Александр Нейл
После битвы

Он проснулся от дикой боли и с трудом подавил желание закричать. Серое небо ослепило, заставило зажмуриться. Он закрыл глаза руками. Горсть земли попала в рот, заставив закашлять. Не успел он отойти от пробуждения, как воспоминание о битве влетело в его голову не хуже пули. Судорожно оглядевшись, стало ясно, опасности не было. Стояла мертвая тишина, прерываемая карканьем воронов в небе.

Их ожившей трапезой был солдат по имени Иван.

Стрелковой роте приказали выбраться из укрытий и атаковать сторону противника. Вместе с товарищами он вылез и стал бежать, пока рядом с ним не взорвался артиллерийский снаряд. Вся недолгая жизнь пронеслась перед его глазами. Затем пришла тьма. Так он оказался здесь. На земле, в крови и неизвестности.

С воспоминаниями пришла паника. Иван сжал кулаки со всей силы и попытался успокоиться. Сердце пыталось вырваться наружу, прорезать путь через грудную клетку, мышцы, кожу, чтобы в последний раз увидеть свет.

«Ты жив, – подумал он. – Успокойся, ты все еще жив».

Иван продолжал лежать и лицезреть небо, кружащих воронов и ветки деревьев неподалеку. Он решил, что уж лучше всю оставшуюся жизнь глядеть на это, чем узнавать, что с ним случилось после взрыва. Вдруг он сейчас поднимет голову и не увидит своих ног? Эта мысль вызвала тошноту и головокружение.

Сделав глубокий вдох, он медленно стал поднимать голову. Мир постепенно возвращался на свое место. И вот, его тело. Оно было целым. По крайней мере, на первый взгляд. Он аккуратно пошевелил конечностями. Левая нога отозвалась невыносимой болью. Приглядевшись, он заметил на ней множество кровавых пятен и порезов.

Он снова опустил затылок на землю, выдохнул. Стало чуть лучше. У него совершенно не оставалось сил на то, чтобы встать на ноги или хотя бы сесть. Бессилие снова затянуло его в бездну.

Это должно было стать его первым столкновением с немцами. Несколько недель назад Германия вторглась в Советский Союз и медленно продвигалась к столице. А он, двадцатитрехлетний молодой человек, был мобилизован вместе с мужчинами из родного села.

У него была сестра и мать. Сестра была худой миниатюрной девочкой двенадцати лет. Она помогала по хозяйству, готовила, убиралась. Ивану доставалась вся самая тяжелая работа – колоть дрова, носить воду, иногда прогонять бродячих собак, что желали покуситься на их кур, расчищать снег каждую зиму, косить траву каждое лето.

Их мать была больна. Несколько лет назад у нее возникли проблемы с артериями, отчего у нее ослабли ноги. Большую часть времени она лежала в кровати, читая старые книги и слушая музыку по радио. Порой она выходила на террасу, чтобы понаблюдать за осенним закатом или весенним рассветом. Но даже в таком состоянии она умудрялась работать, преподавая французский язык. К ней ходили школьники со всего села. Ее все любили и уважали за доброту и помощь в образовании. Иван работал на местном производстве и потихоньку копил деньги, чтобы уехать в ближайший город и получить образование. Сестра и мать в этом его поддерживали, тоже откладывали все, что только могли. Так они жили бедно, но крепко.

Идиллия кончилась с началом войны.

После нападения немцев началась мобилизация. В один миг Ивана захватили мысли о войне. Одной из причин такой резкой перемены в его настрое послужил отец, который погиб на фронте первой мировой. От него осталось лишь медаль за храбрость и одна потертая фотография, стоявшая на полке, словно икона. В детстве Иван наслушался рассказов матери об отце. В его неокрепшем уме сформировался образ «святого», чью память следовало всячески чтить и уважать. И этот образ, к великому сожалению матери, сработал против них в самый неподходящий момент.

Иван распрощался с родным домом с улыбкой на лице. Несомненно, ему было грустно так резко и неожиданно покидать дом, но глупое чувство скорой свободы и героизма окутали его взор слепой пеленой, которая спала в первой же битве…

Иван присел. Медленно, с болью, кряхтением. Местность трудно было назвать полем, как раньше. Перед ним простиралась пустошь. По ней как будто прошлась коса самой смерти. Повсюду валялись трупы. Много трупов. Такой вид перехватывал дыхание. Наверняка некоторых из них Иван знал по имени. В воздухе витало напряжение. Никого в живых вблизи не наблюдалось. Иван попытался встать. Левая нога отозвалась неописуемой болью. Пришлось прикусить язык, чтобы не закричать. Перевесив тяжесть тела на правую ногу, ему с великим трудом удалось подняться.

И что дальше? Куда ему идти с такой-то ногой? Обратно до лагеря он точно не доберется. Так еще облака сгущались, предзнаменуя снежную бурю. Оставалось только найти убежище и ожидать прихода подкрепления. Вдалеке Иван заметил очертания деревни. Именно она была целью их наступления. Дымовые столбы устремлялись в небеса. Полуразрушенные дома, как призраки, стояли и глядели на солдата в томительном ожидании.

Выбора у него не оставалось. Опершись на винтовку, он направился в сторону домов. Боль постепенно проходила, сменяясь на неприятное онемение. С каждым шагом сапоги все больше утопали в грязи. Иван старался не смотреть на трупы, боясь наступления приступов рвоты.

На дворе была середина декабря. Холодный ветер пробирал до костей. Начался легкий снегопад. Чем дальше Иван шел, тем сильнее становилась буря. Он живо представил, как тела его товарищей вскоре окажутся под сугробами, как цветы. Только цветы оживают каждую весну, а его товарищи – нет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.