не было.

– Сашка, ты ведьма, – выдохнул Влад, а глаза его смотрели с обожанием и страстью. – Пошли, тут есть пустая комната.

Мы встали и, держась за руки, прошли в незаметную дверь для персонала. Целоваться начали уже в коридоре. Когда добрались до какой-то подсобки, я уже полностью погрузилась в сладкий омут. Руки Влада под платьем вели себя как всегда, а мне ещё требовалось повоевать с пряжкой ремня на его брюках, когда… я почувствовала чужую ладонь на своей шее.

– Теперь моя очередь, сладкая, – сказал смутно узнаваемый голос. – Или хочешь нас обоих? Тебе понравится.

Я пыталась вынырнуть из дурмана страсти, не понимая, кто это и что происходит. Хотела повернуться, но Влад не пустил, держал крепко.

– Это вожак, Саша, с ним можно.

– Со мной даже нужно, – продолжил как ни в чём не бывало вожак и лизнул меня за ухом. – Ты же хотела подготовиться?

Я всё не могла осознать, что происходит. Казалось, что грубые руки бросили меня из тепла на мороз, и я замерзаю, и сердце вот-вот остановится. А вожак в это время деловито расстёгивал штаны и примерялся к моей… неважно. В груди из ледяной пустоты вдруг поднялась волна гнева. Она была такой сильной, что рвала на части, её надо было выплеснуть из себя, иначе…

«Отвращающее заклятье». Как наяву, я вдруг увидела Книгу, раскрытую на той самой странице. «Защити себя».

Ледяной гнев вместе с правильными словами разметали двух анималов в разные стороны. Я поправила платье, демонстративно вытерла руки о стопку чистых полотенец с ближайшей полки и ушла с гордо поднятой головой, пригрозив, что прокляну обоих.

Ночью Влад пытался залезть ко мне через балкон, потому что дверь-то я зельем укрепила, а про балкон не подумала. Он чуть не плакал, умолял простить, заверял в своей вечной любви. Я шарахнула отвращающим заклятьем и даже не стала смотреть на результат. Надо было остатками зелья вымазать балкон, я торопилась, а что он жив-живёхонек – это и так понятно, что тигру четвёртый этаж.

За ночь я так и не подошла к кровати. Так и сидела в кресле с ногами, настороженно глядя в темноту. Утром дом взяли в осаду, а телефон звонил непрерывно. Я не выдержала, отключила его и вышла на лестницу. В соседях жила семья с маленьким ребёнком, и как-то раз осенью, когда он не давал криком спать всему дому, я сделала для него лёгкий успокаивающий отвар.

– Ой, Сашка, заходи, – обрадовалась молодая мамаша. – Коленька спит, а мы сейчас чайку с пироженкой.

Я поблагодарила и попросила телефон, соврав, что свой утопила в унитазе – случайно, конечно. Соседка не стала задавать вопросов и протянула свой гаджет. Я набрала сообщение Катьке с просьбой позвонить в скайп. Поблагодарила соседку ещё раз и пошла к себе – ждать звонка у ноутбука.

Сестра выслушала меня спокойно, без скандала и всяких там «я так и знала», хотя всё это ещё ждало впереди.

– Сашка, продержись до вечера. Я быстро решу все вопросы по работе и прилечу. Бабушка знает? Хотя о чём это я, конечно знает.

Бабушка, конечно, знала. Вот как это происходит? У неё вроде даже шара хрустального предсказательного нет. Но бабушка стучала в мою дверь через полчаса после разговора с Катькой.

– А я утренней электричкой из Князихи, – выдала она, пока я открывала и закрывала рот. – Здравствуй, внуча.

Она достала из своей любимой необъятной сумки свёртки с пирогами, домашним салом и варёной молодой картошечкой и велела ставить чайник. И только тут я поняла, что после вчерашнего так и не притронулась к еде.

– Ничего, внуча, вот Катя прилетит, и всё образуется. А мы пока с тобой перекусим да приберёмся, чтобы и следов поганца здесь не осталось.

У бабушки всегда находились дела, которые срочно надо переделать. Она считала, что все беды от безделья. Вот и сейчас потребовала ведро и тряпку. Попутно объясняла, что анималы оставляют сильные энергетические привязки, и показывала на те места, где мы с Владом… Стоп. Больше нет никаких «нас с Владом». Я должна всё это забыть.

– Ты потом об этом подумай, внуча. Ты сейчас водички мне плесни, да не простой, а с наговором. Привязки его убирать будем.

Тут я вспомнила про отключенный телефон и решила поставить его на зарядку.

– Разбить его надо, Шурка. Раньше мы фотографии жгли, а теперь всё в телефонах, – объяснила моя современная бабушка необходимость порчи гаджета.

– А просто удалить?

– Телефон – это вещь, а у вещей своя память. Не та, что в гигабайтах меряется, уж ты мне поверь.

К обеду квартира была отмыта до блеска. Вся: от входной двери до газового счётчика на кухне. Потом мы пообедали, и я почувствовала, что меня отпускает. Захотелось спать, и бабушка, перестелив постель, велела ложиться.

Разбудили меня голоса.

– …отморозок полный. Я ему по-хорошему, сними, мол, метку, тогда не прокляну. А он…

– Тише, Сашку разбудишь.

– А эта тварь хвостатая – не сниму, всё по её согласию!

– Прокляла? Ну и дура, быстро снимай, пока не поздно.

Мне стало интересно.

– Кого прокляла?

– Спи, Шурка, мы тут сами, – сказала бабушка.

– Нет, пусть уж встаёт, надо ехать в Князиху, туда полосатые не сунутся, – возразила ей Катька.

– Ты не только его прокляла, – ответила наша догадливая бабушка. – И родню, и детей не пожалела?

– Нет у него детей, – отмахнулась Катька. – А нечего на мою сестру метки свои ставить!

– Какие… метки? – переспросила я, выползая из спальни.

– Ты что, ей не сказала? – Катька с подозрением посмотрела на бабушку.

Оказалось, бабуля понадеялась на Катюхино умение договариваться по любым вопросам. А ещё оказалось, что вчера во время… короче, вчера полосатый гад поставил на меня метку.

– Клеймо? Как на стельную корову?! Да я ж ему… – от переполнявшего негатива я чуть не задохнулась.

– И ничего-то ты, внуча, ему не сделаешь, – тяжело вздохнула бабушка. – Он – глава стаи, а ты…

– Ты его клановая ведьма, – закончила правдорубка Катька. – Вещи собирай, едем в Князиху.

Лето я провела в деревне, пока Катька пыталась как-то повлиять на вожака тигров. Варила зелья специального назначения (пусть сестра и прокляла вожака со всей его роднёй, остался ещё бывшенький, который попыток вернуть меня не оставлял, слал жалостливые сообщения и называл любимой Сашенькой) и читала Книгу, надеясь больше узнать про обычай анималов клеймить ведьм от опытных прародительниц.

Жаль, но про анималов там было до обидного мало. Всё то же, что бабушка и так уже рассказывала: оборотни всегда стремились заполучить в клан ведьму, и чем сильнее, тем лучше. И про животный магнетизм, делающий их привлекательными для женщин любых видов.

Дошла очередь и до ведьмы Устиньи с её драконом. Драконы (теперь я не испытывала к ним интерес, подумаешь, в ящеров оборачиваются) на Земле не жили. Им требовалась атмосфера, насквозь пропитанная магией, а в нашем мире её совсем мало. Поэтому эти твари быстро хирели, болели и умирали.

Тот дракон, с которым свела судьба мою далёкую прабабку, был уже стар и болен. По своим меркам, конечно. Устинья-то, поди, в увечного не влюбилась бы. Ну а он почуял в ней силу. Ту магию, которая помогла бы вернуться домой, туда, где он прожил бы ещё много лет.

Прабабка не могла не знать, зачем нужна дракону, только это ей было безразлично. Ушла из дому, поселилась вдали от людей, чтобы дракон мог прилетать к ней в любое время. По капле вливала в него силу, зная, что когда сила закончится – дракон улетит. И уже не вернётся.

Так и случилось. Попрощался дракон с ведьмой, даже с собой позвал, но та была слишком слаба, и он улетел один. Как Устинья пережила эту потерю, в Книге не говорилось. Зато семья её не простила и назад не приняла. Да и кому нужна ведьма без магии?

Я пролистнула страницу, и Книга тут же выдала запись о свадьбе Устиньи с могучим ведьмаком Сысоем. Их поженили по старым обычаям, запрещавшим измены, особенно с чужаками и нелюдьми. И Сысой в своей клятве упоминал, что вся сила останется в семье, иначе…

Что именно иначе, Книга не сообщала. Запись на этом обрывалась. Но я умела читать между строк. Наверняка Сысой проклял Устинью. А проклятье – штука тонкая. Особенно если поставить невыполнимое граничное условие. Например, чтоб дракон вернулся.

Вчитываясь в совсем древние записи, я поняла, что до мерзкой ящерицы, поломавшей жизнь Устинье, у прабабок всё шло гладко. Только звали их отчего-то Привратницами.

– Э, Шурка, что удумала! – возмутилась бабушка. – У нас и потом всё гладко шло, никакого проклятья нет.

Да как же, вот оно! Вот оно, действует, ну как я иначе смогла бы навернуться на ровном месте? Я же, в точности как Устинья, влюбилась без памяти и забыла обо всём! Просто обо всём!

– Конь о четырёх ногах, и тот спотыкается, – утешила бабушка. – А ты у нас молодая, опыта маловато, да дурь не вся вышла.

– Бабушка!

– Слушать надо бабушку. Хорошо, что у нашей Кати связи. Приструнит она поганцев полосатых.

Катька осталась в городе, воевала с тиграми. Каждый раз, когда звонила, обещала, что вот-вот, осталось совсем чуть-чуть, и метку с меня снимут. Но её оптимизм был слегка фальшивым.

Мы не говорили бабушке, но пока все усилия были мимо. Сестра ездила к столичному главе всего тигриного клана и даже разыскала тайную информацию про некий анимальский суд, только и там и там случился облом. А август заканчивался, мне пора было возвращаться на учёбу.

Вместо квартиры теперь был дом, Катюха купила его потому, что защищать отдельное строение для нас легче. Земля после нужных наговоров сама становилась защитой, да и по балконам никто залезть не сможет.

Когда я приехала, старшенькая опять была переполнена энтузиазмом.

– Арканов в N! – выдала она при встрече. – И я знаю, кто меня с ним сведёт. Пришла ко мне очень необычная клиентка. У неё на ауре драконьи чары, так что они точно знакомы.

Потом Катька поведала о своём гениальном плане. Оказывается, только дракон может снять любую анимальскую метку. Она подберётся к Арканову, очарует его и заставит мне помочь. Про этого типа я ничего не знала, а вот сестра выяснила немало. И главной неожиданностью стало то, что у него есть дочь! Выходит, Книга-то ошибалась, драконы на Земле не только живут, но и размножаются!

– Не хочу, чтобы ты связалась с драконом, – отказалась я, по ходу присматривая комнату под лабораторию.

– Я и не собираюсь. Накормлю его приворотным и прикажу снять метку, – назидательно сказала Катька.

На следующий день она привела ту странную клиентку, у которой и в самом деле была очень необычная аура. Я как раз летом научилась их различать. На первый взгляд ничего особенного, простая человеческая с крошечной частичкой анимальской крови. Но если всмотреться, наткнёшься на щит и совсем незнакомые чары. Если это сделал дракон, может, она и есть драконья дочка?

– Знакомься, это Ева, – сказала Катька. – Она тебе поможет.

Катька любила всё делать по правилам. Сначала гостя надо напоить, потом накормить, потом баньку… тьфу. Но оказалось, что Ева не умеет видеть ауры, так что мы выполнили два пункта из трёх, попутно выяснив, что гостья встречается с анималом. Я не успела ничего сказать, когда она вдруг протянула руку и сделала движение, будто хотела смахнуть мошку с моего плеча. Пробормотала что-то типа «гадость какая», а я внезапно поняла, что свободна.

И ведь прежде не ощущала от метки особого дискомфорта, почти не замечала, но сейчас словно краски стали ярче, а предметы вокруг реальнее.

– Получилось! – заорала я. – У неё получилось! Ева, ты лучше всех!

Конечно, после этого стало ещё интересней, кто же она на самом деле. Всегда важно знать, кому обязана по гроб жизни. И она не стала скрывать. С ума сойти, Ева оказалась дампиром – а ведь все знают, что вампиры размножаться не могут! Это обязательно нужно записать в Книгу!

Конечно, мы с Катькой поклялись страшной клятвой, что тайну Евы сохраним. А она ещё добавила, что ищет дочь Арканова и что та с отцом вообще не знакома.

Вишенкой на торте стало явление Евиного анимала. Как он прошёл в дом, миновав защиту, мы потом догадались: защиту ставили от тигров, а Димка Всеволодович был медведем. И мало того что он притащил мартини, так ещё и согласился испытать на себе мои новые антианимальские зелья! Я даже не стала говорить Еве, чтобы держалась от него подальше.

А потом он напугал Катьку полнолунием. Так и сказал, что тигры в полнолуние неадекватны, а нам надо спрятаться. Пришлось подлить ему рвотного в вытрезвительное бабулино зелье. Мне совсем не хотелось уезжать после того, как освободилась от метки. Хотелось подойти к бывшему и расцарапать его смазливую морду. И вожака его послать при всех и громко.

Но Катька прониклась, и мы уехали в Князиху. Бабушке, конечно, даже звонить не пришлось. Она подтвердила, что медведь прав.

– Ты думаешь, гад тигриный не узнает, что метки больше нет? Против воли ставил, сил много потратил, а теперь откат получил по носу. Поверь, внуча, никто такое без ответа не оставит.

Мы приехали уже затемно, и я ещё услышала, как бабушка с Катькой шептались, что Ева и её медведь не заслуживают чёрной неблагодарности. И надо помочь им всеми ведьминскими силами. А потом отключилась и впервые спала так глубоко и сладко, как будто вовсе не знала Влада.

ГЛАВА 3. Джерв Ан брез Серсел

Ментальный зов застал его на облёте новых владений.

«Джерв, возникли сложности. Возвращайся».

Какие сложности могут быть у главы рода брез Серсел, одного из древнейших и богатейших родов всех Двенадцати миров? Джерв не стал портить себе настроение размышлениями и в последний раз облетел окрестности замка – как положено, с высокими шпилями башен, витражными полуарочными окнами и крепкими стенами. И развернулся в сторону родительского дома.

Спустя несколько часов он приземлился на просторной посадочной площадке огромной отцовской резиденции, аккуратно сложил крылья и, на ходу принимая вторую ипостась, прошёл сквозь арку внутреннего дворика. Замок дремал в послеобеденном сне вместе со своими обитателями, и Джерв довольно улыбнулся. Сейчас он пробежится по коридорам с громкими воплями – как всегда делал последнюю сотню оборотов, появляясь тут, – и всех разбудит! Вот будет весело!

Но на пороге его ждал отец – сам Дигонд брез Серсел, – так что пришлось спокойно и размеренно пройти за ним сразу в кабинет. Джерв даже слегка забеспокоился – а может, действительно что-то случилось?

– Джерви, – начал отец, – я хочу, чтобы ты отнёсся к тому, что я скажу, очень серьёзно.

– Даже очень? – переспросил брез Серсел-младший.

– Даже, – подтвердил старший. – Я получил известие от брез Аркванов.

– Вдовствующая Повелительница, – скривился Джерв. – Что ей надо на сей раз? Только учти, ни с кем из дам её двора я за последние пять оборотов не пересекался, так что всё это – грязный навет.

– Про пять оборотов поговорим в другой раз, – вернул гримасу Дигонд. – Со мной связались от имени Повелителя брез Арквана.

– Он же… – Джерв был удивлён.

Пропал Повелитель около двадцати оборотов назад, и до сих пор никакой связи с ним не было.

– Да. Ты прав, однако теперь именно мы можем поспособствовать возвращению Повелителя и заслужить тем самым благодарность всех драконов.

– Он сообщил координаты?

– Не всё так просто, сынок. Он всё ещё самый сильный менталист, но постарайся не говорить этого при его досточтимой матушке.

– Отец! Я же не ребёнок! Так что с координатами?

– Координаты станут известны только одному дракону и только в момент, когда он будет готов совершить переход.

–То есть Повелитель находится в каком-то закрытом мире?!

– И не в каком-то, а в известном роду брез Серселов.

– Мне-то он точно не известен, – с любопытством проговорил Джерв, – а ты, выходит, там бывал?

– Хвала Демиургам, нет, – с недовольным выражением ответил отец. – Там очень мало магической энергии, и я теперь даже рад, что всё так совпало.

– Что – всё? – переспросил Джерв.

– Твой дед… Словом, это от него известно про тот мир. Там живут низшие – существа с одной ипостасью.

Ну и что? Да таких – не владеющих магией – везде полно.

– И твой дед… Оказался в долгу у одной из этих… низших.

Дигонд сохранял на лице маску спокойствия, но Джерв-то прекрасно видел, чего ему это стоит. И не понимал, из-за чего родитель так разошёлся. Низшие долго не живут, а если учесть, что дед умер задолго до его, Джерва, рождения, отдавать долги там явно некому.

– Я тоже на это надеялся. Но, как оказалось, Повелитель разыскал потомков той низшей, – отец так крепко сжал зубы, что по лицу прошла волна судороги. – И приказывает наследнику рода брез Серсел явиться и вернуть долг.

Наследнику? То есть именно ему, Джерву?

– А чем мне приказано возвращать долг деда?

Отец поморщился и неохотно произнёс:

– Магической энергией.

– Поясни, – в который уже раз удивился Джерв. – Низшие не владеют магией, зачем им энергия?

– Та низшая… владела. И отдала её всю твоему деду, иначе он бы не смог вернуться домой. Короче, сын, давай ты сам посмотришь его записи, мне… очень неприятно вспоминать времена его отсутствия.

Джерв проникся. Похоже, с этим дедовым отсутствием связана какая-то семейная тайна? Очень любопытно! Да, теперь он что-то припоминал… Будучи ребёнком, наследник рода брез Серселов облазил весь замок. И даже из сокровищницы его выдворяли с меньшим скандалом, чем из бывшего кабинета деда. И как-то… как-то смутно вспоминается вся эта история… Неужели родители применили к нему ментальное воздействие, стирающее память?!

А ведь это вызов. И он – не Джерв Ан брез Серсел, если не выяснит всё до конца.

Отец вручил ему ключ от того самого кабинета и попросил поторопиться.

– Джерви, ты обязательно должен разыскать Повелителя. И уговорить его вернуться. Но дракона, который не исполнил его приказ, брез Аркван и слушать не станет. Поэтому, – Дигонд опять скривился, – найди потомков низшей и щедро поделись с ними энергией. И сразу – сразу же! – приступай к поискам Повелителя.

Джерв кивнул и заторопился. Сначала он узнает всё про мир, где застрял дед. И про странную низшую, владевшую магией. А вот потом… Потом решит – что делать с её потомками.

Джерв помнил этот кабинет. Высокие книжные шкафы от пола до потолка, основательный даже с виду стол с двумя массивными тумбами с обеих сторон. Из окна с витражами, как и прежде, лился цветной свет, вот только… Словно чего-то не хватало.

Он решительно сел за стол и выдвинул первый ящик. Кисти, магические скрепки в форме змеек, перья, куски коры гватьямолы*, цветные обрывки – кажется, кто-то просто сгрёб весь мусор со столешницы в этот ящик. В следующем – бумаги. Много бумаг, исписанных чётким почерком с характерным наклоном влево – без всяких завитушек и вензелей. Джерв посмотрит их позже, отец просил найти завещание.

Завещание нашлось – на самом дне последнего ящика. В распечатанном конверте, значит, Дигонд точно его читал. Впрочем, Джерв в этом не сомневался. Но, вынимая пухлый конверт, заметил под ним ещё что-то. Ах нет, это просто доска. Просто доска? Позвольте, а что она делает среди бумаг покойного деда? И нет ли в ящике двойного дна?

Он аккуратно вынул доску. Под ней ничего не оказалось. С дотошностью, удивившей его самого, дракон перевернул хорошо отшлифованный кусок дерева. Ему показалось или с этой стороны доска тёплая? Джерв приложил к ней ладонь, и, кроме чёткого ощущения тепла, кожи коснулось лёгкое покалывание. А вокруг по гладкому дереву побежали трещинки. Он бездумно потёр их пальцами, и доска словно отозвалась на ласку.

Из-под трещин на деревянной поверхности выступало изображение. И Джерв вспомнил – вот чего не хватало в кабинете. Тогда – в детстве – он смотрел на картину как заворожённый. Этот портрет был первым магическим портретом, который юный отпрыск брез Серселов увидел в своей жизни. Стоило провести по нему рукой, как нарисованная драконица улыбалась. Сейчас Джерв мог оценить и искусность художника, запечатлевшего выражение глубокой грусти в серо-зелёных глазах и радостную улыбку на свежем, хоть и не юном лице, и мастерство мага, соединившего два портрета в одно целое. И древность картины тоже.

Сейчас двойным портретом никого не удивишь, давно в ходу многоуровневые «живые» проекции. А тогда он воспринял это как красивую игрушку – и только. И с чего отец поднял такой скандал… А скандал был точно из-за портрета! Утихомирить отца смогла лишь мать, а ведь Джерв так и не понял, за что его ругают. Видно, матушка и прятала картину – уж больно знакомая магия. Он внимательнее вгляделся в глаза с портрета – большие, опушённые густыми смоляными ресницами и слишком печальные. Странные глаза… И странно, что вторым изображением была улыбка на том же лице. Даже на старых двойных рисунках художники обязательно живописали обе ипостаси, собственно, для того они и были нужны.

Джерв опять механически провёл рукой по гладкой поверхности, и улыбка расцвела на лице незнакомки. Не красавица, но… В её лице было что-то странно-притягательное. Так улыбалась мать, встречая отца, и дракон поймал себя на мысли, что вовсе не против увидеть живую улыбку драконицы с портрета. Кто она? Где сейчас? Судя по медному оттенку волос, родственницей быть не должна: все брез Серселы после первого оборота становились бронзовыми, во второй ипостаси – темноволосыми с серо-голубыми глазами. Поспрашивать у знакомых про дракониц с медной чешуёй?

Нет, сейчас не время. Нужно вернуть потерянного Повелителя. А значит, попасть в тот закрытый мир.

ГЛАВА 4. Ведьма Александра из рода…

– Не хочу я вас в город отпускать, – вздыхала бабушка. – Род силён единством. А у нас что? Я тут, Катя в столице, ты… Может, на заочное или… как это? Сейчас… дистанционное?

– Нет, – Катька уже всё решила. – Сашке надо проучиться этот семестр, а потом я договорюсь. Переведу её в финансовую академию.

– Грехи наши тяжкие, придётся мне с ней ехать… Не оставят же в покое, ироды.

– Я справлюсь, – вмешалась я. – Ни одного тигра и близко не подпущу.

Катька успокаивающим тоном пообещала, что сама за мной присмотрит. Будто я младенец.

– А кто ж ты? Конечно, дитё малое, неразумное.

– Я взрослая!

– Об этом мы потом поговорим, – заявила сестра. – В любом случае я обещала Еве, что буду заниматься её бухгалтерией. Ну и другой работы в N достаточно, так что с голода не умру.

Она привыкла в столице к другим деньгам, и я совершенно не хотела такой жертвы. Но бабушка повеселела, успокоилась, и… снова расстроить её было бы неправильно. Пришлось смириться, хотя я точно знала, что в защите не нуждаюсь. После всего, что пережила и чему научилась, могу смело называться боевой ведьмой.

Теперь же рядом с Катькой мне предстояли очень скучные четыре месяца. Вряд ли мои сокурсники сильно изменились за лето. Не говоря уже о предметах, одно название которых навевало тоску.

– Все беды от безделья, – Катька любила назидательный тон и повторять за бабушкой. – Я найду тебе занятие. Выбирай: делать квартальные отчёты или работать после института в салоне Евы.

Про салон Евы я, занятая своими проблемами, ничего не знала. Оказалось, что поиски драконьей дочки завершились удачей. Но теперь сделанный под неё гадальный салон запросто мог стать Евиным провалом, потому что дочь Арканова сбежала.

Все драконы – эгоисты и сволочи! Конечно, я пошла помогать Еве. И плевать было на то, что вокруг крутились анималы из стаи Димки Всеволодовича: и я, и заклятья всегда были наготове. Впрочем, медведи показались спокойными и даже доброжелательными, пока я не встретилась с неким Вадимом Мечниковым.

Он отвечал у Евы за охрану и задавал слишком много вопросов. В конце концов я чуть не сорвалась, пригрозила, что после моего отвращающего заклятья ему мало не покажется. Как и парочке тигров до него.

В ответ этот неадекват широко улыбнулся и спросил, не знакома ли я с тигром по фамилии Бергоев. Я честно сказала «нет».

– Как это нет? – возмутился Мечников. – Артур Бергоев, кличка Дизель. Он у них вожак. Ты мне концепцию не ломай, если знакома – ругать не буду. Даже похвалю.

Мне его похвала была до одного места, но пришлось признать знакомство. Вожака Влада звали Артуром. От гадливости меня чуть не передёрнуло, а медведь расцвёл и сообщил, что теперь всё встало на свои места.

Что именно – не пояснил, но хотя бы отстал. Уже хорошо. А потом вернулась драконья дочка. И Ева совсем на неё не злилась. Вроде как Ника пришибла их общего врага, то есть сбежала, но сделала что-то полезное.

Зато злился Мечников. В таком воспитательном раже я даже Катьку никогда не видела. Он отчитывал дракошку как ребёнка: и неблагодарная она, и безответственная, и добра не помнит.

Я бы уже удавку на него кинула, а Ника слушала и не возражала.

– А не свозить ли нам тебя на полигон? Побегаешь, попрыгаешь, пар выпустишь? – предложила она с хитрым прищуром, когда анимал взял паузу на вдох.

Вадим поперхнулся, закашлялся, а потом закатился хохотом. Спустя миг к нему присоединились все, кто был рядом. И Ника смеялась громче всех. Потом она заметила меня и спросила:

– А это что за рыжулька?

– Наша штатная ведьма Александра, – ответила ей Ева. – Саша, познакомься, это Ника. На работе – Ольга Дмитриевна. Сможешь научить её азам предсказаний?

Предсказания – категорически не моё. Не люблю предопределённость, особенно в будущем. Но ради Евы я согласилась.

– Сама я в этом ноль, но у бабушки есть книга по рунной магии. А у Катьки было что-то про Таро.

– Я в это всё не верю, – заявила Ника, совершенно не похожая ни на дракона, ни на Ольгу Дмитриевну. – Дурить доверчивых провинциальных дамочек можно и без обучения.

Но Ева сказала, что её салон должен стать лучшим в городе, поэтому пусть на десять неверных предсказаний будет хотя бы одно правдивое, и потребовала от нас сосредоточиться.

Единственное, что я признавала – это хрустальный шар, но его здесь не было. Ника хлопнула себя по лбу и выдала, что заказывала какие-то магические штуки на Вайлдберрис и что за ними нужно просто сходить к ней в комнату.

Вот тут громко засмеялась я. Да так, что не сразу смогла остановиться.

– Чего она ржёт? – насупилась дракошка. – Я сказала что-то не то?

Ещё бы! Ляпнуть потомственной ведьме, что заказала магический шар в интернет-магазине! Такие вещи делают на заказ и долго настраивают на себя, потому как хрусталь – капризный материал, его даже родственницы не всегда могут вместе использовать. Это нам с Катькой повезло, что силы похожие.

– Да ну вас, – махнула рукой Ева. – Саш, тебе не всё равно, на чём Ника будет учиться? Потом мы, конечно, нормальный инвентарь купим, но сейчас-то?

Но я упёрлась. Пусть сначала покажет, какой там шар. Может, он из розового кварца, такой для ответов Вселенной не годится: только нереальность показывает.

– Вот ты же язва, – не сдержалась дракошка. – Из кварца я только руны заказала. Но тебе и без них скажу: встретишь ты ещё дракона. Влюбишься. Тогда и узнаешь, как маленьких обижать!

И это было, сто по сто через колено, настоящее предсказание.

Сама не знаю, как сдержалась, чтобы не устроить показательную истерику, не нажаловаться прямо тут Катьке и бабушке, не испортить настроение Еве… Мало нашей семье одного дракона. Теперь ещё и предсказанный!

– Ой, – сказала вдруг злоязыкая дракошка. – Я не хотела. Саш, ну чего ты, это же не всерьёз!

– Ника, учись следить за языком, – Ева нервно поправила волосы. – Это – всерьёз. Все ко мне в кабинет, живо!

Пока шла, себя стало так жалко… Мало было мне Влада, теперь ещё и ящерица!

– Ой, – снова сказала вредина. – Ой-ой, Ева, я правда не хотела. Я вообще ни сном ни духом!

– Молчи, провидица доморощенная, – добавил свои пять копеек Мечников, который почему-то тоже пошёл с нами в кабинет.

Вот уж кого я видеть сейчас вообще не хотела. Но он вошёл последним и закрыл за собой дверь. Обвёл всех нас внимательным объединяющим взглядом и сказал:

– Ева, ты и тут отличилась. И как я теперь должен тебя защищать?

– От кого? – слегка ненатурально удивилась она.

– Думаешь, Бергоев не ищет того, кто увёл его ведьму? – во время своей тирады анимал в упор смотрел на меня.

А я-то только сейчас поняла, что у него встало на свои места. Догадливый. Надо ему зелье бестолковости придумать и сварить, чтоб…

– Всевлдыч знает? – резко перебила мои мысли будущая жертва.

Ева быстро покачала головой. Даже мне стало понятно – всё-то Димыч знает. Ещё один догадун.

– Вадюша, – вмешалась Ника, – Ева – друг драконов, никто не посмеет её обидеть или как-то навредить, тем более Бергоев.

Говорила она каким-то странным тоном, как будто брала на себя решение всех наших проблем. Как будто Мечников должен был выслушать и подчиниться. Но этого, понятное дело, не случилось.

– С тобой мы потом поговорим. Отдельно, – отмахнулся он. – И кстати, думать не смей лезть в головы Дроновых, а в мою – даже не пытайся. Штатной ведьме также рекомендую укрепить щит от ментального воздействия.

Я с удивлением подняла глаза и напоролась на виноватый взгляд дракошки.

– А давайте мы его выставим? – тут же предложила она, ткнув пальцем в анимала. – И всё обговорим чисто девочками.

– Нечего вам обговаривать, – рявкнул тот. – Все контакты с Бергоевым прекратить. О любых его попытках связаться с каждой – ставить в известность. Александру с этого момента будут охранять бойцы «Привата». Ника, рот на замок. Ева, ну как так-то? Может, уедешь на время к Всевлдычу?

Ева вздохнула и наотрез отказалась ехать куда-то там к чёрту на кулички.

– Ты преувеличиваешь, – сказала.

– Здесь я отвечаю за безопасность, – отрезал анимал. – И хотел бы отвечать за неё и дальше.

– Ну и отвечай, – разрешила дракошка. – А с Бергоевым мы сами разберёмся. Неужто у ведьм нет какого-нибудь стоящего проклятья?

– Сочувствую твоему отцу, – и откуда у Мечникова столько пафоса? – Любые контакты с тиграми запрещаю.

А я вдруг поняла, что не хочу никакой анимальской охраны. И вообще, как я сама-то про проклятье не подумала? Хорошее, качественное, чтоб кое-что у кое-кого отсохло! Катька там, конечно, уже отметилась, а я ещё нет!

– Он неадекват, ваш начбез, – ворчала спустя полчаса дракошка. – С какой стати он мне вообще что-то запрещает?

– Вадим вменяемый, – возражала ей Ева. – Я с ним поговорю, он поймёт. Не то что твой братец Роман.

– Не трожь Ромку, он хороший, он мне всё разрешает.

– Это пока он ещё себя не проявил.

Так они пререкались о своих анималах минут пять, потом Ева вздохнула и сказала, что теперь-то мне обязательно придётся заниматься с Никой предсказаниями. А главное – следить, чтобы она не пророчила направо и налево, как сегодня.

– Да я вообще не собиралась! – принялась оправдываться дракошка. – Оно само выскочило!

Так оно и бывает. Можно как угодно контролировать язык, удалиться от мира, встречаться с роднёй раз в год по обещанью, но если ты провидица, предсказание всё равно просочится к людям, да ещё в самый неподходящий момент.

Я читала в Книге про одну из прабабок – Аксинью. У неё дар открылся в юности, и поначалу никто не обращал внимания на слова чумазой соплюшки. Но потом девчонка предсказала лесной пожар, из-за которого сгорело полдеревни, и всё переменилось. Аксинью стали бояться, как будто она не будущее разглядела, а сама тот лес и подожгла. Что она только не делала, чтобы не изрекать пророчеств. Только природа дара такова, что сладить с ним невозможно.

– Про дар тебе лучше знать, – не согласилась Ева. – Но Ника должна научиться следить за своими мыслями.

– Я научусь, – пообещала дракошка. – Потом. А сейчас у Сашки есть предложение.

У меня предложение было, но я совершенно не собиралась его озвучивать. И… откуда она узнала?

– Короче, она знает одно симпатичное проклятье. Сама скажешь или мне доверишь? – бесцеремонно продолжила Ника. – Ева, оно называется не…

– Нестояк оно называется, – буркнула я. – И прекрати меня читать.

– Ты просто очень громко думаешь. Я и не хотела бы тебя читать, но не получается, – ответила она. – Ну, проклятье есть, нам осталось только решить, как встретиться с Бергоевым так, чтоб об этом не узнали медведи.

– Сбежать под отводом глаз? – предложила я.

– По запаху найдут, – с видом эксперта покачала головой Ника. – Я пока не очень в ментальной магии, необратимо вредить не хотелось бы. Ев, может, ты? Вампирским гипнозом?

– Не надо никакого гипноза, – загадочно улыбнулась Ева. – Есть способ проще.

Способ проще звали Алисой. Она была сестрой Димки Всевлдыча и в его отсутствие заправляла всеми делами медвежьей стаи. С Евой они дружили чуть ли не с детства, так что вопрос решился в считанные секунды.

– Проклятье? Для Бергоева? – медведица орала в свой гаджет так, что мне было всё слышно в трёх метрах от Евиного айфона. – Наконец-то! Я хочу увидеть эту замечательную ведьму!!!

Оказалось, что у Алисы, помимо дружбы с Евой, имелась личная заинтересованность. Бергоев сватался к ней, но получил отказ, а потом подговорил своих приятелей из другого клана отправить Алисиному отцу какое-то брачное предложение.

– Не какое-то, а на предъявителя, – медведица фырчала как настоящая, только забавно почему-то не было. – Это, видишь ли, такая штука, от которой нельзя отказаться.

– Вот с этого места поподробней, – вмешалась Ника. – Мне ещё Надька что-то такое говорила, но объяснить толком так и не смогла.

Мы сидели всё в том же Евином кабинете, куда Алиса примчалась буквально через двадцать минут после звонка. Под окнами для пущей секретности караулила та самая Надька – помощница Ники, а на кабинет я навесила изолирующее заклятье. А то ведь у оставшихся не у дел медведей очень острый слух…

– Поподробней тебе? – переспросила Алиса и прищурилась. – Такое предложение посылают, когда стая готова на всё ради новой крови. Если невесте не приглянется жених, тут же найдут другого, третьего и так далее, пока ей брыкаться не надоест. Поэтому отказаться без очень веской причины не выйдет.

От анимальских обычаев во рту стало горько. Ника посмотрела на Еву и по-хозяйски потянулась к электрическому чайнику. Та достала из шкафчика чашки и вынула из ящика стола здоровую коробку зефирок.

– Веская причина – это беременность? – уточнила Ника, взглядом гипнотизируя зашумевший чайник.

– Невесту с приплодом ценить будут ещё больше. Это же прежде делалось, чтоб кровь в стае освежить, – анималка свела густые брови к переносице. – Веская причина – как раз бесплодие.

– Блин, – ёмко прокомментировала дракошка.

Ева разложила в чашки пакетики заварки и разлила кипяток. Подвинула ко мне зефир, потому что прыткие дракошка с анималкой уже успели выхватить по паре штук, и сказала:

– Вы же все понимаете, что бесплодие надо будет доказать?

– Так позориться вообще не вариант, – фыркнула медведица. – И ведь до главного-то я ещё не дошла. Тоха нашёл переписку Бергоева с его приятелем из Горного клана, где всё вплоть до формулировок. Даже пытался жаловаться, но драконий суд ему отказал.

– Первый раз слышу, – возмутилась Ника. – Почему отказал? А… Типа доказательства добыты незаконно?

– Точно не знаю, меня там не было, – пожала плечами Алиса.

– И что теперь делать? – не выдержала я. – Так же нельзя!

– Кстати, да, – поддержала меня дракошка. – Спускать такое Артурчику? Ну папаша, учудил так учудил. Напиши заявление по всей форме, как там у вас положено, я разберусь. А сейчас мы поедем проклинать этого безмозглого тигра.

– Да! Да-да-да! – обрадовалась медведица. – Езжайте спокойно, я вас прикрою. Саша, ничего не бойся, ты под моей защитой.

– Ты, главное, Вадика куда-нибудь отправь и братцев Никиных, – напомнила о проблеме Ева. – А то ведь нам запрещено с тиграми общаться.

Алиса обещала, что сделает, а потом поделилась данными медвежьего наблюдения: оказывается, тигриный вожак нынче устроил очередные покатушки за городом, так что ловить его нужно на трассе между Цапаевкой и сороковым километром. Где это, я понятия не имела, но Ева кивнула и велела грузиться в её вольво. Похоже, у подруг детства всё было давно отработано: Алиса вышла из кабинета первой и увела за собой всю анимальскую охрану. Потом выскочили мы и стартанули, едва успев захлопнуть двери.

Запылённая дорога вела из города. С одной стороны виднелись пока ещё зелёные купы деревьев. С другой – поля, покрытые желтоватой травой или стернёй. По встречке проносились редкие легковушки и большегрузные фуры. Ева объяснила, что тигриный вожак любил гонять здесь на своих дорогущих спорткарах, за что и получил прозвище Дизель. Между Цапаевкой и сороковым километром было одно из его любимых мест – придорожный байкерский бар. Встреча состоялась именно там.

– Не ожидал, – промурлыкал он как кот, поднимаясь нам навстречу. – Ненаглядная, драгоценная, сладкая! Просто не верю глазам.

Ева с Никой улыбнулись и поздоровались, а я не могла выдавить из себя не то что улыбку, банальный «привет». От ненависти заискрило в глазах.

– Возьми себя в руки, – прошипела Ника и прикрыла меня спиной.

Ева встала с другой стороны, и я быстро вспомнила, для чего здесь, встряхнулась и огляделась. В баре было полно тигров (штук семь или восемь), которые расселись вокруг столов. Отсутствовал только Влад. У барной стойки крутился хозяин в бандане с черепушками да принимали разнообразные соблазнительные позы несколько молоденьких девиц.

В это время Бергоев предлагал всем выпить, но Ева была за рулём, Ника со вздохом сообщила, что в завязке, а я…

– А я – с удовольствием. Текила есть?

Понятное дело, текилы в байкерском баре не оказалось. Кое-как нашлось паршивое виски, я скривилась, но низкий стакан из рук вожака приняла. В процессе наградила его проклятьем – ничего, кроме прямого контакта, и не требовалось, разве что нудная подготовительная работа, которую я проделала по дороге в Евином вольво.

– Чем обязан такому счастью? – Бергоев ничего не заметил. – Неужели Саша решила вернуться в стаю?

– Она никогда к ней не принадлежала, – усмехнулась Ника. – Я, собственно, хотела сказать пару слов о наших делах. Мы с тобой в расчёте: ты помог вытащить моего друга, я прикрыла твою задницу в деле с приворотом. Согласен?

– Как я могу возражать самой Дьер Даназ? – с непонятным выражением ответил проклятый тигр.

– Значит, начинаем с чистого листа, – кивнула Ника.

– Это угроза? – уточнил Бергоев с тем же непонятным выражением.

– Артур, Ника хочет просто поговорить, – вмешалась Ева, усаживаясь за стол напротив него. – Или ты настроен исключительно враждебно?

Тот обозвал Еву ненаглядной и сообщил, что настроен исключительно дружелюбно. Вот только никак не может разобраться, отчего все самые прекрасные девушки выбирают не его, а медведя Дронова?

– Сердцу не прикажешь, – хмыкнула Ника.

Так и подмывало ответить, что Димка Всевлдыч не ставит на прекрасных девушек меток и не… Ладно, этому я уже отомстила. Остался Влад. Но тут подошёл другой тигр, который пристально следил за мной с самого начала.

– Эта? – спросил он у Бергоева.

Ева напряглась, а Ника заметила в пространство, что в стае Бергоева встречаются совсем невоспитанные особи. Вожак кивнул вроде как ей, с извинением, но невоспитанная особь почти мгновенно оказалась рядом со мной. Проклятье, которое было наготове, чуть ли не само с облегчением прыгнуло на анимала.

– Твои тигры нам не рады, – неодобрительно сказала Ева. – Поедем мы, пожалуй.

– Мы как раз рады, особенно… – рыкнул незнакомый псих рядом с моим ухом, но вожак его перебил.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.