Виктория Рэй
Пламя дракона

Глава 1

В то утро старейшина снова говорил о драконах. О том, что лес за северным ручьем проклят, что любой, кто ступит туда, обречён на смерть от клыков и когтей. Я слушала и молчала. На мне уже была пара промахов за приближение к ручью, когда только начинала ходить и проверять силки. Это было детское любопытство в первый раз и непосредственность во второй, когда помчалась за оленем. В обоих случаях меня прилюдно отчитывали и, что самое страшное, Сильван запретил на долгое время приближаться к лесу и всегда находиться на виду. Заниматься лишь вблизи от дома было отчаянно нечем и ради моей единственной отдушины в виде леса послушание восторжествовало.

Ох, Сильван. Спас меня, когда я ещё была ребёнком. Я не могу ничего припомнить с того времени, а он всегда неохотно поддерживает мои попытки вызнать детали. Зато охотно смакует, как на него свалилась такая ответственность и как он не знал куда податься с ревущим монстром на руках, распугивающим всю дичь в округе. В детстве я дулась, бывало, но потом даже не думала откуда мы и вполне спокойно росла и училась. Разве что другим стоило считать нас отцом и дочерью, поэтому, пояснял он, меня нарекли по его имени – Сильвией. Может, он хотел сблизить нас, несмотря на явные внешние различия, может, потому что ничего другого он обо мне не знал.

Мысли прервало чьё-то движение позади. О, в этом случае не нужны были глаза или уши, ведь запах выпечки был неизменным спутником моей подруги Флавии из семейства, которое преимущественно стало зарабатывать в последние годы на хлебе. – Сильви, – прошептала моя подруга Флавия и, не получив ответа, стала трясти меня за плечо, – Сильви, смотри какое у Аурелии ожерелье, интересно из чего оно.

Я слегка отступила, чтобы взглянуть поверх голов: это было не просто украшение, это был оберег. Выждав немного времени, чтобы старейшина повернулся в другую сторону я шепнула в ответ: – Кажется, это змеевик. В ответ она довольно громко удивлённо выдохнула, вызвав недовольные взгляды рядом стоящих селян. – Окаменевшая кровь великого змея… – Или кожа, – хмыкнула я, – Надеюсь, ты не веришь, что он ещё может быть противоядием от змеиных укусов. Неожиданно позади меня раздался недовольный голос Сильвана, заставив вздрогнуть. – Хоть бы что полезное обсуждала. Серпентинит это, а всё остальное сказки и легенды.

Всегда диву даюсь, как ему удаётся так незаметно подкрасться. Не только в толпе, но и на природе его поступь практически беззвучна и на лесном покрове, и на прибрежной гальке, и в горах, где даже один падающий камень рождает гул и норовит испортить всю вылазку. Конечно, бывают плохие дни, когда в самый ответственный момент повеет ветер на зверя, хрустнет шальная ветвь или соскользнёт нога с разномастных валунов, но для Сильвана это скорее исключение. Флавия приняла вид внимательной слушательницы, и до конца собрания мы молча стояли рядом и слушали.

Староста ещё не закончил свою речь, как люди закопошились и старались успеть перекинуться парой и слов и пойти по своим делам. Было раннее утро, мне также предстояло немало работы. Дойти до наших охотничьих угодий, проверить силки, закрепить их. Если будут полны, то день удался. Если нет, придётся дополнительно поохотиться. Часто в последние месяцы позволяла себе проводить больше времени в лесу, чем следует, особенно в дни, когда солнце приятно пригревало. Весна входила в свои права, это радовало всех.

Наша хижина стояла на окраине, являясь самой дальней от точки собрания, поэтому каждый раз возвращаясь назад от каких-либо встреч приходилось вести разговоры. Чаще всего общался Сильван, интересовался здоровьем и обсуждал на что обменять дичь. Я плелась рядом и прикидывала сколько придётся обойти силков или просидеть в ожидании добычи. Для многих это тяжело и скучно, но для меня, честно говоря, это отчасти облегчение, когда не надо ни о чём больше думать и лишь выжидать. Угодья находятся довольно далеко даже от окраин поселения и ближней части леса, так что встречи с людьми практически исключены. Лишь взрослые могли затеряться, да дети порою заиграться и отойти настолько далеко, однако это строго наказывалось и не повторялось впредь. Проводив по пути односельчан, мы наконец-то пошли вдвоём. – Хмурый сегодня день, роса не уходит. – Значит я могу остаться дома? – я попыталась изобразить наивное лицо, кладя голову ему на плечо – Провести время у тёплого очага, а не зябнуть в одинокой стезе? – Иди давай, – легонько оттолкнул меня Сильван, поведя плечом, – заговоришь меня ещё. Посев уже надо начинать, а погода не радует. Много попросили в последние дни. – Отправляешь меня в холодный мир, я может хочу сидеть у жара печи и хлеба́ печь с Флавией, – притворно надулась я. – Правда? – Нет. Он рассмеялся и, притянув меня к себе, крепко обнял. – Скоро закончу с помощью старосте и будет тебе полегче. Договорились? – Хорошо. – со вздохом ответила я, и, разомкнув объятия, взяла заранее приготовленный лук, колчан и мешок с крыльца. Путь предстоял не самый близкий, поэтому, не задерживаясь, сразу двинулась в путь.

В ближнем лесу часто резвились дети, ходили люди и отдыхали домашние животные, так что, лишь отходя на приличное расстояние, растительность леса значительно увеличивалась, порой затрудняя движение. Неприятная влажность висела в воздухе. Поёжившись от прохлады, стала массировать и двигать кистями рук, в случае чего, это главные кормилицы каждого человека, за которыми надобно ухаживать. Вдобавок мне не хотелось промахнуться из-за замёрзших пальцев.

Дойдя до первого силка, я остановилась в отдалении, отряхнула с ног росу с растущих чуть ли до пояса папоротников и достала флягу с горячим травяным отваром. День действительно был хмурый, солнце не подавало признаков своего существования, и, возможно, так продлится до конца суток, расстроенно размышляла я. Остаётся надеяться, что небо не заволочет тёмными тучами и не разразится ливень, иначе день будет просто ужасным. Отпив немного и окинув взглядом целостность ловушки, я прошла дальше.

Спустя час бесплодного хождения и проверок пустых силков передо мной оказались раскуроченные деревья, а далее лишь остатки петель на стволах. Медведь? Давно они здесь не ходили, я едва помню когда это мы наблюдали с Сильваном медведицу с медвежонком, наткнувшись на малинник. Я тогда умилилась этому пушистому детёнышу и хотела рассмотреть его поближе, а Сильван умилился моей дурости и быстро отвёл подальше. От этих мыслей очень захотелось ягод или хотя бы отвара из малиновых листьев. Горячего.

Мысли отвлекло какое-то движение в кустах, выше меня. Поскольку ловушки мы чаще всего ставим в более низкие укромные места, я оказываюсь в невыгодном расположении. Вынув нож, я начинаю медленно отходить в противоположную сторону, молясь на всё, что приходит в голову. Чем выше я поднимаюсь, тем больше не могу осознать что вижу. Напряжённое тело пронзает неприятное тошнотворное ощущение. Ужас и неверие борятся во мне, когда прячущийся зверь перестаёт пригибаться под ветвями и приподнимает морду. Это дракон.