Владимир Андриенко
Странствия "Немезиды": Вирус

Пролог
ВОЗВРАЩЕНИЕ ИЗ РЕЙСА.

– Парни! Синее небо!

В этих словах капитана спасательного звездолета «Немезида» Феликса Адамовича было столько радости, что весь экипаж, все 25 человек прильнули к иллюминаторам.

– Наш старый добрый Бейд,– с нежностью проговорил Лан Бар, первый помощник капитана. – Как давно мы не ступали на его благословенную землю.

– Два года болтанки в космосе. Ровно два года как мы покинули это место, – отозвался словоохотливый штурман Галино.– Эх, и загуляем же мы!

«Немезида» произвела мягкую посадку на оплавленные плиты главного космопорта планеты Бейд, одного из крупнейших транспортных центров в Галактике. Десятки кораблей ежедневно взлетали и садились в этом порту, оглушая ревом двигателей многочисленных служащих близлежащих микрорайонов и наполняя звонкой монетой казну системы.

Капитан надел свой парадный мундир, замечательно оттенявший его волевой подбородок и серые глаза, в нем Адамович выглядел лет на десять моложе и килограммов на пять легче – в космосе это неважно, а вот на твердой земле лишним не будет, и приказал подать трап. Пора нанести визит начальнику порта.

– А вы пока разминайте ноги,– бросил он своим помощникам,– нас ждет законный отпуск! И какой отпуск!

– Да здравствует компания! – подхватил Галино.

– Мы даже проводим тебя до офиса, а затем посетим одну из портовых забегаловок. Там и разомнемся, – Лан Бар застегнул последнюю пуговицу своего мундира и взял в руки фуражку.– Пора и нам показаться во всей красе.

– Я же сказал, чтобы вы разминали ноги, а не что-либо другое,– засмеялся Феликс.

– Мы прекрасно позаботимся о себе, капитан. Можешь идти к начальнику порта смело. И не начинай скандала с карантинной службой, как в прошлый раз. А то они нас снова промурыжат здесь неизвестно сколько. И придется развлекаться в космическом порту.

– Буду воплощением вежливости и услужливости, даже если в качестве инспектора нам приставят ту же грымзу, что и прошлый раз, – пообещал капитан.– Я даже отвешу ей пару комплиментов.

– Смотри не переусердствуй.

Они вместе, по парадному трапу, сошли на территорию космопорта и направились к прозрачному зданию, где размещались офисы. В прошлый раз посещение этого места окончилось крупным скандалом. Феликс тогда повздорил с толстой чиновницей из карантинной службы, и она наложила арест на команду и в течение месяца всему экипажу «Немезиды» было запрещено покидать корабль. А он всего лишь позволил себе слегка намекнуть женщине на её габариты.

Войдя в Большой зал, космолетчики почувствовали себя немного не в своей тарелке. Бейд был далеко не захолустной планетой и мог похвастаться регулярным сообщением с наиболее развитыми мирами. Население здесь проживало не бедное, и Феликс Адамович с его офицерами в своих старых потрепанных мундирах с потускневшими золотыми значками выглядели едва ли не нищими оборванцами, выползшими откуда-то из мрачных глубин Дикого Космоса.

– Нужно было хоть значки начистить,– пробормотал Лан Бар.– Там на борту нашего корыта форма выглядела намного лучше.

– Это только по сравнению с комбинезонами, – заметил Галино.

– Ерунда, – произнес Адамович достаточно громко,– разве эти напыщенные франты из торговых компаний и полиции могут сравниться с нами – спасателями? Да никогда!

Проходившие в этот момент мимо ригельцы покосились на спасателей.

– Ладно, я иду к начальнику порта, а вы сидите в баре «Космический странник» и ждите меня. Или ты, Галино предпочитаешь иное заведение порта?

– Да нет, и «Странник» сойдет.

– Но смотри пока никаких экзотических девочек.

– Не беспокойся, капитан. Все будет нормально. Тем более что в «Страннике» их нет.

Феликс намекал штурману на инцидент, произошедший во время их прошлого возвращения на Бейд. Тогда Галино нарушил законы системы о запрещении пользования продукцией корпорации «Синтетик-индастри» и капитану пришлось немало потрудиться, чтобы вытащить своего офицера из лап закона.

Продукция «Синтетик-индастри» была запрещена на ряде планет и в том числе на Бейде. Но это только добавило ей популярности. Корпорация занималась клонированием: сначала сугубо в медицинских целях, но впоследствии перешла на производство синтетических любовников и любовниц, для которых использовала самый совершенный генетический материал. С этими живыми игрушками было можно делать все, и потому они пользовались особой популярностью среди самых темных личностей.

Хотя Галино к ним не относился, но тогда не смог равнодушно пройти мимо шикарной поп-дивы….

***

Лан Бар имел странное для космолетчика хобби. Он любил товароведение и мог спокойно занять должность суперкарго на любом торговом корабле. Во время спасательных операций проходилось сталкиваться с различными вещицами, истинную стоимость которых порой довольно трудно было определить. И Бар был тем человеком, который мог это сделать. Он постоянно находил удовольствие в перелистывании торговых каталогов и предложений о перевозках и сделках. В своей голове он прокручивал всевозможные варианты и просчитывал наибольшую прибыль, пролагал мысленно новые торговые пути, но никогда не применял свои познания на практике, оставаясь спасателем.

Штурман Галино ничего не понимал в торговых сделках и считал это занятие самым скучным на свете, несмотря на деньги, которые оно могло принести. Он любил девушек и в каждом космопорту имел подружку. Более того, этого бравого парня знали во всех притонах десятка ближайших планет.

– Всё будет в порядке, – произнес Галино.

– Ты о чём? – Бар оторвался от каталога.

– Да выбрось ты эту дрянь. Мы прилетели отдыхать. Я сказал, о том, что скоро капитан принесет наши бумаги на отпуск. Не менее трех месяцев.

–Три месяца – это мечта. Я бы съездил в губернаторскую библиотеку. Хочется познакомиться с новинками относительно каталогов цен на собственность в ближайших системах.

–И на кой тебе эти каталоги? Ты же все равно ничего не покупаешь?

–Торговые пути постоянно обновляются, и идет жесткая конкурентная борьба. И кто в ней победит, тот сможет получить много, – загадочно улыбнувшись, произнес Лан Бар.– Но тебе этого не понять, Галино. У тебя голова всегда работала хуже, чем другой орган.

– Да. Я бы съездил в парочку заведений. С той же целью, кстати, что и ты. Ознакомление с новинками. Главное, чтобы командир не продешевил насчет наградных.

– Не продешевит. Он умеет выбивать деньги. От Адамовича ничего не уйдет. Потребует за все, что мы сделали. Но смотри не попадись, как в прошлый раз на синтетических куклах.

– Что ты понимаешь! Это самые настоящие девочки, только покорные твоей воле. И зря Бейд присоединился к конвенции по их запрещению. Наоборот такая продукция уменьшает криминогенную обстановку и дает многим потенциальным преступникам выпустить пар.

– Наши законники смотрят на это по-иному. Они заявили, что продукция компании «Синтетик-индастри» пробуждает в душах людей темные стороны и стимулирует агрессию. Потому и ведет к увеличению преступности.

***

В этот момент Феликс вошел в кабинет начальника порта Гроххона. Тот, увидев Адамовича, встал со своего кресла и бросился к капитану «Немезиды» с распростертыми объятиями.

– Феликс! Дай тебя обнять!

Капитан понял, что отпуска им не видать, как своих ушей. Если Гроххон так себя ведет, то значит ему что-нибудь нужно. И это что-нибудь – совсем не походило на выплату им жалования. Если нужно платить деньги за сделанную работу Гроххон всегда напускал на себя важный вид и недовольно листал отчеты платежных ведомостей, выискивая к чему придраться и на что наложить штраф.

–Ты отлично справился с заданиями.

–Мы выполнили в три раза больше, чем было оговорено в контракте. И вы обещали нам три месяца отпуска и по пять тысяч кредитов. Плюс страховка на наш счет в Федеральном банке.

–Ну вот, ты опять о деньгах. Сразу о деньгах! Конечно, я обо всём помню, – Гроххон вернулся к столу и начал шарить по нему в поиске необходимых бумаг. – Вот ваши чеки на 125 тысяч на всю команду «Немезиды». Возьми.

Адамович взял платежные карты и положил в карман своего мундира.

– А документы на отпуск? Вы, конечно, их тоже приготовили? Пройдем, санитарный контроль и смело….

– Погоди, погоди. Заладил о своем отпуске! – нервно прервал его Гроххон.

– Так значит, вы не намерены исполнять своих обещаний? – вскипел Адамович.– Мы провели в космосе два года!

– Феликс, я буду с тобой откровенным. Появилось неотложное дело. И не смотри на меня таким взглядом. Такова ваша спасательская доля.

– У нас отпуск! – Феликс решил проявить твердость до конца: они же не единственная спасательская бригада на планете.

–Речь идет о судьбах людей. Пусть гибнут, не так ли? Если тебе наплевать, то иди – отдыхай! Всем нужен отпуск! Всем! А мне не нужен? Ты думаешь, мне здесь легко?

Феликс скривился, он слышал рассказ о трудностях судьбы начальника порта уже раз десять, не меньше.

– У вас редкое умение убеждать. Хорошо! Говорите, что вам нужно, – Феликс сдался.

– В нескольких сутках гиперперелета от Бейда потерпел серьезную аварию полицейский патрульный корабль.

– И что в этом задании особенного? Почему это можем сделать только мы? На спасательных шлюпках они уйти не могут?

– Не могут,– отрезал Гроххон. – В этом районе нет обжитых планет.

–Ну и что же? Вы думаете, что «Немезида», рассчитанная на перевозку тридцати пострадавших за один рейс доставит тысячную команду полицейского крейсера?

–Ну, речь идет не о крейсере, а всего лишь о скоростном катере. Всего один рейс – туда и обратно, а затем уйдешь в отпуск на четыре месяца. Обещаю.

– Вы всегда это обещаете.

– Но на этот раз я сдержу свое слово. Даже если наша планета сойдет с орбиты. Отпуск в четыре месяца и дополнительно по три тысячи кредиток каждому члену вашей команды….

***

Феликс понимал, что его неприятности ещё не закончились. Сейчас ему предстоит «обрадовать» своих людей. Сначала разговор с Баром и Галино, а затем и остальной командой на корабле.

Ну, с командой будет попроще. Три тысячи каждому рядовому космолетчику за один рейс не платили нигде. Обычной зарплатой специалиста среднего уровня в пределах системы ЗФЗ было где-то около тысячи и это без учета страховки. На Бейде платили несколько больше – от 1200 до 1500 кредиток. А здесь сразу же двойная оплата, да еще из правительственного фонда. Было от чего закружиться голове любого служащего во флоте. Космолетчики лучше всех знали, что этот фонд крайне редко проявляет щедрость. Более того, деньги семейным уже переведены, и это скрасит разлуку женам и детям.

Но вот старшие офицеры – штурман и первый помощник – встанут на дыбы по-серьезному. Проклятый Гроххон сам не взялся за эти уговоры, все переложил на него.

В баре он увидел, что его товарищи уже изрядно приняли спиртного.

– О! Капитан! А мы и вам заказали выпивку! – Галино протянул ему бокал. – Деньги и отпускные документы с вами?

– Не было разногласий с карантинными инспекторами? – спросил Лан Бар в свою очередь.– Нас скоро отпустят?

Капитан молчал, собираясь с силами.

– Ну, вот! Я же говорил, что он снова поцапался с этой бабой из карантина, – Галино поставил бокал на столик, потому что командир так и не принял его.– Говорил же, будь осторожнее. Какое тебе дело до её габаритов? Не в постель же тебе такую подсовывали. Нравятся тебе худые – и спи с ними. Так нет же, все время лезешь со своими замечаниями и шуточками. Теперь она нас снова месяц промаринует в этом порту! А Гроххон зачтет это время в счет отпуска. Я его знаю. И наплевать на то, что мы столько болтались в космосе.

– Он прав? – спросил Бар.

– Нет! – решительно отрезал капитан. – С карантинной службой у нас не было разногласий. Потому что нам не нужен карантин. Мы снова летим на задание!

Два старших офицера «Немезиды» уставились на своего командира, будто видели его впервые в жизни. Они молча переваривали услышанное. Конечно, они ожидали некоего подвоха, вроде двухмесячного отпуска, но не такой же пакости, как новое задание, сразу вообще без отдыха!

– Ты это серьезно? – первым пришел в себя Галино.

– Совершенно серьезно. Мы летим спасть полицейский патрульный катер.

– И ты дал свое согласие? По инструкции космического флота Бейда каждые шесть месяцев в космосе должны сопровождаться отпуском не менее чем в 30 дней. Не менее! Гроххон просто не может нас заставить взлететь, после того как мы два года были в космосе! Есть и другие спасательные команды. Есть, в конце концов, платные спасатели. Пусть раскошелятся эти кретины из правительства и штаба флота!

– Да я дал согласие! Это задание для лучшего экипажа. Для такого как наш! Полицейские потерпели аварию, и никому они не нужны. А знаешь почему? Они не смогут заплатить тысячи за свое спасение. Они такие же, как мы. И мне не наплевать на их судьбы. А если тебе все равно то…

– Да не кипятись ты, капитан, – прервал его Лан Бар.– Мы разве тебе отказали? Нет. Мы снова полетим вместе. А Галино просто перенервничал. Это у него скоро пройдет. Он сейчас ещё немного выпьет, и все будет хорошо. Мы ведь любим нашу работу.

– Да, все будет хорошо,– Галино выпил лунное виски, от которого отказался Феликс.– Любим её проклятую.

– Когда старт? – спросил Бар.

– Сразу после текущей проверки состояния судна. Но с «Немезидой» все в порядке, так что на это много времени не уйдет.

После этого они покинули бар «Космический странник», и каждый оправился по своим делам. Галино решил не терять времени даром и заглянуть в салон «Рэя» на территории космического порта: там тоже можно найти неплохую девочку. Лан Бар пошел отсыпаться в отель для пилотов. А Феликс Адамович должен был уладить ещё один вопрос. Гроххон навязал ему в экипаж второго доктора с особыми полномочиями. И ему предстояло с ним познакомиться в каюте на «Немезиде».

Он прыгнул во флип, который его быстро доставил к судну.

– Капитан, – доложил вахтенный,– вас ждет в вашей каюте…

– Я знаю.

Феликс быстро прошел к своему помещению. В удобном капитанском кресле сидела незнакомая ему молодая женщина. Её белые волосы казались на Бейде непостижимой экзотикой. Стройную фигуру женщины обтягивал блестящий черный комбинезон. Взгляд капитана буквально утонул в её глубоком декольте.

– Вы наш новый врач? – только и смог он выдавить из себя.

– Я прибыла по приказу коменданта порта Гроххона. У меня степень доктора медицины галактического университета и степень доктора биологии. Моей основной специализацией являются микроорганизмы.

– Мне только не совсем понятно, почему вы назначены на мой корабль? У меня уже есть врач. И при чем здесь микроорганизмы?

– Вы задаете очень много вопросов, капитан. Вас поставили в известность о моих полномочиях?

– Да. И это меня тоже чрезвычайно интересует. Особые полномочия просто так не дают, и они….

– Капитан,– она прервала его словоизлияния, – даже Гроххон не знает о причине предоставления мне этих полномочий. Их мне дал не кто-нибудь, а сам Его превосходительство губернатор планеты Бейд.

Феликс не знал, что и ответить. Губернатор Бейда был только по названию правительственным чиновником Звездной Федерации Земли. На деле он являлся фактическим правителем планеты, и его связи с ЗФЗ были чисто формальными. Если этой спасательной операцией интересуются на таком высоком уровне, то Гроххон объяснил Адамовичу далеко не всё…

Звездная Федерация Земли уже много веков назад утратила свое значение и сохраняла титул Центра человеческого расселения только номинально. Маленькая Земля не могла сравниться с такими планетами гигантами как Утремер, Мелия, Иллиния, с множеством современных мегаполисов, уже давно ставшими самостоятельными звездными государствами. Даже Бейду и Альфе она уступала, хотя те еще входили в границы ЗФЗ, и глава Бейда носил скромный титул губернатора.

На Утремере, к примеру, уже несколько столетий правила собственная королевская династия. Но губернатор Бейда мало чем отличался от короля Утремера. Свен Ривз был человеком популярным среди населения, сумевшим жесткими мерами навести в системе порядок, и власть его была практически абсолютной.

Только вот раньше он никогда не вмешивался в вопросы формирования штатного расписания патрульных военных и спасательских кораблей и их экипажей…

Глава 1
ЗАГАДОЧНОЕ СУЩЕСТВО.

Губернатор Свен Ривз внимательно слушал своего премьер-министра де Жермена. Новости были не из приятных, и он барабанил пальцами по полированной крышке широкого стола.

– Я не хочу показаться перестраховщиком, Ваше превосходительство. Но полученные сведения заставляют меня принимать экстренные меры безопасности. Вирус, с которым мы столкнулись, пострашнее любого известного бактериологического оружия. И его удар может быть направлен на Бейд в первую очередь.

– И у вас есть информация о том, как этот вирус будет действовать в будущем?

– Нет. Мы о нем почти ничего не знаем. Это особая доселе неизвестная форма жизни. Все усилия наших ученых проникнуть в его тайну ничего не дали.

Губернатор стал нервно прохаживаться по кабинету.

– Значит, у вас нет никакой точной информации. Я уже не говорю о доказательствах. Министр внутренних дел Торет утром заявил мне, что вы готовите грандиозную дезинформацию.

– Что? – не поверил своим ушам де Жермен. Премьер не ждал от своего главного противника такой прыти.

«А этот Торет слишком уж торопится занять мое место» – мелькнула мысль в его голове.

– Он утверждает, – продолжил губернатор, – что таким образом вы хотите меня напугать и доказать свою компетентность и необходимость на занимаемом посту.

– Это подлая клевета! Я работаю на благо жителей Бейда. Если мы пропустим эту информацию, то наша планета может оказаться в страшной опасности. Такие слепцы как министр внутренних дел Торет только и думают, что о своей карьере, словно ничего другого не существует. Он не осознаёт всю опасность, что нам угрожает. Лишь бы ему занять кресло премьер-министра. Но если вирус вырвется на свободу, то ему просто не кем будет командовать. Бейд может превратиться в пустыню, где не будет места для представителей нашего вида.

– Тоже самое Торет сегодня говорил про вас. Не горячитесь так. Я не говорю, что не доверяю вам, де Жермен. Но согласитесь, если некто и пытается разбудить смерть в виде нового вируса, то мы должны дать об этом знать правительству ЗФЗ. И что я могу им сообщить? Ваши подозрения и домыслы?

– Чтобы всё проверить, я посылаю к месту аварии спасательное судно «Немезида» под командованием Феликса Адамовича. К его группе мною присоединен биолог Диана Ли. Вашим именем я предоставил ей чрезвычайные полномочия.

– Вы поступили правильно. Не стоит пока привлекать к этому слишком большого внимания. Если информация не подтвердиться мы зря посеем панику, а если наши самые страшные предположения окажутся правдой, то не нужно показывать нашим врагам, что мы что-то знаем. Небольшое спасательное судно не привлечет ничьего внимания. А Адамович опытный спасатель. Я о нем слышал. Но вот Диана Ли… – губернатор сделал паузу.

Де Жермен знал почему. Эта молодая женщина несколько лет назад прилетела с Земли, где проходила практику в биологическом центре. Затем она получила направление для работы на Бейд.

Но никому не было известно, кроме де Жермена, что Диана – дочь Свена Ривза. Они тщательно скрывали это родство по ним одним понятным причинам, и делали это весьма успешно. Но премьер по своим каналам сумел выяснить подлинное происхождение мисс Ли. Все в её биографии или почти все было сплошной липой, и следы подлинной истории жизни столь тщательно запутаны, что ни один полицейский чиновник к ней придраться не смог бы.

Теперь де Жермен ожидал, что скажет его босс. Но тот продолжал молчать, и пауза затянулась.

«Понятно, что Ривз не хочет рисковать жизнью дочери» – подумал премьер-министр и рискнул нарушить молчание первым:

–Вы недовольны кандидатурой мисс Ли? Я могу её заменить другим специалистом, но она работала над близкой проблемой, и её опыт весьма мог бы здесь пригодиться. К тому же о ней отзываются как об очень талантливом ученом. Я прочитал все отчеты и рецензии о её практической и научной деятельности. Многие профессора Галактического университета предсказывают ей большое будущее. Несмотря на свою молодость, она уже прошла практику в одной из секретных военных лабораторий.

– Я не сомневаюсь в её профессионализме, но сможет ли она справиться с особыми полномочиями? Это дает ей право в случае необходимости приказывать капитану спасателей и его офицерам. Но показать свою власть космическим волкам не столь простое дело. Особенно для молодой девушки. И Ли может не справиться с такой задачей.

–С этим она справится. Я хорошо прочитал её досье и могу вас уверить, что она лучшая кандидатура. В анкете указано, что мисс Ли имеет врожденные качества лидера.

–Тогда все в порядке, – ни один мускул на лице губернатора не дрогнул. – Пусть летит мисс Ли.

«А он прекрасно владеет собой. Если бы я не знал, что она его дочь, то в такой ситуации бы ничего не заподозрил».

***

–Господа! – капитан Адамович обратился к своим коллегам, офицерам и экипажу «Немезиды». – Я собрал вас здесь, оторвав от дел, по важному поводу. Сейчас пред вами выступит наш второй доктор Диана Ли.

В кают-компанию вошла молодая красивая женщина в новеньком с иголочки комбинезоне. Увидев спасателей, она несколько растерялась и её алые губы слегка задрожали.

Заметив волнение Дианы, Феликс пришел ей на помощь:

– Мисс Ли сейчас расскажет нам о некоторых особенностях нашего путешествия. Прошу слушать её внимательно, ибо сведения весьма важные.

Младший механик Свен поднялся со своего места и галантно поклонился.

–– Я рад приветствовать вас на борту «Немезиды», мисс. Мы здесь были вообще лишены женского общества, и рады, что наш новый доктор такая очаровательная девушка.

– Вы очевидно штатный любезник «Немезиды», – нашлась Диана. – И всегда говорите комплименты за своего капитана? Так как от него я еще не слышала ни одного.

– Нет, мисс. Я младший механик. И зовут меня Свен.

– Очень рада знакомству, мистер Свен. Диана Ли.

Феликс недовольным жестом указал Диане на её кресло.

– У вас прекрасное имя…– продолжил было Свен свои любезности, но капитан грубо прервал его.

–Хватит! Мы здесь не за тем, чтобы расточать друг другу комплименты. Я прошу выслушать мисс Ли очень внимательно. Вы можете начинать, мисс, если считаете, что комплиментов в ваш адрес отпущено достаточно.

–Благодарю, капитан, – не подала вида, что поняла сарказм Адамовича, Диана. – Итак, господа, я ваш второй врач. И я не посягаю на приоритет вашего судового врача мистера Тима. Я специалист совсем иного рода. Моя основная специализация – микроорганизмы. И именно по этому поводу я сюда и прибыла.

–А зачем нам микроорганизмы? – спросил Галино. – Мы спасатели, а не научно-исследовательское судно.

Услышав своего штурмана, Феликс удивлялся, что он до сих пор молчал, увидев такую женщину на борту «Немезиды». Обычно он первым брал инициативу в таких случаях, оставляя всех иных кавалеров далеко позади.

Диана активировала голографическую проекцию и быстро нашла нужную карту.

–Полицейский катер номер 1497 потерпел аварию вот в этом секторе,– девушка указала на голографической карте скопление планет. – Обжитых миров здесь нет, и большинство из здешних планет без построения жизнеобеспечивающих куполов непригодно для жизни разумных существ.

– Это нам давно известно, мисс. Мы путешествуем в космосе больше, чем вы живете на свете, – вставил свое слово пожилой техник Монего. – Я бывал в этом секторе раз десять. Более того, я лично совершал высадки на большинстве из указанных вами планет.

– Я не хотела вас обидеть, мистер Монего. Ваше имя мне отлично известно, впрочем, как и всему Бейду. Но судно номер 1497 не просто потерпело аварию. Есть подозрения, что его экипаж заражен неизвестным вирусом, с которым мы встречались до сих пор крайне редко. Его окрестили неприятным для слуха названием «космической чумы». Слышали о такой?

– Нет, – честно признался Монего. – Ничего подобного я не слышал.

– А что это такое? – спросил Лан Бар.

–Случаи «космической чумы» происходили до сих пор только несколько раз, – начала свой рассказ Диана Ли. – Впервые это было триста двадцать лет назад. Тогда исследовательский корабль ЗФЗ «Окрыленный» получил повреждения, и в одном из отсеков произошла разгерметизация. Неполадки быстро устранили, и никто из экипажа сильно не пострадал. Судно вернулось на Землю и только там, спустя месяц, трое членов экипажа заболели странной болезнью. Вот взгляните.

Диана включила привезенную ей из архива голографическую запись. Перед офицерами и экипажем «Немезиды» возникли изображения троих мужчин с краткими биографическим справками. Здесь были снимки до заражения и в период болезни.

–Это первые жертвы таинственного вируса. Сведения о симптомах болезни вам мало что скажут, и мы не станем на них задерживаться, – продолжила Диана. – Все эти люди погибли. Затем вирус исчез и не проявлялся в течение длительного отрезка времени. Следующий случай «космической чумы» произошел сто девять лет назад. На этот раз космический корабль «Игла» с планеты Пегас Утремерского скопления, посетивший этот же квадрат космоса, подцепил ту же болезнь. У пятерых членов экипажа были обнаружены симптомы «космической чумы». И совсем недавно, три года назад с подобным заболеванием столкнулись и мы. Звездолет с Бейда был поражен этим неизвестным вирусом. И мы подозреваем, что наш случай с полицейским катером – это звено той же цепи.

–Но почему тогда никто не знает об этом? – спросил Феликс. – Я никогда не слышал о «космической чуме».

–Я уже сказала, что вся информация была засекречена. Паника никому не нужна, капитан.

–А что говорят ученые? – снова спросил Адамович. – Насколько они за это время продвинулись в изучении этого вируса? Найдено ли противоядие?

–Этот вирус не совсем обычный, господа, и бороться против него стандартными средствами нельзя. Возможно, это мыслящее существо. В первый раз его классифицировали как лихорадку и применили соответствующее лечение, но вирус тут же изменился и стал походить на иное заболевание, и так повторялось раз десять – пока все заболевшие не умерли. Это было в случае с «Окрыленным».

Присутствующие были поражены услышанным, и Диану больше никто не перебивал. Такое необычное преображения вируса не укладывалось в головах спасателей, привыкших иметь дело со стандартными и вполне излечимыми инфекциями.

– В следующем случае с утремерским судном «Игла», вирус изменялся более 15 раз. И симптомы болезни одинаково проявлялись у всех пораженных им. Именно тогда его и окрестили «космической чумой». Снова первые проявления напоминали лихорадку, но после того как она была практически излечена, все заболевшие слегли с симптомами иного заболевания, определенного как «Про-017» и самое странное, что встречалось оно слишком редко, и никогда им не болели вернувшиеся из космоса пилоты. Однако в условиях совершенной клиники и исследовательского центра и этот вирус был побежден врачами. Больные встали на ноги и уже готовились к выписке, но внезапно у всех резко проявились симптомы уже третьей болезни – Кесианской печеночной инфекции, в результате которой происходит перерождение клеток печени. Подцепить подобную заразу можно лишь на планете Кесии илинийского сектора Галактики. Она вызывается даже не вирусом, а местной формой паразита, чем-то напоминающей ленточных червей, но меньшего размера. В итоге все эти люди стали умирать. Причем после вскрытия, к удивлению лечащих врачей, от многих из их внутренних органов практически ничего не осталось. И тогда врачи окончательно сошлись во мнениях, что случай с «Окрыленным» и случай с «Иглой» – идентичны и зараженные пострадали от нового вируса, с аналогами которого никогда ранее не сталкивались. Вирус словно играл, и исследования наших лучших ученых в самых современных лабораториях пока ничего не дали.

–Это очень странно,– пробормотал доктор Тим. – Я никогда не слышал о таком в гуманоидном секторе Галактики. Но нечто подобное происходило лет 50 назад в секторе ксеноморфов. На одной из малозаселенных илинийских планет произошла странная эпидемия с аналогичными симптомами. Кажется, тогда местные аранхи – вы знаете об их способности к изменению формы – раздули вокруг болезни довольно много шума. У их пациентов болезнь менялась три или четыре раза. В числе наиболее страшных для аранхов симптомов было поражение вирусом периферической нервной системы, что вызывало блокировку преображающих процессов. Правда, насколько я помню, кого-то из больных удалось спасти.

–Вы совершенно правы, доктор Тим, – утвердительно кивнула Диана. – Этот случай имел место 56 лет назад на планете Радакет илинийского скопления. Но сопоставлять его с «космической чумой» у нас не решились, учитывая разницу в строении организмов аранхов, населяющих Илинийские планеты и людей ЗФЗ, Утремера и Бейда.

– Однако если вирус абсолютно не изучен и наши ученые просто не знают его природы, то аналогию провести стоило. Неужели я не прав?

– Вы совершенно правы, доктор Тим, – кивнула ему Диана. – Но вирус названный «космической чумой» проявлялся слишком редко, и работать над ним было крайне мало возможностей. Кроме этих трех случаев подобное официально нигде не зафиксировано. В первый раз погибло три человека, во второй раз пять человек. Но на звездолете с Бейда заразился весь экипаж. Все 105 человек умерли. И снова наши изыскания ничего не дали. Похоже, вирус оставил нам послание.

– Послание? – удивился врач. – Вы верно выразились, мисс Ли?

– Да, доктор. Вирус бросил нам вызов. И уже появились дельцы, которые готовы поиграть с этим существом, рассчитывая нажить себе состояние, использовав его в деле создания нового бактериологического оружия. Но они не понимают, как это опасно. Правительству и службе разведки стало известно о планах человека по имени Дуст с одной из планет системы Бейда сектора Эйяла. Он давно на подозрении, но этого человека долгое время считали умственно отсталым и потому неопасным. Вот почему чиновники только посмеивались, когда какой-то богатый безумец взялся строить звездолет по его проекту. Но представьте себе – это судно было построено на далекой планете Мункайд и успешно прошло все испытания на стендовом полигоне. И есть подозрения, что этот корабль специально создан и оборудован как биологическая лаборатория по обнаружению и извлечению опасных вирусов из космического пространства.

– И что это значит, мисс? – спросил Монего.

– А то, Дуст и его странный, если не сказать больше, корабль под названием «Пандора» могли найти штамм вируса «космической чумы» и сейчас активно изучают его и, возможно, готовятся использовать. Но вирус на этот раз, может быть, и сам решил использовать Дуста и атаковать нашу систему. И вы сами понимаете, чем это грозит. Наш вид может быть уничтожен в системе Бейда, а затем и повсеместно. Вот почему я получила указания ничего от вас не скрывать. Вы должны знать, на что идете.

– А этот мистер Дуст контролирует вирус? – поинтересовался Монего.

– Скорее наоборот. Вирус контролирует Дуста, – был ответ.

– Но если этот вирус так «умен» и «хитер», то есть ли у нас шанс нейтрализовать его? – спросил доктор Тим. – Да и не готово наше судно для такой работы. Необходимо специальное оборудование и…

–Все необходимое оборудование имел полицейский катер номер 1497. И где он сейчас? – Диана вызывающе посмотрела на доктора.

–Вы хотите сказать, что вирус, или тот, кто им управляет, знает какое судно идет на его поиски и принимает соответствующие меры? Он не хочет отдавать свою тайну?

–Может быть, всё происходит именно так, как вы говорите, а может быть, и нет. Но меры предосторожности лишними не будут, и наш спасательный корабль вызовет наименьшее число подозрений. У нас нет ни оборудования, ни специально подготовленной команды, поэтому есть шанс победить. Мы просто спасатели и делаем свою обычную работу.

– Мне странно слушать все это, мисс Ли. Неужели вы всерьез полагаете, что вирус может быть мыслящим существом? – доктор Тим не слишком поверил рассказу Дианы и посчитал эту историю с вирусом вымыслом, дабы скрыть истинные цели их экспедиции.

– Нам это и предстоит выяснить. Но главная ваша задача, господа, это спасать людские жизни. Ведь именно для этого и существует спасательная служба на Бейде, не так ли?

– Именно для этого, мисс Ли, – подтвердил Адамович, желая прекратить ненужную никому дискуссию между доктором Тимом и Дианой. – И мой экипаж готов для выполнения своей работы. В штате «Немезиды» только опытные и верные своему долгу космолетчики и спасатели.

– Я слышала о вашем экипаже только хорошее, капитан Адамович.

– Уверен, что теперь вы сумеете в этом убедиться на деле.

Глава 2
Силуэт «Пандоры».

Капитан Джим Ханнер сидел, повернувшись лицом к огромному светящемуся экрану, где плавно и величественно, никуда не торопясь, проплывали мириады крошечных, неразличимых невооруженным глазом частиц, сливавшихся в единое поле.

–Внимание! – прокричал он, и его голос, многократно усиленный, разнесся по всем отсекам космического корабля. – Полная готовность! Мы входим в пылевое облако!

Крепко сбитая высокая фигура капитана возвышалась над пультом управления. Суровое, будто высеченное из камня, лицо Ханнера не выдавало никаких эмоций; он, казалось, целиком и полностью сосредоточился над поставленной задачей.

В затылок Ханнеру дышали второй пилот и штурман, которые, не отрываясь, следили за каждым движением капитана. Темно-коричневый загар говорил, что они оба уже не первый год проводят в космосе, и их кожа привыкла к жесткому неэкранированному излучению горячих звезд.

Матиз, служивший на этом корабле в должности второго пилота, не отличался изяществом фигуры. Он был невысокого роста, плечистым, но уже начавшим раздаваться вширь. Штурман Занеф почти противоположность Матизу – сухощавый и жилистый, со скуластым лицом; бритая голова и туго натянутая кожа придавали ему внешнее зловещее сходство со случайно ожившим черепом.

Чуть дальше в гидрокресле сидел, небрежно развалясь, мистер Дуст, джентльмен весьма плотной комплекции с одутловатыми щеками, из-за которых едва проглядывали щелки глаз. Собственно корабль был его родным детищем, а он – его конструктором.

–Мистер Дуст, вы уверены, что обшивка выдержит метеоритную атаку? – спросил тихо второй пилот Матиз.

–Так же, как в самом себе! Корабль успешно прошел испытания на стендовом полигоне Мункайда. Не вижу причин, почему он должен сплоховать именно сегодня.

–Первый блок готов! – донеслось из динамика.

–Второй готов!

Затем доложили о готовности оставшиеся три блока, и Ханнер вновь включил громкую связь:

–Всем отсекам: «Пандора» входит в облако. Включить рассеивающие поля!

Капитан сам набрал на клавиатуре код защитного поля главного отсека.

Громадная машина, пожалуй, самая большая из тех, которой Джиму приходилось командовать в своей жизни, звездолет особой конструкции «Пандора», врезался в нестройные ряды мельчайших космических частиц, отталкивая их прочь от своей и без того достаточно мощной брони-обшивки. Корабль был похож на спрута, выпроставшего свои коварные щупальца – пять блоков, соединенных с центральным корпусом при помощи сравнительно узких переходников, – в стаю беспомощных коралловых рыбок.

–Включить направляющее поле и открыть ловушки! – прогремел голос Ханнера.

В раскрытые чрева блоков широким потоком устремилась пыль, до тех пор хаотично болтавшаяся в пространстве. Теперь после соответствующей обработки ей предстояло превратиться в столь ценимое человечеством сырье для космических заводов – химические элементы в их чистом почти первозданном виде. Такой поразительной чистоты можно было добиться только в условиях вакуума или близких к нему.

Правда, эта масса таила в себе и немалую угрозу: сотни кораблей, попадавших ранее в пылевые облака, получали серьезные повреждения корпуса, пробитого непомерно разогнавшимися метеоритами, и сквозь эти пробоины к ним внутрь врывались смертоносные потоки водородных частиц, которые от соприкосновения с кислородом и внезапного разогрева взрывались, не оставляя людям ни единого шанса выжить.

–Если не произойдет разгерметизации….– штурман Занеф не окончил фразу, нервно расстегнув ворот мундира. Все и так достаточно хорошо понимали, что если корабль не выдержит перенапряжения от этих множественных полей, то сожалеть уже будет не о чем, да и не кому.

–Не произойдет,– отозвался Дуст, – мое присутствие на борту – самая верная гарантия безопасности.

Из всех, кто находился в рубке, только сам конструктор «Пандоры» пребывал в раскрепощенном и вполне уравновешенном состоянии, словно его, в самом деле, не страшили те неисчислимые количества маленьких астероидов, проносящихся за бортом звездолета с сумасшедшей скоростью.

–Ловушки наполнены на 80 %,– поступило сообщение из блоков.

–Выключить направляющее поле! Закрыть ловушки!

Ханнер повернулся к товарищам по экипажу:

–Перегрузка слишком опасна. Не будем рисковать понапрасну – для первого раза хватит.

Голос капитана производил впечатление абсолютно ледяного спокойствия, хотя, когда Ханнер вернулся к экрану, то на лбу у него проступили едва заметные капельки пота. Да, у него тоже нервы не были сделаны из железа, и эта масса астероидов пусть даже очень мелких навевала на него чувство благоговейного трепета – это была неведомая до сих пор сила, сила, которую он – капитан Ханнер собирался подчинить своей воле.

–Выходим из пылевого облака!

Корабль взял обратный курс, покидая гибельные дебри пыльных космических джунглей. Ещё немного и вся эта армада, внушавшая ужас, останется далеко за бортом.

По рубке пронесся вздох облегчения.

–Отбой всем отсекам, – скомандовал Ханнер.– Доложите состояние ловушек и транспортных тоннелей.

–Наполняемость – 83%. Повреждений не зафиксировано.

Капитана удовлетворил ответ: он хотел услышать, что его корабль вышел из коварного облака, не получив ни единой царапины.

–Полагаю, мы можем возвращаться? – спросил Ханнер у Дуста.

–Не так быстро,– ответил тот.– Сейчас пыль проходит через фильтры. Если попытка не увенчалась успехом, то мы обязаны её повторить.

Капитан недоуменно посмотрел на ученого: он решительно не понимал, что означали последние слова конструктора «Пандоры». Разве их космический комбайн по сбору пыли не выполнил своего задания? В ловушках – тонны мельчайших частиц, и может ли в такой ситуации идти речь о какой-либо неудаче? Однако спорить не стал. Ему все больше и больше казалась подозрительной эта экспедиция.

Пыль проходила через фильтры, оседая в различных блоках, соответствующих её размерам, намагниченности, плотности и некоторым другим показателям, которые инженер постоянно проверял, сверяясь со своими расчетами….

…Джим Ханнер был далеко не новичком в освоенном космосе, и его имя хорошо знали на десятках планет: многие по сей день помнили его схватку с пиратами на зеленой планете Коль, где он умудрился похитить нефритовую статую местного божества и при этом остаться в живых. О такой удачливости другим приходилось только мечтать.

Каждый по-своему налаживает связи с богиней судьбы. Кто-то пытается заслужить благосклонность Фортуны упорным трудом, кто-то – молитвами и пожертвованиями, а Джима Ханнера она любила просто так – без всяких условий.

Капризная и своенравная богиня всегда подсовывала ему состоятельных бизнесменов – как гуманоидов, так и ксеноморфов, желавших погреть руки или щупальца на взаимоотношениях Фортуны и ее любимчика.

Кто, кроме капитана Ханнера, мог провести три торговых звездолета кратчайшим путем через контролируемую пиратами зону вообще без повреждений и прийти в порт назначения раньше торгового каравана, что дало его заказчикам возможность продать свои товары по самой выгодной цене?

Кто, кроме удачливого Джима, мог высадиться на дикой заповедной планете Рапан и дать возможность торговцам животными захватить больше ста единиц воющего, лающего и шипящего товара и уйти до того, как егеря и смотрители сумели что-либо понять?

Но все проходит. И дни его благополучия испарились, сменившись чередой непрерывных неудач.

А все началось с того, что однажды некий торговец с несколько подмоченной репутацией, которая, вполне, компенсировалась толщиной его кошелька, зафрахтовал звездолет Джима для перевозки ценного груза. Предлагал он сумму втрое большую, чем обычно платили Ханнеру за рейс, а доставить стоило всего пару ящичков размером с его капитанский чемоданчик. Такие небольшие, но ценные грузы попадались перевозчикам не часто и считались в их среде редкостной удачей, так как позволяли брать попутные товары – ходка-то все равно оплачивалась первым нанимателем!

Главным условием сделки была скорость, и капитану пришлось в очередной раз рискнуть, оторвавшись от патрульных кораблей торгового каравана. Путешествовать с караваном, конечно, безопаснее, но намного скучнее. А чего бояться любимцу Фортуны?

Единственное, чего не учел Ханнер, это того, что богиня – всё-таки женщина, и своих поклонников она меняет чаще, чем прическу или макияж. И в её жизни явно наступил период обновления – видимо, увлеклась какой-то более колоритной фигурой в торговом флоте или новой брошкой.

Ханнер раньше именно в этой части торговой системы Эйяла имел обыкновение демонстрировать свою ловкость, сокращая путь и отрываясь от каравана, оставляя за собой ощетинившиеся пушками корабли военного сопровождения.

Это было рискованно, и мало капитанов отважилось бы на подобное. Но риск как раз и приносил Джиму немалые дивиденды и возможность содержать собственный звездолет.

Неподалеку от пылевого скопления его корабль попал в засаду, напоровшись на пиратскую флотилию. Космические бродяги обложили его со всех сторон, словно волка в логове, прижав к астероидному потоку, прорываться сквозь который не стал бы даже сумасшедший.

Теперь-то Джим знал, что предприимчивый делец со слащавой физиономией был агентом ГИЗы – банды пиратов торговых путей, известной любому звездолетчику по зловещему девизу: «Друзья Бога и враги всего космоса».

ГИЗа родилась из разрозненных сообществ наиболее непримиримых пиратских вожаков, которые не желали идти ни на какие компромиссы с теми, кто был сторонником соглашательства с правительствами систем или, не дай бог, с Федерацией. А таких в Свободных мирах набралось немало среди капитанов и командиров флотилий, уже накопивших достаточные средства и не возражавших против возможности легализовать свои капиталы. Сделать это можно было, только войдя во всеобщую межпланетную банковскую сеть. Но вот пиратов туда приглашать никто не собирался, и поэтому многие из них задумались о соглашении.

По мнению вожаков ГИЗы, подобная политика могла привести Свободные миры к традиционному «рабству» законов и положений, от которого они все некогда сбежали.

В секторе произошли крутые разборки, но никто так и не сумел тогда доказать собственное превосходство. Сторонников хватало и у тех, и у других. А длительная война между пиратами не была выгодна никому, кроме их общих противников. Ослабляя себя, они давали повод любой из систем вторгнуться в пределы Свободных миров, благо предлог придумывать было не нужно, борьба с пиратами – святое дело.

После этой малой войны ГИЗы немного успокоились и заняли свою нишу в пиратском сообществе, вполне независимую и не посягавшую на привилегии других. С ними считались как с мощной организацией, но держали в узде, не давая распоясаться.

Впрочем, сейчас вожди ГИЗы были уже совсем не те, что триста лет назад. Тогда три вожака «врагов космоса» исступленно стояли за полную свободу и независимость. Они отрицали любые законы, кроме права сильного взять то, что ему нравится. Теперь пришло время быть более рациональными и не столь категоричными. Время открытых и бесшабашных нападений на торговцев давно кануло в Лету. Беспредельничать на проторенных путях не давали усилившиеся военные флотилии конвоев.

Бросаться же в лобовые атаки стало крайне невыгодно после многочисленных потерь, понесенных ГИЗами в прошлом столетии, когда их братство едва не развалилось.

Теперь ГИЗы разработали принципиально новую тактику космического грабежа, жертвой которого и стал «удачливый» Джим. Они заманивали неосторожных капитанов, предлагая значительные суммы для перевозки миниатюрных грузов, и давали щедрый задаток, больший, чем обычные наниматели. Понятно, что любой командир транспорта клюнет на такую приманку и не станет гонять свое судно порожним, взяв сопутствующие грузы. И Ханнер не стал исключением из этого правила. Он прихватил с собой солидную партию дорогостоящих промышленных роботов для развивающейся планеты Ваал.

Везти роботов просто так было нерентабельно. Илинийские робототехнические компании, о жадности которых среди звездолетчиков слагались легенды, платили крайне мало и страховку давали пустяковую, экономя буквально на каждой кредитке. Но рейс же все равно будет оплачен, и Джим заключил «выгодный» контракт.

Легендарный предводитель ГИЗы, высокий гуманоид с татуированным лицом, все время подчеркивал свою невероятную щедрость: он оставил Ханнеру и его команде ЖИЗНЬ, отобрав при этом корабль, грузы и даже личные вещи команды. А в небольших ящиках, которые соблазнили Джима на этот перелет, оказались блоки питания для роботов-уборщиков, которых было полным полно на любой, даже самой захолустной планете. Более дешевой робототехнической продукции просто не существовало.

Вернувшись домой без бесславно потерянных корабля и грузов, Ханнер стал объектом охоты судебных исполнителей, натравленных на него илинийцами, которые отобрали у него дом и арестовали все счета в галактических банках.

Выйдя из долговой тюрьмы на Эйяле, Джим превратился в никому ненужного капитана, и на его когда-то безупречной и фартовой репутации был поставлен жирный крест.

Его женщина и по совместительству штурман Элиза Кроули, пока он прохлаждался на нарах, не стала отказываться от должности старшего помощника на большом космическом лайнере, бросив Джима наедине с нажитыми им самим проблемами.

«Удачливый Джим» остался без корабля, жилища, счета в банке, женщины и без надежд найти подходящую работу. Такого не наймут даже вторым помощником, а не то, что капитаном.

Ханнеру пришлось убраться прочь с дорогостоящей Эйялы на более дешевый и непрезентабельный Мункайд, населенный несколькими тысячами горных работяг и десятком бюрократов.

Еще одной привлекательной чертой Мункайда были автоматы бесплатного питания для безработных и возможность заработать на рюмку виски непритязательной космической байкой, которых в арсенале Джима великое множество.

Так продолжалось до тех пор, пока он не излил душу неизвестно каким ветром занесенному на Мункайд мистеру Дусту, который и предложил Джиму место на капитанском мостике нового звездного корабля-фабрики, который, впрочем, еще предстояло построить. Деньги на строительство давал некий господин Карл, известный под кличкой Темный Банкир, о котором ходило множество самых невероятных слухов. И не все из них были хорошими. В иных обстоятельствах Джим не стал бы связываться с таким подозрительным субъектом, но теперь выбирать не приходилось…

***

Еще несколько недель «Пандора» бесцельно проболталась неподалеку от пылевого облака. Джим Ханнер хоть и являлся капитаном звездолета, но абсолютной властью, какая была ему положена по должности, не пользовался. Не то чтобы его не слушали и игнорировали его команды, но уж больно независимо вели себя штурман Занеф и второй пилот Матиз в компании с инженером Дустом. У этих людей было слишком много секретов от своего командира.

Некоторое время Джим мирился с существующим положением, топя свое безделье в крепких напитках, но в минуты протрезвления его всё чаще посещала мысль о том, что капитану положено играть первую скрипку на звездолете.

Ханнер решил выяснить, сколько они ещё будут болтаться возле опасного пылевого скопления, и каковы же результаты их работы.

Он вошел в кают-компанию и увидел там всю троицу плюс судового врача Блюмингейма, субъекта ему крайне несимпатичного из-за постоянной высокомерной мины на его физиономии.

Доктор Блюмингейм не вписывался в обычные стандарты врача на космическом корабле. В прошлом этот человек был знаменитым учёным и сотрудником Федерального научного центра, одного из самых престижных медицинских учреждений Галактики. А на должностях судовых врачей пребывали все больше специалисты с дипломами врачей, но без перспективы устроиться в планетарных клиниках.

Ханнер «вцепился» взглядом в уже не молодого человека, виски которого давно посеребрила седина.

«А этот мошенник, несмотря на почтенный возраст, сохранил внешнюю привлекательность и хорошую физическую форму, – мелькнуло в голове Джима. – И если бы не это выражение лица, я бы подал ему руку с удовольствием».

Компания оживленно беседовала, но при появлении Джима все умолкли.

–Господа, не пора ли и меня посвятить в ваши дела?

–Что вы имеете в виду, капитан? – сделал вид, что не понял его, Матиз.

–Мы торчим здесь уже довольно долго, и вы знаете зачем. А вот я, ваш капитан, понятия не имею.

–А что у вас есть дома какие-то срочные дела? – съязвил Матиз. – Что вас там ждет? Или у вас есть выгодные контракты? Вы здесь получаете деньги и исполняете обязанности капитана. Что же вам еще нужно? Чем больше проторчим здесь, тем больше каждый из нас получит кредиток.

–Это правильно, – согласился Ханнер.– Но я не привык, чтобы второй пилот со мной разговаривал подобным тоном, мистер Матиз.

–Значит, мой тон вам не нравиться?

–Тихо, господа!– успокоил их доктор. – Не стоит ссориться. Мы с вами делаем одно дело. Может быть, пришло время посвятить нашего капитана в некоторые подробности?

Занеф согласно кивнул.

Подбородок инженера Дуста задергался:

–Вы умный человек, Ханнер, и, наверное, догадались, что наше скромное предприятие не просто вылавливание пыли для лаборатории и получения из неё полезных минералов. Вы сами понимаете, что за такую пустяковую работу не платят столько, сколько сейчас получаете вы.

–Я понимаю, – ответил Джим. – Слишком уж легко господин Карл выделил средства для этой экспедиции. Вряд ли он стал бы раскошеливаться на обычную космическую фабрику. Масштабы деятельности этого господина, как мне представляется, лежат не в столь прозаической плоскости. Он ведь редко занимается чем-то законным, хотя и прикрывается легальными операциями.

– Да, Карл – темная лошадка, правда, с законом проблем у него нет, – произнес штурман Занеф. – Но дело не в Темном банкире. Мы и сами не прочь разбогатеть при помощи космической пыли.

– Никто не против разбогатеть, но меня интересует способ, каким вы собираетесь это сделать. Ваши постоянные шушуканья говорят о грандиозной противоправной махинации.

– А вы у нас законник? – снова вскипел Матиз. – Для вас кредитки пахнут? Мы откопали вас у дрянного аппарата бесплатной еды, где вы жрали питательную массу. Я тогда говорил, что этот теперь землю будет грызть, дабы вернуть себе свое. А он нам сейчас толкует о законах, правах и махинациях. Поймите, что легальная работа вам не светит. Ни одна солидная компания на выстрел атомной пушки вас не подпустит к своим кораблям.

– Да погоди ты, Матиз, – прервал второго пилота штурман. – Капитан хочет знать, что мы ему предлагаем и это его право.

– Ханнер, – взял слово Дуст, – меня называют сумасшедшим, мечтателем и всякими другими неприятными для умного человека прозвищами. Но я не просто талант, я – гений. Космическая пыль – это не только камешки и минералы, пусть даже почти в чистом виде, но и тысячи, миллионы, миллиарды микроорганизмов – микробы, вирусы, споры – все что хотите. И каждый раз, погружаясь в облако, мы ходим по лезвию ножа, который эти невидимые твари всадят нам в спину, не задумываясь ни на мгновение. И защитит ли от этих микроскопических спор наша броневая обшивка, мы не знаем.

– Что это значит? – не понял Джим.– Повреждений у нас нет.

– Обшивка цела. Но для некоторых микроорганизмов она – не преграда. Мы четверо: я, Матиз, Занеф и Блюмингейм имеем некоторую защиту против этих мелких тварей. Не зря же мы привлекли в качестве судового врача такое светило медицинской науки, как наш доктор. Еще работая на военных Звездной Федерации, он создал уникальное средство защиты от некоторых видов биологического оружия, в виде специально вживляемых в организм противовирусных имплантов. Они представляют собой своеобразную колонию лейкоцитов, наделенных собственной матрицей памяти. Это почти что живое существо, которое и помогает нам избежать возможного заражения.

–Постойте-ка, – спросил его Джим с тревогой в голосе. – Значит, мы торчим здесь как лаборатория с подопытными кроликами? И я, и мой экипаж – эти кролики и есть! Ведь у всей команды нет этих ваших защитных имплантов. Не так ли?

–Какой вы догадливый,– засмеялся Матиз.– Знаете, как называли наш корабль, те, кто был посвящен в дело? Не «Пандора», а «Обреченный охотник». Остроумно, не правда ли?

–Если об этом узнают на «Пандоре», то в новый рейс с вами никто не пойдет! – решительно заявил Ханнер.

–Пойдут, – уверенно ответил Дуст. – Ещё как пойдут. Впрочем, нам нужно ещё вернуться из этого рейса. Зачем загадывать, капитан?

–Значит, мы договорились, Джим? Ведите себя спокойно, и может быть, у вас все будет в порядке, – проговорил Блюмингейм. – И вы получите точно такую же защитную матрицу.

Капитан Ханнер получил время обдумать заманчивое предложение, запершись у себя в каюте.

То, что ему предлагали, было вполне реальным средством заработать не просто деньги, а баснословный капитал, который навсегда избавил бы его от необходимости заниматься многотрудным делом космических перевозок в будущем и смыл бы с него клеймо неудачника. Разве не к этому он стремился?

Но уж слишком этот бизнес отдавал криминалом. И расплачиваться приходилось человеческими жизнями, а Ханнер не привык подставлять чужие головы вместо своей. В этом вопросе его мнение отличалось от мнения доктора Блюмингейма.

После некоторых колебаний Джим решил действовать.

Он выбежал из своей каюты и бросился к отсекам экипажа, думая раскрыть космолетчикам глаза на происходящее и предупредить об опасности, которая над всеми ними нависла.

Но, как оказалось, сообщать было некому. Вся свободная смена находилась в невменяемом состоянии: эти люди в очередной раз испытали воздействие очень дорогого наркотика под названием «Седьмое небо». Им нечего было терять. Излечиться от пристрастия к этому галлюциногену никто не мог. Вот из каких специалистов набирали команду для обреченной «Пандоры»!

Капитан понял, что теперь у него, если он хочет спастись, остается только один путь – сбежать. И он направился на палубу спасательных флаеров.

Массивные двери шлюзового отсека бесшумно скользнули в стороны, открыв перед Джимом высокое помещение с ровным рядом летательных капсул. Ханнер вошел внутрь и, пройдя вдоль этого ряда, выбрал себе подходящий быстроходный аппарат «У-17», немного устаревшую, но вполне надежную модель.

Кабина, поддавшись его усилиям, отъехала в сторону, и он расположился в кресле пилота. Привычными движениями, щелкая по тумблерам и кнопкам, Джим активизировал систему запуска, но, к своему удивлению, обнаружил, что вылететь он не может. Двери шлюзовых камер были заблокированы не его капитанским кодом!

–Черт! – выругался Ханнер и, поспешно расстегнув ремни безопасности, вылез из аппарата.

–Что, не получилось? – услышал Ханнер отвратительно ехидный смешок второго пилота Матиза. – Сбежать отсюда не так просто, капитан.

–Где вы? – Джим стал оглядываться в поисках обладателя голоса.

–Мы здесь, Ханнер,– штурман Занеф показался из ниши ремонтников.

В его руках был старый и добрый бластер. За ним вышли Матиз, Дуст и Блюмингейм – вся четверка в сборе. Капитан встал, скрестив руки на груди: он не даст этим ублюдкам повода усомниться в его храбрости.

–Вы решили меня убить? – осведомился Джим. – Что ж, лучшего места не найти. И уединенное место, и космос рядом.

–Не стоит иронизировать, капитан, – произнес мистер Дуст. – Мы ведь предложили вам по-настоящему стать одним из членов нашей команды. Но вы пренебрегли нашим доверием.

–Вы не согласились сотрудничать и знаете наш маленький секрет. Мы просто не можем дать вам уйти, – заговорил Блюмингейм.

В руках у доктора появился диковинный циклоидный предмет с пирамидальным выступом посредине. И он направил его на Ханнера.

–Знаете, что у меня в руках? – спросил доктор.

–Нет. Ничего подобного в жизни не видел. Но, очевидно, эта штука не из приятных, не так ли? – предположил Джим.

–Вы совершенно правы. Приятного в ней действительно мало. Это новый вид оружия, мутагенатор, разработанный при моем непосредственном участии пару лет назад, еще в то время, когда я работал на военных. Одно касание – и ваше тело превратится в фарш из бактерий и вирусов. Но вы, наверное, хотели бы пронаблюдать его в действии?

–Нет, совсем не хотел бы, – ответил Джим. – Ведь вы намерены испытать его на мне, не так ли?

–Вовсе нет.

После этих слов доктор неожиданно повернулся к мистеру Дусту и выбросил руки вперед. Пирамидка стремительно вонзилась в инженера, разворотив ему грудную клетку.

–А теперь немного льда и в открытый космос, – произнес Матиз. – Смотреть на разлагающееся человеческое тело – удовольствие небольшое. Этот Дуст даже после смерти сослужит нам хорошую службу. Прощай, мистер Дуст и пусть твои останки покоятся с миром.

Занеф включил переносную криогенную установку, обдавшую труп конструктора волной холода.

Спустя полчаса бесформенная глыба льда вывалилась в космос с борта «Пандоры». Труп Дуста вез в себе зловещий концентрат убийственных бактерий – и горе тому кораблю, который рискнет принять его на борт.

–И что это значит? – спросил, придя в себя, Ханнер.

–Этот человек уже сделал свое дело и ушел, как и подобает истинному джентльмену. Какой смысл от инженера, если он уже не нужен? Вот и пусть покоится в космосе. А вы, капитан, пока ещё нам необходимы.

–Но он же автор всего проекта, а вы сами, что смыслите в технике? Ведь конструкция «Пандоры» весьма необычная, и даже я, со всем моим опытом космических полетов, не могу управлять им достаточно эффективно без помощи классного инженера.

–Не стоит всё усложнять, капитан, – проговорил Блюмингейм. – Человек с вашими талантами способен на многое. А от господина Дуста необходимо было избавиться, как от лишних глаз и ушей Темного банкира…

Прошло около часа, и Блюмингейм подготовил инструментарий для введения импланта. Джиму не очень пришлась по душе эта процедура, но иного выбора ему просто не предоставили.

–А вы справитесь с операцией один, без помощника?– спросил Ханнер.

Доктор подключил капитана к наркозному аппарату:

–Не волнуйтесь, капитан, я уже проводил подобные операции и Занефу, и Матизу, и Дусту.

Слова Блюмингейма не успокоили Джима, но усыпляющий газ уже начал свое действие, и сознание капитана провалилось в пустоту.

«Я играю в опасную игру, – подумал Блюмингейм, – ведь действие матрицы памяти, которую я поставлю этому человеку, предсказать невозможно. А если он выйдет из-под контроля? Ведь это существо уже не будет Джимом Ханнером – матрица полностью подавит старое сознание, заменив его новым. А будет ли новый Ханнер покладистым и послушным? Но, так или иначе, от мистера Дуста нужно было избавиться, опека Темного банкира стала для «Пандоры» слишком обременительной».

Через сорок минут операция была закончена, и Блюмингейму оставалось лишь ждать результатов эксперимента.

Ханнер пришел в себя и с удивлением посмотрел на доктора:

–Блюмингейм? Вот кого не ожидал здесь увидеть, так это вас!

–Вы знаете меня?

–Более чем. И я рад, что операцию провели именно вы. Каково мое новое имя? Как звали человека, в теле которого я сейчас нахожусь?

–Джим Ханнер, капитан «Пандоры» – звездолета, на борту которого мы пребываем в данный момент, – ответил слегка опешивший Блюмингейм. Он не ожидал, что это существо знало его лично.

На экране обзорного монитора мелькнул силуэт звездолета.

–Вот он! – Матиз указал капитану Ханнеру на судно. – Это космический танкер, в его трюмах, наверняка, полно энергона, а у нас как раз не хватает горючего.

–И что вы предлагаете? – спросил капитан Ханнер.

–Заставить его поделиться. Пугните его боеголовкой.

–Это уже прямое нарушение доброго десятка галактических законов. Это пиратство, – спокойно констатировал факты капитан.

–Не болтайте, а делайте, что говорят,– как всегда грубо отрезал Матиз.

Капитан резким движением руки послал второго пилота в нокаут и произнес, повернувшись к опешившим Занефу и Блюмингейму:

–Когда этот человек очнется, передайте ему: если он еще раз позволит себе подобное обращение, то я оторву ему голову. И это касается всех членов экипажа «Пандоры».

Занеф и Блюмингейм многозначительно переглянулись и поспешили на помощь второму пилоту.

–А горючее нам действительно не помешает, – продолжил капитан. – И мы возьмем его.

Ханнер вернулся к управлению судном:

–Слушать в отсеках! Всем доложить о готовности!

Тотчас последовали короткие доклады команды, и выяснилось, что звездолет готов к атаке. В подобных ситуациях, а пираты часто прибегали к такому способу заправки, ибо садиться на многих планетах было небезопасно, уничтожать транспорт было бессмысленно. Поэтому демонстрация боевой мощи «Пандоры» имела целью убедить капитана танкера в необходимости полной покорности.

–Торпедный отсек! – капитан вызвал палубу с торпедными аппаратами.

–Да, сэр! – на экране появилось лицо худощавого молодого офицера.

–Вы знаете, что нужно делать?

–Пугнуть их торпедой? Я легко могу сбить их дальнюю защиту и даже повредить контур. Если конечно нужно!

–Только защиту. Не стоит наносить танкеру серьезные увечья.

–Есть, сэр!

Палубный офицер торпедного отсека с легкостью выполнил требуемое, и внешние силовые щиты танкера рассыпались сотнями искр, отставив судно почти беззащитным. Следом за демонстрацией силы последовала стандартная процедура захвата.

По каналам связи на борт танкера прошло сообщение с предложением подчиниться приказам «Пандоры» и уверения в случае покорности сохранить жизни членам экипажа.

Танкеры никогда не шли на сопротивление в таких ситуациях. Подобные звездолеты были неповоротливы и ценностями не обладали, а топливом можно и поделиться. Все равно много не заберут – на стандартном звездолете в отличие от звездолета-танкера были только ограниченные резервные хранилища.

–Командир! – на связь вышел отсек связи. – Они дали отводные рукава для приема абордажной команды.

–Отлично! Отряд на их борт и проследить за заправкой нашего звездолета – всех резервуаров! Вы слышите всех!

–Я передам приказ палубному офицеру! Но с вами хочет говорить капитан танкера! Вы выполните его просьбу или послать его подальше?

–Давайте связь. Послушаю, что ему нужно.

На экране большой связи появилась фигура плотного человека в старом комбинезоне:

–Я капитан танкера «Румата» Эквил.

–И что вам нужно? – спросил Ханнер, не представляясь и не здороваясь. – Я разве не достаточно ясно изъяснил наши требования?

–Нет, я все понял, но вы, очевидно, не расслышали меня! Я капитан танкера «Румата»!

–И что же такого особенного в вашем танкере?

–Я вожу горючее по заказу ГИЗы!

–Ах, вот как. И я должен испугаться? Не так ли? – произнес Ханнер. – Да я плевал на ГИЗу и всех пиратов вместе взятых! Предоставьте мне горючее – и останетесь живы! Или у вас есть другая альтернатива?

–Как вам будет угодно, но ГИЗа узнает о вашем поступке, капитан.

Командир танкера отключился. Говорить было больше не о чем.

–Капитан, – решил вмешаться штурман Занеф, – вы, знаете что делаете?

–Естественно, знаю. Нам нужно горючее или нет?

–Нужно, но в этот раз стоит заплатить за него.

–Заплатить? Я не ослышался? Вы предлагаете мне заплатить за то, что мне отдадут даром?

–Вы, очевидно, плохо представляете себе, что такое ГИЗа…

–Да вы совсем держите меня за умалишенного, штурман! – прорычал Ханнер.– Чего ради я должен бояться каких-то бродяг, у которых нет даже пристойного оружия?!

–Но…

–Разговор считаю исчерпанным, Занеф. Идите и выполняйте свои обязанности.

–Да, сэр! – Занеф удалился из командирской рубки. Более он и Матиз здесь не хозяева.

***

Капитан Эквил знал, о чем говорил и был убежден, что возмездие последует незамедлительно. Отведя свой танкер от «Пандоры» на безопасное расстояние, он связался с командором Акулой, одним из лидеров ГИЗы, который заслужил свое прозвище безжалостным отношением к своим жертвам, оказывавшим хоть малейшее сопротивление.

Командор уверил Эквила, что разберется с наглым капитаном странного звездолета в самое ближайшее время – благо, они находились совсем недалеко от местонахождения «Пандоры». В распоряжении Акулы в настоящий момент был только один космический фрегат. Но ведь фрегат – не танкер, и тоже может пощелкать зубами, или вернее, пострелять из пушек.

Тем более что это была знаменитая в Свободных мирах «Акула» – любимое детище своего командора. После недавних стычек ГИЗов с патрульными крейсерами Звездной Федерации он, правда, лишился одной из выдвижных орудийных палуб, но и в таком виде внушал трепет одиноким кораблям.

Громадная махина с закругленным носом, на котором виднелись шесть торпедных порталов, совершенно потеряла свой первоначальный цвет – темно-зеленый – и теперь походила на серую облущенную консервную банку. По бокам располагались выдвижные палубы с атомными пушками, что позволяло фрегату одновременно вести убийственный огонь в четырех направлениях. Нижняя часть корпуса несла в себе шесть полетно-посадочных стабилизаторов; наверху располагался бронированный блок треугольной формы, в котором прятались установки энергетических щитов. Ближе к хвосту боевого звездолета размещался пояс поворотных двигателей, следом за ними можно было обнаружить и полускрытые сопла субсветового протонного двигателя, предназначенного для перемещения в нормальном космосе. Там же находился и гипер-движок. По всему корпусу бежали тонкие нити сенсоров, обеспечивавших фрегату полный обзор окружающего пространства. В целом, фрегат представлял собой довольно грозную силу, с которой приходилось считаться любому встречному судну.

Когда на обзорных экранах появился силуэт «Пандоры», Акула повернулся к своему помощнику и спросил:

–Что это за посудина? Ты когда-нибудь видел нечто подобное?

–Нет, – ответил тот. – Такого уродливого корабля до сих пор не было в наших просторах, командор.

–Меня удивляет, что его капитан так дерзко разговаривал с нашим поставщиком и заявил, что не боится ГИЗы.

–Может быть, он сумасшедший? Будь я капитаном подобного корабля, то вел бы себя тихо и не высовывался. Мы же разнесем его с первого залпа.

–Точно! Они посмели нарушить главный закон – повиновение. Только повиновение в обмен на помилование. А эти свои жизни уже проиграли. Приготовиться к атаке!

В командной рубке «Пандоры» также идентифицировали неприятельское судно. Бортовой компьютер даже определил его название и «боевой путь».

–Это «Акула»! – вышел на связь Занеф. – Ханнер, вы слышите?! Это не просто пиратское судно ГИЗы, а сама «Акула»!

–Ну и что же? – спокойно спросил капитан. Ни один мускул на его лице не дрогнул, словно ему доложили, что перед ними простая прогулочная яхта. – «Акула» чем-то особенным отличается от остальных кораблей такого же класса?

–Нет, но на борту этого судна самый отчаянный из капитанов ГИЗы!

–А на борту «Пандоры» нахожусь я.

–Вы, сэр? – не понял сарказма Занеф.

–Именно я. И поэтому беспокоиться не стоит. Все под контролем, – капитан вырубил связь со штурманским отсеком и переключился на другой канал. – Палубный офицер!

–Да, сэр!

–Вам ничего не нужно предпринимать! Вы поняли меня?! Ваши орудия должны молчать!

–Но они станут по нам стрелять! Неужели в этой ситуации мы не ответим им хотя бы одним выстрелом?

–В атомных пушках я сейчас не нуждаюсь. Бортовой компьютер уже выставил все силовые щиты. Они отразят их залп, хоть пираты и надеются совсем на другой эффект. Этот Акула еще не знает, что такое «Пандора».

Доктор Блюмингейм сидел здесь же, по соседству с капитаном. Именно этот человек, как ни странно, был нужен Ханнеру в предстоящем сражении.

–Я выставил все защитные щиты, док. Нашей мощности хватит, чтобы успешно отразить три залпа такой посудины, как этот фрегат. Вам хватит этого времени, чтобы настроить свою установку?

–Мой аппарат всегда готов к действию. Он управляется под контролем бортового компьютера и необходимо только активизировать коды!

–Ну, так активизируйте их. Сейчас самое время для этого!

–Уже исполнено, сэр! Я привык принимать ответственные решения самостоятельно.

–Это отличное качество, но в будущем я бы хотел принимать все решения сам. А вы должны перед тем, как действовать спросить моего мнения. Понятно, док?

–Куда яснее!

Ханнер знал, какую атаку предпримет командор пиратов. Для них его судно – всего лишь полувоенный звездолет, с которым они планируют справиться шутя. Это, как думают комические бродяги, даже не настоящий бой, а простое наказание ослушника – то есть уничтожение судна противника.

Первый залп атомных пушек обрушил на «Пандору» смертоносную волну огня. Десятки атомных снарядов устремились к космической фабрике, грозя высвободить грандиозную силу тяжелых атомов.

Но силовые щиты «Пандоры» ничем не уступали тем образцам, которые устанавливались на современных тяжелых крейсерах Федерации. Они легко отразили атаку.

–Что там за черт?! – выругался Акула, вскочив с кресла. – Они отразили наш удар?! Этого просто не может быть!

–Именно так, командор! У них силовые установки ничуть не хуже наших!

–Второй залп! Немедленно!

На этот раз были задействованы абсолютно все работавшие орудия космического фрегата, но результат был прежним.

–Капитан! – на связь вышел второй пилот Матиз. – Сейчас они поймут, что нашу защиту атомными пушками не пробить и используют термальные торпеды, которые прожгут наши щиты!

–Не успеют! Док! Пора и вам вступить в игру. Покажите им истинную мощь «Пандоры»!

Блюмингейм молча, не торопясь, набрал последний код активации: где-то в глубине недр космической фабрики шевельнулась усовершенствованная торпеда, снабженная тройной боеголовкой, несущей смертоносные вирусы, извлеченные из пылевого облака и выращенные заботливой рукой доктора в лаборатории «Пандоры». Через считанные мгновения она вышла из стартового портала и устремилась к пиратскому фрегату.

–Пусть попробуют смерть в чистом виде, – усмехнулся ей вслед Ханнер.

Глава 3
КАПИТАН БРЕС.

Полицейский катер приземлился в небольшом космическом порту Мальциара. Такие гости в последнее время залетали сюда крайне редко и таможенные и карантинные чиновники при принятии опознавательных кодов забегали, и административное здание сразу стало напоминать растревоженный муравейник.

Командир катера, полицейский космолетчик капитан Брес сошел с борта своего судна по парадному трапу. Он был одет в свой лучший мундир – черный с серебряными галунами. Хоть планетка и маленькая, но все же его визит вполне официальный.

– Вот черт! – выругался он, не увидев рядом дежурного флаера.

Его помощник лейтенант Югер, вышедший вслед за своим начальником, улыбнулся, поняв своего шефа.

– Они на таких планетках никогда не соблюдают правил, капитан. Не стоит ждать флаер.

– Но мы прибыли всего лишь для пополнения запасов. Кто знал, что патрулирование так затянется, и мы проболтаемся в космосе вдвое больше чем положено. Черт бы побрал негодяев, сцепившихся в космической баталии на границе моего сектора!

– Но мы нашли только следы этой баталии, сэр!

– Это и неудивительно. Ведь, судя по радиоактивному излучению, прошло не менее двух месяцев, лейтенант. Шел бой между двумя очень крупными кораблями, что случается не часто. Вот и пришлось проболтаться в этой зоне больше чем обычно, расследуя это дело.

– Но домой на Бейд без топлива мы не дотянем.

– Вот и пополним запасы на Мальциаре. Стоит нанести визит начальнику порта. Он здесь решает подобные вопросы.

– Тогда идемте. Мы быстрее доберемся пешком.

– Ты прав! Но я пойду один. Оставайся на катере и наблюдай за порядком. А то наши истосковались по отдыху и захотят ступить на твердую землю.

– А может быть, дадим отдых команде? Пусть ребята оттянутся в забегаловках этой планетки. Они ведь столько в космосе, что отдых не помешает.

– Нет! Ни в коем случае! Все увольнения на землю запрещаю категорически!

– Есть, сэр!

Брес пошел пешком к зданиям космического порта.

«Нагряну к начальнику и устрою ему грандиозный разнос! Научатся уставы соблюдать, тетери провинциальные!»

Проходя мимо Второй большой посадочной площадки ему сразу бросилась в глаза черная громада необычного космического корабля, стоявшего на самом дальнем её участке.

Не находись, эта творение человеческого разума, на территории космодрома, Брес мог бы принять его за небольшой завод: на площади, которую занимало судно, вполне смогли бы разместиться пять или шесть космических фрегатов. Да что там фрегаты! Любой звездолет танкерного типа показался бы в сравнении с ним просто игрушкой.

Корабль казался монстром, съежившимся ради того, чтобы уместиться на скромной посадочной площадке, ему здесь явно было тесно. Центральная его часть, как донжон, возвышавшаяся над окружающим пространством, походила на высеченную из базальта и плохо обтесанную голову – столько на ней было всяких выступов, канавок и ребер. Брес лишь интуитивно угадывал назначение некоторых из них: вот элементы защитных экранов, вот сенсорные датчики, вот люки торпедных аппаратов – но все они совершенно не походили на известные космолетчику образцы. Слишком уж суровым выглядел их профиль – не в пример тем изящным силуэтам, к которым стремились современные конструкторы.

Вокруг центрального корпуса располагались пять шарообразных структур, вдвое уступавших ему по высоте. Брес сообразил, что эти блоки могут при необходимости выдвигаться в стороны от корабля. Еще одной необычной деталью полицейскому показалась обшивка этого судна – она была настолько мощной, будто этот корабль готовился не путешествовать в вакууме, а таранить звезды и планеты.

«Что же это за чудовище? – он остановился и решил осмотреть звездолет еще подробнее. – Похоже, что я недаром сюда прилетел. Здесь есть кое-что интересное».

В этот момент рядом с ним приземлился легкий флаер и из него выскочил мальциарский чиновник в черном официальном мундире, прервав намерение капитана Бреса.

«Разглядели, наконец, кто к ним прибыл. Чиновник даже принарядиться успел. Хотя я точно знаю: в обычной обстановке их мундиры и не заставишь носить».

–Начальник Мальциарского порта! – отрапортовал чиновник. – Простите, что не встретили вас сразу. Но у нас так редко…

–Не стоит извиняться, – прервал его речь Брес и спросил. – Это что? Космический арсенал или фабрика?

–Почти. И то, и другое в одном.

–И что же производят на этом чуде техники?

–Кто знает? Болтают разное. «Пандора» приземлилась здесь, чтобы пополнить запасы, и мы по галактическим законам не имеем права досмотра и проверки. Ведь она не числится в розыске, и все официальные документы у них в порядке.

–Но разве это судно имеет право на военное оснащение? Это ведь не боевой крейсер Федерации?

–Нет, но у них оружия не больше, чем необходимо для защиты от пиратов. Придраться не к чему. Не старайтесь, капитан, я уже все проверил самым тщательным образом.

–Но конструкция у этого звездолета весьма странная. Я неплохой знаток по части космических кораблей, но такое вижу впервые.

–«Пандора» судно новое и имеет официальные документы, – упорно твердил чиновник.

–Я сам хочу их просмотреть. Мне не нужны сюрпризы в моем секторе.

–Извольте, капитан.

Полицейский космолетчик совершенно забыл, зачем он прилетел, и ни словом пока не обмолвился о заправке и пополнении припасов своего катера. Все его мысли теперь занимала только «Пандора». Хотя чиновник и сам догадался, что нужно сделать и отдал необходимые распоряжения. С катера уже запросили размер пополнений и готовились принять запасы топлива.

Военные и полицейские космические звездолеты согласно Уставу должны были обеспечиваться всем необходимым в полном объеме и в первую очередь, из стратегического резерва. За все платило либо министерство внутренних дел, либо военное. Бейд не жалел денег на подобные расходы в отличие от Звездной Федерации.

В полицейском управлении Брес поспешил проверить регистрационный список звездолета «Пандора». Это была действительно космическая фабрика с лицензией и галактическим разрешением на боевое оснащение.

Капитан досконально проверил модификацию каждого орудия – но все соответствовало правилам космических перелетов. Сопоставление размеров и принадлежности звездолета не давали повода придраться к тому, что оружия больше хоть на одну единицу!

Космическая фабрика довольно редко совершала посадки – главным образом на незначительных планетах. Портом приписки значился Мункайд – далекий мир, почти у противоположного края человеческого расселения. Гиперперелет к нему займет не один месяц.

На первый взгляд действительно все в порядке, но что-то беспокоило Бреса. Он своим полицейским чутьем чувствовал, что это его «клиенты».

В старых мирах, каким был Мункайд, раньше часто создавали такие гигантские машины – космические заводы. На них получали высококачественную продукцию, и это одно время приносило большую прибыль. Но теперь, когда люди расселились по сотням планет галактики, отпала всякая надобность в создании подобных монстров. Они были необычайно дорогими, и располагать производства на самих планетах стало намного прибыльнее. Но вопреки всему этому и здравому смыслу, несколько месяцев назад в космос с Мункайда поднялась «Пандора».

Затем Брес «пробил» документы капитана Джима Ханнера. Он сделал это просто так, почти машинально, не надеясь там найти ничего интересного. Но биография этого субъекта оказалась «с душком». Здесь было все: и связи с пиратами, правда недоказанные (но это не значит, что их не было), и тюремный срок, и лишение лицензии.

«Странно, почему он не сменил фамилию? Глупо подставлять корабль с незаконным бизнесом под удар из-за прошлого командира. А если у организатора этого бизнеса нашлись деньги на такой звездолет, то чего проще было выправить Ханнеру новые документы? Здесь определенно что-то не так. Нужно разобраться с этим монстром на месте», – капитан нажал кнопку вызова дежурной группы.

Полицейский флаер с оперативной командой подошел к самому борту звездолета. Их встретил сам капитан «Пандоры» Джим Ханнер.

–Чем я могу служить представителям закона? – вежливо осведомился он.

Брес, окинув взглядом фигуру Ханнера, сделал вывод, что капитан был больше похож на пирата, чем на мирного директора фабрики.

–Я бы хотел узнать, что производит ваш космический завод?

–А на каком основании? По галактическим законам вы имеете право на подобный вопрос, только если нарушены 34, 67,89, 123, 346, 678, 987 статьи кодекса. А мы этих статей не нарушали, – демонстрируя великолепное знание законодательной базы, ответил Ханнер.

–Это вы могли рассказывать коменданту порта. Я же принадлежу к полиции и на многое имею право. Даже на то, чтобы иногда нарушать закон. Губернатор Бейда, которому я подчиняюсь, простит мне это. Да и названные вами статьи – это кодекс ЗФЗ. А у нас есть и свои законы. В системе Бейда распоряжается губернатор, и он здесь царь и бог, если хотите.

–Убедили. А ваше звание я могу узнать? – Ханнер сохранял полное спокойствие.

–Капитан-лейтенант полиции Бейда, полномочный инспектор по всем планетам системы. А это дает мне особые права.

–Тогда прошу в мою каюту, господин капитан-лейтенант. Там я смогу ответить на все интересующие вас вопросы.

В личных апартаментах Ханнера Брес без приглашения расположился в кресле, думая тем самым вызвать гнев хозяина, но командир звездолета отреагировал на бесцеремонность полицейского чиновника спокойно.

–Итак, господин Ханнер, чем же занимается ваша летающая фабрика?

–Фабрика? Да, «Пандору» можно назвать фабрикой. Она ловит астероиды и извлекает из них полезные элементы.

–Но это весьма дорогостоящий процесс, – заметил Брес.

–Зато выгодный.

–Выгодный? – полицейский усмехнулся. – Да на массе планет можно наладить добычу любого минерала в десятки раз дешевле. Я ведь не простой полицейский. Я специалист именно по таким махинациям. И хорошо знаю, что современные технологии добычи полезных ископаемых из космического мусора являются весьма невыгодными в экономическом отношении.

В ответ Ханнер рассмеялся:

–Вы видите – погрузка идет полным ходом. И за все это заплачено звонкой галактической монетой. Проверьте налоговые декларации – все чисто и без задоринки. Спросите любого члена моего экипажа – все получили задекларированные деньги. Дела ведутся на «Пандоре» честно. А насчет мусора вы не правы. Некоторые минералы встречаются только в космосе, и их извлечение и продажа приносят весьма солидный доход. Хотите просмотреть научный и финансовый отчеты?

–Нет, – полицейский понял, что прибыл сюда зря. У этих махинаторов абсолютно все было схвачено, и все отчеты в полном порядке. Так просто поймать их не получится.

–Тогда вы позволите нам завершить погрузку и стартовать?

–Конечно. Я даже приношу вам свои извинения, господин капитан.

–Ну что вы! Не стоит. У вас такая работа.

Улыбнувшись друг другу, они раскланялись. Полицейский флаер отчалил….

….Брес наведался в Управление и обнаружил там, к своему несказанному удивлению, старого знакомого. Это был Луис Лезо – специалист по компьютерным технологиям и программированию защитных систем полицейского технического отдела Бейда.

–Капитан? – Лезо оторвался от монитора. – А вы как здесь очутились?

–Зашел пополнить запасы.

–А я думал, что только я обречен торчать на этой богом и людьми забытой планетке.

–Командировка? – посочувствовал ему Брес.

–Я здесь уже неделю. Представляете? Неделю!

–Сочувствую.

–Я не люблю космоса и предпочитаю кабинет в Управлении на Бейде. Он рядом с моей комфортабельной квартирой. А здесь нет элементарных удобств! Здесь нет ни гидромебели, ни движущихся тротуаров, ни современной ванны! Здесь всего лишь небольшая комнатка с эмалированной посудиной, неопределенной формы с регулируемым подогревом и массажером. И это они называют комфортом!!! Как же можно жить в таких варварских условиях?

Капитан Брес имел несколько иное представление об удобствах. В условиях космического корабля и то, что так ругал Лезо, казалось сказочной роскошью. Вся жизнь капитана прошла именно в космосе, и он не представлял, как можно вообще трудиться где-либо в другом месте.

–Что же вас заставило совершить полет на этот раз, Лезо?

–На Мальциаре нет ни одного нормального специалиста, а их система стала давать частые сбои. Вот я и согласился на командировку – за тройную оплату, разумеется.

–Я страшно рад вас здесь видеть. У меня к вам срочное дело!

–Рад помочь, вам капитан. Что вас интересует?

–Звездолет под названием «Пандора».

–Космическая фабрика? Я уже видел её и даже провел ограниченное сканирование для проверки системы, которую я наладил.

–Вот и хорошо. Меня интересует вся информации об этом космическом корабле.

Они просидели до ночи, пытаясь найти хоть какой-нибудь компромат на «Пандору» и задержать ее в порту Мальциара, но космическая фабрика быстро закончила погрузку и стартовала, прочертив в потемневшем небе белую полосу, не дав полицейским такого шанса.

–Капитан, – произнес Лезо. – Посмотрите. Предпоследнюю посадку «Пандора» совершила на Адере, а через пару недель там разразилась бронзовка, также известная под названием бронзовой чумы. А вот и посадка этого корабля на Коллее. Это было еще до Адеры. И тоже через три недели там появилась чума и поразила всю планету.

–Ну, Коллею трудно назвать планетой. Там всего две станции – по 25 человек персонала и база для рабочих для человек 100, не больше. Да и какое отношение чума имеет к «Пандоре». Там разве садилась она одна?

–Нет. На Адере около 50 судов разного класса, а на Коллее больше 15.

–А есть официальный отчет правительственной комиссии о причинах чумы? – спросил Брес.

–Есть. Отмечено, что источником чумы на Адере явилась коллекция одного сумасброда из весьма отдаленной местности. За границами зоны официального расселения.

–Что это была за коллекция? – поинтересовался полицейский.

Лезо небрежно махнул рукой:

–Ничего особенного. Просто какому-то старикану вздумалось пособирать осколки метеоритов, падавших на его планету. Со временем он создал целый музей, и, разумеется, не стал брезговать образцами, которые ему привозили из других миров. Один из таких осколков, как оказалось впоследствии, таил в себе вирус бронзовки.

–А причем здесь «Пандора»?

–Вы ведь просили сообщать обо всем, что может показаться подозрительным, капитан, – обиделся Лезо.

–Это весьма и весьма туманно. К такому не придерешься. Слишком жидкая фактическая база. Меня поднимут на смех в полицейском управлении, рискни я выдвинуть обвинение, опираясь на такие доказательства. А мне нужна зацепка!

–А я думаю, – произнес компьютерщик, – что эту линию следовало бы проработать более подробно.

Брес махнул рукой и покинул Управление. Пора было отправляться за новыми распоряжениями начальства….

***

Лейтенант Югер действовал максимально быстро. Времени у него было в обрез, а капитан Брес должен был вот-вот вернуться на борт катера.

Он вошел в отсек связи и вызвал к себе здешнего начальника унтер- капрала Питри.

– Питри, вы произвели проверку внешних систем слежения за бортом судна?

– Нет, лейтенант.

– Так чего же вы ждете?! Скоро старт, и времени мало. Немедленно все проверить! И доложить о состоянии контуров связи, – жестко проговорил Югер.

– Но, лейтенант, сканирующие системы борта катера не сообщали о каких-либо повреждениях. Зачем нужна эта проверка?

– Делайте свою работу, Питри. Проверка по плану должна производиться в каждом порту, где совершается посадка. Мне учить вас полицейскому Уставу?

– Нет, сэр!

–Тогда идите и выполняйте свои обязанности. И всех своих на внешний борт! Проверять и еще раз все тщательно проверять! Мне не нужны сюрпризы в открытом космосе.

Оставшись один, Югер запер двери отсека автоматическим кодом и быстро подбежал к пульту пространственной связи. Его пальцы предательски дрожали, когда он набирал необходимую комбинацию.

Третий экран загорелся, и с него на лейтенанта взглянула фигура в золоченой маске, имитировавшей человеческое лицо, остальное тело собеседника скрывалось под бесформенным балахоном.

–Вы что сошли с ума от страха, Югер? – строго спросил странный механический голос. – Кто вам позволил выходить на связь по открытому каналу?

–У меня нет иного выбора. Мое коммуникационное устройство не работает на этой захолустной планетке. Да и никого рядом с нами нет. Нас никто сейчас не подслушает. Я отключил систему слежения, воспользовавшись инструкцией о проведении профилактических работ.

–Что вам нужно? Говорите быстрее.

–Я выполнил все, что мне было приказано. И капитан Брес заинтересовался звездолетом, которым должен был заинтересоваться.

–И что?

–А то, что я сделал свою работу и хочу немедленно получить свои деньги, – сказал Югер.

–Вы их уже получили. Вся сумма на вашем счету в Интерпланетикс банке. Можете проверить свой счет хоть сейчас. Все?

–Нет. Я валю с этого корабля.

–Что? – возмутилась фигура в маске. – Это не входит в планы шефа.

–Да мне плевать на его планы! Я не улечу с Мальциара на полицейском катере. Я останусь здесь и покину планету по другим документам на одном из пассажирских судов, идущих в систему, принадлежащую Звездной Федерации Земли.

–Этого сейчас делать нельзя! Вы слышите меня, лейтенант? – фигура резко наклонилась вперед, будто желала приблизиться к собеседнику.

Но Югер уже отключил связь и проверял состояние счета.

–Точно! Они действительно перевели все деньги! – лейтенант потер руки и тут же перевел всю сумму на совершенно иной счет в Федеральный банк ЗФЗ. – Там они их не достанут, если захотят все переиграть!

***

Коммуникационный порт работал крайне нестабильно. Поэтому сигнал был нечеткий.

–Вам следует…немедленно ликвидировать… одного офицера.

–Здесь? На Мальциаре?

–Да!

–Но на планетке офицеров то всего с десяток! Это вызовет подозрения!

– Этот человек не с Мальциара….. Он с полицейского катера…. и его зовут лейтенант Югер! Убрать его необходимо быстро…. в интересах нашего общего дела.

– Считайте, что его уже нет!

– Только смерть не должна быть зафиксирована…. ни в одном протоколе. Он должен просто исчезнуть!

– Это будет сложнее, но я выполню вашу просьбу!

***

Когда Брес прибыл для получения инструкций в отдел гиперсвязи, то был весьма удивлен. С ним связался сам премьер-министр Бейда де Жермен!

–Капитан Брес! Вы пополнили запасы?

–Да, сэр! Катер готов к старту! – отрапортовал полицейский.

–Пока еще нет, капитан! Вы должны взять на свое судно группу ученых и им необходимо отвести отдельное помещение под лабораторию.

–Но, сэр,– попробовал возразить Брес.– Места и так мало на катере. Не представляю, где я могу разместить целую лабораторию? Разве что орудийная палуба…

–Отлично! Срочно демонтировать оттуда все орудия и отдать в распоряжение ученых.

–Но это снизит нашу боеспособность!

–Ничего. Для правительства важнее исследования. Обойдетесь торпедными аппаратами.

–Но зачем все это нужно, сэр? И почему полицейский катер, нужно переоборудовать под лабораторию? В этом секторе есть космический госпиталь. Там все оборудование и…

–Госпиталь не годится. Задание особой секретности. У меня есть информация, которую нужно срочно проверить, и для этой цели необходимы учёные. Ваш звездолет не вызовет подозрений, – проговорил премьер-министр.

–Значит, в дело меня посвящать вы не станете, не так ли, сэр?

–Нет. Меньше знаешь, крепче спишь, капитан. И еще одно, – премьер-министр сделал паузу. – Вход в отделение, где будут работать ученые, категорически запрещен даже для вас! Приказ понятен?

–Так точно, сэр! Но могу я хоть узнать, куда мы пойдем?

–В свое время!

Капитан увидел, как де Жермен отключился, и вместо него на экране появилась стандартная картинка. Теперь придется торчать здесь не меньше недели.

Он сразу же вернулся к Лезо, чтобы еще покопаться в базах данных и попытаться узнать нечто новое по поводу «Пандоры». Ведь временем он теперь располагал в достаточном количестве. Кто знает, может ему и повезет…

***

Оборудование было установлено в кратчайшие сроки. Для этого с Бейда прибыл специальный транспорт, на борту которого находились высококвалифицированные монтажники и ученные, которые должны были лететь на катере. Ни с кем из них Брес так не смог познакомиться лично. Ни имен, ни фамилий, ни медицинских карт – никакой информации.

И в последний момент прямо перед стартом случилась новая неприятность – исчез лейтенант Югер!

–Да куда он мог деться? – кричал Брес на начальника порта. – Что у вас здесь за бардак?

–Мои камеры слежения работают исправно, сэр. Но у меня не было особого приказа следить за офицерами полиции. Мы же сами не имеем такого права.

–Но общее наблюдение у вас ведется? Где информация с камер?

–Все не представляющее интереса уничтожается автоматически по истечении суток. И это также согласно инструкции, сэр!

–Да что вы мне тычете всюду свои инструкции?! А офицер мой пропал тоже согласно инструкции? На этой планетке, где всего несколько тысяч жителей, мог так просто затеряться мой офицер? Это уму непостижимо! – продолжал бушевать капитан.

–Вы намекаете, что вашего лейтенанта похитили, сэр? Но этого не может быть. Мне кажется, что он сам ушел с корабля.

–Дезертировал?

–Может быть и так, – спокойно пожал плечами комендант.

–Невозможно. Югер отличный офицер и верен присяге.

–Сэр, – начальнику порта уже стал надоедать этот бесполезный разговор. – Я лично могу поручиться, что на Мальциаре никто похитить вашего лейтенанта не мог. Но он сам мог сбежать и улететь с планеты одним из пассажирских катеров.

–И много их ежедневно стартует с Мальциара?

–Три, иногда четыре. И в самом редком случае – пять. Вчера стартовало три катера. Один с Утремерского скопления – забрал археологическую экспедицию и два пассажирские из ЗФЗ вывезли группу вахтенных рабочих.

–Я могу просмотреть списки пассажиров? – спросил полицейский.

–Нет. На таких планетах как наша, подобного контроля не ведется. Достаточно простого сличения личности и проверки билета. Зачем хранить подобные сведения? Случаев похищения людей у нас никогда не было. Единственное отделение Интерпланетикс банка также никто и никогда не грабил.

–Но его могли убить и спрятать тело, – продолжал искать логическое объяснение случившемуся Брес.

–Это предположение, сэр, еще более нелепое, чем первое. Мальциар совсем не привлекает преступников. Я склонен думать, что ваш офицер сам сбежал.

–Но скоро старт! Без помощника я могу легко обойтись, но он еще и специалист по бортовым компьютерам по совместительству. У нас постоянно экономят на персонале.

–У нас на планете есть ваш специалист по компьютерам. Он закончил отладку системы и может лететь обратно на Бейд.

–Лезо! Точно! Срочно направьте его ко мне…

***

Полицейский катер взмыл в небо Мальциара. Капитан Брес впервые уходил на задание, абсолютно ничего не зная о том, что ему нужно делать. Вся информация о курсе судна была введена в системы катера с борта полицейского крейсера «Монжуа». И даже штурман лейтенант Ли не имел о нем никакого представления.

–Что за странное задание, капитан? – спросил его Ли, когда они вышли в космос. – Я не привык быть в роли слепого котенка.

–Я тоже не привык к этому, Ли. Но что я могу сделать? Приказ сверху. Секретность! Распоряжение самого премьер-министра де Жермена! Вот на каком уровне проводиться эта операция.

–А я здесь в роли пассажира, ибо мои услуги теперь не понадобятся.

–Нет, Ли. Программа заложена только на часть пути. Обратно пойдем по вашему маршруту. Я также не вмешиваюсь в управление на текущем этапе.

–Значит, у нас есть возможность выпить и поболтать, – констатировал Ли.

–Совершенно верно, – капитан щелчком подозвал робот-бар.

Но спокойно посидеть с бокалами виски им не удалось.

Маршрутная компьютерная программа сравнительно мягко перевела катер в гиперпространство – небольшой скачок частоты сопровождался лишь мелкой дрожью корпуса полицейской посудины. Но почти сразу же после перехода корабль вдруг был вырван неведомой силой обратно в нормальный космос. И катер закружило в немыслимой пляске.

Когда Брес и остальные члены экипажа пришли в себя, в обшивке красовалась дыра, через которую стремительно выходил воздух.

–Капитан! – задыхаясь в дыму от загоревшей проводки, проговорил Ли. – Что это было?

–Это нас выбросило из гипера, – Брес протер платком слезившиеся глаза. – Резкий переход сопровождается именно такой реакцией.

– Но как подобное могло произойти? – недоумевал Ли.

– А я, думаете, знаю? Судно прошло полное тестирование при установке медицинского оснащения для лаборатории. И вдруг такое!

Брес тоже ничего не понимал.

Он стал жать экстренный вызов бортовых служб. Компьютер дал быстрый отчет о повреждениях и потерях. Поврежденными оказались двигатели и система жизнеобеспечения. Ни о каком продолжении операции теперь не могло быть и речи. Но убитых на его корабле не было.

– Причины случившегося? – Брес задал главный вопрос.

«В систему была заложена дополнительная программа, что предусмотрена на случай непредвиденной ситуации. И она сработала в момент перехода в гиперпространство вместе с программой перехода. Наложение двух противоположных команд вызвало сбой. Все аварийные блоки корабля в данный момент заблокированы автоматически. Людей в этих отсеках нет».

–Вы что-нибудь понимаете, Ли?

– Это могло быть только результатом сознательной диверсии.

Бресу пришла на ум такая же мысль, но он боялся в этом признаться.

–Югер! – почти закричал Ли. – Это его работа! Поэтому он и сбежал, подлец!

Брес знал, что штурман ошибается, но промолчал. Запустить подобную программу вместе с основной Югер не мог. Он исчез задолго до старта катера. Нет! Это мог сделать только тот, кто в данный момент находиться на борту, где-то рядом с ними.

Но времени на раздумья не было. Нужно было руководить ремонтными работами.

–Слушать в отсеках! – объявил он по громкой связи. – Всем доложить о готовности исправить повреждения своими силами!

Но ни из одного из секторов утешительных вестей не поступило. Они могли только подлатать катер, дабы тот продержался до прихода помощи. Ничего другого в условиях космоса в такой ситуации было сделать нельзя.

–Что прикажете, капитан? – спросил Бреса, вызванный им бортинженер.

–Сигнал СОС послан?

–Так точно! Питри послал его несколько минут назад по моему приказу!

–Нужно залатать дыру. А то нам может не помочь даже аварийная блокировка.

–Я думал об этом, сэр! Вы совершенно правы. Возможна дальнейшая разгерметизация.

–Мобилизуйте своих людей на исправление ситуации.

Затем Брес отключил монитор, повернулся к штурману и произнес:

–Ли, идите в штурманский отсек и посмотрите, что там произошло! Компьютер компьютером, но живому специалисту я доверяю больше.

–Да, капитан!

Штурман ушел к себе, хотя ему весьма не хотелось покидать командирскую рубку. Здесь, по его мнению, было безопаснее. Но приказ есть приказ. За его невыполнение на военном судне наказывали строго.

Команда понемногу успокоилась и стала работать. Залатав дыру и кое-как наладив круговую систему «жизни», космолетчики еще раз послали СОС и стали терпеливо ждать помощи…

***

Но на этом неприятности не кончились.

На этот раз тревожное сообщение поступило из медицинского отсека от судового врача катера:

– Сэр! В блоке, где находятся ученые что-то неладное.

– О чем вы, док? – не понял его капитан.

– С ними неожиданно прервались все контакты!

– Что это значит? У нас и не было с ними никаких контактов! Это приказ самого премьер-министра!

– Но у меня были их жизненные показатели. Мои приборы фиксируют состояние всех живых существ на судне.

–И что? – Брес почти кричал. – Что там теперь?

–Не зафиксировано ни одного живого организма!

–Что за чушь?!

–Это показания приборов, а на чушь, сэр! Можете проверить все сами, если хотите, или если мои слова для вас ничего не значат.

–Но не могли же они умереть все сразу? Так просто не бывает. У них ведь там мало повреждений? Не так ли?

–Скажу больше – повреждений у них вообще нет! Но зато все они мертвы! Мои приборы не ошибаются, сэр!

Брес попытался через бортовой компьютер снять запреты с секретного блока и проверить, что же там произошло, но не тут то было! Система не реагировала даже на экстренную ситуацию. Разблокировка не разрешалась даже в случае гибели корабля!

«Что же делать? – подумал он и тут же «поймал» хорошую идею. – Ведь у меня на борту сам Лезо – один из лучших программистов Бейда!»

–Лезо! – Брес вызвал компьютерщика.

–Я вас слушаю, капитан! – пришел ответ.

–Мне необходимо взломать секретную блокировку запретного сектора. Это возможно?

–Возможно все, но при наличии времени и стимула.

–Жизнь хороший стимул для вас? – спросил Брес.

–Еще какой. А есть угроза с ней расстаться?

–И довольно большая! Взломайте коды доступа и разблокируйте вход!

–Я попытаюсь!

****

Он активировал свой собственный коммуникатор.

Прямо на столе в его каюте из небольшого портативного транслятора возникло голографическое изображение. Фигура человека в широком не по размеру плаще и золоченой маске.

–Акция проведена?

–Да, все прошло довольно-таки удачно, но есть одна неприятность.

–Какая?

–На борту катера находится Лезо, известный компьютерщик.

–Что? Как же это может быть? Откуда?

–Его взяли в последний момент вместо исчезнувшего в небытии лейтенанта Югера.

–Лезо крайне опасен, и предсказать дальнейшее течение операции в таких условиях просто невозможно! – заявила фигура в маске

–Но если его убрать, то …

–Нет, нет! Никаких убрать! На катере это невозможно. Запускайте в ход второй вариант. Пусть все начнется раньше и в полном, а не в половинном объеме.

–Но тогда я также могу пострадать!

–Придется рискнуть. Иного выбора нет. Если мы запустим этот вариант, Лезо и капитану Бресу будет не до запретной лаборатории.

–Я сделаю все что нужно!

***

В глазах молодого механика мелькнул зловещий огонек: «А чего ради, он должен терпеть неудобства в покореженном эвакуационном отсеке вместо того, чтобы сидеть как капитан в безопасной рубке и потягивать виски?»

–Я долго буду ждать заклепочный ключ? – раздался голос прямо над ухом.

–Сейчас.

В следующее мгновение молодой механик схватил со стола тяжелый инструмент и с размаху размозжил им голову своему товарищу, который спокойно, ни чего не подозревая, продолжал копаться в двигателе спасательного флаера.

–Ты что творишь!? – послышались возгласы других техников.

Но убийца, ничего не ответив, сжал в руках свое «оружие» и двинулся на следующего. В его намерениях сомневаться уже не приходилось.

Четверо космолетчиков бросились на обезумевшего механика и крепко связали. Он страшно орал и бился в конвульсиях, на его губах выступила кровавая пена.

–Врача!

–Срочно вызовите судового врача!

Прибывший на место происшествия судовой врач склонился над связанным по рукам и ногам человеком.

–Что с ним, доктор?

–Ни с того, ни сего он пробил череп своему напарнику.

Врач резко отскочил от тела – его лицо страшно побледнело, и из трясущихся рук выпал чемоданчик с медицинскими инструментами.

–Бронзовка! Начальная стадия, ибо внешние кожные симптомы почти не видны! – произнес он страшные слова, прозвучавшие как приговор. – Немедленно вызовите на связь капитана Бреса!

Бронзовкой называли уже известный вид космической заразы, она начиналась с припадка ярости, быстро истощавшего силы организма, а после сменявшегося состоянием близким к анабиозу, но проще это было назвать медленным умиранием. Лекарства от этой опасной болезни еще находились в стадии экспериментальных разработок и не входили в состав стандартных космических аптечек. С ней могли справиться только в госпитале при наличии определенного оборудования, которым пока не могли быть оснащены космические корабли.

Все парни, которые связывали механика, были поражены услышанным. Они коснулись зараженного, и каждого он успел либо укусить, либо царапнуть!

–Бронзовка! – произнес один из них.

–Нам конец, – прошептал другой.

Из транслятора по громкой связи, так как экранов в отсеке не было, послышался голос капитана:

–Доктор? Вы хотели мне что-то сообщить?

–Да! У нас бронзовая чума на катере!

–Что? – Брес был готов услышать что угодно, но только не это.

–Я знаю её симптомы, так как уже сталкивался с подобным. Но у нас она себя ведет странно. Обычно приступ ярости наступает после высыпания большого количества пигментных пятен на коже. А у механика их практически нет.

–Что это значит, док? – спросил Брес. – Я сам перенес некогда бронзовку и был излечен в космическом госпитале.

–А то, что вирус бронзовки в нашем случае ведет себя слишком агрессивно. С таким я еще не сталкивался. Только через два-три дня этот парень должен был почувствовать проявившиеся симптомы болезни! Однако вирус мог и мутировать, и возможно мы столкнулись с новой его разновидностью.

–Только этого нам и не хватает! Объявляйте карантин и передайте новое сообщение на Бейд! Они должны прислать специалистов согласно сложившейся ситуации!

…Через три часа бронзовка свалила с ног оператора торпедных аппаратов. На этот раз все симптомы болезни были на лицо. У Бреса до сих пор перед глазами стояли темно-коричневые пятна, из-за которых болезнь и получила свое название. Затем был поражен врач катера, потом три вахтенных оператора.

Началась настоящая паника. Убеждать людей, что это не опасно – напрасный труд. Недаром эта страшная болезнь получила название бронзовой чумы! Члены команды один за другим выбывали из строя…

***

Штурман Ли тяжело дышал, считанные секунды понадобились ему, чтобы промчаться из машинного отделения до рубки. Но этих крохотных мгновений ему хватило, чтобы запомнить на всю оставшуюся жизнь. Еще долго в его ушах будет звучать скрежет зубов старшего механика Гучану, который бросился на него с гаечным ключом.

И здоровенный детина, без сомнения уложил бы штурмана, если бы не споткнулся. Это дало возможность последнему задраить за собой люк верхней палубы, а затем и дверь рубки.

Ли получил возможность отдышаться.

–Что с вами? – удивленно посмотрел на него капитан, повернувшись вместе с креслом.

–Гучану, сэр. Наш старший механик. У него тоже бронзовка.

Капитан кивнул, не произнеся ни слова, – и так все было предельно ясно – из 25 членов экипажа патрульного корабля лишь два человека оставались здоровы.

–Мы с вами этой болезнью уже не заболеем.

–Это верно, капитан. Я перенес бронзовку два года назад. И у вас, я знаю, она была.

–Бронзовкой можно заразиться только один раз. Жаль что, таких как мы с вами больше нет на катере, – Брес мрачно уставился на экран.

–Хорошо, что сообщение на Бейд о заболевании было послано раньше, чем Питри скрючился в своем кресле радиста, – произнес штурман Ли.

–Хорошо? – задумчиво произнес капитан Брес, переведя взгляд на штурмана. – Хорошо, если это спасет нас, а не затянет агонию.

–Вы правы, что-то долго нет спасателей.

Брес не ответил, он погрузился в воспоминания о событиях, предшествовавших аварии и чуме…

….Капитан стал разминать пальцами шею. Страшно болел затылок, и эта тупая ноющая боль мешала ему сосредоточиться. В его голове зазвучал человеческий хохот.

«Кто же здесь смеется? Неужели Ли?»

Но штурман сидел спокойно в своем кресле, и не шевелился.

«Нет. Штурман спит. Тогда чей же это голос? Капитан Ханнер! – мелькнула догадка. – Это командир «Пандоры»! Но неужели он здесь на нашем судне?»

Он повернулся к экрану внешнего наблюдения, и ему показалось, что на мониторе промелькнул силуэт «Пандоры».

«Галлюцинации» – заключил Брес. – «Это всего лишь галлюцинации!»

Капитан закрыл веки. В ушах не преставал звенеть хохот Ханнера, но Брес больше не обращал на него внимания. Вверив свою жизнь в руки судьбы, он терпеливо ждал спасательный корабль.

Глава 4
СПАСИТЕ КАТЕР!

«Немезида» передала сообщение на Бейд о своем старте уже с орбиты. Капитан Феликс Адамович привык действовать быстро.

Выведя звездолет из системы оранжевого светила Бейда, капитан передал бразды правления кораблем второму пилоту Кейси, который немало удивился оказанному доверию. Он только недавно был выпущен из школы космического резерва, расположенной на Титане, одном из спутников Сатурна, и раньше ему никогда не доводилось самостоятельно осуществлять переход в гиперпространство.

– Никаких возражений, Кейси,– похлопал его по плечу Феликс.– Пора осваивать науку на деле, а не на тренажерах.

– И вы не станете присутствовать?

– Нет. Я иду спать. И приказываю будить меня только в случае крайней необходимости. Вы слышите? Крайней.

– Есть, сэр!

Впрочем, Феликс направился вовсе не в свою каюту, ноги сами понесли его в лабораторию мисс Дианы Ли.

– Это вы, капитан? – она оторвала взгляд от монитора.– Чем обязана?

– Вы так не хотите меня видеть, мисс Ли?

– Нет, что вы. Но сейчас я немного занята. Вы по делу?

– Конечно, – соврал Феликс.

Вообще-то он хотел видеть её совсем не по делу. Давно его не тянуло просто так поболтать с красивой женщиной. Диана произвела на него впечатление еще при первой встрече. Феликс и сам не знал, что именно ему в ней так приглянулось: то ли большие влажные глаза с небесно голубым оттенком, то ли экзотические для Бейда роскошные белые волосы, то ли правильные черты лица.

–По поводу нашего вируса? – предположила Диана. – Я сейчас как раз занимаюсь этим. Пытаюсь выстроить некую логическую цепь.

–И как? Успешно? – грустно спросил Феликс, так как проблема вируса в данный момент его абсолютно не волновала, и он бы с большим удовольствием поговорил бы о чем-нибудь другом.

–Если бы! Наши ученые давно бьются над этим феноменом, но, к сожалению, безрезультатно. Хотя я пыталась нащупать некую связь между нашей «космической чумой» и бронзовкой.

–О бронзовке я слышал много. Говорят, что человек, однажды ею переболевший, приобретает иммунитет к этому заболеванию.

–Да. Бронзовка поражает нервную систему и вызывает припадки бешеной агрессивности. Затем после такого бурного всплеска наступает полная апатия, энергетическое истощение организма и кончается это смертью. Но она действительно убивает не всех и поддается лечению, правда в определенных условиях. Впрочем, этот вирус до сих пор относится к разряду опасных. Хотя вирус бронзовки и не может исчезать бесследно – после нее остаются весьма характерные следы, которые уже ни с чем не перепутаешь, но исходный штамм до сих пор никем не был выделен. Точно также как и в случае с «космической чумой», которая обладает свойством внезапно появляться и исчезать – её исходный штамм для нас является такой же загадкой.

–На таком слабом основании нельзя строить теорию, – вяло возразил Феликс.

–Согласна, но я стараюсь действовать нестандартным образом. Победить этот вирус не смогли многие ученые в десятках напичканных оборудованием лабораториях. И только некий недоучившийся биолог по имени Григс сделал предположение о том, что вирус – мыслящая субстанция: он преследует определенные цели, а значит борьба с ним, должна вестись совсем по другим правилам.

–Впервые слышу про этого Григса, – голос капитана стал более заинтересованным.

–О нем мало кто знает. Его теорию высмеяли как антинаучную. Вдобавок ко всему, он был замешан в каких-то незаконных операциях по разработке биологического оружия для пиратов ГИЗы, которым под страхом сурового наказания вообще запрещено продавать любые виды вооружений. Полиция Федерации вышла на след подпольной лаборатории, и Григс едва не был арестован. Но ему удалось бежать, сменив фамилию и внешность. Вообще, это дело достаточно темное, и я мало что об этом знаю. Но не это главное, я считаю, что именно Григс был на правильном пути к разгадке этого заболевания. Неизвестный вирус подобен космическому кораблю, который углубился в недра неизведанной вселенной. И он изучает нас. Наносит удары, а затем отступает, готовясь к следующему решительному броску.

–Погодите, Диана, а разве он один? Я имею в виду вирус. Вы говорите о нем в единственном числе.

–Нет. Вирус не один, но все сотни или тысячи, или даже миллионы этих организмов, по всей видимости, мыслят одинаково. Они действуют слаженно как единый и синхронный организм.

–Вы думаете, что ними может кто-то управлять?

–Кто знает? Скорее всего, они представляют собой одно целое. Некую совершенную колонию. Новый молодой разум, который способен победить человечество, да и не только человечество, но прочие цивилизации. Ведь ему совсем не нужны ни высокотехнологичные производства, ни армады космических кораблей, ни квалифицированные экипажи, ни новейшие виды вооружений. Человечество всегда готовилось к схватке с противником, которого можно, по крайней мере, увидеть, а вовсе не с бестелесным и неуловимым врагом в виде вируса.

–Странные предположения. К сожалению, я в этой области плохой помощник для вас. То, что вы говорите, довольно страшно и сулит безрадостные перспективы. А нельзя предположить, что все обстоит значительно проще, и это работа неких генетических лабораторий по изобретению нового вида биологического оружия?

–Вряд ли. Таких технологий ни у людей, ни у ксеноморфов, насколько мне известно, нет. Но некие силы всё же пытаются подчинить себе «космическую чуму», как я вам уже говорила. Они хотят использовать эту заразу для своего собственного обогащения. И они не понимают, в какую опасную игру вступили…

***

Спасатели во главе с лейтенантом Вулли приводили в порядок изоляционные боксы, осматривали камеры анабиоза, проверяли и перепроверяли медицинское оборудование.

Лейтенант вынес вердикт и представил его капитану Феликсу, что «Немезида» полностью готова для выполнения возложенной на неё задачи.

Тот же вердикт вынес и начальник инженерной службы Тризен, доложив, что его инженерная бригада готова справиться с заданием любой сложности.

Феликс Адамович был доволен ходом предварительной подготовки «Немезиды». Ему нужно было только поговорить с Галино, но того не оказалось на месте в рубке штурмана.

Галино рассчитал все возможные пути подхода к катеру, который еще даже не появился на экранах гиперлокатора, и отправился в кают-компанию, где юркий кок «Немезиды» Бранку всегда оставлял кофейник.

Однако планы штурмана Галино были прерваны капитаном Адамовичем, который встретил своего офицера в коридоре.

–Куда это ты направляешься, дружище? – спросил Феликс.

–А что у тебя есть предложения весело провести время за бокалом лунного виски?

–Нет! Алкогольные напитки строжайше запрещены уставом и распитие их возможно только в торжественных случаях, а точнее когда мы выполним задание.

–У нас многое запрещено. Даже брать виски на борт нельзя, но практически у каждого члена экипажа имеется запас этого напитка. Ведь запрещали его те, кто сам в космосе никогда не бывал.

–Я тебя знаю долгое время. Ты мастер нарушать уставы и постановления. А лучше скажи мне, все ли ты сделал? Я имею в виду расчет курса.

–Да. Мой отчет уже отправлен в капитанскую рубку.

–Отлично, а обратный маршрут судна готов?

–Нет, но еще рано думать об этом. Я займусь им сразу после небольшого перерыва на кофе, который, я надеюсь, не запрещен уставом?

–Нет, Галино. Его пока пить можно. Но я знаю, что значит у тебя перерыв на кофе. Вы просидите там с Лан Баром часов пять не меньше.

Физиономия штурмана вытянулась от неудовольствия. Он понял, что спорить с Феликсом сейчас дело абсолютно бесполезное. Капитан мог, когда нужно, настоять на своем и применить положенную ему власть.

–Бранку! – громко позвал капитан.

Из транслятора донесся голос кока:

–Я, сэр!

–Кофе для штурмана в рубку! Сегодня у него нет времени спускаться в кают-компанию.

–Будет исполнено, сэр!

В этот момент на них едва не налетел Лан Бар, выскочивший из-за поворота:

–Галино, ты скоро? – спросил он, но внезапно осекся, увидев капитана. – Ты здесь, Феликс? А мне сказали, что ты спать отправился.

–А вот и второй участник церемонии по потреблению кофе. Или не только кофе? Но только сейчас у вас двоих не будет времени этим заниматься. Иди, на свое рабочее место Лан Бар. Кофе для тебя тоже принесут в рубку.

–А что случилось? Почему не в кают-компании? Что за ерунда, капитан?

–У нас много работы. Мне что-то совсем не нравится наша командировка, друзья.

–А что такое? – в один голос спросили Галино и Лан Бар.

–Неизвестно, что нас ждет на этом полицейском катере. И неизвестно, вернемся ли мы вообще обратно. Хотя курс все равно нужно срочно рассчитать.

Лицо Лан Бара вытянулось: ему казалось, что Феликс слишком серьезно относился к предстоящей операции.

–У тебя есть основания так думать? – спросил помощник капитана.

–А ты разве не слышал выступления мисс Ли?

–Слышал, но не воспринял его всерьез. Нас всегда пугают таинственностью. Это должно, по мнению кретинов из штаба флота, мобилизовать наши силы и волю для выполнения задания.

–Но не на этот раз, Лан Бар. Не на этот раз. Все, что сказала Диана Ли соответствует истине.

Их разговор был прерван. Сигнал тревоги поднял на ноги все отсеки «Немезиды».

Адамовича срочно вызвал второй пилот Кейси, оставшийся в капитанской рубке управлять звездолетом:

–Капитан, в скоплении астероидов два военных корабля без опознавательных знаков. Компьютер неспособен определить их регистрацию и принадлежность.

–Класс кораблей? – коротко спросил капитан.

–Рейдеры для абордажного боя.

–Значит пушек немного. Ты предполагаешь засаду, Кейси?

–Да, сэр! Как только мы выйдем из гиперкосмоса, они нападут на нас! И это как раз в квадрате, куда мы направляемся. Предполагаю, что сигнал СОС был фальшивым с целью заманить нас в ловушку. В этой зоне действуют ГИЗы – пираты космических путей.

–Не болтай ерунды, Кейси. Кому придет в голову ставить ловушку на спасателей? Мы же не торговое судно, – отмахнулся от молодого офицера Адамович.

–Думаю с целью захвата звездолета.

–Кейси, сразу видно, что ты в космосе новичок. Захватить такое судно как «Немезида» довольно трудная задача.

–Полагаю, это случайные охотники за призами, Феликс,– предположил Лан Бар.– Иногда пираты способны и не на такое. А «Немезида» им очень может пригодиться. Если её добавить к их рейдерам, то они смогут стать грозной силой.

–Я сейчас буду в рубке. Передать приказ всем занять боевые места по штатному расписанию! Приготовить импульсные пушки!

–Феликс, ты думаешь атаковать залпами плазмы? Не лучше ли сразу применить термальные торпеды. Так мы живо сломаем их защиту, и без силовых щитов астероидное поле довершит начатое без нашего вмешательства.

–Нет. Мне хотелось бы захватить эти суда. Это добавит нам популярности, и они послужат неплохой прибавкой к той премии, которую обещал нам Гроххон после возвращения из рейса. Ведь по законам бы будем иметь право на половину стоимости захваченных пиратских судов и всего, что есть у них на борту.

–Но рейдеры в ближнем бою крайне опасны. У них намного больше людей. Если они подойдут к нам слишком близко, то у них будет шанс для абордажа «Немезиды», а наши пушки на таком расстоянии бесполезны,– Галино развел руками.

–Это, смотря как стрелять. Мы полностью собьем силовые установки, и тогда они будут уязвимы и на близком расстоянии, – решительно заявил капитан.

***

«Немезида» представляла собой довольно стандартное по бейдианским меркам спасательное судно, оснащенное в целях пущей безопасности парой торпедных аппаратов и четырьмя импульсными орудиями, которые были призваны помочь космолетчикам в случае столкновения с пиратами. Такие инциденты уже имели место в далеком прошлом.

Главным свойством, которое ценилось в спасательных звездолетах малого класса, занимавших по размерам нишу где-то между катерами и фрегатами, была скорость, притом не только в гиперпространстве, но и в нормальном космосе, и даже в планетарной атмосфере – от этого подчас зависела жизнь пострадавших, перевозимых «Немезидой». С целью уменьшения сопротивления при взлете и во время полета сквозь плотные слои конструкторы придали кораблю форму иглы, расширявшейся в середине, где размещались основные отсеки корабля, и сужавшейся к краям. В носовой части находились боевые палубы и рубка радиста, кормовые отсеки были заняты техническими службами, непрерывно колдовавшими над двигателями корабля. Центральная часть походила на вздутие, здесь отсеки, распределенные по кругу, располагались один над другим в несколько этажей. Многочисленные переходы обеспечивали достаточно быстрое передвижение экипажа по судну.

–Кейси, переход в гипер был не блеск, – выговаривал Феликс второму пилоту. – Надо чаще практиковаться.

–Как прикажете, сэр.

–Я сам выведу корабль в нормальный космос, учитывая сложившуюся обстановку.

Корабль выпрыгнул из гиперпространства и в то же мгновение дал залп из всех своих импульсных орудий. Сгустки плазмы сделали свое дело и сбили внешние силовые щиты рейдеров, лишив их, таким образом, защитных экранов. Конечно, они сняли только дальние поля, не затронув ближние, но эти экраны не смогут долго удерживать астероиды. Это должно было заставить рейдеры покинуть свое укрытие.

–Капитан! – голос торпедиста ворвался в рубку управления из транслятора подобно урагану.– Они остались без защиты.

–Я сам это вижу.

–Позвольте дать еще один залп!

–Нет. Всю энергию я перераспределил на экранирующее поле. Сейчас они ответят огнем из всех своих пушек.

Но рейдеры не ответили на огонь. Более того, они не пошли на сближение, что должны были сделать, дабы выйти из астероидного потока. Любому молокососу из школы космического резерва было ясно, что такие суда без дальних силовых полей не смогут долгое время находиться внутри этого смертельного облака.

–Они не выходят из астероидного потока, капитан!– в рубку влетел Лан Бар. – Они, должно быть, сошли с ума!

–Я того же мнения. Не в обычаях пиратов совершать самоубийство.

Обшивка дальнего рейдера лопнула, и корабль взорвался. Тысячи мелких астероидов пронзили его тело, и огненные вихри кислорода вырвались на свободу, сотрясая пространство.

–Отвести корабль на безопасное расстояние! – приказал капитан «Немезиды» чисто машинально, потому, что бортовой компьютер уже сам выполнил этот маневр.

В этот же момент взорвался и второй рейдер.

–Возвышенное зрелище! – прошептал Кейси, который видел подобное впервые.

–Ничего не понимаю. Что заставило их так поступить?– размышлял вслух Адамович.

–Теперь мы об этом не узнаем,– ответил ему Кейси.

****

Капитан Ханнер внимательно слушал доктора Блюмингейма. Тот докладывал о проделанной работе.

–В общем, все готово к испытаниям, капитан. Но я не уверен в стабильности созданной структуры.

–Что вас беспокоит, док?

–Этот наш новый штамм мутагена пока вполне можно контролировать в условиях лаборатории на «Пандоре», но я плохо представляю, как он поведет себя в открытом космосе или корабельном пространстве. В свое время военные разрабатывали идентичное оружие для применения в планетарных масштабах, когда никого не интересовало локальное заражение. И я боюсь, что если мы выпустим этот вирусный штамм из наших холодильников, то нам будет слишком сложно вернуть его под контроль.

–Не волнуйтесь, док, – проговорил капитан. – Я приму на себя такую ответственность. Похоже, единственное, что нам необходимо в настоящий момент – это подходящий объект для испытания вашего штамма.

–Желательно, чтобы это был какой-нибудь небольшой корабль в отдаленном секторе космоса, – кивнул Блюмингейм. – Можно поблизости от пылевого скопления.

–Да, там частенько промышляют пиратские суда. Идите, готовьте начинку для боеголовок, а я тем временем подыщу нам парочку подходящих рейдеров.

Блюмингейм направился к себе.

«Еще немного – и я начну жалеть о том, что внедрил в мозг капитана Ханнера этого монстра. Он же ни перед чем не остановится, хотя абсолютно не знает, с чем имеет дело. Болтаясь в пылевом облаке, мы, наверняка, подцепили эту гадость, именуемую «космической чумой». А мне до сих пор так и не удалось выделить её штамм в чистом исходном виде. Правда, она, возможно, имеет некоторое сходство с мутагеном на молекулярном уровне. Но мутаген мне достаточно хорошо знаком, у него нет таких скачкообразных реакций преобразования. С мутагеном я могу делать всё, что мне заблагорассудится: захочу – поменяю направление вращения молекул, и он превратится в бомбу с замедленным часовым механизмом, захочу – переставлю группы радикалов, и он начнет преобразовывать ДНК не только людей, но и ксеноморфов. А вот как добиться, чтобы таким же послушным стал этот неуловимый вирус «космической чумы»?»

В лаборатории Блюмингейм приступил действиям незамедлительно: миниатюрные роботы извлекли из холодильного бокса две капсулы с очищенной культурой вируса, который у доктора значился под кодом МГО-29. Со всей возможной осторожностью манипуляторы роботов переместили капсулы в продолговатые стеклопакеты.

Дальнейший маршрут капсул доктора интересовал уже меньше: в торпедном отсеке эти пакеты будут поставлены вместо стандартных зарядов в боеголовках, а затем после выстрела и контакта с целью, когда торпеда прожжет корпус противника, взорвутся внутри другого корабля. Вот тогда-то вирус и вырвется на свободу. Блюмингейм надеялся, что это будет достаточно далеко от самой «Пандоры», потому что знал, какую убийственную силу представляют его собственные разработки.

–Блюмингейм! – раздался через транслятор хриплый голос капитана Ханнера. – У вас уже всё готово к полевым испытаниям?

–Да, – ответил доктор.

–Отлично! У нас на экранах радаров как раз появилась парочка прекрасных мишеней. Это рейдеры со Свободных миров – ждут добычу, притаившись в астероидном потоке. Док, вас устроят такие цели?

–Вполне, – пробормотал Блюмингейм.

Ему внезапно стало жаль тех разбойников, на которых он готовился испытать свой новый штамм.

«Пандора» выпустила торпеды….

–Док, сколько, по вашему мнению, потребуется времени, чтобы вирус сделал свое дело? – осведомился Ханнер, когда его старшие офицеры собрались в капитанской рубке, чтобы проследить за ходом эксперимента.

–Это высококонцентрированный штамм, – проговорил Блюмингейм, потирая виски, – если, внутренние переборки кораблей были задраены, то на распространение вируса по системе вентиляции уйдет около часа. Плюс еще час-другой на сам процесс заражения организма. И еще два часа до финала.

–После этого на кораблях никого не останется? – уточнил Занеф.

–Естественно. Только трупы – и это в лучшем случае.

–Но какой прок от такого заражения? – спросил Матиз. – Ведь взять с такой посудины ничего нельзя без риска подцепить вашу заразу.

–Прок будет потом, – ответил за доктора капитан Ханнер, – когда наш док выведет «космическую чумы» в чистом виде, и мы сможем ее контролировать. Тогда мы станет настоящими хозяевами положения, и любая планета сочтет за благо отдать нам свои богатства при малейшей угрозе с нашей стороны…

–Капитан Адамович! – в рубку ворвался голос Галино. – А вот и то, что мы ищем.

Действительно на мониторах показалась искореженная посудина, в которой едва можно было узнать полицейский катер. Но бортовой компьютер «Немезиды» точно идентифицировал его.

–Вряд ли кто-нибудь там остался в живых, – прошептал Лан Бар. – Мы опоздали.

–Не факт. Разгерметизации всех отсеков нет. Через час вся спасательная бригада должна работать на борту катера! Всем надеть скафандры – переходной рукав может быть нестабилен. Погрузку пострадавших будем производить через шлюз №5.

–Капитан, – на связь вышла Диана Ли. – Я тоже пойду на корабль. Это мой долг как врача.

–Хорошо. Классифицируйте степень заражения команды, если таковое имеется.

Ровно в назначенное время врач и пятеро спасателей в неуклюжих скафандрах через шлюз проникли на катер.

–Докладывать обстановку постоянно! – распорядился Адамович.

–Воздух пригоден для дыхания, – прозвучал в динамике голос спасателя Вулли.

–Шлемов все равно не снимать!

–Да, капитан! Мы же не сумасшедшие.

Связь прекратилась минуты на две, и за это время экипаж «Немезиды» уже был готов двинуться на помощь товарищам. Только спокойствие Феликса их удержало.

–Что там? – задал вопрос Галино. – Что с ними случилось?

Наконец прозвучал голос Дианы:

–Мы нашли одного. У него бронзовка.

По отсекам «Немезиды» прокатился вздох облегчения.

–Вы можете дать видеосвязь? – спросил Адамович у лейтенанта Вулли.

–Одну минуту, капитан. Я сейчас её налажу. Вот.

Они увидели видеоизображение. Полицейский катер внутри выглядел довольно тоскливо. Сразу бросалось в глаза, что здесь поселилась смерть. Камера показала покрытое темно-коричневыми пятнами человеческое лицо.

Спасатели осторожно пробирались по тускло освещенным коридорам. Всюду были трупы со страшными следами бронзовой чумы.

–Нгау и Осса в рубку штурмана! – Вулли отправил двоих по отводному коридору. – И докладывать каждую минуту!

–Да, сэр!

–Необходимо отыскать врача этого катера, – сообщил Вулли капитану. – У него должны быть записи, фиксировавшие течение болезни.

–Верно. Найдите их, Вулли, – одобрил его решение капитан.– Они помогут нам разобраться в ситуации.

–Мистер Вулли!– на связь вышел Нгау. – Мы нашли живого!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.