Эти удивительные грузины

Вместо предисловия

Грузия сегодня – это страна, которую открывает для себя все больше людей со всего мира. Туристов здесь уже в несколько раз больше, чем самих грузин! И это неудивительно: Грузия умеет влюблять в себя с первого взгляда.

Но Грузия – это не только хинкали, вино и горы. Многие пытаются понять наш народ за несколько дней: снимают видео, ведут блоги, делятся впечатлениями. И все же это лишь поверхность. Настоящая Грузия намного глубже, сложнее, интереснее и значительнее.

Эта книга для тех, кто хочет не просто побывать в Грузии, а почувствовать и понять, какие на самом деле грузины. Это не исторические хроники и сборник легенд. Это разговор о жизни – о стране и людях, о Грузии и грузинах.

У каждого народа есть свои особенности – и хорошие, и не очень. Но мы не собираемся копаться в недостатках народов. Наоборот, очень хотелось показать, за что этот народ можно уважать, чем восхищаться и что у него стоит перенять.

Мир меняется, границы стираются, культуры смешиваются. И это, на самом деле, здорово – мы начинаем лучше понимать друг друга. Но я очень надеюсь, что при этом каждый народ сохранит свою душу, язык, традиции, и то, что делает его уникальным. Потому что именно это богатство различий – и есть наше общее сокровище.

Так что устраивайтесь поудобнее. Я расскажу вам о людях, которых очень уважаю – простых, ярких, гордых, открытых. О грузинах.

ЧАСТЬ I. Кто такие грузины

Грузия (по-грузински Сакартвело)– небольшая страна, зажатая между Кавказскими горами и Черным морем, на перекрестке Европы и Азии. Но по количеству характера, вкуса, чувств и звуков – она часто кажется больше целого континента.

Грузины (по-грузински картвелеби) сами о себе говорят: «Мы – народ с большим сердцем и еще большей душой». Они могут показаться слишком эмоциональными, суетливыми, мечтательными и даже странными – но стоит прожить здесь хотя бы неделю, и вы поймете: в этой странности и непохожести есть сама жизнь.

Грузины – народ с характером. Это люди, которые гордятся тем, что сохранили свою культуру, язык и традиции, несмотря на все трудности, войны и нашествия. И, конечно, у них есть множество причин для гордости.

Грузия славится своим вином и кухней, горами и песнями, храмами и древней письменностью, тостами и смехом. И в последние годы она снова открывается миру – все больше людей едут сюда не просто как туристы, а чтобы почувствовать: как это – жить среди тех, кто умеет пить вино так, будто говорит молитву, кто спорит так, будто сочиняет поэму, и кто любит так, будто завтра может не быть.

Перед вами книга не столько о фактах, сколько о чувствах. Это попытка заглянуть внутрь – к характеру, привычкам, голосу и взгляду грузинского народа. С теплом, с юмором, и с уважением.

Добро пожаловать в мир, где слово «гость» звучит как «дар от Бога». Где мужчины целуются при встрече. Где очередь – это миф. Где святость живет не только в храмах, но и в кухне, в песне, в упрямом взгляде через бокал вина.

Добро пожаловать в Грузию.

И да, эти удивительные грузины – они такие настоящие.

Истоки национального самосознания

Национальное самосознание грузин – явление глубокое, многослойное и укорененное в тысячелетней истории. Быть грузином – не только принадлежать к нации, но и осознавать свою роль в великом историческом эпосе, где каждый человек – продолжатель традиции, носитель языка, защитник веры и культуры. Это чувство укорененности и сопричастности – не абстрактная идея, а внутренняя данность, воспитываемая с детства в каждой семье, в каждой долине, среди шумных застолий и тихих молитв.

В течение столетий Грузия существовала в виде множества княжеств – Кахетия, Картли, Имеретия, Мегрелия, Сванетия и другие. Часто они враждовали, объединялись, снова распадались. Однако в коллективной памяти эта раздробленность не воспринимается как слабость. Напротив, каждая область развивала собственные традиции, диалекты, музыку, кухню. В этом многообразии – единство.

Современное грузинское национальное чувство включает в себя эту мозаичность как свою силу. Сван гордится своим происхождением не меньше, чем кахетинец или мегрел, но при этом каждый ощущает себя частью одного народа, одной судьбы, одной истории.

И хотя для грузина важно не просто быть «из Грузии», а быть из конкретного места – из Кахетии, Имеретии, Мтиулети или Тушетии, Рачи или Сванетии, но эти различия не разъединяют, а, напротив, усиливают общее чувство принадлежности к грузинам как культурной цивилизации. В этом – парадокс грузинского национального сознания: оно племенное и одновременно общенациональное, локальное и княжеское, гордое в своей самобытности и открытое к миру.

История как основа национальной гордости

Чтобы понять грузинский народ, важно знать, как он формировался. Короткий взгляд на историю показывает, откуда берутся характер, гордость и ценности.

Если история вас не захватывает, можно смело переходить к следующей главе – дальше ждет много увлекательного о жизни, традициях и обычаях. Но если уделить этой главе всего пару минут, станет понятно, откуда появилось название Тбилиси, почему Грузия считается древним государством, какое отношение к ней имеет легенда о Золотом руне и чем гордятся современные грузины.

Потому что история Грузии – это не просто череда дат, правителей и войн. Это память, вплетенная в пение хора в храме, в крепость на горе, в старика, сидящего у виноградной лозы. Это – гордость, через которую формируется грузинская идентичность.

Земля Грузии – на перекрестке цивилизаций, на границе между Востоком и Западом, между мусульманским и христианским мирами, между империями. Здесь, под постоянной угрозой завоевания, выковывался характер: свободолюбивый, стойкий, гордый.

Колхида и Иберия: начало

Название Колхида впервые встречается в ассирийских и урартских клинописных источниках XIII века до н. э. Задолго до того, как на этих землях зазвучали колокола христианских храмов, здесь уже существовало государство Колхида – загадочная страна, ставшая сценой древнегреческого мифа о Золотом Руне. Колхида была центром ремесел, торговли и культуры на Черном море, и ее след ощущается в истории региона до сих пор.

Восточнее, на землях Картли, возникло царство Иберия примерно в IV веке до н. э. Это сердце политической, культурной и духовной жизни грузин на многие века. Именно здесь грузины одними из первых приняли христианство как государственную религию в начале IV века н. э., и это событие стало ключом к формированию их национальной идентичности.

Колхи и иберийцы – первые жители этих земель – заложили фундамент будущих объединенных княжеств и царств. Каждый камень, каждая крепость, каждый храм хранит память о первых шагах грузинской государственности, о людях, которые создавали свою страну, свою культуру и свои традиции. Здесь чувствуется дыхание истории, которое соединяет прошлое с настоящим.

Свет христианства

В IV веке нашей эры, при царе Мириане III, Грузия становится одной из первых стран в мире, принявших христианство, как государственную религию. Это решение не только укрепило духовную идентичность, но и дало начало традиции, которая жива до сих пор – вера как суть народа.

По легенде, крест святой Нины был сплетен из виноградной лозы и передан ей Богоматерью с поручением идти в Иберийскую страну и нести там слово о вечном спасении. Сквозь леса и горы Нина несла крест, перевязанный собственными волосами, неся свет веры в Грузию.

Согласно церковному преданию, святая Нино Каппадокийская сначала исцелила и обратила в христианство царицу Нану, супругу царя Мириана III. Это событие предшествовало крещению самого царя и сделало христианство государственной религией Грузии. Ее крест – из виноградной лозы, перевязанный прядями волос, – стал символом веры и защиты. Святая Нино похоронена в Бодбийском монастыре, одном из главных духовных центров страны.

С тех пор вера для грузин— не где-то там, а рядом: в жесте крестящегося подростка, проходящего мимо храма; в свече, зажженной без слов, – в повседневной жизни каждого грузина.

Мцхета и Тбилиси – две столицы, одна душа

Мцхета – небольшой городок неподалеку от Тбилиси, но значимость его трудно переоценить. Еще до V века нашей эры именно здесь находилась столица древнего грузинского царства Картли, или Иберии, как ее называли греки и римляне. Город стоит на слиянии двух рек – Куры (Мтквари) и Арагви. Именно здесь решалась судьба целого народа, здесь переплелись власть, вера и жизнь.

В IV веке Мцхета стала местом, где Грузия приняла христианство – одной из первых стран в мире. (Первые христианские страны – Армения, Грузия – Иберия, Римская Империя – Византия).

С тех пор Мцхета остается духовным центром Грузии. Величественный собор Светицховели («Столп Животворящий») хранит не только тысячелетнюю историю, но и легенду: по преданию, здесь покоится хитон Иисуса Христа – одна из самых значимых христианских реликвий, символизирующая неразделимость Христа и Его Церкви. Православные грузины говорят, что Хитон Господень, сотканный руками Богоматери, – символ неделимости их страны и ее духовного удела.

А потом пришло время Тбилиси. В конце V века царь Вахтанг Горгасали перенес столицу сюда – в долину, где били горячие серные источники. С тех пор Тбилиси стал сердцем Грузии.

По легенде, царь древней Иберии Вахтанг I Горгасали однажды охотился в окрестностях Мцхеты. Он подстрелил фазана и отправил за ним своего любимого сокола, но птица исчезла. В поисках сокола царь наткнулся на горячий источник – и с грустью увидел, что и сокол, и фазан погибли в кипящей воде. Впечатленный этим местом, его силой и необычной природой, царь решил основать здесь город. Земля оказалась удобной: теплые источники, защита гор и проходящий рядом торговый путь. Так, по легенде, возник Тбилиси – город теплых источников (от грузинского «тбили» – «теплый»).

И сегодня, как тысячи лет назад, два этих города – Мцхета и Тбилиси – стоят рядом. Один – как мудрый старец, хранитель духовной памяти. Другой – как живой, шумный, вечно молодой город, где кипит жизнь. И в этом удивительное сочетание: древность и современность, тишина и энергия, традиция и современность – все это настоящая Грузия.

Золотой век Грузии

Грузия знала много боли, но не раз ее история озарялась светлыми событиями, когда страна поднималась в полный рост, как если бы вся история вела ее к этому. XI–XII века – вершина могущества, которую историки называют Золотым веком.

Царь Давид IV Строитель (1089–1125) стал не просто правителем – он стал собирателем нации. Он изгнал захватчиков, реформировал армию и церковь, объединил разрозненные земли и основал академии – настоящие центры знаний и науки. В XII веке такие учебные заведения были редкостью: в Европе существовали лишь отдельные монастырские школы, а первые университеты в Болонье и Париже появятся только через столетия. Грузинские академии преподавали теологию, философию, медицину и грамоту, формируя образованное, культурное и духовно сильное общество.

Для царя Давида строительство академий было не просто вопросом образования – это было создание национального тела и духа. Он понимал: страна может быть сильной только тогда, когда ее народ обладает знаниями, культурой и самоуважением. Благодаря этим академиям Грузия уже тогда гордилась своей интеллектуальной элитой и создавала фундамент для будущих поколений.

После него на трон взошла царица Тамара (1184–1213). Ее правление считается золотым веком грузинской истории. Царица Тамара умело объединила разрозненные княжества и значительно расширила территорию страны, превратив Грузию в мощное и влиятельное государство. Она стала не просто символом эпохи, она стала Царем Грузии. Под ее руководством Грузия стала мощным центром на Кавказе и Закавказье, а ее дворы наполнились искусством, поэзией, ученостью.

Канонизация царя Давида и царицы Тамары подчеркнула их особое место в истории и духовной жизни Грузии: они стали символами национального единства, справедливости и процветания, а их пример продолжает вдохновлять последующие поколения.

Грузинский национализм

После Золотого века пришли тяжелые времена: нашествия монголов в XIII веке, разделение страны на отдельные царства и княжества, постоянные войны с Персией и Османской империей. Но даже в разрозненности грузины оставались единым народом – с общей верой, языком и письмом, которое, кстати, одно из самых древних в мире.

Даже в самых мрачных веках Грузия не исчезала – она отступала, чтобы потом снова встать. Это история, где не всегда побеждали, но никогда не сдавались. Именно поэтому грузины говорят: «Мы выросли в стране, которая падала, но никогда не покорялась».

«Народы исчезают, если у них нет памяти. Грузины не исчезли, потому что помнили.»

Именно память о войнах, о погибших в бою, о сохраненной земле, языке и вере формирует национализм, не агрессивный, но глубоко оборонительный. Грузинский национализм – это гордость за сохраненную идентичность, за право быть собой.

Как грузины воспринимают свою историю

Грузины гордятся тем, что, несмотря на все войны, нашествия и трудности, они смогли сохранить свою государственность. Это маленькая страна, но с большим духом. На протяжении веков грузинские князья и цари сражались за свою землю, и даже когда Грузия была разделена на маленькие княжества, она все равно оставалась сильной и независимой.

История для грузин – не просто учебник или музей, это – живая часть повседневности. Прошлое здесь чувствуется на улицах, в камнях, в тостах и в песнях. Грузины помнят, что их народ пережил десятки нашествий, империй и войн, но не исчез – и это дает им особое чувство достоинства. Грузин смотрит на свою историю с гордостью, как на трудную, но достойно прожитую жизнь.

Знаковые фигуры истории – цари, поэты, художники и общественные деятели: царица Тамара, Давид IV Строитель, царица Кетеван, царь Вахтанг Горгасали, Шота Руставели, Илья Чавчавадзе, Галактион Табидзе, Нико Пиросмани, Захарий Палиашвили, Резо Габриадзе – воспринимаются почти как члены семьи. О них говорят не сухо, а с почтением, как о родных, чья мудрость, талант и смелость вдохновляют до сих пор, а их дела оставили глубокий след в культуре, искусстве и жизни страны.

История для грузин – это то, что они хранят в сердце, осознавая, что за каждым поколением стоят столетия борьбы, веры и стойкости.

Единство в вере: грузинская православная церковь

Одним из самых прочных столпов национального самосознания является Грузинская православная церковь – одна из древнейших в мире. Христианство стало государственной религией в Грузии в начале IV века. Церковь не просто выжила среди нашествий, а стала тем «щитом духовным», который сохранял народ в периоды оккупаций и культурного давления.

Даже в XXI веке церковь остается мощным объединяющим фактором. Монастыри не пустуют, а литургии собирают молодых и старых. Религиозная идентичность – не символ, а живая реальность. Быть грузином для многих означает быть православным, хотя само понятие веры здесь значительно шире – оно включает этику, традиции, уважение к предкам.

«Зачем нужна дорога, если она не ведет к храму?»

Цитата из фильма «Покаяние» (1984) грузинского режиссера Тенгиза Абуладзе. Эти слова произносит пожилая женщина, сыгранная великой грузинской актрисой Верико Анджапаридзе.

Эта фраза – словно маленький философский ключ к пониманию грузинской жизни и ее смысла. В Грузии, где каждый камень, каждая гора и каждая улица пропитаны историей и верой, дорога – не просто путь из точки А в точку Б. Это путь к смыслу, к духовному дому, к храму – не всегда каменному, но всегда живому внутри сердца.

Грузины – народ веры и традиций. Для них храм – не только место молитвы, но символ единства, памяти и надежды. Путь к храму – это путь к себе, к семье, к своему корню.

Вера в Грузии – это не внешняя формальность, а живое чувство. Великие патриархи, священники, верующие, обычные люди – все они знают, что дорога в храм – это дорога к жизни. Потому что без храма, без веры дорога теряет смысл.

Вот почему в такие особенные дни, как Рождество и День семьи, тысячи людей по всей Грузии выходят из своих домов и идут к храму. Вместе – с родными, с детьми, с родителями. Это не просто традиция. Это дорога, которая помогает почувствовать, что ты не один. Это путь, который помогает не забывать свои корни, историю.

Храм в этом пути – не только место молитвы. Это как возвращение домой – в место, в котором живет память.

Письменность как гордость и наследие

Если у каждого народа есть свое сокровище, которое он хранит, как святыню, то для грузин таким сокровищем стал язык и письменность. Это не просто способ общения, а знак нации, душа народа, запечатленная в завитках букв.

Грузины с глубокой гордостью относятся к своему алфавиту. Это не просто графическая система – это один из немногих в мире уникальных алфавитов, который не имеет родства с латиницей, кириллицей, арабицей или армянским письмом. Он появился не как заимствование, а как выражение своей, собственной цивилизации.

Грузинская письменность: от асомтаврули до мхедрули

Грузинская письменность, внесенная в Список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО, восходит к древнейшим векам и до сих пор поражает своей уникальностью.

Древнейшая форма грузинского письма – асомтаврули – появляется, по различным оценкам, в III веке до нашей эры, хотя первые надежно датированные надписи относятся к V веку н.э.

Эти величественные, четкие, почти монументальные символы нередко высекались в камне: на храмах, крестах, усыпальницах. До сих пор можно встретить надписи, сделанные рукой мастеров более полутора тысяч лет назад – и прочесть их.

Позже, в IX веке, появилась вторая форма письма – нусхури, более угловатая и «рукописная». Она использовалась в основном в церковной письменности и богослужебных книгах.

Но уже в XI веке формируется современная грузинская азбука – мхедрули, которой грузины пользуются по сей день.

Название «мхедрули» связано со словом «мхедари» – воин. Письмо становится гибким, беглым, живым – как сама грузинская речь. Мхедрули постепенно вытесняет прежние формы и становится основой как светской, так и позже – церковной литературы.

Современная грузинская письменность – это воплощенная преемственность. Алфавит практически не претерпел радикальных реформ, как это случалось во многих странах. Он остался узнаваемым и верным своей основе и сохранил свою аутентичность сквозь века.

Свет веры и знания: свитки и академии

Одними из первых грузинских письменных памятников считаются религиозные тексты, переводы Евангелий, псалмов, житий святых. Уже в V–VI веках создаются рукописные сборники, переписываемые в монастырях вручную.

Одним из древнейших памятников грузинской литературы является агиографическое произведение «Мученичество святой Шушаник» Якова Цуртавели, созданное в конце V века. Этот текст не только отражает духовные ценности ранней Грузии, но и является важной частью мировой христианской культуры. В 1979 году ЮНЕСКО отметило 1500-летний юбилей этого памятника, подчеркнув его историческое и культурное значение не только для Грузии, но и для всего христианского мира.

К IX–X векам Грузия, преодолев последствия арабских завоеваний, вступает в эпоху культурного подъема. По всей стране возникают литературные школы, действующие преимущественно при крупных монастырях. Центрами просвещения становятся обители Шио-Мгвиме и Икалто: их скриптории – мастерские письма – наполнены писцами, переводчиками и составителями рукописей.

Монахи не ограничиваются переписыванием Священного Писания. Они создают оригинальные произведения и жития святых, формируя тот высокий литературный язык, на котором впоследствии заговорит вся нация.

Однако главные сокровищницы грузинской мысли в этот период находятся не только на родной земле. Монастырские колонии на Святой горе Афон, в Иерусалиме – в Крестном монастыре – и в Антиохии становятся мостами между грузинской и византийской цивилизациями. Иноки этих обителей сохраняют верность родному языку и одновременно обогащают его, переводя лучшие образцы греческой философии.

Именно эти духовные центры подготовили почву, на которой вскоре, уже в XII веке, расцветут великие академии Грузии – Гелати и Икалто, прославившие страну на века.

Архитектурный и культурный микс

После того как вы узнали о письменности, манускриптах и великих памятниках литературы, история Грузии перестает быть просто словами на страницах. Она оживает на улицах, во дворах и на крышах домов. Можно провести часы над древним манускриптом, а можно выйти на площадь в Тбилиси и почувствовать, как прошлое и настоящее переплетаются прямо под ногами – в брусчатке, в арках, в ароматах кофе и свежего хлеба.

И именно поэтому Грузия так удивляет: здесь прошлое не просто рядом, оно вплетено в настоящее. Этот микс ощущается во всем – в архитектуре, в традициях, в культуре, в природе и в повседневной жизни.

Грузия – страна парадоксов. Здесь возможно все: проснуться в пятизвездочном отеле на берегу Черного моря и позавтракать в деревянном доме в горах, где окно выходит прямо на обрыв. Эта страна умеет удивлять, ведь она одновременно живет в нескольких эпохах.

В Грузии соседствуют древние монастыри, советская архитектура, модерн и стеклянные небоскребы, создавая уникальный калейдоскоп историй и образов.

В больших городах – Тбилиси, Батуми, Кутаиси – кипит жизнь, гудят стройки, светятся неоновые вывески, ездят электрокары и модники в кроссовках говорят о стартапах, блокчейне и доставке за 15 минут. Молодежь здесь свободно говорит на английском, ходит в коворкинги и пьет капучино с овсяным молоком.

Грузия входит в число самых быстро развивающихся экономик своего региона (Европы и Центральной Азии) – и это видно невооруженным глазом – новые дороги, отреставрированные города, оживленные улицы, современные кафе и стартапы, молодые специалисты, говорящие на трех языках… Все это говорит о стране, которая не просто восстанавливается, а уверенно движется вперед.

Но стоит съехать с трассы – и ты будто попал в другое измерение. Горные дороги, по которым проезжает одна машина в день. Каменные дома, построенные еще дедом прадеда. Женщины и мужчины, которые с раннего утра до позднего вечера заняты хозяйством, вином, землей и скотом. Тут не говорят о трендах – тут пекут хлеб в тонэ, доят корову и моют руки в ледяном горном ручье. Мода сюда не доходит, как и интернет – но зато доходят песни, дым из печи, запах свежего хлеба, чистый воздух и то самое грузинское настоящее.

В некоторых уголках страны до сих пор после застолья, полного вином, угощениями и речами, хозяин садится в седло и доверяет себя коню, который знает дорогу лучше GPS. Здесь время движется иначе – не по часам, а по сезонам, праздникам и рождению ягнят.

Уникальность Грузии именно в этом контрасте. Здесь не выбирают между прошлым и будущим – здесь умеют жить в обоих измерениях. Молодые айтишники не стыдятся того, что их бабушка варит сыр, а тосты звучат за столом так же, как много веков назад, хотя теперь половина гостей может приехать на Tesla.

Грузия – это страна, где можно провести утро в SPA-отеле, а вечер – в доме без электричества, под звездами, с вином из собственного погреба и едой, приготовленной на огне. Туристы это чувствуют: их тянет не только в бутик-отели, но и в глухие деревни, где душа отдыхает от суеты, а красота – не в архитектуре, а в тишине, простоте и искренности.

Это страна, где технологии и традиции не борются друг с другом – они живут бок о бок. Потому что грузины не отказываются ни от прогресса, ни от корней. Они знают: и то, и другое – их сила.

ЧАСТЬ II. Характер и внутренний код

Быть грузином – это не просто гражданство. Это опыт поколений, история борьбы, гордость за культуру, вера в свою исключительность и призвание. Национализм здесь не требует внешнего врага – он питается внутренней связью с прошлым, землей, языком, церковью и семьей.

Грузинская нация – это живой организм, чуткий к боли, но не склонный к унынию, ранимый, но гордый, открытый, но не теряющий границ. В этом – сила и уникальность грузинского самосознания.

Грузинская душа: эмоции на поверхности

Одна из ярких черт характера – демонстративная серьезность. Часто грузин выглядит грозным, важным, сосредоточенным, особенно на публике. Но за этой маской часто скрываются мягкость, добродушие и чувство юмора. Это своего рода игра – демонстрация достоинства и силы.

Грузин может вспыхнуть от ярости, но через минуту уже обнять того же человека, с которым спорил. Он может признаться в любви открыто, прямо, без намеков. Такая эмоциональность – часть обаяния и силы народа. Это признак живого сердца, а не слабости.

Грузин – человек страстный. Он может громко смеяться, спорить до крика, плакать без стеснения, обниматься при встрече. Эмоциональность не подавляется, а поощряется. Это делает поведение более открытым, искренним, иногда непредсказуемым, но всегда живым.

Современность и внутренняя идентичность

В XXI веке грузинская нация сталкивается с вызовами глобализации, миграции, культурной стандартизации. Молодежь слушает западную музыку, учится за границей, общается. Но, в отличие от многих наций, это не приводит к обесцениванию традиций. Наоборот, наблюдается парадоксальное явление: чем больше внешний мир воздействует, тем крепче внутренняя идентичность.

Грузинские танцы на современных сценах, винодельни с древними методами и цифровым маркетингом, возрождение старинных ремесел – все это проявления нового этапа национализма: креативного, мягкого, но настойчивого.

Этническая палитра

Внешность грузин разнообразна, как и сама Грузия. Иногда достаточно одного взгляда, чтобы сказать: «Да, он грузин». А иногда – ни за что не догадаешься, пока не заговорит. И в этом – одна из главных загадок и прелестей этого народа.

Удивительно, но грузины почти всегда узнают друг друга – даже в огромной толпе, даже в другой стране. Это как будто встроенный радар: взгляд, полуулыбка, и все понятно – свой. Причем, сами грузины почти никогда не ошибаются. А вот другим распознать грузина с первого взгляда не всегда просто.

Многие думают, что грузин – это обязательно человек с темными волосами, густыми бровями и орлиным носом. Но на самом деле все совсем не так. Внешность у грузин очень разная, и бывает, что вообще не поймешь, кто перед тобой: испанец? итальянец? француз? А может, вообще немец?

Среди грузин можно встретить зеленые, карие и почти черные глаза, рыжие, медные, русые, каштановые и угольно-черные волосы, светлую и смуглую кожу. Кто-то – высокий и широкоплечий, кто-то – коренастый и крепкий. Грузины очень разные – и в этом тоже их красота.

У кого-то черты напоминают классическую Европу: прямой нос, светлая кожа, ясные глаза, вытянутое лицо. У других – ярко выраженная восточная выразительность: густые брови, смуглая кожа, теплый взгляд и мягкие, округлые линии лица. Бывает и кинематографическая комбинация: темные волосы и светлые, пронизывающие глаза – редкость по миру, но не такая уж редкость в Грузии. Некоторые лица словно созданы для фресок византийских храмов, другие – будто бы сошли с портретов эпохи Возрождения, третьи – с восточных миниатюр.

Но, если все же пытаться как-то узнать грузина, то, пожалуй, по глазам. У грузин особенный взгляд. Теплый, добрый, чуть насмешливый, будто человек много видел, но остался с легким сердцем. Вот такие они – грузины. Не по шаблону. И в этом вся прелесть.

Гостеприимство – как философия жизни

Грузины – один из самых гостеприимных народов в мире. Здесь гость – это не просто человек, заглянувший на чай, а почти как член семьи, которому стараются отдать лучшее. Ради этого могут накрыть богатый стол, потратить последние деньги, найти время среди суеты. Главное – чтобы гость почувствовал тепло, уважение и заботу.

«Гость от Бога» – это не фигура речи. Это почти священный принцип в грузинском обществе. Без гостей дом – пуст. Без застолья – жизнь неполна.

Особенно интересен этот феномен «быстрой дружбы»: француз, приехавший в Тбилиси, уже на третий день оказывается в гостях у новой «семьи»; немец, прогуливающийся по Мцхете, получает приглашение на хинкали и чачу от случайного прохожего. Англичанин, которого угостили в деревне в Кахетии, позже скажет: «Я думал, они играют в гостеприимство. А потом понял – это не игра. Это они и есть».

Но гостеприимство в Грузии – это не просто щедрость. Это настоящее искусство. Его постигают с детства, учатся у родителей, у дедушек и бабушек, наблюдают, как они встречают гостей, как говорят, как угощают, как общаются. Это культура, в которой важно чувствовать меру.

Грузины умеют находить тонкую грань между радушием и навязчивостью. Они чувствуют, когда нужно вовремя уйти, не задавать лишних вопросов, не задерживаться слишком долго. Даже в гостях у близких стараются не утомить хозяина. Принесли тепло – и оставили легкое послевкусие, а не усталость. Это и есть искусство быть гостем – часть культуры, передаваемой без слов.

Грузины умеют быть внимательными и уважительными без излишнего вторжения. Напоить, но не опоить. Рассмешить, но не задеть. Принести радость, но не превратить встречу в обязанность.

Гостеприимство здесь – это и чувство ответственности. Грузины считают, что, раз ты пригласил человека, ты за него отвечаешь: за его комфорт, безопасность, настроение. И в этом тоже проявляется зрелость культуры – когда щедрость соединяется с тактом, а тепло – с уважением к границам.

Творчество как стиль жизни

Грузины – народ с особым чувством выразительности. Быть грузином – значит быть артистом по натуре, даже если человек никогда не выходил на сцену. В манере говорить, жестикулировать, спорить, шутить – чувствуется врожденный театральный талант. Каждое высказывание сопровождается богатой мимикой, голос меняется от шепота до грома, а разговор – это не просто обмен информацией, а спектакль, в котором эмоции всегда на первом плане.

Грузин может рассказать анекдот как древнюю легенду, а жизненную драму превратить в поэму. Это артистизм – не притворство, а стиль жизни. Он проявляется в тостах, танцах, уличных спорах, признаниях в любви, воспитании детей, даже в торговле на базаре. Грузинская душа – открытая сцена, и каждый – актер своей собственной драмы и комедии одновременно.

Любовь к искусству – не элитарное увлечение, а часть национального характера. Музыка, поэзия, живопись, архитектура – все это неотъемлемо от грузинской повседневности. Почти в каждой семье кто-то поет, играет на инструменте или рисует. Даже если человек занят повседневным трудом, он все равно носит в себе творческий стержень – выражается ли он в подаче блюд, в оформлении дома, в тосте или в рассказе на улице.

Грузия рождала и продолжает рождать множество талантов на своей земле – не только грузин по национальности, но и всех, кто хотя бы прикоснулся к этой земле и впитал ее особую атмосферу.

Среди тех, кто родился здесь: Сергей Параджанов – режиссер с необыкновенным художественным даром, чьи фильмы оказали влияние на кинематограф XX века; композиторы Арам Хачатурян и Микаэл Таривердиев; Михаил Калатозов (Калатозишвили) – режиссер «Летят журавли»; Вахтанг Чабукиани – легенда балета; композитор Мелитон Баланчивадзе и его знаменитый сын Джордж Баланчин – один из основателей Нью‑Йоркского балета; поэт Владимир Маяковский, читавший стихи на грузинском и современный писатель Борис Акунин (Григорий Чхартишвили), переведенный на десятки языков.

Эти имена – лишь часть огромной художественной семьи, которая делает Грузию живой, гордой и узнаваемой в мире искусства. Музыка, поэзия, театр и танец здесь не просто профессии – это образ жизни, пронизывающий каждую грань бытия и словно передающийся с воздухом каждому, кто родился на этой земле.

Встречают по одежке, а провожают… тоже по одежке

В Грузии уважать себя – значит выглядеть достойно. Даже в самых простых ситуациях грузины стараются сохранить стиль и порядок в своем образе. Это не про бренды или модные лейблы, а про достоинство.

И мужчины, и женщины знают: нельзя появляться «абы в чем». Одежда – это не просто ткань, а отражение внутреннего отношения к себе и окружающим. Если ты уважаешь себя, ты не пойдешь на встречу или в гости в нелепом виде. Потому что грузины знают, что их не просто встретят по одежке – но и проводят по ней же.

В Грузии всегда ценили и ценят, когда люди хорошо одеты. Это язык, которым человек говорит о себе и никто здесь не хочет оставить после себя плохое впечатление. Уважай себя – и тебя будут уважать другие. Поэтому не удивляйтесь, что у многих грузин отсутствует понятие домашней одежды. В стране, где в любой момент могут нагрянуть гости или зайти соседи нужно быть всегда для этого одетым.

И даже в трудные времена, даже при отсутствии средств, в Грузии старались выглядеть достойно. Это негласное правило, почти код чести: «я могу быть беден, но я не выгляжу жалко» и «я скорее одолжу у соседа одежду, но не буду выглядеть недостойно в гостях».

В повседневной жизни грузины, конечно, не ходят в национальной одежде. Но традиционный костюм – чоха – по-прежнему остается предметом особой гордости. Ее все чаще надевают на свадьбы, праздники и важные торжества, особенно молодежь. Чоха – это не просто эффектный наряд: в грузинском сознании она остается символом воина и хозяина, мужчины с достоинством, уверенного в себе и своих корнях.

Щедрость и уважение

Грузинская щедрость – почти легендарна. За столом – заплатить за всех, даже если в кошельке осталась последняя купюра. В ресторане – перехватить счет. На свадьбе – помочь деньгами. В беде – отдать последнее. Эта черта – не показная. Это часть системы ценностей, где достоинство и великодушие важнее материального расчета.

Для грузина тратить деньги на других – это не убыток, а радость. Даже если потом придется занимать и экономить, главное – не ударить в грязь лицом. Стол должен быть щедрым, гость – доволен, родные – не нуждаться. Это не просто щедрость, а способ жить красиво, даже если трудно и умение доставлять радость другим.

Из-за этого у многих складывается ложное впечатление, будто у человека много денег. На самом деле грузин может отдать последнее, чтобы заплатить за всех в ресторане, а потом занимать деньги, чтобы купить еду домой. Со стороны это может показаться глупо, но для грузинского мужчины это способ сохранить уважение к себе и не потерять чувство собственного достоинства.

В Грузии верят, что добро, которое отдаешь, обязательно вернется. А вот если жадничаешь – потеряешь и то, что было.

И по-настоящему живут по словам поэта Шота Руставели: «Что отдашь – то твое, пожалеешь – потеряешь».

Это не просто красивая фраза – это про грузинский образ жизни.Шота Руставели – великий грузинский поэт XII века, автор знаменитой поэмы «Витязь в тигровой шкуре».

Открытость к людям и уважение к миру

Грузин, при всем своем горячем характере, необычайно чуток к тем, кто прибыл «извне». Он может резко спорить с соседом, ссориться с родственником за ужином, но встретив гостя, станет почти послом своей страны. И не потому, что притворяется, а потому что в нем с детства живет чувство особого достоинства и – уважения к другим.

Грузин уважает себя – и потому уважает другого. Возможно, именно поэтому туристы здесь редко чувствуют себя чужими.

Да, грузины – эмоциональны, темпераментны. Иногда это может показаться пугающим. Но за внешним шумом скрыта та самая воспитанная с детства черта: уважение.

Именно поэтому даже те, кто имеет скепсис к чужому образу жизни, не позволят себе грубости. Могут не согласиться – но выслушают. Могут не понять – но не унизят. Воспитание, традиция, вера – все это делает грузин внутренне готовым к встрече с другим миром, пусть и непохожим.

В грузинской культуре уважение – не формальность, а основа воспитания. С детства ребенку говорят: у каждого народа есть что-то хорошее. Не сравнивай – замечай. Не осуждай – пытайся понять. Так растут поколения, которые не боятся других культур, а наоборот, умеют находить в них красоту.

В Грузию сегодня приезжают туристы со всех концов света: из Ирана, Китая, Америки, стран Европы и бывшего Союза. Кто-то давно мечтал, кто-то просто нашел дешевые билеты, а кто-то «за экзотикой в непонятную страну».

Многие представляют себе Грузию по стереотипам: будто здесь все живут в горах, носят кинжалы, поют, говорят тосты с утра до ночи, пьют вино и едят баранину под открытым небом. Некоторые думают, что Грузия – это где-то «между Востоком и прошлым веком». А кто-то вообще не слышал о ней – просто едет посмотреть, что это за место такое о котором так много говорят.

Но в Грузии не судят о людях по ярлыкам. Здесь умеют видеть личность, а не только происхождение. Это не наивность, а внутренняя уверенность – когда ты уважаешь себя и свою культуру, ты не чувствуешь угрозы в другой. Тебе не нужно унижать другого, чтобы утвердиться самому.

В грузинском доме гость – священен. И неважно, откуда он пришел. За столом не делятся на своих и чужих. Там делятся хлебом, вином и историями.

И, может быть, именно поэтому Грузия так сильно остается в сердцах всех, кто ее хоть раз посетил. Потому что здесь тебя встречают как человека – и провожают тоже как человека.

Гордость и вера в свое

Грузинская гордость – это не просто чувство собственного достоинства. Грузинская гордость – это знание себе цены, укорененное в истории, передаваемое через кровь и землю, через язык, тосты и песни. Это не просто чувство – это наследие предков, которое несут молча, но с достоинством.

Грузинская гордость – как горы, среди которых живут грузины. Она массивная, устойчивая, спокойная – но никогда не показная. Ее не видно с первого взгляда, но она ощущается в каждом жесте, в каждом взгляде – она в походке, в интонации. Это не хвастовство – это знание себе цены, передаваемое из поколения в поколение.

Грузинская гордость начинается не с успеха, а с принадлежности. Ты родился в Грузии – и уже можешь выпрямить спину.

Для внешнего наблюдателя грузинская гордость может показаться… чуть-чуть чрезмерной. Грузины говорят о своей стране так, как будто это центр мира. И даже когда жалуются на политику, дороги или погоду – все это остается частью их гордости. Только мы имеем право ругать Грузию. Остальные – пусть молчат.

Но за этой уверенностью скрыт не просто порыв эмоций, а глубокий, почти исторический смысл.

Грузия – небольшая страна, окруженная соседями с разными интересами, веками жившая в борьбе за свое право быть.

Если бы грузины не были гордыми – их бы просто не осталось.

Эта гордость – не от избытка, а от сопротивления.

Она как броня. Защищала на поле боя, за дипломатическим столом, на перекрестках империй.

Гордость – это своего рода национальная иммунная система. Спросите любого грузина: его язык – уникален. Его еда – лучшая. Его вино – первое в мире. Его народ – один из древнейших. И даже если вы усомнитесь – он не обидится. Просто пожмет плечами и скажет: «Ты просто еще не понял».

Вера в свое – как упрямство, но со смыслом

Грузин может гордиться всем: своим городом, улицей, школой, певцом из соседнего села, детьми или внуками, друзьями, родственниками и даже хинкальной, которую недавно открыли в соседнем дворе. И в этом – особое очарование. Здесь все имеет значение.

Даже беда здесь оборачивается гордостью. «Да, у нас проблемы. Но мы гордо с ними справляемся». И если вы скажете грузину, что у него тяжелая история – он не согласится. Он скажет: «Славная».

Грузин может спорить до хрипоты, отстаивая свою точку зрения, даже если доказательств у него ноль. Потому что логика – не главный аргумент. Главное – вера. В себя, в народ, в свою правоту. Это упрямство с душой. Его нельзя победить фактами – только уважением.

И если в Грузии вы скажете: «А вот в Европе так-то…» – будьте готовы. В лучшем случае – вас выслушают и вежливо скажут: «А у нас – по-другому». В худшем – вас позовут за стол, напоят вином и три часа будут объяснять, почему Европа должна учиться у Грузии, а не наоборот.

Грузинская гордость – это не поза и уж точно не хвастовство. Это музыка в крови. Она может звучать громко, а может – едва уловимо, как шепот молитвы. Это не «мы лучшие», а «мы – есть». Со своей болью, со своей красотой, со своей историей, за которую никто не будет извиняться. Грузинская гордость – это когда ты знаешь: все может измениться, но ты останешься собой. Потому что за спиной – горы, в сердце – песни, а в душе – Грузия.

Чему грузины уделяют особое внимание

Каждый, кто приезжает в Грузию, быстро замечает, что есть несколько вещей, к которым здесь относятся особенно трепетно.

Отношение к еде

В Грузии еда – это не просто способ насытиться. Это философия, часть культуры, повод собраться вместе. После каждого застолья можно услышать долгие обсуждения: какое было вино, сколько было блюд, что особенно удалось. Каждое важное событие в жизни сопровождается традиционными угощениями: свадьбы, дни рождения, похороны – у всего свои «обязательные» блюда. Кулинарное наследие здесь уважают и берегут, и это отношение передается из поколения в поколение.

Любовь к родине

Грузины искренне любят свою страну и гордятся ею. Даже живя за границей, они сохраняют эту связь – в языке, традициях, кулинарии. Они не замыкаются в диаспорах, а, наоборот, стремятся влиться в общество, оставаясь при этом грузинами в душе. Любовь к родине – это не патетика, а естественное внутреннее чувство. Именно поэтому тост за Грузию – «Сакартвелос гаумарджос!» (Да здравствует Грузия!) – звучит не напыщенно, а от души.

Общение как стиль жизни

Жизнь без общения для грузин немыслима. Здесь каждое знакомство может перерасти в дружбу, а обычный разговор – в теплую историю. Люди по-настоящему интересуются друг другом, умеют слушать, сопереживать и быть открытыми. Встретились на улице, зашли в магазин или на рынок – и вот уже беседа, шутка, обмен новостями.

Именно поэтому в Грузии принято решать все лично или хотя бы по телефону. Онлайн-сервисы, конечно, есть, но часто работают формально: сайт есть, но для заказа все равно лучше позвонить. Зачем читать, что «там написано», если можно спросить напрямую? Прямое общение ценится больше и вызывает больше доверия.

Уважение к женщине

В грузинской культуре уважение к женщине – это не просто традиция, а глубокая основа воспитания. С самого детства мальчиков учат: забота, внимание, вежливость – не слабость, а проявление силы, достоинства и настоящей мужской культуры. Уступить место, подать пальто, поддержать – это не жесты ради приличия, а естественное выражение уважения.

Грузинские мужчины демонстрируют это уважение в реальной жизни. В семье уступка жене – не признак подчинения, а знак зрелости, доверия и любви. Забота проявляется в делах, а не только в словах.

На каждом застолье обязательно звучит тост за женщин – теплый, искренний, с признанием их важности, потому что о грузинских женщинах можно говорить много. Их роль в семье, в воспитании, в сохранении традиций – огромна. Но не только в доме. Их голос звучит уверенно – и в семье, и в стране.

Мечтать – не вредно

Грузины умеют мечтать. И делают это с той детской искренностью, в которой нет места цинизму. Они мечтают об идеальной стране, справедливом обществе, мире без бед и войн. Даже в самых сложных ситуациях грузины сохраняют надежду и веру в лучшее. Это – одна из самых светлых сторон их национального характера.

ЧАСТЬ III. Семья, друзья и немного этикета

В Грузии семья – это поддержка, традиции, любовь, коллективная мудрость, шум, смех, и да – еще двадцать двоюродных, которых ты видишь раз в год, но встречаешь так, как будто вчера вместе лепили хинкали.

Семья, друзья, традиции

В грузинской культуре семья – это не просто «родственники по крови». Здесь семья – как целый мир, который начинается с прабабушки и не заканчивается даже на троюродных племянниках. Родство в Грузии – понятие широкое, теплое и, главное, действующее.

В европейской культуре часто ставят акцент на индивидуальность. В Грузии – наоборот: человек существует в контексте семьи. Твоя честь, успех, поступки – это не только про тебя. Это про всю твою фамилию, про то, как о тебе скажут соседи, родственники и друзья.

Семья – это ответственность, но и защита. Она за тебя стоит стеной, даже если ты не прав. А главное – в этой системе координат ты никогда не один. Это выглядит может быть для кого-то странным. Но очень настоящим.

Семья – не только кровные связи, но и территория силы. Грузин чаще всего не мыслит себя вне семейного круга. Старшие почитаются, младшие оберегаются, родители уважаются. Даже взрослые дети живут рядом, звонят каждый день, делятся самым сокровенным.

Это не сковывает, а формирует прочный фундамент, на котором строится вся остальная личность. В семье воспитывается характер, передаются обычаи, формируется поведение. Без семьи грузин чувствует себя как дерево без корней.

Забота, которую легко перепутать с контролем

Одна из причин, почему европейцы иногда удивляются грузинским семейным отношениям, – это разный культурный код в вопросе близости.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.