Елизавета Мельник
Марго и Ко Истории из кабинета бизнес-таролога

Маргарита Сергеевна знает о бизнесе всё: как поднять компанию на вершину, как пережить предательство партнеров и как выглядит дно после кассового разрыва. Но теперь её главный инструмент – не Excel, а колода Таро. В её кабинете в престижном бизнес-центре запах дорогого парфюма смешивается с ароматом ладана, а суровые мужчины в костюмах-тройках шепотом спрашивают не о фьючерсах, а о том, «что там по картам на новый филиал».

В этой серии рассказов вы встретитесь с миром, где логика встречается с абсурдом. Здесь застройщики ищут призраков на стройплощадках, сисадмины дебажат судьбу, а приворот на инвестора оказывается обычным трюком. Маргарита видит людей насквозь – иногда с помощью Арканов, а иногда благодаря опыту владелицы логистической империи. Она не обещает чудес, она просто помогает навести порядок в хаосе, где Меркурий вечно ретроградит прямо в отделе продаж.

Рассказ пятнадцатый: «Мебельный застой и эффект кукушки»

Клиент – Эдуард, владелец интернет-магазина «Mebel-Elite». Десять лет на плаву, склад забит итальянским шпоном, сайт в топе. Но вместо роста – болото. Эдуард пришел к Марго с запросом на «денежный прорыв», но когда она разложила карты, на столе выпал Повешенный в окружении Семерок Мечей.

– Эдуард, у вас не застой, у вас паразитизм, – Марго захлопнула колоду. – Вы каждый год впускаете в гнездо новую «кукушку», называете её Директором по развитию, а она вместо роста компании просто выкидывает ваши ресурсы из гнезда, чтобы прокормить свои интересы.

– Но я беру лучших! – возмущался Эдуард. – С улицы, свежая кровь! Чтобы никаких кумовства и связей!

– Свежая кровь – это хорошо, если она группа в группу, – подал голос Стас. – А вы берете людей без ДНК вашей компании. Маргарита Сергеевна, я предлагаю аудит «на земле». Ваши данные в отчетах выглядят слишком… причесанными.

Выезд на объект

Офис «Mebel-Elite» встретил их тишиной, от которой зудели зубы. Марго шла по коридору, едва касаясь стен пальцами, словно считывая вибрации.

– Здесь пахнет не мебелью, а страхом и безразличием, – шепнула она Стасу. – Люди работают так, будто завтра их всех уволят.

Пока Эдуард с гордостью показывал Марго образцы кожи, Стас «приземлился» в отделе маркетинга под видом стажера-аналитика. Спустя три часа он вывел Марго в курилку.

– Маргарита Сергеевна, тут классическая схема «временщиков». Новый директор по развитию, которого Эдуард взял месяц назад, уже привел своих подрядчиков. Цены на лиды завышены втрое. Разницу они пилят в обход кассы. А старички-менеджеры, которые тянули компанию 10 лет, просто демотивированы – им не дают слова, их идеи рубят на корню, потому что «новому метле» нужно показать свою исключительность.

Марго зашла в кабинет к Эдуарду, где тот как раз спорил с очередным «гением развития» в узком костюме.

– Эдуард, – прервала она их. – Вы просили мистику? Вот она. Посмотрите на свою колоду сотрудников. Вы ищете «Золотое Руно» снаружи, в то время как у вас в руках – колода из одних Козырей, которых вы заперли в темном ящике.

Она выложила на полированный стол три карты: Десятка Пентаклей, Перевернутый Король и Четверка Мечей.

– «Десятка» – это ваши старые кадры. Те, кто строил магазин с нуля. Они – ваш фундамент. Но вы, как «Перевернутый Король», не доверяете им, считая, что глаз замылился. В итоге компания в «Четверке Мечей» – в стазисе. Ваши приглашенные звезды приходят сюда не развивать, а «подоить» крепкое предприятие, пока вы ищете чудо.

– Но они же профессионалы! У них кейсы! – Эдуард растеряно посмотрел на своего директора по развитию. Тот нервно поправил галстук.

– Их главный кейс – это ваш бюджет на маркетинг, который сейчас утекает в карманы их друзей-подрядчиков, – Стас положил на стол распечатку транзакций и сравнение рыночных цен. – Вы платите за воздух, Эдуард. И платите теми деньгами, которые могли бы пойти на масштабирование.

Маргарита подошла к окну.

– Мистика здесь в том, Эдуард, что вы боитесь успеха. Вам проще менять директоров и жаловаться на застой, чем реально довериться своим людям и начать расти. Масштабирование – это не новый человек с улицы. Это когда старая команда получает право голоса и современные инструменты.

Эдуард долго молчал, переводя взгляд с цифр Стаса на карты Марго. Впервые за 10 лет он увидел свою компанию не через розовые очки «инноваций», а через холодное зеркало реальности.

– И что мне делать? Уволить его прямо сейчас?

– Сначала верните полномочия вашему руководителю отдела продаж, который у вас с первого дня, – сказала Марго. – И купите ему нормальную CRM, которую предложит Стас, а не ту дорогую игрушку, которую навязал этот «директор». А потом посмотрите, как ваши показатели пойдут вверх без всяких обрядов.

Когда они со Стасом вышли из офиса, ассистент задумчиво спросил:

– Как вы поняли про страх старой команды?

– По раскладу, Стас. Когда вокруг Короля – одни Мечи, это значит, что его окружение защищается от него самого. Он стал для них угрозой, а не лидером. А когда в доме вражда, мебель в нем не продается.

Рассказ шестнадцатый: «Логистика с привкусом ватрушек»

Мила сидела в кабинете Марго, и казалось, что само пространство вокруг неё начало заполняться невидимыми салфеточками и запахом домашней выпечки. Она занимала должность руководителя отдела логистики в гигантском ритейлере «Глобал-Снаб», но выглядела так, будто её насильно заставили носить скафандр.

– Маргарита Сергеевна, миленькая, ну не могу я больше! – причитала Мила, комкая в руках платочек. – Там же не люди, там функции! Я им утром: «Девочки, а вы слышали, что у Галки из бухгалтерии зять-то – прохиндей?», а они на меня смотрят как на вирус. В регламенте, говорят, сплетни не прописаны. KPI, дедлайны, тайм-трекеры… Я же привыкла, что мы – семья! Чтобы и поплакать, и чаю с ватрушкой, и фуры козьими тропами через знакомых гаишников пропихнуть. А тут – автоматизация!

Маргарита улыбнулась. Она помнила такие конторы: там всё держалось на «честном слове» и личных связях, а не на алгоритмах.

– Стас, – позвала Марго. – Глянь-ка «Глобал-Снаб». Что там с текучкой в отделе логистики?

Стас застучал по клавишам.

– О, там весело. За последний год – три руководителя. Средний срок жизни лида – четыре месяца. Мила, вы там уже пятый месяц? Рекорд. Система вас выплевывает, потому что вы пытаетесь привить дубовой табуретке гены фиалки.

Марго выложила три карты: Шестерка Кубков, Иерофант и Рыцарь Мечей.

– Смотрите, Мила. «Шестерка Кубков» – это ваше прошлое. Та самая «семейственность», где сплетни – это клей, который держит коллектив. Вам там было тепло. Но «Иерофант» в позиции компании – это жесткая структура, религия правил. А «Рыцарь Мечей» – это ваш нынешний босс. Он не злой, он просто видит в вас не человека, а неисправную шестеренку.

– Так мне что, увольняться? – Мила испуганно округлила глаза. – А как же стаж? А как же зарплата?

– Мила, – Марго подалась вперед. – Вы не логист для корпорации. Вы – «мама-хозяйка». Вам нужно место, где хаос нужно превращать в уют. Стас, есть у нас на примете средний бизнес с бардаком в поставках, но хорошим коллективом?

Стас сверился с базой.

– Есть мебельный цех «Дубрава». Там как раз владелец стонет, что у него логистика развалилась после того, как он попытался внедрить там ИТ-систему. Ему нужен человек, который будет знать всех водителей по именам, помнить дни рождения их тещ и разруливать затыки по телефону, а не через тикеты.

Мила расцвела.

– Ой, так это ж моё! Я же и про тещу узнаю, и фуру в метель из кювета вытащу силой слова!

– Идите туда, – Маргарита убрала карты. – В большой корпорации ваша доброта – это «нецелевое использование рабочего времени». А в «Дубраве» ваши сплетни станут лучшей системой мониторинга рисков. Только Стаса возьмите на полдня – пусть он вам всё-таки эксель настроит, чтобы ватрушки было на что покупать.

Когда Мила, сияя, ушла, Стас задумчиво заметил:

– Удивительно. Она ведь реально верит, что информация о зяте Галки помогает возить грузы быстрее.

– В малом бизнесе, Стас, это называется «социальный капитал», – усмехнулась Марго. – Иногда одна сплетня экономит неделю официальной переписки. Главное – знать, в какую сторону её запустить.

Этот визит Эдуарда обещал стать шедевром корпоративного абсурда. Он ввалился в кабинет, прижимая к груди три пухлые папки так, будто в них хранились чертежи вечного двигателя.

– Маргарита, я созрел! – объявил он, вытирая пот со лба. – Внутренний аудит, «диагностика поля», всё, как вы говорили. Решил выбирать из своих. Но для чистоты эксперимента добавил одного «варяга» с портала Работнички.ру. У него в резюме написано, что он «сертифицированный адепт квантового скачка прибыли».

Стас, сидевший в углу, поперхнулся кофе.

– Квантовый скачок в мебельном ритейле? Это когда диван одновременно и продан, и не продан, пока клиент не открыл дверь склада?

Рассказ семнадцатый: «Квантовый табурет и два сапога»

Марго невозмутимо разложила папки. Эдуард сиял.

– Вот, смотрите. Кандидат №1 – наш Михалыч. Начальник склада. Золотой человек, десять лет со мной. Кандидат №2 – Леночка из клиентского отдела. Она знает всех поставщиков по именам их кошек. И №3 – Арнольд Сигизмундович, тот самый «квантовый» гений.

Маргарита потянула первую карту на Михалыча. Выпала Восьмерка Пентаклей (трудоголик), но в связке с Семеркой Кубков (иллюзии).

– Михалыч твой, Эдуард, – начала Марго, – прекрасный завскладом. Но на должности директора по развитию он через неделю начнет развивать только одну систему: как автоматизировать розлив беленькой под селедочку так, чтобы датчики дыма не срабатывали. У него «развитие» ассоциируется исключительно с расширением ассортимента закусок.

– Справедливо, – вздохнул Эдуард. – Он вчера спрашивал, можно ли в офисе поставить мангал «для тимбилдинга».

На Леночку выпала Королева Мечей в перевернутом виде.

– Леночка – кремень, – Марго постучала ногтем по карте. – Но она так сильно ненавидит людей, что её стратегия развития будет заключаться в полной ликвидации отдела продаж. «Нет клиентов – нет проблем». Она идеальный аудитор, но как директор по развитию она просто закроет компанию, чтобы никто не звонил ей в обед.

– Ладно, – Эдуард заерзал. – А что скажет магия про Арнольда Сигизмундовича? У него в анкете в графе «хобби» указано «общение с высшим разумом через Excel».

Стас в этот момент вывел на экран страницу Арнольда из соцсетей.

– Маргарита Сергеевна, тут случай тяжелый. У него на фото профиля голова вставлена в тело египетского бога Тота, а в ленте – пост о том, что мебель нужно расставлять по линиям Лей, иначе стулья будут высасывать из покупателей харизму.

Марго медленно вытянула карту. На стол лег Шут. В прямом смысле.

– Эдуард, – Марго едва сдерживала смех. – Твой Арнольд – это не директор. Это аниматор. Карта говорит, что его «квантовый скачок» – это прыжок в бездну без парашюта. Он предложит тебе перекрасить склад в цвет ультрафиолета и продавать мебель только тем, чья натальная карта совпадает с датой спила дуба.

– Но он прислал тестовое задание! – Эдуард вытащил из папки лист, на котором был нарисован… треугольник с глазом. – Сказал, что это новая воронка продаж.

– Это не воронка, – Стас подошел поближе. – Это схема финансовой пирамиды из учебника по истории девяностых. Он даже логотип «МММ» не до конца стер.

В кабинете повисла тишина. Эдуард растерянно смотрел на свои папки.

– Получается, Михалыч хочет пить, Леночка хочет всех убить, а Арнольд – просто городской сумасшедший? И кого мне назначать?

Маргарита достала из-под стола скрытую четвертую папку, которую Стас подготовил заранее.

– Назначай того, кого ты в упор не видишь. Твоего зама по логистике, который три года назад предлагал тебе выйти на маркетплейсы, а ты сказал, что «интернет – это для молодежи». На него выпал Маг. Он уже всё умеет, просто ты ему слова не даешь сказать, потому что он не обещает квантовых скачков и не приносит ватрушки.

– И у него нет треугольника с глазом? – с надеждой спросил Эдуард.

– У него есть только отчет по прибыли за прошлый квартал и план оптимизации доставки, – отрезал Стас. – Без всякой мистики.

Эдуард забрал папки и побрел к выходу, бормоча под нос: «Эх, а я уже почти поверил в линии Лей… Так хотелось, чтобы стулья харизму не вытягивали».

Рассказ восемнадцатый: «Операция "Возвращение блудного зама"»

Этот визит Эдуарда напоминал явление грешника на исповедь. Он вполз в кабинет, пряча глаза за панорамными очками, и сразу рухнул в кресло, издав звук сдувающегося надувного матраса.

– Маргарита, я – жертва харизматического гипноза, – простонал он. – Георгина Феоктистовна… Она же входила в офис как крейсер «Аврора»! Она на совещаниях сыпала терминами так, что у меня уши закладывало: «синергия потоков», «кластерная декомпозиция фур»… Я думал, это богиня логистики.

Стас, не отрываясь от монитора, ядовито заметил:

– Богиня, подтверждаю. В древнегреческом смысле. Пожирала ваш бюджет, как Кронос своих детей. Я проверил её «инновационные схемы»: 15% отката с каждого рейса уходило в её личный фонд «Спасения бездомных котиков имени Георгины». Котиков, правда, никто не видел, зато у неё в соцсетях внезапно появилась сумочка из кожи питона. Видимо, питон тоже был бездомным.

Эдуард в отчаянии всплеснул руками.

– Логисты рыдают, водители грозятся завалить въезд на склад бетонными плитами! А тот мой зам… Коля… которого вы советовали… Он ушел к конкурентам в «Стул-Профи». Маргарита, сделай приворот! Или заговор на резюме! Мне нужен Коля!

Марго медленно выложила на стол три карты: Восьмерка Мечей, Рыцарь Кубков и Шут.

– Эдуард, – вздохнула она, – какой приворот? Коля твой сейчас в «Стул-Профи» чувствует себя как человек, вышедший из одиночной камеры на дискотеку. «Восьмерка Мечей» – это то, как ты его душил своим недоверием. А «Рыцарь Кубков» – это его нынешнее состояние: он там любимчик, ему выдали кофемашину и право голоса.

– Но как его вернуть? – взмолился Эдуард. – Я ему зарплату в два раза подниму!

– Деньгами ты его не купишь, – подал голос Стас. – Я проанализировал психотип Николая. Он ушел не из-за денег, а из-за того, что Георгина Феоктистовна заставила его носить на работе розовый галстук «для укрепления корпоративного духа» и заполнила склад ароматическими палочками с запахом «Денежной удачи». У него аллергия на абсурд.

Марго постучала по карте Шута.

– Хочешь вернуть его? Тебе придется совершить поступок в стиле «Шута». Полный разрыв шаблона. Никаких официальных офферов.

План «Абсурдный десант»

Спустя два дня Николай, мирно обедавший в бизнес-ланч-зоне, едва не подавился супом. К его столику подошел Эдуард. На владельце «Mebel-Elite» был тот самый розовый галстук Георгины, а в руках он держал огромный плакат: «КОЛЯ, Я БЫЛ ДУРАКОМ! У НАС НЕТ ГЕОРГИНЫ, НО ЕСТЬ ТВОЁ МНЕНИЕ!»

За спиной Эдуарда стоял Стас и с абсолютно серьезным видом жег в кадильнице… старые счета-фактуры Георгины.

– Николай, – торжественно произнес Эдуард, – я публично сжег аромапалочки. Я выкинул сумку из питона. Я даже удалил из телефона слово «синергия». Вернись, а? Мы там склад расширяем, без тебя стеллажи стоят криво, даже по законам физики.

Весь фуд-корт замер. Николай смотрел на своего бывшего босса в розовом галстуке, потом на Стаса, который деловито подбрасывал в огонь бумагу с печатью «ОТКАТ ПРИНЯТ».

– Эдуард Борисович… вы это серьезно? – выдавил Николай.

– Абсолютно! – Эдуард сорвал с себя розовый галстук и бросил его в кадильницу к Стасу. – Вот тебе крест! Марго сказала, если не верну тебя – следующий мой логист будет из цирка шапито. А я тигров боюсь!

Николай внезапно рассмеялся так, что у него выступили слезы.

– Ладно. Вернусь. Но при одном условии: Стас ставит мне систему учета, в которой нет ни одного упоминания «квантовых полей», а вы, Эдуард, больше не нанимаете женщин, чье имя звучит как сорт комнатных растений.

Когда они вернулись в офис, Марго довольно убрала колоду.

– Видишь, Стас, иногда, чтобы вернуть логику в бизнес, нужно довести абсурд до точки кипения.

– Маргарита Сергеевна, я всё понимаю, – Стас отряхивал пепел от галстука с рукава. – Но зачем вы заставили меня сжигать счета именно в кадильнице? Это же негигиенично.

– Это не гигиена, Стас. Это завершение гештальта. Теперь Эдуард точно знает: магия не в словах Георгины, а в его способности выглядеть идиотом ради стоящего профи. Это и есть высшая форма управления.

Рассказ девятнадцатый: «Торт с привкусом кармического долга»

Виктория влетела в кабинет, едва не задев косяк огромной шляпой. В руках она сжимала палку для селфи, на которой телефон вел прямой эфир.

– Девочки, зацените локацию! Я у главного эзо-коуча города! – пропела она в экран, а потом, резко выключив трансляцию, рухнула в кресло и зарыдала. – Маргарита, я банкрот. У меня охваты упали, печи остыли, а наставник говорит, что я просто «не в ресурсе» и мне нужно купить у него VIP-модуль за полмиллиона, чтобы открыть финансовый портал.

Маргарита молча забрала у неё телефон и передала Стасу. Тот брезгливо, двумя пальцами, отложил гаджет в сторону.

– Виктория, – Марго начала тасовать карты, – вы три года кормили весь город лучшим «Наполеоном». Зачем вам «порталы»?

– Так сейчас все так делают! – всхлипнула кондитер. – Мой наставник, Аполлон Вознесенский (по паспорту – Толик Кузнецов, вставил Стас), сказал, что печь торты – это низкие вибрации. Нужно продавать «энергию сладости» и курсы по «квантовому взбиванию сливок». Я уволила кондитеров, наняла сторисмейкеров, и теперь у меня есть пять тысяч сторис в день, но ноль заказов на торты.

Марго выложила три карты: Тройка Пентаклей, Перевернутый Маг и Семерка Мечей.

– Смотрите, Вика. «Тройка Пентаклей» – это ваше мастерство. Ваши торты – это искусство, на котором стоял бизнес. «Перевернутый Маг» – это ваш Аполлон. Он не созидает, он манипулирует. А «Семерка Мечей»… Стас, покажи ей «семерку» в цифрах.

Стас развернул монитор.

– Виктория, ваш Аполлон-Толик настроил вам рекламу так, что она крутится в кругах… других таких же наставников. Вы продаете курсы тем, кто сам продает курсы. Это замкнутая экосистема, в которой нет конечного потребителя. А ваши реальные клиенты, которые хотели торт на свадьбу, отписались, потому что устали смотреть, как вы трижды в день медитируете на сахарную пудру.

– Но он говорит, что я должна «пробить потолок»! – закричала Виктория.

– Вы его пробили, – отрезала Марго, указывая на карты. – Только вниз. В подвал здравого смысла. Ваша «энергия сладости» без реального торта – это просто калорийный воздух.

Абсурдный финал

Маргарита встала и достала из шкафа… старый советский миксер, который держала там «для заземления» заносчивых клиентов.

– Вот ваше лекарство. Прямо сейчас, здесь, вы расскажете мне рецепт бисквита. Без упоминания «потоков» и «вибраций». Только граммы, градусы и время выдержки.

Виктория начала заикаться, но потом её глаза прояснились.

– Ну… шесть яиц, стакан сахара… взбивать до пиков…

– Стас, запускай прямой эфир с её аккаунта, – скомандовала Марго. – И напиши заголовок: «Я СНОВА ПЕКУ. БЕЗ ВСЯКОЙ ЧУШИ. ПРИНИМАЮ ЗАКАЗЫ».

Через полчаса под эфиром, где взлохмаченная Виктория в шляпе набекрень яростно взбивала воображаемый крем и объясняла разницу между меркурианской мукой и обычной (шутка Марго), появились первые десять заказов.

– А как же Аполлон? – робко спросила Виктория, вытирая лоб от муки. – Он же скажет, что я откатилась в развитии…

– Аполлону я сейчас отправлю «кармический счет», – Стас хитро прищурился. – Я нашел, что он использует в своих рассылках чужие авторские фото тортов без разрешения. Через час его аккаунт будет заблокирован за нарушение авторских прав. Без всякой магии – чистый юридический «сглаз».

Виктория ушла, прижимая к себе миксер как священный артефакт. Марго посмотрела на Стаса.

– Знаешь, Стас, иногда мне кажется, что мир сходит с ума. Люди готовы платить миллионы за «воздух», но экономят на яйцах для теста.

– Это рынок, Маргарита Сергеевна. Но пока есть мы, у этого рынка всегда будет шанс на нормальный десерт.

Рассказ двадцатый: «Кардио-полтергейст»

Этот случай обещал быть динамичным. Владелец сети «Стальной Пресс» по имени Герман ворвался в кабинет в обтягивающем поло, сквозь которое читались бицепсы и явная тахикардия.

– Марго, у меня на флагманской точке в Химках чертовщина! – он грохнул на стол связку ключей. – Беговые дорожки живут своей жизнью. Вчера топовый клиент бежал на «пятерке», а она сама ускорилась до «двадцатки». Чуть человека в стену не впечатало! Электрики разводят руками: «Скачков напряжения нет». Тренеры шепчутся, что место проклято, мол, тут раньше было болото. Клиенты уходят в соседний «Йога-Лотос». Сделай расклад на экзорцизм оборудования!

Маргарита спокойно перетасовала колоду. Стас уже открыл план здания и кадастровую карту.

– Герман, – Марго выложила карты: Пятерка Мечей, Дьявол и Перевернутый Король Пентаклей. – Твои дорожки не одержимы духами болот. Они одержимы жадностью. «Пятерка Мечей» – это подлая война, «Дьявол» – скрытая зависимость, а «Король» – это твой арендодатель, который хочет тебя выжить.

– Погоди, – Герман нахмурился. – При чем тут арендодатель? Мы с Савельичем десять лет знакомы, в баню вместе ходим!

– В баню-то вы ходите, – подал голос Стас, – а вот договор аренды у вас истекает через два месяца. И Савельич, судя по выписке из реестра, уже ведет переговоры с федеральной сетью супермаркетов. Им нужно ваше помещение под склад, но с неустойкой за досрочный разрыв аренды Савельич связываться не хочет. Ему нужно, чтобы ты ушел сам, признав помещение «непригодным» или «проклятым».

Герман замер.

– И как он ускоряет дорожки? Силой мысли?

– Силой Wi-Fi, – Стас развернул монитор. – Все ваши новые дорожки объединены в общую интеллектуальную сеть для сбора статистики. Я просканировал частоты в вашем ТЦ. Кто-то установил мощный промышленный роутер в стене, граничащей с подсобкой арендодателя. Он перехватывает сигнал и вносит «коррективы» в прошивку тренажеров прямо во время тренировок. Это не магия, Герман, это хакерская атака средней паршивости.

Финальный «обряд»

Маргарита встала и достала из сейфа… обычный кусок фольги и церковную свечу (для антуража).

– Значит так, Герман. Завтра берешь свечу, зажигаешь её перед дорожкой №1 и громко читаешь… пункт договора об ответственности арендодателя за порчу имущества. А Стас в это время незаметно поставит на твой роутер «магический щит» – мощный файрвол и экранирование.

– А свеча зачем? – уточнил Герман.

– Чтобы Савельич, подсматривая в камеру, решил, что ты окончательно свихнулся на почве мистики и расслабился, – подмигнула Марго. – А когда он расслабится, мы зафиксируем сигнал с его роутера и предъявим ему иск на такую сумму, что он тебе это помещение подарит, лишь бы в тюрьму за мошенничество не сесть.

Спустя неделю Герман позвонил, тяжело дыша (видимо, прямо с дорожки):

– Марго! Сработало! Савельич, как увидел меня со свечой, начал ржать в микрофон громкой связи, и тут-то Стас его и запеленговал. Теперь Савельич шелковый, продлил аренду на пять лет с дисконтом 30% «за моральный ущерб от бесов». Говорит, что бес попутал… в лице его сисадмина.

Маргарита положила трубку и посмотрела на Стаса.

– Видишь, Стас, иногда «бесы» – это просто люди, которые слишком хорошо разбираются в технологиях и слишком плохо – в Уголовном кодексе.

– Маргарита Сергеевна, – Стас поправил очки, – я всё равно не понял, зачем вы заставили его обернуть главный роутер фольгой?

– Для профилактики, Стас. И чтобы он чувствовал, что поучаствовал в великом таинстве спасения бизнеса. Фольга – лучший оберег от глупости.

Рассказ двадцать первый: «Геополитика табурета»

Эдуард ворвался в кабинет, обложенный картами России так, будто он планировал генеральное наступление. Но вместо маршальского жезла в руках у него был маятник на ниточке, которым он нервно вращал над Казанью и Екатеринбургом.

– Марго, беда! – провозгласил он, едва не задев маятником лампу. – Я готов к экспансии. Логистика на Коле, сайт летает, склады затарены. Но я чувствую… дисзонанс. В Казани у меня маятник крутится по часовой стрелке, а в Екатеринбурге – против! Это же явный знак энергетической несовместимости регионов! Вдруг наши диваны «Элит» не приживутся в суровом уральском климате из-за разлома земной коры?

Маргарита устало прикрыла глаза. Стас, не дожидаясь команды, уже вывел на экран тепловую карту потребительского спроса и аналитику конкурентов.

– Эдуард, – Марго выложила на стол три карты: Тройка Жезлов, Семерка Денариев и Перевернутая Луна. – «Тройка Жезлов» – это твой порыв, экспансия, тут всё чисто. «Семерка Денариев» говорит, что урожай будет, но не сразу. А вот «Перевернутая Луна»… это твои страхи, которые не имеют под собой никакой мистической основы. Твой маятник крутится не от разломов коры, а от того, что у тебя рука дрожит.

– Но как же менталитет?! – воскликнул Эдуард. – В Казани любят роскошь, золото, бархат! А в Екатеринбурге – лофт, бетон и суровость! Вдруг я привезу в Тагил золоченый козетку, и меня проклянут местные духи гор?

Стас кашлянул, привлекая внимание.

– Эдуард Борисович, «духи гор» в Екатеринбурге сейчас массово скупают скандинавский минимализм. Я проанализировал поисковые запросы: в Казани действительно есть спрос на «дорого-богато», но не из-за энергетики, а потому что там сейчас мода на нео-классику. А ваш маятник в Екатеринбурге крутился против часовой стрелки просто потому, что вы стояли рядом с моим мощным сервером, у него кулер в ту сторону крутит. Магнитное поле, знаете ли.

«Ритуал» согласования регионов

Маргарита поняла: Эдуарду нужен «оберег» для уверенности. Она достала из стола две обычные папки с документами и посыпала их… солью.

– Слушай внимательно. Чтобы «подружиться» с регионами, тебе не нужны маятники. Тебе нужно провести ритуал «Локализации Оффера».

– Это как? Жертвоприношение в каждом городе? – оживился Эдуард.

– Почти, – усмехнулась Марго. – Для Казани мы заговорим твои каталоги на «Восточное гостеприимство». Стас перепишет заголовки на сайте: добавит больше эпитетов, подчеркнет статус и надежность. А для Урала мы проведем обряд «Суровой Прагматики». Сделаем акцент на износостойкости, гарантии 25 лет и том, что диван выдержит падение метеорита.

– И всё? А как же энергетическая сетка Хартмана? – разочарованно спросил Эдуард.

– Сетка Хартмана отлично перекрывается сеткой твоих новых ПВЗ (пунктов выдачи заказов), – отрезала Марго. – Стас, выдай ему «магические печати» для каждого региона.

Стас распечатал два QR-кода.

– Вот, Эдуард Борисович. Наклейте на папки. Это прямые ссылки на лендинги, оптимизированные под региональные диалекты и предпочтения. Если маятник снова дернется – просто обновите страницу.

Эдуард уходил просветленный, бережно прижимая к груди «заговоренные» папки.

– Надо же… Метеорит выдержит… Это мощный инсайт, Марго! Уральские духи оценят!

Когда дверь закрылась, Стас вздохнул:

– Маргарита Сергеевна, вы же понимаете, что он теперь будет заставлять менеджеров в Екатеринбурге прыгать на диванах, имитируя метеорит?

– Пусть прыгают, Стас. Это лучше, чем если бы он заставил их медитировать на ножки столов. В бизнесе главное – направить абсурд в русло маркетинга. А диваны у него реально крепкие, выдержат даже Эдуарда.

Рассказ двадцать второй: «Канализация по фэншую»

Дизайнер Карина вошла в кабинет, пошатываясь под тяжестью рулонов чертежей и образцов мрамора. Вид у неё был такой, будто она месяц провела в плену у тибетских монахов-строителей.

– Марго, либо ты совершишь чудо, либо я прыгну с этого самого «панорамного балкона», – Карина с грохотом вывалила на стол план пентхауса. – Заказчик – олигарх Степан Андреевич. Он нанял «мастера фэншуя» из интернета, и тот ему нагадал, что для притока денег унитаз должен стоять ровно в центре гостиной, потому что там «точка финансового слияния». А спать он должен головой строго на север, но при этом ногами не к двери, что в его спальне означает – парить в воздухе над лестницей!

Маргарита сочувственно пододвинула Карине стакан воды. Стас уже открыл 3D-модель объекта и начал накладывать на неё сетку Багуа.

– Карина, успокойся, – Марго разложила карты: Башня, Четверка Мечей и Король Кубков (перевернутый). – «Башня» – это его безумная перепланировка, которая разрушит конструктив дома. «Четверка Мечей» – это застой, в который попал твой Степан, раз верит в такую чушь. А «Король Кубков»… это тот самый «гуру», который мутит воду ради гонорара.

– Он требует, чтобы кухня была в зоне Огня, – всхлипнула дизайнер, – а там у нас по проекту – панорамное остекление и несущая колонна! Если я перенесу туда плиту, мы сожжем шторы и обрушим потолок. Но Степан кричит, что без этого у него «схлопнется денежный эгрегор».

Стас, изучив профиль «мастера фэншуя», хмыкнул:

– Карина, твой гуру – это бывший сантехник из ЖЭКа, который три года назад прошел курсы «Успешный успех за 24 часа». Он советует унитаз в центре гостиной просто потому, что это единственный способ не переделывать фановую трубу, которую он сам запорол на объекте этажом ниже. Это не магия, это попытка скрыть строительный косяк.

«Энергетическая» перепланировка

Маргарита встала, достала из ящика тяжелую бронзовую статуэтку жабы с монеткой во рту и решительно поставила её на чертеж.

– Слушай план, Карина. Мы не будем спорить со Степаном о физике. Мы будем бить его же оружием. Скажи ему, что я провела «глубинный аудит пространства» и обнаружила Конфликт Стихий.

– Это как? – оживилась Карина.

– Скажешь, что унитаз в гостиной – это «смыв капитала». Мол, деньги будут утекать прямо в канализацию на глазах у гостей. Это «дыра в ауре дома». Чтобы деньги копились, санузел должен быть спрятан в самом глухом углу – там, где у тебя по проекту нормальный стояк.

– А как быть с кроватью над лестницей? – спросил Стас. – Он же хочет летать.

– Скажи, что парение во сне ведет к «нестабильности активов», – подмигнула Марго. – Чтобы бизнес стоял твердо, кровать должна иметь массивное основание и стоять у капитальной стены – «опоры рода». А север… Мы просто подарим ему компас, у которого стрелка всегда показывает на изголовье. Стас, подшамань прибор?

– Сделаю, – кивнул Стас. – Магнит под тумбочку, и север у него будет там, где нам удобно по дизайну.

Финал

Через две недели Карина прислала фото: Степан Андреевич, счастливый, сидит на кровати, которая стоит на положенном месте. Рядом – компас, подтверждающий «идеальный север». Унитаз надежно спрятан за три стены.

– Марго, ты гений! – кричала Карина в трубку. – Он так проникся темой «смыва капитала», что заставил меня покрыть все трубы в санузле золотой краской – «для нейтрализации негатива». И заплатил двойной гонорар за «спасение эгрегора»!

Маргарита положила трубку и посмотрела на Стаса.

– Видишь, Стас, иногда, чтобы соблюсти законы физики, нужно просто придумать им мистическое оправдание.

– Маргарита Сергеевна, я одного не пойму, – Стас крутил в руках тот самый магнит. – Зачем вы велели ей поставить в гостиной ту жабу? Она же совершенно не вписывается в лофт!

– Жаба – это предохранитель, Стас. Пока Степан на неё смотрит, он чувствует, что магия работает. А жаба молчит – она самый надежный свидетель в бизнесе.

Рассказ двадцать третий: «Эффект ватрушки в вакууме»

На пороге возник мужчина, который выглядел как ожившее пособие по депрессивному менеджменту: помятый пиджак, тусклый взгляд и аура человека, который три дня питался только растворимым супом. Это был Виктор, бывший муж нашей Милы и владелец небольшой, но когда-то бодрой конторы по производству пластиковых окон «Окно в мир».

– Маргарита, спасайте… – Виктор рухнул в кресло, даже не сняв пальто. – У меня бизнес засыхает. Фуры стоят, монтажники ругаются, поставщики шлют в спам. Я нанял двух логистов с дипломами MBA, они мне графики рисуют красивые, Ганта там всякого… а окна не едут!

Маргарита сочувственно посмотрела на Виктора. Она знала эту породу: сухие рационалисты, которые понимают ценность «атмосферы» только тогда, когда она исчезает вместе с женой.

– Виктор, – Марго разложила карты: Тройка Кубков (перевернутая), Отшельник и Тройка Денариев. – «Тройка Кубков» – это ваша Мила. Точнее, её отсутствие. Она была тем самым маслом, на котором крутились ваши шестеренки. «Отшельник» – это вы сейчас. Сидите в своем стерильном офисе, окруженный умными графиками, но совершенно один. А «Тройка Денариев» говорит, что работа-то идет, но искры в ней нет. Коллектив разваливается.

– Да какая искра?! – взорвался Виктор. – У меня теперь порядок! Никто не обсуждает зятя бухгалтера, никто не греет беляши в микроволновке на весь офис. Тишина! Профессионализм! Но почему-то раньше, когда Мила заходила с подносом и фразой: «Ой, Витенька, а ты слышал, что у главного снабженца завода-изготовителя любовница в декрет ушла?», у нас отгрузки шли вне очереди!

Стас, изучая финансовые показатели Виктора, не выдержал:

– Виктор Анатольевич, я посмотрел вашу отчетность за «эпоху Милы». Ваша прибыль была завязана не на логистику, а на неформальные каналы коммуникации. Мила заменяла вам CRM, отдел безопасности и психолога. Сплетни были её способом сбора разведданных. А ватрушки – валютой для подкупа водителей. Ваши новые MBA-логисты пытаются договориться с миром через регламенты, а мир привык договариваться с Милой через «как там ваши ножки».

План «Возвращение легенды»

Виктор обхватил голову руками.

– Я дурак, Марго. Я думал, это всё бабские глупости. А теперь у меня на складе тишина как в морге. Я хочу её вернуть. Сделай приворот! Или хотя бы скажи, какой картой её заманить?

Маргарита спрятала улыбку.

– Привороты – это к Стелле-мошеннице, Виктор. У меня методы бизнес-ориентированные. Твоя Мила сейчас в «Дубраве» у Эдуарда, она там королева. Чтобы она вернулась, тебе нужно не «Люблю-куплю», а Стратегическое предложение.

– Какое? Зарплату в три раза больше?

– Нет, – отрезала Марго. – Ей нужно Признание Значимости. Купи самый большой и нелепый чайный сервиз на тридцать персон. Закажи в типографии грамоту «Главному аналитику неформальных связей». И… Стас, подготовь распоряжение.

Стас вывел на печать документ.

– Вот. «Приказ №1: О введении обязательного получасового перерыва на чаепитие с обсуждением новостей регионального рынка». И подпись: «Генеральный директор – осознавший свою ошибку сухарь».

Финал

Через три дня Мила позвонила Марго, захлебываясь от восторга.

– Маргарита Сергеевна! Витя-то мой! Приехал в «Дубраву» на белом коне… ну, на белом «Лексусе», с сервизом «Мадонна»! Сказал, что без моих сплетен у него завод не стоит, а падает! И что он выделил мне бюджет на «представительские расходы по линии кулинарии». Представляете?

Маргарита положила трубку и посмотрела на Стаса.

– Видишь, Стас, даже самый черствый бизнесмен рано или поздно понимает: сухие цифры хороши в отчетах, но в жизни всё держится на теплых ватрушках.

– Маргарита Сергеевна, – Стас задумчиво жевал печенье, – а вы правда думаете, что информация о любовнице снабженца помогает в бизнесе?

– Стас, информация о любовнице – это знание уязвимых мест и графиков настроения партнера. Это круче любого инсайда с биржи. Главное – подать это с правильным количеством сахара.

Ретроспектива: Мила и Виктор в «Окне в мир»

Когда-то «Окно в мир» было образцовым семейным предприятием. Виктор отвечал за штангенциркуль и сухие расчеты, а Мила – за всё остальное.

Как это работало:

Если на заводе профиля случался сбой, Виктор писал официальную претензию и ждал ответа 30 дней. Мила в это время уже звонила диспетчеру Люсе:

– Люсенька, дорогая, слышала, у твоего-то младший в первый класс пошел? Ой, молодец! Слушай, нам бы три паллеты восьмидесятки вне очереди… Я там водителю кулебяку с мясом передала, пускай перекусит.

Через час фура уже стояла под погрузкой. Виктор ворчал на «бабские сплетни», но прибыль росла. А потом случился кризис среднего возраста. Виктор решил, что он «серьезный бизнесмен», а Мила с её пирожками – «пережиток прошлого». Они развелись и в бизнесе, и в жизни. Мила ушла искать «солидную работу», а Виктор остался в стерильном офисе, где окна внезапно перестали открываться.

Рассказ двадцать четвертый: «Великое объединение логистов»

Эдуард влетел к Марго, сияя как новый самовар.

– Маргарита! Мы растем! Я решил, что «Mebel-Elite» и «Дубрава» должны работать в едином информационном поле. Коля (мой руководитель логистики) и Мила (которая у них в «Дубраве») должны… как это… засинхрониться!

Стас, услышав это, медленно закрыл лицо руками.

– Эдуард Борисович, вы понимаете, что Николай – это Excel на ножках, а Мила – это ходячий «сарафанный радиопередатчик»? Их синхронизация – это как попытка установить Windows на кухонную плиту.

– Вот и я боюсь! – притих Эдуард. – Коля вчера прислал мне схему оптимизации с 15-ю графиками, а Мила прислала мне… рецепт медовика и сообщение, что «водитель Петрович не поедет в рейс, пока мы не узнаем, почему его собака грустит». Коля в ярости! Он говорит, что собака не является объектом транспортной накладной!

Консультация на выезде

Марго и Стас приехали на склад, где разыгрывалась драма. Николай, в отглаженной рубашке, тыкал пальцем в планшет:

– Людмила, поймите! Маршрутизатор рассчитал оптимальный путь через объездную! Это экономит 4% топлива!

Мила, в уютной кофте, разливала чай:

– Коленька, деточка, ну какая объездная? Там на повороте баба Маша корову пасет, она мне сказала, что мост перекрыли еще утром, а в навигатор не внесли. А Петрович поедет через деревню, там у него кум в дорожной службе, он его без очереди пропустит. Пей чай, не кипятись, сахарку-то положи…

Маргарита выложила карты прямо на ящик с фурнитурой: Иерофант, Колесо Фортуны и Два Сапога (карта из специальной колоды метафор).

– Слушайте оба, – Марго посмотрела на Николая и Милу. – Вы не враги. Вы – две половины одного целого. Коля – это Структура (Иерофант). Без него бизнес превратится в балаган. Мила – это Удача и Связи (Колесо Фортуны). Без неё структура заржавеет.

– Но она же сплетничает! – вскричал Николай.

– Она не сплетничает, Николай, – подал голос Стас, изучая данные Милы. – Она проводит полевой мониторинг рисков. Информация о корове бабы Маши поступила к нам на 40 минут раньше, чем в Яндекс.Пробки. Я предлагаю сделку: Мила сообщает Николаю все «инсайды» от бабы Маши и Люси, а Николай вносит их в систему как «корректирующие коэффициенты».

Мила засияла:

– Ой, Стасик, как ты красиво сказал! Коэффициенты! А я-то думала – просто потрындеть…

Николай вздохнул, глядя на ватрушку, которую Мила подсунула ему под руку.

– Ладно. Но никакой «грустной собаки» в официальных отчетах! Пишем: «Технический простой по личным обстоятельствам водителя».

Итог

Через неделю логистика «Мебельного союза» стала легендарной. Фуры объезжали заторы, которые не видел спутник, а водители работали как заведенные, потому что знали: в конце маршрута их ждет не только премия от Николая, но и одобрительный кивок от Милы.

А Виктор, бывший муж Милы, увидев этот тандем, окончательно понял: его «Окно в мир» без такой «логистики» просто дыра в стене.

Рассказ двадцать пятый: «Танцы с акулой на складе»

Эдуард вбежал к Маргарите, светясь энтузиазмом, как свежевыкрашенный комод. В руках он держал книгу в золотой обложке: «Рви шаблоны: как превратить сотрудников в стаю акул».

– Марго, я осознал! Мы растем, но нам не хватает драйва! – провозгласил он. – Коля и Мила – профи, но они застряли в «зоне комфорта». Коля вечно в своих таблицах, Мила в своих ватрушках. Я нанял им коуча высшей категории – Алекса Титана. Он обещал вытряхнуть из них остатки стабильности и научить «достигаторству через боль».

Стас, который в этот момент настраивал систему защиты данных, медленно повернулся.

– Алекс Титан? Это не тот, который на прошлом вебинаре предлагал отделу продаж ходить по битому стеклу, чтобы «почувствовать остроту рынка»?

Алекс Титан прибыл на склад «Mebel-Elite» в костюме цвета «электрик» и с белозубой улыбкой, которая, казалось, была вставлена в лицо стационарно.

– Так, команда! – крикнул он, хлопая в ладоши так, что эхо заметалось между стеллажами с ЛДСП. – Забыли про чай! Забыли про графики! Сегодня мы выходим из зоны комфорта! Николай, бросай планшет! Мы будем тренировать «доверие в прыжке». Ты прыгаешь со стремянки спиной назад, а Мила тебя ловит!

Николай, чьи нервы были откалиброваны точнее швейцарских часов, посмотрел на стремянку, потом на Милу, которая весила в два раза меньше него.

– Алекс, – холодно произнес он, – согласно СНиП и технике безопасности, прыжок спиной со стремянки классифицируется как производственная травма с последующим увольнением гендиректора.

– Это страх говорит в тебе! – прорычал Титан. – Мила, а ты! Твои сплетни – это балласт! С этого момента ты общаешься с водителями только через «крик силы». Никаких «Люсенька, дорогая», только «Эй, ты, ресурс, обеспечь трафик!».

Мила, у которой от такого обращения задрожали даже рюши на фартуке, прижала к груди чайник.

– Деточка, – прошептала она, – какой крик? У Петровича давление, он от твоего крика фуру в кювет уронит…

Консультация в разгаре

Через два часа Эдуарду позвонили.

– Эдуард Борисович, – голос Николая в трубке был пугающе спокойным. – У нас тут возник небольшой форс-мажор с вашим коучем. Он… э-э… зашел в зону абсолютного дискомфорта. Приезжайте с Маргаритой.

Когда Марго, Стас и Эдуард прибыли на склад, картина была эпичной. Алекс Титан сидел внутри огромного сетчатого вольера для хранения бракованных диванов. Вольер был заперт на три амбарных замка. Николай методично описывал инвентарь на планшете, а Мила мирно поила Титана чаем через ячейки сетки.

– Что здесь происходит?! – взвизгнул Эдуард.

– Эдуард Борисович, – Николай поправил очки. – Объект проявил избыточную агрессию и пытался разрушить логистические цепочки путем сжигания маршрутных листов (он назвал это «ритуалом освобождения от прошлого»). Согласно протоколу безопасности, потенциально опасный элемент изолирован до приезда специалистов.

– Он хотел, чтобы я Петровичу в рупор кричала «Ты – ничтожество!», – всхлипнула Мила. – Я его и закрыла, пока он на стеллаж лез, чтобы «доминировать над пространством».

Маргарита выложила карты прямо на сетку вольера: Башня, Шут и Мир.

– Посмотри, Эдуард, – Марго указала на «Башню». – Это твой коуч. Пытался разрушить то, что работает. «Шут» – это ты, когда его нанимал. А «Мир»… – она обвела рукой спокойный склад, где Николай снова считал, а Мила снова улыбалась. – Это то, что у тебя уже есть.

– Но как же рост?! – заныл Эдуард.

– Эдуард Борисович, – подал голос Стас, вытаскивая из кармана коуча визитку. – Ваш Титан – это бывший аниматор из отеля в Турции. Его «методика» – это вольный пересказ тренингов из девяностых. Я проверил его «кейсы»: три компании после его «акул» подали на банкротство, потому что сотрудники перегрызли друг другу глотки, забыв обгрузить товар.

Алекс Титан внутри вольера попытался что-то возразить, но Мила сунула ему в рот ватрушку:

– Ешь, деточка, сахар в крови поднимется – бредить перестанешь.

Финал

Эдуард понуро открыл замки. Коуч, растеряв весь «драйв», пулей вылетел со склада, забыв книгу про акул.

– Николай, Людмила… простите, – выдавил Эдуард. – Больше никаких коучей.

– Эдуард Борисович, – Николай на секунду оторвался от планшета. – Если вам так хочется выйти из зоны комфорта, давайте обсудим закупку новых погрузчиков с литий-ионными батареями. У меня от их цены уже второй день «зона дискомфорта» в области сердца.

– Вот это я понимаю – масштабирование! – обрадовалась Мила. – А я под это дело печенье с корицей испеку. Коля говорит, корица стимулирует… как там… когнитивные способности!

Маргарита и Стас уходили со склада, слушая, как Эдуард увлеченно спорит с Николаем о мощности батарей.

– Маргарита Сергеевна, – спросил Стас, – а почему вы не сказали Эдуарду, что на коуча выпал еще и «Дьявол»?

– А зачем, Стас? Он и без карт понял: когда на складе порядок, не надо звать акул. Достаточно просто не мешать работать тем, кто умеет ловить рыбу без криков и прыжков со стремянки.

Рассказ двадцать шестой: «Уральское сопротивление и казанский зигзаг»

Эдуард ввалился к Маргарите, пропахший дорожной пылью и казанским чак-чаком. Выглядел он как человек, который пытался обнять необъятное и при этом не уронить корону.

– Маргарита, экспансия – это не праздник, это проверка на прочность нервных окончаний! – Эдуард рухнул в кресло. – В Казани всё пошло по «Магу»: продажи прут, золото-бархат сметают. Но в Екатеринбурге… там у меня «Пятерка Мечей» в чистом виде! Мои «суровые уральские мужики» на складе объявили тихий бойкот. Николай рвет и мечет, а Мила вообще плачет в трубку.

Марго привычно разложила три карты: Король Пентаклей, Перевернутый Паж Жезлов и Шестерка Мечей.

– Эдуард, – Марго постучала по «Королю». – Ты в Казани молодец, попал в струю. Но в Екатеринбурге у тебя «Паж» перевернулся. Ты туда кого в качестве десанта отправил?

– Так племянника своего, Артемку! – Эдуард заерзал. – Парень молодой, современный, в Питере на дизайне учился. Я думал, он им там стиль привьет, визуал подтянет…

Стас, который уже залез в корпоративный мессенджер екатеринбургского филиала, издал звук, похожий на стон.

– Эдуард Борисович, ваш Артемка первым делом запретил суровым уральским грузчикам курить у входа и заставил их… сортировать мусор по цветам радуги. А еще он ввел в столовой «день смузи». Мужики, которые десять лет обедали борщом, теперь смотрят на него как на инопланетянина, который хочет их кастрировать диетой.

Проблема «Культурного кода»

Марго указала на «Шестерку Мечей».

– Смотри, Эдуард. Это карта перехода. Но переход должен быть плавным. Твой Артемка приехал в чужой монастырь со своим уставом по урбанистике. У тебя там на складе «старая гвардия». Для них мебель – это тяжелый труд, а не «визуальное наслаждение». Они видят в племяннике бездельника, который мешает им работать.

– Но он же хотел как лучше! – заступился Эдуард. – Эстетика!

– Эстетика не возит диваны, – отрезал Стас. – В Екатеринбурге сейчас задержка отгрузок на 40%. Знаете почему? Грузчики саботируют новую систему штрих-кодирования, которую Артемка внедрил «для красоты». Они специально клеят их так, чтобы сканер не считывал.

Решение в стиле «Марго и Ко»

Маргарита встала и достала из ящика… старую чугунную гирю, которую использовала как пресс для бумаг.

– Слушай ритуал «Заземления Питерских амбиций».

Артемку из Екатеринбурга забираешь. Отправь его в Казань – там его любовь к золоту и вензелям оценят, он там будет как влитой.

В Екатеринбург отправляешь… Николая. На неделю.

Но Николай должен поехать не с проверкой, а с «Миссией Уважения».

– Это как? – Эдуард вытаращил глаза.

– Стас, подготовь приказ, – скомандовала Марго. – Николай привозит им не новые правила, а новые… погрузчики. Мощные, железные, которые не ломаются. И возвращает в столовую борщ. А штрих-коды… Стас, сделай их черными на сером фоне, чтобы выглядели сурово, по-заводскому.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.