Сандра Райзер
Вуконг. Сердце обезьяны

Sandra Reiser, Melanie Korte (Illustrator)

Wukong: Das abenteuerliche Versprechen

This edition is published by arrangement with Hefei Huang Verlag GmbH

© Hefei Huang Verlag GmbH, 2024

© Пудова Е. А., перевод на русский язык, 2026

© Издание на русском языке. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026

«Махаон»®

Предисловие

Так иногда бывает, что герои одной культуры приходят в другую совершенно разными путями, даже если это один и тот же персонаж. Так случилось и с ним. Итак, знакомьтесь: хитрый, умный, но часто несдержанный в своих порывах, трикстер мира китайской мифологии – Сунь Укун, Король обезьян, Каменный, Постигающий пустоту…

Почему Сунь Укун, спросит читатель, если на обложке и в тексте самой книги Сандры Райзер мы видим другое имя – Вуконг? Немного предыстории. В 2024 году вышла ставшая вскоре очень популярной игра Black Myth: Wukong (Тёмный миф: Вуконг) китайской студии Game Science, основанная на сюжете очень известного романа «Путешествие на Запад». Он был создан в 1570 году китайским писателем и поэтом У Чэнъэем. Правда, история была опубликована анонимно, поэтому исследователи до сих пор не могут со стопроцентной уверенностью утверждать, кто автор этого произведения.

При переводе книги, которую вы держите в руках, вариант передачи на русский язык имени Короля (или Царя) обезьян «Вуконг» был выбран для того, чтобы его узнали все. В том числе те читатели, кто пока ещё не очень знаком с литературной основой игры. Но Сунь Укун может быть известен читателям не только как персонаж исключительно китайской культуры. Он ещё и является прообразом Сона Гоку, известного героя популярных японских аниме и манги. А вот прообразом самого Сунь Укуна, вполне вероятно, был индийский бог-обезьяна Хануман.

Давайте посмотрим, что же значит имя Сунь Укун или Сан Вуконг (видимо, Sun воспринимается как английское слово со значением «Солнце»). Китайские имена и названия обычно имеют общеизвестное для жителей Поднебесной толкование. Сунь (孫) – фамилия, данная Королю обезьян Мудрым учителем, может означать и просто «обезьяна» и «определённый вид обезьян», а ещё она может значить «внук, потомок». А имя Укун (Вуконг) состоит из двух иероглифов 悟空, первый значит «постигающий, познающий», а второй «пустота» или «небо». Получается само имя Укун/Вуконг стоит понимать, как «Познающий/Распознающий/Постигающий Пустоту» или «Познающий/Распознающий/Постигающий Небо». В книге Сандры Райзер Вуконг и сам не совсем понимает, почему Учитель дал ему такое имя, предполагая, что тот посчитал его умным и захотел подчеркнуть это таким именованием. Больше в истории это интересное имя никак не разбирается и не переводится. Но для лучшего понимания самой сути этого персонажа, стоит отметить, что пустота здесь означает не просто отсутствие чего-либо где-либо (например, мебели в комнате), а это скорее философское понятие, близкое к буддийскому «Шуньята». Это великое Ничто, из которого всё рождается и в которое всё уходит. В книге рассказана только первая половина приключений Вуконга, он и сам в конце истории намекает читателю, что продолжение вполне возможно. В романе «Путешествие на Запад» Короля обезьян ждали и другие приключения. И как-то раз в одной из историй ему предложили титул «Великий Мудрец, равный Небу», и, конечно же, этот титул он с радостью принял. Так что Вуконг вполне может быть и «Познающим Небо».

Сунь Укун по поведению, которое описывает и роман «Путешествие на Запад», и книга Сандры Райзер, является классическим трикстером – божественным существом, что не из злобы своей, но по велению сердца, развлечения ради или для достижения своих целей, вредит другим, а сам постоянно выходит сухим из воды. Сюжет книги Сандры Райзер, хоть и базируется на «Путешествии на Запад», но всё же эта история рассчитана и на юных читателей, в ней много доброго юмора, а сам Вуконг, несмотря на то, кем он является, по поведению и восприятию мира напоминает порой задиристого и иногда довольно нахального, но всё же доброго и умного человеческого мальчишку. В приключениях Вуконга сопровождает персонаж, незнакомый читателям по «Путешествию на Запад» – сова-демонесса Шуши. Сова в китайской мифологии – сущность неоднозначная, она часто виделась людям как предвестник смерти, но при этом была символом мудрости и успеха. Многие персонажи книги Сандры Райзер боятся её, считая, что один её голос должен быть предвестием гибели того, кто его услышит. Но наша Шуши совершенно не такая. Она не только умная птица, но ещё и очень добрая. За то, как благородно повёл себя с ней Вуконг, она искренне привязалась к нему. На всём его трудном пути она помогает ему, даже спасая от гибели. Шуши осмеливается отправиться за другом в само Царство мёртвых и противостоять властителю этого царства – Яме. Но, конечно, если её рассердить, то она может вспомнить и про свою демоническую сущность!

Книгу Сандры Райзер, конечно, нельзя назвать путеводителем по китайской мифологии, всё-таки это скорее современное, художественное, с вольными отступлениями и дополнениями, переосмысление старых легенд. Но книга про приключения Вуконга – это маленький ключик, который позволяет открыть дверь в мир китайских мифов и сказок. Писательнице удалось рассказать историю Вуконга лёгким, но ярким современным языком. Сам Вуконг понятен и близок нам, потому что он чем-то похож и на персонажей русских сказок, и на нас самих. Ведь он, несмотря на свои безрассудность и бесшабашность, часто придумывает мудрые решения для сложных задач. Даже когда кажется, что выхода нет, он находит его, или создаёт новый… или новую проблему вместо выхода – но ведь это тоже развитие сюжета, а не скучное топтание на месте!

В книге читатель обнаружит, что некоторые вещи автор называет (с объяснением и переводом, конечно) на китайском языке. В оригинальном тексте, созданном на немецком языке, даны китайские иероглифы и латиницей написано то, как они примерно звучат. Для передачи приблизительного звучания китайских слов с помощью возможностей кириллического алфавита в переводе на русский язык я использовала транскрипционную систему Палладия, обратиться к которой порекомендовали переводчики с китайского языка, работающие с издательством «Махаон», за что им большое спасибо! Книга окажется очень полезной для тех, кто планирует изучать китайский язык. Читая её, вы не только ближе познакомитесь с культурой нашего загадочного, древнего и очень интересного соседа, но и выучите несколько слов и иероглифов, которые им соответствуют!

Так что, уважаемые читатели, давайте вместе произнесём «Юнь» (云), что означает по-китайски «облако», и на наших облачных плотах отправимся в приключения вместе с Вуконгом и его верной подругой совой Шуши!

Переводчик Елизавета Пудова

1
Задача для короля

Семья. В одном старинном свитке сказано, что семья – это группа родственников по крови. Но тот, кто написал это, никакого понятия не имел, как бывает в жизни. Семья – это те, кому вы отдали часть своего сердца. Уж я-то знаю, о чём говорю, ведь у меня нет родных по крови. Считается, что меня породила гора. Огненный жар Солнца и ледяная сила Луны так долго заряжали скалу своей энергией, пока от неё не откололся камень в форме яйца. И из этого каменного яйца уже появился я. Но только не думайте, что всё это случилось так же, как бывает у птиц или драконов. Не было никакого треска, с которым раскалывается скорлупа. Я выбирался из своего каменного яйца очень медленно. Свистящие ветры долгие годы шлифовали камень, формируя моё тело. И потом всё случилось! Удар молнии! Шипение! Искра жгучего любопытства пробудила меня из сонного оцепенения.

Сначала я попробовал ползти, потом бежать и, в конце концов, помчался навстречу приключениям. Трудно поверить, правда? Хм, ну да, трудно. Но факт остаётся фактом: я долго бродил в одиночестве по горам, поросшим лесом, пока однажды не встретил странную пёструю компанию, которую я теперь и называю своей семьёй. Они приняли меня с распростёртыми объятьями. И сейчас я не могу себе представить жизнь без них, пусть они и смотрят на мир совершенно другими глазами. Они не способны заметить те тайны, по следам которых я постоянно спешу. Их жизнь состоит из удовольствий, и в ней нет места магии. Так было и этим утром.

* * *

– Взгляните-ка! Вы видите кое-что необычное?

Несколько моих братьев и сестёр на секунду остановились, прервав свои весёлые игры, и уставились туда же, куда смотрел я. Они глядели и глядели, но не замечали ничего интересного. Когда им наскучило это занятие, они вернулись к своим играм, продолжив с визгом плескаться в ручье. Холодные брызги долетали даже до меня.

Маленькая Лян радостно прокричала:

– Иди к нам! Тут так здорово!

Вода была просто великолепна. Прохладная и ясная. С кучей тайн.

– Прислуш-ш-ш-ш-шайся! Внимательно прислуш-ш-ш-ш-шайся, – шипела она.

Ручей всё время бурлил и щебетал. Именно поэтому мы и пошли за ним. Вернее сказать, вся моя семья просто шла за мной, а я бежал по следам тайны. Что заставляет ручей так волноваться? Я пытался найти источник его беспокойства. И вот я стоял прямо перед ним.

Вода с шипением и грохотом падала с обрыва скалы в большую купель прямо перед моими ногами.

– Осторожно! Не подходи к водопаду, там может быть опасно! – предупредила меня бабушка Лао.

Вот скажите, у ваших ушей тоже проблема с восприятием частицы «не»? Со мной всегда происходит одна странная вещь: это слово как будто не сохраняется в моей памяти, зато другие слова я запоминаю отлично. В конце концов я услышал: «Осторожно подходи к водопаду, там может быть опасно!»

Мои ноги, словно сами по себе, сделали ещё один шаг вперёд. Зрение внезапно стало острым, как у орла. С каждым морганием мне казалось, что вода течёт всё медленнее и медленнее. Её обрушивающиеся потоки стали миллионами отдельных капель, словно стеклянные бусины, нанизанные на нити водного занавеса. А ведь занавесы так называются, потому что они что-то занавешивают. Там точно что-то должно быть! Это же ясно как божий день!

– Взгляните туда! Вы это видите? – Я громко закричал.

Мой голос прогремел так мощно, что все снова остановились, прервав свои игры и забеги. Немного той магии, которую чувствовал я, коснулось и их тоже.

– Что такое? Где? – заверещали они, в волнении собираясь вокруг меня.

– Мне кажется, за водопадом что-то есть! Он, как занавес, скрывает что-то от нас!

– О-о-о! А что там? Что он прячет от нас?

– Стоять на месте! – рявкнула на нас бабушка Лао. – Попробуйте только подойти к водопаду!

Она видела всё в чёрном свете. Вероятно, так было из-за её плохого зрения. И чем меньше света воспринимали её глаза, тем темнее становились угрозы, которые она везде ощущала.

– Вода схватит вас, – мрачно пророчила она. – Она утащит вас в самую свою глубину и не даст вам дышать, пока вы не захлебнётесь!

На камне рядом со мной вдруг появился дядя Бен. Со времён гибели нашего предводителя, который был мне словно отец, мнение дяди Бена имело для меня двойной вес.

– Как думаешь, – спросил я, – есть там что-то за этим водопадом?

Дядя Бен сначала внимательно осмотрел водопад, а потом обернулся ко мне:

– Если бы у нас был король, то он бы обязательно пошёл туда и всё выяснил.

Маленькая Лян рассмеялась:

– Нет, он бы просто указал, кто пойдёт всё выяснять.

В улыбке дяди Бена светилась мудрость, та самая, благодаря которой он всегда мог дать ценный совет моему отцу.

– Нет, Лян. Идти первым – это задача вожака.

Почему он при этом смотрел на меня? Он хотел придать мне мужества для какого-то серьёзного поступка? Ему для этого не придётся тратить много слов! Любопытство неудержимо тянуло меня вперёд. Я уже с трудом мог усидеть на месте.

– Я пойду вперёд и всё выясню!

– Ура! Давай! – Лян начала подпрыгивать на месте от восторга. – Кто идёт вперёд, тот и вожак!

Дядя Бен сделал странное движение головой. Кажется, он кивнул? Мои братья и сёстры были в восторге от идеи, что в будущем кто-то из нас сам будет принимать решения. Они постепенно присоединялись к восторженным крикам:

– Король! Король! Король!

От их возгласов сердце стало биться быстрее. Но тут раздался каркающий голос бабушки Лао:

– Кто посмеет приблизиться к водопаду, будет иметь дело со мной! Это опасно!

Опасно? Нет. Загадочно!

Сквозь шум водопада слышалось странное постукивание. Казалось, что капли сияющего водного занавеса ударялись друг о друга, как стеклянные бусины на нитке. Загадочный проход в скале манил меня. А может быть, я просто слышал испуганный стук зубов маленькой Лян. И прежде чем её страх перейдёт ко мне, я спешно шагнул сквозь занавес. Вода хлынула мне на голову. Её холодные потоки мчались по моей спине, но сбить меня с ног она не смогла. И унести меня в свои глубины у неё тоже не получилось. Её яростная мощь оказалась вовсе не такой и сильной, как того боялась бабушка Лао. Я прошёл через занавес, даже не споткнувшись. Но вот то, что я увидел за ним, чуть не сбило меня с ног.

Передо мной расстилалась огромная пещера. Наверху был целый ряд отверстий, через которые проникали солнечные лучи. Они освещали плодовые деревья, чьи ветви были полны фруктов, а ложа из мягких мхов и вьюнов и толстых, словно канаты, лиан как будто приглашали поваляться и попрыгать на них. Я собрал и тут же съел целую пригоршню ягод. Мммм! И как что-то могло быть таким сладким? Сейчас, ещё пара штучек, и всё! Дожёвывая, я посмотрел на сверкающий занавес, который скрывал пещеру от остального мира. Его было не видно, и я прекрасно понимал, что снаружи тоже совершенно непонятно, что скрывает эта пещера. Рыскающие вокруг дикие звери не могли сквозь водопад нас ни учуять, ни увидеть. Здесь, внутри, нам не нужно их бояться.

При этой мысли я почувствовал облегчение, но одновременно сердце стало тяжёлым, как камень.

Я вспомнил крик отца:

– Бегите! Быстрее!

В моей памяти сплелись его крик и громкое шипенье. А потом я уже не видел ничего, кроме пантеры со сверкающим чёрным мехом. Она полностью накрыла отца своим телом. Он встал на пути хищника. Отец пожертвовал собой, чтобы мы, остальные, спаслись. Это несчастье случилось уже несколько недель назад, но с тех пор страх не отпускал нас. Он преследовал нас на каждом шагу, особенно жутко было ночью, когда вокруг нашего лагеря бродили дикие звери, а бабушка Лао, бормоча во сне, пророчила нашу скорую гибель.

Я вздрогнул. Наверняка ведь бабушка Лао как раз сейчас внушала всем, что я утонул. Я быстро выскочил сквозь занавес из пещеры. Моя семья встретила меня так, как будто я и правда вернулся живым из Царства мёртвых. Мне потребовалось набрать полные лёгкие воздуха, чтобы суметь перекричать весь этот шум и суматоху, которые они устроили:

– Вы просто не поверите, что я обнаружил за водопадом! Там целая пещера! Пойдёмте, вам тоже надо её увидеть!

– Ууух! Дааа! – Лян снова запрыгала от радости.

А вот взрослые встретили эту новость довольно сдержанно:

– Тебе пришлось нырять?

– Там всё залито водой?

– Да не пришлось мне нырять. И там ничего водой не залито…

Мне пришлось потратить некоторое время, чтобы убедить всех, даже сомневающихся. Но в конце концов они всё же решили пойти за мной в пещеру.

Дядя Бен с удивлением огляделся. Он сразу заметил то, что делало это место идеальным домом для нас.

– Здесь мы в безопасности. Нам не грозят тут ни хищные звери, ни непогода.

Я с усмешкой слегка толкнул его в плечо:

– Найти подобное место – это ведь была задача вожака, правда?

Он кивнул. Решив пошутить, я обернулся ко всем остальным и крикнул:

– Кто за то, чтобы я стал вожаком?

У меня не было никакого намерения захватывать трон. Правда, клянусь! Но дядя Бен схватил меня за плечи и поставил на камень, позолоченный светом солнца.

– Король! Король! – с восторгом взревели все остальные.

И лишь бабушка Лао проворчала:

– Он слишком юн! Такая задача – слишком большая ответственность для ребёнка!

Слишком большая ответственность? Да самое сложное решение, которое мне придётся принимать в этой пещере – это вычисление того, созрели те или иные фрукты и можно ли нам уже сожрать их. Что?! Вы говорите, культурные люди должны говорить «есть», а не «жрать»? Ой, кажется, забыл упомянуть, что я обезьяна.

Иногда я обезьяна прямо с головы до ног, иногда я вовсе не обезьяна, а порой лишь частично, всё зависит от того, как мне самому захочется. Я могу принимать и человеческий облик. Но не спрашивайте меня почему. Понятия не имею. Я мог это всегда. Возможно, буйные ветры, которые шлифовали камень, из которого я появился на свет, хотели оставить мне выбор, хочу ли быть обезьяной. Но почему я должен был не хотеть этого? По какой причине я должен был захотеть расстаться со своей тёплой шкуркой, чтобы потом кутаться в человеческую одежду – в шерсть, которую состригли с несчастной овцы, или колючие ткани, которые люди получают из волокон растений? Или того хуже – в одеяния из шёлка? А вы знали, что шёлковые нити – это слюна гусениц, которая лишь на воздухе становится нитью? И почему я должен ТАКОЕ надевать? И к тому же зачем мне отказываться от своего такого удобного обезьяньего хвоста, который я могу использовать как третью руку?

Я расскажу вам, почему как-то вечером я преобразился в человеческого юношу и отправился на поиски, полные опасностей. Я сделал это, чтобы спасти маленькую Лян, дядю Бена и всех других больших и маленьких обезьян из моей семьи. Хотите знать, от чего их нужно было спасать? О, это захватывающая история!

2
Адский ужас

Но пока о настоящем. Тот вечер, когда рай за завесой водопада превратился в преддверие ада, начинался как обычно: у нас была вечеринка. Вот честно, почему можно праздновать день рождения только один раз в году, в день твоего появления на свет? Гораздо веселее праздновать каждый день, который ты проводишь на этом свете!

Кульминацией нашего веселья всегда были салки. Все, кто ещё не совсем запыхался, с визгом скакали вокруг, а когда двое касались друг друга, то падали на землю и начинали бороться. Остальные в это время устраивали настоящий шумовой хаос: лупили палками по полым стволам деревьев и звонким камням.

А парочка избранных барабанила по собственной груди. Среди них был и я. Обычно был.

В тот вечер я набил желудок всеми вкуснейшими фруктами, которыми мы лакомились на нашем пиршестве. При попытках побарабанить по груди я добивался только сытой отрыжки. Полусонный, я удобно устроился на подушке из мха и с удовольствием грыз унаби – красные китайские финики. Время от времени глаза непроизвольно закрывались. Шум, окружавший меня, совсем недавно ещё оглушающе громкий, стих настолько, как будто звучал издалека. А потом – будто раскат грома пронзил мою голову, у меня заложило уши – я вдруг обнаружил себя в центре сцены, которая не могла мне присниться и в самом кошмарном сне. И никто, кроме меня, ничего не заметил.

Пол пещеры раздвинулся передо мной. Языки сияющего пламени вырвались наружу. На них, словно на троне, восседал Яма, властитель Царства мёртвых. Вместо короны у него был высокий головной убор из блестящей, как шёлк, ткани. Тяжёлая золотая шпилька скрепляла материю. Не только одеяние, но и сама кожа сияла огненно-красным светом. Под угольно-чёрными бровями его глаза словно пытались выскочить из орбит. На лице у Ямы была жуткая гримаса.

Ой, бедолага, подумал я. Кто же заставляет его восседать на этом горящем троне?

Но я быстро понял, что никаких мучений он не терпел и потому совсем не заслуживал моего сочувствия. С видимой скукой он разглядывал свои когти, под которыми скопилась грязь – наверняка кровь тех, кого мучают в аду, ну или не знаю, что там может быть под ногтями властителя Царства мёртвых.

Земля задрожала от его грохочущего голоса.

– Мне, конечно, очень жаль разрушать ваше праздничное настроение…

По его ухмылке было понятно, что ему ни капельки не жаль.

– Но здесь, в этой пещере, для вас вовсе не так уж безопасно, как вы предполагаете. И хотя ни дикие звери, ни молнии, ни смерчи не могут причинить вам вреда, но вы по-прежнему находитесь в моей власти. И когда придёт время, я заберу вас в своё Царство. Для этого есть целый ряд интересных возможностей.

Считая, он начал загибать пальцы с длинными когтями. С каждого когтя при этом срывалась и повисала в воздухе искра, как будто повелитель Царства мёртвых желал прожечь в воздухе все пункты своего списка.

– Во-первых, всякого рода несчастные случаи. Во-вторых, болезни. В-третьих, старение. Я мог бы перечислять и дальше.

Но он этого не сделал. Он просто пожал плечами и сообщил:

– Вы все умрёте.

И он исчез в вихре пламени. Я не расслышал – он что-то ещё прорычал перед своим исчезновением?

Моё тело содрогнулось, как от землетрясения. Но тут же я пришёл в себя и понял, что это дядя Бен трясёт меня за плечо, пытаясь разбудить, а громогласный крик исходит из моей глотки:

– Яма заберёт нас всех! Властитель Царства мёртвых прикажет всех нас утащить к себе!

От моего вопля праздничное настроение в пещере улетучилось. И те обезьяны, что с визгом играли в салки, и те, что с довольным причавкиванием наслаждались яствами со стола, замерли на месте так, словно они уже умерли. А потом первые зарыдали, а за ними завыли уже все бывшие в пещере. Что я натворил?

Я взял младших на руки, а к старшим обратился с утешительной речью:

– Всё в порядке. Успокойтесь! Здесь никто не умрёт. Мы не заболеем. И с нами не случится ни одного несчастья!

И именно в этот момент плач одной малышки перешёл в натужный кашель. Маленькая Лян подавилась яблоком. Она не могла дышать. Яма что, уже решил показать мне свою власть? О, со мной такой номер не пройдёт! Я начал хлопать Лян по спине, пока она с диким кашлем не выплюнула кусок яблока. В набиравшем обороты хаосе я взобрался на большой камень, который был освещён солнцем наподобие трона.

– Перестаньте рыдать! И послушайте меня! Яма не заберёт нас! Я это вам обещаю. Я этого не допущу!

Всё ещё в шоке, Лян, дрожа, стучала зубками:

– Н-н-но к-к-как?

Без понятия. Этот честный ответ вряд ли внушит им хоть немного доверия. Чтобы выиграть немного времени, я подарил им всем доооолгую подбадривающую улыбку. И тут мне пришло в голову, как я могу их успокоить.

– Обычные обезьяны не умеют превращаться в людей, а я могу. Вы это знаете. Я способен на невозможное. Я позабочусь о том, чтобы никто из нас не умер. Я вам обещаю! Я обещаю!

Я повторил свою клятву столько раз, что все уже поверили в неё. Вокруг меня снова завертелись играющие в салки, они радостно визжали и жевали сладкие фрукты. Лян протянула мне унаби, которыми я лакомился до пришествия Ямы. Но я, покачав головой, отказался. Мне сейчас и маленького кусочка было не проглотить. В горле застрял комом безмолвный крик отчаяния. Даже закричать я не мог, потому что я должен быть сильным, как настоящий вожак!

Я спустился со своего трона и забился в тёмный угол пещеры. Там я сидел и дрожал.

Рядом со мной опустился дядя Бен.

– Ты внушил им надежду.

Это был упрёк? На его лице я не заметил ни намёка на разочарование или злость. Он не осуждал меня. Дядя Бен вообще это делал очень редко. Обычно он просто составлял мне компанию и помогал мне самому осознать свои ошибки.

Чувствуя себя жутко несчастным, я сознался:

– Я обманул их.

– Может быть. А может быть, и нет.

Я с удивлением взглянул на него.

– Когда я и твой отец ещё были детьми, в сердцах наших пылало то же любопытство, которое сейчас движет тобой. Нам было интересно всё, мы везде совали наши носы и подслушивали людей. Как-то раз мы сидели на крыше храма и слушали речь священника. Он рассказывал о Бессмертном, над которым у властителя Царства мёртвых не было власти. И у этого Бессмертного были ученики.

Я начал слушать внимательнее.

– Ты думаешь, он рассказывает им тайну бессмертия? Ты думаешь, он сообщит мне, как мы сможем обхитрить Яму?

– Обезьяне он точно ничего не расскажет, а вот человеческому мальчику…

Он оставил предложение незаконченным. Но в воздухе заискрилась надежда.

Дядя Бен вздохнул:

– Я уже ругаю себя, что я тебе всё это рассказал.

– У тебя нет причин ругать себя. Правда. Без разницы, что случится там, снаружи… Лучше так, чем просто сидеть здесь и ждать, что с вами что-нибудь случится.

Мой голос потерял всякую силу. И лишь хриплый шёпот исходил из моих уст.

– Я бы этого не пережил. Ещё раз потерять кого-то…

Дядя Бен притянул меня к себе.

– Я знаю это, мальчик мой.

Он страдал вместе со мной, когда погиб мой отец.

Вопрос, что мы могли бы сделать, чтобы спасти его, мучал меня. На него был только один правильный ответ: то, что уже случилось, изменить невозможно! Но вот что можно изменить – это будущее! И я его изменю!

Я быстро ответил на объятия дяди Бена. Отодвинувшись от него, я опустил голову и сконцентрировался. По спине побежали мурашки, оставлявшие за собой гусиную кожу, пока исчезали шерстинки. Ловкие обезьяньи ладони укоротились, превратившись в обычные человеческие, лицо тоже потеряло обезьяньи черты. Челюсть с мощными жевательными мускулами резко уменьшилась, выступающие дуги над глазами сгладились, и череп выгнулся по-иному, сформировав человеческую голову. У меня были не совсем приятные ощущения: тело жгло и местами щипало, но я продолжил превращение, пока не обрёл рост и внешность двенадцатилетнего человеческого мальчика.

Пошатываясь, я поднялся и сделал несколько шагов на непослушных ногах со скрюченными человеческими пальцами.

Я прошёл шаг, ещё шаг, много шагов, тысячи шагов, сотни тысяч шагов. На израненных ногах я бродил по деревням и городам. Я спрашивал священников в храмах и людей на улицах. Они говорили мне о легендах, в которых рассказывается о восьми бессмертных. Я очень обрадовался, ведь это в восемь раз увеличивало шанс встретить одного из них.

Но, несмотря на множество рассказанных мне историй, никто точно не знал, где их искать.

Добравшись до моря, я понял, что дом наш – Гора цветов и плодов – находился на острове.

Я поднялся в джонку – китайское парусное судно. Чтобы оплатить свою поездку, я на износ работал помощником кока. Оказалось, что я не очень-то хорошо умею чистить и резать овощи, да и дело это не самое простое, когда находишься на корабле, идущем по волнам. Море становилось всё более бурливым, и незадолго до ближайшей гавани мы попали в шторм. Волны бросали корабль вверх и вниз, и он стонал так, будто сам властитель Царства мёртвых играл с ним. Когда наконец-то мы бросили якорь в безопасном месте, ноги мои дрожали от пережитого ужаса и постоянной качки.

Я не позволил себе отдохнуть и отправился вглубь суши, всё дальше и дальше, пока я не пришёл в местность, поросшую древним сосновым лесом. Тысячелетиями дикие лисы рыли норы в каменистой почве, а разноцветные птицы, ещё никогда не видавшие людей, бесстрашно пели и щебетали.

Неожиданно для меня в симфонию природы вмешались резкие звуки и удары топора. Бах! Бах! Дровосек! Во время работы он напевал какую-то песню. Надеюсь, что рубил он всё же точнее, чем воспроизводил ноты!

Я хотел зажать уши, но вместо этого навострил их. Что это он сейчас пропел?

Я выскочил из кустов.

– Ты и правда встречал Бессмертного Учителя?

Дровосек так испугался, что выронил свой топор.

– Святые духи леса! Как же ты меня напугал! Я чуть ногу себе не отрубил!

– Прости. Я просто… Ты пел о том, что встречал Бессмертного?

Он посмотрел на меня с сомнением.

– Пожалуйста! – упрашивал я. – Это очень для меня важно!

Я произнёс «очень важно» с такой интонацией, чтобы стало понятно: для меня это настолько значимо, что я готов перечислить все жизни, которые зависят от его ответа, начиная с моей самой младшей сестрички, заканчивая бабушкой.

Дровосек вздохнул.

– Он… Учитель помог мне, когда дела мои шли плохо.

– Ты можешь мне сказать, где он живёт?

– Ты хочешь стать его учеником?

Я с жаром кивнул:

– Да!

– Не так это просто, мой мальчик.

– Я справлюсь. Пожалуйста, подскажите мне, где его найти?

– Тебе нужно идти дальше в лес. Храм Бессмертного ты найдёшь в пещере. Её называют Пещерой косых лучей луны и трёх звёзд.

Он показал наверх.

– Ты найдёшь её там, вверху, где тень деревьев темнее всего.

– Спасибо!

Следуя его совету, я пошёл через самый дремучий лес. Я некоторое время поднимался по горе, пока не достиг высокой стены с закрытыми воротами.

Неясные очертания моего человеческого тела отражались в блестящем красном лаке, который защищал древесину от дождя и снега.

Я уже хотел сложить пальцы в кулак и постучать, но тут мой желудок сжался от страха.

А что, если человек, который мне откроет, меня не впустит? Что тогда я буду делать?

3
Тайное знание

Несколько минут я рассматривал стену, пытаясь понять: её задача не впускать пришлых людей или же она ещё должна удерживать от выхода во внешний мир детей, которые там учатся? Будь я в облике обезьяны, я бы вполне мог перебраться через неё. Но в человеческом образе мне придётся ждать, откроются ли ворота. За ними можно было рассмотреть открытый двор, в задней части которого далеко ввысь уходила скала.

На табличке над воротами я заметил целый ряд знаков. Я не мог их прочитать. Но старые китайские символы представляли собой картинки, которые передавали всё написанное несколькими штрихами.

Мое внимание привлекли три точки, похожие на кометы. При некоторой доле фантазии я смог разглядеть под ними силуэт косого полумесяца. Итак, Пещера косых лучей луны и трёх звёзд.

Я нашёл пещерный храм, в котором преподавал Бессмертный. Если легенды не обманывали, то там, внутри, учились тридцать Избранных. Но я не слышал… ничего. Ни звука не доносилось из пещеры.

Мёртвая тишина.

Мои пальцы стали липкими от пота. У обезьян ладони потеют, чтобы мы могли лучше хвататься и быстрее карабкаться в том случае, когда нам угрожает опасность. Но сейчас пот мне был совершенно не нужен. Это просто свидетельство того, как сильно я нервничал. Вблизи гора стала мне внезапно казаться опасной. Чудилось, она могла раздавить меня. Как будто скала предупреждала меня, что моя миссия будет трудной. Очень трудной.

Будет очень трудно? Но что будет такого трудного? Само время в пещере? Или уговорить Бессмертного взять меня в ученики?

А что, если он не согласится?

Бум-бум-бум – грохотало в груди моё сердце. Мне нужно набраться решимости и постучать в ворота. Глубоко вдохнув, я собрал всё своё мужество в кулак и тут услышал скрип щеколды. Ворота отворились. Похоже, открывали их нечасто.

Какой-то мальчик оглядел меня с ног до головы. Он выглядел старше и намного ухоженнее меня. Его свободные штаны и жакет с поясом, крепко завязанным сбоку, сияли чистотой и белизной. В отличие от моих коротких и всклокоченных волос у него на голове был аккуратный пучок. Его внешний вид кое-что поведал мне о нём.

Что он хотел казаться крутым? Или что поблизости не было парикмахера? Нет! Его пучок означал, что он больше не считался ребёнком. Как только юношу принимали в круг взрослых, ему можно было больше не стричь волосы. Но если он всё же их стриг, то это могло быть принято за преступление. Были даже такие люди, которые скорее позволили бы отрубить себе голову, чем обрезать этот пучок волос. Парень, стоящий передо мной, точно никогда бы не поддался искушению сделать себе более практичную причёску. Он явно гордился своим статусом, а пучок на голове напоминал чёрную корону.

– Кто решился нас потревожить?

Наморщив лоб от удивления, я опустил взгляд на свою человеческую ладонь. Я ведь ещё не успел постучать, правда?

Юноша что-то сердито буркнул. И прежде чем он успел вдохнуть, чтобы задать следующий вопрос, я поспешно ответил:

– Я… то есть нет, я хочу сказать, я не собирался никого тревожить! Я правда не хотел. Я… эм… я хотел бы здесь получить кое-какие знания.

Мой визави насмешливо фыркнул. А потом вздохнул:

– Наш Мастер сказал, что перед воротами кто-то стоит и я должен впустить его.

Он попытался что-то рассмотреть в тени леса, как будто надеялся, что там будет ещё один посетитель. В конце концов весьма неприветливым жестом он пригласил меня войти.

– Пойдём со мной.

Я быстренько отряхнул со своей одежды дорожную пыль и поспешно отправился вслед за юношей, который высокомерно шагал впереди.

Мы пересекли двор, в котором росли вишни, покрытые бледно-розовыми и пурпурными цветами. Земля была устлана прекрасной мозаикой с цветочными и животными орнаментами, а в пруду с водяными лилиями резвились золотые рыбки.

Я бы с удовольствием полюбовался на эту красоту, но мы уже миновали вторые ворота и зашли внутрь горы.

Трепещущий свет масляных светильников прогонял мрак. В их неясном мерцании белые одеяния мальчика призрачно поблёскивали на грани света и полной теней тьмы. Я мог ему доверять? Чутьё ясно говорило мне: нет! Постепенно я начал задаваться вопросом, куда же он меня ведёт.

Мы шли по лабиринту переходов, мимо маленьких жилых помещений и через огромные пещерные залы, где нашлось место для многоэтажных павильонов, башен пагод и огромных каменных статуй. Мне казалось, что юноша, шедший впереди, парит в воздухе. От его лёгких шагов не сдвинулся ни один камушек. Не слышно было ни единого шороха. Ниоткуда. Кругом царила неестественная тишина – неестественная для такой любопытной обезьяны, как я.

Тебе будет трудно, как будто многократно предупреждали скалы вокруг меня. Уверен, что ты здесь выдержишь?

Да. Я был уверен, что я смогу защитить свою семью от Ямы.

И ради этого мне придётся выдержать всё, что случится со мной здесь, в этой горе́. Я решительно ускорил шаг и догнал юношу, который в конце одного коридора исчез за внушительной двустворчатой дверью.

– Я привёл к вам мальчика, присутствие которого вы почувствовали, Учитель, – произнёс мой сопровождающий.

А затем я, запнувшись, переступил через высокий порог, который, должно быть, служил препятствием для зла, если бы оно возжелало проникнуть сюда. Считается, что демонические сущности не умеют так высоко поднимать ноги, чтобы перешагнуть через препятствие.

О, я чуть было сам не оказался в числе этих неудачников! Чтобы не встретиться носом с полом, мне пришлось ухватиться за стену. На ней, как и на других стенах в этом зале, были изображены некие ландшафты и мистические символы. Но у меня не было времени рассматривать их. Всё моё внимание было посвящено цели моего путешествия.

Бессмертный.

Мой проводник подобострастно склонил голову, но голос его при этом звучал надменно. Он обращался со мной, как с малым ребёнком, которому он пытался объяснить, какой великий человек предстал пред моим взором.

– Мастер Сюй Пу Ти! – объявил он мне. – Прародитель просветления!

Я почувствовал, что сердце в груди бьётся как безумное.

На цельной глыбе мерцающего зелёного нефрита, который, согласно легендам, символизировал чистейшее Добро и Бесконечность, возвышался пожилой господин.

Тридцать детей и юношей сидели на ковриках у его ног. Одеты они были так же, как и юный взрослый, что привёл меня сюда.

Я ведь уже упоминал, что его штаны свободного кроя и рубашка на запа́х были белыми? Так вот, по сравнению с одеяниями Мастера все остальные ткани, казалось, имели сероватый оттенок. У Сюй Пу Ти сияло всё: одеяние, длинная узкая борода, забранные в пучок седые волосы и прежде всего глаза. Его взгляд пронзил меня так, как лучи солнца пронзают туман.

Я опустился на колени и лбом коснулся каменного пола. Я видел, так делали люди в храмах.

Сколько мне полагалось находиться в этой позе? Мне следовало что-то сказать? От скалы подо мной в моё тело проникал холод, как вода пропитывает ворох тряпок. Я задрожал и испытал такую тоску по моей густой обезьяньей шерсти, что испугался, будто процесс превращения может начаться прямо сейчас, у всех на глазах.

– Садись. – Голос Мастера Сюй Пу Ти окутал меня добрым теплом. – Откуда ты?

– Я пришёл из Пещеры водной завесы, что лежит в земле Аолай.

Лицо мудрого старца стало каменным.

– Убирайся! – жёстко приказал он.

О! Что произошло? Бессмертный так энергично указал на дверь, как будто он был готов собственноручно меня за неё вышвырнуть.

– Давай! Убирайся отсюда! Исчезни! Лжецы мне здесь ни к чему! Дачжи, прогони его с глаз моих!

Мой проводник, которого, похоже, звали Дачжи, тут же поспешил выполнить приказание. Он схватил меня, словно мешок с мусором, и потащил из зала. Но с ловкостью обезьяны я вырвался.

Конечно, нужно признать, что тот облик, который я принял, чтобы мудрейший взял меня в ученики, был обманом, но…

– Я никому не лгал!

Лгать ведь полагается словами, правда?

Лоб Учителя прорезала морщина.

– Да ты хоть знаешь, какой долгий путь отсюда до Аолая?

Мне что, рассказать ему всё своё долгое путешествие? Я не мог этого сделать.

Все силы мои были исчерпаны: их утянули пески пустыни, по которым мне пришлось брести, их утащили прочь буйные ветры, кружившие вокруг меня в горах, их смыло море, которое я пересёк юнгой на корабле. В тишине я смог выдохнуть лишь одно слово:

– Да.

Старик почувствовал мою усталость. И она лучше всяких слов доказала ему, какие трудности мне пришлось преодолеть на моём пути.

– Хм. Ну ладно, – проворчал он и задал следующий вопрос: – Как тебя зовут?

Ну замечательно! И что я должен был на это ответить? Правду? Имя, которое дали мне обезьяны, означало «Каменный», потому что меня породила скала. А после того как я обнаружил Пещеру водной завесы, они стали называть меня «Король». И что я должен был ответить?

– Знаете… – замялся я. – Это не совсем просто… даже, пожалуй, сложно.

– Ты хочешь сказать, что у тебя сложное имя?

– Не совсем.

– Но?

– Моё имя не похоже на те, к которым вы привыкли. Ну, знаете, с настоящей фамилией и тому подобным.

– У тебя нет фамилии?

– Нет.

– Ты что, не знаешь своих родителей? Тебе неизвестно, кто произвёл тебя на свет?

– Известно, – пробормотал я. – Это была… скала.

Несколько парней, сидевших рядом со мной, захихикали.

Мастер Сюй Пу Ти повернулся ко мне ухом так, будто не расслышал:

– Кто?

– Меня породил камень!

Все ученики Мастера расхохотались. Их смех окружал меня со всех сторон.

– Наверное, тяжёлые были роды, – съязвил Дачжи.

Все остальные уже не могли сдерживаться и хохотали изо всех сил. Дачжи ухмыльнулся.

– А твоё детство наверняка было очень нелёгким!

Ха-ха! Очень смешно!

– Тихо! – приказал Мастер.

Он не обвинял меня во лжи. Он задумчиво смотрел на меня со своего нефритового возвышения.

– Есть в тебе что-то странное. Что-то особенное. Я почувствовал твоё приближение задолго до того, как ты подошёл к нашим воротам. Ещё ни с одним учеником у меня не было такого сильного предчувствия.

По кислой физиономии Дачжи было видно, что моё присутствие и у него вызывало сильные чувства. Неприязнь и зависть. Мастер смотрел только на меня.

– Вероятно, всё-таки есть некоторый смысл, чтобы ты остался здесь. Хм. Ну-ка, пройдись.

Я знал, что некоторым людям легче, когда они размышляют о проблемах, походить туда-сюда. Но как это могло помочь размышлениям Учителя? Я проглотил свой вопрос и сделал то, что он просил. Как послушный мальчик, я начал ходить туда-сюда, туда-сюда, пока он не произнёс:

– Ты мне и правда чем-то напоминаешь обезьяну.

Его воспитанники опять захихикали, судорожно пытаясь скрыть от него смех. Сердитый взгляд Мастера Сюй Пу Ти прервал их веселье. Он рассматривал меня.

– Хм, да. Действительно, есть в тебе что-то обезьянье. Дерзкое, неисчерпаемое любопытство.

Обезьянье? Я в панике ощупал своё лицо и челюсть. Я что, от волнения частично поменял облик? Неужели снова появились мой мех, надбровные дуги над глазами или обезьяний прикус? Нет, на голове я обнаружил лишь обычные человеческие волосы, а на лице – гладкую кожу и безобидные человеческие зубы. Но, несмотря на это, я бы с таким удовольствием сейчас укусил ухмыляющегося Дачжи! Прежде чем я поддался этому порыву, Мастер Сюй Пу Ти снова привлёк моё внимание к своей персоне.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.