Александр Дорошин
Мальчик и горный хребет

Глава 1. Книга Алисанто

Утро в одной из малых деревень, которых так много, что порой они даже не имеют собственного названия, – солнечное и яркое. Деревня расположена высоко в горах: с востока, откуда восходит солнце, – долина с малыми холмами, а с запада её закрывает высокий хребет. Вдалеке даже виден снег на макушках некоторых вершин. Жители привыкли просыпаться рано, с первыми солнечными лучами, – ведь рассвет здесь наступает рано, так же как и закат. Но говорят, чтобы увидеть настоящий закат, нужно перейти хребет: тогда можно будет наблюдать море на закате солнца. Для многих жителей это лишь мечта – видеть, как солнце уходит за горизонт. Некоторые пытались, уходили и не возвращались. Кто знает, что с ними стало? Может, они просто не захотели обратно.

В каменном доме на склоне горы проснулся мальчик. Он зажмурился, попытался снова провалиться в сон, но рука сама потянулась под подушку. Книга была там.Он нащупал её, погладил пальцами обложку. Та самая, что нашёл несколько дней назад у обрыва, на дороге. Кто-то обронил, видно, когда ехал или шёл мимо. Мальчик открыл книгу на первой странице. почти ничего не понятно. Но картинки… На одной – высокий замок, каких он никогда не видел, да он их впрочем никаких не видел. На другой – большой город, с башнями и толпами людей.Ему хотелось узнать про эти места так сильно, что аж в груди щемило. Но спросить не у кого. В деревне никто не умеет читать.– Алисанто! – донеслось из соседней комнаты. – Вставай давай! Лепешку возьми, молоко – позавтракай. Тебе нужно отнести сыр к повозке, говорят эта повозка будет от какого-то князя, возможно заплатят даже больше обычного.Мать уже гремела корзинками, укладывала круги сыра в сухую траву, чтобы не побились в дороге.

– Иду, – крикнул Алисанто и сунул книгу обратно под подушку. Он посидел ещё мгновение, глядя в каменную стену, и спрыгнул с лежанки.

Алисанто взял лепёшку и глиняную чашку с молоком и вышел во двор. Он подошёл к склону, сел на своё любимое место – встречать рассвет. Солнце уже почти поднялось, слепило глаза, но грело тепло. По утрам и ночам здесь всегда прохладно, а сейчас лучи казались подарком.

Сытно позавтракав, он засмотрелся в даль долины и под теплыми лучами солнца позабыл о том, что пора встречать повозку, которую обычно сопровождают торговцы или слуги знатных людей.

– Эй, уснул, что ли? Мама всё уложила? Бери две корзинки и беги к повозке. Надо первым продать, а то потом не возьмут.

Услышав голос старшего брата, мальчик встал:

– Ладно, уже иду. А ты чем собираешься заниматься сегодня?

– Я в долину скоро пойду, нужно траву перевернуть, – ответил Эллимис.

Алисанто знал: потом это сено придётся тащить из долины на подножье, где стояла деревня. Это не простой труд.– Эллимис! – вдруг позвала мать, приоткрыв дверь. – Тебе пора уже в долину, возьми с собой еды и иди. А ты, Алисанто, давай бери корзинки с сыром и неси уже.

Она помолчала и добавила:

– Не забудь про цены. Проси три медных печати за круг. Если не согласятся – две, как обычно.

Братья зашли в дом. Эллимис начал собирать вещи, мать помогала ему уложить еду в рюкзак. Алисанто взял корзины с сыром и молча вышел.

Он ступил на дорогу, которая разрезала деревню надвое и тянулась с севера на юг по извилистому склону хребта. Сам хребет делил запад и восток, уходя от далёкого севера до самых южных земель.

Некоторые люди уже вышли из домов – тоже хотели продать: кто зерно, кто готовые лепёшки, кто сушёные цветы и травы. Другие несли сушёные фрукты, сухое мясо, овечью шерсть, разные поделки. Людей собралось около десятка.

Алисанто отправился на юг – туда, откуда должна была прийти повозка. А может, даже целый караван. Караваны тут ходили редко, но иногда всё же появлялись.

Увидев, что мальчик пошёл навстречу, остальные тоже потихоньку двинулись за ним.

Корзины были тяжёлыми, но Алисанто привык. Ноги обмотаны старой перевязкой – детям здесь обувь положена лишь в зимнее время года. Камни всё равно резали, но терпеть можно. Одежда – простая серая ткань, накинутая на плечи, с вырезами для рук и шеи, обшитая по краям.

Пройдя немного, он оступился на камне. Корзины качнулись, пришлось пригнуться и поставить их, чтобы не упасть. Больно не было – к таким тропам он привык с детства. Выпрямившись, заметил тот самый камень, наклонился и убрал его с дороги. Чтобы самому больше не наступить. И чтобы кто другой ногу не повредил.

Тут он услышал ржание лошади, поднял голову и видит: из-за поворота, из-за скалы, показался всадник. В доспехах из железа и поверх них – кожа. Лошадь его тоже была покрыта тканью с гербом, незнакомым Алисанто. Он видел воинов, проезжающих мимо деревни, но таких – никогда.

Алисанто смотрел на него радостным и удивлённым взглядом.

Следом за первым показались ещё – около семи всадников. Их доспехи были попроще. Пока он стоял и разглядывал их, из-за поворота потянулся обоз – кажется, из двух, а то и больше повозок. Рядом с каждой шли слуги, управляя лошадьми пешком.

Алисанто подхватил корзины и пошёл навстречу по краю дороги – расстояние между ними было уже невелико.

– Как думаешь, Оххан, что этот малец хочет нам продать? – спросил всадник, едущий позади остальных, у того, что был на чёрной лошади. Такая была одна во всём отряде.

– Судя по тому как торопится, явно что-то ценное или вкусное, – усмехнувшись, ответил Оххан.

Мальчик подошёл ближе, смотрел на всадников с удивлением и настороженностью. Те в свою очередь поглядывали на него с интересом, хоть вид у них и был усталый. Они медленно проезжали мимо, а Алисанто встал на обочине и ждал, когда подойдёт первая повозка.

Тут Оххан, глядя на него сверху вниз, спросил:

– Как тебя зовут, малец? И что принёс нам на продажу?

Алисанто ответил быстро и звонко, будто по заученному:

– Я Алисанто. Принёс четыре круга сыра. По три медных печати за штуку. Всего двенадцать.

Оххан чуть откинул голову назад, повернулся к тем, кто ехал позади:

– Возьмите и заплатите ему.

Потом снова глянул на мальчика, уже мягче:

– А ты молодец, парень. Так и надо.

Алисанто отдал корзинки, получил двенадцать медных печатей, зажал их в обеих руках и с радостным лицом побежал к дому – быстрее, чем ехали всадники.

Сзади уже подходили другие люди: кто предлагал товары, кто даже принес воду – поделиться с путниками.

Алисанто вбежал во двор. Мать вышла навстречу. Он протянул ей монеты, она пересчитала и радостно улыбнулась:

– Молодец, сынок. В этот раз нам повезло больше обычного.

Она убрала печати в карман и погладила сына по голове.

– А что это за всадники? Они тебе не сказали ничего?

– Нет, мама, – ответил Алисанто.Они оба стояли рядом и смотрели туда, откуда приближались всадники и люди вместе с ними.

– А как думаешь, кто-то из всадников умеет читать? – спросил Алисанто. – Может, они смогут прочесть хотя бы название города из книги? Или замка? Помнишь, я тебе показывал, мама?

– Конечно помню, – ответила мать. – Ну иди, возьми книгу. Как подъедут – попробуй спросить.

Она улыбнулась, глядя на сына.

Алисанто забежал в дом. Брат всё ещё был там – собирал мешок у своей лежанки.

– Ты куда с книгой? – спросил Эллимис.

– Там всадники, – на ходу ответил Алисанто. – Целый караван. Может, кто умеет читать.

Брат усмехнулся, затягивая лямку.

– Ну сходи. Может, хоть кто-то эту твою книгу разберет.

Они вышли вместе. Мать уже стояла у дороги, придерживая корзину. Всадники подъезжали – тяжёлые лошади, попоны с гербами, доспехи, слепящие на утреннем солнце.

Алисанто шагнул вперёд, поднял книгу:

– Простите… Может, кто-то из вас умеет читать? У нас в деревне никто не умеет. А мне очень нужно узнать, что здесь написано.

Всадники переглянулись. Тот, кого звали Оххан, наклонился в седле, взял книгу, повертел в руках.

– Странная, – сказал он. – Язык не наш.

Он посмотрел на едущего впереди командира, тронул лошадь, подъехал ближе и передал книгу ему

Командир взял. Медленно открыл. Начал листать.

Алисанто, его брат, мать – все смотрели не отрываясь. Даже те, кто пришёл продавать сыр и шерсть, замерли, забыв про товар.

– Откуда у тебя эта книга, мальчик? – неожиданно спросил всадник.

Алисанто сбивчиво рассказал: нашёл у обрыва несколько дней назад, на дороге. Кто-то обронил, наверное.

Всадник кивнул, снова опустил глаза в книгу. Листал медленно, вглядываясь в строки.

– Она написана на икренизском, – произнёс он наконец. – Язык одного из народов за хребтом. Они живут далеко, в глубине пустыни.

Алисанто слушал, боясь дышать.

– Замок, который ты видел на картинке… Это одна из крепостей восточных земель. А город – столица Юга, Ахсимин. Торговый город. Самый большой на побережье.

Он закрыл книгу, протянул обратно.

– Держи. Здесь всё равно никто не прочтёт тебе её.

Оххан обернулся к матери:

– У тебя двое сыновей? Разве по закону не положено оставлять только одного?

Мать на мгновение замерла, но ответила твёрдо:

– Их отец погиб на восточной границе. Храбро сражался. Князь сам разрешил мне оставить обоих. В награду.

Оххан приподнял бровь.

– Князь может. Только князья меняются, а с ними и слова их. Ты это помни.

Мать кивнула, бросила быстрый взгляд на сыновей:

– Алисанто, в дом. Эллимис, тебе пора в долину.

Алисанто вроде и обрадовался – теперь он хоть что-то знал про книгу. Про замок. Про город Ахсимин. Но чем больше он знал, тем сильнее хотелось узнать остальное.

Книга написана не на его языке. Значит, там, за хребтом, говорят иначе. И живут иначе. И пустыня у них вместо гор.

Он сидел на скамье у печи, смотрел на тлеющие угли и молчал. Мать возилась во дворе. Потом зашла, стряхнула с рук солому.

– Мам, а что такое пустыня? – спросил он.

Она пожала плечами.

– Говорят, там жарко. Сухо. Воды нет. Вместо земли – песок. И ни одного дерева. Это всё, что я слышала.

Алисанто кивнул.

Он закрыл глаза и попробовал представить. Песок вместо камня. Жара вместо утреннего холода. Ни одной травинки.

Ему вдруг отчаянно захотелось это увидеть.

Угли в печи тихо потрескивали. За окном смеркалось.

Глава 2. Тот, кто знает горы

Спустя несколько дней Алисанто вместе с братом отправился выше в горы – пасти коз. Их было пятеро, и без присмотра их не оставишь. Но у Алисанто была и другая задача: мать велела нарвать горной мяты – сушёные листья потом добавляли в отвары от кашля и хвори.

Он любил подниматься высоко. Несколько раз они с братом даже ходили в деревню, что стояла выше по склону, у самого подножья гор, уходящих в облака. Там, на высоте, снег лежал даже летом, а люди жили совсем иначе – одежда, обычаи, даже разговор звучал по-другому. Но Алисанто с братом всегда встречали радушно, будто своих.

– До полудня нужно собрать мяту, – сказал Алисанто брату и пошёл осматривать знакомые места. Он уже знал, где в камнях прячутся кусты.

Первый попался быстро – почти по пояс высотой, листья тёмно-зелёные сверху и светлые, почти белые с изнанки, сидят парами, друг напротив друга. Алисанто присел, провёл ладонью по стеблю – четырёхгранный, упругий. Пальцы сразу запахли холодом.

Он срывал только верхушки, там, где листья мягче, а цветы только начинают раскрываться. Три пучка – уже хорошо. Мать всегда говорила: не выдирай с корнем, оставляй куст, на будущий год снова придёшь в это же место и соберешь.

Он оглянулся на брата. Эллимис сидел на камне поодаль, следил за козами и, кажется, дремал на солнце.

Алисанто повернул голову и посмотрел в сторону гор. Они уходили высоко, туда, где даже летом лежит снег. За ними – другая жизнь, другие люди, другая земля. Он почти не представлял, как это может выглядеть. Пустыня. Мать сказала: там нет воды, жарко, всё время хочется пить, и вместо камня – песок. Он пытался это увидеть, но перед глазами всё равно вставали только знакомые серые скалы и редкая зелень на склонах.

Не получалось. Он даже не знал, с чего начинать – с песка или с жары?

В свои восемь лет он понял одно: мир интересный и прекрасный. И ему хотелось узнавать о нём как можно больше.

Но был вопрос. Один, главный.Как?Он не умел читать. Книг в деревне почти не было. И некому было научить – говорили, что чтению учат только детей знатных и богатых. В замках. В городах. Там, где есть школы, учителя, а может, и что-то гораздо большее.

Найдя ещё несколько кустов, Алисанто нарвал горной мяты, связал пучок, закинул за спину и пошёл обратно. Отошёл недалеко – всего на десяток-другой шагов от того места, где оставил брата.

Но когда вернулся, на камнях никого не было.

Он огляделся. Тишина. Козы пропали. Эллимис пропал.

Сердце забилось быстрее, но Алисанто не крикнул. В горах любой звук летит далеко – если позовёшь, услышат не только свои. Он знал это с детства.

Он постоял, вглядываясь в склоны. Может, брат просто перегнал коз за соседний уступ? Может, они нашли сочную траву и ушли сами?

Алисанто шагнул в ту сторону, куда уходил пологий склон.

Но оказалось, что с ним всё в порядке. Эллимис просто встретил пожилого человека из той, верхней деревни и отошёл с ним за склон – поговорить.

Увидев Алисанто, брат крикнул:

– Иди сюда! Послушай, что дедушка рассказывает.

Старик говорил о человеке, который давным-давно проходил мимо их деревни. Тот был с дальнего севера, но знал эти места – и даже те, что за хребтом – так, будто сам там родился.

Эллимис выглядел заинтересованным и снова начал слушать дедушку. Алисанто подошёл ближе. Старик сидел на камне, опираясь на длинный жезл, и рассказывал – негромко, но увлечённо.

У него была короткая белая борода, а голову прикрывала накидка – от солнца. Одежда на нём была не такая, как внизу, в их деревне. Мальчику говорили раньше: в горах солнце выше и жжёт сильнее. Наверное, поэтому они так одеваются, подумал он.

Тут вдруг старик затронул тему звуков, которые издают пастухи при помощи рожков и других инструментов.

– Знаете, я тоже когда-то в детстве пас овец и коз. Меня научили люди постарше – как рожком подавать голос, чтобы стадо слушалось, чтобы звать, чтобы собирать. Без этого в горах трудно.

Эллимис подался вперёд:

– А вы нас научите? Где нам такие рожки взять?

Старик поглядел на них, усмехнулся в бороду:

– Научить – можно. Я и делать их умею. Если хотите – сделаю. Только не за просто так. Сослужите мне службу – тогда и рожки ваши.

Мальчишки переглянулись и заулыбались.

– Мы согласны! – выпалил Эллимис. – А когда? Что делать нужно?

– Приходите на выходные ко мне в деревню, – ответил старик. – Дела найдутся. Поможете по хозяйству, а я вам рожок смастерю. И покажу, как им пользоваться. И даже научу пару звуков – самых нужных.

Они ещё долго сидели и говорили о разном. Старик рассказывал просто, без лишних слов, но каждое его слово чему‑то учило – то траву отличить, то погоду понять, то скотину успокоить.

Перекусив вместе, разошлись. Старик поднялся выше, в свою деревню, а мальчишки погнали коз обратно, вниз по склону. У Алисанто за спиной покачивался связанный пучок горной мяты – он нёс его бережно, чтобы не осыпалась.

Мать уже ждала их во дворе. Она была в хорошем настроении и снимала с верёвки высохшее бельё – то самое, что стирала ещё вчера утром. В горах бельё сохнет долго, даже если день выдался солнечным.

Увидев сыновей, она улыбнулась и помахала рукой. Алисанто подошёл первым, снял с плеча пучок мяты и протянул матери.

– Мам, смотри, сколько!

Она приняла траву, размяла в пальцах один листок, вдохнула запах и довольно кивнула:

– Молодец. Хорошая мята, крупная. Сейчас подвешу под крышей – до зимы долежит.

Она ушла в дом, а мальчики закрыли коз в загоне.

За ужином они наперебой рассказывали про старика и про обещанный инструмент. Мать слушала, удивлённо подняв брови, а потом коротко кивнула:

– Раз он вам обещал – идите. В субботу с утра и ступайте.

Пора было ложиться спать. Алисанто, как всегда перед сном, положил книгу рядом с собой на лежанку и вдыхал её запах – старый, чуть сладковатый, пахнущий пылью и чем-то далёким. Ему казалось, что в ней спрятано больше, чем он сможет узнать за всю жизнь. И может, так оно и было.

За окном тихо шумел ветер. Горы спали.