Алексей Литвинов
Сказания о Книгах Силы. КНИГА I: «ПРОКЛЯТЫЙ»

Глава 1

РАНЕЕ «ОХОТА»

«Интересно, если бы магия в нашем мире была чуточку проще, снисходительнее к нам, к магам, к нашим ошибкам и неточностям в принятых решениях, жить стало бы проще? Или все-таки основной наш соперник – Судьба?».

Запись из дневника Фреди-Калина Ла Фиточи.

1157 год. Восточные земли, государство Ательмора.

Часть 1

Любой охотник скажет вам, что в охоте главное не торопиться. Хищники тщательно изучают свой предмет охоты, свою цель, свою добычу. Охотники делают выводы из полученных знаний и готовятся к каждому шагу, который приведет их к цели. Ликование – лишь результат проделанной работы, потому достижимое становится неподдельным счастьем.

Однако, бывает, что ситуация не терпит отлагательств. Она требует быстрых решений и действий, без раздумий, но и без права на ошибку.

Именно поэтому отряд из пяти Истребителей, посланных Королем Верайти Третьим для исполнения единственной задачи: уничтожить зло в восточных землях Ательмора, в ночи, под светом двух лун, мчится сломя голову, загоняя лошадей. На восток, где произошло ужасное, где смерть под руку с отчаянием и ужасом гуляет по улицам небольших поселений.

Все пятеро облачены в легкие кожаные доспехи темно-зелёного цвета и того же цвета мантии с глубокими капюшонами. На груди Истребителей красуется герб из серебра в виде древа с корнями и пустыми ветвями.

Всадники неслись по извилистой каменной дороге, разрезая тишину ночи звонким топотом капыт, один за другим, колонной. Впереди всех гнал своего коня пепельно-черного окраса командир отряда. Мужчина средних лет с темными аккуратно уложенными волосами и короткой бородкой, и усами, обрамляющими мужественные скулы и подбородок.

Тэррад Аульд без тени сомнений пересек границу ночного леса, ведя за собой отряд. Истребителей окружили огромные, массивные стволы хвойных пород деревьев. Дорога из хорошей каменной трапы превратилась в преграждаемую, торчащими из земли, крупными корнями деревьев. Скорость пришлось сбросить, после безумного галопа лошади перешли на легкий прогулочный шаг. Однако, Тэррад знал, что быстрее дороги к Фитчиту нет. Маленькая пастушья деревушка расположилась аккурат за лесом. Дорога, которая огибает лесную чащу заняла бы еще неменьше суток, а если идти без отдыха, то через лесной массив к утру отряд точно доберётся до Фитчита.

Лес во тьме звучал совершено иначе, чем поле, по которому дорога завела всадников в хвойный массив. В нем чувствовалась жизнь; трава шелестели в унисон игривому ветерку, а иглы, обитающие на хвойных ветвях, скрипели, касаясь друг друга, создавая ощущение, что скрипачи скрылись за тучными стволами.

– Броксан, освети путь лошадям. – прозвучал басистый голос человека, ведущего колону.

Мужчина с длинными светлыми волосами, которые свободно падают на плечи, замыкающий колону верхом на гнедой кобыле, легким движением руки расстегнул тонкую, плотно облегающую сумку и коснулся золотистого корешка книги, которая была скрыта в кожаном тайнике. Книга замерцала с легким, едва слышным шипением оторвалась от дна сумки и плавно выравнялась на уровне груди мужчины без всякого физического воздействия. Вокруг корешка книги, там, где она касается пустоты, можно было увидеть тончайшие, почти невидимые нити солнечного света. Обложка книги была исполнена в золотых тонах с узором в виде половины солнца на лицевой стороне и выгравированными глифами древнего наречия на тыльной.

Книга не статична. Она следует за движениями Броксана, идеально выравниваясь против его взгляда. Если маг поворачивается, книга поворачивается мгновенно, как бы предвидя его следующий шаг.

Броксан глубоко вдохнул, наполнив легкие. Его освещённое светом, исходящим от книги, лицо замерло, светло-голубые глаза смотрели прямо в книгу, неподвижно. Вдруг страницы начали самостоятельно перелистываться до тех пор, пока не открылась нужная. Письмена на той странице загорелись ярче и из книги с вырвались прозорливые огоньки солнечного света, издавая легкие хлопки. Они быстро переместились к лошадиным ногам и те ускорили шаг. Вокруг колонны стало уютно и светло.

Перед гнедой кобылой Броксана шагал, отбивая ритм, рыжий конь с чернеющей у копыт шерстью. Конь по кличке Воротник, его так прозвали из-за странной привычки грызть воротники людей, которые к нему подходят, был надежным средством передвижения для молодого юноши девятнадцати лет.

Шалд впервые отправился на задание с Истребителями. Он восемь лет провел в одной из магических академий Ательмора и наконец выпустившись, попал в отряд Тэррада.

Юноша чувствовал, как быстро колотится собственное сердце; то, что он впервые отправился на задание возбуждало его рассудок. Все вокруг интересовало Шалда. Будучи кадетом Боевой Академии Ательмора, он никогда не покидал её стен.

Шалд размышлял о своих товарищах: «Почему Кайсель Марро поступил на службу в Истребители» – мысль не покидала его головы. Марро – род магов огня, известный даже за пределами Ательмора. Нет совершено никакой необходимости, чтобы он вступал в ряды Истребителей; такие как он обычно шли в армию и довольствовались: влиянием, деньгами и славой. «Что же может дать служба в рядах Истребителей таким как Кайсель» – эта мысль заставляла Шалда гордится и собой, ему казалось, что если представители знати идут в Истребители, то и он сделал правильный выбор.

– Мальчик! – Шалд чуть покачнулся в седле, не ожидая, что чей-то голос перебьет звуки леса. Броксан поравнял свою гнедую кобылу с Воротником; его Книга Силы все также легко парила в воздухе и словно предугадывая его движения всегда опережала их и оставалась на уровни груди мага. – Мы не успели толком познакомиться. – необычно мягкий голос прозвучал из уст сурового на вид мужчины. – Я – Броксан Афирши, заместитель Тэррада Аульда, командира второго отряда Истребителей Ательмора. – представился мужчина и как только закончил говорить, приветственно кивнул.

– Шалд Клифар, член второго отряда Истребителей Ательмора, выпускник Боевой Академии Ательмора и ваш новый товарищ. – юноша расплылся в широкой, искренней улыбке, которая затронула все лицо. Щеки поднялись, создавая глубокие ямочки, которые хорошо были заметные в магическом свете, созданном Броксаном.

– Ага, ага, мальчишка. – ответ Шалда заставил искренне порадоваться опытного Истребителя. – Если не сочтешь мой вопрос наглостью, то ответь на него, пожалуйста. – Броксан на удивление юноши вел себя почтительно. – Правда ли, что твой Чикаранохон Высшего Порядка?

– Вы о моей Книге Силы… – юноша не видел ничего наглого в вопросе товарища. – Да, это правда. – легко ответил он; однако и был удивлен формулировкой вопроса.

Броксан молчал минуту, а затем улыбнулся и произнес:

– Хорошо, что ты теперь с нами, юнец; однако привыкай от ныне называть «Книгу Силы» на истинном языке…, «Чикаранохон», говори на древнем наречии, говори как маг, ты больше не кадет, мальчик. Помни: слова имеют силу…, да и иностранцы не поймут тебя, если ты будешь называть великое чудо на нашем языке, друг мой.

– Буду, Броксан Афирши. – осознано ответил Шалд.

– Зови меня: «Броксан». Нам ни к чему фамильярничать друг с другом… Если только ты надеешься разделить со мной постель. – лицо Броксана напряглось в фальшивой серьезности. – Но, парень, как бы ты этого не хотел, я тебя разочарую, моя кожа не такая бархатная и нежная как у девок из ваших академий, да и ты вовсе не такой сочный как женщины с севера Ательмора. – Броксан захохотал, чем привлек внимание, идущих перед ними Кайселя и Глейна, даже командир обернулся; однако, это не помогло Шалду сдержать смеха, уж слишком хорошо Броксан изображал любовника.

– Что ты там такое рассказываешь, старик? – бодрым голосом спросил Глейн, искренне заинтересовавшись.

Мужчина стал отмахиваться, заливаясь смехом.

«Хорошо, что они смеются». – неслышно прошептал Тэррад и легко улыбнулся.

Истинная Луна все еще была высоко, озаряя серебром макушки деревьев; мантии, капюшоны Истребителей и лошадиную шерсть. Кровавая Луна также отбрасывала свой алый свет на путников. Лесной марш продолжался, а впереди – Фитчит, где произошло ужасное.

Часть 2

Тэррад приказал спешиться и вести лошадей за узды; лес стал гуще, Шалду казалось, что деревья вокруг давили на него, становясь все более и более непроходимыми.

Солнце начло подниматься, даруя первые теплые лучи; Броксан наконец смог закрыть свой Чикаранохон и убрать его в сумку-кобуру. Он тяжело дышал и покрылся каплями пота, поддерживать свет в течении пяти часов подряд – задача тяжёлая, изнуряющая и требующая восстановления. Мужчина продолжал путь молча, сосредоточившись на восстановлении магической энергии.

Шалд успел пообщаться с Кайселом и Глейном. Юноша невероятно удивился, что Глейн тоже оказался из невероятно богатой и известной семьи. Его фамилия была Тардо – семья сильнейших магов-призывателей в родных краях юноши; члены этой семьи знамениты своими запасами магической энергии и призывом самых необычных и могущественных существ и оружий. Сравниться с ними могут, разве что Яркоглазые.

«Какой же необычный или даже невероятный второй отряда» – мысль задержалась в голове Шалда, он был горд новыми знакомствам; однако Глейн казался ему мрачным как в манере общения, так и внешне.

Глейн был немногим старше Шалда. Лицо юноши казалось четко очерченным: угловатые скулы и сильная линия челюсти. Черты его лица были резкие, тонкие и аристократичные, но с оттенком суровости; Глаза: светло-синие, проницательные с четко очерченными темными бровями. Его длинные черные волосы собраны высоко на затылке в высокий, торчащий пучок, кончики которого выглядят немного растрепанными и направленными вверх, а бока были очень коротки острижены, открывая форму черепа. Такой образ казался Шалду бунтарским; он привык коротким стрижкам, либо длинным, но таких комбинация еще не видывал.

– По коням! – вдруг крикнул командир и все пятеро словно кошки, ловка вскочили на лошадей, безоговорочно исполняя приказ и погнали их. Погнали, набирая скорость, словно превращаясь в выпущенную стрелу, мчась за наконечником, огибая редеющие ряды деревьев.

Лишь спустя две или три минуты бешенной спешки Шалд почуял едкий, но слабый запах дыма, становившийся все сильнее.

«Неужели командир почуял этот дым еще тогда, когда скомандовал забраться на коня». – Шалд был ошеломлён внимательностью Тэррада.

Ритмичный звук, скачущих копыт вынес всадников из леса, развивающиеся плащи свистели, разрезая воздух. Свежий запах хвои сменился едким, дымным.

В далеке виднелись некогда деревянные избушки; еще недавно они были уютными, светлыми убежищами для пастухов Фитчита. Теперь же дома превратились тлеющими факелами, кострами никому не нужными. Шалд видел, как искажалось пространство вокруг не статичного пламени; он знал, что этот эффект появляется от огня, потому что оно постоянно меняет свою форму, плотность и интенсивность. Это означало, что сгорело еще не все, еще есть возможность что-то спасти.

Командир тоже это осознавал.

– Броксан! «Возьми моего коня!» – прокричал Тэррад, затем быстрым движением провел по своей сумке-кобуре, которая висела на поясе и оттуда мгновенно вырвался Чикаранохон. Зеленая книга с изображенным смерчем на лицевой стороне мгновенно раскрылась и перелистнулась, не издав ни звука; открылась нужная страница, корешок Книги блеснул зеленым светом, затем тоже самое повторили символы и глифы на страницах; командир оторвался от седла, его тело покрылось зеленым прозрачным свечением магической энергии, вокруг мужчины кружили небольшие, но видимые потоки ветра; командир дождался пока его Чикаранохон поравняется с грудью и когда Книга оказалась прямо напротив серебренного древа, с шумным хлопком сорвался с места. Разрезая воздух, летя в сторону Фитчита, командир быстро удалялся от своего отряда.

– Тэррад, что же ты творишь… – Броксан подхватил узду пепельно-черного коня и более яростно стал гнать уже не только свою гнедую кобылу, но и мощного коня командира.

Все старались ускориться, каждый член второго отряда Истребителей Ательмора; за командиром, на помощь выжившим, на помощь небольшой деревушки фермеров. Никто не чувствовал страх, а Шалд даже ощущал азарт, именно он гнал своего Воротника быстрее всех.

Зелень луга, по которому неслись всадники быстро превратилась в пепельную черноту выжженной земли. Тем временем утреннее солнце уже совсем озарило землю.

Со стороны деревне донесся оглушающий хлопок и в следующее мгновение буйный порыв ветра накрыл всадников; он был беспощаден; Шалд еле удержался в седле, порыв ослепил его, юноша не мог открыть глаза, не мог дышать, безудержный поток оглушил его, единственное, что чувствовал молодой Истребитель это усилившийся запах едкого дыма.

Воротник поднялся на задние ноги, согнутые в скакательных суставах, а передние прижал к груди, на секунды замерев; конь не привык к таким сильным ветрам, он хоть и тренированный, но не часто выходил за пределы тренировочных баз.

Ветер также быстро исчез как появился. Недоумевающий Шалд остановил коня, переводя дыхания и протирая глаза.

– Это командир! – прокричал Броксан, пролетевший мимо юноши.

Шалд пришел в себя, пелена пропала с глаз, и он погнал коня, пытаясь нагнать товарищей. Теперь перед ним предстала иная картина. Огня больше видно не было, лишь дым, который черной мглой собирался над деревней.

Приблизившись к Фитчиту, всадники увидели тела: молодые мужчины в зеленых обмундированиях как у Истребителей; однако с иными гербами, но изуродованные огнем, кровью, землей распознать их было невозможно; помятые, покрошенные тела тех, кто не мог защищаться, кто бежал, спасая свои жизни: женщины, старики и дети.

Войдя в опаленную деревню, всадники заметили, что нет никаких признаков боя или бегства, поэтому замедлили ход. Люди вокруг испугали Шалда; они рыдали, орали, стонали. Юноша обратил внимания на маленькую девочку, которая как ему показалось плакать уже не могла, она сидела рядом с растерзанным, напоминающим женское, телом; ребенок беззвучно открывал рот, но звуков не произносил, её лицо, залитое слезами и соплями, посинело.

Не выдержав юношу, повернул голову перед собой. Вокруг витали запахи пепла и крови. Жители Фитчита пали перед ужасом, который коснулся крошечной точки на карте огромного мира.

Отряд спешился, когда пришел в самый центр бывшего поселения. Тэррад стоял, окруженный несколькими спасенными. Из земли вокруг торчали каменные обломки, которые когда-то были центральной площадью.

– Биантай? – прозвучал тревожный голос Броксана, подошедшего к командиру.

– Да. – командир не отвлекся на своего заместителя, он очень внимательно слушал рассказ пострадавших фермеров, которые могли говорить. – Кто-то из ваших обратился?

– Нет, Резец…, он появился с запада. – фермер с обгоревшим лицом, которое кровоточило, говорил почтительно. «Резец» – это вежливое обращение к членам Истребителей, которое означает, что они вырезают «Тьму» из мира.

– Как он выглядел? – спросил Тэррад. Он очень внимательно смотрел на собеседников.

– Как туча…, наверное… – фермер не был силен в разговорах, его дело пасти, стричь овец, это он умел.

– Он выглядел как бесформенный сгусток тьмы. – к разговору присоединился старик, который стоял рядом с фермером, опираясь на мужичка.

– Большой?

– Размером с вашего коня, Резец. – старик указал на коня, которого привел Броксан.

– Небольшой. – вырвалось у Шалда; он знал о Биантай лишь из уроков в академии и того, что прочел.

– Это нехорошо. – заметил Кайсель, его глаза уставились на командира, но они были совершено безучастны; смотрел он точно куда-то во внутрь себя, маг окунулся в собственный поток мыслей.

– Скажите, а остались ли живые среди магов, которые сражались с Биантай? – спокойно продолжал расспрос командир.

– Нет, все померли. – ответил обожжённый фермер.

– Его способности связанны с огнем?

– Да, Резец, еще с каким огнем…, с черным пламенем, адским пожаром…

– Его невозможно было потушить? – нервно перебил старика Кайсель.

– Да, настоящее порождение проклятия. – слеза скользнула по дряхлому, изрезанному морщинами лицу.

– Не может быть… – маг из знатного рода затрясся, его пронзительно-серые глаза задрожали, расширившись, словно он смотрел в лицо ужасу.

– Куда он ушел? – спросил командир.

– На северо-запад к Каньону Висалда.

Тэррад резво вскочил на коня и был готов рвануть, но услышал:

– Уничтожьте его, отомстите за жителей Фитчита… – в глазах старика виднелась мольба; командир отвернулся и погнал своего коня на северо-запад. Остальные бросились за ним.

Часть 3

«Мы сутки в пути. Нужно дать людям отдохнуть. Кони тоже уже не такие резвые как хотелось бы. Насколько я помню карту западного Ательмора, от Фитчита до Каньона Висалда нет населенных пунктов, а значит, Биантай не кому не угрожает. Нужно дать людям поспать. Каньон задержит обернувшегося. Завтра мы его нагоним. Нужно обдумать всю информацию, которая есть о сопернике и придумать план.» – обдумал Тэррад и решил сделать привал.

Командир поднял руку верх и сжал ладонь в кулак. Истребители поняли, что Тэррад скомандовал отряду остановиться; они сошли с дороги и принялись разбивать лагерь. Вокруг распростёрлось поле; кони принялись жадно щепать траву, колыхающуюся на ветру, все всадники разгрузили лошадей от сумок и вещей, которые взяли с собой в путь.

Место было выбрано не случайно, поле позволяло видеть любые движения к Каньону и из него; при необходимости можно было предостеречь идущих на северо-запад и уничтожить Биантай, если он решит развернуться.

Вокруг царила тишина, оглушающая и бесконечная, нарушаемая лишь изредка, пролетающими птицами. Шалд смотрел на Кайселя. Молодой человек имел чрезвычайно прямую и уверенную осанку; он всегда держался с ощутимой грацией и самообладанием что в седле, что на земле; лицо Кайселя имеет выраженные, слегка угловатые углы; волосы: густые, иссиня-черные, уложены в слегка небрежном, стиле; они имеют естественную волнистость, спадая на лоб и обрамляя лицо, что придает ему юношескую живость, несмотря на формальность образа жизни, которая присуща членам знатных семей. «Почему он так напрягся из-за черного пламени?» – юноша вопрошал к себе, но не мог найти объяснений.

Мысли юноши были прерваны командой Тэррада. Отряд собрался около командира; все удобно расположились на мягкой траве, командир достал из-за пазухи истрепанный блокнот, обернутый в кожаную обложку, и начал:

– То, зачем мы гонимся – это не обычный Биантай. – Тэррад говорил, пытаясь заглянуть каждому члену его отряда в глаза. – Судя из слов старика, он не ниже второго обращения, а после атаки на Фитчит скорее всего достиг третьего.

Из уроков мистера Дью в Академии, Шалд знал, что трижды обернувшийся Биантай – это самый опасный из всех; он решил уточнить у командира:

– Командир, если позволите, я хотел бы узнать: на сколько опасны трижды обращенные Биантай?

– Ты раньше не встречал Биантай, верно? – увидев положительный кивок Шалда, Тэррад продолжил. – Основное, что отличает Биантай третьей ступени от остальных это то, что они могут обретать форму человека, мыслить и сражаться как человек; они перестают подчиняться инстинктам и становятся грозным соперником. Это лишь малая часть, но основная. Сражаться с интеллектом врага зачастую сложнее, чем выступить против противника, ведомого чувствами. Я уверен этому вас обучали в Академии.

– Я понял, командир.

– Кайсель, расскажи нам о черном пламени? – командир обратился к члену знатной семьи и приготовился записывать в своем блокноте.

– Могу сказать однозначно что, это сильнейшее пламя из существующих. – (все слушали, затаив дыхания). – Его особенность в том, что потушить его невозможно. Черное пламя перестает гореть лишь тогда, когда его цель превратилась в пепел.

– Как сражаться против этого? – записывая, уточнил командир.

– Меня учили бежать, а не сражаться, если встретить мага с таким пламенем; однако, одну характеристику я все-таки могу выделить как слабость. Черное пламя не подчинятся магу, оно горит по своей воли. Скорее всего Биантай может лишь призвать пламя где-то у цели, но дальше оно действует самостоятельно.

– Это хорошо. – пробормотал Тэррад, старательно орудуя карандашом, продолжая писать. – Броксан, останься. Остальные, разбейте лагерь.

Вдруг послышался стук копыт, к еще не успевшему образоваться лагерю-привалу приближалась размывчатая тень, которая обретала образ, приближаясь к Истребителям.

Это была темнокожая женщина в платье, больше напоминающем мешок, обмотанный кожаными ремнями; выглядела она по-иному, чем жители Ательмора; её длинные рыжие волосы были заплетены в тугие толстые косы, кожа темная, покрытая пигментацией.

– Куда вы направляетесь? – остановив путницу, спросил Кайсель.

– В Мальдин. – женщина ответила с таким акцентом, что её слова оказались лишь несвязными звуками.

– Вы из Элл’Коада? – спросил Шалд на Элл’Коадском, удивив при этом товарищей.

– Да, юноша. – ответила женщина и улыбнулась, услышав родной язык; улыбка оголила рот, в котором было небольшое количество зубов.

– Вы давно странствуете? – увидев рот женщины, предположил Шалд.

– Сколько себя помню, мальчик. – незнакомка продолжала улыбаться, слыша «Язык Песен» так в мире называют Элл’Коадское наречие. – Я – Рег’Фа’Лиана. А ты?

– Что она говорит? – раздражённо спросил Глейн.

– Она представилась. – юношу ответил товарищу. – Меня зовут Шалд Клифар. – затем ответил любезностью иностранке.

– Скажи ей, что я Кайсель Марро, своим именем и именем второго отряда Истребителей Ательмора запрещаю идти дальше. – грозно заявил молодой человек. Шалд перевел все в точности.

– О…, он ведет вас на смерть. – указывая своим скрюченным пальцем на командира, который в это время что-то обсуждал с Броксаном, проговорила незнакомка. – Второй отряд – это плоха. «Два» на Языке Песен звучит как «Элл’аада» и «Смерть» звучит как «Элл’аада». – вдруг женщина перешла на язык Ательмора и говорила совершено свободно, немного хрипя. – Смерть всегда вторая после жизни…, тьма всегда следует за светом… Плохой отряд, отряд мертвецов. – женщина смачно сплюнула на траву и повела свою серую клячу в обратном направлении, туда, от куда пришла.

На мгновение зависла тишина, которую прервал Глейн:

– Больная! – молодое лицо исказилось, превратившись в презрительную гримасу.

Вечерело, когда наконец был разведен костер, вокруг которого образовался уютный ночлег под чистым небом. Истребители поужинали вяленым мясом и хлебом. Шалд был очень голоден, поэтому ужин казался ему лучшем, что он когда-либо пробовал. Командир приказал лечь спать после приема пищи. Недолго, всего три часа и в путь. К утру они как раз должны были достичь Каньона Висалда.

За ужином Тэррад и Броксан рассказали план уничтожения Биантай:

– Первым дело нам необходимо выяснить все способности врага, поэтому изначально мы выстроимся следующим образом: я пойду первым, если он действительно не может управлять Чёрным пламенем, то с моим Ветряным Покровом я выстою, я постараюсь найти слабое место в защите Биантай; Шалд, ты пойдешь за мной; первая твоя задача – контролировать поле боя. На сколько мне известно из Академического отчета о тебе, ты сильный маг контроля. – Шалд уверено кивнул, а командир продолжал. – Глейн, ты поможешь Шалду с контролем поля боя, но с расстояния; твоя основная задача – защитить Кайселя; что касается тебя, – указывая на члена великого рода пламенных магов, продолжал Тэррад. – ты будешь позади всех; ты основная мощь отряда, не атакуй часто в начале боя, береги силы, начинай выкладываться, когда я прикажу. – Кайсель внимательно выслушал командира и моргнул, чуть качнув головой, показывая, что все уяснил. – Броксан будет в самом центре, он – это наша связь между фронтом и тылом; его основная задача – поддерживать нас в бою. – командир перелистнул лист блокнота и продолжил. – Первая фаза боя – это разведка. Мы немного знаем о способностях Биантай, поэтому основной целью первой фазы будет узнать, что он может и оценить, что нам с этим делать. Вторая фаза боя – это переход к основным действиям. На этой стадии Кайсель начинает атаковать во все орудия, мы с Шалдом переводим дух. Главное – обращаясь к новобранцу, произнес Тэррад. – не попади под атаки Кайселя. Если Биантай не умрет во второй фазе, то точно изрядно вымотается. У нас есть преимущество в лице Броксана, который сможет подпитывать нас в течение боя. Третья фаза боя наступит если Биантай выдержит атаки Кайселя; заключается она в сильнейшем наступление. Все могут использовать свои самые сильные заклинания, которые знают. В этой стадии боя Биантай должен будет пасть любой ценой. – Тэррад стукнул себя кулаком по груди и объяснил, что этот жест будет означать переход к новой фазе.

– А что, если Биантай не падет в третьей фазе? – вдруг вырвалось с уст Шалда.

– А что ты предлагаешь? – громом прозвучал голос командира. – Бежать?

Шалд не ожидал такого вопроса от командира; его мысли начали путаться и на лбу выступила капля пота; он ещё никогда не попадал в столь неловкую ситуацию.

– Мальчик, третья фаза боя, всегда означает умереть, но сделать. – вмешался Броксан.

– На этом все. Ложитесь спать. – скомандовал Тэррад.

Шалд укрылся походным одеялом и смотрел на звёздное небо. Уснуть он не мог; в голове юноши крутились образы, которые его память запечатлела в Фитчите, особенно девочка рыдающая без звука; он оценивал план командира снова и снова, но его оценка никогда не заканчивалась чем-то благоразумным, поскольку Шалд не знал способности своих товарищей, что приводило его к новым мыслям о том, что не хватило времени хорошо познакомиться, что их сразу направили на задание. Также из головы не выходили слова Броксана: «Мальчик, третья фаза боя, всегда означает умереть, но сделать», которые эхом приносили с собой слова иностранки: «…он ведет вас на смерть».

Часть 4

Шалд открыл глаза, не знавшие сна в эту ночь, от крика командира: «Он приближается! Все по местам!». Вскакивая с мягкого лежака из сумок и сменой одежды, юноша почувствовал запах гнили, едкий, смердящий запах трупа.

Черная бесформенная масса неслась в их сторону. Её хаотичное движение было резким и плавным одновременно. «Видимо тварь не смогла преодолеть Каньон и решила развернуться.» – проговорил Броксан и быстро прогнал лошадей.

Весь отряд выстроился как было оговорено. Командир и Шалд встали впереди, ожидая первыми встретить тварь; Броксан расположился за ними в метрах ста; Кайсель и Глейн ушли ещё дальше. Все готовились встретить чудовище.

– Шалд, все будет хорошо! Не волнуйся. – повернувшись, произнес командир. Юношу удивила искренняя улыбка Тэррада, которая очаровала его. – Приготовьте Чикаранохон!

Шалд понял, что началось его первое настоящее задание; он, немного замешкавшись раскрыл сумку-кобуру, в которой хранилась его Книга Силы, сосредоточился и легким касанием корешка воззвал к Чикаранохон. Книга засветила светло-фиолетовым и плавно, но быстро взмыла в воздух, оказавшись перед его грудью. Юноша чувствовал тепло, которое всегда сопровождало его, когда приходилось использовать Книгу Силы.

Переплет Чикаранохон Шалда сделан из состаренной, но невероятно прочной кожи цвета темного ореха, по краям которого были массивные бронзовые накладки, служащие не столько для украшения, сколько для армирования. Эти металлические элементы покрыты витиеватой, но строгой резьбой, уходящей корнями в древние орнаменты, символизируя незыблемость и традиции тех, кто владеет этими знаниями. В самом сердце обложки, в глубоко утопленной нише, сияет сердце артефакта. Здесь бронза уступает место глубокому свету, создавая фон для центральной рунической печати. Свет, исходящий из этого круга, ослепительно-фиолетовый в центре, переходит в яркий, электрический голубой, отбрасывая резкие блики на окружающий металл. Звездчатый, сложный сигил в центре, кажется, вращается сам по себе, пульсируя энергией. Каждый Чикаранохон индивидуален и не имеет идентичных себе собратьев.

– Вперед! – прокричал Тэррад и снова взлетел как тогда, перед Фитчитом.

– Вперед! – эхом пронёсся крик отряда по полю.

Черная мгла и командир неслись друг на друга с огромной скорость. В движение Тэррад сотворил Ветряной Клинок. Вокруг его предплечья образовалась зеленоватая прозрачная энергия и обвивая кисть спиралью вышла за её приделы, затвердев, обретя вид лезвия из ветра, став продолжением руки командира.

Тэррад заглянул в два пепельных отверстия, которые бурлили пламенем словно жерло вулкана; он заглянул в глаза чудовища, но не остановился. Командир совершил размашистый удар Ветряным Клинком, который разрезал черную мглу. Прозвучал дикий рёв, издаваемый адским созданием, но разрезанная материя быстро сформировалась вновь.

Глаза Биантай сверкнули и в месте, где парил командир, образовалось адское пламя, Тэррад успел изменить положение тела в воздухе и черный обжигающий сгусток поразил воздух, а затем исчез, издав хлопок.

«Кайсель был прав!» – подумал Тэррад и быстрым движением, пикируя в воздухе нанёс второй удар. В этот раз Тьма увернулась, сжавшись в месте, куда был адресована атака командира. В ту же секунду, как только Биантай заметил, что после удара его соперник открыл плечо, он быстро атаковал. Темная материя сформировалась в копье и понеслась в цель, намереваясь уничтожить соперника.

В тоже мгновение Шалд ударил ладонью о землю и между копьем и открытым плечом командира кусок земли поднялся, превратившись в плотную почти металлическую стену. Копье вонзилась в преграду, разрушив его, но этого хватило, чтобы Тэррад успел среагировать и увернуться.

Между командиром Истребителей и Биантай завязался настоящий танец смерти. Тьма не терпела превосходства.

Как только земляная стена, сотворенная Шалдом, рухнула в облаке пыли, пространство между Тэррадом и чудовищем перестало быть воздухом. Оно стало вязким, перегретым варевом.

Биантай не стал ждать, пока командир Истребителей придет в себя после второго, увернутого удара. Враг не был просто сгустком – он был нестабильной черной дырой, притворяющейся формой.

Пока Тэррад, балансируя на невидимых потоках, готовился к третьему, вертикальному взмаху, из самой плоти Тьмы вырвалось Копье Небытия. Это не было копье, выкованное из материи; оно было отрицанием света. Его острие казалось провалом в самой структуре реальности – абсолютный ноль цвета, пронзенный лишь отсветами чужого сияния.

Командир Истребителей среагировал инстинктивно. Он не мог уклониться полностью – копье неслось слишком быстро.

В этот миг сработал его Ветряной Покров.

Вокруг Тэррада, мгновенно, словно сжатая пружина, сработала магия ветра. Это не было мягкое дуновение, это был удар озонового щита. Воздух вокруг него сжался до плотности стекла, формируя прозрачный, изумрудно-зеленый кокон. Копье Небытия врезалось в этот щит.

Звук удара был больше похож на то, как если бы гигантский колокол лопнул изнутри. Щит не треснул – он взорвался. Осколки зеленого ветра разлетелись по полю, врезаясь в траву и оставляя опаленные круги. Тэррад отбросило на несколько метров назад, но он удержался в воздухе. Он успел.

«Первая фаза завершена. Он увидел мой покров,» – пронеслось в его голове.

Биантай, воспользовавшись дезориентацией командира, решил не медлить. Он перешел от метательного оружия к прямому контакту. Вся черная масса, которая была размером с коня, начала втягиваться, будто ее засасывала воронка, становясь меньше, плотнее, обретая очертания гуманоидного бойца.

Через секунду перед Тэррадом стоял высокий, тонкий силуэт, очерченный отсутствием света. От него исходил жар и этот невыносимый запах гнили, усиленный близостью.

«Он осваивает форму. Третья ступень, как и говорил старик!» – осознал Тэррад, сжимая рукоять своего невидимого клинка.

Силуэт сделал шаг, и под его ступней трава не просто пожухла – она мгновенно обуглилась, испустив тонкую струйку серого дыма.

Тэррад, зная, что сейчас ему нужно выиграть время для Кайселя, резко рванул вверх, выставляя вперед руки. Он не стал атаковать. Вместо этого он выпустил из ладоней два вибрирующих, синих шнура чистого ветра. Эти шнуры не были оружием; они были ограничителями. Они обвили лодыжки темного силуэта, пытаясь заставить его замедлить шаг.

Биантай ответил, не моргнув. Из его плеч и локтей вырвались струи черного, маслянистого пламени. Это было не то адское зарево, которое он использовал на деревне, – это были тонкие, как иглы, лучи, которые прожигали вибрирующие ветряные путы Тэррада, не оставляя после себя даже дыма, только черную копоть.

В этот момент, вдали, Шалд почувствовал, как напряжение нарастает. Он увидел, как Тэррад отчаянно пытается удержать зверя, и понял, что времени на наблюдение нет.

Шалд вскинул свой Чикаранохон. Фиолетовый свет его книги усилился, заставляя камни, лежащие на поле, начать дрожать. Он не стал создавать стену. Он выбрал захват.

«Контроль поля!» – крикнул он про себя.

Он направил поток своей силы не на самого Биантай, а на землю под ним. Он не стал поднимать камни; он дестабилизировал гравитацию.

Внезапно, пока Тэррад готовился нанести следующий, смертельный удар, ноги Биантай провалились. Не в яму, а сквозь землю, будто пол стал жидким. Гуманоидный силуэт потерял равновесие, его атака захлебнулась, а из горла вырвался уже не яростный, а недоуменный рев. Это был сигнал.

Тэррад увидел, как его открытие – уязвимость к контролю – было использовано. Его губы растянулись в хищной улыбке.

«Фаза Вторая! Кайсель!» – его крик прозвучал резко, перекрывая рычание ямы.

В тот же миг, когда земля запечатала конечности Биантай, с тыла отряда, из-за спин Броксана и Глейна, взметнулся столб первобытного, чистого пламени, не черного, но бело-золотого, вырванный из глубин души мага. Это был концентрированный гнев и сила рода.

Биантай, наполовину утонувший и все еще покрытый пеплом Фитчита, не успел перестроиться из формы в бесформенную массу. Он оказался застигнут врасплох силой, которую, вероятно, не видел со времен своего первого обращения.

Пламя Кайселя не было похоже на тот черный, едкий пожар, о котором говорили фермеры. Это был катарсис, чистый, неистовый свет, вырванный из самой сердцевины мага огня.

Когда бело-золотой столб ударил в место, где земля только что поглотила Биантай, поле боя вспыхнуло ослепительным, сверхъестественным светом. Это было пламя очищения, а не разрушения, но его сила была чудовищной.

Золотой жар ударил в черную субстанцию, и эффект был мгновенным и катастрофическим. Черная материя, которая только что попыталась превратиться в копьё, зашипела так, словно на нее вылили целую реку воды, но вместо пара возник облако черного, маслянистого дыма, которое тут же начало сгорать в присутствии магии Кайселя. Там, где огонь касался тьмы, возникали микроскопические взрывы, похожие на лопающиеся пузыри запеченной сажи.

Кайсель Марро стоял позади, его лицо было напряжено, но руки, выставленные вперед, казались спокойными. Он не произносил заклинаний вслух. Его магия была быстра, как нервный импульс, активируемая чистым намерением и сосредоточенностью, присущей знати, которая знает, что ее сила – это ее право.

Шалд замер, наблюдая за этой скоростью.

Он только что едва успел создать свою земную стену, и это потребовало от него концентрации, словно он удерживал скалу на вытянутых руках. Но Кайсель…

«Он даже не шевельнулся. Он не читал, не двигался… Он просто пожелал этого огня!» – мысленно метался Шалд. Это была магия высшего пошиба, та, которую в Академии называли «Мгновенное Проявление». В то время как Шалд и другие новички должны были плести заклинания, формируя слова и жесты, Кайсель, судя по всему, просто извлекал энергию из себя и мира, минуя фазу формулирования. Его тело было идеальным резонатором.

Тэррад, все еще паривший в воздухе после толчка, использовал момент замешательства чудовища. Он не стал повторять ветряной удар. Он знал, что его задача – удерживать внимание.

Он пикировал низко над ямой, где сжимался Биантай, и выпустил серию тонких, как нити, потоков ветра, которые, вращаясь, несли его самого, создавая вокруг чудовища что-то вроде магической клетки. Это было похоже на то, как паук плетет сеть, чтобы обездвижить добычу.

Биантай, запертый по пояс в провалившейся земле и ослепленный чудовищным пламенем, яростно рванулся, высвобождая остатки своей черной силы.

В ответ на это, из глубины его разорванной формы выплеснулись вспышки черного пламени – те самые, которые не гаснут, пока цель не станет пеплом. Они метнулись в сторону Тэррада и в сторону Шалда, который все еще держал контроль над землей.

«Кайсель! Теперь!» – проревел Тэррад, уворачиваясь от двух лучей тьмы.

Кайсель не нуждался во втором приказе. Если первая атака была как удар молота, то вторая была артобстрелом.

На этот раз маг открыл ладони шире, и его взгляд стал совершенно пустым, безэмоциональным. Из его рук вырвались не столбы, а два широких, расходящихся веера ослепительного золотисто-белого огня. Они неслись, как волны цунами, перекрывая все направления, куда Биантай мог попытаться сбежать из земляного плена.

Тьма, запертая внизу, не могла сражаться одновременно против физического контроля Тэррада и стихийного уничтожения Кайселя. Черное пламя, вырвавшееся из него в панике, было тут же поглощено золотым натиском.

Для Шалда это был шок. Он видел мощь, но не видел такой скорости синтеза. Кайсель использовал весь свой запас, вкладывая себя в эту атаку, и это было невероятно.

Когда два потока золотого огня слились над провалившимся Биантай, раздался звук, который не был ни взрывом, ни криком. Это был звук абсолютного аннигиляции – громкий, вибрирующий хлопок, который стряхнул пыль с листьев на удалении.

На месте, где секунду назад была черная материя, осталась лишь идеально ровная, опаленная круглая площадка земли, покрытая тонким слоем сияющей, чистой сажи, которая тут же начала тускнеть. Никакого движения. Никакого звука.

Тэррад плавно опустился на землю, его Ветряной Покров рассеялся.

Он тяжело дышал. Он посмотрел на Кайселя, который теперь стоял, бледный, с дрожащими руками, но с выражением глубокого удовлетворения.

«Первая фаза и вторая фаза слились,» – выдохнул Тэррад. – «Он пал?»

Победа длилась лишь мгновение. Тишина, повисшая над полем после огненного апокалипсиса, была обманчивой, как сон.

Шалд, все еще держа землю под контролем, чувствовал, как его силы истощаются от напряжения. Он взглянул на место, где только что стоял Биантай, и увидел лишь черный, дымящийся кратер.

«Кажется, сработало, командир…» – прошептал он, начиная ослаблять захват.

Тэррад, хотя и выдохнул с облегчением, не опустил бдительность. Он видел, как черная сажа, оставшаяся от удара Кайселя, не осыпалась, а медленно начала скручиваться обратно в центр кратера, словно притягиваемая невидимым магнитом.

«Не отпускай контроль, Шалд! Это ловушка!» – голос командира был пропитан ледяной тревогой.

Но было поздно.

Из дымящегося кратера не вырвалось пламя, не появилось копье. Наступила абсолютная, осязаемая пустота. Свет вокруг кратера, даже сияние Чикаранохона Шалда, казалось, мерк и отступал, словно материя не могла существовать в непосредственной близости от этой новой формы Биантай.

Визуализация Возрождения: Чернота не собиралась – она проявлялась. Из земли, будто из чернильного колодца, медленно поднялась новая сущность. Это было не бесформенное пятно и не гуманоидный силуэт. Это была Гидра Тьмы.

Вокруг центральной, теперь почти невидимой точки, формировались семь горловин, напоминающих пасти, каждая из которых испускала свой собственный, уникальный вид отрицательной энергии. Они не имели глаз, но казалось, что они видят внутрь существа, в его страхи.

Первая Головина: выдыхала зеленоватый, фосфоресцирующий туман, который, едва коснувшись земли, заставлял траву седеть и превращаться в труху.

Вторая Головина: извергала тонкие, как струны, нити чистой тени, которые, казалось, искали живые нервные окончания.

Третья Головина: изрыгала звуковую волну, которая несла в себе шепот тысяч мертвых голосов, нацеленную на ментальное подавление.

Тэррад мгновенно понял: Биантай не просто регенерировал – он эволюционировал, переняв и усилив то, что его атаковало.

«Он скопировал магию! Он использует их же силы против нас!» – крик командира потонул в какофонии.

Тэррад немедленно бросился в бой, стремясь удержать внимание центральной пасти. Он вызвал вихрь-торнадо, плотный и яростный, пытаясь заблокировать атакующие струи и туманы, но его ветер тут же загрязнялся зеленым распадом.

Шалд осознав, что земля его не держит, переключился на защиту товарищей. Он поднял купол из плотно спрессованного воздуха и почвы вокруг Кайселя и Глейна. Это была толстая, серая полусфера, которая начала трещать под ударами темных щупалец.

Глейн заметив, что Кайсель шатается, измотанный мощнейшим извержением, активировал свои силы. Он призвал поле статического электричества – тонкую, искрящуюся сетку между собой и командиром, чтобы перехватывать любые темные щупальца, летящие в сторону ослабленного мага огня.

Кайсель измученный, но не побежденный, медленно поднимал руки, пытаясь собрать остатки своей силы для контрмеры. Но он был медленнее.

Броксан был в самом центре опасности. Одна из темных струн прорвалась мимо вихря Тэррада и потянулась прямо к нему. Броксан, используя свою способность подпитки, не стал атаковать. Он сфокусировал свою энергию на Тэрраде, посылая командиру волну чистой, подзаряженной решимости.

Пока Тэррад боролся с тремя головинами, две другие пасти Биантай открылись. Из них хлынула не субстанция, а концентрированный ужас. Это была визуализация страха Шалда, увиденная им в Фитчите – искаженные, беззвучно кричащие лица мертвых женщин и детей, материализованные из тьмы.

Эта «сцена ужаса» ударила прямо в разум Шалда сквозь его купол. Он увидел ту девочку, ее синее, беззвучное лицо, и его контроль над землей замер.

В ту же секунду, как контроль Шалда ослаб, земляная оболочка рухнула.

Биантай, освобожденный, собрал три своих самых смертоносных инструмента – фосфоресцирующий туман, нити тени и ментальный ужас – и направил их в единый, чудовищный залп, который накрыл собой и Тэррада, и ослабевшего Кайселя.

Тьма овладела полем. Теперь они все были мишенью.

«Что я здесь делаю?» – покрывшееся ужасом лицо Шалда, покосило. – «Я здесь умру?». – паника подобралась к духу юноши так близко, что уже касалась её. В это мгновение он почувствовал, как тепло коснулось его, силы, утраченные в бою, стали восполняться; Шалд оглядел свое тело, его окутал пронзительный свет, оковавший в золотой кокон.

Юноша обернулся и увидел Броксана, который стоял озаренный солнцем; его Чикаранохон сиял даже ярче небесного диска, одаряя всех Истребителей светом-восстановления, разгоняя тьму, окружившую поле боя. Широкоплечий воин поднял руку к небу, и его Книга стала перелистываться, найдя нужную страницу, она загорела еще ярче.

– «Давление Света!» – разрывая глотку, прокричал заместитель командира.

В это мгновение над Биантай появился огромный диск, сплетенный из чистого света, диск материализовался из неоткуда, по всей его поверхности сверкали глифы древнего наречия, оповещая о силе заклинания. Из диска хлынул свет, ударившийся в землю с такой силой, что прозвучал словно гром, создав ударную волну, которая пролетела по полю в радиусе десятков километров.

Биантай взвизг словно свинья, на мгновение оглушив Тэррада. Чудовище не могло пошевелиться вселенская сила гравитации окутала его, прижимая к земляной твердыне. В туже секунду Биантай стал терять силы. Он быстро съежился и принял гуманоидную форму.

Броксан не планировал останавливаться; он резкими, плавными движениями рук, разрезая воздух, изобразил фигуру, словно вытанцовывая в шаманском обличие; его Чикаранохон вновь перелистнулся и засеял сильнее прежнего; небо повергли раскаты грома.

Над головой Броксана, против воли гравитации, возник идеальный магический круг. Он не начертан; он вырезался в самой материи воздуха, сияя рунами Древнего Наречия, символами, забытыми со времен Первых Войн. Эти символы пульсировали, накапливая ярость всей Основы Света.

С оглушительным, свистящим выдохом, луч чистой, концентрированной энергии – сгусток света, способный обратить деревню в пар – вырвался из круга. Желто-серебряная смерть летела по прямой, не оставляя Биантай возможности увернуться. Луч врезался в замедленную Тень, окутав ее ослепительным, испепеляющим сиянием.

Лик Тени, пораженной золотым лучом, исказилась в выражении истинной боли: страдание, ужас, отчаяние – те чувства, которыми питается Биантай. Тень стала сильнее от собственных чувств. Из черных ноздрей чудовища полился красный дым, Проклятый Чикаранохон явил себя; Книга Силы была соткана из пепла и пламенных прожилок, она светила фиолетовыми огоньками и была готова уничтожать. Проклятый Чикаранохон в мгновение призвал магию, до сели неведомую отряду из пяти Истребителей. С невероятной скоростью в сторону сурового мужчины отправился сгусток энергии черного цвета, вокруг которого пространство искажалось, словно сжимаясь. Сгусток коснулся Броксана и не успев моргнуть тот поменялся мистами с Биантай и оказался под ударом собственного луча, луча смерти.

«Встречай меня Бездна». – произнес мужчина, Шалд готов был поклясться, что товарищ улыбнулся перед тем, как луч исчез и пепел, оставшийся от человека, подхватил ветер, и унес куда-то на запад в сторону Океана Золотых Звезд.

Биантай не стал медлить, словно змея Тень скользнуло по воздуху и оказалась прямо перед Глейном, прямо перед его вытянутым лицом взглянул ему в глаза, Проклятая Книга Силы сверкнула и вместо глаз мага остались выжженные впадины, а тело с глухим грохотом пало на землю.

«Нееет!» – прокричал Кайсель. Но Биантай уже выбрала новую цель. Секунда и вертлявая Тень предстала перед Тэррадом. Она посмотрела в ярко карие глаза командира, но такого эффекта как с предыдущем человеком не произошло. Главный Истребитель не раз смотрел в глаза смерти, поэтому магия, пожирающая взор, не сработала на нем. Мужчина резким движением вынул из Чикаранохон клинок, сотканный из ветра, и атаковал Тень с той яростью, отвагой и болью, которые только были в его сердце.

Дуэль между Тенью и Истребителем превратилась в жгучий танец, яркий свет и мрачная тьма метались из стороны в сторону пару раз чуть смертельно не задев Тэрррада.

Каждый удар командира был отточенным и изящным, он превращал Тень в разрубленное тело, но оно быстро собиралось обратно. Биантай пытался сжечь противника Черным Пламенем, но броня из воздуха принимала удар на себя. Скорость, которую развили соперники поражала. Шалд не успевал поворачивать голову в сторону, где уже происходить бой и не мог помочь командиру.

Измотанный Кайсель, державший на руках труп друга, завизжал. Шалд увидел в нем образ девочки из Фитчита и паника отогнанная павшим Броксаном вновь коснулась его сердца.

Вдруг командир резко завис в воздухе, поднял руку к небу раскрытой ладонью и закричал: «Сдохни, тварь!». В это мгновенье Чикаранохон командира засветился ярче прежнего, небо затянули еще более густые тучи, превратившиеся в воронку из серости и влаги, открывая портал, сотканный из множества разрядов молнии и в ту же секунду из портала появилась пасть, затем чешуйчатое тело и огромные крылья, которые сами по себе скрыли небо словно тучи. Ветряной Дракон, созданный бурей вырвался с неба и понесся на мрак Биантай. Удар оказался на столько сильным, что все вокруг образовало воронку. Тень не выдержала удара такой силы и была повержена, Проклятый Чикаранохон пал на землю как командир Истребителей – герой.

– Шалд, уничтожь Проклятую Книгу Силы. – предсмертно прохрипел мужчина и взглянул на юношу. Кровь текла по некогда большим и добрым глазам Шалда, а ныне затуманенным смертью. Его тело стояло на коленях, а голова склонилась в последний раз. Удар оказался на столько сильным, что убил товарища и Тьму. – Прости… – слеза прокатилась по окровавленному лицу командира перед тем, как его глаза закрылись на всегда.

Кайсель, который был спасен ударной волной, выжил, оставшись без руки; он потерял сознание и был спасен группой, отправленной королём Верайти Третьим вдогонку, на помощь Второму Отряду Истребителей Ательмора.

Проклятую книгу не нашли в ужасающих последствиях боя. Все поле превратилось в кратеры и испепеленную землю. В Фитчите поставили статую в честь героев, которые отомстили за их братьев и сестёр, пожертвовав своими жизнями. Под каждой фигурой, заточенной в камень, были надписи: «Тэррад Аульд», «Броксан Афирши», «Глейн Тардо», «Шалд Клифар» и подпись: «Павшие за нас».

Спустя годы Фитчит поднялся с колен и снова стал развивающейся деревушкой фермеров. Все обрело порядок и спокойствие, а о временах бушующего Биантай вспоминали лишь рассказывая история, превращенные в легенды.

Лишь одного не знали о том дне – был ли уничтожен Проклятый Чикаранохон. Однако думали, что был. Так проще, ведь все знают, что не уничтоженная Проклятая Книга Силы обязательно найдёт себе нового хозяина…